Читать книгу: «Басни Посохова о пернатых»

Басни Посохова о пернатых

Москва

2026

Все басни в этом сборнике о пернатых. Сова в них умная, курица не очень, орёл властный, гриф противный, ворона деловая, кукушка бессовестная, голубь наивный, а глухарь с филином думают, что они поэты. Не в каждой басне конкретная птица является главным персонажем, но она всё равно присутствует. Конечно, все пернатые здесь только для маскировки, а басни, по сути, как и положено им быть, для нас и о нас.

Глухарь-баснописец

Глухарь явился к Журавлю,

Тот был издателем, и говорит:

– Я басни Филина люблю

И знаю.

Но кто-то ж и сейчас творит.

Я тоже вот давно их сочиняю

И про лисиц, и про ворон.

– Зачем?

Ведь всё равно, как он,

Писать ты никогда не сможешь.

– И что ж?

– Ну как ты, глупый, не поймёшь.

Он эталон,

Известный всем.

Тебя с ним рядом не положишь.

Поэтому, глухой,

Лети домой.

Один великий баснописец есть

И хватит!

----------

Кстати,

Вчера у нас в столице здесь

Кого-то памятной доской прибило.

Правда, было.

* * *

Гусыня и Павлин

Глупа, слепа и зла гордыня.

----------

Гусыня встретила Павлина

И говорит ему Гусыня:

– Муж у меня, конечно, есть,

Но он какой-то бледно-серый,

Да и в быту не те манеры.

То он не может, то не хочет,

То вдруг некстати загогочет.

Короче,

Сочту за счастье и за честь

Яичек от тебя снести штук шесть.

Хочу не сереньких гусят,

А чудных полупавлинят.

– При чём тут честь и яйца, блин! –

Воскликнул с гордостью Павлин. –

Достоинство моё совсем не в том,

А в том, как я трясу хвостом!

* * *

А я так вижу!

По самому высокому тарифу

Доверили поставить Грифу

Трагедию Уильяма Шекспира

Про короля несчастного, про Лира.

И вот премьера.

Раздвинут занавес по сторонам,

А на полу, на сцене, тут и там,

Сплошная мертвечина:

Останки бородавочников, львов,

Жирафов, страусов, слонов,

И ни начала, ни конца.

Пытаясь выявить причину,

Спросили режиссёра, где ж тут Лир,

И где ж тут подлинный Шекспир,

И где ж тут соответствие престижу?

На что ответил Гриф,

Спесиво хвост свой распустив:

– А я так вижу!

----------

Гони того художника-творца,

Чей взгляд на наш прекрасный мир

Настолько субъективен,

Что противен,

* * *

Просто мама

Сидят на ветке две вороны.

Одна молчит, а у другой всё стоны:

– Совсем забыл меня сынок,

А я уж так его любила.

Хотела, чтоб летал он, как орёл,

И петь умел хотя бы, как щегол.

Во все кружки и секции его водила.

Ругала, если что, и даже била.

Всем для него была и вот итог –

Ни слуху от него, ни духу.

А как я возражала, чтобы он

Не выбирал себе жену среди ворон

И не привёл бы в дом старуху.

– А мне, так всё равно, как говорится,

На ком сыночек мой решил жениться

И что умеет он и как летает.

Зато меня не забывает, –

Прокаркала соседка.

И, правда, вмиг на ту же ветку

Подсел её сыночек к ней

С кусочком сыра.

----------

Я в материнских чувствах не проныра,

Но всё ж мораль такая видится тут мне:

Быть просто мамой для своих детей

Достаточно вполне.

* * *

Личный кабинет

Жарко стало в Африке,

И попугай Жако

В пушистом шарфике

Весной на Север прилетел

И сразу же дупло найти хотел.

А дом в тайге, не будучи нахалом,

Присвоить нелегко.

От ели к ели полетал Жако немало,

Но так и не нашёл свободного жилья.

– И как же быть? – спросил он Соловья.

– А ты зарегистрируйся на лесуслугах, –

Поведал Соловей в ответ. –

Тебе совьют там личный кабинет.

Сегодня цифра главная и интернет.

Жако всё так и сделал на досуге.

А тут конец уж ноября,

Не дарящего Северу метеорая.

Дупла ж как не было у попугая,

Так и нет.

Зато есть личный кабинет.

* * *

Не мухи если бы

Один Сизарь

Вдруг вспомнил – встарь

Все голуби в деревне жили

И все здоровы, сыты были.

С отливом грудь,

Во взгляде радость,

В размахе крыльев сила, стать.

А нынче взять –

Не жизнь, а гадость,

Унылый путь

В трубу котельной.

А, может, лучше жить отдельно,

Вдали от города, в глуши.

Воркуй там нежно от души,

Ешь спелую в полях пшеницу,

Пей чистую в пруду водицу…

И городская сроду птица

Умчалась в райский уголок.

Кругом поля, сады, лесок.

И с чистым, теплым чердаком

Красивый, крепкий, сельский дом,

Не небоскрёб, не развалюха.

Вот на него-то Голубок

И сел наш. Тут же села Муха.

Обыкновенная, из местных,

Шмелю мохнатому под стать.

И горожанина кусать

Как напустилась, прямо в темя.

– Эх, первобытное вы племя, –

Обиделся незваный гость.

– Дичь деревенская.

Ни дать, ни взять.

Провинция!

Культурного, видать,

Здесь нету никого.

---------

В столице я

Недавно повстречал его.

Летит, как чуморной,

На горсть

Какой-то дряни возле урны.

Больной,

Худой,

Почти слепой.