Цитаты из книги «Городские легенды», страница 10

Нет ничего лучше расплывчатой, темноватой фотографии, когда снимаешь бигфута или летающую тарелку.

– Кто знает, кого вызовет из темноты твой взгляд? – сказала она.

Голос ее был так же беззаботен, как и минуту назад, и все же ее слова прозвучали предостережением.

Если человеку снится собственная смерть, значит, он умирает на самом деле, вот почему в самый последний момент мы всегда просыпаемся. Конечно, кроме тех, кто умирает во сне.

Луна тонет, пока я сплю.

Неужели чувствовать вот эту горько-сладкую боль и означает иметь душу? И все же память об этом времени я буду лелеять всегда. Те, кто живет вечно, кому нечего поставит на кон в извечной игре против смерти, никогда не смогут оценить святость жизни.

Изгой.

Одаренный музыкант, вне всякого сомнения, всякий, кто хотя бы раз слышал его игру, готов был подтвердить это, и все-таки изгой.

Так было почти всегда.

Кто-то из посетителей написал в книге отзывов на выставке: "Никогда не прощу виновных в том, что с нами сделали. Не хочу даже пытаться."

- И я тоже, - сказала Джилли, прочитав эти слова. - Помоги мне Бог, я тоже.

Надо ли было становиться всеми ими по очереди, чтобы стать такой, какая я сейчас? И где они теперь, прячутся ли еще в темных уголках моего сознания, поджидая, пока я оступлюсь, упаду и снова выпущу их на свободу? Я говорю себе, что надо их забыть, но это тоже неправильно. Когда их забываешь, они становятся сильнее.

Я побывала столькими людьми; не все они были мне по душе. Сомневаюсь, чтобы кому-нибудь другому они понравились тоже. Жертва, проститутка, наркоманка, лгунья, воровка. Но без них я не стала бы тем, кто я есть сегодня.

Музыка фей - ветер, их танцы - игра теней при свете луны, или звезд, или даже во тьме. Феи, как духи, всегда стоят у нас за спиной, хотя помнят их только улицы города. Но ведь они вообще ничего не забывают.