Читать книгу: «Не поступила. Рассказ»
© Анастасия Ни́колич, 2026
ISBN 978-5-0070-2475-4
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Посреди прокуренного гостиничного номера, явно повидавшего многое на своем веку, черными вспоротыми брюхами кверху лежали два потрепанных чемодана, которые заполняли каждый уголок комнаты гадким ехидным шипением: «Не поступила». Самим своим существованием они напоминали Яне о неудаче, о том, что волшебная жизнь, которую она еще вчера так ясно, до мельчайших деталей представляла себе, вдруг превратилась в мерцающую на свету пыль и мгновенно растворилась, не оставив после себя ничего, кроме этих пустых чемоданов.
Яна никак не могла заставить себя к ним подступиться, хотя уже завтра ей предстояло безропотно лечь на верхнюю полку в плацкарте и долго-долго слушать стук колес. Ей не нравился этот презрительный тон: «Не поступила». Можно подумать, весь свет клином сошелся на этом театральном. Но, если нет, то почему же ощущение именно такое? Как она вернется домой, в свой маленький заледеневший городок, как скажет родным, что не смогла? От этой мысли у Яны подкосились ноги, и она присела на край скрипучей, разве что еще не развалившейся, кровати (не кровати, а койки!) — самой лучшей в Москве, на которую хватило. Только зря деньги потратили. Перед глазами у нее тут же возник образ мамы, уставшей, с немного растрепанными к вечеру кудрями. Она не скажет ни слова, а лишь раскроет объятия, мол, иди ко мне, моя маленькая девочка. И Яна обязательно пойдет, обязательно безоглядно окунется в теплое, всепрощающее беспамятство. Но между «я не поступила» и «все как-нибудь образуется» все-таки есть едва уловимый зазор. Мгновение, когда мамин взгляд выдает горькое разочарование. Она потеряла надежду — отсюда, из этого маленького северного ада и правда нет спасения.
Вдруг разбросанные по номеру вещи потеряли очертания и поплыли куда-то вниз и в сторону. Все стало причудливо округлым и продолговатым. Уже нельзя было разобрать черные, истоптанные о деревянный пол зеркального зала джазовки, белые футболки с черными спортивными брюками — форму для занятий сценическим движением и пластикой. Распечатки с вдоль и поперек зазубренными текстами — проза, басни, стихи — слились в единое белое пятно. И хорошо, так хотя бы не было видно, как истрепаны страницы и загнуты уголки от постоянного перелистывания.
Она вдруг совершенно четко осознала, что уже через пару дней, как и мама, Яна бессильно повяжет за спиной бантик на фартуке кислотно-синего цвета, натянет на голову несуразный козырек, от которого ужасно чешется лоб, и станет убеждать дядю Колю, что не нужна ему еще одна бутылка водки. И все равно продавать. Снова и снова. И так день за днем.
Когда с глаз сошла пелена, Яна взяла в руки телефон. «Мамочка, пришли мне денег. Я останусь в Москве, найду работу, а через год поступлю». Скоро на карточку пришло двенадцать тысяч четыреста пятьдесят рублей. Яна знала, что означает эта странная, кривая, будто обрубленная сумма — мама отдала все, что у нее было, за мечту Яны. Теперь она точно знала, что обязательно поступит, ведь пути назад нет.
