Читать книгу: «Герои дня»
* * *
Герой дня, бесспорно, г. Литвин.2
О нем говорит вся русская пресса.
И благодаря нескромности газет, мы знаем имя этой «прелестной маски».
Его зовут…
Тут мне вспоминается эпизод, приключившийся когда-то с петербургским литератором Z, который был не только известен писаньем доносов, но даже служил… «и хорошо служил», как говорит Хлестаков.3
В то время петербургские журналисты часто сходились в каком-то ресторанчике, носившем название «литературного».
Там же заседал всегда и один отставной генерал, большой любитель литераторов и литературы.
Однажды вечером генерал сидел в компании с литераторами, а за соседним столиком поместился в одиночестве Дзэт.
Дзэту давно хотелось познакомиться с генералом.
Он улучил минутку, чтобы ввязаться в разговор, и деликатненько вставил замечание:
– Позвольте сказать, ваше превосходительство, что в данном случае вы не совсем, ваше превосходительство, по моему мнению, правы…
Генерал «воззрился»:
– А с кем имею честь говорить, имени, отчества, фамилии вашей не знаю!
Дзэт вскочил, шаркнул ножкой и поспешил отрекомендоваться:
– Моя фамилия – Дзэт!
Генерал отступил на два шага, поднял руки и, трагически потрясая ими, воскликнул с ужасом:
– Не называйся!
Итак г. Литвина зовут С.К. Эфроном.
– Не называйся!
«Северо-Западное Слово»4 сообщает, что этот г. Эфрон давно уже знаменит в Вильне.
Он занимался маклерством, продавал какие-то зверинцы.
Дама в палевом платье
(Посвящается Л.Б. Яворской).
Хоронили Жюля Симона.23
На похоронах был «весь Париж».
Процессия входила на Монмартрское кладбище.
Впереди несли гроб, покрытый трехцветным знаменем.
За гробом шли родные, за ними – представитель президента, за ним – правительство, за ним – сенаторы. За сенаторами – депутаты. За депутатами – «бессмертные»24 в мундирах, вышитых пальмами. За «бессмертными» – журналисты.
А среди журналистов шла дама, которая, уже когда процессия была на кладбище, спросила:
– Кстати, кого хоронят?
Журналисты улыбнулись.
Не успели они, однако, ответить, как дама была уже среди «бессмертных».
Приподняв страшно шумевшее шелком платье, она шагала быстро и энергично.
– Ого! Как скоро прошла в «бессмертные»! – сказал кто-то.
«Бессмертные» с изумлением глядели на шествовавшую среди них даму.
Но не прошло и двух минут, как кто-то воскликнул:
– Смотрите, смотрите! Она уже в депутатах!
– Она проходит в сенат!
Про Жюля Симона, кажется, все забыли. Все были заняты дамой.
– Держу пари, – воскликнул кто-то, – что она пройдет в президенты!
А дама уже шла во главе кортежа, рядом с изумленным представителем главы государства.
– Ей остается теперь только одно!
– Что именно?
– Выбросить из гроба Жюля Симона и лечь самой в гроб, чтобы быть первым лицом на похоронах.
Но дама, однако, этого не сделала.
