Комментарии, 937 отзывов

Перед тем, как взяться за книгу, одноименный фильм был просмотрен трижды. Ни книга, ни кино не разочаровали. Единственное - печатный текст оказался суше. Факты. Факты. Факты. Но это даже к лучшему: ни к кому не испытываешь ни сожаления, ни неприязни. Все рОвно. Для меня было важно разделить на четкие грани, на черное и белое, ответив на некоторые вопросы. Права ли была Ханна, взрослая, зрелая женщина, завязывая отношения с 15-ти летним подростком? Ведь в последующем молодой человек так и не смог наладить свою семейную, личную жизнь - всякая близость с женщиной стекалась к первой, необычной любви. Виновата ли Ханна в гибели множества людей во время пожара концлагеря? Был ли у нее выбор служить или не служить в рядах войск СС? Было ли право у Михаэля через столько лет давать надежду и зачем он это делал, когда заведомо знал, что совместной жизни с Ханной быть уже не может, что это ни к чему не приведет. Запуталась. Они, наверное, квиты. В чем-то неправы и жестоки. В чем-то полностью справедливы. А в целом - жертвы. Чисто интуитивно большую симпатию вызывает Ханна - твердая, несгибаемая. Знающая чего хочет, умеющая достичь цели. Михаэль - как личность ничего собой не представляет ни будучи школьником, ни студентом, ни взрослым мужчиной.

Это одна из тех книг, которые я могу по праву назвать открытием уходящего года. "Чтец" оставил после себя долгое послевкусие... это одна из тех книг, о которых хочется думать и после прочтения, которая оставляет после себя вопросов больше, чем ответов. В ней затронуты сложные моральные и этические темы. При этом сам Шлинк не дает им какой-либо оценки, он просто излагает факты, оставляя их на суд читателя. Мне хочется перечитать эту книгу когда-нибудь еще раз. И хочется познакомиться с другими произведениями Шлинка.

З.Ы. Особенно запомнилась мне одна цитата.. Часто люди утешают себя, что недоговорки - это всего лишь недоговорки, что в них нет ничего страшного, но все это не более, чем самообман. Недоговорки являются отречением, а отречение - то же предательство, только несколько иного качества.

Потом я начал предавать ее. Я не выдавал никаких тайн и не выставлял Ханну в дурном свете, нет. Я не открывал ничего из того, что мне следовало держать при себе. Я держал при себе то, что мне следовало открыть. Я не признавался в наших отношениях. Я знаю, что отречение является неброским вариантом предательства. Снаружи не видно, отрекается ли человек или только оберегает какой-то секрет, проявляет тактичность, избегает неприятностей и неловких ситуаций. Однако тот, кто не признается, все очень хорошо знает. И отречение в той же мере обрекает на гибель любые отношения, как и самые эффектные варианты предательства.

Книга, послужившая основой прекрасному фильму, за роль в котором Кейт Уинслет собрала ряд наград, включая Оскара. Книга, знакомство с которой я сознательно откладывала, хотелось максимально забыть события фильма, чтобы в полной мере получить удовольствие от чтения. Забыть не получилось, но удовольствие получила сполна, очень красивая и восхитительная книга.

Роман делится на три совершенно разных по настроению части. Если первая часть, в которой мы наблюдаем за романтическими отношениями главных героев, летняя, теплая, пронизанная солнцем и смехом, то вторая строгая и четкая, как судебный процесс, разворачивающийся в ней, а третья — грустная неизбежностью конца. Нет смысла пересказывать сюжет, наверняка многие если не читали книгу, то смотрели фильм. Пласт чувств и тем, затронутых в такой небольшой книге, поистине огромен, здесь и история любви, и предательства, и понятие вины и ответственности, и многое другое. Один из главных вопросов книги: «А чтобы Вы сделали на моем месте?». Каждый привлеченный к ответу нацист, утверждал, что действовал по принуждению, более того, каждый в это верил. Во что верила и чувствовала Ханна? Может ли быть ее неграмотность оправданием? Может ли заслуживать жалости женщина, осознавшая тяжесть своей вины и сама наказавшая себя за это?

Много вопросов остается после прочтения, вопросов, на которые каждый ответит сам перед своей совестью.

Случайная цитата: Я думал о том, что если время упущено, если кто-то слишком долго от чего-то отказывался, если кому-то слишком долго в чем-то отказывали, то это что-то приходит уже слишком поздно, даже тогда, когда в итоге налегаешь на него со всей силой и встречаешь со всей радостью. Или понятия «слишком поздно» не существует, а существует только «поздно», и не лучше ли во всяком случае «поздно», чем «никогда»? Не знаю.

При чтении этой книги я сильнее всего ощущала свою беспомощность. Страшно было представлять себя на месте героев. Не Ханны и Михаэля, а всего того немецкого поколения. Нести такой огромный груз вины, и за себя, и за своих родственников, и в целом за всю страну - это ужасно. А особенно ужасно понимать, что ничем эту вину искупить уже нельзя. Можно пересажать половину страны, а вторую половину сжечь на костре, но это ничего не исправит и ничего не решит. И вместе с тем забыть о том, что было сделано, нельзя, и есть огромная потребность сделать хоть что-нибудь. Такое вот беспомощное барахтанье в океане вины целого поколения. Даже удивительно, как рядом с такой глобальной и серьезной темой может гармонично поместиться история любви. И все в этой истории неправильно: и возраст героев, и зарождение любви - она дала мне платок, когда меня стошнило, очень романтично - и ее завершение. А особенно путь к концу. Как это все-таки жизненно и как неправильно, когда человек, когда-то занимавший большую часть твоих мыслей, самая главная составляющая твоей жизни, в конце концов превращается всего лишь в незначительный ее элемент. Помещается в специально отведенную для него в душе нишу и оттуда ему уже никак не выбраться. И вроде бы и хорошо относишься к человеку, и хотелось бы больше времени проводить рядом с ним, но как только выпадает такая возможность, ты стараешься сделать все, чтобы не допустить ее осуществления. Просто потому, что уже привык и тебе комфортно так, как есть, а лишние шевеления тебя из зоны комфорта выведут. И с одной стороны это вполне естественно, а с другой - все-таки гадко. И вся книга такая то естественная, то гадкая. Ну подумаешь, она ему в матери годится, ничего страшного. Гормоны, инстинкты, веления души, все объяснимо. И все же как-то неправильно, ну не должно так быть, и все тут, хотя казалось бы, какое тебе дело до чужой постели? И Ханну-надсмотрщицу тоже можно понять - время было такое, и нельзя судить ее хотя бы потому, что вряд ли сам поступил бы иначе. Но от того, что ты ее понимаешь, ее поступки не становятся менее ужасными, и само понимание кажется кощунственным. И Михаэля, не горящего желанием перекраивать свою жизнь под когда-то любимую женщину, осуждать не получается. До осудить хочется. И всю книгу вот так. А вообще это очень редкий для меня случай, когда в течение минимум пары недель постоянно возвращаешься мыслями к книге. Постоянно всплывает то один, то другой момент, и с каждым разом смотришь на них по-новому. Одно это уже дорогого стоит.

Я очень боялась, что книга будет тяжелой и омерзительной, как обычно и бывает, когда современные авторы затрагивают серьезные темы. Ну, или мне раньше не везло – сталкивалась, по большей части, с чернухой. Однако, роман «Чтец» абсолютно лишен пошлости и морализаторства: он не о сексе, неравных отношениях и нацизме, а о людях и сложных отношениях, в которых, безусловно, есть любовь, но замешана она на несчастье и чувстве вины.

На протяжении всей книги меня разрывало пополам: мне было очень жалко Ханну Шмиц и, одновременно, я ее почти ненавидела. Она преступница не только потому, что была надзирателем в концлагере, но и потому, что соблазнила 15-летнего мальчика. Так и хочется навесить на нее ярлык! Но автор не дает этого сделать. Его главный герой, который на протяжении всего романа мучается от чувства вины и нуждается в том, чтобы обвинить Ханну, так и не смог от нее отделиться, перевернуть эту страницу и жить дальше. Он жалеет ее, любит, ненавидит, страдает, разрушает свою жизнь и, уверена, жизнь своей дочери, а я… делаю все это вместе с ним, потому что давно не встречала такого пронзительного мужского персонажа в литературе.

Отдельно хочу отметить, как великолепно автор рассмотрел тему нацизма. Для меня это первый взгляд на проблемы с другой (немецкой) стороны, и он не вызвал у меня отторжения. Мало того, я заметила, как хорошо сочетаются тема нацизма и неравных отношений – и там, и там речь идет о разрыве связи между поколениями, о том, как мучительно проходит сепарация от родителей, и как иногда она не проходит вовсе, ложась на плечи человека мертвым грузом.

Очень интересно и то, как автор коснулся темы прощения. Очевидно, что Ханна так и не смогла простить себя за все, что натворила, поэтому повесилась. Так же очевидно, что и Михаэль будет мучиться чувством вины до конца своих дней. Но меня больше всего удивила еврейская писательница, написавшая книгу о концлагере, в котором работала Ханна. Она так и не смогла простить главную героиню, даже спустя столько лет. Она не хотела брать деньги, которые та ей оставила, потому что это, якобы, могло дать прощение уже умершей женщине. Когда я читала описание ее встречи с главным героем мне почему-то было совсем не жалко эту еврейскую женщину, прошедшую через ужасы концлагеря. Она вызывала у меня отторжение. Еще один важный штрих к общей трагедии, описанной в романе.

В целом: книга великолепна и затрагивает важные для каждого человека вопросы. Очень рада, что мне ее посоветовали.

Это без разговоров хорошая, классическая литература. И, если честно, меня удивляет такая популярность этого романа, ведь в нем на самом деле нет ничего "такого". Наверное, большинство читателей были заинтригованы пикантностью первой части этой истории. Ну и, конечно, фильм (который я, к слову, не видела). На самом деле роман совсем не так пикантен, совсем не эротичен и ничего в нем нет шокирующего. Во всяком случае, для меня.

Наверное, это могло бы и разочаровать. Но когда произведение действительно качественное (язык, гармония сюжета, реалистичность героев и то самое неуловимое ощущение писательского таланта), то можно получить удовольствие и без дополнительных "приправ". Так что, я советую вам, будущие читатели, не ориентироваться на цитаты на обороте издания (впрочем, как всегда) и ждать просто хороший немецкий роман.

О самом сюжете говорить не хочется, т.к. для меня основной сюжетный поворот стал открытием. И я бы хотела, чтобы для незнакомых с этой историей людей произошло то же самое. Так интересней, поверьте. Да и нечего там обсуждать, в этой истории. Моральные вопросы автор заострять не стал, душевные искания и терзания героев (особенно Ханны) проходят как-бы внутри них самих и читателю предоставляется возможность догадываться о них. Ну а скатываться в психологическую, фрейдистскую сторону романа – это простовато, да и несколько пошло.

Так что, можно сказать, что глубоко меня эта книга не потрясла, ни о чем новом задуматься не заставила. Это просто были с пользой и удовольствием проведенные за чтением часы. И, в качестве некоего посткриптума: мне кажется, если бы точно такую же историю взялся описывать один из больших русских писателей, получилось бы в разы мощнее, глубже. В отличие от хорошего немецкого романа мог бы получиться великий русский.

C.R. Конечно, как только у книги появляется нашумевшая экранизация, то дизайнеры обложек сразу перестают думать, а просто берут самый яркий кадр. Что, собственно, и случилось с "Чтецом". Но до фильма в Германии и в США были отличные обложки, которые мне понравились. Первое немецкое издание использовало симпатичную картину с трамваями. Издание на английском языке использовало несколько романтизированный коллаж с книгой и сухоцветом. Но больше всего мне нравится центральная обложка с одиноким и даже несколько печальным трамваем.

Если ты уже простил отсутствие, просил с трудом, с кровью из сердца, с постоянными надрывами памяти, если ты простил уже единожды, то можно ли простить, но уже... простить присутствие? Можно ли понять то, что в принципе пониманию неподвластно? Можно ли вернуться в свою память и жить в ней, как в мире, можно ли воскресить забытое? И, самое главное, сколько сил необходимо потратить на эти муки?

Эта книга — откровение одной души, выплеснувшей самые лучшие, самые горькие, самые ценные воспоминания на ничтожные 250 страниц. Этот голос за сухими страницами, за короткими словами, за предложениями, что больше напоминают отчет, нежели повествование жизни... этого голос убивает свой краткостью, своим спокойствием. Человека, рассказывающего эту историю, можно утопить в жалости, потому что он, доведенный до крайней степени отчаяния, стал поразительно спокоен. Я всегда боялась людей, у которых много проблем, но они спокойны, лучше бы им психовать, крушить все, но спокойствие тут — хуже убийства.

Я читала ее ровно три дня. Три части — по одной в день, три периода жизни прожиты мной. В первом я общалась с пятнадцатилетним мальчишкой, одиноким, как и все в его возрасте, чуть непосредственным и жутко влюбленным в женщину намного старше его самого. Он рассказывал больше о Ней — о той, что изменила его душу, прожгла память и подарила самое лучшее, что может быть, - любовь. Он жил Ей одной даже спустя столько лет, когда, кажется, любое воспоминание должно уже померкнуть,и, хоть еу и казалось, что Она забыта, память о Ней то и дело воскрешала милые сердцу образы.

Второй период ознаменован первым взрослым шагом — возможностью оценить чужой поступок. Я уж не знаю, насколько правдива история Ханны с исторической точки зрения и настолько ли ничтожна причина, подвигнувшая ее на то, что она сделала, я судить не могу, но в то, что реален САМ РАССКАЗ, я не могу не верить. Конечно, воспоминания имеют свойство меркнуть, тем более воспоминания из юности, но они никогда не исчезают и при возможности напоминают о себе с еще большей силой, чем когда они были не воспоминаниями, а реальностью.

И третье — живая память. То, что снова возвращается, как раз тот момент, когда и надо разобраться во всем, когда надо принять для себя единственно верное решение — либо простить, либо нет, либо убить в себе это, либо оставить навсегда. Я уж не могу сказать ничего более, потому что любое слово сверх откроет секрет этой книги, а секрет этот должен достаться самомУ новому читателю, перед которым проносится эта история двух жизней, рассказанная в двухстах пятидесяти страницах.

Так если Вы все же уже прочитали, ответьте хотя бы для себя на вопрос — можно ли простить, можно ли понять, можно ли вернуться?

Небольшое по объему, но очень емкое и многранное произведение. Шлинк не только поднимает в книге серьезные моральные вопросы, но и анализирует порой не самые приятные свойства человеческой натуры, о которых люди редко задумываются в своей повседневной жизни.

Роман пятнадцатилетнего Михаэля Берга и Ханны Шмиц, которая намного старше его, кажется одновременно и странным, и совершенно естественным. Так как вся история раскрывается нам от лица Михаэля, образ Ханны остается каким-то размытым. Все происходящее нам представлено так, как воспринимал его главный герой. Мы знаем, что он чувствовал в тот или иной момент, почему совершал или не совершал те или иные поступки. Мотивы Ханны, ее внутренний мир ускользают от читателя, о них можно судить, основываясь лишь на впечатлениях и мыслях самого Михаэля.

Соглашусь с другими читателями, что манера изложения Шлинка несколько суховата. Особенно это чувствуется во второй части книги, в которой описывается ход судебного процесса. Но в то же время он очень прямо и неприкрыто говорит о человеческих чувствах, отнюдь не всегда возвышенных и добрых, в чем, на мой взгляд, и заключается особенная ценность этой книги. Особенно мне запомнились размышления Михаэля (или самого автора) о счастье.

Почему? Почему самые прекрасные события теряют задним числом свою прелесть, когда обнаруживается их подноготная? Почему воспоминания о счастливых годах супружества оказываются отравленными, когда выясняется, что у супруга на протяжении всех тех лет имелась любовница? Потому что якобы подлинное счастье при таком раскладе невозможно? Но ведь оно же было! Иногда воспоминания не могут сохранить своей верности пережитому счастью лишь потому , что его конец причинил нам страдание.

Часто говорят, что человеку свойственно помнить только хорошее, а плохие воспоминания уходят на второй план. Мне же кажется, скорее бывает наоборот. Редко человек ценит то хорошее, что у него есть или было, умеет радоваться мелочам. Очень трудно беречь воспоминания о счастье, которое, к сожалению, уже в прошлом. Так и Михаэль, узнав, какое страшное преступление (по крайней мере, по мнению суда) совершила Ханна, не смог просто быть благодарным ей за те счастливые часы, которые они провели вместе. Смог бы он вообще сблизиться с ней, если бы он заранее знал ее историю? И какую историю – описанную в судебных протоколах с сухими фактами о ее преступлении или реальную историю обстоятельств ее жизни? Как много вопросов задает себе Михаэль, на которые никогда не найдет ответ.

О чем еще «Чтец»? Безусловно, о тяжелейших нравственных вопросах, которые встали перед молодым поколением немцев, чьи родители так или иначе связаны с нацистским прошлым Германии. Должны ли они простить своим отцам и матерям, что они служили надзирателями в концлагерях, осознанно посылали людей на смерть? Стоим им забыть это, отречься от этого? Также это книга о стыде. Никогда не задумывалась о том, что часто стыд определяет наше поведение и поступки. Михаэль стыдился своей связи с Ханной и не подошел к ней в присутствии друзей. Ханна стыдилась своей неграмотности и не захотела использовать ее в качестве оправдания. Иногда человеку проще осознанно поступить некрасиво, неправильно, лишь бы не раскрывать то, чего он стыдится.

«Чтец» заставляет задуматься действительно о многом, и именно этим мне эта книга так понравилась. Не зря она, насколько я знаю, в Германии включена в школьную программу.

Я много слышала о фильме чтец, я ничего не знала о книге Б.Шлинка... Порой случай дает тебе возможность получить именно то, что тебе необходимо в данный момент. У меня так произошло с книгой "Чтец". Она не значилась в моем виш-листе, не претендовала на прочтение, я не читала отзывы и рецензии о ней... И вот, первое мое участие в игре "Дайте две" предлагает мне с ней ознакомиться. И я попадаю в пучину. Не поверю человеку, который скажет, что книга сухая и бесчувственная. Она настолько насыщена эмоциями, настолько переполнена переживаниями и мыслями, что мурашки бегут по коже при чтении. Поначалу было сложно войти в ритм этой истории, почувствовать темп автора. Но потом ты становишься одним из героев этой истории, причем роль не закреплена - вот ты пятнадцатилетний парнишка, а дальше женщина, сидящая среди подсудимых, потом ты молодой стажер, будущий юрист, у которого есть жена и дочка, а можешь стать женщиной, которая провела в тюрьме 18 лет... Лично я побывала в "шкуре" почти каждого, прочувствовала весь ужас и страх героев. Я настолько вжилась эту историю, что мне даже приснилось заседание суда... Книга тяжелая, во многом читатель может не соглашаться с автором, можно оспаривать какие-то моменты, но в целом вы просто живете этой жизнью, потому что Шлинк забирает вас из реальности и окунает в свою книгу целиком. Советую читать такие произвения людям старше 18 лет. Они заставляют над многим задуматься...

Берхард Шлинк, довольно известный в Германии юрист, криминалист и политолог, а так же отличный писатель. Роман "Чтец" что говорится пробрал меня до мурашек, слишком уж тематика сильная. Не буду сравнивать экранизацию с книгой и то и то даются тяжело и вызывают бурю эмоций. Если бы тема была проще, если бы не стоял так остро вопрос по Германии времён нацистов, было бы немного легче. Но психологическая драма остаётся таковой. Вытекая из того что автор немец - он писал о том что ему больше всего знакомо, то что ему привычно по истории и кажется наиболее волнительным. А что самое интересное для криминалиста исследующего вторую мировую войну? Документы по допросу ССевцев. Неудивительно, что как раз об этом и идёт речь - о вопросе виновности и невиновности. Рассмотрим эту ситуацию с двух сторон. Виновность - в том что она была из СС, в том что она участвовала в убийстве людей. Но полностью ли она виновна. разве может быть человек виновен в том что он не совершал сам, в том что ему навязали? Нет, но по рамкам военного времени виновными оказываются все - хотел ты, не хотел, людей это не волнует, общество сказало виновна. Не виновна - она была из СС но она спасала жизни людям. Да, это было ненадолго, кратковременно и не всем она могла помочь, но лишний день, лишний глоток воздуха для узника это почти свобода. Способ был необычный - чтение книг, спасение жизней. На мой взгляд это было не просто из-за книг, это было из-за людей. Она выбирала их, приглашала их читать. Не виновна она и по тому, что попросту не способна писать, жаль что это мало кого волновало, решение было вынесено. Интересно что героиня не пыталась защищаться, не оправдывалась на суде, но могла бы, могла бы раскрыть правду. Но зачем это было нужно, если люди всё равно уже всё решили, заранее вынесли вердикт и правда лишь насмешит их. Да и за что цепляться? Нет не семьи, ни детей, не близких кто мог бы вступится. Знал только один. Главный герой. Не пленник, не узник, просто подросток влюбившийся во взрослую тётеньку, выросший и возмужавший и несущий тайну. Тайну любимой женщины, оберегающий её как зеницу ока, дающий сил героине и она находит то, к чему стремилась. Она научилась писать, но что дальше? Драма должна быть драмой до самого конца, если цель выполнена, действие должно быть завершено и конец этому только смерть.