Где ты спишь теперь?

Она была его кожей, его миром до рождения. Его домом. Вселенной. Его тишиной. Они были единым организмом — она и он — неразделимыми. И я вдруг осознал: если его не станет, не станет и её. Не сразу. Не заметно. Но точно и навсегда. Пусть она будет продолжать дышать, ходить, даже говорить — но настоящей, живой, её уже не будет.

Иногда я думаю, что душа стареет быстрее тела. Что годы измеряются не календарями, а ударами боли.

Я не всегда был справедлив, не всегда честен. Но… я всегда знал, где проходит черта, за которой начинается настоящее зло.

Меня потрясала сама возможность: что этот мир продолжает стоять, дышать, вращаться, когда внутри меня всё рушится.

Любые страдания можно вынести, если знать — зачем. Когда женщина рожает ребёнка, она проходит через боль, которой трудно найти сравнение, но она знает: всё не зря. Она страдает ради новой жизни. Когда солдат идёт на фронт и переносит голод, холод, страх — он знает, за что борется: за дом, за родных, за свободу, за идею. Даже Христос знал, зачем идёт на крест. Он принимал мучения ради того, во что верил, ради спасения других.