Анна Тихонова

Некогда все мы жили в океане, – рассказывала бабушка. – Его соленая вода еще течет в наших венах, и наши слезы – напоминание о нем.

по сторонам – нет ли чего-нибудь, что поможет скоротать время, пока Энн не проснулась. Косточка! Малыш с рыком вцепился в резиновую игрушку и терзал её целых десять минут. Но гулять хотелось сильнее, чем играть. Фред сел и с надеждой посмотрел на спящую хозяйку. Он даже поставил лапы на край постели и заскулил, но девочка только сонно замычала и отвернулась. Фред плюхнулся на лежанку и покосился на лабрадора, который свернулся в своей корзинке. Может, он с ним поиграет? Да, места мало, но ведь можно же что-то придумать… Малыш подобрался к лежанке Санни, тихонько поскуливая и виляя хвостом. Лабрадор проснулся и сердито уставился на щенка. Фред ещё сильнее завилял пушистым хвостом и положил мордочку на край корзинки, нетерпеливо подёргивая ушами. Не обращая внимания на недовольство пса, он зазывающе тявкнул.

Пока мы живы, у нас всегда будет возможность встретиться снова, – произнесла я дрожащим голосом. – И мы найдём друг друга. Обещаю.

приют. Судьбоносная встреча состоялась одним февральским днём. Небо уже стемнело, и Эмми сидела на пожарной лестнице, дрожа от холода. Пальто она с собой не захватила – вдруг бы её спросили, зачем оно ей? И как бы она объяснилась? Впрочем, даже так, на