Цитаты из книги «Плаха», страница 8

Не хочешь ли ты сейчас сказать, что вся наша жизнь – Страшный суд?

– Ты не далек от истины.,... С тех пор как изгнаны родоначальники людей из Эдема, какая бездна зла разверзлась, каких только войн, жестокостей, убийств, гонений, несправедливостей, обид не узнали люди! А все страшные прегрешения земные против добра, против естества, совершенные от сотворения мира, – что все это, как не наказание почище Страшного суда? В чем изначальное назначение истории – приблизить разумных к божественным высотам любви и сострадания? Но сколько ужасных испытаний было в истории людей, а впереди не видно конца злодеяниям, бурлящим, как волны в океане. Жизнь в таком аду не хуже ли Страшного суда?

А мир, утративший звуки, безмолвствовал. Он исчез, его не стало, на его месте остался только бушующий огненный мрак.

И уходило сознание, как оседающий под воду островок при половодье.

Ведь только идиот может ляпнуть фразу: "Откуда вы узнали, что я всё время думал о вас?"

И всё-таки в истории останешься ты, Понтий Пилат.

- Не хочешь ли ты сейчас сказать, что вся наша жизнь - Страшный суд?

Но ты же не пойдёшь на гору, оставив мой вопрос без ответа? В моём понятии такой уход хуже смерти.

А небо над степью измеряется высотой взлетевшего коршуна.

Но кто же такой был Иисус, от которого идет отсчет, как от нуля, в трагическом самосознании духа? И зачем все это надо было? Неужто лишь для того, чтобы у нас была причина для вечного покаяния? И почему с тех пор, как он взошел на крест, так долго не успокоятся умы? Ведь с тех дней многое, что претендовало на бессмертие, забылось и обратилось в прах.

...ибо в естественных вещах несправедливости не существует, она бытует лишь меж людьми и идет от людей.