спросить: «Как можно не заметить, что на тебя пролилось небо?»,

«Для того, чтобы сидеть в клетке, не всегда нужны прутья. Определённого рода идеи также могут стать клеткой. Двери психиатрических больниц открываются потому, что химическое сдерживание более эффективно. Двери наших умов открыть гораздо сложнее…» (*Р.Лэнг, канадский психиатр»)

Его присутствие ощущалось в каждом атоме пространства, и она могла думать только о нем и рисовать только его.

подходит ближе. От него исходит энергия тотального контроля и сдерживаемой злой силы

Самые нерушимые союзы создают не любовь и страсть, а нечто совершенно другое – единая цель, как единственный вариант выхода или способ выживания. Вот только нет никакой гарантии, что на этой бесплодной почве не взрастут тайком посаженные семена. Кто-то из двоих всегда более склонен к иллюзиям… И этот кто-то – не он. Всегда не он

Глубина падения – бесконечность. У этой бездны нет дна. Некого молить о пощаде и слишком поздно.

Лин чувствует, как это происходит – мгновенно и необратимо. Воздух покидает лёгкие, кислород исчезает из залитой вечерним розоватым сиянием студии. Время замирает, звенит, плавится.

– Мы все этого боимся, Эль. Каждая прошедшая секунда становится прошлым. Расслабься и позволь времени течь сквозь пальцы, и поверь, тогда все получится.»

обе руки Элинор. – Прости, но нет. Вы

Одно его присутствие в этой спальне – угроза. Угроза ее психике, ее телу, сердцу.