Дом у последнего фонаря

ли бы у меня было снотворное! Поспать бы пару часов, всего пару, я едва держусь на ногах…» Рецепт на успокоительное у нее имелся. Месяц назад, когда ей надоели хронические проблемы со  сном, художница побывала у  невропатолога. Аптека находилась на углу переулка, летом женщина ходила туда в домашних шлепанцах. Пересиливая

выкинет какой-нибудь номер!» – догадалась Александра. – Ничего я не видела, – дернула плечом женщина. Достала сигареты, ощупала

жала кнопку, экран осветился. «Тридцать две минуты первого. Почему Лыгин сидит в темноте? Почему не включил фонарь, ведь он включал его в прошлый раз, когда я уезжала поздно вечером? Он ждет меня или нет? Или это опять его чертов „синдром шимпанзе“, и он передумал, во всем разочаровался, и я зря ищу приключений ночью в

мясо. Молодая совсем и с лица ничего, а никому не нужна. Ни богу, ни черту. – Живу, как умею. – Александра сдерживалась из последних сил. Она твердо решила дождаться выноса гроба, чтобы

ощущала прилив сил. В поезде она несколько раз звонила Лизе, но трубку не брали. Это еще больше убеждало Александру – что-то случилось. Телефон, настойчиво трезвонящий в ночи, должны были услышать. Ни Светлане, ни Олегу художница решила не звонить. Это тоже выходило за рамки разумного