Цитаты из аудиокниги «Хранители», страница 10
Вокруг – мир. Можете не обращать на него внимания, но вы – в нем, а он – в вас.
- Кругом враги! - в отчаянии произнес Фродо, - что же нам делать-то?
- Во всяком случае, не лезть в петлю, - посоветовал Колоброд.
The Road goes ever on and on
Down from the door where it began.
Now far ahead the Road has gone,
And I must follow, if I can,
Pursuing it with eager feet,
Until it joins some larger way
Where many paths and errands meet.
And whither then? I cannot say.
"Bilbo had a corslet of mithril-rings that Thorin gave him. I wonder what has become of it? Gathering dust still in Michel Delving Mathom-house, I suppose."
"What?" cried Gimli, startled out of his silence. "A corslet of Moria-silver? That was a kingly gift!"
"Yes," said Gandalf. "I never told him, but its worth was greater than the value of the whole Shire and everything in it."
Frodo said nothing, but he put his hand under his tunic and touched the rings of his mail-shirt. He felt staggered to think that he had been walking about with the price of the Shire under his jacket.
– Уж если вы не вернетесь, так и я тоже, дело ясное, – согласился Сэм. – «Не оставляй его одного!» – сказали они мне.– «Оставить? Господина Фродо?! – это я им. – В жизни такого не сделаю! Залезь он хоть на Луну, я и то не отстану! А если на него нападут эти самые Черные Всадники, им придется сперва потолковать с Сэмом Гэмджи!»
Мой дорогой Фродо, хоббиты действительно удивительные существа: ты можешь узнать о них всё практически за месяц, но через сто лет они всё же удивят тебя.
Three Rings for the Elven-kings under the sky,
Seven for the Dwarf-lords in their halls of stone,
Nine for Mortal Men doomed to die,
One for the Dark Lord on his dark throne
In the Land of Mordor where the Shadows lie.
One Ring to rule them all. One Ring to find them,
One Ring to bring them all and in the darkness bind them
In the Land of Mordor where the Shadows lie.’
он хорошо знал латынь и греческий, сносно – французский и немецкий, но подлинным открытием для него стали готский, древнеанглийский и древнеисландский, а затем и финский. Он даже не столько изучал языки, то есть изучал, конечно, но не грамматически, не формально, – он вникал в них и проникался ими, воспринимая не слова и не конструкции, а тексты, по преимуществу поэтические, в их животрепещущей языковой насыщенности. И тексты казались ему нотными записями. Ему не
Половину из вас я знаю вполовину хуже, чем хотел бы, а другую половину люблю вполовину меньше, чем она того заслуживает.
Никакое зло не изначально.
