Комментарии, 937 отзывов

Какая разная книга. Это и роман о любви. О любви, зародившейся случайно, и протянувшейся всю жизнь обоих героев. Да, у них была колоссальная разница в возрасте - больше 20 лет! Но это не помешало им любить друг друга. Любить странно, но преданно. Меня очень поразила эта привязанность Михаэля к Ханне. Но если его чувства можно объяснить тем, что это были его первые отношения, то ее привязанность к нему даже более удивительна. Это и книга о войне. О последствиях войны. О моральных ее последствиях. О том, как кому-то хотелось все это забыть и вычеркнуть из памяти. А кому-то хотелось возмездия. Книга о людях. Может быть, язык в книге и не живой, но тем не менее читается она залпом, на одном дыхании. Проваливаешься в этот роман - и не отпускает. Роман ругают за его фривольность, за такие отношения, которые возникли между героями. Но секс между ними - это всего лишь вершина айсберга на самом-то деле. Ведь их сблизило намного большее - неграмотность Ханны и ежедневное чтение книг. Очень и очень часто я сейчас встречаю во всяких мамских сообществах рекомендацию: "Читайте детям книги вслух, даже когда они уже научились читать. Чтение сближает.". И этот роман тоже это доказывает.

Редко когда прочитав книгу я смотрю фильм. Ну, сами знаете, как это бывает- герои выглядят не так, делают не то... Но тут случилось так, что я увидела фильм "Чтец". Пожалуй, меня привлекла в первую очередь Кейт Уинслет. Ну а потом уже я не могла оторваться. На тот момент (года три назад) я было просто...поражена? Ошеломлена? Эмоции бурлили. Кажется, я даже прослезилась. И вот спустя некоторое время я случайно узнаю, что это вообще-то фильм основан на книге. Естественно, мне захотелось познакомиться с оригиналом. Я думала, что уж если фильм произвел на меня такое сильное впечатление, то книга вообще перевернет мое сознание. Представив это, я внезапно убоялась и стала откладывать чтение на потом. Мне все казалось, что я не готова воспринимать. Но вот недавно я решила, что хватит. и прочитала эту книгу (которая оказалась неожиданно небольшой) буквально за несколько часов. Что я ожидала и что испытала в реальности? Ну, я ожидала, что узнаю больше о герое, о его мыслях- ведь не все можно втиснуть в ограниченный по времени фильм. Да, действительно, по ходу чтения я задумалась о тех вещах, которые в фильме как-то прошли мимо. Например,

Почему, когда мы оглядываемся назад, то вдруг то, что некогда было прекрасным, утрачивает свою силу из-за того, что скрывало тогда ужасную правду?

Или, особенно в преддверии дня победы:

Одновременно я спрашиваю себя, как начал спрашивать уже тогда: что, собственно, делать моему поколению потомков с информацией об ужасах уничтожения евреев? Нам не следует считать, что мы можем понять то, что является непонятным, нам нельзя сравнивать то, что не поддается сравнению, нам нельзя спрашивать, потому что спрашивающий, даже если он и не подвергает сомнению эти ужасы, все же делает их предметом разговора и не воспринимает как нечто, перед чем он с чувством трепета, стыда и собственной вины может только замолчать. Неужели нам следует молчать с чувством трепета, стыда и собственной вины? До каких пор? Не скажу, чтобы тот пыл пересмотра и просвещения, с которым я участвовал в работе семинара, во время судебного разбирательства у меня просто пропал. Но то, что кого-то из немногих осудят и накажут и то, что нам, новому поколению, придется молчать с чувством трепета, стыда и вины, - неужели только в этом и заключается вся цель?

. Но главное: как далеко способен зайти человек, чтобы сохранить свою тайну? Все эти вопросы роились у меня в голове по очереди, парами или же все разом. Финал, который я умудрилась волшебным образом позабыть, снова оглушил. Тем не менее, для меня это оказалось тем редким случаем, когда фильм понравился больше книги.

Очередная книга, больно тюкнувшая по голове.

Читая первую часть, я откровенно недоумевала популярности книги, вспоминала и проводила параллели со "Ступай и не греши" Пикуля. А перевернув последнюю страницу, долго не могла унять рой мыслей в голове...

Всего 200 электронных страниц, но столько смысла. И, ой, как же согласна я с автором: нельзя умалчивать такие вещи, нельзя отворачиваться, развешивать ярлыки и клеймить с закрытыми глазами. Идеология, пропаганда - страшная штука. И я совсем не уверена, что сама не стала бы совершать ужасные вещи после небольшой грамотной промывки мозгов. А каждый день в нашем мире только утверждает меня в этом мнении.

Я все еще надеюсь разобраться и понять природу насилия. Ведь только так можно победить врага (в том числе и внутри себя) - через понимание его сущности.

Палач не действует по приказу. Он просто выполняет свою работу, он не питает ненависти к тем, кого он казнит, он не мстит им, не убивает их потому, что они стоят ему поперек дороги, угрожают ему или нападают на него. Его жертвы ему совершенно безразличны. Они ему настолько безразличны, что он может не убивать их точно так же, как и убивать.

Нет, я не готова простить.

Я, как та студентка, впервые присутствующая на процессе, вновь и вновь переживаю вторжение кошмара в мои будни. Мне не нужно, подобно Михаэлю, прикоснуться к земле концлагеря, чтобы ощутить боль, ужас и сопричастность. Время собрало достаточно свидетельств преступления, которое для меня не может быть оправдано ничем и никогда.

Да, я чувствовала некое подобие уважения к Ханне из-за ее готовности понести наказание, но я не сопереживала ей. Все семь кругов ада и восемнадцать лет заключения, на мой взгляд, целиком и полностью заслужены ею. Ее выбор не был выбором Софи, она легко и бездумно следовала теми дорогами, которые представлялись ей более простыми и более удобными, которые позволяли ей сохранить ее маленькую тайну. И будь у нее выбор, разве не предпочла бы она распрощаться со своим юным любовником иным, привычным ей способом?

Впервые я читаю о послевоенной Германии в таком ключе. О стране, где дети отрекались от родителей, чтобы подчеркнуть свою инаковость. Где младшее поколение обвиняло старшее в бездействии и попустительстве злу. Болезненный надлом побежденной страны, который надо во что бы то ни стало преодолеть, чтобы идти дальше. Шаг за шагом. Впустить правду в свою жизнь, принять и пережить.

Книга Шлинка, безусловно, открытие для меня. Теперь на очереди фильм и я очень надеюсь, что он так же хорош.

«Чтец» поднимает такое множество вопросов, искать ответы на которые можно до бесконечности, что я даже не знаю, что сказать собственно о книге. Бернхард Шлинк пишет достаточно простым языком, но я не заметила в нем той сухости и отсутствия эмоций, которое критикуют многие рецензенты. Наоборот, книга очень поэтична, причем поэтика эта – в вещах совершенно приземленных. Здесь нет традиционно романтических сцен и описаний, герой говорит о том, что видит и чувствует, причем далеко не всегда до конца понимая смысл и перспективы происходящего. Но именно благодаря такому стилю повествования «Чтец» буквально пронизан искренностью. Можно принимать поступки героев или отрекаться от них, сочувствовать или осуждать, но совершенно невозможно не верить каждому слову Михаэля.

Для меня книга условно разделилась на две части. Первая – история любви пятнадцатилетнего мальчика к взрослой и таинственной Ханне. Вторая – судебный процесс и все, что после. Вначале все выглядело пасторально и нежно, несмотря на всю странность этой пары, где один – почти совсем ребенок, не задающий вопросов, ослепленный чувством и желающий только одного – чтобы отношения длились вечно. А другая – женщина, ревностно хранящая свои секреты, но все же отчаянно жаждущая если не любви, то, по крайней мере, чтобы кто-то был рядом. Загадкой для меня остался внутренний мир Ханны. Со временем Михаэль дает объяснение странностям ее характера, но, как и он сам, я так до конца и не смогла понять, а главное - принять ее мотивов и побуждений. Но невозможность взглянуть на ситуацию с виновной стороны, как-то оценить все совершенное ею, очень мешает, когда во второй, темной и мрачной, половине книги я пыталась найти хоть малейшую зацепку, основываясь на которой можно было бы если не оправдать, то хотя бы увидеть всю подоплеку и выстроить все произошедшее в четкую и рациональную картинку.

Книга Шлинка подтолкнула меня к мучительному и бесконечному поиску ответа на самый главный вопрос – осудить или оправдать? Однозначного ответа нет и никогда не будет, потому что речь идет не о преступлении одного единственного человека, а о целой нации, которая поступками одних и бездействием других привела к гибели огромного количества людей. Тут можно привести несколько рассуждений самого Михаэля:

«Я хотел понять и вместе с тем осудить преступление Ханны. Но для этого оно было слишком ужасным. Когда я пытался понять его, у меня возникало чувство, что я не могу больше осудить его так, как оно, по сути дела, должно быть осуждено. Когда я осуждал его…во мне не оставалось места для понимания…И то, и другое вместе было невозможно.»

И, в то же время:

«Я ни на кого не мог показать пальцем. На своих родителей уже по одной той причине, что я ни в чем не мог их обвинить…По сути дела, я должен был показывать на Ханну. Но палец, указывающий на нее, поворачивался обратно на меня»

И как в такой ситуации мы можем судить? Мы, безусловно, должны винить тех, кто совершал преступления, но можем ли мы ставить их в один ряд с теми, кто бездействовал и пытался оградить себя и своих близких от ужасов войны? Как мы можем просто взять и вынести вердикт – виновен – целому народу, когда у каждого отдельно взятого человека были свои причины поступать именно так, а не иначе, и далеко не всегда из злого умысла? И вот именно этот вопрос у Бернхарда Шлинка – самый тяжелый. Потому что виновность Ханны сомнений не вызывает. И опять же, несмотря на это, очень трудно показывать на нее пальцем, ведь что, на самом деле, могла сделать растерявшаяся и напуганная женщина в неожиданной и ужасной ситуации, какой бы сильной и здравомыслящей она ни была в обычной жизни?

А вот объяснения того, как Ханна дошла до такой жизни, причину, по которой она пошла работать надзирателем в концлагерь и потом, через много лет, вынуждена была бросить Михаэля и сорваться с места, ту страшную тайну, которую она отказалась выдать даже под страхом пожизненного заключения, я не могу принять близко к сердцу и сделать хотя бы подобием оправдания ее поступков. Потому что, на мой взгляд, она не стоит человеческих жизней, справедливого приговора, даже романа со школьником, пусть у него вряд ли были бы какие-то перспективы. Пожалуй, именно осознание того, что все могло сложиться иначе, и привело к трагической развязке. Ведь чувство вины гложет тем сильнее, чем меньше непреодолимых обстоятельств, толкнувших нас на совершение ужасных поступков, мы можем ему противопоставить. Рано или поздно чаша весов все равно перевесит, особенно если на ней загубленные человеческие жизни, и пусть мы можем вынести осуждение других людей, то куда деваться от себя самого?

Присмотритесь к женщине, которую вы любите.....Она может оказаться чудовищем... Хотя была ли Ханна Шмиц, главная героиня книги, чудовищем? Были ли чудовищами все те люди, которые принимали активное участие в исполнении воли Третьего рейха или же были пассивно-молчаливыми наблюдателями его политики, к кому можно отнести минимум добрую половину немецкой нации того времени? Как расценивать поступки этих людей?

Что такое право? То, что зафиксировано текстом закона, или же то, что реально существует и соблюдается в обществе, если в нем все нормально?

Вот первый вопрос, который ставит перед нами Бернхард Шлинк. И что же делать следующему поколению, с молчаливого согласия матерей и отцов которых, были загублены жизни стольких людей? Должны ли и они тоже испытывать чувство вины и нести ответственность? Это второй вопрос, который ставит перед нами автор. Ответ каждый найдет для себя сам.

А что бы вы сделали на моём месте?

P.S. Последние главы книги прочитала вслух.

Надо сказать, что бегство это не только удаление от чего-то, но еще и приближение к чему-то.

Роман-бестселлер немецкого юриста и писателя Бернхарда Шлинка и знакомство под его влиянием с особенностями некоторых концентрационных лагерей Третьего рейха вогнали меня в некоторое подобие депрессивного состояния. Обычно книги подобного рода в периоды максимальной нагрузки и активности на работе я не читаю, а оставляю их на потом, чтобы осмыслить, «переварить», сформировать свое отношение к вопросам, поднятым в романе, но «лотерея» распорядилась иначе. И к каждодневной трудоемкой рутине добавились размышления о войне, фашизме, лагерях смерти, Холокосте, бесчеловечных медицинских опытах… Не то что принять все это, поверить в это тяжело. Однако книга не напрямую выкладывает события времен расцвета фашизма, а прячет все ужасы за судебным процессом над несколькими надзирательницами концентрационного лагеря, среди которых главный герой – молодой юрист узнает Ханну. Ту самую Ханну, встреча с которой, по-моему мнению, стала для Михаэля роковой. Я намеренно упускаю рассуждения о первой части книги, потому как осуждать или оправдывать такие отношения не берусь. Образ Ханны Шмиц – достаточно сильной личности, так и остался в книге туманным и не раскрытым, мотивы и мысли ее не поняты, несмотря на то, что на суде она заявляет, что осознанно выбрала этот путь. И это заставляет анализировать выбор Ханны, нет не жалеть ее, а отстраниться и как сторонний наблюдатель составить все возможные варианты действий. И Михаэль анализирует, но ему мешают воспоминание о любовной привязанности и чувство вины. Он осуждает ее, но в то же время пытается найти ей оправдание. Раскрывая тайну Ханны, он хочет помочь ей, но ищет любой повод уклониться от оказания этой помощи. Занявшись историей права, он пишет, что «заниматься историей означает наводить мосты между прошлым и настоящим, вести наблюдение за обоими берегами и быть активным на каждом из них», а сам превращает свою жизнь в путаницу воспоминаний и сожалений. Но как он мог выпутаться из этой паутины? Да, наверное, никак. Пытаясь разобраться в этой истории, выискивая иные пути, понимаешь, что не получается, не получается представить иного финала, и сожаления о смерти Ханны нет. Следствием знакомства с этой книгой стал еще один взгляд в лицо мировой истории, истории которую хочется забыть, но нельзя; вопросы, ответы на которые я знать не хочу, но они необходимы: кто они эти женщины-надзирательницы, свита СС Ирма Грезе, Ильза Кох, Луиза Данц, Дженни-Ванда Баркманн, Герта Гертруда Боте, Мария Мандель, Хильдегард Нойманн? P.S. Пожалуй «Список Шиндлера» отложу на неопределенный срок.

Непростая проблема переосмысления прошлого своей страны исторически неотвратимо встает перед разными нациями все чаще. Переосмыслению подвергается как деяния далекого прошлого (времена крестовых походов, инквизиции и охоты на ведьм), так и куда более близкие нам события века ХХ. В романе Бернхарда Шлинка «Чтец» эта проблема переосмысления прошлого представлена как одна из ведущих движущих сил произведения. О чем этот роман? О послевоенном поколении Германии, об историческом выборе, о принятии и переосмыслении прошлого своей страны, о проблеме поколений, о предательстве и любви. А еще о свободном выборе и силе обстоятельств. О долге. О верности. Чудесный, лаконичный до скупости язык автора бестрепетно, быстрыми короткими штрихами рисует пред читателем картину жизни его героя. Самые сильные моменты для меня: Михаэль, читающий Ханне после близости, разговор Михаэля с отцом и с начальником тюрьмы. Красивая, очень выдержанная книга. Глубокая. И ничего лишнего.

Замечательная книга, очень мне понравилась. Она не такая уж длинная и читается быстро, но очень захватывает и создает впечатление полного погружения. Подкупает стиль автора - вроде бы простой и незамысловатый, речь несколько скупая, без каких-то красочных литературных эпитетов, но от этого повествование кажется очень искренним и наводит на мысли об автобиографичности, о том, что это на самом деле им пережито (кстати, пока не знаю, так ли это, в смысле автобиографична ли книга или все в ней вымысел). Тема в книге затронута очень серьезная и тяжелая, но автору удалось писать о ней без ненужного пафоса, без каких-то нравоучений, без избитых истин, но так, чтобы заставить читателя обо всем задуматься. Однозначно стоит прочтения.

Я долго откладывала знакомство с Шлинком и его романом "Чтец" по разным причинам. В итоге вст-таки начала читать, прочитала и ни секунды об этом не пожалела. Книгу можно разделить на 3 части и у меня они ассоциируются с такими цветами :

Часть 1: светло- бирюзовый. Цвет моря с спокойствием волн, нежно-голубого неба. Также и в романе: цвет распускающейся любви между Михаэлем и Ханной, первые встречи, первые посылки большой любви.

Часть 2: пурпурный. Цвет страсти, крови, жестокости. Внутрення борьба Михаэля, вновь прорывающаяся любовь в его серце к Ханне, стойкость и отрешенность Ханны, жестокость судового процеса.

Часть 3 :сиреневый 18 прошедших лет, изменения Ханны в заключении, возвращение к старой традиции чтения, такое состояние затишья перед бурей.

Роман "Чтец" несомненно произвел сильное впечатление и оставил довольно большой и мощный след в моей душе.

Спасибо автору за те чувства, которые я испытывала , читая эту книгу. 10 из 10