Девяностые. Подъезд пахнет мочой, самогоном и концом света. У девочки-подростка нет выбора, нет единомышленников. Только воображаемая подружка, которая поглощает крик души — слишком громкий для эмпатичной девочки.

Со временем подружка становится объектом ненависти. Она бесстрашная и злая настолько, чтобы выжить там, где любовь душит, а вера калечит. И девочке предстоит выбрать: остаться собой или позволить альтер эго захватить её жизнь.

«Нечистая сила — это я и есть», — шепчет подружка. Её голос звучит реальнее маминых молитв.

Это не хроника девяностых, а отблеск в треснувшем зеркале. Где смех хлещет по щекам после страха, а грань между безумием и выживанием тоньше лезвия. И где мама — тиран? Или жертва? Ответ зависит от того, в чьих руках зеркало.