лилась в комнату прохлада и запах сирени. – Мы, маменька, сегодня пойдем гулять? – вдруг спрашивал

Напрасно я забыть ее стараюсь И страсть хочу рассудком победить… —

домашние испытанные средства: ушибленное место

В какой благословенный уголок земли перенес нас сон Обломова? Что за чудный край!

Обломов как сел, так и остался в кресле. Все погрузилось в сон и мрак около него. Он сидел, опершись на руку, не замечал мрака, не слыхал боя часов. Ум его утонул в хаосе безобразных, неясных мыслей; они неслись, как облака в небе, без цели и без связи, – он не ловил ни одной.

иначе и лучше сделано быть не может.

представляли ему, холодность заменялась также улыбкой, и представленный мог

В Обломовке верили всему: и оборотням и мертвецам. Расскажут ли им, что копна сена разгуливала по полю, – они не задумаются и поверят; пропустит ли кто-нибудь слух, что вот это не баран, а что-то другое, или что такая-то Марфа или Степанида – ведьма, они будут бояться и барана и Марфы: им и в голову не придет спросить, отчего баран стал не бараном, а Марфа сделалась ведьмой, да еще накинутся и на того, кто бы вздумал усомниться в этом, – так сильна вера в чудесное в Обломовке!

она, – вчера вам нужно было мое люблю, сегодня понадобились слезы, а завтра, может быть, вы захотите видеть

– И ты, Брут, против меня! – говорил он со вздохом, принимаясь за книги.