Читать книгу: «Зеркала»
Тени прошлого
1.
И вот наконец-то я стоял в своей квартире. В своей! Прощай общажная жизнь. Прощайте съемные квартирки. Теперь у меня есть своё жильё. И вышло совсем не дорого. Хозяйка, Мария, давно уже переехала в другой город, за тысячу километров отсюда. А оставшуюся от родителей двушку решила продать.
И мебель. Они оставили даже мебель. Нет, конечно, со временем надо будет всё поменять, но пока и эта сойдет.
Надо бы только порядок навести. Мария говорила, что тут никто не жил восемь месяцев. Что ж, оно и заметно. Ну да ничего. Уборка дело не хитрое.
***
Ну вот, пыль вроде везде вытер. Надо бы ещё на шкафу протереть, убираться так уж качественно.
А это ещё что тут? Зеркало! А ведь в квартире, кстати, нет ни одного зеркала. Надо бы хоть это повесить. Только вот мутное какое-то. Совсем что ли пыль в него въелась?
Ладно, пусть висит такое, потом поменяю.
***
Ну вот и первое утро в новой квартире. Солнце светит прямо в глаза, зря я вчера занавески не закрыл, надо бы впредь не повторять таких ошибок.
А в зеркало смотришь, как будто и не солнце на улице, а тучи. Совсем оно тусклое какое-то.
Это ещё что такое? Как это такое может быть? Это же не моя комната отражается. Ну вернее комната-то моя, но вещи не мои. Да и моё-то где отражение? Что за чертовщина? Как такое может быть вообще?..
2.
Августовское утро погодой не радовало. Ещё вчера вовсю светило солнце, а сегодня уже ходят тучи. Ну да ничего. Николай Алексеевич не очень расстраивался из-за погоды. Его грела мысль, что уже сегодня вечером приедет дочь, привезёт внуков деду-полковнику. Только они и остались у старика. А когда-то они были большой счастливой семьёй.
Он, глава семейства, командир воинской части полковник Фролов Николай Алексеевич. Красавица жена, любимая и любящая мать, Нина Павловна. И трое детей: Машка, Дашка и Санёк-паренёк.
Первым их Санёк и оставил. Не мог сын полковника не пойти в армию. Не мог сын полковника не вызваться в командировку на Кавказ. Не мог сын полковника спокойно сидеть в блиндаже, когда боевики нападали со всех сторон.
Вот только и домой живым вернуться не смог. Сколько слёз было пролито тогда Ниной Павловной и девочками. Только Николай Алексеевич не проронил ни слезинки. Ещё тверже, еще грубее стала душа полковника.
А потом Даша…
Был вот точно такой же август. Только погода в тот день стояла солнечная, теплая. С самого утра раздавались звонки с поздравлениями. А Дашка счастливая только и успевала отвечать «Спасибо» всем поздравителям и с лица не сползала горделивая улыбка. Ну ещё бы. Ведь юбилей! 20 лет как-никак!
А Нина Павловна с Машей всё колдовали на кухне, не пуская туда именинницу. Да она и не рвалась особо. До готовки ли ей было сегодня? Так и скачет от радости.
– Даша, сходи-ка за хлебом, – кричит с кухни Нина Павловна.
И та побежала счастливая и беззаботная. Да и бежать было не далеко. Вот же магазин, через дорогу.
А когда уже шла домой… Не шла – бежала, улыбалась всему миру и не видела ничего вокруг. Не видела и машину, которая мчалась, пересекая её путь. Не видела и глаза водителя, заметившего внезапно перед собой девчонку с буханкой хлеба, выскочившую из-за разросшихся за лето кустов.
Больше Даша ничего никогда не видела…
***
– Ну что это Вы, товарищ полковник, вспоминаете такое с утра? – прикрикнул на себя Николай Алексеевич, вставая с кровати. Он привык уже разговаривать сам с собой. Да ведь и не с кем больше. Нина Павловна тяжело переживала потерю младших, а через год после Даши и сама оставила этот свет. Десять лет уж прошло.
Застилая кровать, старый полковник заметил краем глаза как будто какое-то движение в зеркале. И вот опять. Что такое? Уже в глазах мелькает что-то.
Но посмотрев в зеркало, старик обмер. На него с той стороны прозрачного стекла смотрела Нина Павловна.
– Здравствуй, Коленька, а я за тобой.
Вдруг всё помутнело перед глазами… Да нет же, это слёзы выступили на глазах у старого вояки. Не плакал он, когда схоронил сына. Не плакал и когда погибла дочь. Даже когда хоронил жену, никто не видел слёз полковника. А вот тут вдруг сами потекли по сухим уже, морщинистым щекам.
Поспешно вытирая слёзы, Николай Алексеевич и надеялся ещё раз увидеть жену, но и боялся. Понимал, что это не правильно, что не должно быть такого.
Но видение не исчезло. Нина Павловна всё так же смотрела на мужа с пыльного зеркала, как бы заглядывая в окно из другого, пока не ведомого мира.
– Нина, – сказал Николай Алексеевич просто потому, что надо было что-то сказать. – Ниночка…
– Ты не волнуйся так, Коленька, там хорошо. Хватит тебе уже тут одному холостяковать. Десять лет прошло. Пора уже…
– Но как же, Ниночка, ведь Маша сегодня приедет. И Сергей. И Внуки. Как же, Ниночка? – старик вновь смахнул слёзы сухой ладонью, а когда убрал её от лица, то в зеркале увидел лишь своё отражение.
3.
После обеда квартира вновь наполнилась шумом голосов как в былые времена. Дети, Коля в честь дедушки и Нина в честь бабушки, скакали вокруг старика и, перебивая друг друга, хвастались своими успехами за год.
– Ну всё, дети, дайте дедушке отдохнуть, – скомандовала Маша. – Он уже устал от вашего шума.
Николай Алексеевич вовсе не устал, но и пообщаться с дочерью ему очень хотелось. Поэтому он оставил зятя с детьми распаковывать вещи, а сам пошёл к Маше на кухню, побеседовать за кружкой чая.
***
Ближе к вечеру Сергей увёл детей гулять, Маша осталась вымыть посуду после ужина и Николай Алексеевич всё сидел и слушал, как она рассказывала о том, что у них изменилось за последний год.
– Пап, да ты ведь спишь уже! Пойдём-ка я тебя провожу до комнаты, ты ведь так и на ходу уснёшь, – улыбнулась Маша.
Да он и сам чувствовал, что уже пора бы прилечь.
– Вот так, давай садись на кровать. Ну всё, дальше уж ты сам. А я пойду, посуду домою, да буду своих ждать. Ой, а что это у тебя зеркало всё каким-то налётом белым покрыто? – Маша провела рукой и на пол с лёгким шуршанием посыпались кусочки белого налета. – Пап? Ты уснул уже что ли? Пап?
Николай Алексеевич уснул. Уснул навсегда. Даже не закрыв глаза. Впрочем, это уже совсем не мешало старому полковнику.
4.
Дети были отправлены в комнату. Маша тихо рыдала, сидя на кухне, а Сергей, проводив санитаров, молча подошел к ней и обнял. На улице уже давно стемнело и, увидев в окне своё отражение, вдруг вспомнил:
– Надо бы зеркала завесить…
– Не надо, – сквозь слёзы проговорила Маша. – Суеверия это всё. И папа не верил. Даже когда мама умерла, он запретил зеркала завешивать. Да и я не верю. Суеверия это.
***
Уже вставало солнце, когда Маша, совершенно обессилев, пошла спать. А Сергей снял со стены зеркало и положил на шкаф.
5.
Из зеркала на меня смотрит седой мужчина. Спокойно смотрит, без эмоций. Взгляд пронзает, проникая прямо в душу.
Вот он открывает рот и с зеркала вдруг мелкими листочками осыпается белый налёт. Как будто тонкая хрупкая плёнка с лёгким шелестом падает на пол. Цвета в зеркале стали яркими и отчетливо прозвучал голос мужчины из зеркала:
– Ну что, боец, пора и тебе…
6.
В двухкомнатной квартире на полу лежало тело молодого мужчины без признаков жизни. За окном апрельское солнце весело дарило новую жизнь, а в зеркале напротив окна свинцовые тучи готовы были пролиться дождём.
И, несмотря на все приметы, некому было завесить зеркало.
Свет мой зеркальце
1.
– А ты до этого гадала когда-нибудь? – спросила Таня, отправляя с рот кусочек ролла.
– Да, – ответила Полина, пытаясь зацепить палочками имбирь. – Но давно уже. Я в детстве часто к бабушке ездила в деревню. Однажды, на зимних каникулах мы с деревенскими девчонками собрались у нас в бане гадать, но ничего интересного.
– Это потому что вы без винишка были, – предположила Таня, отпивая из бокала.
Зазвонил домофон.
– Ну наконец-то припёрлась курица, – Полина на правах хозяйки пошла открывать.
– Ну чего так долго то? – спросила она Яну, когда та зашла в квартиру.
– Да с этим Ромой пока доехали, – оправдывалась та, стягивая сапоги и снимая куртку. – Весь мозг вынес, точно ли мы тут только с вами будем, не собираемся ли идти куда-нибудь. Ай, ну его! Зато я винишка привезла!
– Ну, это лишним никогда не будет. – Полина взяла у подруги бутылку и они пошли на кухню.
– Привет! – Таня была уже весёлая и через весь стол потянулась к Яне, чтобы обнять её, попутно зацепив бокал. Тот со звоном разбился.
– Ну началось, – Полина пошла за веником.
– Да, ладно. На счастье ведь, – крикнула ей вслед Таня, стараясь оправдаться.
– Сядь и сиди, а то ещё наступишь, счастливая наша.
Яна тем временем не отрывалась от экрана телефона.
– Так! – Полина начала собирать осколки. – Ты сюда чего приехала? В телефоне сидеть?
– Да всё, всё! – Яна с наигранно виноватым видом отложила телефон на край стола. – Рома просто… Но я звук выключила!
– Ну вот и молодец. Ай! – из пальца Полины торчал крошечный осколок и струйкой пошла кровь.
– Порезалась! – ахнула Таня. – Это я виновата. И пластыря нет.
– И у меня нет, – отозвалась Яна.
– Да ладно, порез-то маленький, чего панику поднимать? Дай салфетку хоть, – Полина аккуратно достала осколок.
2.
– Ну что, время к полуночи, пора бы уже готовиться, – Полина убирала со стола грязную посуду.
– А ты знаешь, как это всё вообще делается? – спросила Яна.
– Да знаю, знаю. Надо взять два зеркала, которое побольше поставить к себе лицом, а которое поменьше напротив. А по бокам две свечки зажженные. Свет, конечно, надо выключить. Ну и вот смотришь в большое зеркало и задаёшь вопрос, который тебя интересует. А в зеркале ответ увидишь.
– Как в телефоне прям, – Яна взяла в руку гаджет. – Свет мой зеркальце скажи… Ой, тут Рома написал. А я проворонила. Я на вибрацию хотя бы поставлю.
– Да поставь, поставь. Ты с Ромой своим, как курица с яйцом. Он без тебя вообще не может? Как ребёнок без титьки.
– Ну Поля, – подала голос Таня. – Чего ты ругаешься? Может у них любовь такая, романтика.
– Вот именно. – Яна отложила телефон на край стола. – У нас любовь. А ты чего всё не можешь наколдовать себе никого? Ты откуда столько про гадания всякие знаешь? Ведьма что ли?
– Да говорю же, бабушка в деревне рассказывала.
– А, ведьмина внучка! – Таня с Яной засмеялись, разливая вино по бокалам.
– Идиотки, – беззлобно сказала Полина, поднимая бокал, чтобы чокнуться с подругами. – Но я на бабушку очень похожа, кстати. Где-то была фотография, на которой ей примерно столько же лет, как мне сейчас – не отличишь.
Только вот зеркало у меня одно. В ванной шкафчик, не потащу же я его сюда. В прихожей оно на двери шкафа, тоже не вариант. Так что придётся нам одним справляться, я из спальни возьму. Тем более оно старое, бабушкино. Как раз для гаданий подойдёт.
– Так может два и не обязательно? – спросила Яна.
– Ну бабушка говорила, что нужно создать зеркальный коридор. Она объясняла, что нечистая сила, духи там всякие, которые живут в потустороннем мире, являются в наш мир через зеркала. Вот свечки мы поставим – это им будет ориентир, чтобы они видели куда идти. А зеркала друг напротив друга, чтобы духи эти в наш мир не вышли, а в коридоре этом блуждали.
– А через одно зеркало они могут выйти? – тихо спросила Таня.
– Не знаю, – Полина пожала плечами. – А чего струсили? Нет больше желания гадать?
– Да нет, просто спросила, – и девушки отпили из бокалов. – Надо же тебе жениха найти. Сейчас приворожим кого-нибудь.
3.
На часах было без пяти двенадцать. Свет на кухне погашен. На столе стояло зеркало, по обе стороны которого горели свечи, а напротив сидели три девушки.
– А если он и правда начнёт вылезать из зеркала? – шёпотом спросила Яна и прижалась к Полине, сама испугавшись своего вопроса.
– Кто он? – так же шёпотом спросила Полина.
– Ну дух. Вдруг мы его вызовем, а он начнёт вылезать?
– Ага, – подхватила Таня, прижавшись к Полине с другой стороны. – Будет у тебя потом тут по квартире блуждать.
– Во-первых, нечего выдумывать, – во весь голос сказала Полина и подруги вздрогнули от неожиданно громкого звука. – А, во-вторых… Ну не знаю. Погасим свечи. Это ведь духи на их огонь идут. А на темноту может и не пойдут.
– Говорю же ведьма, – сказала Яна и посмотрела на часы. – Ну всё, почти полночь уже, можно начинать, наверное.
– Ну так начинай, – Полина подтолкнула подругу плечом.
– Как?
– А как сначала? – Таня вглядывалась в отражение лиц и освещённые неровным пламенем, они казались парящими в воздухе. – Надо в первую очередь вопрос задать или вызвать кого-нибудь?
– Наверное вызвать, – начала размышлять Яна. – А то кому ты вопрос будешь задавать?
– Ну да, – согласилась Таня. – Полинка, давай!
– А кого вызывать то? – Полина поёжилась.
– Да хоть кого.
Девочки замолчали вглядываясь в отражение.
– Здесь есть кто-нибудь? – громким шёпотом спросила Полина, смотря в темноту поверх отражения своего лица.
– Они тебя не слышат, – прошептала Яна. – Попробуй погромче.
Полина недовольно посмотрела на подругу. Она вроде и не верила во все эти гадания, считала их глупостью и суеверием. Но сейчас, сидя в тёмной кухне перед зеркалом, при свечах, она уже не была так уверена, что всё это пустые разговоры. Было довольно страшно.
– Есть здесь кто-нибудь? – Полина попыталась повторить громче, но в горле пересохло и голос получился хриплым у жутким.
Вдруг появилось какое-то свечение. Они подались вперёд, чтобы лучше разглядеть.
– Блин! – произнесла Яна.
Полина и Таня вздрогнули и посмотрели на подругу. Та виновато смотрела на них.
– Да это на телефон уведомление пришло. Экран засветился.
Девушки облегченно выдохнули.
– Ладно, попробовали, ничего не получилось. Давайте дальше пить,– Полина хотела погасить свечи, но посмотрела в зеркало и резко отстранилась от него.
Яна и Таня тоже смотрели в зеркало и видели позади своих отражений бледный силуэт. В комнате повисла тишина. Девушки перестали даже дышать.
Силуэт постепенно приобретал очертания человека. Поверхность зеркала вибрировала и дрожало пламя свечей..
Изображение становилось всё чётче и вскоре за спинами девушек стоял бледный мужчина в костюме. Таня обернулась, но призрак был только в зеркале.
– Вы кто? – спросила Полина, непрерывно смотря на мужчину в зеркале.
Тот открывал рот, пытаясь что-то говорить, но не было слышно ни звука.
– А Вас не слышно, – сказала Яна.
Казалось, весь её испуг растворился без остатка. Вообще Полина всегда завидовала этой её черте всегда быстро подстраиваться к ситуации. Она могла быстро расстроиться, когда надо было расстраиваться и тут же развеселиться, если нужды расстраиваться больше не было. Или могла испугаться, но тут же прийти в себя, как вот сейчас.
– Нет. Ничего не слышим и не понимаем, – она разговаривала с призраком в зеркале, как будто это её старый знакомый.
Человек в зеркале как будто удивился этому её спокойствию. Он перестал шевелить губами, уставившись на девушек.
Яна посмотрела на подруг, но они сидели бледные и даже старались не шевелиться. В разговоре участвовать они явно не собирались. Что ж, придётся ей всё самой.
– А мы хотели вопросы позадавать. Можно?
Призрак медленно кивнул.
– У нас тут подруга одна всё парня найти не может. Вы не можете ответить, найдёт ли? А если найдёт, то когда?
Мужчина посмотрел прямо на Полину, хотя Яна никак не давала понять, что речь идёт именно о ней. Полина почувствовала, как её пробирает дрожь.
Призрак кивнул и тут Полина увидела в отражении, как из-за её спины появились руки. Как они обвили её шею и почувствовала, что начала задыхаться. Она хотела крикнуть, но не могла ни вдохнуть, ни выдохнуть. Она просто открывала рот и отчаянно молотила руками. Потом вцепилась в сжимавшие её шею кисти рук, пытаясь их отвести. Из недавнего пореза пошла кровь, измазывая бледные холодные пальцы.
А призрак тем временем начал приближаться к поверхности зеркала с той стороны. И вот уже голова его оказалась над столом.
Таня и Яна закричали. Полина, не в состоянии произнести ни слова, пыталась схватить руками свечи. Капли крови, слетев с её руки, оказались в огне и с треском и искрами вспыхнули, как бенгальский огонь. Это продлилось меньше секунды, но этой вспышки хватило, чтобы осветить кухню и призрак в это мгновение быстрее начал вылезать из зеркала. Свет тянул его из темноты.
Девочки поняли, что нужно погасить свечи и начали дуть на них, пытаясь затушить. Но их так трясло от ужаса, что он и просто не могли нормально вдохнуть.
Из зеркала уже показались плечи мужчины, потом он опёрся руками о стол.
Наконец Яна схватила свечу, взмахнула ей. От потока воздуха пламя погасло. Таня сделала тоже самое.
В кухне стало темно. Слышалось тяжелое дыхание Полины и плачь испуганной Тани.
– Всё? – шёпотом спросила Яна.
И тут на столе завибрировал телефон, экран засветился. Неутомимый Рома прислал сообщение.
На кухне вновь появился источник света и в его бледных лучах девушки увидели улыбающийся призрак, вылезающий из зеркала. Все втроём они закричали и опять наступила темнота.
4.
Яна очнулась первая. На столе вибрировал телефон. Она не сразу поняла, что лежит на полу. Потом вспомнила всё. Вскочила на ноги. На экране звонящего телефона высвечивалось «Рома». Но Яна не стала отвечать. Она побежала в прихожую, чтобы включить свет. Споткнулась обо что-то мягкое. Раздался стон.
«Таня» – догадалась Яна и сделала еще несколько шагов к выключателям.
На освещённой кухне она увидела Таню, сидящую у стены, зеркало на столе и разбросанные табуретки. Полины не было. Яна подошла к столу и заглянула в зеркало. Оно было покрыто мелкой сетью трещин, а сквозь них на Яну с ужасом смотрела Полина, пытаясь что-то сказать, но ничего не было слышно.
