... and real good horrorshow droodies they were that then exhibited their pink glazzies, O my brothers, while I untrussed and got ready for the plunge.

little ptitsa

real horrorshow

Юность не вечна, о да. И потом, в юности ты всего лишь вроде как животное, что ли. Нет, даже не животное, а скорее какая-нибудь игрушка, что продаются на каждом углу, - вроде как жестяной человечек с пружиной внутри, которого ключиком снаружи заведёшь — др-др-др, и он пошёл вроде как сам по себе, бллин. Но ходит он только по прямой и на всякие vestshi натыкается — бац, бац, к тому же если уж он пошёл, то остановиться ни за что не сможет. В юности каждый из нас похож на такую malennkuju заводную shtutshku.

...когда мы вышли на улицу, я понял: думает glupi, а умный действует по озарению, как Бог на душу положит.

Быть может, человек, выбравший зло, в чем-то лучше человека доброго, но доброго не по своему выбору?

«Svolotsh! Дубина грязная, vyrodok невоспитанный!»

подмешивать кое-что из новых shtutshek в доброе старое молоко, закона еще не было, и можно было pitt его с велосетом, дренкромом, а то и еще кое с чем из shtutshek, от которых идет тихий baldiozh

Что нужно Господу? Нужно ли ему добро или выбор добра? Быть может, человек, выбравший зло, в чем-то лучше человека доброго, но доброго не по своему выбору? Это глубокие и трудные вопросы, малыш 6655321.

– Э-э-э! А что же со мной? Мне-то теперь как же? Я что теперь, животное какое-нибудь получаюсь, собака? – И от этого все зашумели в мой адрес, полетели всякие раздраженные slova. Я опять в kritsh, еще громче: – Я что, по-вашему, заводной апельсин?