Читать книгу: «Ложный узел»

Глава I

Флаги трепетали на ветру так яростно, словно хотели сорваться с мачт и улететь к горизонту. Над водой плыла музыка: гулкие барабаны, медные трубы, чей-то хриплый, но счастливый саксофон. Звук отражался от воды и возвращался эхом, и казалось, что играет сам океан.

Берег гудел. Тысячи людей облепили склон холма, как ракушки облепляют сваю. Они свистели, кричали, трясли над головами бумажные веера и трещотки, и этот раскатистый рёв не мог перекрыть даже прибой. Только тугой тёплый ветер, пахнущий солью, уносил шум вдаль, туда, куда вскоре предстояло двинуться шарам.

Над площадкой у воды ожили динамики. Голос диктора, натянутый, как струна, перекатывался с имени на имя:

— Под флагом Парагвая: Шади Порей, Камилла Глоус, Изольда Прут! Под флагом Дании: Оливия Паульсен, Лукас Моллер, Анна Нельсон! Австралия…

Толпа заглушала его рёвом на каждом имени. Участники махали руками, слали воздушные поцелуи, и каждый жест встречала новая волна криков.

Страны, обычно спорившие о квотах и пошлинах, решили доказать, что умеют и дружить. Для этого они придумали самое безумное из возможных состязаний: пересечь океан на воздушных шарах. Неделя над бездной. Каждый шар был привязан к плоту с провизией, и плоты тихо скрипели на воде, как нетерпеливые лошади у коновязи. По замыслу организаторов шары несли их в метре над волнами: нижние брусья касались пены, и, как шутили на брифинге, никому не пришлось бы падать далеко.

От плотов один за другим отваливали катера, оставляя белые пенные хвосты и запах бензина и мокрых канатов. Последние ящики с припасами уже стояли на настилах. Дальше всё зависело от погоды, ветра и самих участников. Отбор прошли немногие: полгода изнуряющих тренировок, марш-броски, нырки в ледяную воду, бессонные ночи на тренажёрах. Остались самые упрямые.

Вдоль набережной выстроились шатры с сувенирами и уличной едой. Над ними поднимался густой запах жареных каштанов, сахарной ваты и горячего масла. Те, кто стоял у подножия холма, видели линию горизонта и катера, проходящие по ней, как чёрточки на бумаге. Счастливчики на вершине могли разглядеть весь строй шаров: пёстрые купола, словно стая диковинных цветов, повисших над водой.

Небо в тот день было безупречным: высокое, синее, с несколькими облачками, которые лениво плыли, будто не знали, что внизу творится что-то важное. Старт был назначен на четыре часа дня.

— Ты боишься? — негромко спросил Бруно, выглянув из-за плеча Лии.

Она обернулась. Ветер трепал выбившиеся из косы тёмные пряди.

— Нет. Уже нет.

Она попыталась улыбнуться, но улыбка вышла тонкой, как нить. Бруно заметил, что у неё побелели костяшки пальцев, сжимающих поручень.

— Не бойся, — сказал он так тихо, чтобы слышала только она. — Я с тобой.

Лия кивнула и снова повернулась к берегу. Она искала в толпе знакомые лица, но с такого расстояния людей было не различить: пёстрая колышущаяся масса и неразборчивый гул. Глаза слезились от ветра и яркого света.

Между ними не было ничего, кроме дружбы, но Лия доверяла Бруно так, как доверяют старшему брату. Эта простая уверенность размягчила что-то у неё в груди, и тревога, вцепившаяся было в горло, разжала пальцы.

Команда состояла из четверых: Лия, Бруно, Тесса и Рик. Тренер, оставшийся на берегу, сказал последние слова ещё утром, коротко и без пафоса. Теперь они были одни. Победа была нужна всем, но Рику, пожалуй, больше всех.

Утром, в раздевалке, ему пришло сообщение. Всего три слова от человека, которого он называл просто Мерроу: «Помни про узел». Рик стёр его, но слова не стёрлись.

Теперь он стоял у основания шара и проверял снаряжение. Снова. Пальцы перебирали узлы один за другим: тугие, влажные от морского воздуха, шершавые, как кора. Он тянул, дёргал, прислушивался к скрипу каната. Лишь один узел, главный, на фале, соединявшем плот с шаром, он не трогал. Он завязал его накануне и старался на него не смотреть. Лицо у Рика было такое, будто мысленно он находился далеко-далеко, за линией горизонта.

Бруно, перекладывавший ящики, остановился.

— Как ты, парень?

— Нормально, — отозвался Рик, не поднимая глаз. Верёвка в его руках скрипнула.

— Ну и хорошо.

Бруно не поверил ни слову. Но, чтобы не давить, отошёл и продолжал краем глаза следить за приятелем: слишком внимательно тот изучал узлы, которые уже проверил трижды.

Рик и правда был встревожен. Но в команде они знакомы всего несколько месяцев, и вываливать свои беды на человека, с которым пока не съели даже пуд соли, он не собирался.

Лия и Тесса тем временем обходили соседние плоты, перекрикиваясь через воду с другими командами и обмениваясь советами. Дубайская команда оказалась самой оснащённой: на их плоту поблёскивали антенны и блоки навигации, стояли приборы, названий которых девушки не знали. Один из дубайцев перебросил Тессе небольшой герметичный гаджет.

— На случай, если что-то пойдёт не так! — крикнул он с улыбкой. — Нажмёшь кнопку, и мы вас найдём.

Тесса поймала коробочку на лету и спрятала в нагрудный карман.

На своём плоту Бруно крепил провизию. Спальные мешки, канистры с горючим, ящики с консервами, вяленое мясо, сухари, а в углублении настила небольшой холодильник с замороженным мясом. Хлопали тугие ремни, глухо стучали друг о друга банки. Закончив, он похлопал ладонью по крышке последнего ящика, как по спине доброй лошади.

Рик отошёл к борту, достал телефон и коротко набрал: «Агата, прости меня за всё. Если что, ищи у побережья». Отправил и выключил телефон.

— Участникам приготовиться! — загремел диктор, и толпа взорвалась воплями и свистом.

Горелки зашипели. С низким утробным гудением пламя лизнуло оболочки шаров, и они начали наполняться тёплым воздухом, разворачиваясь, как огромные цветные паруса. Над плотами закачались корзины, и участники один за другим стали карабкаться к ним по верёвочным лестницам.

— Лия, Тесса, — крикнул Бруно, — вы первые!

Он придержал лестницу, пока девушки поднимались. Перекладины мокро поскрипывали под их ладонями.

— Идите, — сказал Рик, когда Бруно обернулся к нему. — Я ещё раз проверю тросы.

Бруно кивнул и полез следом. Через несколько минут над бортом показалась и голова Рика: бледного, с упрямо сжатыми губами.

Тесса и Лия устроились по разным сторонам корзины. Бруно возился с горелкой, и пламя ревело над ними, как маленький дракон.

— Как думаешь, — крикнула Тесса сквозь шум, — мы продержимся неделю и не поколотим друг друга?

Лия сложила кулаки и стукнула ими друг о друга.

— Держу пари, нас не хватит и на пару часов!

Обе рассмеялись, нервно и звонко, и смех подхватил ветер.

Бруно понимал, что девушки шутками гонят страх. Но стоило ему взглянуть на Рика, как внутри что-то неприятно сжималось. Тот вёл себя странно: молчал, избегал взглядов, то и дело косился вниз, на плот, будто знал что-то, о чём не следовало знать остальным.

Корзина дрогнула. Земля качнулась и поплыла вниз. Крики толпы слились в далёкий глухой шум, как гул моря в ракушке. Шары, медленно покачиваясь, двинулись навстречу бескрайнему океану, который лежал под ними, огромный и бездонный, и молчал.