Читать книгу: «Старухи у подъезда»

1. ДОМ НА ОКРАИНЕ

Наш пятиэтажный дом №7 по улице Ленина стоял на самом краю города, где асфальт сменялся разбитой грунтовкой, а за пустырём уже начинались колхозные поля. Типичная хрущёвка середины 60-х – серые стены, кривые подъезды с вечно разбитыми лампочками, ржавые почтовые ящики. В нашем подъезде пахло дешёвым табаком, тушёнкой и чем-то затхлым – как будто из подвала тянуло сыростью десятилетней давности. Я, Виктор Сергеевич Малышев, 42 года, старший инженер завода "Красный Октябрь", жил здесь с 1975 года. После того как жена уехала к матери в Воронеж ("В этом доме что-то не так, Витя!"), моя жизнь свелась к работе, редким посиделкам с соседом Николаем и… наблюдениям за ними

2. ТРИО У ПОДЪЕЗДА

Они сидели на покосившейся деревянной лавочке каждый день с ранней весны до поздней осени. Даже в дождь. Даже в первый снег. Три фигуры в поношенных платках и ватных фуфайках: **Баба Тоня** – худая как скелет, с кожей жёлтого пергаментного цвета. Её длинные пальцы с ногтями, похожими на когти, вечно перебирали чётки из косточек (от слив? от груш? я боялся думать). Когда кто-то проходил мимо, её ноздри раздувались, будто она… нюхала человека. **Баба Шура** – массивная, с лицом цвета несвежей говядины. Её смех звучал как скрип несмазанных петель. Особенно меня пугали её зубы – неестественно острые, будто подточенные, и странно белые для её возраста. Она всегда что-то жевала, даже когда во рту ничего не было. **Баба Глаша** – самая молчаливая. Её чёрные, как маслины, глаза никогда не моргали. Она просто сидела и смотрела. Смотрела на всех. Особенно на детей."Доброго здоровья, Виктор Сергеич!" – хором скрипели они, когда я возвращался с работы. Их голоса звучали неестественно сладко, как прокисший компот.

3. ПЕРВЫЕ ТРЕВОЖНЫЕ ЗНАКИ

Осенью 1982 года начались пропажи. Сначала исчез алкаш Санька с пятого этажа. Все решили – ушёл в запой."Да он у тётки в области!", – махал рукой участковый.Потом пропала учительница английского Людмила Петровна. Молодая, симпатичная."Сбежала с военным!", – шептались соседки.Но я видел, как в день её исчезновения бабы сидели особенно оживлённо, а баба Шура вытирала рот грязным платком. На платке было красное пятно."Помидорка облилась", – сказала она, заметив мой взгляд. Но в октябре помидоров не было уже месяц.

4. РАЗГОВОР С ПОЧТАЛЬОНОМ

"Виктор Сергеич, вы к старухам-то не подходите", – прошептал как-то утром почтальон Петя, вручая мне квитанцию за газ."Чего?" – я усмехнулся.Петя оглянулся и наклонился ближе:"Они в войну людоедками были. В блокаду. Баба Шура мне сама рассказывала, как они…" "Бредни старого маразматика", – отмахнулся я.Через три дня Петя исчез. На его месте у подъезда сидела баба Тоня и… чистила новый почтальонский ремень."Где Петя?" – спросил я."Уехал", – ответила баба Глаша, не моргнув."Куда?" "Далеко", – улыбнулась баба Шура, и в уголках её губ заблестела слюна.

5. НОЧНОЙ ВИЗИТ

Той ночью я проснулся от стука. Тук-тук-тук. Не в дверь – в стену. Как будто кто-то скребётся изнутри."Виктор Сергеич… – послышался шёпот бабы Глаши. – Откройте… у нас для вас гостинец…"Я подошёл к двери, посмотрел в глазок. Они стояли втроём, освещённые тусклым светом лампочки. В руках у бабы Шуры была… нога. Человеческая нога."Молодое… свежее… – прошептала баба Тоня. – Вчерашнее…"Я отпрянул. В подъезде раздался хриплый смех

6. В ПОДВАЛЕ

Утром я решил проверить подвал. Фонарик выхватывал из темноты паутину, старые вёдра… и кости. Много костей. Некоторые – совсем свежие.Ищете что-то, дорогой?" – раздался за спиной голос.Я обернулся. Баба Шура стояла в проёме, облизывая губы."Это… собачьи?" – пробормотал я."Конечно, собачьи", – засмеялась она. – "Хотите попробовать? У нас ещё есть…"Я побежал. Их смех преследовал меня до самого пятого этажа.

7. ПОСЛЕДНИЙ РАЗГОВОР С НИКОЛАЕМ

"Ты с ума сошёл!", – закричал сосед Николай, когда я рассказал ему всё. – "Старушки! Да они еле ходят!"Но вечером того же дня Николай исчез. А на следующее утро бабы сидели у подъезда особенно оживлённые. Баба Тоня чистила картошку… и напевала."Где Николай?" – спросил я, уже зная ответ."Уехал", – сказала баба Глаша."Надолго?" – мои руки дрожали."Навсегда", – улыбнулась баба Шура, и в её зубах застрял кусочек… мяса.

8. ЭПИЛОГТеперь я не сплю. Каждую ночь – стук в дверь. Каждое утро – новые кости у мусорных баков. А они сидят у подъезда и смотрят. Смотрят на меня."Скоро зима, Виктор Сергеич, – говорит баба Тоня. – Надо запасаться… провизией."Их глаза горят голодом. Они терпеливы. Они знают – я сдамся.И тогда… тогда я стану их зимним запасом.