Цитаты из книги «Почерк Леонардо», страница 14

Говорю тебе, это полный беспредел. Почти как в России.

Несте-рен-ко Ан-на! Ан-на Несте-рен-ко! - будто песенки припев.

А теперь - хавать мороженое.

Жил, понимаешь, такой учёный Эверетт, который допёр, что существует множество вселенных, параллельных нашей, правда, с несколько иными физическими параметрами...

С тех пор она могла отчётливо объяснить, что такое игра ума.Это когда в голове вскипают пузырьки, как в стакане с лимонадом, и мозг клокочет, и что-то начинает щёлкать-щёлкать... Побегут разноцветные цифры, сливаясь и снова делясь, совершенно живые... Картинки хаотически выныривают на поверхность, вздымаются, набирают объём, и там, внутри лба, отражаются в целой галерее зеркал, выстраиваются менуэтными парами, проплывая вязью, арабесками, стройными волшебными узорами; одна сменяет другую, тает, выплёскивая напоследок отблеск дивной калейдоскопической зари, чтобы угаснуть и вновь расцвести, как гобелен, на бархатно-вишнёвом, лиловом, сине-ночном пульсирующем фоне...Это когда она сидит и не понимает - как это прошло столько времени...

Невысокая, лёгкая, словно... стрельчатая. Глаза - переливистые, как в быстром ручье в солнечный день.

В прозрачной ультрамариновой толще с двумя ярко-красными заплатами надувных матрацев ослепительными искрами вспыхивало солнце. Дымчатое небо опускалось на горизонт нежной опаловой линзой. Сфера небесная и сфера морская двумя гигантскими зеркалами отражались друг в друге до самозабвенной обоюдобездонной голубизны.

Я устал от самого себя. А от нее я устал, как только один заключенный в тюремной камере может устать от другого.

Я, знаете, глаза закрою - у меня на сетчатке всплывает ее лицо, и вечно будет всплывать, покуда не издохну.

безнадежный вопль уборщицы Маруси: «Дорогие товарищи! Душевная до вас просьба не ссать в подъезде! Это какой же труд за вами убирать!»

Кларнетист Баранов и гобоист Тупиков повсюду ходили вместе, потому что врозь падали.