Цитаты из книги «Сердце Пармы», страница 15

Чтоб ты мухомором отравился, чтоб тебя медведь порвал, чтоб тебя колесом тележным переехало!

новгородского Заволочья. Но эти бывальщики до

Она была здесь — стояла под образами, прижимая к груди сына, глядела вверх на горящий иконостас и не оборачивалась на Михаила, словно молилась. А весь храм был освещен пожаром, и по всем стенам, как вода, стремительно струился ввысь прозрачный огонь и свивался над головой в прожженной дыре «неба» в немыслимо яркий водоворот солнца. В потоке пламени оживали иконы, и какие-то святые вдруг начинали бесовски корчиться, плясать и таять, как восковые, а другие страшно чернели, чернели и исчезали в пустоте, где еще чуть-чуть, еще мгновение, отсвечивали угли их яростных глаз.

дать, а за то был низложен и заточен, но потом бежал. Православная же церковь откололась от ромейского патриарха. Семь лет назад на Московском соборе в первые русские митрополиты

князя своего здесь, на болоте, схоронили? Места получше не нашлось? Иона молчал. – Может, из-за этих вопросов и роюсь я в древних могилах? – задумчиво рассуждал сам с собою скудельник. – Золото что? Золото – так… Не оно манит

говорил, что не стоит тревожить здесь лиха

– хватая за опашень, поймал его в воротах

порщились черенками жертвенных стрел и рукоятями ножей, с которых свисали веревочки, некогда державшие кошельки с подношениями. – Среди

Куда подевалось? Почто они князя своего здесь, на болоте, схоронили? Места получше не нашлось? Иона молчал.

выскочившая у него из-под ног. – Ты зачем пришел? – спросила