Комментарии, 158 отзывов

Я познакомилась с Лоуренсом в университете, когда изучала предмет "Литература Англии". Прежде чем прочесть его роман, да и вообще произведение любого другого автора, советую хотя бы день уделить биографии писателя, каким-то интересным фактам, уделить внимание той эпохи, в которую он жил и чем тогда "дышало" общество. У Дэвида Лоуренса была удивительно трагическая жизнь, полная путешествий. Он с женой поменял более 100 адресов, но нигде они не могли "осесть". Дэвид был глубоко привязан к своей Фриде и любил её до потери пульса. Писатель попросту не мог творить без неё. Советую прочесть про их отношения, это очень увлекает - окунаться в реальную жизнь того человека, кем написана книга, которую собираешься прочесть. Думаю, что этот огромный период жизни, а супруги, на минутку, прожили вместе 18 лет в браке, повлиял на творчество писателя. Я даже смею провести некую параллель между отношениями Лоуренса с его женщиной и с тем, что происходит в романе. Фрида была замужем, когда познакомилась с Дэвидом, и жутко скучала в огромном доме со своим, как она считала, "сухим" мужем. С Лоуренсом она окуналась в новую жизнь, а тот, в свою очередь, боготворил Фриду за её раскованность и непредсказуемость. Особенно меня поразило, что Лоуренс себя сравнивал с Клиффордом, когда писал роман. Не вдаваясь в подробности, советую прочесть их историю в начале. Не знаю только, есть ли на русскоязычных сайтах его подробная биография.

Но в общем, думаю, что "Любовник леди Чаттерли" нужно читать "между строк", без предрассудков и ненужных суждений. Да, любовная линия почти не развита, но ведь роман этот не о любви. В первую очередь это конфликт. Конфликт, который переживал сам Лоуренс; конфликт, который раздирал его изнутри и буквально крушил внутренний мир автора, его взгляды на жизнь, на этот мир. Он пытался спастись от "машинной цивилизации" всеми способами, ведь она все больше и больше поглощала все, чем дорожил и что окружало Лоуренса. Любовь Оливера и Конни для меня просто фон, на котором разворачивается настоящее противостояние между "механическим разумом" и "чувственной природой", поэтому и концовка может показать оборванной, ведь жизненные поиски Лоуренса так и не увенчались успехом.

Прочла за 2 дня без напряга.

И женщины, оказывается, кончать умеют. Мысль для 21 века совсем не новая, но для современников Лоуренса - наверняка скандальная и кощунственная. Главная героиня открывает в себе живую женщину и близка к тому, чтобы начать диалоги с вагиной (на самом деле нет). Ей не позавидуешь - от интеллектуального сухаря-мужа ее бросает в объятия к просвещенному дикарю-егерю. Один благословляет на измену со словами: "Лишь бы ты меня любила", другой мечтает обрядить человечество в красные панаталоны - я даже не знаю, что ужасает больше.

На фоне эмоциональной революции происходит и революция техническая. Шахты вырастают на классических газонах. Шахтерам не нужны аристократы - да и не очень-то понятно, почему они заведомо богаче и уважаемее их. Я жалею, что не увижу их лиц, когда любовник леди Чаттерли предложит им красные панталоны.

Привычка не читать аннотации одновременно играет и в плюс, и в минус. Например, с «Любовником леди Чаттерли» я была искренне уверена, что этот классический роман происходит примерно в то же время, и в тех же декорациях, что и «Госпожа Бовари» Флобера. Тем ярче было удивление, когда в первой половине романа встретилось сначала обсуждение большевистского движения, а затем появился тот самый любовник и страницы наполнились весьма откровенными обсуждениями эротических моментов, интимных частей тела и цветов, которыми эти части тела украшают. Можно себе представить удивление неподготовленного читателя. Да и вся история с запретами произведения Дэвида Лоуренса и попытками привлечь к суду за непристойное поведение после печати становится понятнее. Уж совершенно точно читатель первой половины XX века ещё не был привычен к тому, что вдруг будет читать про оценку отверстий для физиологических отправлений у женщины и про то, насколько это делает её женщиной. Сейчас роман, пожалуй, смотрится всё ещё провокационно, хотя совсем не так как когда-то.

Ещё удивительнее, что в основе лежит максимально банальная ситуация с любовным треугольником. Перед нами баронет Клиффорд Чаттерлей, ставший наполовину парализованным инвалидом всего через полгода после свадьбы, его жена двадцати с небольшим лет Констанция и его угрюмый и нелюдимый егерь — Оливер Меллорс. Сначала Констанция (Конни) влюблена в своего мужа и находит удовольствие в жизни, где она символ чистоты и вдохновитель мужчины, но годы идут, характер Клиффорда портится, а молодая женщина взрослеет и начинает осознавать, что её будни в качестве сиделки человека, с которым они даже не любят друг друга пусты и бессмысленны. Да и сам муж вовсе не прочь завести ребенка, которого он планирует воспитать достойным собственного высокого статуса, для чего он неоднократно намекает жене, что совсем не против, если она заведет любовника. Ведь главное не потерять её и всё ещё полностью контролировать свою добровольную сиделку, а страсти к ней он не испытывал и до постигшего его несчастья. Именно в этот момент случается та самая встреча с егерем и события начинают набирать оборот, в котором происходит столкновения рутины и страсти, а также столкновение двух совершенно разных социальных классов.

Причем в этом романе нет любви как таковой ни с одной из сторон. Клиффорд просто не готов расставаться с ухаживающей за ним женщиной, которая так отлично вписана в его рутину и обладает устраивающим его социальным положением. Неважно насколько тяжело жене одной обслуживать неходячего мужчину, он не подпустит к себе слуг и будет требовать заботы только от неё. И, даже согласившись на сиделку, которая будет устраивать его во многом больше, чем Конни, он все равно маниакально следит за сохранением привычной рутины, в которой немало её обязанностей. Конни, которая просто хочет жить, дышать полной грудью, вырваться из этого блеклого мирка, где она просто деталь интерьера. Она не понимает егеря, ей не о чем с ним говорить и тяжело слушать его просторечье, но он олицетворяет свободу, которой ей так не хватает. И сам Меллорос, в котором бушуют страсти, которым он пытается, но не может не поддаваться.

Другой пласт романа — это рассуждения героев об устройстве мира, классовом неравенстве, индустриализации и будущем, где не будет места всему тому, за что так держится баронет Чаттерлей, но и не будет того идиллического баланса, о котором грезят другие герои. У Дэвида Лоуренса получился интересный роман, который дает очень много поводов для размышлений и обсуждений, что уже делает чтение ненапрасным.

С сочувственным недоумением смотрю на усилия трудолюбивых депутатов и депутаток Госдумы в очередной раз ужесточить наказания за порнографию. Пусть для начала оторвут глаза от проекта очередного закона с очередным запретом и оглянутся вокруг.

Запретить порнографию также реально, как передвижение на автомобилях. Художественное и детальное изображение (описание) полового акта используется в десятках тысяч вполне легальных книг, не говоря уже о фильмах, признанных кинематографическими шедеврами.

Понятие порнографии так размылось, что сегодня к этой категории можно отнести разве что показ оргии с одновременным участием как минимум тридцати геев, лесбиянок, трансгендеров и транссексуалов, двух десятков натуральных мужчин и женщин, а также собак, лошадей и ручного носорога.

Начинать борьбу с распущенностью, растленностью и отрицанием священного института брака надо было примерно 250-300 лет назад.

Главные виновники сексуальной свободы и вседозволенности – это люди, чьи имена вошли в золотой фонд мировой культуры.

Вот короткий перечень авторов, проторивших путь от благочестивого Домостроя и заповеди «Не прелюбодействуй» до «Лолиты» и «50 оттенков серого».

«История кавалера де Грие и Манон Леско» аббата (священника!) Прево – пропаганда безбрачного сожительства.

«Красное и черное» Стендаля – совращение замужних женщин и незамужних девиц.

«Госпожа Бовари» Гюстава Флобера – роман об адюльтере.

«Анна Каренина» Льва Толстого – оправдание супружеской измены.

Ги де Мопассан: все его творчество – настоящий апофеоз блуда.

«Дама с камелиями» Дюма-младшего, «Блеск и нищета куртизанок» Бальзака, «Яма» Куприна – книги об увлекательной жизни проституток.

Однако самую большую лепту в популяризацию внебрачных связей внес английский писатель Дэвид Лоуренс. Его роман «Любовник леди Чаттерлей», опубликованный в 1928 году, вызвал колоссальный общественный скандал.

«Роман описывает классический любовный треугольник: молодая красивая жена, муж-инвалид и угрюмый лесник, приглядывающий за поместьем. Кроме того, роман также затрагивает социальные (муж, леди и лесник происходят из различных сословий) и сексуальные аспекты (подробные описания пробуждения сексуального влечения к леснику у Констанции и их любовных сцен)».

Вот за изобилие аморальных сцен и сексуальных аспектов этот роман и был запрещен в Великобритании вплоть до 1960 года.

Что не имело никакого практического смысла: в 1934 году вышел не менее скандальный «Тропик Рака» Генри Миллера, в 1953 году — «Лолита» Владимира Набокова. А в 1955 году «Любовник леди Чаттерлей» был экранизирован во Франции.

Плотина табу и запретов была окончательно прорвана. Шестидесятые годы – сексуальная революция и движение хиппи. Семидесятые и восьмидесятые – выход огромного количества фильмов и книг, посвященных сексу, то есть повседневному занятию ВСЕХ жителей Земли, начиная с 14-17-летнего возраста.

Но по-прежнему находится немало странных людей, которые убеждены, что эта тема должна быть под строгим и – желательно! – судебным запретом.

Если усилия борцов за нравственность когда-нибудь увенчаются успехом, то из библиотек придется выбросить книги Бальзака, Толстого, Флобера, Мопассана, Стендаля – ведь с них все и начиналось.

Кстати, надо обратить внимание депутатов на крайне подозрительное созвучие названий — «публичная библиотека» и «публичный дом». Возможно, на всякий случай следует запретить оба учреждения.

Депутаты и прочие ревнители настолько увлеклись борьбой за нравственность, что забыли о самом главном — об основном инстинкте. Я, разумеется, имею в виду инстинкт их собственного самосохранения.

А он должен подсказать им, что их запретительская активность полностью противоречит государственной политике. Ведь на Самом Высоком Уровне не раз было заявлено, что гражданский долг каждой отечественной женщины – рожать как можно больше детей, восполняя убыль населения.

И даже самые большие нравственники и морализаторы вроде бы должны понимать, что дети появляются как раз благодаря сексу. Больше секса – больше детей. Прямая закономерность, не так ли?

А что стимулирует желание заняться сексом? Правильно: порнографические сайты, затейливые штучки-дрючки из секс-шопов, фильмы и книги эротического содержания.

Поэтому предлагаю в ускоренном порядке принять Закон о бесплатном распространении «Любовника леди Чаттерлей», «История О», «Снафф», «50 оттенков серого» и других бестселлеров возбуждающего жанра. Пусть работники ЗАГСа вручают всем брачующимся красиво упакованный набор из 7-10 мотивирующих книг.

Молодожены начнут увлеченно читать, с энтузиазмом заниматься сексом и массово воспроизводиться, догоняя по численности населения Индонезию, Пакистан и Нигерию.

С другой стороны, если они будут слишком много читать, то у них не останется времени на секс. Серьезная проблема!

Но я уже вижу отличное решение. Надо запретить не порнографию, а противозачаточные средства. Будет достаточно одного-единственного раза, чтобы появился ребенок. И люди сами начнут отказываться от скабрезных фильмов, книг и даже от самого секса, лишь бы не превратиться в многодетных отцов и матерей.

Секс-шопы разорятся, порносайты закроются, а «50 оттенков» и «Лолиту» сдадут в макулатуру.

Вот так просто? Вот так просто.

В самом начале романа русским по белому сообщается о некой экстравагантности и неоязычности произведения (нео- было на момент написания, сейчас для нас это не кажется странным или новым). Когда берешь в руки классику с пометкой "экстравагантно, плотские отношения, другая сторона любви", не ожидаешь увидеть откровенную порнографию с вставками рассуждений о морали и прочих человеческих приблудах. Но, чёрт возьми, невозможно было оторваться. Первые страницы вымучивались до появления героя, с которым у Конни завязалась интрижка.

Мне понравилось, что нам вкидывают ложный след, который заставляет думать об одном развитии событий, а на самом деле выдается другой. Мне кажется, это талантливо, особенно для любовного романа, где у главной героини не особо-то много желаний (и что интересно, в начале книга воспринимается как любовный роман, потом эротический, а потом просто роман). Вообще на протяжении истории мнение относительно Констанции будет не раз меняться. То, что поначалу кажется предательством, под конец, скажем так, будет вызывать другие чувства. Думаю, в зависимости от жизненного опыта и убеждений самого читателя. Стоит упомянуть, что слово член, естество и ласкать будут встречаться очень часто. Можно даже считать, так как на одной странице концентрация полового и сексуального абсурда может зашкаливать. В этом, мне кажется, провокация обществу 20 века, ведь роман был действительно шоком. Действительно, не зря поместили краткую предысторию в начале книги - это повлияло на восприятие истории не как «Пятьдесят оттенков серого» Джеймс Э Л (не хочу задеть никого, просто данное произведение является эротической литературой, а Лоуренс, всё-таки, цели иные ставил, как мне кажется), а как действительно проблему общества тех лет, в частности положения жены при муже. Лоуренс так же поднимал проблему наличия сексуального разнообразия (мне не нравится слово меньшинства), т.е. лесбиянства, мужеложства - и сам автор (если судить по тексту) резко негативно выражается касательно новых веяний. Любопытное построение текста, так как цитаты из библии и консервативный уклад очень тесно переплетается с откровенными любовными сценами. Такой контраст поначалу сильно режет глаз, но в целом эффект создает. Не могу сказать, что это обязательно к прочтению. Но определенный культурный фон даёт, и есть что обсудить, ведь судьба Конни действительно очень непроста. Потому что как приличной девушке ей хочется оставаться с мужем, а с другой стороны - зов природы не так легко заглушить.

Люблю такие книги, которые после прочтения мысли оставляют и обдумываешь все еще потом денек другой. Возможно я это уже говорила, не суть. Хотя читалась книга с натяжкой в начале, но потом все пошло само собой. Да, 18+. Из аннотации и самого названия (капитан очевидность, привет) известно о любовном треугольнике, ну я думала почитаю про похождения налево, время скоротаю и все. Так собственно и вышло, но при этом раскрыто много интересных житейских тем, хотя автор говорит не только о низшем, но и верхах. Почему то кажется, что все что я скажу станет пошлостью, хотя постельные сцены и играют свою роль, но за всем этим чувственным раскрепощением виднеется в окошке мир, такой какой есть, с этими пресловутыми законами общества. Ох, особенно, высшего общества. Читаешь и веришь. По атмосферности времени прям напомнило "Унесенных ветром", дух того времени. Все-таки шедевр.

Невероятно очевидно, но факт. Живя в 21 веке, Лоуренс не стал бы таким знаменитым писателем, поскольку такого добра, что написал он, у нас теперь очень много. Мы раскрепостились, как он и предсказывал. Эту книгу поставили бы сейчас на полку со всевозможными любовными романами, и вряд ли продажи обогнали бы пресловутые "50 оттенков". Все, что там выносится на линию откровения для нас уже давно открыто, нас этим не удивить, так как это все приелось.

Но так не случилось и леди и её любовник были придуманы в начале 20 века, когда эмоции и желания были заперты, а соблюдение приличий было выше всего. Даже отец главной героини утверждает, что " в частной жизни мы вольны потакать своим чувствам", но все же "надо, хотя бы внешне, соблюдать правила".

Запретили эту книгу за наличие эротических сцен. Но для меня эротичность сцен осталась на втором плане, поскольку я так прониклась судьбой Конни, что секс в романе для меня не так важен Важно то, что каждый человек способен вырваться из клетки, даже если он сам себя туда и загнал.

P.S. А еще я была приятна удивлена концовкой романа, точнее тем что автор не скатился в "жили они долго и счастливо".

Как я и надеялась, Дэвид Герберт Лоуренс вновь погрузил меня в пучину страстей человеческих. В очередной раз убедилась, как автор умеет точно передать эмоции и переживания главных героев, озвучить их мысли и страхи. А если учитывать, какую он затронул тему в произведении начала двадцатого века, становится понятно, почему эта книга считается одной из знаковых в литературе того времени.

Констанция - главная героиня романа - с детства вращалась в интеллектуальном обществе, "сызмальства окунувшись в сферы высокого искусства и теории справедливого жизнеустройства". В молодости она с удовольствием вела философские беседы, разговаривала об искусстве, музыке, общественной жизни. Духовный интерес превалировал над телесным, к которому после небольшого опыта девушка стала испытывать только презрение. Животные инстинкты должны быть полностью искоренены во времена духовного просвещения! Да, в мужчинах её привлекал только ум, оцениваемый ею по собственным меркам. По уму она и выбрала себе мужа - Клиффорда Чаттерли.

До женитьбы Клиффорд не спал с женщинами, а плотские утехи значили для него очень и очень мало. А душевная близость с женой не нарушила его девства. Конни даже обрадовалась: вот истинная любовь, выше всяких там сексуальных отношений, выше «удовлетворения страсти».

Война сделала из Клиффорда инвалида, полностью обездвижев всё, что находится ниже пояса. Так началась их укромная жизнь в семейной усадьбе Рагби.

Лоуренс, как и в романе "Женщины в любви", снова описывает устройство и быт шахтерского городка, что удается ему очень хорошо, т.к. с проблемами таких мест он знаком не понаслышке. Он с горечью говорит о разрушении природы в угоду индустриальному прогрессу. Люди, по его разумению, всё больше и больше отрываются от земли, природных ритмов, теряют естественность, ускоряя и гоня свою жизнь вперёд. Такая жизнь делает их неприкаянными, заставляет охотиться за мнимыми ценностями, которые не приносят счастья. Они гробят здоровье на нелюбимой работе, чтобы потратить заработанное на праздные развлечения и красивые вещи, не замечая ничего вокруг. Удивительно, что автор говорит это ещё в 1928 году, ведь сейчас, в 2015, стоит открыть какой-нибудь жизнеутверждающий паблик в вконтакте или зайти на сайт типа AdMe, и на тебя посыпятся посты о том, как важно находить баланс и гармонию между работой и личным временем, чтобы получать удовольствие от жизни.

Другая сторона романа - это половые отношения между мужчиной и женщиной, в том числе о праве женщины тоже получать чувственное удовольствие от полового акта. Не секрет, что на протяжении многих веков женщина воспринималась только как объект отношений, а субъектом мог быть только мужчина, который не особо заботился об ощущениях партнерши. Да и тема секса сама по себе была табуирована. Лоуренс пишет о том, что человеку нельзя пренебрегать физиологическими потребностями, а в том, что задумано природой, нет ничего постыдного. Человек - это часть природы. И как бы он не пытался отделить себя от неё, отделить от животного мира, замалчивая о том, в чем проглядывается сходство с низшими существами (например, соитие и справление естественной нужды), и прославляя духовное совершенствование, человек всё равно будет зависеть от своего тела, отрицание которого делает его неполным и не дает наслаждаться жизнью во всех её проявлениях.

Гармония тела и души, принятие в себе и физического, и духовного начала - вот залог счастья. Клиффорд слывет в обществе умным человеком. Он пишет книги, которые обретают большую популярность. Но что есть его книги? Пустышки. Отрицая важную часть себя, важную часть жизни, он, пишущий о людях, становится неспособным постичь их суть, взаимоотношения между ними и жизнь вообще. Его ум, в итоге, оказывается весьма ограниченным. В противовес физически немощному Клиффорду автор вводит чувственного Меллорса. Его речь, привычки, быт порой коробят Конни, ведь это всё так отличается от того, что она знает! Но Меллорс, несмотря на его происхождение, далеко не дурак и по части жизни он даст фору образованному и благородному Клиффорду.

Автор не верит в интеллектуальную любовь, в только платонические отношения между супругами. В конце концов, пишет он, тело возьмет своё. И когда это произойдёт, двое, которые, казалось, ещё вчера любили друг друга, сегодня легко могут возненавидеть один другого. Лоуренс выводит, что сексуальные отношения, которые доставляют удовольствие обоим супругам, играют немалую роль в счастливой семейной жизни, поэтому нельзя ими пренебрегать, надеясь найти замену в духовных отношениях. Второе, конечно, тоже должно быть (именно поэтому Меллорс не какой-нибудь мужлан-секс-маньяк), но одно не подменяет другое. Гармония в отношениях влюбленных между сексуальным и духовным - разве не об этом нам сейчас, в 21 веке, говорят везде, где только можно?

Я, пожалуй, догадываюсь, что чаще всего находят в этой книге читатели. Откровенные сцены, неприкрытая эротика - это, конечно, так, этого в романе немало, но в этом плане меня впечатлила разве что смелость автора, книга-то написана в 20-х годах 19 века... Меня больше увлекли рассуждения на социальные темы. Кажется, в самом главном общество мало изменилось за последние сто лет:

Ныне дом — это место, где живешь; любовь — сказка для дурачков; радость — лихо отплясанный чарльстон; счастье — слово, придуманное ханжами, чтобы дурачить других; отец — человек, который живет в свое удовольствие; муж — тот, с кем делишь быт и кого поддерживаешь морально; и, наконец, «секс», то бишь радости плоти, — последнее из великих слов — это пузырек в игристом коктейле: поначалу бодрит, а потом — раз! — от хорошего настроения — одни клочки.

Или взять ещё вот этот фрагмент, очень актуально для наших дней:

Молодые бесятся, потому что у них нет денег, а кругом столько соблазна. Они видят смысл жизни в приобретательстве, а приобретать не на что. Такова наша цивилизация, таково наше просвещение: в людях воспитывается только одна потребность — тратить деньги.

А ведь это было написано тогда, когда промышленная революция ещё не закончилась, а общество потребления только-только начало формироваться! Поразительно верно автор подметил опасные тенденции... И какой же выход из этого тупика он предлагает? Меня немного покоробила критика науки и похвала церкви в финальном письме главного героя. Но в главном, мне кажется, я его понимаю:

— Нет, я, конечно, во что-то верю. Я верю в сердечное тепло. Верю, что нет настоящей любви без сердечного тепла. Я уверен, если мужчина обладает женщиной и в душе обоих нежность, все будет хорошо. А вот если любить с холодным сердцем — это идиотизм, это смерть.

Вот только я затрудняюсь определить, та ли это самая заветная настоящая любовь с сердечным теплом между центральными персонажами?.. Мне почему-то видится в их отношениях какая-то патология, перекос в сторону плотского. Этот перекос - намеренный, и такую позицию автора по отношению к браку мне трудно принять:

нынче почти все браки — фальшивые. Современные мужчины и женщины — сплошь личности, и в брак вступают именно личности, которые обнаружили, что у них общие вкусы на мебель, книги, развлечения или спорт, их восхищает в партнере ум, им интересно говорить друг с другом, словом, один от другого в восторге. Это сходство умов и вкусов — прекрасная основа для дружбы между мужчиной и женщиной, но оно губительно для брака. Ведь брак это и есть сексуальная активность, а сексуальная активность есть, была и будет в каком-то смысле враждебна интеллектуальной, личностной близости мужчины и женщины. Почти аксиома, что брак между двумя личностями рано или поздно приводит к взаимной, на первый взгляд необъяснимой, ненависти. Стыдясь, они пытаются ее прятать, но она все равно прорывается, причиняя боль всем, а особенно «любящей чете». Сильно чувствующие люди доходят в ненависти до исступления. Истинная причина этого заключается в том, что родство вкусов, склонностей, умственных и духовных интересов, увы, очень редко совместимо с взаимным сексуальным согласием двух кроветоков… Таково одно из свойств человеческой психики.

Возможно, что-то в этом есть, но в свою очередь без дружбы и общих вкусов я себе удачного брака не представляю. И к тому же Конни, главная героиня... Не знаю, почему, но воспринимаю я её как-то неоднозначно, не понимаю я её, не вызывает она у меня ни сочувствия, ни сопереживания, ни симпатии. Вроде неглупа, но весь роман зациклена только на том, что происходит между мужчинами и женщинами - какой узенький круг интересов, и к тому же горькие рыдания над цыплятами... Понравилась развязка сюжетной линии сера Клиффорда, но спойлерить не буду. Есть какая-то очень логичная психологическая достоверность в его финальном отклонении...

Книгу можно расценивать как друга, рассказывающего вам о своем опыте, как духовного наставника, который вам диктует моральные ориентиры в жизни, как случайного попутчика в поезде, где вы просто вынуждены выслушать историю до момента, пока просто не сойдете на своей станции…. Но чаще всего в книге вы ищете зеркало которое покажет вам истинное отображение ваших мыслей и чувств. История леди Чаттерлей и егеря раскрывает истинную суть любви человека, а не то рафинированное понятие, которое у нас сформировалось под наслоениями социальных норм и устоев. Она рассказывает нам о том животом начале в каждом из нас, которое может превратить нас в как распутника и последователя маркиза де Сада, так и зародить истинное чувство, которое нивелирует социальные предрассудки, цепкие ханжеские нормы, и даже твое я, сформированное под влиянием воспитания. Книга учит, что физическая любовь может быть прекрасной, что физическая любовь может стать мостом к истинной и возвышенной любви, что утоления “плотского огня” - это естественная потребность человека не только в физическом аспекте, но и душевно-чувственном. Если вы блюститель моральных норм , и ставите эту добродетель выше всякой любви, а уж, тем боле, “непотребных плотских утех”, тогда вы в книге найдете подтверждение, что моральное разложение началось намного раньше чем высокие технологии заполонили наш мир. Сластолюбцы, падкие к пикантным сценам и ищущих сексуального удовлетворения по средствам прочтения постельных сцен, найдут эту книгу безнадежно устарелой и наивной. Но, думаю, есть и те, кто узнает себя… Тех кто боролся за любовь, пусть и движущуюся только на этом “огне естества”, и те, кто спасовал, прикрываясь как щитом непреодолимостью обстоятельств и всякими другими псевдо- добродетелями.