Цитаты из книги «Женщины в любви», страница 4

Знание для тебя все. Взять хотя бы твою страсть к животным проявлениям, даже их ты должна пропустить через голову. Ты не желаешь становиться животным, тебе нужно наблюдать свои животные порывы и получать от этого интеллектуальное удовольствие. Твои чувства вторичны и это намного аморальнее самого закоснелого интеллектуализма. Что есть эта твоя любовь к страсти и животным инстинктам, как не самое отвратительное и самое крайнее проявление интеллектуализма? Страсть и инстинкты – да, тебе очень хочется их познать, но только пропустив через голову, через разум. Ты все держишь в голове, под этим черепом. Только не узнать тебе, что это такое на самом деле: тебе хватит и обмана, который вполне будет соответствовать остальным твоим декорациям.

– Но вы же не позволите одному человеку забрать имущество соседа, – продолжал настаивать Джеральд, – так почему же вы допускаете, что одна нация может забрать то, что принадлежит другой?

Он выглядел так свежо, безыскусно и чисто, как может выглядеть только арктическое существо.

Действовать спонтанно, повинуясь инстинкту, — одна из труднейших вещей на свете и единственная по-настоящему аристократическая.

Мне нужна любовь, похожая на сон, похожая на второе рождение, которая будет хрупкой, как только что появившийся на свет младенец (Биркин).

Брак - это общественный институт, который насколько я понимаю, с любовью ничего общего не имеет.

- Если Рим в огне, то уж лучше танцевать, потому что он все равно должен сгореть, разве не так?

Человек - это ошибка, он обязан исчезнуть.

Она не желала карабкаться на вершину общественной лестницы. С истинным цинизмом жестокой молодости она понимала, что карабкаться на вершину означает, что одно представление просто сменяется другим, что это восхождение сравнимо с тем, что вместо фальшивого пенни тебе всучают фальшивую полукрону. Вся система ценностей была фальшивой.

В самом эпицентре своего наиболее ощутимого счастья, какой же несчастной она была!