Цитаты из аудиокниги «Джейн Эйр», страница 33

- Нет ничего печальнее, чем видеть нехорошее дитя, - начал он. - И особенно нехорошую маленькую девочку. Ты знаешь, куда плохие люди попадают после смерти?

- Они попадают в ад, - ответила я без запинки, как положено.

- А что такое ад? Ты можешь мне сказать?

- Яма, полная огня.

- А тебе хотелось бы упасть в эту яму и вечно гореть в ней?

- Нет, сэр.

- Что тебе следует сделать, чтобы не попасть туда?

Я задумалась и ответила не слишком удачно:

- Я должна быть очень здоровой и не умереть.

«С хозяином Тернфилда у тебя нет ничего общего: просто он платит тебе за то, что ты учишь и воспитываешь его протеже, и будь довольна, что он оказывает тебе то уважение и ту доброту, на какие ты имеешь право, добросовестно исполняя свои обязанности. Не сомневайся: это единственная связь между тобой и им, которую он признает серьезно. А потому не отдавай ему свои лучшие чувства, свои восторги, муки и тому подобное. Он не ровня тебе, держись своей касты и из уважения к себе не отдавай всю силу любви твоего сердца, твоей души тому, кому твой дар не нужен и может вызвать лишь презрение».

Интерес слушателей развязывает язык рассказчика.

Тщетно настаивать, будто человечская душа должна удовлетворяться покоем. Нет, ей необходима бурная деятельность, и она создаёт её подобие в мечтах, если не может обрести в яви.

В молодости всё внешнее кажется таким важным!

И это была красота не их [глаз] чудесного цвета, не длинных ресниц, не тонких бровей, но прелести, блеска, света мысли.

Он для них не то, что для меня, между ними нет ничего общего, а между нами есть - я уверена в этом; я чувствую, как меня влечет к нему, я понимаю тайный язык его взглядов и движений. Хотя его богатство и положение в обществе разделяют нас, в моем уме и в моем сердце, в моей крови и моих нервах есть нечто, что меня роднит с ним.

Навеки сердце покорив,

Вошла в него любовь.

Как лавы огненный прилив,

Вскипает в жилах кровь.

О, мука расставанья с ней!

А встреча - как весна!

И становился день темней,

Коль медлила она.

Я грезил, рай я обрету,

Любимым став, любя.

Лелеял дивную мечту

И отдал ей себя.

Но разделила пропасть нас,

Пустыня без дорог.

Сам разъяренный океан

Сравниться с ней не мог.

Закон и Зло, Добро и Гнев

Преградой стали нам.

Но, все опасности презрев,

Путь отыскал я сам.

Знаменья презрел, презрел грех,

Угрозам не внимал,

Среди всех препон, всех помех

Дорогу пролагал.

Манила Радуга меня,

Моих отрада дней,

Дочь капель летнего дождя

И солнечных лучей.

Над мук и страха чернотой

Ее сияет свет,

И выйти я готов на бой

Хоть с целым сонмом бед.

Мне счастье высшее дано,

И я готов платить,

Коль все, что мной побеждено,

Вернется отомстить.

Пусть ненависть меня сразит

И вечно будет гнать,

Закон суровый не простит,

Воспрянет Зло опять.

Доверчиво любовь моя

Скрепила наш союз,

Лобзанье нежное даря,

Залог священных уз.

Моя любовь клянется ведь,

Мне руку дав свою,

Со мною жить и умереть,

Любя, как я люблю.

Странная вещь предчувствия! Как и симпатия душ, как и знамения. Объединение же всех трех слагается в тайну, к которой человечество еще не подобрало ключа. Я никогда не смеялась над предчувствиями - ведь они бывали у меня самой, и самые нежданные. Я верю, что родство душ существует - например, между разделенными огромными расстояниями родственниками, ставшими чужими друг другу, не знакомыми между собой, - и дает о себе знать, указывая на единый источник, из которого каждый прослеживает свое происхождение, однако проявления его выше ума человеческого. Что до знамений, как знать, не являются ли они плодом симпатий между Природой и родом людским?

В молодости все внешнее кажется таким важным!