Читать книгу: «Агон»

"Как эта лампада бледнеет

Пред ясным восходом зари,

Пред солнцем бессмертным ума"

Пушкин

От автора

Дорогой читатель, предлагаю твоему вниманию сказочную юмористическую повесть, в которой нет ничего сказочного и юмористического. Хотя, конечно, есть. А на самом деле нет. Так что же верно: то или другое? Или не то и не другое? А решать тебе. Потому и выбрал для жанров такое странное сочетание: социальная фантастика, с одной стороны, а с другой – документальная литература, биография и мемуары.

Это как в той шутке про разговор нескольких людей, которые видели слона вплотную. Каждый опишет его по-своему: кто-то расскажет, что слон – это длинный толстый хобот, кто-то – что мощные, как колонны, лапы, кто-то – что большой не привлекательный фасад с болтающимся, как веревка, тонким хвостом. Вот и я, уж не взыщите, опишу «слона» своими словами. На сегодня. Ведь кто знает, что будет завтра?

Если вы не знакомы с моим творчеством или со мной, как с человеком, если не интересовались ничем альтернативным, кроме официальных версий, если не считаете, что «все не то, чем кажется», а с миром что-то не так, то не советую браться за чтение этой повести. Она не совсем удобоваримая. А в мире и так хватает неприязни из-за того, что кто-то кого-то не понимает или не хочет понять. Не игнорируйте это предупреждение.

У меня есть несколько десятков других повестей, рассказов, некоторые из которых появлялись в печати в журналах, два романа, один из которых тоже не советую, а второй – приключенческий – вполне. Начнем знакомство с них.

Если же вы отважный искатель, который не страшится других точек зрения на один предмет, не живет в догматических научных или религиозных представлениях, – добро пожаловать в это фантастическое, философское повествование под названием «Что наша жизнь?»! И это тоже может оказаться только еще одной из матрешек. Насколько глубока кроличья нора?

Написано человеком для человеков.

Автор не призывает к противоправным действиям. Мнение персонажей может не совпадать с мнением автора. Все персонажи и события, описанные в этой книге, вымышлены. Любые совпадения с реальными людьми или происшествиями совершенно случайны.

Письмо первое

(сказочная повесть в письмах)

1 января я неожиданно встретился со старинным приятелем времен школы. Да, собственно, со школы я его и не видел.

– Как поживаешь, Сергей? Как встретил Новый год? – и не дав ему ответить, протараторил дальше. – Мы тут сначала к родителям жены смотались, потом к моим, нагулялись так, что дома и на танцы сил едва хватило! А ты что?

Сергей взглянул на меня задумчиво, точно решая, можно ли мне довериться или нет. Не скажу, что в школе мы были закадычными друзьями, но гуляли вдвоем довольно часто, перед обидчиками выступали всегда сообща, да даже на школьный бал позвали одну и ту же девчонку. Правда, она отказала нам обоим по очереди. Так что и тут мы оказались в одном положении. Хотя мне ли теперь жаловаться? Потом наши жизненные дорожки как-то разошлись по разным путям. И вот сколько лет – ни слуху, ни духу мы друг о друге не знали. И тут – бац! – такая встреча первого января!

Одним словом, если не считать большое количество лет вдали друг от друга, то мы вполне могли доверять друг другу. Но чего же Сергей так долго тянет?

– Так что, Серег? Чего ты так задумался? Вспоминаешь, как отметил новогоднюю ночь? А то ведь некоторые порой и не могут вспомнить, где были! У тебя такой случай?

Сергей улыбнулся. Небольшой холодок при встрече постепенно таял.

– Слушай, – сказал Сергей, – давай зайдем в заведение, чего мерзнуть на улице? Я тут знаю как раз одну подходящую кафешку неподалеку. Там есть такие дальние залы, куда не то что люди, а и официанты редко заглядывают. Глухой уголок! Там мы можем вполне доверительно пообщаться, без лишних ушей и не отморозив при этом языки!

– Твоя правда! Сегодня довольно морозно. Такое чувство, что мороз копил все свои силы, чтобы с началом нового года проморозить весь мир!

– А вьюжить-то начало ровно под куранты, заметил?

Так, перебрасываясь общими фразами и наблюдениями, мы и добрались до заведения. Это и в самом деле оказался глухой уголок. Даже найти вход было делом не самым тривиальным: тот находился во внутреннем дворике, в который попадаешь, если свернешь с проезжей части в ничем не приметную арку. И только тут взору открывались несколько заведений, как то какая-то юридическая контора, копировальный центр и наша цель – кафешка с непритязательной вывеской «Как у себя дома».

И действительно, попав внутрь, я не обнаружил ничего свойственного приличным заведениям, в которых традиционно проводил вечера пятницы с супругой. Это была наша давняя, со времен первых свиданий, традиция. После рабочей недели мы непременно шли в какой-то шикарный ресторанчик и за бокалами вина составляли планы на выходные. Путешествовать любила и она, и я. Мы и познакомились в местном клубе путешественников. И вот мы и составляли планы на выходные, соблюдая баланс работы и отдыха, при этом уже находясь в хорошей атмосфере.

Здесь же не было ничего такого, что бы располагало к всплеску эмоций и составлению феерических планов: весьма скудная обстановка из нескольких гостевых диванов у стойки администратора, длинный бревенчатый столик, на котором лежали меню с прейскурантом цен, стеклянный прилавок с открывающимися шкафчиками с блюдами «к чаю», высокая стойка, чем-то похожая на клирос проповедника да несколько доисторических люстр, тускло освещающих даже это главное помещение, от которого вели несколько лазов, по-другому не назову, в, так понимаю, боковые коридоры с залами для групп посетителей.

– Ты здесь любишь бывать? – удивился я. – Не очень эффектно.

Но Сергей и глазом не моргнул на замечание.

– Да, это мое любимое заведение. Сколько я здесь провел дней и ночей!

– И ночей?

– Ага. Если сделать дополнительную плату, здесь можно не только вполне хорошо, по-домашнему, пообедать и поужинать, пусть тебя не смущают скудные прилавки, но и переночевать: там есть лесенка на второй и третий этажи с номерами. А на завтрак вам даже кофе с яичницей за счет заведения подадут! Без всякой суеты и городского шума. Что еще нужно человеку, а не жителю мегаполиса?

– Хм. Любопытно. Ну, пойдем и перекусим что ли. Я же еще не завтракал сегодня. У меня дома все еще спали, когда решил вот подышать свежим воздухом да найти чего-то вкусненького. Дай, думаю, удивлю супругу и гостей… А тут ты навстречу! Вот так встреча!

Сергей улыбнулся.

– Признаться, я не удивился. Знал, что жизнь кого-то пошлет, но не знал, кого именно. Кому-то должен был поведать свои находки. А кто это будет – не знал. Тем больше обрадовался, что этим кем-то оказался ты! Искал человека. По школе помню, что ты им был. Не знаю, как эти годы прошли, конечно. Но уж ради одной только нашей школьной дружбы, думаю, ты выслушаешь меня до конца.

– Ого! Так это надолго? А меня ведь и гости, и жена спохватятся.

Сергей вновь загадочно улыбнулся. На его свежевыбритом лице годы никак не отразились. Все такое же задорное, молодецкое. Только складки у глаз и уголков губ появились. Хотя и они придавали только больше импозантности его образу. Волосы уложены просто, но со вкусом, пробор строгий, челка лишь слегка покачивается на лбу, не доходя до широких, чуть приподнятых бровей. От этого мне всегда и раньше казалось, что при любом разговоре он удивляется твоей фразе: мол, ну как ты такое мог выдать?

– Не переживай. Твои близкие не заметят твоей пропажи.

– Откуда ты знаешь?

– Знаю. Тем более, что наш разговор займет месяц, а то и больше, если не каждый день…

– Месяц?

– Да. По одной бусине за день. Я прочитал вчера залпом…

– Подожди. Ты в новогоднюю ночь читал?

– Ну да. А что тебя удивляет? Или ты думаешь, что новогодняя ночь подходит только для того, чтобы поскорее забыться? – Улыбка Сергея, как молния, вспыхнула в уголках губ. – Нет, я успел и бокальчик пропустить, не переживай, и потанцевать…

– Но и почитать?

– Но и почитать. Вот хочу и с тобой поделиться прочитанным. Это же куда лучше, чем читать новости, которыми нас ежедневно травят, как мышей! Там – убийства, там – обманы, там – разрушения, войны, боевики. А между тем каждой мыслью, устремлением мы создаем картину мира. Я имею в виду человеков, конечно же.

– А разве не все человеки?

– Конечно нет. Разве в театре все – действующие лица?

– Ну… Актеры – все?

– Да. Но одни только изображают действие, создают массовку. Выполняют то, что задумано по сюжету: скажут всем надеть ткани – наденут ткани, скажут всем биться за тот или другой цвет материи – будут биться. В этом и есть их задача – изображать действие. А дальше есть актеры – действующие лица, есть сценаристы, постановщики, режиссеры. Но даже актеры способны на импровизацию! И действие уже изменится! А представь, если сразу не один, а все актеры решат сымпровизировать? Да вместо наводящего тоску сюжета, прочтут что-то радостное? А? Это же сразу и все действие, и весь сюжет изменит? Вот поэтому хочу прочесть тебе то, что прочел. А ты уж сам дальше решишь, прочесть ли тебе это другому человеку. За день – статью прочитаем. И не будем особо ее обсуждать. Ум все портит. Лучше между строк поговорим о чем-то вовсе постороннем.

– Любопытно.

– Ага! И я так думаю. Подожди минутку. Сейчас я сообщу ребятам, что можно подавать завтрак.

– А разве уже готово? Мы же еще ничего не заказали.

– Я это сделал еще до встречи с тобой. Меню на двоих, домашняя солянка, сельдь под шубой, отварная картошка. Ничего притязательного. Но попробуешь – пальчики оближешь!

И после этих слов он выпорхнул со своего кресла. Именно что выпорхнул! Казалось, какое-то воодушевление овладело им. Мне оставалось только дивиться всему происходящему. Или я сплю, и новогодняя ночь приобрела такие дивные очертания? На всякий случай, я ущипнул себя и, почувствовав резкую боль, успокоился. Но дыхание все равно перехватывало. Будто перед прыжком в неведомую бездну.

Сергей появился так же внезапно, как и исчез. В руках у него был узорчатый поднос, словно из народных сказок, с перечисленными блюдами. А следом за ним шел невысокий бородатый мужчина в фартуке. В руках у него оказался второй поднос и чайничек. Чашки же поместились среди блюд. Водрузив все на стол, он без всяких экивоков удалился, как уходят спокойно и без особых мыслей от домашнего стола по своим делам.

Сергей взял меня за руки ладонями снизу. Заглянул в глаза и спросил:

– Так что, готов услышать отличия человека, пусть даже играющего какую-то роль, от тех, которые только внешне выглядят как люди, но действуют по заложенной программе?

– Довольно строго ты взял. Таких, думаю, много?

– Ну а как бы иначе разыгрывалась «божественная комедия»?

– Данте? – тут уж и я не сдержал улыбку.

– А, читал?

– Приходилось.

– Значит, жизнь не ошиблась, что мы встретились сегодня. Впрочем…

Тут он на минуту задумался и словно погрустнел.

– Жизнь никогда не ошибается во встречах. Мы встречаемся друг с другом именно так, как нужно. Это люди потом могут ошибаться, думая, что то была случайная встреча. Жизнь же безошибочно подводит к нам именно тех, в ком нуждается наша душа. И обратное, конечно, справедливо.

И он вновь замолчал. Мы, не сговариваясь, переключились на солянку. И солянка, и черный хлеб, несмотря на первое число января, когда весь город еще представлял собой безлюдную пустыню, оказались свежими и вкусными, действительно как домашними! А может даже и без частицы «как»!

Как же хорошо было подкрепиться простой и здоровой пищей после заказных новогодних блюд. Жена ничего не готовила, гости, кроме спиртного и тортов, тоже не обещали приносить по блюду, так что весь новогодний стол состоял из шикарных яств, но сколько там было натурального – трудно разобраться!

– А вкусно! – вслух отметил я. – Надо будет и нам на какой-то праздник сделать всю готовку домашними!

– Все в ваших руках и воле! – кивнул Сергей.

Потом мы перешли ко второму, спокойно покушали. И, должен признать, без навязчивой оглушающей музыки, которая так часто бьет и будоражит монотонными ритмами в ресторанах, тут, в этом странном уголке, на меня снизошло какое-то давно забытое спокойствие.

И когда мы неспешно попивали чай, смакуя его изысканный аромат (хотя это был самый настоящий липовый чай – вкус, давно забытый с детства), Сергей спросил:

– Хорошо?

– Да. Так что же ты читал в новогоднюю ночь?

Сергей приободрился и доверительно прошептал:

– А вот послушай. Но сперва ответь на вопрос.

– Какой?

– Что наша жизнь?

Я поднял брови. Или нет. Скорее, они сами собой поднялись. На такой вопрос сложно ответить и в будничный день, но первого января после долгой новогодней гулянки – еще труднее.

Покивав головой из стороны в сторону, я парировал:

– Не, ну такие вопросы лучше идут после пятого-шестого бокала… А вот на следующий день могут и головную боль вызвать по новой!

Сергей понимающе крякнул.

– А если так: «Что наша жизнь?»

Он пропел. Я не узнал мелодию. Если бы я понимал в нотах, то это были бы «фа-диез – соль-диез – ля – ми». А так – мне оставалось только пожать плечами.

– Ну хорошо. Тогда об этом позже.

Сергей достал какой-то исписанный лист из кармана и прочитал:

– «Статья 1. Все люди рождаются свободными и равными в своем достоинстве и правах. Они наделены разумом и совестью и должны поступать в отношении друг друга в духе братства.»

Тишина в зале гармонировала со звучанием этих строк.

– Хорошо сказано, – негромко подтвердил я и добавил, – да уж! Любая ресторанная музыка была бы тут лишней.

Сергей кивнул.

– Разве что из Генделя? Или Брукнера? Например, какие у него бодрые части в третьей симфонии? Как поступь, свободная и могучая, человека! Вполне бы подошли под эти слова!

– Не слушал.

– Догадываюсь.

– Так и откуда ты это взял?

– А вот послушай, что тут выше идет. Преамбула.

И он зачитал, не спеша, с паузами, преамбулу:

«Принимая во внимание, что признание достоинства, присущего всем членам человеческой семьи, и равных и неотъемлемых прав их является основой свободы, справедливости и всеобщего мира; и

принимая во внимание, что пренебрежение и презрение к правам человека привели к варварским актам, которые возмущают совесть человечества, и что создание такого мира, в котором люди будут иметь свободу слова и убеждений и будут свободны от страха и нужды, провозглашено как высокое стремление людей; и

принимая во внимание, что необходимо, чтобы права человека охранялись властью закона в целях обеспечения того, чтобы человек не был вынужден прибегать, в качестве последнего средства, к восстанию против тирании и угнетения; и

принимая во внимание, что необходимо содействовать развитию дружественных отношений между народами; и

принимая во внимание, что народы Объединенных Наций подтвердили в Уставе свою веру в основные права человека, в достоинство и ценность человеческой личности и в равноправие мужчин и женщин и решили содействовать социальному прогрессу и улучшению условий жизни при большей свободе; и

принимая во внимание, что государства-члены обязались содействовать, в сотрудничестве с Организацией Объединенных Наций, всеобщему уважению и соблюдению прав человека и основных свобод; и

принимая во внимание, что всеобщее понимание характера этих прав и свобод имеет огромное значение для полного выполнения этого обязательства,

Генеральная Ассамблея,

провозглашает настоящую Всеобщую декларацию прав человека в качестве задачи, к выполнению которой должны стремиться все народы и государства с тем, чтобы каждый человек и каждый орган общества, постоянно имея в виду настоящую Декларацию, стремились путем просвещения и образования содействовать уважению этих прав и свобод и обеспечению, путем национальных и международных прогрессивных мероприятий, всеобщего и эффективного признания и осуществления их как среди народов государств-членов Организации, так и среди народов территорий, находящихся под их юрисдикцией.»

– Ого! – только и вымолвил я.

Сергей сложил лист и сунул его в карман пиджака.

– Всеобщая декларация прав человека.

Мы допили чай, а в воздухе, казалось, все еще звучали обрывки фраз.

– Будешь еще по чашечке чаю?

– Не откажусь.

Уходить не хотелось.

– Ага. Запьем это дело!

И он вновь исчез с неожиданной прытью.

Не прошло и пяти минут, как чайник обновили, и мы распивали на этот раз прямо горячий, дышащий жаром чай.

– А ты слышал о случаях дружбы между былыми возлюбленными, когда у одного остыли чувства, а другой никак не может выпросить их из сердца?

Я улыбнулся.

– Это как песня льда и пламени! Однако, какой резкий переход темы.

– Да. Я же предупреждал, что прочитаю одну в день, а дальше поговорим о чем-то вообще другом.

– Интересный метод.

– Ум чаще только мешает понять.

– Давай попробуем. Так, а ты слышал?

Вместо ответа Сергей взял сахарницу и высыпал несколько ложек сахара на чайную миску.

– Вот сахарница, – и он придвинул ее ближе ко мне. – К примеру, по итогу жизни нам нужно наполнить ее как можно больше пользой. И наш мир двоичен, есть ноль и единица, есть «нет» и «да». И каждое событие в жизни – как вопрос, где ты можешь ответить только «нет» или «да». Ответишь «да» – кладем один кристалл сахара в сахарницу, это единица, ответишь «нет» – не кладем, это ноль. А есть события, которые могут и наоборот, встряхнуть твою сахарницу, причем сильно!

И он опрокинул сахарницу на бок, так что на столе образовался целый сахарный бархан.

– Ничего, – успокоил меня Сергей, – потом уберем. Зато так нагляднее. Это вот прямо грубое нарушение правил.

– Каких еще правил?

– О, довольно простых. Даже ты о них слышал. Правила по типу «не укради», «не убий». Они ведь прекрасно известны. Но их нарушение сильно опрокидывает сахарницу. И потом снова – наполнять и наполнять!

– Так, – согласился я. – Но ты, так понимаю, хочешь поговорить о вечной загадке «возможна ли дружба между мужчиной и женщиной»?

– Да, отвлечемся, – Сергей улыбнулся той же загадочной улыбкой. – Возьмем, к примеру, сами чувства. Дружба – это хорошо?

– Конечно, – без раздумий ответил я.

– Тогда это единичка.

– Согласен.

– А противоположность дружбы?

– Ну, безразличие.

– Пускай. Это ноль.

– Это в случае незнакомых еще людей?

– Да, конечно. Дальше уровни повышаются постепенно. Но наши «да» и «нет», единица и ноль, остаются. Дальше?

– Дальше после дружбы приходит любовь.

– Да! Это уже переход из количества в качество.

– Ну ты даешь! А если не оба сразу?

– Не страшно. У кого совершился переход – тот поднялся на другой уровень. Ведь согласись, что любовь выше уровнем.

– Не поспоришь, – кивнул я, вспоминая жену.

– Не переживай. Ты окажешься с ней вовремя. Видишь: ты думаешь о ней. И забота, и чувства тут же.

– Ага.

– Ну вот. Тогда просто для того, кто совершил переход, уже любовь – единица, а отсутствие любви – ноль. А кто еще не совершил – для того дружба будет единичкой, так же добавляя «сахар в сахарницу».

– Так, слежу за мыслью.

– Вот. И по законам жизни, когда любовь проявляется, то и второй или зажигается так же, или отдаляется. Обычно?

– Пожалуй, да.

– Ну да. Любовь все-таки просит и ответное чувство к себе. Представим, что все получилось, они оба перешли на уровень любви. Пошли единички.

И Сергей стал складывать сахаринки со стола обратно в сахарницу. Причем загребал довольно живо, не стесняясь, и взял даже еще одну сахарницу с другого стола.

– Потом… – Сергей нахмурился, – р-раз!

Сахарницы стукнулись друг о друга, дребезжащий звук огласил тихий зал.

– И разлетелись в разные стороны, – продолжил пояснения мой знакомый детства.

Сахарницы тут же и вправду заняли места в разных частях одного стола.

– Итак, – Сергей улыбнулся, – пусть у этой сахарницы будут плохие чувства к этой… Это что будет?

– Ноль?

– Точно. А если и совсем резкие, то даже сахар будет выпрыгивать, потери будут. Ну, пусть в нашем примере сахарница обойдется без резкости. Просто выйдет в нейтраль, в ноль. Почти как до их встречи. Тогда что будет для нее чувство дружбы?

– О, конечно, тогда единица.

– Да. Хорошие чувства – значит, вновь пойдет наполнение сосуда на этом уровне.

– Главное, чтобы не сахара в крови, – пошутил я.

– Ну, это же все аналогии, понимаешь же. Для человека тут будут не сахаринки, а что-то другое, но такое же нужно, как сахар для сахарницы. Продолжим. А у другой сахарницы пусть останутся те же чувства… ну, как бы залитые уксусом.

– С примесью?

– Да.

– Но со временем и примесь может закончиться?

– Точно.

– Тогда, по идее, та же единичка вроде должна быть.

– Должна или вроде?

– Вроде.

– Ладно. Согласен, что с примесью может быть тоже ноль тут в итоге. Да. Похоже. Но… тем не менее.

– Так.

– Если сахарницы пересекаются, то для первой дружба пойдет как единица, а для второй?

– Хм.

– Ага. Если любовь – единица, то она включает дружбу на том уровне. Когда есть любовь, то есть и дружба, есть любимый человек – значит, есть и друг. Страсть тут не работает. И значит для второй сахарницы при таком пересечении…

Сергей замялся, подбирая слова.

– К примеру, пойдет дружба.

– Так.

– Значит, для этой сахарницы будет единичка, а для второй – что?

– Ноли.

– Думаю, что так. Ведь сахарнице придется лицемерить. Хм. Как говорится в той фразе? «Неровнодышен»?

– Не слышал такой.

– Есть вроде такая. И вот такая дружба для второй сахарницы будет лицемерие, обман своих чувств. А лицемерие – это всегда нолик. Поэтому и такая дружба будет нолик для этой сахарницы. То есть, будет словом «нет», не созиданием, а разрушением. И, понятно, какие следствия.

– Интересная теория.

– Хорошо пообщались?

– Когда вновь увидимся?

– Вот мой адрес для писем.

– Электронный?

– Да. На связи!

Я и не заметил, как оказался дома. Оказалось, что домашние только попросыпались в своих комнатах. А мне казалось, что уже целый день прошел!

– А ты выходил? – спросила жена, подойдя ко мне и подарив поцелуй.

– Да, прогулялся!

На сердце и в глазах было тепло, радостно и хорошо. И ту же радость я увидел в глазах жены. Отражение моей, ее собственную? Кто знает? Одно ясно: это было и для меня, и для нее «да», а не «нет», единичка, а не нолик в двоичном мире.

Письмо второе

«Статья 2. Каждый человек должен обладать всеми правами и всеми свободами, провозглашенными настоящей Декларацией, без какого бы то ни было различия, как-то в отношении расы, цвета кожи, пола, языка, религии, политических или иных убеждений, национального или социального происхождения, имущественного, сословного или иного положения.

Кроме того, не должно проводиться никакого различия на основе политического, правового или международного статуса страны или территории, к которой человек принадлежит, независимо от того, является эта территория независимой, подопечной, несамоуправляющейся или как-либо иначе ограниченной в своем суверенитете.»

Таким было письмо, которое я получил от Сергея двадцать второго января на электронную почту. Странно, конечно, что мы так долго не контактировали после той неожиданной встречи в самом начале года. Ни он не давал о себе никак знать, ни я. С другой стороны, у меня было предостаточно вечеров, чтобы поразмыслить о разных ниточках нашей предыдущей беседы.

Даже то и дело во время каких-то будничных дел я невпопад спрашивал жену:

– Слушай, а ведь как интересно там написано в первой статье-то!

– Ты о чем? – спрашивала она меня, отвлекаясь от готовки.

– Да что по декларации прав оказывается, что отличительной особенностью человека является наличие разума и совести. И что «все люди братья». Не об этом ли говорит и девятая симфония Бетховена? Обнимитесь, миллионы! Живите по совести! А, каково?

– Ха! По нашим политикам этого не скажешь.

– Вот и мне интересно! Если задуматься… Наличие совести отличает человека… А с девяностых мы только и могли наблюдать, как отличием выделялись те, кто мог как можно больше урвать…

– Совесть-то ладно…

– То есть как это ладно? – улыбнулся я.

– Ну, я к тому, что по совести жить вряд ли кому удается, кто хоть сколько-то известен, на виду, так сказать, среди и знаменитостей, и многих-многих других. А вот что такое разум?

– Об этом я не подумал.

– Я где-то встречала, что мы привыкли называть наш вид «человек разумный», вот только разум и ум разные ведь вещи? Разумно ли уничтожать себе подобных только потому, что они говорят на другом языке, одеваются в другую одежду, ходят под тканями с раскрашенными двумя или тремя полосками. И только потому, что эти цвета и полоски отличаются, каждый считает, что он лучше своего соседа? Разумно ли это? Или что поет другую песню, которую называет гимном?

Я только развел руками, пододвигая табуретку к кухонному столу. Всегда обожал наши долгие застольные беседы с супругой. Порой мы не замечали, что часы пробили уже и следующий день, и пора ложиться отдыхать, а мы все говорили, говорили, высказывали самые сокровенные свои думы, гадали, тужили, искали. Какой уж там сон?

– Вот за это я тебя и полюбил. Что с тобой всегда есть о чем поговорить, а не только о погоде, что приготовить или как заработать новые бумажные фантики для сказочной жизни!

Она рассмеялась. Ее смех, звонкий и лучистый, был одним из тех прекрасных мгновений жизни, которые я больше всего любил в нашей совместной жизни. Если не считать наших песен. Я больше пел, она аккомпанировала на фортепиано. Наш маленький вокальный дуэт, конечно, не мог состязаться в качестве с лучшими образчиками дуэтов вроде Сергея Тараненко и Галины Бесединой, Сергея и Татьяны Никитиных, но мы и не состязались с ними. Мы создали свой собственный мир, в котором было уютно, тепло и радостно. Куда хотелось бежать скорее после длинного рабочего дня, где ждало утешение, понимание и любовь. У нас были различные взгляды по многим вопросам, отчего было, есть, да и будет много непонимания. Но понимание было не в этом, а в том, чтобы понять, что другой – совершенно особенная, неповторимая индивидуальность, второй которой нет во всей вселенной. И тем интереснее было узнавать: ну почему он так считает, откуда у него именно такие взгляды, убеждения? И наши долгие диспуты никогда не переходили в ожесточенные и безобразные споры, которые так часто можно наблюдать среди так называемых политических верхов. Потому что, когда нет любви, то невозможно понять друг друга. А когда любовь присутствует, когда она важнее разногласий, то остается только раз за разом, шаг за шагом преодолевать то, что разъединяет. И искать, думать, стучаться в огромный мир другого, который невозможно узнать и за десятилетия наверняка. Не то, что за те три года, которые мы уже были вместе. Детей пока у нас не было, но появления этого чуда в нашей совместной жизни хотели и она, и я. Да, у моих дедушки с бабушкой и десять лет никак не получалось родить. Так что мы не спешили расстраиваться. В любом случае, мы были друг у друга. Ребенок же – мимолетность, хоть и очень важная. Но… не успеешь отсчитать годы, не успеешь отпраздновать совместные новогодние гуляния, как он взрослеет, вырастает и стремится искать свой собственный очаг, свою собственную ячейку в этом мире. Что не удивительно. Так уж устроена жизнь. А супруги остаются друг с другом. И до ребенка. И после. В этом у нас не было разногласий.

– Давай ужинать. Пицца уже готова!

– Ух! Твоя фирменная на этот раз?

– Да. С курицей и ананасами.

– Ага. Обожаю ее. А кто-то говорит, что это несовместимые вещи и не должны встречаться одновременно на одной тарелке!

– Странные люди!

– Совершенно с тобой согласен, – отметил я, с удовольствием проглатывая первый небольшой кусочек. – Мм, а в этот раз прямо восхитительная!

Жена рассмеялась. Много ли надо, чтобы быть счастливым в этой жизни?

– Ты так каждый раз говоришь! Хотя она бывает и не совсем удачная!

– Тем хуже для нее! – без колебаний ответил я. – Когда ее приготовили такие ангельские ручки, как твои, то у пиццы нет никаких оснований считаться «неудачной». Ведь…

– «Главное не победа, а участие»? – подмигнула супруга.

– Да! Ты опять угадала мою мысль! Главное, сам процесс, а не конечный результат. Пожалуй, в этом тоже будет отличие человека от робота, а? Роботу важен итог, результат. Человек же может быть счастлив и доволен даже, если на выходе получился пусть не мировой шедевр, но вполне что-то хорошее.

– Да даже если и не хорошее. Помнишь, как мы с тобой первый раз поклеили обои?

– Ахах! Это, которые отлезли на следующий день, когда нас немного подтопили сверху?

– Да, да. Они самые.

– Да… Бедные соседи! Они, кажется, больше переживали, чем мы, когда мы к ним поднялись?

– Ага. На них лица не было.

– Думали, что мы будем сейчас ругаться и скандалить…

– Ага. А оказалось, что они-то и не совсем виноваты… Но, если бы, по традиции, как можно думать, пошли скандалить, то разве бы узнали, что собака баловалась в ванной, отвернула кран, а они как раз и сами только пришли с работы, ужаснулись происходящему.

– И виноваты только в том, что собака у них оказалась неожиданно такой умной и самостоятельной, – рассмеялся и я в свою очередь.

– Кстати, да. Заметь, как ты сам отметил!

– Что?

– Ты сказал «умной», но не сказал «разумной».

– О! Не заметил!

– То есть, – продолжила мысль супруга, – оказывается, что ум может позволить начать какое-то сложное дело, открыть тот же самый кран. Но ум не позволяет оценить это дело, не позволяет понять, что ты делаешь глупость.

– Хм. Продолжай.

– Тогда, – любимая загнула палец на руке, – во-первых, ум и глупость находятся всегда рядом. Ум начинает дело, событие, глупость завершает. Во-вторых, внешние действия не говорят о уме никак. Можно быть очень деятельным в чем-то, казаться умным на фоне других подобных тебе, но при этом твоя деятельность будет не созидательной, а разрушительной. И, наконец, в-третьих, ум является частью животного начала в человеке. А вот для разума более определяющим могут быть плоды, а не действия. Может, дождаться хозяев и искупаться с их помощью было бы для той соседской собачки более разумно, чем самой лезть включать кран в ванной.

– Вот только она не могла прийти к такой мысли.

– Именно. Именно. Разумный не будет делать что-то умное, но дурное, да еще и радоваться от этого. Ведь от его действий страдают другие. Какая же это разумность? Это глупость.

– Да, – задумался я. – В той декларации говорится о правах. Но вроде бы не говорится об обязанностях. Может показаться на первый взгляд, что у человека нет никаких обязанностей, а есть только права. Но это та же глупость, что мы видели у той лающей, довольной собачки, что плескалась в ванной, когда соседи спешно откачивали воду, разлитую по всей квартире.

– Собачка могла бы заявить о правах?

– Могла бы. Но для человека, видишь, это, оказывается, мало. Из того, что все свободны и равны в достоинстве и правах, не следует, что можно причинять вред другому. Но прямо следует, что быть человеком – это большая ответственность, большая взятая на себя обязанность. Что разум и совесть – не просто слова. А некие такие отличительные особенности. Благодаря которым и появляются такие права.

– Заставляет задуматься!

– Точно! А пицца шикарная!

Остаток ужина мы провели в молчании, видимо, обдумывая наши выводы. Пицца же, как хорошее дополнение к хорошей беседе, согревало наши тела, как общение – души.

После ужина мы обнялись и пошли в комнату. Было уже поздно. Время отдыхать.

Письмо третье

«Статья 3. Каждый человек имеет право на жизнь, на свободу и на личную неприкосновенность.»

– Разве это не чудесно? В мире, где, кажется, каждого могут лишить жизни, свободы и личной неприкосновенности по чуть ли не щелчку пальца? Что ты об этом думаешь?

Это Сергей спросил меня под письмом. Взял как прямую речь, чтобы не запутаться в передаче смысла, когда и его слова, и мои мысли, и все это вместе взятое да еще ложится эпистолярным стилем на разлинованную бумагу письма. Кому же я пишу, как не самому себе?

Но этим вечером я написал Сергею ответ в духе, что «давай, мол, пообщаемся, это действительно пугает, как такое может быть?» На что последовал, к моему большому удивлению, немедленный ответ. Его письмо упало в мою электронную корзину буквально через минуту. И у нас завязалась еще одна удивительная беседа, которую, пока помню, хочу записать. Он написал:

– Но ты не об этом хочешь пообщаться на самом деле!

Мой ответ был такой:

– Нет? Ты это видишь через оттиски электронных чернил на таком же виртуальном, а, значит, бездушном пространстве?

– Нет. Я читаю оттиски в твоей душе. А она не виртуальна же?

– Слушай, как странно переписываться письмами. Может, какой-то мессенджер используем? Или социальную сеть? Ты где-то зарегистрирован?

– Был раньше. Но от всего пришлось отказаться… так как сложно найти в черной комнате того, кого там, может быть, и нет. А если этих комнат не одна, а бесконечное множество, то задача усложняется по экспоненте.

– Хм. Ты сегодня говоришь загадками.

– Мы еще об этом поговорим, надеюсь.

– Так может выйдем прогуляться, как в ту первую встречу?

– Я сейчас далеко, не в городе, так что не получится.

– Так тебе не удобно?

– Это не имеет значения. Удобства, как такового, вообще не существует. Это придумали люди, чтобы подгонять внешние обстоятельства под свои желания. Но поскольку мало кто знает свои настоящие желания, то есть желания своей души, которые и приводят к разным внешним обстоятельствам, то поэтому и принято считать, что внешние обстоятельства мешают, лишают удобства. Хотя они именно затем и призваны, чтобы медным колоколом возвестить ту или иную весть. Которую ты же сам и ждешь. И так легко от себя отбрасываешь! Поэтому и говорю: не имеет значения. Раз наша беседа тут возникла, значит, это так же нужно моей душе, как и твоей. И какая разница, насколько это удобно или нет?

Получив такой ответ в очередном письме, я встал из-за стола. К такому подходу к делу я не был готов. Минуту я ходил по комнате, меряя ее шагами. Туда-сюда, туда-сюда. Жена уехала к маме в гости, и я был предоставлен сам себе, так что, даже удивительно, как все обстоятельства так вот сложились в этот вечер: и он был в ту минуту за компьютером (или телефоном?), чтобы ответить, и у меня было предостаточно времени и пространства, чтобы ничего не отвлекало. Стечение обстоятельств? Или необходимость?

– Так о чем же я хотел пообщаться, по твоему мнению? – написал я ему, когда привел мысли в порядок и сел за рабочий стол.

Ответ пришел незамедлительно, словно он уже был написан, подготовлен и только ждал нажатия кнопки «Отправить»:

«– Сегодня я озвучу безумную мысль, но не спеши ее отвергать сходу. Наверняка ты слышал такую поговорку, что «Мужчина – голова, а женщина – шея»? Мужчина видит тот обзор, куда поворачивается женщина другими словами. Предложу развитие этой мысли с учетом современной технологической действительности. Хотя и это слово здесь употребим условно.

Итак. Эта мысль не моя, не нова. Но она мне нравится: мужчину и женщину можно взять как разные устройства. Ведь ты не будешь отрицать, что мы настолько разные, что требуется каких-то огромных усилий для понимания друг друга. Любовь в этом плане помогает невероятно мощно. Как процесс. Но это значит, что мы устроены по-разному неспроста. И мужчину, давай представим, как некоторое, назовем его так, процессорное устройство. А женщину тогда, по аналогии, как устройство с радиомодулем. Тут можно улыбнуться, смотря как без остановки и на различные темы женщины могут часами беседовать, а мы им только поддакивать и односложно отвечать. Наша беседа не в счет. Так как это получается некий мозговой штурм для разрешения задачи. Именно для этого ты мне и нужен. Там, где одному трудно пройти, то вдвоем уже вдвое легче.

Так вот. Тогда, если мужчина оказывается таким вот устройством, которое ищет «к кому бы подсоединиться», то это значит, что он как вилка с блоком генерации на выходе после обработки сигнала. А сигнал – это упрощенно и есть женщина. Только взгляни на любую представительницу прекрасного пола в любом возрасте. Ты наверняка заметишь отличительную черту, некий шлейф, как сигнал: «вот я такая», «я несу такую-то информацию», «кто меня обработает?» Пусть несколько вульгарно будет, но тогда это как устройство типа розетки с передающим мощный сигнал вайфай-роутером.

Я не хочу этим сказать, что женщина не мыслит, не обрабатывает информацию. Нет. Но подходы совершенно различные. Да это и легко приметить: как часто в то время, как женщины успевают и новости посмотреть, и с подружкой поговорить, и приготовить ужин, и накормить животных, поругать или похвалить чадо, сказать мужу что-то однозначно важное – и все это, заметь, параллельно, – мужчины только-только подводят итог какому-то одному вопросу, одной задаче, которая беспокоила их. И это не хорошо и не плохо. Это в порядке вещей. Это разные подходы, разные технологии, разные вселенные.

Женщина быстро выдает решение. Часто оно будет верным. А чаще, может, и нет. Из-за глубины проработки. Вроде ребенку хорошо дать самое лучшее образование, к примеру, будь то юридическое, экономическое или какое другое, которое на слуху времени. Но если с детства он проявляет склонность к обману, хитрости, то став «взрослым», в итоге станет одним из тех дельцов, которые обманут сотни, тысячи других людей, не подкованных в заковырках тем. И это не будет добро. В этом случае же мужчина, его аппарат, мог бы это подметить, проанализировать без «материнской любви» и внести в процесс воспитания нужное направление. И то, что так много женщин растят детей как одиночки – вовсе не достижение цивилизации и не показатель ее силы с этой точки зрения. Это слабость. Так как однобокое воспитание ведет в однобокий взгляд на этот мир. А он спорный, неоднозначный. Он требует как сигнала, так и необходимости обработки этого сигнала. Чтобы на выходе, после сложной и долгой работы, получился человек достойный.

Женщина без мужского процессор-устройства – это как генератор сигналов роутера, но его мощи недостаточно, чтобы «пробурить» материю. И точно так же мужчина без женского вайфай-устройства обречен генерировать решения как бы замкнутые в одной области, без доступа к огромному, широкому полю. Это как сигнал мобильного устройства против сигнала, поступающего от оптоволоконной сети на роутер.

В мужчине, как в новой целой вселенной, женщина может найти ответы на все свои беспокойства и тревоги. Женщине по природе больше свойственен хаос, как мужчине – порядок. В данном случае это не зло и добро, а два разных полюса, два разных мировосприятия, мироощущения. Это не тот хаос, который несет зло, как и порядок – не тот, что непременно несет добро. Но как два подхода к жизни.

Так вот. При сочетании мужской и женской душ и тел происходит соединение условно вайфай-устройства с процессор-устройством. И каждый может как выиграть от этого соединения, так и проиграть.

Нередко можно услышать фразу от прекрасного пола: «Какая я была дура, что вышла за тебя». На что, как по анекдоту, идет ответ: «Вот видишь, я открыл тебе глаза на тебя же, как ты поумнела!» А если без шуток, то что это значит? Значит, что женщина сперва влюбилась, потом полюбила, отдалась – то есть открыла соединение, дала пароль к вайфаю на доступ в безграничную сеть на большой скорости, сама же получила доступ к невероятнейшему (для нее) процессорному устройству, но вместо того, чтобы получить от этого благо, получила разрушение.

То есть, посчитала себя умнее мужчины, умнее всех его сложнейших генерирующих и обрабатывающих способностей. И на его умозаключения только отмахнулась: «Ну и глупость». Между тем, как в соединении процесс идет именно так, а не иначе. От нее поступила информация. Она была обработана соответствующим образом и вернулась на выход в виде какого-то решения. И если ответ не устроил, то дело может быть как в качестве информации от женщины, то есть недолжной чистоты ее, так и в решении процесс-устройства мужчины, то есть в сбоях его работы от неправильной эксплуатации. Он же, как тот водитель, что несется по шоссе то на одной скорости, то на другой, должен на многое обращать внимание и вносить коррективы в устройство. Иначе не миновать заклиниваний, поломок механизмов и прочих неприятностей вплоть до вывода из строя самого процессора.

И тогда, кстати, совершенно иначе можно взглянуть и на другой популярный аспект таких взаимодействий. Когда много процессор-устройств поочередно подключаются к розетке вайфай-устройства, то розетка, естественно, быстро изнашивается, теряет в качестве контакта, а значит, и в качестве сигнала. Ведь нет двух одинаковых пар соединений, каждое уникально. А значит, и само место соединения будет в итоге как кратерное поле. И с другой стороны также аналогично: у процессор-устройства будет в итоге перегрев плат от обилия совершенно разной информации. Ведь каждое вайфай-устройство дает подключение по своему полю.

И теперь можно вернуться к тому, с чего начал. Что женщина как шея, а мужчина как голова. Одно поле видит мир в одной его части, более или менее широкой, или более или менее узкой, другое поле простирается в иных пределах. Встречал и такие мысли, что тут женщина выступает как сама материя мироздания, а мужчина – как его дух, который обрабатывает эту материю. И только в их взаимодействии возникает или прекрасный, или ужасный мир. А иначе – материя простирается пусть хоть необъятно, но без семени на ней не взрастут невиданные плоды, а дух может носиться хоть без края, но не увидит плодов своих дел и мыслей.

Вот о чем ты хотел поговорить на самом деле сегодня. Ты счастлив и поэтому эта тема обходит тебя стороной, ты живешь, дышишь ею. А мы никогда не замечаем воздуха, которым дышим, и не ценим его, кроме как тех случаев, когда лишаемся его или попадаем в загрязненную атмосферу.

Поэтому цени это соединение как часть мироздания. И от разрывов соединений мир всегда только проиграет, каким бы не был мощный выплеск энергии после, он всегда будет односторонним.

Как тебе такой взгляд на вопрос?»

Когда я дочитал это письмо, то только и смог ответить что-то в духе «ух, с этим надо переспать, я так сразу не готов отреагировать». На что, естественно, последовал ответ: «Об этом и была же речь».

Тут я закончу это письмо, но с каждым разом мой школьный приятель меня удивляет и интригует еще больше. И куда он поехал?

Письмо четвертое

Я прочитал следующую статью и откинулся в кресле поразмышлять.

«Статья 4. Никто не должен содержаться в рабстве или в подневольном состоянии; рабство и работорговля запрещаются во всех их видах.»

А ведь под видом «так и должно быть» в бывшей постсоветской стране происходит какая-то первобытная вакханалия… Но сейчас не хотелось об этом в очередной раз вспоминать.

Всего пару дней назад прошло двадцать седьмое января. А, значит, очередное день рождения Вольфганга Амадея Моцарта. Да еще какое в этот раз! Юбилей! Двести семьдесят лет, как сообщают исторические источники! Двести семьдесят лет, как от такой гармонической, игристой, захватывающей на седьмое небо, музыки мир пришел к совсем иным образцам. Среди которых такие бриллианты отыскать и подавно невозможно. Как же так вышло? Где же человеческое искусство ступило не туда, что невозможно порой даже включить музыкальные каналы, как тебя оглушает бьющая по всем сухожилиям и клапанам ритмическая, «барабанная» какофония?

Сергея всё нет почему-то. Я написал ему еще три дня назад письмо, но пока ответа так и не получил. Где-то его носит? А эту тему ох как хочется с кем-то обсудить. Но с кем? Жена не питает особых чувств к классической музыке. А у меня все замирает в груди, когда слышу самые первые ноты любимых симфоний.

Вот и сегодня случилось удивительное, что и побудило обратиться к письму, пусть даже к самому себе. Нет. Ну, в самом деле, разве могут быть такие случайности, совпадения? Вот даже любопытно просчитать это событие, исходя из теории вероятности!

Слушал разное, записи исполнения разных произведений Холлигером, Хейфецом, знакомился с творчеством Нильсена. Как вдруг, ох уж это «вдруг»… Импульс! «Послушай-ка первую симфонию Моцарта, да непременно в исполнении Тревора Пиннока!» И вот, прерываю концерт Нильсена посередине, запускаю симфонию, чьи звуки сразу же отзываются внутри, вызывая резонанс, смотрю же, когда я последний раз ее слушал (а у меня, надо сказать, в аудиопроигрывателе сразу в плейлисте выставлено, чтобы отображалось и количество прослушанных раз и дата последнего прослушивания), и – о чудо! – это было ровно год назад, двадцать девятого января, день в день! Нет, ну вот как такое возможно? Как говорит один известный персонаж: «Совпадение? Не думаю!»

А вот теперь приступлю к самому интересному. Это пока еще и для меня загадка. Но хочется узнать: какова же вероятность такого события? Говорится ведь, может, не зря, что «математика – инструмент бога»! Что какую сферу из так называемых научных ни возьмешь, всюду можно найти строго выверенные математические обоснования, почему устроено именно так и никак иначе.

Итак, какова вероятность того, что при одном случайном выборе из всех ранее прослушанных записей выпадет именно эта конкретная запись?

Обозначим общее количество записей в фонотеке (на сегодня их 97786) как N_total. N_unpl обозначим как количество непроигранных еще записей (16439), а N_pl будет та совокупность, откуда выбирался трек.

Тогда:

N_pl = N_total – N_unpl = 97786 – 16439 = 81347

Пусть:

A – событие «выпадает нужная запись (симфония Моцарта)».

Тогда:

∣A∣=1 – в рассматриваемой выборке ровно 1 такая запись.

Если все записи в прослушанных считать равновероятными, то вероятность того, что одна случайно выбранная запись – это искомая:

P(A)=∣A∣/∣Все варианты∣=

=1/N_pl=

=1/81347

Это и есть ответ в классическом случае.

Числовое значение получится 0,000012291.

В процентах это будет:

0,000012291×100%≈0,001229%

То есть, примерно один шанс из 81 тысячи или около 0,0012%.

Но это только вероятность того, что захотелось прослушать именно эту одну запись. А дальше, если учесть, что эта запись должна быть проиграна именно в этот день год назад, то это уже задача из стохастики с неизвестной эмпирической плотностью. Хотя, наверное, можно упростить и так:

В прошлом году трек T был прослушан в день D.

Если предположить, что для конкретного трека день прослушивания равновероятен по году, то:

P1=1/365

И тогда совместная вероятность обоих событий будет:

P(A)=P1⋅P2=(1/365) * (1/81347)

Что в числовом расчете выходит как:

P(A)=1 /(365×81347)=1/29691655

В десятичной форме:

P(A)≈3.37×10−8 степени

В процентах:

0.00000337%

Это примерно 1 шанс из тридцати миллионов! Вот это уже соответствует ощущению невероятного. Конечно, это все прикидки, без построения эмпирической модели по реальному логу, что потребовало бы совершенно другого уровня погружения в математическую теорию вероятности и, наверняка, было бы не по силам, но даже одна такая выкладка уже наводит на разные любопытные мысли.

Какова вероятность вообще всех якобы случайных событий в нашей жизни? Или все складывается именно так и не иначе совершенно определенным, не случайным образом? Как вот этот голос изнутри, что посоветовал сделать что-то.

Много раз прежде оставлял посты, посвященные дню рождения Моцарта. Его музыка, как и многая другая классическая, вполне по праву может носить бетховенское определение из девятой симфонии – «О, радость! Ты слетаешь к нам с небес!»

Но что-то здесь есть. Что-то, чего я еще не улавливаю, но оно, вот-вот, готовится открыться! Где же Сергей пропал? Он, думаю, тоже не случайно появился в моей жизни. Друг, которого не видел столько лет, и вдруг, как из ниоткуда возникший, в день, когда менее всего возможно было бы ожидать такую встречу! Тоже ведь тут применима теория вероятности, а!

Письмо пятое

Сергей долго не обнаруживался. Пока третьего февраля наконец не прислал мне письмо следующего содержания:

Я выехал! И тебе советую. Хотя ты вряд ли прислушаешься. Впрочем, кто знает? Докуда ты уже добрался по нашему чтению? Угадаю, что как раз вот эта:

«Статья 5. Никто не должен подвергаться пыткам или жестоким, бесчеловечным или унижающим его достоинство обращению и наказанию.»

А поговорим вовсе не о ней, а, как всегда, о том, что тебя беспокоит. Наверняка ты уже начал замечать, что с историей этого мира что-то не так? А если не начал, то, скорей всего, скоро начнешь. Мимо этой находки редко какой исследователь реальности проходит мимо. О, не спеши возражать мне. Раз ты уже добрался до стартовой точки поиска, то все остальное, как снежная лавина, опустится на тебя, и, погруженный под нею, ты будешь вопить о том, как же это может быть, чтобы таких очевидных вещей ты раньше не замечал! Да, я тоже люблю музыку Моцарта. Но раз оказавшись в городе без центрального теплоснабжения, электричества, канализации и прочих благ так называемой цивилизации, ты ужаснешься тому, что, а как же была возможна раньше жизнь без всего этого? Как могли выживать люди в своих каменных замках, огромных дворцах в лютые морозы, когда смешные камины могли только пощекотать нос теплом? Все же моментально промерзнет насквозь. У тебя еще, быть может, будет возможность убедиться в этом на примере наших лет. И тогда невозможность повторения всех построек так называемого темного средневековья и с современными технологиями еще более воззовет к тебе, и затопленные в землю главные этажи зданий, и невероятные походы, которые рисуют нам мастера-историки, и многое-многое другое захватит тебя на долгие-долгие месяцы!

Какое было у тебя детство? Как ты рос? Были ли у тебя в окружении другие дети? Собирался ли ты с ними в домашний кружок и придумывал ли свои истории? Я рос с братьями, и у нас было полно историй. Для каждой истории придумывалось свое окружение, свои правила игры. Но кто тебе сказал, что взрослый человек уже настолько вырос и повзрослел, что не нуждается в окружении себя такими же историями? Тут тебе и средневековые рыцари, тут тебе и красочные античные времена и герои! Чего только нет! Разве можно представить себе, что история – только антураж, только декорации для разворачивания действа, где ты выступаешь на сцене как одно из действующих лиц? Конечно, ты об этом не догадываешься. Тем интереснее действие! Как тут не вспомнить те подсказки, что нам даны от имени Шекспира? «Весь мир театр, а люди в нем актеры».

И как тут не удивляться тому, что нет повторения в современности таких же величин гения, как Бах, Моцарт, Бетховен? И как не удивляться тому, как же перевозили те же рояли на телегах без подшипников в самые далекие углы земли по якобы грунтовым дорогам? А в снега и метели? Да без снегоочистительной техники? Да ныне все движение парализуется на раз. А прежде все мчали на балы и приемы друг к другу! Не иначе как богатыри, не мы!

О, сколько нам открытий чудных… Но все эти открытия в итоге каждый должен произвести самостоятельно. Быть может, тебя еще озадачить загадкой возникновения нефти? Ты будешь смеяться, как возникновение нефти объясняет официальная наука! Дескать, бродили себе, бродили динозавры (кости которых ты тоже вряд ли найдешь в современных музеях, так как там же выставлены «заменители»), потом чувствовали, что пора умирать, да один за другим шлепались в одну и ту же яму, где их постепенно засыпало землей, грунтом, проходили миллионы лет, вследствие чего результаты переработки их мы и добываем в виде нефти. Ах да, эти ямы были строго разграничены по всего нескольким участкам земной поверхности. Видно, были знаки такие для динозавров: «Ты туда не ходи, ты сюда ходи!» Вот и шли безголовые ящеры и сваливались в одни и те же ямы! Как тебе? Это официальное объяснение! Мы живем в удивительном мире, где очевидные вещи редко какого взрослого удивляют, где верят, что Петербург захотели и построили на болотах с помощью подручных инструментов, где невероятнейшей красоты архитектура разбросана по всему свету будто одними и теми же строителями, но такие здания мы уже не в силах возвести. Вот и шлепаем ковыряющие свод высотки либо приземистые неказистые кубышки. Где дороги вынуждены перекладывать чуть ли не каждый год, а дороги, построенные древними римлянами, как нам говорят, протянутые по всей Европе, и сегодня качеством и надежностью своей постройки дают фору!

Мы верим… я говорю «мы», хотя это вредное, конечно, слово… но я ведь тоже часть обманутого человечества, как одна из клеток огромного организма… И когда таких клеток станет какое-то большое количество, то тогда ведь и весь организм затрепещет, вздрогнет, и проснется! Мы верим в атомы и далекий космос, но не знаем, что у нас находится под ногами дальше нескольких километров (да и то в некоторых местах не пустят и дальше нескольких сот метров), не знаем, что находится в глубинах океанов, не знаем разгадки Антарктиды, но верим, что с легкостью видим снимки далеких планет в далеких галактиках. Что все вращается, что мы вращаемся на нашем небесном теле под названием Земля вокруг оси со скоростью 1675 километров в час, и вокруг солнца со скоростью 107 тысяч километров в час, а само наше светило при этом вращается в пустом пространстве космоса вокруг центра галактики со скоростью примерно 800 тысяч и более километров в час, мчась вместе с нашей галактикой со скоростью около 2,2 миллионов километров в час, но при этом за тысячелетия небесный свод со звездами над головой, которые якобы расположены независимо друг от друга и тоже совершают все немыслимые нашему представлению перемещения, так вот, небесный свод остается ровнехонько тот же самый. Что якобы то, что видел древний грек в набедренной повязке спустя тысячелетия видим и мы с нашими телескопами и фотоприборами. Ну не удивительно ли? И мы верим в эту историю! Верим, что все так и должно быть! А как иначе?

Возникновение интернета, с одной стороны, послужило во вред человеку, с распространением всех степеней безумства, а с другой, для исследователей и искателей открыло широкие поля для синтеза идей, для объединения, для срывания лоскутов с покрова тайн, для озарений.

И тогда, когда в очередной раз по всем телеящикам вдруг вновь закричат о страшной угрозе, что мчится к нам из-за пределов солнечной системы и в очередной раз будет грозить уничтожением, ты вспомнишь, что: «Весь мир театр, а люди в нем актеры». Значит, эти декорации еще нужны. Значит, иначе не получится ответить на вопрос: «Что наша жизнь?»

Письмо шестое

Я не удержался, чтобы тут же не ответить Сергею. Благо, рабочие возможности позволяли. Сейчас был как раз тот тихий час дня, когда все, точно сговорившись, брали небольшую передышку и давали какое-то время, чтобы прийти в себя.

– Но почему ты уехал? Что случилось? – тут же написал я ему.

Ответа быстрого я не ждал, хотя сам отправил письмо чуть ли не сразу после прочтения. Но, к моей большой радости, на экране почтового мессенджера высветилась заветная единичка нового письма.

– Порадовал меня. Ты прочел все письмо, но зацепил тебя только этот вопрос? Хотя… не тем ли человек и примечателен, что в вопросе между поиском целеобразующих связей или же личного контакта он выберет личный контакт?

– Ты написал много такого, что меня сбивает с толку. Я взял на заметку. И непременно займусь вечерами этими вопросами. Но вот вопрос, касающийся тебя, не в моей же власти. Поэтому и решил, что пока есть возможность – нужно ее использовать! – тут же отправил я обратное послание Сергею.

– Спасибо тебе, мой давний друг! На самом деле я ценю это! И больше, может, даже проверял. Не тебя. И не себя. А саму нашу связь. И она по-прежнему крепка! А ведь некоторые из нас странники!

Жизнь быстротечна. Не успеешь оглянуться, как с одним человеком, которого только-только встретил и планировал прожить долгую и счастливую жизнь вместе, судьба вдруг внезапно разводит по своим траекториям движения, словно кометы по небесным трассам; и ждешь той встречи, пересечения путей – а не понимаешь законов небесной механики; а с другим, которого будто бы знал от рождения, судьба разводит мосты навсегда.

Навсегда ли? Может ли быть хоть что-то в мире, где все говорит о цикличности, таковым? Не продолжаем ли мы наши встречи каждый раз с другого чистого листа? Только не помним, что до этого уже успели исписать совместно не одну сотню страниц в другом томе, в другой книге? А все эти тома нанизаны на одну незримую сеть, как бусины на нити ожерелья?

И дописав один том, человек, как автор, берет отдых, чтобы после приступить к следующему? А все наши незавершенные дела друг с другом, встречи, разлуки, обвинения, все сильные эмоции как любви, так и ненависти, вновь притягивают нас в новых томах, чтобы вновь попытаться выучить закон мироздания, закон вселенной, закон любви, о котором изначально говорят все религии и пророки мира?

Порой человек обвиняет другого, к примеру, в расставании, рассказывает всем и каждому, почему, дескать, он ушел тогда-то – потому что другой вот так повел себя. Но потом наступает критический миг и в нем человек проговаривается, называя совершенно другую причину! Замечает ли он сам это, интересно? Да, он называет уже не другого виноватым, а себя – что сам не захотел. Не важно что. Не захотел быть в трудностях, печалях, горе или радости. Не важно. Главное, что дело всегда не в другом, а в нас самих. В нашем выборе. Каждый всегда в итоге делает свой выбор. И несет ответ тоже за него сам. За несдержанные обещания «быть вместе навсегда», за слова, что как назло слетают с языка. О которых позже раскаиваешься, просишь прощения, но, как всегда бывает, «слово не воробей, вылетит – не поймаешь».

Порой так хочется винить кого-то другого, когда один регулярно принимает в себя яд годами, убивая и тело, и душу, и постепенно, но неизбежно добирается до финала собственноручно написанного тома… И хоть ты бей по рукам автора – как поется у Окуджавы:

«Каждый пишет, как он слышит.

Каждый слышит, как он дышит.

как он дышит, так и пишет,

не стараясь угодить…

Так природа захотела.

Почему?

Не наше дело.

Для чего?

Не нам судить».

Каждый – автор и творец своего романа, кузнец счастий и несчастий, и самых малейших неприятностей, и самых больших удач. Некоторые из нас странники в этом скоротечном мире. Планируешь на десятилетия вперед, а том может закончиться так внезапно! Что же остается автору? Быть правдивым перед собой для начала. Взять на себя ответственность за получившийся из-под пера том и не винить другого. Хотя это так непросто! Жизнь быстротечна. «Не оглянешься – и святки. Только промежуток краткий».

Ну и напоследок давай тогда прочитаем следующий пункт:

«Статья 6. Каждый человек, где бы он ни находился, имеет право на признание его правосубъектности.»

Письмо седьмое

– Здравствуй, Сергей! Как далеко тебя занесла судьба? Знаешь, я тут познакомился с некоторыми темами, которые мы с тобой обсуждали. Как же меня улыбнуло (можно так говорить?), что в той же википедии на пункте «происхождение вращения Земли» стоит текст, что это – только теория, просто самая распространенная, что, дескать, «облака космической пыли уплотнялись, образуя зародыши планет, к ним притягивались другие более или менее крупные космические тела. Столкновения с этими телами и могли придать вращение будущим планетам. А дальше планеты продолжали вращаться по инерции». По инерции, Карл, по инерции! Как тебе такое объяснение? Поударяли одно тело о другие тела, раскрутилось оно, значит, а дальше – и трава не расти! – будет вращаться вечно! «Столкновения могли придать»! А могли не придать? Но все планеты вроде как вертятся, по их теориям! Как тебе такое? Знаешь, мне действительно хочется произнести, что «я знаю, что ничего не знаю», что пришла пора полностью пересмотреть свои представления, не принимая на веру ничего! Это удивительно, как можно было быть столько долгих лет всего лишь верующим по сути! Верующим в науку? А оказывается, что практически мало что известно, что многие темы так и объясняются – это всего-навсего теория!

Вот тебе и «Статья 7. Все люди равны перед законом и имеют право, без всякого различия, на равную защиту закона. Все люди имеют право на равную защиту от какой бы то ни было дискриминации, нарушающей настоящую Декларацию, и от какого бы то ни было подстрекательства к такой дискриминации.»

А знаем ли мы закон? И каков он? Тот ли, что без всякого зазрения совести нас пытались ограничить в правах свободного перемещения несколько лет с двадцатого года? Или те законы, что, нисколько не смущаясь, принимаются без всякого ведома человека, а потом даются ему как удар палицей по лбу: дескать, вот, мы приняли, значит, это и есть для тебя закон?! Такое ли устройство государства с такими законами должно быть? Ох, как многого человек еще не знает! Или, как иногда проговариваются лица, власть имущие якобы, как, например, Герман Греф вот: «Как только все люди поймут основу своего «Я», самоидентифицируются, управлять, то есть манипулировать ими будет чрезвычайно тяжело. Люди не хотят быть манипулируемыми, когда они имеют знания.» Вот и получается, что общество в целом заслуживает ровно такое устройство, насколько интересно или не интересно ему стремиться к овладению знаниями! Причем не такими, какие в нас вошли со школьных лет. Да, я тут немного ознакомился с одними и другими постройками якобы древности, и уже ужаснулся тому, что таких технологий в современности нет и близко, а нам все рассказывают, что это могли построить мужички в лаптях с топорами и кирками, ездя на телегах… Не знаю, куда, к чему этот путь в итоге приведет, но, ступив на эту стезю, мир перестает быть прежним.

Такое чувство, что ты оказался на краю археологических раскопок, а тебе дали детскую пластмассовую лопатку! И ты смотришь на весь предстоящий объем земельных работ и понимаешь, что тебе и жизни не хватит, чтобы все разгрести!

Но все же, почему ты уехал?

Письмо восьмое

Через несколько дней я получил письмо такого содержания:

«Статья 8. Каждый человек имеет право на эффективное восстановление в правах компетентными национальными судами в случаях нарушения его основных прав, предоставленных ему конституцией или законом.»

Здравствуй, друг! Ты спрашиваешь, почему я уехал? Счастливому это объяснить сложно. Но все же я попробую.

Видел когда-то посреди холодной зимы такое явление, как невероятно быстрый рост сосулек? Красивое явление. Но и вместе с тем страшное и опасное. Когда выпадает несколько теплых дней и солнышко пробивается на чистый небосклон, то все прежде намерзшее на крышах начинает стремительно таять, но тут внезапно вновь ударяет мороз: и вот, с одной стороны, солнечные лучики растапливают снег, который стекает по желобам крыши, а с другой мороз успевает тут же подхватить влагу. И буквально на глазах разрастаются ледяные копья.

Вот и я боюсь, что в итоге превращаюсь в одну такую здоровую-здоровую сосульку, которая может ненароком и прибить кого-то. Человек не должен превращаться в сосульку! А для этого ему нужен человек. Думаю, и вряд ли я ошибаюсь, что человек создан как социальное существо, как капля, которая стремится соединиться с другими каплями, чтобы превратиться в могучую реку и влиться в бескрайний и величественный океан. Что может одна капля? И хотя в ней тоже целый мир таится, стоит только заглянуть под солнечными лучами в ее глубину! Но капля не утолит жажду, не наполнит силой истощенного путника, а только продлит путь.

Когда в сердце многое намерзает, но и через смуту, через страдания пробиваются лучи тепла, то оно начинает таять, стекает влага, но мороз никуда не отступил – и вот по сердечному контуру нарастают гряды сосулек! И попробуй их все посбивать, прежде чем они ранят кого-то! А ведь общаясь, мы же и соприкасаемся с нашими сокровищами сердца. А там уж кто чем богат!

Вот и выходит, что неразделенная любовь – с одной стороны, теплые лучики, что радуют и дают надежду, а с другой – весьма морозная температура, что тут же схватывает живительную влагу! И кого ты напоишь ею? Только изранишь.

Я думал, что смогу находиться, как и прежде, там же, где был… Но, зная, что где-то недалеко ступает ее прелестная ножка, развеваются косы, кому-то она дарит свою лучезарную улыбку и кто-то другой слышит ее задорный искристый смех, видит ее нос с горбинкой, эдакий греческий контур, небольшие, но дарящие забвение груди, стройный стан и дерзкий нрав, все это оказалось выше меня. Словно пытаешься пройти через тесное ущелье, чтобы вновь вздохнуть полной грудью воздух, и все спотыкаешься и падаешь обратно. Вот эта тропинка, что может привести к ее дому, а вот театральные и филармонические тропы, где вообще можно внезапно столкнуться…

Как объяснить счастливому в любви или безразличному к любви, что такое сбивчивое дыхание, что такое «неровнодышен»? Вот когда есть такое, то при любом мысленном касании к человеку сбивается внутреннее дыхание, силы то уходят в никуда, то в бессмысленные пространства; и вновь надо присесть, отдышаться, восстановить хоть какие-то силы, чтобы дальше шагать. Заметь, что к равнодушию это не имеет отношения. Сам придумал такой термин. Мне он почему-то очевиден. И легко проверяем. Можешь вот мысленно взять одного и другого человека. Закрой глаза. И представь, как тебе при этом дышится, как бьется сердце. В одном случае ты заметишь, что даже никаких мысленных образов не возникнет, все останется ровно, как линия горизонта. А в другом – вдруг как представится ее красная курточка, ее силуэт у дверей, скрип двери, и сердце забьется неровно, дыхание собьется. Вот тебе и «неровнодышен». Вот тебе и «мимолетное виденье», вот тебе «и жизнь, и слезы, и любовь». А одно без другого встречается так же редко, как солнце без луны. Да, бывают наверняка и такие встречи, и такие дни, и такие пары, как знать? Чего только не бывает в мире подлунном?

Буду ли я вновь так же счастлив, как в лучшие дни с нею? Окунусь ли вновь в те глуби противоречий, как в худшие дни? Как знать? Но благодарен и за одни, и за другие дни! Благодарен тебе, чудо мое, что как лучик заглянуло в жизнь мою, осветило прежде незатронутые светом комнаты и удалилось по своим делам! «Навсегда» оказалось так мимолетно. Но и теми днями оно согревает меня. И тою же мучительною тягой, как магнитом, влечет и, не находя, морозит. Ой, мороз-мороз! Не морозь меня!

Может, оттого и уехал? В надежде ли убежать от себя? Или в надежде вновь встретить то прекрасное, что есть в нашем мире?

Капля стремится к капле, человек к человеку. Вот и мой сказ тебе, друг, таков. Будь счастлив! Ведь счастье может быть таким мимолетным! Что наша жизнь как не мгновение, как не миг между прошлым и будущим?

Письмо девятое

«Статья 9. Никто не может быть подвергнут произвольному аресту, задержанию или изгнанию.»

Как не странно писать очередное письмо через столько лет! Сколько лет прошло, три, четыре? Ну да, уже почти четыре года скоро как будет… Я не понимал, о чем толкует мой друг, пока не пришлось самому пройти через подобные испытания. И только теперь могу сделать эту запись, что понял тебя, друг, о чем ты и предупреждал, о чем высказывал сердечную боль.

Скоро четыре года, как судьба разлучила и меня с моей возлюбленной, избранницей сердца, души и тела. Вот так живешь, ничего не подозревая, а потом в один миг события как обухом бьют тебя и меняют в твоей жизни все: и окружение, и образ жизни, и даже порой образ мыслей и реакций. И вот близкий человек оказывается от тебя далеко, а те, кто рядом, оказываются такими далекими, как и трудно вообразить. Ирония судьбы!

Кто бы мог и представить себе, что целую страну превратят в кровавый цирк, в какой-то концлагерь, из которого нормальному человеку не видно выхода. То, что люди разумные отвергли как мероприятия по изменению своей генетической структуры под мотивом модной болезни, вошло в следующую, более суровую стадию, где уже сотнями и тысячами целенаправленно отправляют на отдых от этого мира. В то время как под театральной ширмой каждая пропаганда крутит свои истории, такие же бесполезные и бестолковые, такие же призванные только лишь затем, чтобы простой люд действовал как крысы под дудочку гамельнского крысолова. Вот и пришли те времена, когда юмор из детства становится жизненной мудростью и противостоит всем взываниям пропаганды: «Если всем скажут прыгать с крыши, ты тоже станешь в эту очередь и прыгнешь?»

А ведь кажется, что именно так и происходит. Только с одной стороны больше пряниками делается сие, а с другой – больше кнутом. Но процесс от этого не меняется. А кукловоды довольно потирают руки от того, что удалось организовать и претворить в жизнь такое масштабное, зрелищное шоу. Вот вам и «хлеб, и зрелища», вот вам и римские колизеи, где на потеху публике стравливали гладиаторов, чтобы упиваться зрелищем их смертей.

Впрочем, конечно, это тоже часть придуманной истории, как и многое-многое другое. Сергей, ты был прав, если копнуть глубже, то вся школьная история не выдерживает критических взглядов, исследований и поисков. Везде открываются такие зияющие пробелы, такие нестыковки, такие невозможности, что диву только даешься, как можно было раньше принимать все на веру. Впрочем, многие же верят, что люди и на луну летали. Только прошло полстолетия, а современные технологии, хотя и шагнули в тысячи раз дальше, только не позволяют повторить достижение такой древности в сравнении с настоящим, когда даже в кармане простого школьника оказывается вычислительная техника такой мощности, которой и не снилось прежним ученым.

В какое удивительное время живется, что многие вещи становятся настолько абсурдными, что только дивишься сам себе: а не во сне ли провел десятки лет своей жизни?

А ее аромат духов все еще витает где-то в глубине меня. Когда случайная встреча, вызванная жизненными обстоятельствами, вновь пересекла нас год назад. И когда она предстала передо мной вновь такой же прекрасной и такой же магнетически притягательной, словно какой-то магнит! И я только провожал ее взглядом. Как и тогда, много лет назад, когда, как комета, она покинула мои пределы.

Да. Теперь я понимаю, Сергей, о чем ты говорил, что хотел передать мне словами. Это действительно словами практически невозможно передать. Только, когда сам проходишь через такое, то в силах понять, что хочет сказать другой. И потом смотришь, и только удивляешься, откуда у нас такое большое количество красивых девушек, которые, тем не менее, красивы как снежные королевы, сильные и независимые. А власть имущие одной рукой вроде голосуют за семейные ценности, а другой всей мощью медиа и реализацией жизненных процессов проводят в жизнь совершенно обратное. Какой удивительный мир противоречия. Но наверняка это противоречие только видимое, только потому что не найдены ключи, которые позволили бы раскрыть эту загадку, заглянуть в замочную скважину за холстом.

Письмо десятое

«Статья 10. Каждый человек, для определения его прав и обязанностей и для установления обоснованности предъявленного ему уголовного обвинения, имеет право, на основе полного равенства, на то, чтобы его дело было рассмотрено гласно и с соблюдением всех требований справедливости независимым и беспристрастным судом.»

В тот день, когда я вернулся с небольшой прогулки, дома меня ждала коротенькая записка, всунутая под входную дверь. В записке была всего одна строчка: «Все на виду, только смотри. Следующий шаг:» И под ней карандашный набросок эмблемы ООН. Весьма недурной. Подписи не было.

Я рассматривал, рассматривал, пытаясь понять, что же мне хотел сказать этим незнакомец или незнакомка, но мои усилия ума, казалось, клинили на чем-то.

Прошло несколько дней, когда внезапно многолетнее молчание с Сергеем было прервано. Я ему написал сразу после получения записки, где коротко сообщил о разных событиях жизни последних лет, о том, что раскопал, о том, что случилось как в моей жизни, так и в социальной для многих и многих, о чем он, конечно, знал, и о получении этой странной записки. И вот таким был его ответ:

– Да, рад тому, что ты вышел на связь! Я уже и сам хотел тебе написать, но ты меня опередил! Здорово! Это значит, что жизненный импульс, несмотря на все тяготы бытия, у тебя не угас, не превратил тебя в биоробота, бездумно выполняющего все предписания системы. Эта записка, полученная тобой, – это лучшее тому подтверждение. Возможно, ты найдешь объяснение всему происходящему, которое логично и математически строго охватит все процессы без противоречий. Но какой же долгий путь предстоит. И тебе, и мне. Я ведь тоже все еще в поисках. Может статься, что одна из наших целей пребывания и нахождения здесь: это разобраться, что же здесь происходит, в чем главная загадка, сколько нарисованных холстов скрывают истину? Я покуда тоже не добрался до того поворота, который бы открыл выход из этого лабиринта противоречий, но не теряю надежды.

Ты тоже уже, смотрю, сделал несколько очень важных шагов, которые продвинули тебя дальше. Хочешь узнать, насколько глубока эта кроличья нора? Я ведь тоже сталкивался с тем изображением, что и тебе пришло. В какой-то час твоей жизни ты вдруг задаешься этим вопросом и дальше начинаешь разбираться с вопросом, который прежде вызывал у тебя только насмешки и такой высокомерный, пренебрежительный взгляд, мол, дескать, дружище, что за чепуху ты городишь? Но, похоже, ты пришел к тому, чтобы самому себе задать, озвучить вопрос, который пока бьется в твое сознание краешком крыла.

Не знаю, сколько тебе понадобится на его разрешение, как у тебя получится, но что-то подсказать, конечно, тебе могу, раз ты уже непосредственно столкнулся с тем, что, угадал, обходил стороной столько лет. У каждого наступает такой миг. Миг прозрения. Миг, когда обрушится прежняя жизнь, обрушатся прежние убеждения, знания, а по сути, верования. Но ты сам должен будешь отделить у себя, где же были знания, а где верования. Где ты впитывал все со школьной скамьи, даже не подвергая изучению и осмыслению, не беря в расчет такое множество фактов, опровержений, наблюдений!

Я могу тебе только дать намек, пусть в шутку это прозвучит, пусть нет, но с чего-то же нужно начать. А дальше твои розыски поведут тебя своим путем. С чего бы тебе посоветовать начать. Даже не знаю. Может, попробуй познакомиться с тем, что звучит как «двести доказательств того, что земля не является вращающимся шаром». Ты легко найдешь книгу с таким названием, познакомься, почитай, подумай, и продолжай свои открытия. Разберись наконец с одним из ключевых вопросов, который может для тебя перевернуть многое: какой же все-таки формы земля?

Пиши, буду рад почитать твои отзывы, когда ты ознакомишься с тем, что с пятнадцатого года просто взорвало интернет-пространство. Как долго еще просуществует интернет, позволивший окунуться не только во всевозможную грязь и безделицы, но и помогающий разобраться во многих вопросах, ставящий под сомнение то, что раньше было подано только под официальным и единственно верным соусом?

Письмо одиннадцатое

«Статья 11. 1. Каждый человек, обвиняемый в совершении преступления, имеет право считаться невиновным до тех пор, пока его виновность не будет установлена законным порядком путем гласного судебного разбирательства, при котором ему обеспечиваются все возможности для защиты.

2. Никто не может быть осужден за преступление на основании совершения какого-либо деяния или за бездействие, которые во время их совершения не составляли преступления по национальным законам или по международному праву. Не может также налагаться наказание более тяжкое, нежели то, которое могло быть применено в то время, когда преступление было совершено.»

И вновь прошло немало времени прежде, чем я написал Сергею. В письме я обрисовал весь свой путь как задолго до недавних открытий, так и в процессе изучения того, чего раньше не касался вообще, полагая плодом исключительно глупых и недалеких умов. Надо сказать, что за плечами у меня уже была солидная философская база, не один десяток изученных трудов, в которых раскрывались темы мироздания. Многое в свое время было отринуто, но многое и принято на доверии. Особенно то, части чего можно было совершенно точно проверить на своей жизни практически. Так были получены знания о взаимосвязи мыслей и, казалось бы, совершенно случайных событий вроде простуд, недомоганий, головных болей и прочего-прочего. Сотни и тысячи наблюдения за более чем десяток лет свидетельствовали, что то была не просто теория. С другой стороны, помимо той практики много теоретических представлений о мире было принято, как уже написал, на вере.

И вот теперь такое потрясение, которое потрясло, такая уж тавтология, все основы моего миропонимания и мировосприятия. Многий базис просто не уживался теперь вместе. О чем я и написал Сергею. Я попал в водоворот совершенно различных информационных потоков. Что ложно, а что истинно? Что только домыслы, а что является если не полной правдой, то во многом таково? Это и предстояло переоткрыть вновь уже как субъективное знание. О, сколь огромное множество всевозможных представлений! Как будто так и задумано было создать такой гигантский лабиринт, в котором путник бы практически наверняка заблудился и не разобрался бы до конца земного пути.

Действительно, как прежде я смеялся над какими-то фрагментами, где кто-то говорил что-либо отличное от шарообразного представления земли! Разве может быть что-то иное? А оказалось, что все построено на таких теориях, которые, каждая по отдельности и все вместе взятые, рассыпаются, стоит взяться за них основательно! Более того, удивительно, как при современных средствах и обилии информации, такое множество людей по-прежнему верят в то, что не видели своими глазами (а именно – шарообразную землю), но не верят тому, что видят сами, будучи на морях и в небе – а именно плоский горизонт повсюду, насколько хватает взора. Конечно, в письме я не затрагивал все пункты, все найденные фрагменты, все удивительные свидетельства и исследования людей по этой теме, их такое множество, да и интересующемуся не составит труда изучить их самостоятельно, к тому же Сергей же был явно где-то впереди меня, но строчка за строчкой я словно жаловался на то, ну, как же так могло произойти, что все окружающее нас медиа пространство, и книги, и фильмы, и новости состоит из того, что на поверку оказывается обманом? Я вдруг почувствовал, что оказался той Олей, которая оказалась в Зазеркалье и встретила девочку Яло, где все перевернуто шиворот-навыворот, где все обманывают. Помните такой детский советский фильм? Да и с кем тогда можно все это обговаривать, кто тоже не житель такого Зазеркалья?

Самое большое потрясение, неизбежно связанное с изучаемой темой формы земли, было, конечно… догадываетесь, читатель этого письма? Эта тема была одной из любимых с детства, сколько фантастических книг прочитано, сколько фантастических фильмов на эту тему просмотрено! Да и мало кто в детстве не хотел тоже отправиться в космос и путешествовать с планеты на планету?

Боюсь, что даже в письме многое из того, что так потрясло, нельзя даже упоминать. С одной стороны, это потрясение и психологического характера, а с другой – с каким сопротивлением, ожесточением да даже я сам готов был бы отстаивать свои прежние заблуждения, если бы кто-то попытался сказать противное моему мироощущению? Это бесполезно! Это открытия, которые каждый, кто только пойдет по этим ступенькам изучения, непременно сам сделает для себя. Тогда это будет его знание. И ценен будет тот путь, который был пройден. В том числе и со всеми ошибками, и со всеми заблуждениями. Ведь самая главная победа – это победа над собой, как говорится в одной восточной мудрости. Теперь эта фраза звучит совершенно иначе.

Даже не знаю теперь, если бы в моей жизни не произошли такие потрясения на внешнем плане, такие потери с одной стороны, а с другой – столько внезапно появившегося свободного времени, – удалось ли бы открыть эту тропку? Или в суете дней, в суете театра все по-прежнему бы и казалось таким реальным? А то, что происходит на сцене, и казалось бы всем миром? А все роли, которые исполняются всем окружением, казались бы настоящими? Шекспир, Шекспир! Твои ли это слова, или только приписываем тому гению, той звездочке, что зовется Шекспиром, но как же они верны: «Весь мир театр, а люди в нем актеры!»

Письмо двенадцатое

«Статья 12. Никто не может подвергаться произвольному вмешательству в его личную и семейную жизнь, произвольным посягательствам на неприкосновенность его жилища, тайну его корреспонденции или на его честь и репутацию. Каждый человек имеет право на защиту закона от такого вмешательства или таких посягательств.»

Так любопытно! То, что начинал как письмо о том, как встретил давнего друга, переросло постепенно в целое путешествие в неизведанные области себя, своего внутреннего мира, который, как и внешний, оказался мало изучен.

Ведь как все разительно меняется от одного только простого открытия о форме земли, о том, где ты живешь. Одно дело, если ты маленькая песчинка, которая находится на шарике, который мчится испокон веков, из одной бесконечности в другую бесконечность, в пространстве среди таких же мириадов шариков, которые к тому же пустынны и безжизненны, как нам говорят так называемые ученые. И совсем другое дело, когда ты оказываешься на твердой, неподвижной поверхности. И ты не вращаешься никуда, мчась в неизвестность. А вместо того над тобой вращается купол, небесный свод с солнцем, луной и звездами.

И тогда этот безумный мир перестает казаться безумным. Разве тогда власти указывают тебе, что делать? Кого ненавидеть, против кого воевать, чем колоться или куда не ходить, что не смотреть? Ты оказываешься перед фактом того, что весь наш удивительный план, план земли, создан Творцом, Создателем, тем, кого привычно называть Бог в виду отсутствия иного понимания.

Тогда понимаешь, что все устроено совершенно иначе. И начинаешь выходить из системы. Разве по окончанию жизни тебя спросят документы, спросят, какой ты был национальности? Землю как одеяло перекроили условными незримыми границами, сказали, что здесь живут одни, а за несколько метров, за нарисованной чертой, совершенно другие люди. И надо ненавидеть их за это, и надо воевать с ними за это. Будет ли человек с таким пониманием выполнять такие приказы, или будет слушать то, что говорит ему совесть? Что так торжественно звучит в девятой симфонии Бетховена, что «все люди братья, обнимитесь миллионы»?

Власть имеющие продолжают и торговать между собой, и летать, где хотят, и вести ту жизнь, какую хотят. Но своим согражданам говорят, что они не имеют права покинуть ту территорию, которую назвали тем или иным названием государства. И более того, как в шахматах, они двигают то пешек, то офицеров по полю, сталкивая их в кровавом театре. Должен ли человек, понимающий, что все мироустройство, которое с каждого утюга звучит так громко, так настойчиво, ложно, принимать участие в той роли, которая противна роли, для которой нас поместил сюда Творец? Ведь если есть Творец, то есть и цель, есть и назначение. А если нет Творца, то тогда, как в «Бесах» Достоевского: «все можно, все дозволено». И рассыпается попутно и давно вызывавшая большие сомнения теория Дарвина, и многое другое.

И потому и продолжается кровавый цирк, что люди, участвующие в нем, забыли, или не знали, что они только актеры, что они играют роль здесь, но роль можно подменить. И тогда и будет такой безумный-безумный цирк, а не величественная картина мироздания. Но все в наших руках, все в наших сердцах.

Буду здесь оставлять и удивительные находки, которые поменяли столь многое за столь короткий срок. Многие из них каждый должен все же найти самостоятельно. Это как уровень в компьютерной игре. Если даже тебе скажут, что дальше там будет то-то и то-то, а ты застрял посреди других задач, то какой тогда в том смысл? Но есть и такие, которые вызовут большое удивление и чувство, будто открываются глаза… Одна из таких находок потрясла меня сегодня. Конечно, она вызовет такое же потрясение только у того человека, с которым совпадет мой культурный код (тоже интересное словосочетание, однако).

С детства одним из моих любимых фильмов была «Гостья из будущего». Многосерийный – это да, но назвать это творение сериалом даже как-то язык не поворачивается у того, кто тоже, как и я, вырос в восьмидесятые. Сколько раз его и раньше смотрел, и потом – трудно сказать. И несмотря на то, что многие сцены отскакивают с языка, каждый раз смотришь его как впервые. Смотрено-пересмотрено, спето-перепето! А уж эта самая известная песня из фильма о прекрасном далеко – что это как не манифест, не послание? И вот сегодня запускаю эту песню из концовки фильма – и, о ужас! Что же я там слышу??

«Слышу голос из прекрасного далека,

Он зовет меня…»

Да с детства эта песенка как гимн! Даже слова, текст гимна можно было не знать в те юные года, а текст этой песенки звучал в ушах и сердце! И, разумеется, разумеется, «он зовет меня в чудесные края!» Чудесные края! И после детства, в более взрослом возрасте, всегда щемило это чувство тоски, эта тяга по прекрасному, по тому, что ведь возможны, возможны у нас чудесные края! Все зависит от каждого!

И вот сегодня слушаю песенку – и бац, как гром среди ясного неба! – там: «он зовет меня не в райские края». Да, изначально услышал этот отрывок у одного из тех, кого называют конспирологами, а по сути – тех, кто раскапывает иные слои реальности, но не суть. Если бы что-то кушал, то наверняка бы поперхнулся! Мне не послышалось? Нет! Зовет «не в райские края»! Страшно подставить даже противоположное по смыслу значение для этого выражения! Если не райские, то какие? Куда, куда зовет? Да и вообще! Мыслимо ли это? Как это? Как? Произошло изменение текста песни в «реальности» и она теперь звучит с другими словами, другим смыслом! Как? Как это возможно? В такие минуты внутри, словно в яичной скорлупе у птенчика, начинает что-то проклевываться!

По сравнению с этим следующие находки из «Кавказской пленницы» уже не вызвали такую бурю эмоции. Факт того, что изменения могут произойти в фильмах, был принят. Что из этого следует – пока не об этом. Пока о самих фактах. В этом фильме пропали слова, которые делали фразы такими нежными и добрыми. Шурик, когда напился и в той сцене, где тянул потом за рог бедное животное, говорил в моей реальности с самого детства: «Помедленнее, пожалуйста, я записываю». Пропало слово «пожалуйста». А в другой известной сцене про непонятное слово «волюнтаризм» была четко и прочно впечатана в память фраза: «В моем доме попрошу не выражаться». Пропало слово «попрошу». Да! Теперь фильмы звучат совершенно иначе! Фантастика? Вот и я о том же! Что еще тогда поменялось? И если меняется это, то где гарантии того, что не могут меняться тысячи, миллионы менее заметных деталей реальности?

Да и как такое возможно? Если только… Но так глубоко в кроличью нору еще рано заглядывать. Хотя и многое вроде знакомо из положений, но оно не стало тем, что непреложно как движение солнца над горизонтом.

Письмо тринадцатое

«Статья 13. 1. Каждый человек имеет право свободно передвигаться и выбирать себе местожительство в пределах каждого государства.

2. Каждый человек имеет право покидать любую страну, включая свою собственную, и возвращаться в свою страну.»

Ну, не странно ли, да, что человека в самом деле нельзя лишить такого естественного права по рождению? Кто же внушил, что мы должны то или иное государству? Кто те короли, что считают, что «государство – это я»? Одна мимолетность!

Интересные наблюдения вновь спешу записать. И в это даже поверить сложно. Не знаю, друг, есть ли у тебя свои наблюдения? Если есть, то ты вполне можешь допустить и взять мои слова по доверию. Если же нет, если жизнь для тебя предстает как путь из точки А в точку Б, то, конечно, что тебе мои наблюдения, мои находки?

Да и больше, наверное, пишу для себя эти письма. Чтобы не забыть, чтобы помнить, что все в мире не просто, не так, как кажется, что, пожалуй, креститься и креститься еще, чтобы морок спал!

Вчера повторилось во второй раз явление, которое выбило из привычного. Первый раз отбросил, когда это случилось. Подумал: да нет, показалось, ошибся, напутал. Но тут уже это было настолько очевидно, настолько прямо «на тебе на ладонь», что пройти мимо никак нельзя.

Дело было так. В моей музыкальной фонотеке почти сто тысяч различных записей на сегодня. И прослушивания там на несколько сотен дней без перерыва. А хочется хотя бы по разочку же прослушать. Да и поскорее поставить записи, которые хочется слушать, а не те, которые в фонотеке лежат отмеченные как еще не прослушанные. И вот поэтому несколько дней тому назад решил чуть ускорить этот процесс. Ну как «чуть». Даже не чуть выходит! Если до того полностью прослушивал трек и только тогда переходил к следующему, отчего количество не прослушанного уменьшалось примерно так же, как песок в Сахаре, если забрать оттуда несколько песчинок. А тут выставил порог для зачета файла в прослушанное на уровень тридцати процентов. То есть только треть записи – и если не цепляет, то можно полностью не слушать и переходить к следующему треку.

А, надо отметить, очень много оказалось записей из репертуара, который разного вкуса. Больше всего мне нравится классическая музыка. Но, разумеется, в фонотеке полно записей и другого характера. В том году скачал огромную базу музыку советского периода, начиная с тридцатых годов двадцатого века по девяносто первый примерно год. Там вышло примерно пару десятков тысяч записей на более чем тысячу часов прослушивания. Ну очень много, одним словом! Какие-то записи нравятся, какие-то нет, какие-то прямо вызывают восторг и умиление, и хочется слушать полностью, да и потом вернуться к ним, а какие-то – вот вызывают отторжение, ну да и зачем, в общем, их хранить в фонотеке? Для галочки? В общем, постепенно пришел к тому, что все-таки у меня тут не архив музфонда, буду чистить попутно. И вот последние несколько дней сбил свой привычный метод прослушивания записей целиком и перешел к непривычному методу: почти фабричному, хех, почти как такому, чтобы поскорее «обработать» такое огромное количество записей.

И вот тут произошло нечто феноменальное! Этот принцип и раньше подмечал: что если начать делать что-то непривычно, то как сбивается «программа» обычная, и можно выйти из, знаете, такого полусонного восприятия реальности. Такого, что по привычке делается, без мысли, как «на автомате». И вот если получается выйти из такого состояния, то словно переходишь в другое мировосприятие, на другую ступеньку жизни. Можно и в себе начать подмечать то, что раньше проходило мимо, можно и увидеть какие-то взаимосвязи во внешнем мире, что проходили незамеченными.

Вот так и произошло с этим прослушиванием. В таком ускоренном прослушивании напрягал по максимуму внутренние музыкальные силы (назовем их так), чтобы «с ходу», поскорее, понять, эта запись – «моя» или «не моя», оставить ее в фонотеке как прослушанную, выставить сразу какую-то оценку, прослушать полностью или частично, или же удалить, удалить сразу с первых нескольких нот (как в передаче «Угадай мелодию») или дать шанс, послушать, а вдруг ошибся, и певец, исполнитель, песня заслуживают внимания? И да, по поводу оценок, в фонотеке выработал систему для себя такую, несколько тоже непривычную для внешнего взгляда, наверное. От нуля до пяти звездочек. Но эта оценка не говорит о том, что та или иная запись по качеству так различаются. Ведь, напомню, очень много записей классической музыки. А взять того же Баха – у него столько редких вещиц, которые, может, и раз в несколько лет только услышишь в лучшем случае (из-за большого числа всего опять же). Но это вовсе не значит, что запись плохая. И вот такая запись может лежать и вовсе без всякой оценки, без звездочек. Но это не значит, что она плохая, что не стоит к ней вернуться через год или через два. Это значит лишь то, что она не так «зацепила» на момент прослушивания. Но как это восприятие меняется! Сегодня нравится, «цепляет» одно, а в другое время, при другом настроении и понимании, может все меняться же! Вот и оценки то появляются, то исчезают, то меняются у записей. И дальше примерно так выходит. Одна звездочка: запись интересная, любопытная, можно на ней заострить внимание, что-то в ней есть, послушай хоть разок в год-другой; две звезды: это уже определенно цепляющая запись, есть места, которые «подхватывают», заметь эту запись; три звездочки: обычно, это известная запись, песня, произведение, которое знает большинство людей, частенько на слуху, такое, которое можно включать в плейлисты на какие-то мероприятия; четыре звезды: определенно шедевр, но тут уже и такая запись, которая нравится субъективно, которую в год, и в месяц можно слушать и слушать; и, наконец, пять звезд: это редкие произведения, которые звучат в унисон с внутренним камертоном души, с сердцем, которые находят полный отклик, звучат и продолжают жить внутри меня, такие вот редкие сокровища из музыкальной культуры, которые, конечно, есть у каждого меломана, которые хранятся и лелеются, а, бывает, что и каждый день слушаются без надоедания.

И вот весь этот комплекс восприятия наложился на быстрое прослушивание, записи мелькали десятками, потом сотнями, одна за другой. Параллельно на фоне еще при том что-то смотрел или слушал по ютубу, какие-то или блоги, или что еще. Хм. Да. Это я пытаюсь для себя определить, что же могло произойти, как? Захожу с конца, так сказать, факта. С чем сравнить можно? С перегрузкой процессора, когда в итоге на экране вдруг начинают происходить какие-то виртуальные дива? Знаете, бывает такое?

Хм. Пожалуй. Но не совсем что ли. Первый раз это случилось несколькими днями раньше. Я убедил себя, что все это мне показалось. Что, в итоге же нашел объяснение. Слушал тогда песни целыми блоками. Шли на тот момент песни начала девяностых. Ну, и это не самое все-таки любимая музыкальная эпоха для меня. Хотя, по сути, мое детство. Но как-то так. Есть там и любимое, да, но из сотен-сотен те песни не так просто найти, а когда находишь, то с первых нот узнаешь и залипаешь в них. А другие же, десятки и десятки, просто даже с первых нот удалял. Вот этот вот довольно примитивный и грубоватый бит, который, знаете, бум-бум-бум, просто бьет по нижним центрам. Хотя он тут и в поп-варианте, правда. Но, хм… После тысяч часов прослушивания шикарных классических записей это прям ну разительно сразу вызывает диссонанс.

Поэтому в корзину в итоге отправлялись блоками же и файлы. Это я все подвожу постепенно к самому факту. Мне еще и самому сложно в это поверить. Но вот так вот. И такое прослушивание было уже не первый день, не первый час, уже и потерял время, сколько в итоге такую процедуру осуществлял. А еще же то свет пропадал, в итоге перерывы, дневные часы со сном, которые день еще разбивают на части. В общем, в итоге странное такое состояние, да. И вот в какую-то минуту запускаю запись на прослушивание, удаляю, первую-вторую, а на третьей записи встряхиваю головой: что за ерунда? Этот блок из трех записей подряд я же уже раньше удалял! Ну точно ведь! Ну слушал же! Эта, эта и эта, ну были же уже, звучали, не понравились, удалил. Ну помню же! Вроде? Вроде. Что за ерунда? Заглядываю в фонотеку, по названию не нахожу дубликатов. В самих записях в статистике нет прослушивания. В корзине вроде тоже нет. Вроде – так как иногда, день через другой, очищаю память. Да не, показалось? Вроде убедил себя. Потом через время заглянул – оказалось, что одна из тех записей попалась в другой папке антологии. Ну вот, вот объяснение: составитель антологии песен (а они разбросаны по множеству папок) напутал и в итоге дубликаты записей таки оказались, хотя он в описании писал, что такого у него нет же? И вроде раньше не встречал, да. Ох, много этого «вроде».

Ладно. Отбросил этот случай как нечто не очень странное, которое все же нашло объяснение. И вот дальше пошел такой же процесс. Процесс тоже ведь не быстрый, это часы и часы прослушивания, многие записи все же находят отклик и остаются в фонотеке, некоторые получают и звезды, чтобы потом можно было их легко найти и вернуться к ним для прослушивания. Слушаю, слушаю, идет уже другой день. Тут пошли записи, которые нравились, оставлял. Среди таких много песен оставил и группы «Секрет». Самые любимые – это, конечно, «Последний час декабря», «Алиса». А многие слушал и впервые. Одна была с таким характерным названием, что я аж улыбнулся. Причем сначала хотел удалить, потом оставил. Подумал: нет, пусть будет, что-то есть. И снова пошел процесс дальше. А в музыкальном плеере там специфика такая, что записи добавлял из фонотеки целыми сотнями же в плейлист. И постепенно вот так обрабатывал. И вот слушаю, слушаю: бац! Что такое?! В плейлисте среди других каких-то групп вдруг снова звучит эта песня, причем она не отмечена как прослушанная! А я же за этим внимательно следил. Да и шел же при добавлении в определенном порядке, поднимаясь по структуре папок. В общем, кто в теме – поймет. Что за ерунда! Звучит опять эта песня! Смотрю в фонотеке: ну нет дубликата! Нет ее больше! Среди прослушанных есть другие, а этой нет, хотя должна была остаться! Я же ее уже прослушал! Спутать ни с чем невозможно. Название такое характерное, что просто выбивает из «колеи»!

Как? Как? Вот и «реальность»! Вот и дива! Которые в какой-то миг, наверное, каждый встречал в своей жизни? Как разные эффекты дежа вю, Манделлы и прочие. А тут вот такое! Как будто в будущем уже прослушал эту запись, а теперь вернулся в настоящее и вновь слушаю! Вот этот второй случай прямо удивил настолько, что вот оставляю эту запись!

А сама песня названием запоминается легко и ни с чем не путается, группа «Секрет», песня «Одна в трехкомнатной квартире».

Вот дела!

Письмо четырнадцатое

«Статья 14. 1. Каждый человек имеет право искать убежища от преследования в других странах и пользоваться этим убежищем.

2. Это право не может быть использовано в случае преследования, в действительности основанного на совершении неполитического преступления, или деяния, противоречащего целям и принципам Организации Объединенных Наций.»

Вспоминаю родителей. Царствие им небесное. Было бы хорошо. Куда лучше, чем пожелания «земля пухом». Словно человек жил-жил себе и вдруг оказался погребен в сырой земле. Ужасно звучит. Но почему-то живущие здесь часто именно так и говорят, даже не задумываясь о значении сказанных слов. Причем еще больше удивляет, когда это говорит вроде как верующий человек. То есть, он вроде как верит, что у человека есть душа, что после окончания этой жизни душу ждет суд, где будет решаться ее судьба, куда идти дальше. И при этом этот же человек так заботится о бренной оболочке, которой суждено вскоре стать прахом, и желает своему родственнику «оставаться в земле» по сути, если следовать его словам. Брр!

Нет. Идите подальше от земли, мои дорогие родители. Отдохните от этого суетного и грешного мира, от всех его забот и волнений, от всех его мук и болезней. И хотя и радостей здесь много разных, но разве они могут идти в сравнение с теми радостями, что ждут дальше? Это все равно как говорить о радостях жизни в поезде, но забывать о том, куда ты, собственно, ехал дальше. И что там-то тебя ждет как раз настоящий, хороший, заслуженный отдых. А здесь… здесь – школа жизни и опыт, сын ошибок трудных. И как в итоге почти невозможно учиться на ошибках других. Все равно набиваешь свои собственные шишки.

С удивлением отмечаю, что оба ухода из жизни родителей, в общем-то, так вышло, что были предвидены. Как весточка приходила, что их путь, каждого по отдельности, вскоре закончится.

Как обычно это бывает, пока родители живы были, то к ним и не так часто заезжал. Хорошо, если раз в месяц получалось. И вот был сон, который стал вещим. Приснился он за два дня до того, как маму забрала скорая в больницу, из которой она уже так и не вышла в физическом теле. В то же утро, как сейчас помню, почувствовал такой тревожный звоночек в сердце. Во сне привиделось, что мама покидает этот мир. Тогда же позвонил ей и узнал, что она, оказывается, уже почти неделю как болеет, но ходит на работу. Попросил не выходить на работу, что, не стоит. Но куда там? Кажется, что без нас сразу тут все производственные процессы остановятся, все заглохнет, без нас этот мир встанет. Вышла и тогда на работу, перенося болезнь на ногах. А через день пришлось и скорую вызывать, настолько стало плохо. Порой думается, что все равно у каждого есть свой срок, который не изменить, как бы не хотелось. И если о чем и жалеется, то только о том, что мама уходила вдали от всех родных, запертой в больничной палате… лучше уж бы дома, в кругу семьи, со словами прощания. Ведь все равно прощаемся не навсегда. Не знаю, как у братьев, а меня так и не покидало потом ощущение, что ничего страшного не произошло. Мама просто раньше других вышла на станции назначения. Но все туда, каждый в свой час, доберемся. А тут? Тут оставляет как багаж. Земной саквояж со всяким хламом, нажитым за долгую жизнь. И что в нем ценного? Когда так цепляешься за него в течение жизни? А с собой берешь только накопленный опыт, находки, открытия, озарения, радость, что дарил другим, и которой жил сам. Все тяжелое непременно осядет и будет отброшено, все легкое, лучезарное вновь устремится к свету, от которого и берет начало душа.

С родителем же было все иначе. Да и отношения, мягко говоря, не задались еще с детства. Хотя во многом так похожи… Может, эту схожесть и не терпели друг в друге? Хотя каждый из нас, он и я, выбрали разные пути-дорожки в жизни, разные мировоззрения, разные мировосприятия… Да и сгубило его то пристрастие, которое в народной среде зовется как «пагубная привычка к зеленому змию»… Долго, долго тянулись эту мучения, шла та агония, борьба злой натуры с остатками жизненных сил организма. По-прежнему касаться этого тяжело. Не зря говорится, что только на этом плане можно что-то существенно поменять, изменить. Например, одно из ключевых – это отношение к тому или иному человеку. Тут его легко, на месте проверить. Вызывал во мне другой гнев, ожесточение, осуждения, претензии, поменял отношение или нет – все проверяется и легко выясняется в контакте с человеком или с тем, что остается от человека. Ведь порой все добрые росточки души так запросто можно затоптать тем, что зовется «злой судьбой», а по сути – прегрешениями тела или души здесь. Но, как бы то ни было, пока есть с кем контактировать, еще можно выяснить, получилось ли изменить отношение если не до степени любви, то хотя бы до степени терпимости. Не толерантности, нет. Думаю, что это крайне вредоносное заблуждение. Как можно оставаться по сути безразличным, если рядом с тобой такой же человек творит себе же злое дело? Вот чего-чего, а этого не было. До последних дней боролся с тем бесенком, что сидел на родителе. В народной молве его, кажется, даже прозвали опивень – навязчивое существо, доводящее человека до крайней степени пьянства. Много позже даже был мистический момент…

Тот, кто жил рядом с человеком, которого не раз накрывала белочка (белая горячка иначе), тот знает, каково это… мало приятного… И вот, сам того не понимая, предвидел и предчувствовал и его скорый уход, и словами проговорил, как это будет вплоть до места и деталей… Потом забыл об этом разговоре, когда успокоился. Вспомнил только спустя долгое время. Есть, есть какие-то сроки. Можно ли их как-то изменить, отодвинуть? В силах ли человек проявить свою волю и не делать зла, которое обрывает ниточку, или мойры отмерили ровно столько, сколько нужно? Кто знает? Как бы там ни было, но такие вот наблюдения вспомнились сегодня о том, что это однозначно не материальный единственно мир, если в нем возможны такие явления, как вещие сны и предзнаменования судьбы.

Письмо пятнадцатое

«Господа, из-за неблагоприятных условий или отсутствия времени большинство людей покидают этот мир, не задумываясь над сущностью его. У тех же, кто пробует сделать это, заходит ум за разум, и они принимаются за что-нибудь другое. К ним отношусь и я.»

Такое вот огненное начало вычитал в очередном рассказе Станислава Лема. Эти строки срезонировали и с моими мыслями. Ведь теперь думаю, если бы не сложились так обстоятельства, как сложились, если бы не появилось столько времени, сколько появилось, разве был бы у меня такой год, когда можно целиком погрузиться в изучение всего того, что по отдельным крупицам уже изложено теми или иными исследователями? И в целом ворохе всего опознать, найти то, что соответствует правде? Чтобы картина сущности этого мира выстроилась еще целостнее?

От какого же количества представлений пришлось отказаться, признать свою неправоту, глупость, недальновидность, доверчивость, чтобы увидеть, что они не вписываются в общую картину. Если брать по отдельности то или иное представление, то оно смотрится хорошо, но когда наберешься смелости подставить в общую картину, то все рушится: пазл не складывается.

Вот и в очередной раз столкнулся с тем, что нужно пересмотреть. Как знать, может, вскоре и это представление придется пересмотреть, обнаружив новые факты или отбросив предыдущие как ложные?

С появлением нейросетей и испробовав «общение» с гпт-чатами, утверждал, что неправильно расшифровывать все эти механизмы с аббревиатурой ии как «искусственный интеллект», но правильнее – «имитация интеллекта». И утверждал позицию вредоносности его развития и использования. Впрочем, во второй части, пожалуй, так же и стою, а вот что касается первой, то в связи со всеми открытиями и расширением горизонта явно видится, что это, конечно, никакой не независимый интеллект. Скорее это явление нашего мира, картина которого полностью не видна. И его появление вписывается в ту же фантастическую парадигму, что и официальная история, которая говорит, что человек якобы тысячелетиями ходил в набедренных повязках с палкой, а за сотню лет недавнего времени сделал скачок от телеги с бедными крестьянами до горожанина, у которого в кармане брюк трепыхается устройство, превосходящее мощностью весь прежний индустриальный мир. И от какого количества сказок еще придется отказаться, чтобы выйти из состояния доверчивого ребенка, который верит всему, что написано в букваре, до того, чтобы пользоваться своим пытливым умом, все проверяя.

Поэтому и не так удивило, когда в тех же «Секретных материалах», плод фантазий, разумеется, но в серии начала девяностых годов уже говорилось о нейросетях, ии. Да и у того же Лема, как и у Стругацких, можно найти многие подсказки. Это как хлебные крошки, которые разбросаны повсюду, как в медиа продуктах, так и в культуре, стоит только не терять детского взгляда удивления перед миром. Не то ли это, о чем говорится – «будьте как дети»?

Итак, что же все это может значить? Невозможность всего того, что описано в курсах по истории, иная форма земли, опровергающая все официальные сводки, дальше, естественно, всплывает то, что крупнейшие так называемые космические агентства – по сути кинофабрики, что в космосе никто не был, да и не может быть, что мы находимся в закрытой экосистеме, созданной специально для нас, с миллионами точно подобранных параметров, разумом, который превосходит наш в мириады и мириады раз… И что же тогда такое так называемые инструменты ии, которые внезапно появились и стремительно захватывают все области генерации? Тут требуется небывалая смелость. Но кому я пишу это письмо? Тому ли, кто уже прошел предыдущие шаги и сам убедился во всем? Если да, то тогда будет много тем, о которых можно поговорить. А если нет? Если эти строки попадутся случайному читателю? Тогда мы не поймем друг друга.

Вот и остается думать, и гадать, что же в письмах оставить, что написать?

Самая любопытная мысль, которая может приоткрыть завесу тайны, будет состоять в том, чтобы понять, что те инструменты, которые сейчас выдаются в общий доступ – это лишь детские счеты, которые выданы, поскольку пришло время, но за ними стоят мощности, которые и трудно себе вообразить. Как говорил не особо уважаемый мною Илон Маск (в реальности существования которого, впрочем, еще нужно удостовериться, как, например, и многих полумифических личностей современности вроде тех же Зеланда, Пелевина) в одном из интервью, не дословно: если вы дадите возможность развить возможности современных видеоигр, то через тысячи лет непременно будет создана такая, которую мозг не отличит от реальности.

«Статья 15. 1. Каждый человек имеет право на гражданство.

2. Никто не может быть произвольно лишен своего гражданства или права изменить свое гражданство.»

Письмо шестнадцатое

«Статья 16. 1. Мужчины и женщины, достигшие совершеннолетия, имеют право без всяких ограничений по признаку расы, национальности или религии вступать в брак и основывать свою семью. Они пользуются одинаковыми правами в отношении вступления в брак, во время состояния в браке и во время его расторжения.

2. Брак может быть заключен только при свободном и полном согласии обеих вступающих в брак сторон.

3. Семья является естественной и основной ячейкой общества и имеет право на защиту со стороны общества и государства.»

Читаю новости о создании мессенджеров, которые по факту становятся если еще не обязательными, то обязательными в недалеком будущем. И, не знаю, как у кого, а у меня все человеческое естество протестует против этого обязательного навязывания. Слишком это отдает диктатурой для духа. Ходи туда, делай так, читай только то. Где-то это уже было? У Замятина, у Оруэлла?

С другой стороны, большинство так же бодро подхватит, как и все предыдущее сумасшествие, творимое неведомыми кукловодами. Причем, ясно видно, что это практически не зависит ни от стран, ни от правительств. Как будто невидимое «нечто» руководит всеми процессами, запуская их синхронно и ровно так, как необходимо. Очень любопытно.

И в этих письмах, разумеется, высказываю только свое субъективное мнение, на которое имею полное право. Это вовсе не значит, что все описанное мною является таковым на самом деле. Каждый человек на то и человек, чтобы самостоятельно разбираться. Тут фантазии и субъективные мысли, помним.

И не спроста ли все? Что начиная с конца девятнадцатого года словно будит? Проснись, проснись, человек! Несуществующая «модная болезнь»… Ну как, не существующая, хм. Смертность вполне же наблюдалась. И довольно высокая? Хотя вирус никто так и не видел, и так и не выявил ни из каких тысяч ученых, которые изучали эту болезнь, «как нам говорят». Несуществующая «войнушка»… Ну как, не существующая. Люди вполне с обеих сторон погибают каждый же день. Кладбища растут как на дрожжах. «Враг там!» – кричат с одной стороны, «враг там!» – твердят с другой во всех ящиках. И, как в гипнозе, сперва носили маски, которые, даже по всей простой житейской логике, ну никак не способны защитить от заболевания (каюсь, я тоже это делал, но ведь тогда тоже был как спящий? Сейчас, с этими знаниями, разве так же бы носил навязанный кусок материи себе на рот?), а потом резко, в один день, вдруг болезнь пропала, решила исчезнуть, так как по всем голубым вещающим экранам объявили, что начался следующий акт; и так же массово сперва добровольцы потянулись, а потом подтягивать стали и тех, кто попадался под руку.

Что дальше? Вполне можно допустить, что в один прекрасный день эта декорация так же исчезнет с экранов. А что будет? Да что угодно! Хоть вторжение инопланетян! И под это дело будет создано и одно цифровое правительство, и одни цифровые валюты. Мало ли – а вдруг кто-то наличкой решит взаимодействовать с инопланетянами? Неужто цифровое рабство по написанным трактатам антиутопистов ожидает нас в ближайшие годы? И можно ли свернуть с намеченного пути?

Такое чувство, что каждое событие как бы говорит: «Проверь себя! Все прыгают с одиннадцатого этажа. А как же ты? Чего ждешь?»

Письмо семнадцатое

23 февраля. Испек праздничный пирог. Другое дело, что надо понимать, что такое на самом деле Отечество, а что такое Родина. Что это же не интересы корпораций, фирм, или как бы они себя не называли, хоть государством (если не служит интересу народа, ради чего и должно существовать), а то, откуда мы пришли и куда уйдем по окончании этого странствия. «Место, где свет», как поется в одной из песен Макаревича, место, где любовь. Где нет ни различий языков, ни народностей, ни вер. А есть только тот итог, как ты проводишь здесь отмеренное время, с ненавистью или с любовью. Чего больше окажется, что перевесит на чашах весов? Все люди братья, обнимитесь миллионы, как звучит у Бетховена. И это и будет лучшая защита!

А если управители территорий продолжают торговать между собой, они и их семьи в безопасности, равно как и их кварталы, по которым не прилетит ничего случайного, если пьеса с обеих сторон разыгрывается «по плану», то понимают ли фигуры на шахматной доске, что их порубят, как захотят, а их владельцы дальше в обнимку пойдут дальше? Кого же тогда защищают фигуры на шахматной доске? Свой цвет? О, он, разумеется, совершенно иной, чем у того, кого называют врагом! Если ты весь белый, то враг непременно весь черный! И наоборот.

Так кто же тогда настоящий защитник? Кто, поддавшись вещанию с экранов, увлекся туда, где или ты стреляешь, или в тебя стреляют, где уже не так много выбора остается? Что же он там защищает?

И как тут не провести параллели с теми же озабоченными уколами? Которые бегали с испуганными глазами, сами пройдя не единожды процедуру, и требовали того же и от других. Дескать, как же, как же, я же от тебя заражусь! И при этом логика уплывает в далекие края… Да если тебе это дает защиту, то тебе же и ничего не страшно, что бы у других не было. А если это тебе не дает защиты, если тебе нужен какой-то «коллективный иммунитет», то, может, тут где-то есть обман, не приходит такая мысль?

У страха глаза велики. Да я и сам уже успел это на себе прочувствовать. Как знать, было бы лучше, или нет, если бы не поддался страху? И сколько зим в холоде и тревогах, сколько долгих дней разлуки. Если бы, если бы… Если бы знал прикуп, то жил бы в Сочи, как говорится в поговорке.

Все складывается к лучшему. Значит, так нужно было. Почему, зачем – не всегда видно из той точки большой картины, в которой находишься. И только, когда через время отойдешь от картины подальше, то тогда и яснее виден общий замысел.

А до той поры что остается? Остается набраться терпения. И верить в лучшее, несмотря ни на что. Не случайно, и вера, и надежда являются сестрами любви.

«Статья 17. 1. Каждый человек имеет право владеть имуществом как единолично, так и совместно с другими.

2. Никто не должен быть произвольно лишен своего имущества.»

Письмо восемнадцатое

«Статья 18. Каждый человек имеет право на свободу мысли, совести и религии; это право включает свободу менять свою религию или убеждения и свободу исповедовать свою религию или убеждения как единолично, так и сообща с другими, публичным или частным порядком в учении, богослужении и выполнении религиозных и ритуальных обрядов.»

А новый день принес и новые мысли. Не зря же так говорится, что утро вечера мудренее.

Четыре года безумия, четыре года действа, которое уже можно назвать как «странная, непонятная война». Но война ли это? Или только продолжение того же безумия, которое началось раньше, а теперь только сменило форму?

Но вот подумалось, что то, что мы думаем, чаще всего же и становится реальностью. А значит, это работает и так, как хочется человеку и всему мыслящему человечеству! Вместо того, чтобы поглощать ненависть, которая льется с обеих сторон голубых экранов, можно же думать о мире, о братстве! Если бы каждая женщина сказала своему мужу, отцу, брату, сыну: «Да будет мир, хватит войны!», если бы каждый мужчина сложил оружие, отказался выполнять преступные приказы, не имеющие под собой законных оснований (а закон – это прежде всего совесть), то мир наступил бы если бы не в тот же день, то буквально вот-вот сразу бы, как только каждый прекратит стрелять в другого. «Блаженны миротворцы, ибо они будут наречены сынами Божиими». Когда мир перевернулся, что раньше возмущались призывами о войне, а теперь призывами о мире? Неужели, человеки, может быть хорошим такой мир? Нет, я никого ни к чему не призываю. Это всего лишь мысли вслух и текущие убеждения, которые никому не навязываю. Да будет мир!

Интересно и то, что ни одна, ни другая сторона конфликта не объявили войну. Неужто это не вызывает интереса у человека? Даже официально война не объявлена, но призывы идти воевать, с одной стороны с принуждением, с кнутом, с другой больше с пряниками, слышатся повсюду? Так что же это за война, когда стороны продолжают и торговлю между собой, и не пострадал ни один правительственный и управленческий орган, а желающих воевать сгоняют в такие точки, где бы они имели возможность скопиться и рубить друг друга хоть годами, хоть десятилетиями? Пока от них и следа не останется, а затем на землю без народа придет народ без земли? Это ли нужно нам, или мир, где будет дружба, братство, любовь?

А с другой стороны, референдум 91 года, который выразил волю народа сохранить государство под названием Союз Советских Социалистических Республик, и пункты статей в уставе ООН, где СССР продолжает фигурировать, когда даже юридически границы новообразований не были зафиксированы, когда и там, и там ликвидированы структуры, которые прежде назывались военкоматами, а им на смену по сути пришли частные коммерческие структуры милитаристского характера. И эти частные структуры занимаются набором добровольцев, обязательным условием от которых требуют подписание контракта.

И если все эти частицы пазла начинают складываться в голове в определенный узор, то картина уже становится не такой неясной, как прежде.

И все зависит от свободы воли каждого человека, от его выбора. Каким он хочет видеть настоящее, каким он хочет видеть будущее? Что мы в мыслях проговариваем, то и притягивается ведь.

Так вместо антиутопических картин бытия давайте будем строить мир изобилия, где права и свободы каждого человека будут действительно высшей ценностью, где будет закон любви и уважения главным, где не нужно убивать себе подобных, как не нужно клеткам одного организма уничтожать другие клетки организма, иначе появляются такие образования как раковые опухоли, которые приводят к соответствующим итогам.

Да будет мир и братство людей, братство и дружба народов!

Письмо девятнадцатое

«Статья 19. Каждый человек имеет право на свободу убеждений и на свободное выражение их; это право включает свободу беспрепятственно придерживаться своих убеждений и свободу искать, получать и распространять информацию и идеи любыми средствами и независимо от государственных границ.»

Четвертое марта.

День, который окончательно войдет для меня как день, в котором уже невозможно отмахиваться от настолько явного факта, что с этим миром не все так, как привычно было думать.

Если раньше еще допускал просто теоретические возможности того или иного, слушая ролики других, думая о том, верить или нет, то от собственного опыта никак нельзя отмахнуться и списать на что-либо надуманное.

Проснулся ли я в новой реальности, другой ветке? Или перешел в нее по ходу дня? Или это разные планы чего-то одного, или что вообще происходит? Да, по-прежнему остается непроглядным и неясным трактование окружающего мира, раз возможны такие события, но… Впрочем, обо всем по порядку. Мне же это нужно больше всего: структурировать как-то для себя картины этого пазла. Может, когда их выразишь словами, то они как-то сложатся?

Первый звоночек был еще с месяц, наверное, назад. Смотрел как-то футбольный матч в онлайн трансляции. И попутно занимался каким-то другим делом, то ли по телефону что, уже не помню, но что-то делал весьма отвлекающее. И смотрю же одним глазом матч любимой команды, за которой уже более двадцати лет, так сказать, наблюдаю (не люблю термин «болею»). Так, подножка, ага, сыграно в мяч нормально, угловой. Подали, играем дальше. Проходит минут пять-десять, по-прежнему занимаюсь делом. Смотрю и начинаю протирать себе глаза: на экране отрисовывается тот же самый момент с тем же ракурсом, с тем же самым выбиванием мяча на угловой. Кто тоже болельщик с большим стажем, тот знает, что в одном матче поймать два одинаковых выноса на угловых со всеми такими же деталями – это как вступить в ту же самую воду в реке. Мысленно побил себя руками по щекам. А в голове так и крутятся мысли: «Тебе это показалось», «Наверное, задержка в трансляции была и сбросила опять к той минуте, что была раньше». И слабые такие мысли: «Так, может, скачать этот матч, или тут же отмотать назад, поискать тот момент?» Но дело, чем занимался, прям «кричит»: «Нет, нет, давай мной занимайся, это важнее». Так и отмахнулся от этого. «Показалось», «не может быть». Этим и закончилось.

А сегодня вот происшествие, которое впечатываю словами, чтобы оно уж точно никуда не убежало. Может, какой другой искатель наткнется на эти строки и начнет проверять все в своей жизни и окружающем мире: а нет ли тоже чего такого странного? Да, этот эффект называют дежа вю, когда что-то вроде похожее происходит с тем, что уже было. Но тут дело еще явней, еще наглядней. По традиции занимаюсь серфингом в ютубе, последние пару лет пересмотрел огромное множество различного материала, перебрал разные источники, от научных до конспирологических, кучу разных блогеров, тем и прочего. И вот сегодня вновь открываю ютуб рекомендации в поиске интересных роликов для дальнейшего проникновения в суть этой реальности. И, о боги! Что же я вижу? На странице рекомендаций мне выпадает ролик с одного канала, на который я так и не подписался по итогу. Ролик под названием «Вот почему человек не обязан служить в армии» с датой выхода от 3 марта. Но! О, боги! Первая мысль: что-то дополнительно этот блогер, юрист, кажется, хочет рассказать? Дополнить? Начинаю смотреть и не понимаю: ну да, слово в слово, тот же самый. Я же его уже прослушал ранее, этот ролик от этого блогера. Перезалив что ли? Захожу на его канал, чтобы посмотреть список его роликов. И удивляюсь еще больше: если раньше там было около трех-четырех роликов, то теперь тут за тридцать разных роликов. Жаль, не запомнил остальных деталей канала. Но и это так бросается в глаза, что просто выбивает тебя из колеи! Как? Полез в историю просмотра поискать, когда же это я смотрел. Но нет. Его нет в истории просмотра. А было это не так давно, ну, может, недели две-три назад. Кажется. Но если в дате просмотра слово «кажется» уместно, то вот по самому ролику – нет: это тот же самый, который я уже просмотрел!

Это тот же эффект, который я поймал и с музыкой, когда искусственно «перегрузил» процесс прослушивания треков. И, кстати, дополню и второй момент: один трек, который я вчера слушал вечером, в фонотеке сейчас отображается как «не прослушанный». Ну, ладно, тут бы я мог погрешить еще на какой-то программный сбой. Но не в случае же с роликом! А тут сразу в итоге два момента, которые, оказывается, в дне сегодняшнем, тут, где я сегодня нахожусь, подаются как новые события. Возникает хороший такой вопросик для раздумий, не так ли? Что же есть тогда реальность?

Несостоятельность истории, сплошной обман со всеми космическими программами и трансляциями, снимки планеты якобы из космоса, а сделанные в фотошопе, а по мере погружения в тему все большие вопросы с формой земли, пока, если хватает смелости и настойчивости, не приходишь к очевидному…

Теперь этот факт, что в «реальности» возможны события, которые меняются… Вот на этом этапе я пока в замешательстве. Да, со всех утюгов трубят о симуляции, матрице, компьютерной программе, в которой мы таким образом находимся. Но если в первых всех утверждениях я убедился, достаточно погрузившись, то вот в этой части хотя и тоже хватает всевозможных находок и фактов, сознание то ли сопротивляется, то ли не готово принять это за действительность, то ли недостаточно убедилось, то ли остаются сомнения. Тут поиски продолжаются.

И вот теперь, после всех этих пережитых событий последних лет, после всех событий, так и напрашивается мысль: если бы все так и оставалось хорошо и солнечно, если бы не все ужасы, не уход возлюбленной, не огромное количество вдруг появившегося времени, смог бы я «проснуться», очнуться от той дудочки, что играет из телевизоров, книг и прочего окружения?

Что самое интересное, оказывается, таких людей становится все больше и больше. Не с этим ли связаны также и все труды по блокированию и ютуба, и прочих мессенджеров, да и со скоростью интернета на определенных территориях трудности? В доинтернетную эпоху «правдой» было только то, что печатали газеты и что говорили по голубому экрану. Но то время давно прошло. Теперь искатели не ограничены в средствах (пока что еще). И нужна только смелость и находчивость, чтобы отправиться в это путешествие, после которого прежнее мировосприятие окажется карточным домиком, красивым, уютным, но все же детским, игрушечным.

Письмо двадцатое

«Статья 20. 1. Каждый человек имеет право на свободу мирных собраний и ассоциаций. 2. Никто не может быть принуждаем вступать в какую-либо ассоциацию.»

Где бы найти дальше какие подсказки? Как же хоть отдаленно разобраться, где же мы находимся, кто мы, для чего? Наверное, основные вопросы мироздания. Тысячи, миллионы всевозможных ответов, каждый из которых в чем-то схож с другими, а в чем-то совершенно кардинально отличается. Есть ли среди них правда? Или она для каждого будет своя? Есть ли истина? Которая объединит и меня, и другого, и всех нас? Или между нами есть такие различия, как те, о которых говорится в ведах, что есть разные жители, разных миров, разные сущности, типы: демонические, животные, человеческие, божественные.

Пожалуй, с восьмого класса школы у меня первые воспоминания имеются, когда стал занимать вопрос смысла бытия. Первые самостоятельные чтения. А книга «Космические легенды Востока» стала искрой, что разожгла дальнейшие поиски уже в юности. Потом больше пятнадцати лет занятий в философской школе, море всего как в плане теоретическом, так и в плане практическом.

И вот, как обухом по голове, что космоса нет, а мы живем на плоской земле под куполом! О чем говорится уже в первых главах Библии. Над чем раньше только мило улыбался. Хотя позволял себе и посмеяться, если кто хоть сколечко всерьез сказал бы нечто подобное. И вот как быть, когда сам оказываешься в том же положении? Когда дал себе труд вникнуть, разобраться, что к чему, и с глаз будто спадает сказочная пелена одних иллюзий… чтобы облачиться в другие? Как знать? Ясно одно, что тот скучно живет, кто не знает этой душевной, духовной жажды, поиска, открытий, восторгов и разочарований, взлетов и падений.

К чему же я пришел? Вновь к тому, что: «Я знаю, что ничего не знаю».

Если подытожить предыдущий опыт, то твердо стоял на позиции, что жизнь – это школа, цель – самосовершенствование. Из теоретических познаний все на это указывало, а из практических очень и очень многое, о чем тут, разумеется, не буду упоминать, поскольку личный опыт каждого приравняться к фактам может только при доверии между людьми. Да и потом: личный опыт тоже может быть ошибочным.

Итак. Что же мир? Очевидным было, что мир – зеркало, жизнь – школа для непрерывного улучшения себя, религия и наука также могут вести к улучшению, заходя с двух разных сторон. То есть, человек сюда, в эту жизнь, приходит как в школу. Сколько-то десятков лет учится тут, а потом уходит для переваривания, осмысления полученных знаний, для осознания допущенных ошибок, отдыха. И, конечно, вновь для возвращения сюда. Теоретических воззрений для этой гипотезы хватает более чем. В том числе и для объяснений со стиранием памяти. В общем, очень прочное воззрение, на котором провел… Хм. Кажется, где-то упоминал? Двадцать один год! У меня это какое-то волшебное число. Как циклы! Первый цикл от рождения до двадцать первого года – это как в сумерках больше. Потом те озарения, открытия, которые кардинально поменяли и образ жизни, и образ мыслей, и вообще все, что только можно. И вот после прошло еще столько же – двадцать один год – и вновь картина мира переменилась кардинально! А если добавить сюда еще, что начало жизни прожил же на двадцать первом этаже, то вообще выходит какая-то прелюбопытная вещица!

Мир. Что же это? Итак. Если вновь рассмотреть разные варианты? Первое, как уже сказал, это – школа. Второй вариант? Хм. Ну, многие полагают, что тюрьма. Очень много разных страданий, как душевных, так и телесных, опять же определенный срок заключения в теле на этом плане. Тут по верхам проходился больше, не буду особо вникать. Кажется, есть моменты, которые рушат эту версию. Третий вариант. Довольно любопытный. Есть представители конспирологов, которые полагают, что это – игра. Симуляция. За пребывание в которой в реальном мире мы могли еще и оплату сделать. Такая, понимаешь, увлекательная игра со всем, что только возможно. Да и разных увлечений, развлечений тут хватает. И юмора, на любой вкус. А какие богатства искусства, медиа культуры, спорта? Кажется, возможностей чуть ли не бесконечное множество. За один раз и малую толику не узнаешь. А сколько красивейших мест, в которых можно побывать? Сколько где можно побывать! Есть где развернуться! Да, в этом варианте есть многое, что подтверждает его. Как тут опять и Шекспира не упомянуть? Возможно, да, пожалуй, есть и то, что опровергает. В общем, в процессе изучения, познания. Четвертый вариант более жесток и темен в красках. Есть представители, которые уверяют, что мы на ферме. Как вот тот же крупный рогатый скот, который есть у нас. Отсюда и жатва, которая сейчас наблюдается в мире, со столькими жертвами, со столькими всевозможными ужасами. В эту же версию входит и версия с захватчиками. Причем, эти захватчики весьма разнообразны. Ну, кто в теме, тот в теме, как говорится. Опять же, можно найти много того, что будет подтверждать эту версию. Как и обратное есть. Пятая версия в чем-то довольно милая. Мир предстает как некий аквариум, а мы в нем – те рыбки, от которых мало что зависит по существу. Или же как сон. Сон бога, сон создателя. Как там, в ведах? Плывет бог Шива и ему снится сон, в котором и живут все люди. Хм. Есть тоже вещатели и этой версии. И есть то, что как подтверждает, так и опровергает (как мне кажется, хотя могу ошибаться).

Что ж. Последние годы изучения всевозможных взглядов и воззрений значительно расширили картину возможного. Возможно, ясность придет позже, тогда, когда будут убраны иллюзии? Где там Сергей, интересно, странствует? Напишу ему, пусть напишет, как он полагает: где же мы находимся?

Письмо двадцать первое

«Статья 21. 1. Каждый человек имеет право принимать участие в управлении своей страной непосредственно или через посредство свободно избранных представителей.

2. Каждый человек имеет право равного доступа к государственной службе в своей стране.

3. Воля народа должна быть основой власти правительства; эта воля должна находить себе выражение в периодических и нефальсифицированных выборах, которые должны проводиться при всеобщем и равном избирательном праве путем тайного голосования или же посредством других равнозначных форм, обеспечивающих свободу голосования.»

8 марта. Пока Сергей не ответил, успел немного пообщаться с давней подругой. Сказала по итогу, что я говорю загадками. А как же, разве можно «между прочим», между повседневными делами, приготовлениями к походу в гости, или еще какими будничными делами, переброситься словно невзначай о вопросах мироустройства?

И тем более интересно, что мы имеем в виду, когда спрашиваем у другого «что нового»? Ведь каждый может вкладывать в это свой смысл. Кого-то интересует, не купил ли ты новую машину, не переехал ли на новое место жительства, или не нашел ли нового спутника жизни, а кого-то интересует, не поменялась ли для тебя форма земли? Тут уж не обойтись без того, чтобы вести не спешно такую дружескую беседу «с глазу на глаз». А общими фразами что можно выяснить? Кто чем переболел, сколько денег потрачено на еду?

Прошла секунда – и в теле человека уже поменялось множество клеток, прошел миг – и все мировоззрение, вся прошлая картина мира может посыпаться от тех или иных обнаруженных фактов. А уж когда долгое время, года, не виделся, не общался с человеком, то память может сыграть злую шутку – будешь считать, что общаешься с тем же человеком, что и раньше, а человек уже переменился в те или другие стороны в том или другом. И словно заново узнаешь его, словно вновь знакомишься.

Да и как в беседе на скорую руку скажешь о главном, о душевных состояниях, о путешествиях мысли? Вот и выходит, что мы как ловим ускользающий солнечный зайчик в таких разговорах. Вроде и поговорили, но сколько загадок, сколько тайн друг о друге остается?

Самое удивительное, что мне встречались по жизни люди, которые считают, что человек не меняется. Вот какой родился – так и до конца остается. Удивительно, не так ли? Хм. Так и думается, что это напоминает что-то другое тогда. Не метания души человеческой, а механический план развития, или компьютерный, если угодно. Где известно все от начала до конца, где, разумеется, какие могут быть перемены, кроме тех, которые изначально заложены, а значит, являются естественными?

А иначе? Иначе и остаемся загадкой друг для друга. Не хочется же выносить какое-то свое текущее суждение, к которому пришел через сотни шагов до этого, которое покажется очень и очень странным для другого и может оттолкнуть. С другой стороны, без общения не узнать, у кого «что новое» появляется по-настоящему. А последнее время общение стало редким. Может, в том числе и из-за «мужских коробочек»?

Где-то попадалось умилительное объяснение разницы мышления мужчины и женщины: что у мужчины все распределено как в шкафу по отдельным «коробочкам» – тут одно отношение к одному человеку, тут – другое, тут – отдельный вид работы, тут – другой, тут – одна домашняя забота, тут – другая, и доступ осуществляется последовательно, то к одной, то к другой, а у женщины это как клубок проводов, где всё взаимосвязано, переплетено, мысли, эмоции, чувства, прошлое, настоящее, будущее, дом, работа, готовка еды, теории возникновения жизни. И потому еще так не просто понять женщину мужчине, и наоборот.

Впрочем, так-то оно так, но вот когда рядом оказываются две коробочки, то волей неволей при «включении», погружении в одну коробочку все равно краем глаза видишь другую коробочку. А если, к примеру, взаимодействуешь с подругой, чья подруга – та, к которой, по выражению Сергея, «неровнодышен», то и у мужчины накладываются эффекты, смотря какие рядом коробочки вот. Может, и потому тоже общение более редкое выходит – вдруг опять лишишься «покоя, отдыха и сна», и зазвучит аккорд D7 с ферматой? А только-только, едва-едва, не прошло, как говорится, и четыре года, как вместо D7 поставил себе звучать мелодию из юности – «ми-ми | фа-ми-ре-до | до-си-ля-си | до-до-ре-ми | ми-ре», одна из самых любимых классических мелодий.

Хотя, теперь и понимаешь, что раз не было как таковой истории, которая описана в учебниках со всеми датами, со всеми сказочными событиями, то… остается только сделать и вывод, что и классическая музыка дана Создателем, как и многое-многое другое, что здесь получил человек. Вот только для чего? Это другой вопрос. Нет у меня пока ответа на него. Для утешения? Для учебы? Для понимания, что есть здесь и такая красота помимо безумных, никудышных, а зачастую и просто безвкусных представителей современной так называемой «музыкальной культуры»? Как знать?

Письмо двадцать второе

«Статья 22. Каждый человек, как член общества, имеет право на социальное обеспечение и на осуществление необходимых для поддержания его достоинства и для свободного развития его личности прав в экономической, социальной и культурной областях через посредство национальных усилий и международного сотрудничества и в соответствии со структурой и ресурсами каждого государства.»

Услышал одно любопытное сравнение. А до этого у меня возникал и свой собственный образ, который, как ни странно, тоже оказался весьма похож. Тут хотел запечатлеть эти два образа. Как уже упоминал, любые совпадения с реальностью зависят исключительно от вашего взгляда.

Первая история. Рассказ бывшего служащего ЖКХ.

А что вы хотите, чего от меня ждали? Я уж и так больше положенного отработал. На моем веку мне моего хватит! Пора и честь знать. Отдохну маленько на пенсии. Вы, молодой человек, еще и под стол, небось, ходили, а я уже служил в то время, когда вот эти все чудесные некогда дома жили дружно, мирно, любой житель одного дома мог запросто поехать к своему далекому родичу в самый отдаленный дом. Все одно на всех. Что нам было делить? В одном доме больше одного, в другом – другого.

Застал времена, когда решили, что на каждый дом будет теперь свой жэк. А связей-то полно, одному нужно то, что есть у другого, третьему – что есть у первого. Появились трудности. А еще заморские жэки так и подначивали – «молодцы! идете правильной дорогой! развалите всё!» Ну и чего уж там: наши управленцы, каждый, смена за сменой, кто у нас хоть чем-то руководил в хозяйствах, понемногу, потихоньку, помаленьку множество всего и пораспродали, пораспилили, пустили на ветер.

А жильцы остались в домах – куда им деваться? Ну и давай кормушки строить и в их клетушках. Нет широких просторов – зато есть заокеанские пряники да бусы! Туда же отправляются и пасынки, и все, что можно приобресть. Чего уж там. Не тут же жизнь обустраивать?

Да вы думаете, на этом наши «доброжелатели» успокоились? Экак ловко вышло-то все у них, что жильцы одного дома возненавидели жильцов другого дома, а те их. Ставленники в жэках сидят, только руки греют, а жильцы вместо того, чтобы жить да добра наживать, выходят друг к дружке и так тяпают, что рожки да ножки остаются. Все, что прежде понастроено, все, что прежде накоплено, спускают в утиль, да еще гордятся этим! Вот, мол, сколько мы сегодня уничтожили! А сколько завтра уничтожим – ух! Хотя… Давайте это будем называть «освобождением» – так оно благозвучней. Был дом – нет, значит, его освободили от жильцов. Так и косят и с одной стороны, и с другой жильцов. Кто больше выкосит – того к наградам срочно. А как же! Дело дельное делает! Так и пустеют потихоньку места, где прежде слышался детский смех и забивали козла во дворах. Говорят – ничего, заменят местных жителей другими, не беда. А может, нарожают! В крайнем случае – заменим роботами. Они так же беспрекословно будут выполнять все приказы и указы: надо будет – обвяжем их чем угодно, надо будет – придумаем антивирусы для послушания, надо будет – дадим сигнал на самоуничтожение, делов-то?

Поглядел я на наших управленцев и думаю: нет, ребята, все не то что-то, все не так. Да еще как ловко. Жильцы-то думают, что жэки между собой-то борются этак, а они-то только выгоду и получают от этого. А в случае, если кто из жильцов будет сомневаться, так договорятся и устроят то там вторжения, то там катастрофы: дескать, глядите, чего супостаты-то творят, вперед косить друг дружку!

Вот и уволился из этой лавочки. Думаю, нет, ребята, не буду участвовать в вашем представлении, мне мой сосед из другого дома – дальний родственник жены. И что, что он говорит, лопочет по-иному? В свое время мы с ним и картошку сажали на одном поле, и вместе урожай собирали. Нам ли что делить между собой?

А вы думайте. И живите по тому, как обдумаете. Как говорил один из философов: «Вольному – волю, спасенному – рай».

Вторая история. Рассказ бывшего водителя автобуса.

Ну что вам рассказать-то? Стаж у меня большой, накатал по многим дорогам нашего парка. Рейсов не счесть сколько. Да, помню времечко, когда все автобусы выкатывали на пробег из одного гаража. Большая автобусная станция была у нас, богатая. Возили хорошо, знали свое дело.

Потом, как знаете, наш парк разделили на много более мелких. Ну, самый крупный достался моему дружбану Лехе. Ну, как достался? Не его, конечно. Он, то бишь, был зачислен там как один из водителей. А я, значит, ждано-негаданно оказался водителем в этом парке, тоже ведь крупном. Хотя, как ни странно, помню, большинство водителей тогда голосовали за сохранение одного парка. А вопреки нашей воле, непонятно как, оказалось, что поделили за нашими спинами. Самое смешное-то, знаете, Леха говорит, что их устав толком-то и не подписан ныне-то. Взять не взять, как частная контора вся вышла, ничего толком не подписано, не найти оригиналов ни документов, ни подписей, все на тяп-ляп, но пассажиры верят, что у них-то – на века.

Так вот, возил я своих местных-то, возил. А потом пришли в наш парк гости заморские, да давай зазывать: «Присоединяйтесь, мол, к нам, у нас все лучше!» Ну, много местных и поверило-то. Раскурочили мы тут многое. Я-то был против, как и половина наших местных пассажиров и водителей. Если не больше. Но что толку? Агрессивное меньшинство навязало свои правила, свои статуты, свои правила перевозок – мы и подчинились.

И пошло-поехало: чем дальше, тем хуже. Сперва, как выезжали на дорогу, новые водители то так, то сяк подрезали другую-то сторону, то так, то сяк выводили на эмоции, как только не ругали, как не кривлялись. Потом пошло хуже. Водители стали подбивать и пассажиров на то, чтобы они, как только видели на дороге автобус той компании, кривлялись им из окна и всячески старались сделать хуже. Мол, они не мы, а мы не они. Куда уж там!

Дело дошло и до того, что некоторые наши местные автобусы попали в горячий переплет из-за того, что не хотели выполнять правила новой команды управленцев. Ну, к ним и послали местных байкеров. Гаражи посносили, пассажиров распугали. Как все завертелось, закрутилось. И не поспеть. Глядь – а одни автобусы вообще откололись, к ним высадились ночью ребята из другой автобусной станции. Ну и местные рады были уйти подальше от этой ненормальной жизни, что требовала ненавидеть соседей, разрушать связи, а не налаживать и созидать.

И вот стало совсем плохо, совсем невмоготу, когда дело дошло до откровенной вражды. Выезжают два автобуса с разных станций. Глядь – а уж и автоматы у них в руках. И очереди летят-то, летят. Да, не все пассажиры у нас сперва поддерживали это дело. Но с той стороны все как спали. Ну, мало ли, просят помочь с хулиганами? Дескать, наше ли это дело? А вот потом та станция вкатила к нам уже по-крупному. Ну, тут и завертелось. А из-за угла-то смотрят на это множество глаз и радуются: «гляди-ка, как кромсают друг друга наши конкуренты! Того гляди и расчистят дороги от своего присутствия, некогда единого. А тут уж мы возьмем остатки в свои руки.»

И вот пассажира за пассажиром перетягивают местные управленцы в ряды тех, кому выдают палки-стрелялки. А с другой стороны глядят да глядят, да так же рады что ли? Ведь сами подумайте: когда освобождали бы автобус от террористов, то как бы действовали? Разве бы смотрели, как местных со школы приучают к вражде? И вместо того, чтобы устранить главную угрозу, все перемалывают и перемалывают бывших пассажиров, которых теперь называют боевиками. Дескать, у, они какие. Вот сколько мы их перемелем. Да забывают про давний мультфильм «Дракон», что нельзя убить дракона без того, чтобы самому не стать драконом.

А ненависть побеждается только любовью. Вот я и ушел из этой компании водителей, где от меня тоже требовали участвовать так же, как они. Не хочу сеять в мир злое. Что посеешь, то и пожнешь. Какой бы стороны ведь не касается. Мир нужен мне, мир. Пожил ведь многое, повидал многое. Хочу еще, чтобы внуки побегали по зеленым лужайкам парков и под ясным небом, которое не бороздят пыхтящие машины-убийцы. Пассажирам разве нужны интересы автобусной компании, если их цель как можно больше уничтожить? Зачем пользоваться услугами такой компании? Уж лучше тогда пойти пешком.

Вот и я пойду. А вам, друзья мои, желаю мира и благоразумия!

Письмо двадцать третье

«Статья 23. 1. Каждый человек имеет право на труд, на свободный выбор работы, на справедливые и благоприятные условия труда и на защиту от безработицы.

2. Каждый человек, без какой-либо дискриминации, имеет право на равную оплату за равный труд.

3. Каждый работающий имеет право на справедливое и удовлетворительное вознаграждение, обеспечивающее достойное человека существование для него самого и его семьи, и дополняемое, при необходимости, другими средствами социального обеспечения.

4. Каждый человек имеет право создавать профессиональные союзы и входить в профессиональные союзы для защиты своих интересов.»

Где память человека? Уж точно не в годах! Это меня удивляло обычно у более взрослых людей: как они вот помнили, что было там триста лет тому назад, но забывали, что было на днях?

Где память человека? Уж точно не в голове. Если достоверны заявления ученых, что в мире сейчас спокойно живут так же, как и раньше, люди без значительной части головного мозга (вследствие травм, операций или еще чего), то это только подтверждает то, что и раньше приходило на ум. Хотя как двояко теперь это звучит, да?

Откуда приходит та или иная информация, обо мне, о мире, о других? Причем как часто бывает, что хорошо знакомым людям можно вовсе и не говорить ничего, а они уже знают, если с другим что-то произошло.

Теория эволюции Дарвина рухнула для меня еще десятки лет назад, уступив место беспредельности и совершенствованию в бесконечность миров. Но когда рушится теория вирусов, теория гравитации, теория атомов, молекул, теория шарообразной земли, когда понимаешь, что и солнце, и луна находятся не в сотнях миллионов километров где-то в безвоздушном пространстве, а вот буквально рядом, там, где и видится нашим глазам, а весь вращающийся небосвод становится не далекими, недостижимыми звездами, а тем, что видит ребенок у себя над головой, когда качается в колыбели под сверкающим в темноте потолком детской комнатки, когда понимаешь, что все не случайно, а создано именно так, как нужно, для нашего здесь местопребывания, то вновь продолжаешь задаваться теми же будоражащими вопросами: для чего, зачем, с какой целью, что настоящее?

Откуда такое огромное количество самой невероятной дичи, что происходит в мире?

Под улюлюканье толпы

Создали первобытный хаос.

И смотрят, как проявишь ты?

Кто плачет, кто смеется,

Кто молчит, в минуте тишины

Культ смерти почитая.

Кто грезит о былом,

И все побед желает.

Хотя и сам – а что он

Толком знает?

Письмо двадцать четвертое

«Статья 24. Каждый человек имеет право на отдых и досуг, включая право на разумное ограничение рабочего дня и на оплачиваемый периодический отпуск.»

Куда несется мир? К чему приведут все эти потрясения? Надеюсь, не к одному из текстов Оруэлла или Замятина. Но не может у свободного человека не вызывать напряжения желание различных органов перевести все в цифровые средства. Там, где все будет находиться в цифре, там ничто не будет находиться в полном распоряжении человека. При желании тогда любому неугодному можно перекрыть доступ везде, лишить всего одним только нажатием клавиши. Нет. Это не путь для всеобщего братства человечества. Даже если сделают общее управление вообще по всему земному плану, это не отменит того, что станет легче и радостнее жить человеку. Сейчас хотя бы еще как-то можно выбирать из различных устройств, различных систем, где находиться, где трудиться, где жить. И то – уже столько ограничений возводится, что кажется: куда дальше?

Нет. Только сплоченной общей мыслью об общем благе для всех и каждого соорудим мы новый мир. И не обязательно для этого превращать в пепел весь предыдущий (хотя и атомных бомб не существует так же, как и многого другого). Все застарелое само отпадет как ненужное. Для чего же нам даны зачатки разума и совести, как не для того, чтобы учиться ими пользоваться и взращивать в себе. Вот это настоящий труд, достойный человека. Не против того или другого, а – за. А если в душе устанавливается мир, то разве хочется идти, ехать куда-то, чтобы доказывать кому-то вообще незнакомому, что он живет неправильно, говорит неправильно, думает неправильно? Установить бы мир в себе и в том окружающем пространстве, что дан судьбой!

Такие у меня какие-то отвлеченные размышления возникли, решил их тоже записать. Много ведь сейчас кричат по различным вещающим ящикам о том, какие другие плохие, как их надо «не любить», но мало говорится о том, что мир и любовь нужно взращивать в себе самом. Да я и отказался почти вовсе от просмотра всех вещающих устройств как с одной стороны, так и с другой. Оказалось, что хрен редьки не слаще. Зачем их тогда смотреть? Чтобы накручивать себя? Тешить иллюзией, что в курсе всего? Так мало что иллюзий набираешься, так и даешь доступ в свой ум для манипуляций.

А современные средства того ии, что уже дан в общий доступ? Да уже показывается, что с его помощью возможно сгенерировать любого человека, любую ситуацию, любые события так, что практически не отличишь в мелькании картинки. Так это только то, что дано в общий доступ! А что же все эти годы было за витриной? Насколько глубока кроличья нора? Размышления могут привести далеко, к тем же подсказкам, что были даны в сюжетах Пелевина, в том же «Generation П» (сказка ложь, да в ней намек). Чему же можно верить? Нравится одно из выражений, приписываемых Будде: «Не верьте никому и ничему, и даже мне, а только тому, что познали сами».

Вот и происходит долгий путь познания с набиванием то одних, то других шишек. Зато! Зато же есть такие находки, которые становятся частью собственного опыта, а что ценнее этого может быть?

Письмо двадцать пятое

«Статья 25. 1. Каждый человек имеет право на такой жизненный уровень, включая пищу, одежду, жилище, медицинский уход и необходимое социальное обслуживание, который необходим для поддержания здоровья и благосостояния его самого и его семьи, и право на обеспечение на случай безработицы, болезни, инвалидности, вдовства, наступления старости или иного случая утраты средств к существованию по не зависящим от него обстоятельствам.

2. Материнство и младенчество дают право на особое попечение и помощь. Все дети, родившиеся в браке или вне брака, должны пользоваться одинаковой социальной защитой.»

Сегодня уже одиннадцатое марта. Осталось чуть больше недели до природного наступления весны и начала природного нового года. В этом году день весеннего равноденствия придется на двадцатое марта в 17:46 по UTC+3. В этот осенне-зимний период провел личный эксперимент. Решил не переводить стрелку часов на час назад, как официально проделали это на одной из территорий. И, должен заметить, эксперимент мне понравился. Он дал много плюшек: зимой темнело на целый час позже! И светового дня в итоге было больше за день, так сказать. А это ой как немаловажно. Человек довольно сильно же зависит от наличия или отсутствия света! А если учесть, что в эту пору происходило прямо-таки что-то невероятное с небосводом, то сам плюс один час поддерживал ох как хорошо! А было действительно нечто странное! Столько дней, когда небо было затянуто какой-то мрякой, какой-то белесой мглой, как натянутая пелена, такого на моей памяти не бывало прежде. Будто намеренно ко всем происходящим событиям еще перекрывали чудесное некогда зимнее небо с его кристальной лазурностью. Эта зимняя лазурь обычно тянет за собой иные воспоминания. Как же уже соскучился по морю! Вернутся ль вновь златые дни? Ох, как хочется этого!

А почему упомянул про новый год? Тоже вот подумалось, что по природным делам так ведь и получится. Количество времени дня и ночи выровняются в день весеннего равноденствия и с него пойдет увеличиваться световой день! Начнется полное пробуждение природы в северных от экватора широтах. А по славянским традициям вроде как раз этот день и выбирался для начала отсчета нового года? Но тут больше уже тоже, как и с временем часов, ориентировался на собственную чуйку, чутье. И, заметьте, хорошо как еще: это согласуется с ощущениями тела, души, за этим праздником не будет маркетингового сумасшествия, не нужно без желания никаких ритуалов проводить вроде ночного бдения, все просто и естественно. Может, и в мире с наступлением нового природного года пойдут улучшения?

Вроде успеваю закончить этот труд в, так сказать, уходящем году. Осталось не так много глав. Хотя… конечно, не загадываю, но надеюсь на это.

Письмо двадцать шестое

«Статья 26. 1. Каждый человек имеет право на образование. Образование должно быть бесплатным по меньшей мере в том, что касается начального и общего образования. Начальное образование должно быть обязательным. Техническое и профессиональное образование должно быть общедоступным, и высшее образование должно быть одинаково доступным для всех на основе способностей каждого.

2. Образование должно быть направлено к полному развитию человеческой личности и к увеличению уважения к правам человека и основным свободам. Образование должно содействовать взаимопониманию, терпимости и дружбе между всеми народами, расовыми и религиозными группами, и должно содействовать деятельности Организации Объединенных Наций по поддержанию мира.

3. Родители имеют право приоритета в выборе вида образования для своих малолетних детей.»

Настоящим письмом осуществляю волеизъявление, что я – живая душа, человек, воплощенный в этом теле мужчины, можно обращаться ко мне по имени Андрей. У меня нет даты рождения, есть день рождения. У меня нет генно-модифицированных изменений в организме, период с двадцатого года прошел спокойно и уверенно без того, чтобы делать над собой эксперименты с неизвестными веществами, не прошедшими даже клинических испытаний (на которые нужны годы и годы). И я – не физическое лицо, не гражданин той или иной страны. А человек, пришедший на этот земной план для получения опыта, для того чтобы быть счастливым, чтобы учиться радости, любить и быть любимым. На самом деле человеку не так и много нужно. И, конечно, главное не идти вопреки своей совести. Совесть – это та незримая нить, что связывает с Богом, Творцом, Создателем. Для того, чтобы следовать и не сбиваться с пути, нужен Разум. А зачастую под горячую руку попадается рассудок, который ищет выгод «здесь и сейчас».

Встретил хорошие строки на одном ютуб канале про первичность человека (юридическая логика):

«1. Субъект vs Объект: Человек – это первичный субъект права. Государство и его органы – это вторичные образования, созданные человеком для управления делами. Творец не может быть ниже своего творения.

2. Правосубъектность: Статус Человека защищен международным правом (Всеобщая декларация прав человека). «Физическое лицо – это лишь гражданский аккаунт в реестрах, принадлежащий системе, но Человек является его бенефициаром (выгодополучателем).»

Физлицо – только запись в реестре, фикция, как аккаунт в компьютерной игре, под которым заходит играть человек; но он же может завести и второй, и третий аккаунты. Так разве можно считать себя физлицом, гражданином и забывать, что прежде всего я – человек? И никто не имеет права указывать человеку, кого ему надо ненавидеть (это вообще противопоказано человеку, иначе он теряет свои права), кто для него является врагом, что ему нужно принимать внутрь себя, что думать, что говорить, что делать. Человек имеет право на свободу и личную неприкосновенность. И да, как говорится в одной фразе: свобода одного человека махать кулаками заканчивается там, где начинается нос другого.

Человек никому не обязан. У него есть только права. Даже его обязанность – это его право: жить изо всех сил по-человечески, поступать по совести, относиться к другим, как хочешь, чтобы относились к тебе, то есть в духе братства. Да, за спиной, как и у многих, наверное, груз всевозможных ошибок, заблуждений, иллюзий, да и просто гадостей, куда ж без этого? И многих обидел несправедливо, и многих не поблагодарил от души. Что ж. Даст бог, что хоть что-то хорошее и было накоплено, что хоть что-то верное и было понято, что хоть что-то доброе и было отдано другим. В конце концов, здесь нет идеалов. Иначе зачем бы тут находиться тогда?

О чем немного жалею, что тогда, в двадцатых, повелся играть в игру с кусочками тканей на лице (хоть не покупал коды и, естественно, не ставил эксперименты на себе). То было начало принуждения, программирования к тому безумию, что можно сейчас воочию наблюдать. Обнадеживает только, что тут ничто не вечно. Что раньше или позже справедливость восторжествует, Старый Мир уйдет в прошлое, а на смену ему придет что-то лучшее. Но не те антиутопии, которые так и льются как предложения со всех виртуальных щелей. Сколько нас здесь, человеки? Давайте дружно скажем «нет» их планам. Хотя что из всего вообще реально? Давайте думать о том, чтобы добро, любовь, прощение, милосердие восторжествовали. И не так важно, кто прав, кто виноват. Каждый может в том или в ином найти частичку своей вины, что общая картина возникла именно такая. Главное, что общими усилиями можно вывести картину к красивым, гармоничным образам!

Да будет мир!

Письмо двадцать седьмое

«Статья 27. 1. Каждый человек имеет право свободно участвовать в культурной жизни общества, наслаждаться искусством, участвовать в научном прогрессе и пользоваться его благами.

2. Каждый человек имеет право на защиту его моральных и материальных интересов, являющихся результатом научных, литературных или художественных трудов, автором которых он является.»

Сергей позвонил неожиданно. Это стало и неожиданным событием и давно ожидаемым одновременно.

– Сколько же времени прошло! Почему же ты не давал о себе знать? – были первые мои слова, вылетевшие со скоростью падающей звезды, безудержные и стремительные.

Сергей на экране смартфона улыбался.

– И как ты узнал мой ник в мессенджере?

– Друг! Сколько сразу вопросов! Прежде всего: я тоже очень рад тебя видеть. Думаешь, я не соскучился по нашим беседам? Еще как! Большая удача – встретить в этой жизни человека, с которым можно совершенно спокойно болтать обо всем и на все темы! Это дорогого стоит! И уж я точно не хотел бы потерять связь с тобой. А не звонил я по вполне определенным причинам, силу которых преодолеть вышло далеко не сразу. Зато теперь я свободный как птица: куда хочу, туда лечу!

– Вот это да!

Я обомлел и от внезапной радости, и от удивления, и от смущения: разве сравнить с тем, в каких условиях я сам оказался? А Сергей стоял на каком-то глинистом береге, позади него, в каких-то сотнях метров, плескалось вполне весеннее море, вдали, над самым горизонтом, тянулась плеяда резвящихся перистых облачков, разбитых на несколько групп. Море тянуло знакомую с юности мелодию, которую я слышал даже через динамик смартфона. А может, ум «дорисовывал» звуки? Как бы то ни было, мне стало свежее. И радостней, и мучительней, и тоскливей, и желанней, чтобы почти всеобщее безумие завершилось как можно скорее и пришли времена, где человек вновь может жить по-человечески, с достоинством, с любовью, с радостью.

Мы минут десять обменивались возгласами в несколько фраз, то и дело прерывая друг друга, затем извиняясь, затем вновь обмениваясь накопившимся. Как будто вырвался из-под земли источник, что долго копил родниковую воду. Мужская дружба – одно из тех редких удовольствий, когда никто никому ничем не обязан, но готов поддержать друга как самого себя. Мы выяснили, где кто находится, где кто находился, что пережил, что переживает. На этом успокоились, заварили чай и расслабились, предоставив ключу беседы выстроиться своим образом.

– Пронесу тебя над потоком.

Что мне дождь,

Когда рядом есть ты?

Согреваешь одним только взглядом

И даруешь блаженство мечты.

Прочитал я строки из недавно сочиненного, пролистывая блокнот.

– Красиво. Думаю, я знаю, кому это посвящено, – заметил Сергей.

– Да… Так любопытно: многие из тем, что мы обсуждали, ты и я, не шли у меня из головы, я все делал заметки, письма, думал, искал, читал, смотрел, слушал. Так странно: незадолго до разлуки, она назвала меня «игроком». Дескать, я хотел обыграть и Бога там, и то, и се, и третье, и десятое. Вроде как должно было бы быть обидно. Но вот спустя сколько лет, оглядываясь на пройденный путь поисков картины бытия, я вот и думаю: хм, да это мог быть лучший комплимент в мире, что можно было только придумать, что можно было только сказать!

– Лучшая подсказка! – воскликнул Сергей.

– Да! Я ведь все хотел выпытать у тебя твои взгляды на все окружающе…

– Но многое ты и сам подметил. К тому же, только сам человек все проясняет для себя. Кто ж другой зажжет свет познания внутри? А то, что так тебя назвала – думаю, ты сделал тот рискованный следующий шаг, что открывает это название?

– Нет. Разве что теоретически.

– Но успел узнать что-то?

– Да. Но тут и много камней преткновения, и много еще неясностей, нестыковок. Слишком все сырое.

– Но само понятие уже рассмотрел?

– Да. Конечно. Эта идея, конечно, не нова. Хотя именно так ее рассматривают сколько лет?

– Ну, фильм «Матрица» вышел в девяносто девятом, кажется? – уточнил Сергей.

– Да. Но все, естественно, не так.

– Естественно. Хочешь, чтобы тебе еще и ложку вложили в рот?

– Хотелось бы! – рассмеялся я.

– Так «игрок»? – вернул Сергей к теме.

– Ну да. Если стать на ту позицию, что мы живем в компьютерной симуляции, о чем были заявления и ученых, и крупных бизнесменов, и подсказки по всем местам разбросаны, то…

– Игровой симуляции?

– Вот не знаю.

– Ну пускай.

– Пускай.

– Тогда? – все не отставал Сергей.

– Тогда тут, как в компьютерной игре, только куда более невообразимо сложной, есть как не игровые персонажи, так и игровые. То есть, фактически, есть те, которые живут только в симуляции, и с концом жизни у них все заканчивается, а есть те, которые являются живыми сознаниями, хм… игроками, м-да, и то приходят сюда, то уходят, проживая жизнь, получая очередной накопленный опыт.

– Все это похоже и на религию, кстати.

– Да, буддизм выражает все другими терминами, но суть в чем-то весьма похожа.

– Тогда?

– Тогда быть здесь «игроком» – это весьма и весьма круто, что сказать. Да, это не страхует тебя от того, что ты тут понабиваешь изрядное количество шишек и получишь в том числе и негативный опыт, но дает надежду, что, как и в любой симуляции, аватар игрока и игрок – не одно и то же. Но тут, признаться, столько всего, что, наверное, не хватит и дня болтать вот так.

– Это точно! Столько всего… Даже не уходя далеко в дебри, ведь и по началу есть такие, кто предполагает, что началось все не так и давно?

– Ну да, встречал тоже, что есть версии, что начало было в тысяча девятьсот семидесятом году…

– Да. Там есть разные версии. И такие, и другие, и третьи. Тут еще не паханное поле, как говорится. Может и так. А может, и нет. В любом случае, дальше двухсот лет назад вообще многое по истории входит в стыки и сломы как логики, так и возможностей.

– Да даже современные, прошлого века, постройки и технологии вызывают много справедливых вопросов.

– Точно. Вижу, ты время зря не терял.

– Да тут еще крутить и крутить. Ну, а ты? Что ты-то думаешь? Ты меня так ловко, прям, честное слово, наводил все это время, а сам-то так и не высказался?

Сергей покивал головой из стороны в сторону, не спеша походил по берегу, давая возможность полюбоваться игрой далеких волн.

– Знаешь, я ведь тоже только исследователь. Не архитектор. Мне истины с неба не пишут. Поэтому что я могу сказать? Может статься, что и для этой разгадки мы сюда тоже пришли. Пока же… – он чуть задумался, а потом словно стряхнул наваждение. – В «Илиаде» Гомера отразилась обнаженная суть греческой культуры. Одним из ее ключевых понятий было понятие «агон» – состязание, соревнование, борьба. Везде и во всем. Лучше, быстрее, выше, сильнее. Оттуда и Олимпийские игры. Как я любил в детстве читать греческую мифологию! Надо бы вернуться вновь когда-то!

– Я тоже… Помнишь, там даже певцы, музыканты соревновались?

– Да… Везде, всюду. И художники, и атлеты, и борцы, и прочие, прочие. Казалось, сам человек близок к полубогам, к богам. И это состязание с другими лишается смысла, когда какой-то герой становится на следующую ступеньку. Когда он свои силы прикладывает уже на помощь другим…

– Как двенадцать подвигов Геракла?

– Ага. Как-то так, наверное. Но, как и в других текстах, смысл открывается и дальше, и дальше, пласт за пластом. И это состязание, это соревнование вполне станет таким, что ты в себе самом хочешь победить, превозмочь то или другое. Взрывался гневом, каждый раз, сталкиваясь с каким-то человеком? Будешь с ним встречаться раз за разом, пока не поймешь, как реагировать для начала более терпимо, более нейтрально, а потом и вовсе с любовью, не обязательно легкой, воздушной, может, деятельной, может, решительной, но гнев улетучится. Это ли будет не победа в состязании?

– Ого! Лихо.

– Ну а что? Ты разве не замечал такого: уходишь от обстоятельств, от человека, а потом – раз, и, кажется, сменилась только форма внешняя, а как были прежние нерешенные задачи перед тобой, так они и есть. И крутишь их, крутишь, борешься, ищешь. Чтобы победить. Чтобы не быть пораженным в очередной раз, не испытать агонию.

Какие-то мысли налетели на меня и завертели миражами прошлого.

– Подумай. Хотя… Это только моя версия. И только ее корешки. Впрочем, она и стыкуется с тем, что ты говорил. Будем дальше искать. Задач без ответа не бывает ведь?

– Хорошо бы так!

– Ну…

– Да! Дай же свою руку, так хочется пожать!

Мы улыбнулись. Ох, связь: вроде и видишь человека, а не пощупать, вроде и слышишь – а это динамик из телефона!

Что же есть настоящее?

Письмо двадцать восьмое

«Статья 28. Каждый человек имеет право на социальный и международный порядок, при котором права и свободы, изложенные в настоящей Декларации, могут быть полностью осуществлены.»

Насколько глубока кроличья нора? Кажется, что становишься подобен Алисе, которая летит и летит по бесконечному колодцу, берет с полок, проносящихся мимо, книги, варенье, ставит обратно, роняет банки вниз, беспокоясь, как бы на кого та не упала. И мчишься, мчишься, как странник, что открыл для себя такие странные вещи, которые возможны только в той же Стране Чудес. Хотя и книги, и фильмы, и сказки, и мультфильмы, и так называемые древние трактаты, и религиозные источники – подсказки везде и повсюду, говорят разными словами почти об одном и том же. И вот этот пазл и нужно сложить.

Пока же теорий и гипотез все больше, а реального проверенного знания все меньше. То, что прежде принималось на веру, как сказанное «взрослыми», в садике, в школе, в университете, в научных докладах, на поверку нуждается в проверке и перепроверке.

Целый лабиринт! Но блуждать по нему самому человеку не годится. Нужен и друг. Нужна и подруга. Чтобы можно было сказать «их странности были так странны, что они идеально подошли друг другу». Казалось, уже нашел ту, от которой сердце бьется быстрее и радостней, глаза загораются, и плыви себе по волнам жизни до отмеренного срока… но где она теперь… кто знает, кроме нее самой… Но никого же с собой не удержишь. Каждый в итоге делает выбор, с кем быть, с кем идти по жизни. Трудно и непонятно, как отказаться от своего выбора, когда даже с годами мысли уносятся к ней… Быть может, странница предстанет в прежнем обличье (иначе зачем читаешь эти строки, как не «за спичками ходила» – кто в теме, поймет), быть может, в новом, но человеку нужен человек.

«Земля, где так много разлук…»

И не было бы тогда столько сильных и независимых, боевых женщин, называющих себя девушками, но по сути рискующие перейти в категорию старых дев, или мужчин, называющих себя парнями, живущими независимо, но вхолостую расходуя свои силы. Кто-то вбросил некогда, чтобы прекрасный пол, выйдя из поры юности в пору зрелости, обижался, когда слышит слово «женщина» – не еще ли одно искажение программы? МужЧина, ЖенЧина – живая душа, человек, воплощенный или в чине Мужа, или в чине Жены (третьего тут нет) в текущем воплощении. И от этого и разные типы мышления, разные мировосприятия, разные цели и способности. У Мужа одни преимущества и недостатки, у Жены другие. Но друг без друга – это как негармоничная, несбалансированная система, которая уверяет себя, что «хорошо и так».

А в итоге не гармонизированным оказывается каждый: женщина – что ее женскую энергию, часто хаотичную, эмоциональную, никто в итоге не разбавляет, не усмиряет, не воспитывает (да-да), чтобы женский огонь не обжигал, а согревал; даже лучение глаз ведь меняется, стоит сравнить счастливые глаза влюбленной женщины и счастливые глаза сильной и независимой. И там, и там будут счастливые (ведь счастье в нас самих только), но спектр, полнота этого счастья будет отличаться. Как несколько цветов из радуги против целой, раскрывшейся во всех цветах и оттенках. А мужчина? Его бурные творческие процессы оказываются не направленными, не выраженными. Ведь жена чутко улавливает индивидуальность ее мужа и помогает ему повернуть энергию в нужное русло. Вспоминаем, что мужчина – голова, а женщина – шея. А если русло не нужное, не то – не оттого ли так много разрушительного в мире? Что энергии мужчин идут не туда? А если бы каждая ЖенЧина, будучи женой, направляла энергию в мирное русло, чтобы в мире увеличивалось количество красоты и гармонии, то разве не все бы выиграли от этого?

Как там поется в «Чародеях»:

Так же синей ночью звезды в небе кружат,

Так же утром солнце светит с вышины.

Только для чего он и кому он нужен,

Мир, в котором люди друг другу не нужны.

Потерять легко, а вот вновь найти, вновь обрести ох как не просто. Но не зря вместе с любовью идут и вера, и надежда. А значит совершается все наилучшим образом. Даже тогда, когда не видишь, как именно. И каждый день добавляет еще один узор. И картина выстроится неожиданно, как чудо.

Письмо двадцать девятое

«Статья 29. 1. Каждый человек имеет обязанности перед обществом, в котором только и возможно свободное и полное развитие его личности.

2. При осуществлении своих прав и свобод каждый человек должен подвергаться только таким ограничениям, какие установлены законом исключительно с целью обеспечения должного признания и уважения прав и свобод других и удовлетворения справедливых требований морали, общественного порядка и общего благосостояния в демократическом обществе.

3. Осуществление этих прав и свобод ни в коем случае не должно противоречить целям и принципам Организации Объединенных Наций.»

Подхожу к финальным строкам. О чем еще хотелось бы сказать, прежде чем эта страничка перевернется?

Наверное, о том, что грядущий мир целиком и полностью зависит от каждого из нас? Вроде и банальная мысль, но как же она труднодоступна.

Еще не так давно и в мессенджере было полным-полно всевозможных информационных чатов. Как будет дальше не знаю, но на сегодня пока повыходил из них всех, как с одной стороны вещания, так и с другой. Стало понятней фраза, «где внимание, там и энергия». Не подпитывается ли таким образом через нас матрица? Все эти страсти, ужасы, безумия, так смачно описываемые и показываемые и одними, и другими, и с той стороны, и с другой, и каждая винит всех, кроме себя, и нет ни конца ни края; где же свет любви, где что-то, кроме сплошного информационного потока о бесконечных злодействах? Ведь, коль мысль материальна, то какое множество душ подпитывают всю эту матрицу, которая и формирует картину? Участие даже не активное, а пассивное, вовлечение в этот рукотворный хаос, кому он на пользу? Только тем, которые являются дирижерами и руководят этим оркестром. Дирижеров не видно. Видны проводники, вроде как самостоятельные, но народ и там, и там продолжает страдать от решений. Все это сказка, присказка, конечно. Кто видит в моих словах что-то большее – уж сами смотрите.

Вот и все эти права человека, которые запечатлены в статьях декларации, не являются ли чертежами? А уж сам храм человечества нуждается в строителях. Мыслями, участием в том деле или ином, в жизни по совести или без нее. И каждый из нас – не песчинка в бесконечности, как уже стало ясно, а настоящий творец той реальности, которая оказывается сотканной. Так давайте же будем ткань ту реальность, которую захотим себе и другим, где будут соблюдаться права всех и каждого. Утопия? Почему бы и нет. Но строителей антиупопии много – вон какие не самые радужные предлагаются варианты уже на самые ближайшие годы.

Но стоит ли их подпитывать своей жизненной энергией? Не лучше ли ее направить на то лучшее, что все еще есть в нашем мире? Миру мир!

Письмо тридцатое

«Статья 30. Ничто в настоящей Декларации не может быть истолковано, как предоставление какому-либо государству, группе лиц или отдельным лицам права заниматься какой-либо деятельностью или совершать действия, направленные к уничтожению прав и свобод, изложенных в настоящей Декларации.»

Пожалуй, есть даже вещи, которые не изложишь и в таком фантастическом повествовании, которое вышло у меня. Но, как обычно, спасение утопающих оказывается делом рук самих утопающих. И когда голосов в пустыне станет существенно больше, то уверен, что и картина мироздания выстроится наилучшим образом.

Тьма является антитезой света. Выбор без выбора предоставляется в экзамене на человечность. Где не подходит ни один из двух предложенных вариантов. Так пусть будет тот третий, который не заложен в систему, но который обнаруживается в каждом добром сердце, не захваченном враждой и ненавистью. Трудно его найти. Вот и приходится словно парить в безвременье, где локация замерла будто в загрузке или в экономии ресурсов.

Но рано или поздно выбор будет найден и сделан. Путь в общество человеков трудно найти, так же трудно, наверное, как и путь в мифическую Шамбалу. Но разве не стоят поиски такой перспективы?

Уже совсем скоро наступает природный новый год, обновление жизненных сил природы. А с ними и надежд на лучшее для всех и каждого, кто сохранит в себе человека в это не простое время.

А мироздание все еще полно загадок и тайн. Помните то детское очарование, восторг, удивление перед миром? «Будьте как дети» оказывается не просто фраза, а целое напутствие, вновь открывающее мир, полный загадок и чудес!

Увидимся, друзья, где бы и когда бы мы не встретились мыслями. Ведь там, где наши мысли – там и мы. А для мыслей нет ни времени, ни пространства.

И завершу это повествование строками Пушкина:

«Да здравствуют музы, да здравствует разум!

Ты, солнце святое, гори!

Как эта лампада бледнеет

Пред ясным восходом зари,

Пред солнцем бессмертным ума.

Да здравствует солнце, да скроется тьма!»

2026