Сегодня в парадном кителе мужа я нашла детский рисунок с кривыми буквами и подписью «Любимому папе». Это стало для меня доказательством его тайной семьи — другой женщины и маленького сына, о существовании которых я не подозревала.

Но Артём даже не дрогнул. Он спокойно бросил рисунок в камин и с ледяным сожалением объявил, что мой переезд сюда и возраст лишили меня рассудка. Когда я потребовала развода и раздела имущества, он вынес приговор: меня признают психически нездоровой, изолируют на гауптвахте и передадут военным психиатрам. Для моего же блага, как он сказал. И для сохранения государственной тайны, к которой я, будучи его женой, имела доступ.