Читать книгу: «Практика»

«Ах, мясо, мясо, мясо, все мы любим мясо! — вещал экран телевизора в холле на стене. — Поэтому мы изобрели жидкое мясо! Жидкое мясо — это почти как обычное, настоящее мясо. Только жидкое! Жидкое мясо — это спасение вашего кошелька и вашего голода в разгар кризиса! Это дёшево, полезно, безвредно… И это почти как настоящее мясо…»

«Дикость какая-то…» — подумал Даня, отправляя наггетс в рот.

— Это если считать нормальным мясом — мясо коровы, сбитой на бешеной скорости фурой и пролежавшей на обочине месяцев семь, — прокомментировал Иван, который тоже наблюдал за рекламой.

Иван был красив, этакий Аполлон их университета. Безумно умён, лучший на факультете биоинженерии и славился тем, что сношал всё, что движется. Учитывая его красоту, всё движимое было не против. Иван заметил взгляд Дани:

— Что, сладенький, думаешь у тебя нормальное мясо? — спросил Иван, указывая на коробку с закуской. — Зря! Тухлые обрезки мяса промыли с химикатами, добавили усилители вкуса, ароматизатор, да слепили твои наггетсы.

«Будь он неладен! Аппетит пропал» — подумал Даня, а Иван, довольный произведённым эффектом, рассмеялся:

— Ты такой впечатлительный!

Не повезло им с Михой пройти отбор на практику в государственную коррекционную школу вместе с этими двумя звёздами университета. Даня посмотрел на второго парня, что сидел на диване рядом с Иваном. Мрачного вида здоровяк по имени Ставр. И имя-то странное, древнее какое-то. Нелюдимый дикарь, первый во всем, что только можно придумать — инженер-программист. Вот, скажите, что будут делать в коррекционной школе эти двое?

Его размышления прервал микроавтобус, подъехавший ко входу общежития. Даня подхватил рюкзак и толкнул задремавшего Миху. Миха, по-человечески Михаил — потрясающий кадр. Казалось, ему абсолютно ровно на всё, но память у него была шикарная. Запоминал всё, что видел. Книгу мог пересказать слово в слово после единичного прочтения. Растянутой цепочкой они двинулись к выходу.

— Отлично! Volkswagen — машина нацистов, — зачем-то заметил Миха, наверное, потому, что был учителем истории.

Они загрузились, и машина мягко покатила вперёд. Дорога была неблизкой. Даня пялился в окно, отгородившись от мира наушниками. Спустя часа три, когда в его уши заиграла песня «Blackened» группы «Мetallica», на горизонте показался густой красный лес. Красный от того, что все деревья в нём были клёны и отчего-то с красными листьями, хотя на улице месяц май.

«Удивительно» — мелькнуло в его голове.

Следующей странностью было то, что им пришлось проходить форменный досмотр, где их раздели до трусов. Даня успел позавидовать атлетичному телосложению Ставра, под кожей которого при каждом движении бугрились мышцы. К пропускному пункту с той и другой стороны подходил высокий трехметровый забор со знаком молнии и табличкой «Опасно для жизни!» Пристально рассмотрев их документы и направления от университета, хмурый дядька выдал Ставру с Иваном пластиковый пропуск с первым уровнем доступа. Что это значит, Даня не понял, ибо им с Михой не дали. И интересно, почему? Спросить не рискнул, а Михе было фиолетово.

Школа была построена из тёмно-красного кирпича в два этажа в форме буквы «П» с входом по центру.

— Общежития учеников находятся в левом крыле, — сказал сопровождающий. — Учебные кабинеты по центру на втором этаже. Общежитие сотрудников в правом крыле. Учителя располагаются на втором этаже вместе с обслуживающим персоналом. Столовую все посещают по расписанию, оно висит на двери в комнатах. Ознакомьтесь, не нарушайте. Вне вашего времени вход в столовую запрещён. После 23.00 действует комендантский час. Выходить из своих комнат без пропуска нельзя.

— А если нам не выдали? — поинтересовался Даня.

Мужчина окинул его тяжёлым пристальным взглядом:

— Значит, не положено.

Волосы на теле Дани встали дыбом от школьных запретов.

— Рехнуться у них тут правила, — заметил Даня, едва за их спинами закрылась дверь.

— В чужой монастырь со своими уставами не ходят, — философски вымолвил Миха, завалившись на кровать. — Это же госучреждение.

— Почему этих двоих поселили на первом этаже? — не унимался Даня. — Что у них за практика такая?

— Да какая разница, месяц потерпим и домой, — улыбнулся Миха, словно ничего из происходящего не производило на него никакого впечатления.

Даня прикусил ноготь, не подобрав других аргументов.

***