Цитаты из аудиокниги «Санькя», страница 4

Когда Саша вернулся с бутылками, небритый мужик в камуфляже уже стоял у стола, причем — молча. Правый рукав его куртки висел, руки у него действительно не было.

— Я слышал, вы говорили… — трудно произнес он и замолчал, запнувшись.

— Тонко подмечено, — продолжил Саша. В хмелю он становился задиристым.

Веня засмеялся. Рогов улыбнулся краем губ. Негатив остался непроницаемым.

метро, к налетающим и стремительно исчезающим поездам, спускаешься пешком, не толкаешься в смурной толпе у эскалатора — идешь один по недвижущейся лестнице. Так всегда можно отличить жителя столицы от приезжего. Столичные люди ни за что пешком не пойдут. А нам все равно, мы дикие.

— Шампанское с гречневой кашей, — сказала, наконец.

— Прекрасно, — ответил Саша.

смотрел в потолок. На потолке мерцала лампочка.

«Яна тоже, наверное, смотрит в этот потолок… Может, тут где-то есть зацепки от ее взгляда, шероховатости… Где-то штукатурка осыпалась, куда она подолгу смотрит особенно внимательно…»

В комнате спала девочка, которая очень нравилась Саше. Темнокожая, почти безгрудая, которая вчера ночью…

«Сегодня ночью, Саш, а не вчера», — сказал Саше голос.

Он любил ездить на трамваях, в них было очарование, важная, не тянущая душу, как в автобусах, медлительность при подъеме в горку и веселое, но с чувством собственного достоинства, дребезжание при спусках.

Саша даже не успел докурить, — прошел дождь, тихий, мягко прошуршавший, веселый и нежный, будто четырехлетний мальчик проехал мимо на велосипеде.

Саша повозил носком ботинка в свежей лужице и побрел куда глаза глядят

Пойдем, покурим? В подъезд? — предложил Саша.

— А я? — спросила Верочка.

— А ты посмотри что-нибудь. Олег, что у тебя можно посмотреть? У тебя есть собственные фотографии в неглиже и с гранатометом?

И вот осень… Осенью, осени, осеннее…

Сырое, осклизлое, сырое, серое. Пошумят поначалу школьники, а потом все глуше, все глуше… Пока дворник не заскребет лопатой.

Одиночество, казалось Саше, недостижимо именно потому, что нельзя оставаться воистину наедине с самим собой - вне этих отражений, который оставили в тебе прошедшие мимо, без обильного репья обид, и ошибок, и огорчений.

Саша кивнул, будто понял, о чем речь, но сам не понял.