Читать книгу: «Роза без шипов»
Глава первая
Нам не понять задумку Бога,
Какую он ведет игру,
То сердце мучает тоскою,
То радость дарит поутру.
То бросит в воду ледяную,
То к Солнцу близко поднесет,
То неожиданно спасает,
То смерть старуху подошлет.
Теплая весна девяностого года мягко окутала старинное здание подмосковного интерната для незрячих. Помимо нескольких фонтанов и парковой зоны со скамейками, перед ним аккуратно расположились симпатичные цветочные клумбы, и персонал c любовью ухаживал за ними, сажая постоянно все новые и новые виды цветов.
До революции этот был дом для девиц, которые обучались здесь различным житейским премудростям. После войны из него сделали госпиталь, а потом уже и интернат для незрячих и слабовидящих. Жили в нем только те, кому еще не исполнилось восемнадцать лет, потом они разъезжались кто куда. У некоторых были родители и родственники, которые их навещали и иногда забирали домой, но в основном это были отказники и своих родителей они никогда не видели, и ничего про них не знали, так как были брошены ими с самого рождения.
Здание интерната было невероятно большим с просторными комнатами. Оно стояло вдали от центра города и только редкие прохожие, проходя мимо него с сожалением смотрели на воспитанников, которых персонал выводил на прогулку. Прохожие тяжело вздыхали и шли дальше по своим делам. – А что они могли сделать?
Не все учащиеся в интернате были незрячие, были и слабовидящие, которые неплохо ориентировались в пространстве, сами себя обслуживали ну и, конечно, чем могли помогали полностью незрячим, так как персонал за всеми не успевал.
Если быть точнее – это был не просто интернат, а гимназия-интернат, в которой учились незрячие дети от четырнадцати до восемнадцати лет. Здесь они получали различные профессии, в основном это по русскому языку и литературе, а также музыке. После окончания этой гимназии многие выпускники шли преподавать в похожие учебные заведения для незрячих.
Каникулы в интернате начинались на усмотрение администрации, этой весной их сделали в апреле и почти на целый месяц, чему воспитанники были невероятно рады, так как на улице было тепло и всем хотелось гулять, а не сидеть в скучных кабинетах со строгими учителями.
В парковой зоне интерната стояло много мраморных ваз, в которых тоже росли цветы, вазы хорошо гармонировали с коваными скамейками, на которых очень любили сидеть воспитанники. Персонал интерната устанавливал на деревьях деревянные скворечники, чтобы подкармливать прилетающих птиц. Сам вход в здание был оформлен в виде большой резной арки, по бокам которой стояли высокие статуи Аполлона и Минервы.
Со стороны интернат был похож на старинный замок, окруженный высоким забором и большим количеством деревьев.
До революции это здание принадлежала очень богатому купцу, который в семнадцатом году сбежал за границу, а само здание перешло в руки государства.
Глава вторая
В один из теплых дней апрельских каникул Денис молодой крепкий парень шел по парку интерната со своим помощником медбратом Ильей. К каждому незрячему в интернате был прикреплен кто-то из персонала: сиделка, медбрат или медсестра. Слабовидящие передвигались по зданию интерната и территории сами, так как хоть и плохо, но все равно что-то видели и могли обходиться без посторонней помощи, но некоторых все равно приходилось водить за руку.
Денис наотрез отказывался ходить с «белой тростью» – так называется палочка для незрячих. Он был молод, полон сил, занимался на турнике, который находился здесь же на спортивной площадке интерната. Он не хотел выглядеть, как дедушка или инвалид и в основном пользовался помощью, прикрепленного к нему, медбрата Ильи, чтобы куда-то дойти.
Также, как и Денис, многие воспитанники интерната не ходили с тростью, так как это были молодые люди и они ничем не хотели подчеркивать свой недуг.
По общему правилу, все незрячие носили черные очки, в первую очередь, чтобы не поранить глаза об ветки, а также еще по некоторым другим причинам…
Илья подвел Дениса к лавочке и хотел уже уйти, но недалеко от них сидела группа девчонок они о чем-то оживленно говорили, а одна очень звонко смеялась, казалось, что ее смех был слышен даже за пределами интерната.
– Кто это так смеется? – спросил Денис медбрата.
Илья посмотрел в сторону девушек.
– Ээээ, забыл как ее зовут, – протянул Илья, – но она постоянно здесь с девчонками на этой лавочке болтает. Столько шума от нее.
– Она красивая? – спросил Денис.
Что он понимал под этим словом трудно было понять, наверное по каким-то своим критериям.
– Очень, – ответил медбрат и вздохнул.
Денис повернул голову в сторону девушек, полностью незрячий, он как будто пытался увидеть ее.
– Можешь меня подвести к ней? – Денис поднялся.
– Я даже не знаю, – замялся медбрат, – удобно это будет?
– Удобно, – ответил Денис. – Подведи меня. Он был очень смелым и настырным парнем и всегда слушал веление своего сердца, а здесь оно стучало и говорило: «Иди… Обязательно иди..»
Медбрат за руку подвел Дениса к группе девушек, они услышали, что к ним кто-то подошел и замолкли. Подойдя к Алене, медбрат легонько дотронулся до нее рукой и спросил:
– Можно вас на минутку?
– Меня? – удивилась Алена.
– Да, вас. Молодой человек хочет с вами познакомиться.
– Со мной? – еще больше удивилась Алена.
– Да, – это сказал уже Денис. – Можно с вами познакомиться?
Алена сразу покраснела, для нее это был шок, в первый раз такое, просто неожиданно. Но она взяла себя в руки:
– Да, конечно, почему бы и нет?
У Алены была очень развитая интуиция, которая ей подсказывала, что не стоит отказываться от знакомства.
– Ой, а давайте я вас к лавочке отведу – вскрикнула одна из девчонок, она была слабовидящей и всегда помогала своим незрячим подружкам.
– Ну ладно, разбирайтесь тут, – обрадовался такой помощнице медбрат и поспешил к корпусу пансионата.
Лиза, так звали девочку, которая вызвалась помочь, взяла Алену и Дениса за руки и осторожно повела их к лавочке, на которой только что сидел Денис, ее никто не успел занять.
Лиза аккуратно подвела ребят к лавочке и сказала:
– Вот садитесь. Если что, я рядом.
Она вернулась к девчонкам, которые, ну понятно, шепотом начали обсуждать эту ситуацию. Несмотря на их инвалидность, они были такими же обычными девчонками, которые иногда любят и посплетничать.
Денис и Алена сидели рядом, почти касаясь друг друга бедрами.
– Какой у вас приятный голос, – сказал Денис. – Как вас зовут?
– Алена, – немного смутившись, ответила она.
Ее щеки покраснели еще больше, и стали горячими, сердце колотилось, как после сильного испуга. Общение с молодым человеком ей было интересно, но как молодая девушка, она, конечно, стеснялась, несмотря на свой бойкий характер.
Денис интуитивно нашел ладонь Алены, она была мягкая и теплая, его же ладонь была жесткая и горячая. Алена не ожидала от молодого человека такой смелости, но убирать свою ладонь не стала, что-то неведомое не давало ей это сделать.
– Я вас раньше вас здесь не видел, – сказал Денис.
– Я тоже не видела вас, – Алена улыбнулась, а потом поняв всю нелепость разговора, засмеялась. – Мы и сейчас не видим друг друга.
– Ну да, – улыбнулся Денис, – это правда.
– Вы очень красивая, – сделал комплимент Денис. Он каким-то внутренним чувством ощущал, что Алена невероятно красивая девушка.
– А откуда вы знаете? – засмущалась Алена. – Вы же меня не видите.
– Слышу, я вас слышу и чувствую, мне этого достаточно.
Алене были осень приятны слова Дениса, как и любой девушке ей хотелось кому-то нравится. Не смотря ни на что. Ни на отсутствие зрения, родителей, ясных перспектив на будущее – она все равно хотела любить сама и быть любимой.
Около лавочки послышалось мяуканье.
– Это Соня, моя любимица, – Алена чуть наклонилась и протянула руки. – Иди ко мне Сонечка.
Кошка прыгнула на колени Алене и удобно устроилась на них. Соня повсюду ходила за Аленой и не только из-за того, что она ее подкармливала, а еще потому, что у них была какая-то невидимая мистическая связь между собой.
– Можно я буду с вами на «ты», – спросил Денис.
– Конечно, мне тоже удобнее на «ты», – сказала Алена, гладя Соню.
Денис протянул руку и тоже погладил кошку, шерсть у Сони была мягкая и короткая, Соня была трехцветная, как и большинство кошек.
Хотя Денис и Алены были незрячими от рождения, они все равно каким-то чудом сохранили оптимизм и любовь к жизни. Алена стройная и красивая девушка с длинными каштановыми волосами (ее гордость) была, можно сказать, украшением интерната. Ее обожал весь персонал, она, находясь в таком незавидном положении, заряжала всех оптимизмом и ее веселый смех придавал силы тем, кто совсем отчаялся, а таких было немало. Алена была неисправимой оптимисткой, радовалась жизни и любила людей и природу. Денис тоже был веселым парнем и никогда не унывал, всегда шутил и философски относился к своей инвалидности. Да он и не считал себя инвалидом, руки-ноги есть, чего еще нужно? Да, ну нет зрения, ну и что теперь? Умирать что ли?
Им обоим было по семнадцать лет, Денис был постарше на два месяца. Примерно через год им уже придется покидать интернат, но как это будет выглядеть они пока плохо понимали. Это зрячим людям хоть как-то понятно, куда идти учиться, где работать, а вот у незрячих другая история – их возможности ограничены.
Странно, конечно, утроена жизнь, несправедливо как-то – одним все, а другим ничего и кто это все решает?
Корпус интерната был разделен на два крыла: в одном проживали девушки, в другом юноши, но ученики интерната все равно пересекались между собой: в столовой, на занятиях и различных культурных мероприятиях, которые устраивала администрация интерната, чтобы хоть как-то скрасить жизнь воспитанников и не дать им падать духом.
Но чтобы молодые люди и девушки могли познакомиться им нужно хотя бы видеть с кем знакомиться или вот так случайно, как получилось у Алены и Дениса, и то только благодаря его смелости и настойчивости. Ну и все равно парни и девчонки знакомились между собой, заводили дружбу и более серьезные отношения, несмотря на то, что персоналу интерната было велено строго пресекать всякие там любовные штучки. Но люди есть люди.
Слабовидящим было немного легче, чем незрячим: они хоть что-то видели, но все равно это были только расплывчатые контуры предметов, также они отличали свет от тени. Слабовидящие носили очки с толстыми линзами, которые улучшали им зрение и помогали ориентироваться в пространстве.
Алена начала привыкать к молодому человеку, вначале было страшновато немного, но первое волнение прошло, ей даже понравилось общаться с Денисом.
– Я здесь всего месяц, – сказала Алена, – поэтому мы и не встречались.
До этого она жила в другом интернате, тоже недалеко от Москвы, но его недавно закрыли и учеников распределили по другим интернатам, Алена попала в этот.
– А я уже год здесь – ответил Денис. – У тебя есть родители?
– Есть, конечно, – сказала Алена, – но я их не знаю, меня оставили в роддоме, ни родителей, ни родственников не знаю…
– У меня та же история, – вздохнул Денис. – Почему так?
Алена пожала худенькими плечами:
– Значит так, надо… Нам не дано знать… – философски ответила она. – Но пока человек жив, все можно изменить, так наш доктор Александр Иванович говорит. – Поэтому у нас все будет хорошо, мы же живы…
Алена улыбнулась, но на ее лице все равно была грусть.
– Это точно, – подтвердил Денис. – Наш доктор умный дядька.
Денис продолжал держать ладонь Алены в своей.
Александр Иванович был хороший врач и просто добрый человек. Он делал все что можно для учеников интерната: выбивал лекарства, путевки на отдых, занимался реабилитацией. Ему предлагали более денежную должность в Москве, но он наотрез отказался, понимая, что так болеть душой за интернат как он вряд ли кто будет.
Денис и Алена просидели на лавочке около двух часов до самого обеда. Рассказывали друг другу про свою жизнь в других интернатах, в которые их постоянно переводили, о своих увлечениях и мечтах. Буквально за два часа они стали родными людьми, столько всего похожего было между ними – они как две капельки воды из одного моря снова встретили друг друга.
Убаюканная их разговором, кошка Соня спала на коленях Алены, и только иногда шевелила ушами, когда кто-то проходил мимо…
Глава третья
Полину Бог наградил фигурой фотомодели, хорошим здоровьем и богатыми родителями, с которыми она жила в четырех комнатной квартире в Подмосковье. Учеба в институте и куча поклонников делали ее жизнь яркой и беззаботной.
Двухэтажный дом, в котором находилась родительская квартира Полины, стоял прямо напротив гимназии-интерната для незрячих, да, того самого, в котором обучались Алена и Денис. Интернат и дом Полины разделяла широкая дорога, больше похожая на небольшую площадь. Из окон гостиной был виден старинный забор интерната, но так как вдоль него росли высокие густые деревья, особо что-то разглядеть было сложно, если только очень приглядеться, то можно было увидеть редких воспитанников, гуляющих по территории. Полина, конечно, знала, что это интернат для незрячих, но ее это вообще никак не интересовало – у нее была своя веселая и насыщенная жизнь молодой девушки.
Полина тщательно следила за своей фигурой, регулярно ходила в спортзал с подругами и даже старалась соблюдать диету, хотя это было нелегко. Мама Полины постоянно готовила различные кулинарные изыски, чтобы побаловать мужа и дочь. Денег в семье было достаточно, отец Полины был крупный предприниматель и ни в чем не отказывал своей жене и единственной дочери.
Любимым занятием Полины было постоянно примерять различные платья и кофточки, крутясь перед огромным зеркалом. Вещей у нее был целый шкаф с раздвижными дверями. Чего там только не было: платья различных фасонов, блузки, кофточки, топики, юбки, в общем, все, все, все, чтобы каждый раз появляться на людях в новой вещице, которыми баловал ее отец, да и мать часто покупала любимой доченьке что-нибудь этакое модное.
Да, Бог дал Полине прекрасное тело, но только вот характер у Полины был отвратительный. Она вечно была чем-то недовольна, все ее не устраивало, и она периодически ругалась то с родителями, то со своими парнями, которые за ней ухаживали и менялись со скоростью надписей на табло расписания электричек.
Подруг у нее было мало, а те, которые были, тоже не отличались хорошим характером, видимо, это их и объединяло.
На данный момент за Полиной ухаживал Роман, он просто обожал ее, не взирая на все ее выходки. Роман был высокий спортивный парень под два метра. Он учился с Полиной в одной группе в институте, а в свободное время подрабатывал ремонтом машин в автосервисе товарища. Деньги у него были всегда, но не столько, чтобы покрыть запросы Полины, она очень любила ходить в дорогие рестораны и хорошо одеваться.
Полина относилась к Роману надменно, можно даже сказать, наплевательски. Она считала, что это не ее партия, но разрешала ему баловать ее, пока на горизонте не появится кто-нибудь другой, побогаче.
Подружки Полины тоже были довольно меркантильными особами и искали себе женихов не по человеческим качествам, а по наличию денег и остальных атрибутов успешной материальной жизни.
Они постоянно делились друг с другом о своих успехах, обсуждали все это вместе в кафешках или у Полины дома, когда не было родителей.
В один из таких дней они сидели у Полины на кухне, пили зеленый чай и, можно сказать, болтали ни о чем.
Кристина и Олеся такие же стройные и спортивные, как Полина хотели выйти замуж за обеспеченных мужчин, чтобы можно было хорошо жить и ни о чем не думать. Где-то работать они даже и не думали. У них были другие планы.
Кристина слезно жаловалась подругам:
– Мой гад вообще мне перестал дарить подарки, брошу его.
А что она хотела? – Какие подарки может дарить парень, который работает обычным водителем и получает мизерную зарплату.
– Ну и правильно, давно пора, ходит только цветочки тебе приносит, а что толку от них? – подтвердила Олеся.
Полина одобряюще кивнула:
– Я тоже так думаю, гнать таких надо, ну не можешь дарить дорогие подарки девушке, чего ходить?
Полина и подруги пили дорогой зеленый чай Пуэр, который ее отцу привозили его друзья из за границы, тогда в девяностые вообще мало кто знал про зеленый чай – это был изыск для элиты, для белых людей. Обычные люди в то время пили черный чай Махараджи, который продавался на каждом углу.
У всех трех подружек было одно общее мнение: мужчина должен быть обеспеченным, постоянно дарить роскошные подарки и носить на руках. А еще он много чего должен, должен и должен…
У них конечно были ухажеры, но их финансов еле хватало только сходить в простенькое кафе и иногда на цветы, да и то недорогие. А это подружек никак не устраивало – хотелось красивой жизни, до которой осталось только дотянуться рукой, то есть найти богатого жениха и все вопросы будут решены.
У них были яркие примеры подруг, которым удалось заарканить обеспеченных мужчин и успешно вытягивать из них деньги.
– Да, нужно что-то думать, искать другие варианты, эти наши бестолковые какие-то, – продолжила свою мысль Полина.
– Это точно, – подтвердила Олеся, – других надо искать, вокруг полно мужиков с деньгами.
Кристина согласилась с мнением подруг:
– У нас часики-то тикают, богатые молодых любят – бабушки им не нужны.
Всем трем подругам было не больше чем по восемнадцать, вроде, еще молодые, но они хорошо понимали, что время уходит и тянуть нельзя.
Про любовь они вообще никогда не говорили, главное что бы обеспеченный был, какая там любовь – выдумки это все, она только в книжках и кино существует, а реальность она совсем другая – здесь деньги нужны.
Все три подруги были похожи характерами фигурами и взглядами на жизнь, поэтому им было интересно вместе, они часто ходили на различные вечеринки в поисках подходящей партии, но пока попадались только одни «бедолаги» – так их называла Кристина, которая вообще была помешана на деньгах и готова была выйти замуж хоть за столетнего больного деда, лишь бы он был с деньгами.
Так каждый раз подруги, встречаясь, обсуждали новые знакомства, сплетничали и делились между собой женскими секретами, как охмурять богатых папиков.
Модное слово папик означало среди молодых девушек богатого мужчину, желательно предпринимателя или крупного чиновника, который будет дарить дорогие подарки и содержать. В девяностые годы это был предел мечтаний большинства молодых девушек, они спали и видели, как: «толстый богатый дядька с огромным букетом роз выходит из огромного шестисотого мерседеса, достает кольцо с бриллиантом и делает предложение руки и сердца, обалдевшей от счастья избраннице».
Глава четвертая
Алена и Денис сидели на лавочке, теплый апрельский день обещал скорое лето. Тепло их сердец передавалось друг другу через их руки. Денис чувствовал тонкие изящные пальца Алены, а она ощущала его горячую широкую ладонь молодого человека. Алена положила голову на плечо Дениса и задумалась: «Если бы ни этот интернат, я бы никогда не встретила его. Все таки Бог есть, раз он услышал меня, однозначно есть». Алена еще с девчонок мечтала встретить своего мужчину, с которым проживет всю жизнь и родит много, много детей. И вот тут такое счастье…
На ветках щебетали птички.
«Интересно, о чем они говорят? Вот бы знать их язык, – думала Алена. – Скорее всего о любви…»
Ей стало уютно на плече Дениса и она стала размышлять: «Какое все вокруг, наверное, цветное и красивое. Она пыталась представить, что если бы они с Денисом были зрячими, то могли бы идти по улице и их бы никто не сопровождал. Они бы были просто вдвоем и больше никого. Можно пойти в кино или театр. Какое же это все таки счастье – просто видеть. Можно смотреть на цветы, на деревья, птиц и животных, а еще можно смотреть на голубые облака, которые плавно плывут по небу и принимают причудливые формы. Можно смотреть на лица любимых и видеть как они счастливы. Да много на что можно смотреть, если видишь. А если нет, ты можешь только слушать мир, ну иногда еще трогать его, отгадывая, как этот предмет выглядит. Ты вроде и живой человек, но ты полностью беспомощен и уязвим. Но зрячие люди этого не понимают, они жалуются на свою тяжелую и несчастную жизнь, не ценя то, что у них есть самое ценное на Земле – это возможность видеть весь этот мир и наслаждаться его красотой».
Денис тоже сидел и думал: «Интересно, какая она, вот бы увидеть ее». По голосу Алены и своим внутренним ощущениям он понимал, что она красивая и добрая, а еще очень стройная – это он чувствовал, когда обнимал Алену за хрупкие плечи, а еще у нее были очень тонкие запястья и нежная кожа на руках. Денис всегда очень осторожно брал ее за руку, боясь навредить, руки у него были сильные и жесткие от турника и гантелей.
как настоящий мужчина, всегда хотел быть чемпионом, но его ситуация не позволяла это сделать. Но он не сдавался и все равно каждый день занимался физическими нагрузками, надеясь, что медицина шагнет вперед и таким как он смогут восстанавливать зрение. Александр Иванович постоянно об этом говорил, что медицина в этом направлении делает большие успехи, надо только немного подождать.
От Алены почему-то всегда шел запах цветов, даже волосы у нее пахли цветами, может это парфюм такой? Под летним тонким платьем ощущалось горячее тело юной девушки.
Денис сидел, не шевелясь, он думал, что Алена заснула у него на плече, и не хотел разбудить ее, а она просто дремала и летала в своих девичьих фантазиях. Она продолжала представлять, что можно было бы делать, если бы она могла видеть: можно бегать босой по полю с цветами, купаться в речке и сидеть с друзьями у костра. А можно во что-нибудь играть, в большой теннис, например. Да много чего можно…
Так под густыми деревьями на лавочке, прижавшись друг к другу, сидела влюбленная пара: незрячая девушка и незрячий парень, да, они не видели друг друга, но для любви это и не нужно, ведь человек любит сердцем, а сердце не обманешь, оно чувствует все, любую фальшь и притворство.
Так сложилась судьба и какой-то тяжелый рок вмешался в их судьбы еще при рождении, но они не сдавались, не плакали, а жили полной жизнью, насколько позволяла их непростая ситуация. А еще они любили, очень сильно любили друг друга…
Глава пятая
Как-то раз на дне рождения у подруги Полина познакомилась с Тимофеем. Произошло все случайно и очень быстро. Полина была одна, так Роман не смог с ней пойти. Его срочно попросили приехать на работу, у какого-то крутого дядьки сломалась машина и Романа попросили приехать помочь с ремонтом. Деловой дядька обещал хорошо заплатить, если машину быстро отремонтируют. Роман конечно мог отказаться, но Полина сказала: «Езжай раз надо, я одна схожу на день рождения». А сама подумала: «Пусть едет, деньги зарабатывает». Деньги ей были нужны всегда.
День рождения проходил в шикарном ресторане «Неаполь» – роскошное здание из белого мрамора. Муж подруги был обеспеченным и щедрым, он все делал для своей жены и не жалел на нее денег, можно сказать – она купалась в деньгах, именно о такой жизни и мечтала Полина с подругами.
Посреди огромного зала ресторана стоял длинный стол, который ломился от деликатесов: черная и красная икра, осетрина и лобстеры, плюс ко всему, конечно же, коньяк хеннесси. Было много места для танцев, а вдоль стен стояли симпатичные кожаные диванчики, на которых можно было сидеть в перерывах между танцами. Также была сцена с живой музыкой и нарядными музыкантами. Все по высшему разряду. Атмосфера ресторана была просто напитана богатством и роскошью.
Как раз на одном из таких диванчиков сидела Полина, когда к ней подошел интересный мужчина. В руках он держал два фужера с шампанским.
– Можно с вами познакомиться, – улыбаясь, спросил он и протянул один из фужеров Полине. – Я вижу вы одна здесь?
Полина тоже улыбнулась, принимая фужер.
– Да, одна, – делая глоток, ответила она. – Полина, – сказала она свое имя мужчине и мило улыбнулась.
Полина была вовсе не против нового знакомства. Романа давно надо было менять, толку от него мало, только потеря времени.
Они быстро сошлись: Тимофей, так звали приятного незнакомца, был легкий на разговор, расслабленный и уверенный в себе мужчина. Полина ему сразу понравилась, он выделил ее среди других девушек: стройная, красивая, сексуальная фигура легко угадывалось даже за длинным бежевым платьем, в котором Полина пришла не день рождения подруги.
Тимофей был старше Полины на пятнадцать лет и тоже пришел на день рождения один. Он был разведен и находился в поиске новой жены. То что он был намного старше не пугало Полину, главное у него были финансы, он был директором крупной фирмы, ездил на большом черном мерседесе и имел четырехкомнатную квартиру в центре Москвы, а это вам не ее парень Роман, который имеет случайные заработки, которых только на мороженное еле хватит.
Да, конечно, как мужчина Роман ей нравился больше: молодой симпатичный, спортсмен, влюблен в нее по уши и готов на все ради нее. Но только вот сколько от него ждать богатой жизни – неизвестно. Ну закончит он институт, а дальше что? Будет работать за копеечную зарплату и она вместе с ним. В лихие девяностые только предприниматели имели деньги – таким и был Тимофей. Правда это был не совсем тот тип мужчины, которые нравились Полине – полный и рыхлый, низкого роста, да еще и лысый, но на руке у него были дорогие часы Rolex, а на шее толстая золотая цепь – признак крутизны в те годы. Такой мужчина мог обеспечить Полине безбедную жизнь.
Тимофею Полина тоже очень подходила. «С такой не стыдно и на люди показаться», – думал Тимофей. Для него важно было, чтобы его женщина хорошо выглядела, была намного моложе его и вызывала зависть у друзей. Он не искал себе женщину по любви, любовь – это не для него. Он бизнесмен и женщина была для него что-то вроде красивой и дорогой вещи, которую он может себе позволить. А он мог, бизнес шел в гору и Тимофей строил грандиозные планы на будущее. После развода он имел много любовниц, да и во время брака они были, но ему, как крупному бизнесмену, по этикету нужно было иметь жену, чисто так для вида, для выхода в свет – поэтому у Тимофея был просто расчет, в прочем как и у Полины…
Полина и Тимофей так увлеклись разговором, что не заметили, как к ним подошла сама виновница торжества Софья. Она попросила своего мужа Антона, чтобы он пригласил на ее день рождения своих богатых друзей бизнесменов для солидности мероприятия, да и чтобы кто-то из подруг с ее стороны нашел себе подходящую партию.
Она заметила Полину и Тимофея, уютно сидящими на диванчике и поэтому подошла к ним. Ей не нравился парень Полины, безденежный студент – это дорога в никуда.
– Я смотрю вы уже познакомились, – сказала Софья. – А вы неплохо смотритесь.
– Спасибо, – благодарно улыбнулась Полина.
Софья много в чем ей помогала, давала советы, в общем учила правильно жить.
– Да, вот познакомился с такой красавицей, благодаря тебе, – тоже улыбнулся Тимофей.
Софья не успела ответить, к ней подошел ее муж Антон и потащил ее танцевать.
Включили какой-то зажигательный танец, Тимофей встал, и протянул руку Полине, которая от шампанского немного опьянела.
– Пригашаю танцевать, – игриво сказал он.
Полина не стала отказываться, это был ее шанс, вечер обещал быть хорошим, про Романа она даже и не вспоминала…
Глава шестая
Денис знал, что девушкам дарят цветы. Рвать на клумбах цветы запрещалось, да этого никто и не делал. Денис попросил медбрата Илью купить одну красную розу на рынке, который был недалеко, почему-то ему хотелось подарить именно одну, а не букет.
– Только чтобы очень красивая и ярко-красная, – говорил он медбрату, – и с длинным стеблем, хорошо?
– Хорошо, куплю сегодня после завтрака, – сказал Илья. Не беспокойся, в цветах я разбираюсь. Он и правда неплохо разбирался, так как часто помогал персоналу интерната сажать цветы в клумбы, хотя в его обязанности это не входило, просто ему это нравилось.
Как-то в разговоре с Аленой Денис затронул тему цветов и она сказала, что ей очень нравятся розы и именно красные. «Почему именно такой цвет, – думал Денис. – Она же ничего не видит». Незрячие цвета не различают, они только знают про них. Но тогда Денис не придал этому значения, а сейчас вспомнил.
Медбрат, как и обещал, после завтрака сходил на рынок, который находился в пятнадцати минутах ходьбы от интерната, помимо продуктов и вещей на нем продавали и цветы. Александр Иванович отпустил его, когда узнал причину похода на рынок.
Роза, которую он купил была просто невероятная: длинный ярко-зеленый стебель с листьями и огромный бархатный красный бутон, который еще не распустился. Стебель был весь в острых шипах, которые нещадно кололи руку медбрата. «Может что-то другое надо было купить, – думал медбрат. – Но заказ есть заказ, что просили, то и купил». Помимо этого Денис попросил, чтобы розу ни во что не заворачивали, почему – непонятно.
Илья нашел Дениса на той же лавочке, на которой его оставил перед тем, как пойти на рынок.
– Держи, – медбрат аккуратно вложил цветок в руку Денису. – Только аккуратно.
Денис взял розу в руки и начал осторожно ощупывать ее, стебель сильно кололся. «Она же руки себе поранит», – подумал он. Только сейчас он понял, что не подумал про шипы.
– Спасибо тебе огромное, принеси мне, пожалуйста, ножницы, –попросил он медбрата, – если нетрудно.
– Хорошо, сейчас, – тот сразу понял зачем ему ножницы и пошел в сторону корпуса. Он знал, что существует такой сорт роз у которых изначально нет шипов, но на их рынке таких не было, это только если в Москву ехать, там искать. но кто будет этим заниматься?
Денис продолжал ощупывать розу. «Какая она красивая, – думал он». Роза и правда была необычайно красивая, она так сильно пахла, что Денису показалось, будто бы ее запах разносится по всему интернату. Это была голландская роза.
Илья принес ножницы и ушел по своим делам.
Денис начал нащупывать шипы и аккуратно обрезать их. «Жалко конечно, – думал он, – но нельзя, чтобы она поранилась». Он вспомнил тонкие нежные пальцы Алены и решительно стал обрезать остальные шипы. «Скоро она должна подойти, надо успеть» – подумал Денис. Он хотел подарить розу ни во что не завернутую, чтобы Алена могла ощутить руками всю красоту цветка. Вот почему он попросил Илью, чтобы розу ни во что не заворачивали.
Сегодня для него был очень важный день, он должен был кое что сказать Алене, но как это сделать пока не знал, только был полон решимости.
Где-то через полчаса слабовидящая подружка Лиза подвела Алену к лавочке, на которой сидел Денис. Лиза была умная девушка и, конечно, догадывалась, что между ее подругой и Денисом завязались отношения и чем могла помогала Алене. Лиза приводила каждый день Алену на эту лавочку через два часа после завтрака, где ее уже всегда ждал Денис.
Алена села на лавочку и прижалась к Денису
– Привет, – весело сказала она. У нее было хорошее настроение, да и день был солнечным и теплым.
– Привет, – ответил Денис и поцеловал Алену в щеку. – Как твои занятия по вокалу?
– Отлично! Инга Евгеньевна сказала, что я делаю успехи.
Алена каждый день ходила в группу по вокалу, это занимало полтора часа и после этого Лиза отводила ее к Денису.
Алена мечтала стать певицей и постоянно работала над собой, чтобы ее мечта сбылась. У нее были способности к пению и преподаватель по вокалу всеми силами помогала Алене их развить.
Денис же после завтрака немного гулял, потом шел на спортплощадку и занимался на турнике, после этого шел на лавочку и ждал Алену. Каникулы объявили вовремя и им никто не мешал и ничто не отвлекало.
Роза, у которой Денис уже успел обрезать шипы лежала рядом и ждала своей минуты.
Время было подходящее и рядом никого не было, надо было начинать, но все важные слова, как назло, вылетели из головы.
Денис набрался решимости, взял розу в руки и сказал:
– Алена, я люблю тебя… – он взял руку Алены и очень осторожно вложил розу ей в ладонь.
Алена онемела. Да, Денис постоянно говорил ей, что она нравится ему, но то, что он любит ее – это было в первый раз. Она была растеряна и сразу позабыла все слова, которые надо говорить, когда мужчина признается в любви, хотя знала их все наизусть из сериалов, которые они с девчонками постоянно слушали по телевизору в комнате для отдыха.
В ее руке была невероятно красивая роза, Алена просто чувствовала это. Незрячие не видят, это правда, но у них обострены другие чувства. Она даже знала цвет – красный, ее любимый.
– Ты меня любишь, это правда? – наконец она смогла говорить.
– Да, очень люблю, – сказал Денис. Он обнял рукою Алену за хрупкие плечи, поцеловал в щеку и прижал ее к себе.
Алена заплакала:
– Я тоже тебя люблю… И буду всегда любить…
Держа в руках цветок она осторожно ощупывала стебель, боясь уколоть руку о шипы, которые должны быть у розы. Она сразу догадалась, что это роза, просто по запаху. Наконец нащупав пеньки от шипов на длинном стебле, она поняла, что Денис их просто обрезал, чтобы она не поранилась.
– Ты их обрезал, – сказала Алена, вытирая слезы. – Мой милый…
Глава седьмая
Отношения Полины и Тимофея развивались с космической скоростью, они начали встречаться каждый день. Тимофей водил ее в самые лучшие рестораны и уже начал баловать дорогими подарками. Тимофей решил не тянуть и взял быка за рога. Он узнал у Софьи, что Полины есть парень, но бестолковый и кроме хождений под ручку и дешевых букетов ничего ей дать не может, да и серьезного у них ничего нет. Тимофей понял, что этот парень Роман не конкурент для него и усиленно начал ухаживать за Полиной, уже строя планы, на то, чтобы сделать ей предложение.
«А что, – думал он. – Она не из бедной семьи, отец тоже предприниматель, найдем общий язык, может и бизнес совместный закрутим, семейный». Полина ему подходила во всех отношениях: молодая красивая и ухоженная девушка, а самое главное – не пристает к нему ни с какой любовью, как другие. К любви Тимофей относился очень скептически, считал это выдумкой поэтов и писателей и различных инфантильных личностей, которые читают стихи и плачут от любви. Он мерил все деньгами и считал, что девушку можно просто купить без всяких сюсюканий. Такое же мнение было у всех его обеспеченных друзей.
Полина тоже строила на Тимофея серьезные планы, вплоть до замужества. Она рассказала про него родителям, они были не против, особенно отец, ему подходил зять предприниматель, а не бедный студент, с непонятными перспективами.
Полина стала избегать встреч с Романом, придумывала различные предлоги и думала как ему сказать, что разрывает с ним отношения. Теперь она виделась с ним только в институте, ну тут никуда не денешься – они учились в одной группе. Но случай помог, говорить ничего не пришлось. Все решилось само собой.
В одни из дней Тимофей заехал в институт за Полиной. Занятия закончились и все студенты вышли на улицу. Вышли и Полина с Романом. На той стороне улицы стоял новый черный мерседес, а около него Тимофей. Полина запретила ему заезжать за ней в институт по понятным причинам, но Тимофей не особо-то слушал, он сам привык быть командиром, бизнесмен как ни как. Тимофей, улыбаясь, махал Полине. За доли секунд Роман понял почему Полина стала так холодно с ним общаться и они перестали вместе гулять. Тут много ума не надо и ребенок догадается.
Полине было неудобно перед Романом, хоть она его особо и не любила, но все равно эта ситуация была неприятна, да и вся группа наблюдала за этой сценой.
Полина подошла к Тимофею, который светился, как медный таз на солнце.
– Ну зачем ты приехал, я же просила, – сказала Полина.
– Да все нормально, поедем, – Тимофей открыл дверь.
Мерседес медленно поехал мимо толпы студентов, давая им как следует себя рассмотреть. В то время, такая машина была признаком богатства и крутизны.
Роман стоял на ступеньках института и не двигался с места. Для него это был удар. Он любил Полину по настоящему, несмотря на все ее причуды, все время думал о ней, для него она была самым дорогим человеком на земле и тут такое. Он был взрослым парнем и конечно понимал, что финансово пока не тянет Полину, но не все же меряется деньгами.
«Оказывается все» – подумал он.
Роман с Полиной дружили около трех лет. Познакомились они в институте на первом курсе. Вначале Полина была в другой группе, но потом ее перевели в группу Романа. Она заметно отличалась от других девчонок, было выше их, красивее и еще в ней была какая-то благородность, породистость что ли.
Роман сразу положил на нее глаз и первый начал за ней ухаживать. Так как Роман был самый видный парень в группе и все девчонки вдыхали по нему, высокий спортсмен разбил немало сердец. Полина не стала сопротивляться и разрешила Роману быть ее кавалером.
Роман, по возможности, водил Полину в кафе, делал недорогие подарки. Он старался, как мог, подрабатывал в свободное от учебы время, делал за деньги курсовые работы и рефераты, все накопленное Роман тратил на Полину, стараясь сделать ей какой-нибудь приятный подарок. Он планировал устроится в хорошее место после института, чтобы содержать семью, которую они создадут с Полиной.
Роман был из небогатой семьи, обычные родители, которые зарабатывали чисто на жизнь. Они знали про девушку Романа, «Главное, чтобы вы любили друг друга, – говорила мать Романа, – а остальное неважно». Но оказалось важно, чтобы иметь расположение такой девушки как Полина, помимо любви нужно еще и хорошо зарабатывать.
– Пойдем, ты чего стоишь? – сказал Роману его друг и однокурсник Слава.
– Да, да пойдем, – сказал, немного пришедший в себя Роман.
Слава был веселый и жизнерадостный парень, легко ко всему относился, особенно к отношениям с девушками. Он сразу понял всю ситуацию, но не видел ничего особенного в этом, в отличии от Романа.
Роман серьезно относился к Полине и планировал в дальнейшем на ней жениться, хотя они с Полиной это и не обсуждали, он был уверен, что она так же серьезно относится к нему.
Роман подошел к Полине в первый же день, когда ее перевели к нему в группу.
– Давай погуляем после занятий, – предложил он Подлине.
– Давай, – согласилась она. Высокий симпатичный парень понравился ей сразу. Он был в ее вкусе.
Роман повел Полину в недорогое кафе, это был первый курс и он еще не подрабатывал в автосервисе. Денег было в обрез, но на мороженное и лимонад хватило.
Потом они гуляли в парке, Полина задорно смеялась над шутками Романа, она была веселой и легкой на общение девушкой, без всяких запросов, но здесь ключевое слово «была». Время все меняет, изменило оно и Полину и не в лучшую сторону. У нее появились подруги, которые имели богатых ухажеров или мужей. Они в ярких красках рассказывали ей о всех прелестях обеспеченной жизни и Полина стала другой, совсем другой…
Глава восьмая
После признания Дениса в любви, их дружба с Аленой стала постепенно переходить в отношения, но Денис ничего себе не позволял, он очень трепетно относился к Алене и самое большее, что мог позволить себе – это поцеловать ее в щеку.
В один из дней они как обычно сидели на своей лавочке, конечно, это была не их лавочка, но каким-то образом она закрепилась за ними и ее никто не занимал. Все было, как обычно – они сидели и разговаривали, обсуждали различные события интерната, которых было немало, как и любом учебном заведении. Небо было немного пасмурным, но по прогнозу дождь не обещали, да и день был теплым, поэтому персонал вывел воспитанников в парковую зону подышать весенним воздухом. Зимой они, практически, не гуляли, так как было холодно и скользко.
В какие-то секунды налетел сильный ветер, небо стало черным и деревья подозрительно зашумели.
– Сейчас дождь будет, – сказала Алена, прижавшись к Денису.
– Ничего, сейчас Илья придет и нас заберет, – успокоил ее Денис.
– Может Лиза подойдет, она где-то здесь должна быть, – с надеждой сказала Алена.
Пошел ливень, пошел стеной, ничего не было слышно, такой сильный он был. Поэтому Денис и Алена никуда не могли пойти. Без сопровождения дойти до интерната им было сложно, хотя они, конечно, знали в какой стороне он находится, но не стали рисковать, и стали ждать, что их кто-то заберет.
Буквально через мгновенье ребята стали мокрые, хотя над лавочкой и было дерево, но это никак не помогло, слишком сильный был дождь.
Денис и Алена слышали отдаленные голоса людей, видимо персонал собирал воспитанников, оставшихся в парке.
– Мы здесь, – громко крикнул Денис, надеясь, что их кто-то услышит.
Но ураганный ветер, который уже начал ломать тонкие ветки деревьев – заглушал его голос.
– Сейчас кто-нибудь придет, – успокаивал он Алену.
Ветер был холодный плюс она полностью промокла, на ней было тонкое летнее платье, она дрожала.
Денис крепко прижал Алену к себе и сколько мог прикрыл ее своими мужскими руками. Она как маленький котенок жалась к нему, ожидая защиты.
Денис ощущал запах ее мокрых волос, он прикрыл ее голову рукой, чтобы они как можно меньше мокли, в какой то момент их лица коснулись друг друга и Денис интуитивно поцеловал Алену в губы, она как будто ждала этого и прильнула к нему еще сильней.
«Как вовремя он пошел», – подумала Алена про дождь.
Первый раз в жизни мужчина поцеловал ее в губы, она была счастлива.
Они даже не расслышали, как к ним подбежал кто-то из персонала и кричал:
– Пойдемте быстрее, нечего тут сидеть!
Это был самый лучший дождь в их жизни…
Глава девятая
В одну из пятниц апреля около дома, напротив интерната, стали собираться машины. Это намечалась свадьба Полины и Тимофея. Было около двенадцати дня.
Алена и Денис, как обычно, сидели на лавочке, прижавшись друг к другу. Они грелись на апрельском солнышке и слушали щебетание птиц, которые захватили ближайшие деревья и доставляли массу удовольствия воспитанникам интерната, да, они не могли их видеть, но зато, могли слышать их радостное пение.
– Пойдем поближе, – встрепенулась Алена. Ей очень хотелось быть в гуще такого прекрасного события. Как любая девушка она мечтала быть невестой в невероятно красивом белом платье.
Алена встала и взяла Дениса за руку. Вход в интернат закрывали большие кованные ворота, но через прутья было видно улицу и дом Полины, который стоял напротив.
Денис и Алена сами без посторонней помощи дошли до ворот, которые были недалеко от их любимой лавочки.
Они оба прижались к прутьям, но так как ничего не видели – просто слушали.
А посмотреть было на что.
У дома Полины стояло много белых дорогих машин, наряженных цветными ленточками. Отец Полины да и сам жених постарались, не жалея денег. Все было по высшему разряду. Среди машин был даже белый лимузин для жениха и невесты.
Возле дома стояло много гостей с цветами, они были все нарядно одеты и ждали когда выйдут молодожены, чтобы потом поехать во дворец бракосочетания, а потом в ресторан на свадебный банкет.
– Мы же с тобой тоже поженимся? – осторожно спросила Алена. – И у нас будет свадьба, правда?
– Денис обнял Алену за талию и уверенно сказал:
– Конечно будет. Обещаю.
Он плохо представлял, где возьмет деньги на такое мероприятие, у него была лишь пенсия по инвалидности, но и та расходилась на различные мелочи, которые не выдавали в интернате, а приходилось покупать.
«Ничего, придумаю, что-нибудь, заработаю, но свадьба с Аленой будет» – думал Денис. Он знал, что у незрячих тоже есть возможности для заработка, например работа массажистом. Он уже думал где и как этому обучиться. Также была масса других вариантов, поэтому Денис не сомневался, что сможет заработать пусть и не на шикарную свадьбу, но сможет.
Алена была счастлива, у нее есть любимый человек, которого она безумно любит и он отвечает ей тем же.
Она, конечно не могла видеть, что происходит на улице, просто догадывалась, что это очень красиво. Жених должен быть в черном костюме, а невеста в белом платье и белой воздушной фате. Машины, которые гудят тоже обычно белые, и много, много цветов. Это все она знала из сериалов, которые были любимым развлечением всех девочек интерната.
Около дома усилился шум, вышли Полина и Тимофей, который не поскупился и купил Полине самое дорогое платье, какое только нашел в Москве. Молодожены смотрелись очень шикарно. Подруги Полины Кристина и Олеся тоже были здесь. Гости начали рассаживаться по машинам, Полина и Тимофей сели в белоснежный лимузин, и весь кортеж, громко сигналя, двинулся в сторону центра.
Денис и Алена еще немного постояли у ворот, и осторожно держась за руки, пошли к своей лавочке.
Так они и просидели до самого обеда, бесконечно веря в то, что у них тоже будет все хорошо, и было не ясно кто счастливее… Полина и Тимофей, или Денис и Алена, которые не могли видеть, не имели денег и имущества, но нежно любили друг друга, их светлые души были, как одно целое, а горячие сердца бились в такт и отбивали по буквам простые, но такие важные слова для любого человека… Я тебя люблю…
Глава десятая
Внезапно, почему-то, Алена начала себя плохо чувствовать, вначале появилась небольшая слабость, она не придавала этому внимания списывала это на погоду – начался сезон дождей, потом она начала худеть и терять аппетит. Врач интерната Александр Иванович забил тревогу. Он отвел Алену в процедурный кабинет и медсестра взяла у нее кровь. Все анализы были отправлены в лабораторию местной больницы.
Ответ пришел неутешительный – рак крови.
Онкологическое отделение было только в Москве и везти Алену нужно было туда.
– Я не надолго, – шептала Алена Денису, пару недель и вернусь, так врачи сказали. Она обманывала Дениса, зная свой диагноз, она как могла успокаивала его и понимала, что, возможно, вообще больше никогда не вернется…
Хотя ее диагноз никто ей не говорил, сказали, что она просто чем-то заболела, Алена случайно услышала разговор Александра Ивановича и кого-то из персонала. Из этого разговора она поняла, что говорят про нее и услышала странное слово лейкоз, чуть позже она выяснила, что это рак крови. Алена сделала вид, что ничего не знает про свою болезнь, она верила, что ее вылечат, обязательно вылечат.
Денис дотронулся до лица Алены ладонью, по нему текли слезы. «Что-то здесь не так, – думал он. – почему она плачет, неужели все так серьезно?» Он прижал ее сильнее к себе, ее тело уже не было таким горячим, как раньше. «Замерзла, наверное», – подумал Денис.
Но Алена не замерзла, на улице было жарко, она заболела и заболела серьезно.
Почти весь персонал собрался провожать Алену в больницу, пришли все кто мог.
Алена стояла, прижавшись к Денис, она еле сдерживалась, чтобы не плакать, ведь она знала, что может это конец. Сотрудники интерната стояли, молча, а что говорить? Подруги Алены тоже были рядом, но они, как и Денис, не знали ее диагноза и думали, что она скоро вернется. Такое часто бывало, что кого-то из воспитанников увозили в больницу, если врачи интерната не могли вылечить, но обычно все благополучно заканчивалось – все возвращались назад здоровыми.
Кошка Соня тоже пришла провожать Алену, она терлась об ее ноги и жалобно мяукала. Алена взяла ее на руки:
– Соня…Сонечка…
Коша сразу почувствовала неладное, животное не обманешь, руки у Алены были очень холодные – такого никогда не было.
– Надо ехать, – сказал Александр Иванович, открывая дверь неотложки, которая приехала из московской больницы за Аленой.
Они и так долго стояли… Очень долго. Водитель уже немного нервничал, его можно понять – у него работа.
Алена опустила Соню на землю, еще раз прижалась к Денису и поцеловала его прямо в губы и ни как подруга, ни как просто девушка, а как бесконечно любящая своего мужчину взрослая женщина, которая знает, что, возможно, это их последний поцелуй в ее короткой жизни…
Прошли две недели… Три… Месяц, а Алена все не возвращалась. Денис пытался несколько раз позвонить по стационарному телефону из интерната, с помощью медсестры, но ему отвечали, что Алене нельзя разговаривать и что пусть он обращается по всем вопросам к врачу Александру Ивановичу.
В онкологическом отделении были очень строгие правила и врачи почему-то ограничивали общение пациентов с родственниками и друзьями, давали общаться только в крайних случаях, а во время проведения химеотерапии вообще никого не подпускали. Наверное это было связано со спецификой заболевания.
Иван Александрович знал про отношения Алены и Дениса, и когда Денис задавал ему вопрос: «Как там Алена?», он уклончиво отвечал: «Все идет хорошо, надо ждать». Хотя ждать уже было нечего. Врачи из московской больницы мягко намекнули ему – ждать недолго… Шансов нет. Но как это сообщить Денису он не знал. Как это обще можно сказать человеку, который ждет возвращения своей любимой.
Иван Александрович выворачивался, как мог, и, вообще старался не встречаться с Денисом. Хоть он много всего повидал в своей жизни, но даже для него эта ситуация была очень тяжелой. «Скажу, когда все закончится», – устало думал он. Он понимал, что скорее всего, это ему придется принести тяжелую весть Денису об Алене, потому что никто из персонала интерната на это не пойдет даже под пистолетом. И зная это, он морально готовился к этому дню и набирался сил…
Глава одиннадцатая
Денис каждый день приходил, после занятий на лавочку, на которой они всегда сидели с Аленой. Апрельские каникулы уже кончились и нужно было продолжать учиться. Учеба стала даваться тяжело, ничего не запоминалось, настроение тоже было никакое, но он не отчаивался и надеялся только на лучшее.
Денис вспоминал нежные руки Алены, ее голос и тепло ее худенького тела. Каждую секунду он ждал ее возвращения, ждал, что кто-то из персонала подбежит к нему и скажет: «Алена вернулась!»
Часто он сидел не один, к нему приходила кошка Соня, прыгала на колени и уютно свернувшись в клубок лежала. Когда кто-то мимо проходил Соня поднимала голову и смотрела кто идет – она тоже ждала возвращения Алены.
Иногда Денис подходил к воротам интерната и подолгу стоял около них ожидая, что какая-то из машин свернет с дороги и подъедет к воротам интерната, а в ней будет сидеть Алена. Соня тоже подходила к воротам вместе с Денисом и сидела у его ног.
«Почему так происходит? – думал Денис, прижавшись лбом к кованным прутьям ворот. – Молодая девчонка и заболела, да еще непонятно чем».
Как Денис не старался, но бывало на него накатывала такая тоска, что невозможно было терпеть, хотелось просто рыдать, но как настоящий мужчина он не мог себе это позволить. Он держался и думал: «Она вернется, обязательно вернется и все будет хорошо».
Персонал интерната видел, что Денис часто стоит у ворот, но не трогали его и ничего не говорили, все были взрослые люди и все понимали…
Глава двенадцатая
После роскошной свадьбы Полина и Тимофей практически сразу поехали в свадебное путешествие в Турцию. Тимофей был не жадный и готов был выполнять любые прихоти Полины, а она почему-то хотела провести свадебное путешествие именно в Турции.
Подруги Полины: Кристина и Олеся тоже много получили от этой свадьбы, так как на ней присутствовало много обеспеченных мужчин – друзей Тимофея, они с ними со всеми перезнакомились и даже присмотрели для себя подходящие партии. К тому же Тимофей, чтобы задобрить лучших подруг Полины, накупил им кучу дорогих подарков, от которых они просто визжали и теперь у Тимофея была своя группа поддержки в лице подруг Полины.
Родители Полины тоже были довольны – наконец-то выдали дочку замуж за нормального человека. «Зять у меня моей крови», – говорил довольный отец про Тимофея.
Романа на свадьбе по понятным причинам не было.
Полина лежала на берегу Эгейского моря в Турции. Это был знаменитый пляж «Клеопатра». Полина выглядела очень обворожительно: современный итальянский купальник соблазнительно обтягивал ее формы молодой девушки и заставлял останавливать на ней взгляды окружающих мужчин, женщины же смотрели на Полину с нескрываемой завистью.
Тимофей все это замечал и был очень доволен. С Полиной ему было не стыдно пойти хоть на деловую встречу, хоть в ресторан, да хоть куда…
У них были чисто коммерческие отношения: Полина предоставила ему свое молодое тело, а он ей свои деньги. Все было по-честному.
О любви они не говорили, так как и не любили друг друга. Если Полина нравилась Тимофею хотя бы, как женщина, Тимофей Полине не нравился вообще никак, нет он был не страшный, даже немного симпатичный, просто это был не ее тип мужчин, да и старше он был ее намного. С Романом она чувствовала себя как-то по другому ведь Роман ее любил по настоящему и она всегда это чувствовала, от женщины такое не скроешь. А когда мужчина любит женщину, она ощущает себя по другому, она расцветает и чувствует себя любимой, а это важно, очень важно… Но деньги есть деньги, они решают все, ну почти все…
«Ладно привыкну как-нибудь», – думала Полина о лежащем рядом с ней Тимофее. Он накрыл лицо панамой, и, вроде бы, спал. Его огромный живот блестел на солнце и, кажется, был виден за километр. На Тимофее были цветные купальные шорты, как у волка из мультфильма «Ну погоди!» Из под шорт выглядывали полные рыхлые ноги. Спортом Тимофей не занимался, он занимался бизнесом и зарабатывал деньги, а деньги – это наше все!
Свадебная эйфория постепенно проходила, улеглись эмоции от дорогих подарков, особенно от колье с бриллиантами, которое подарил Тимофей Полине. Теперь нужно было постоянно находиться с человеком, которого мало того, что не любишь, да еще и симпатии никакой не испытываешь. Да, хорошо заходить в самый дорогой ресторан в Турции и жить в самом дорогом отеле, но лучше это делать с любимым человеком, а не тем, который просто купил тебя за деньги и таскает с собой как дорогую игрушку.
Но за все в этой жизни надо платить и за красивую жизнь тоже, а куда деваться. «Ничего, все наладится, – думала Полина. – Привыкну со временем». Но на сердце все равно была какая-то тоска, она почему-то вдруг вспомнила Романа и ту первую прогулку на первом курсе, когда он угощал ее мороженным и лимонадом, а потом они долго гуляли по парку, держась за руки, он много шутил, а она весело смеялась, и только сейчас Полина постепенно начала понимать, что значит быть любимой женщиной, а не купленной…
Глава тринадцатая
Настал день, которого Александр Иванович боялся больше всего: утром позвонили из московской больницы и сказали, что Алены больше нет. Далее они согласовывали различные детали, связанные с похоронами. Чуть позже привезли некоторые вещи Алены, какие-то бумаги и небольшую коробочку с запиской. Иван Александрович развернул записку и прочитал: «Александр Иванович, передайте, пожалуйста, эту коробочку Денису, когда меня не станет». Врач тяжело сел на стул, снял очки и, закрыв глаза думал: «Господи она все знала, знала, что умрет, совсем еще девчонка». Даже он, много всего повидавший, еле сдерживал слезы.
Немного посидев, Александр Иванович набрался духу и пошел к Денису в комнату, тот на данный момент жил один, а так обычно в комнате проживало по три человека.
– Пойдем пройдемся, – ничего не объясняя, сказал он ему.
– Сейчас, – Денис почувствовал что-то неладное, никогда врач не приходил к нему в комнату, обычно всех водили к нему в рабочий кабинет. Он накинул футболку и Александр Иванович, не торопясь, повел его за руку в парковую зону к скамейке.
Когда они сели, Александр Иванович взял ладонь Дениса в свои руки. Говорит ничего не надо было, Денис и так уже все понял, понял в тот момент, когда врач зашел в его комнату, у незрячих из-за отсутствия зрения обостряются другие органы чувств.
Иван Александрович по отечески держал ладонь Дениса и молчал. Прошло несколько минут.
– Ну вот и все, держись, – сказал врач и вложил в ладонь Дениса небольшую коробочку.
– Она просила тебе это передать, после того, как ее не ст… Ну в общем сам понимаешь.
Александр Иванович тяжело вздохнул, поднялся, и положив руку на плечо Дениса, сказал:
– Иван позже придет за тобой, хорошо?
– Хорошо, – тихо ответил Денис. Он был полностью опустошен. В висках стучало – ее больше нет…
Когда врач отошел, Денис открыл картонную коробочку и нащупал в ней носовой платок. Он достал его и сразу узнал запах духов Алены, его невозможно забыть. Развернув платок, он на ощупь понял, что на нем вышиты какие-то буквы, он начал читать пальцами: «Денис, мой милый, я люблю тебя и всегда буду рядом с тобой». Под буквами был вышит цветок, Денис изучил его пальцами – это была вышита роза. «Наверное красная» – подумал Денис и он не ошибся. Также на платке был вышит стебель и листья цветка. И самое главное – стебель был вышит также без шипов, как когда то их обрезал Денис.
Лежа в больнице, Алена попросила лечащего врача дать ей красные и зеленые нитки, а также иголку. Врач строго посмотрел и сказал:
– Никаких ниток и иголок. Запрещаю.
Он пошел к выходу и, обернувшись, обратился к медсестре:
– И не вздумайте ей дать. Понятно?
– Понятно, понятно, Григорий Наумович, чего тут не понять, – пробормотала медсестра, и понимающе закивала головой.
– Нитки и иголку ей, – выходя, возмущался доктор, – чтобы еще и без рук осталась.
Когда Григорий Наумович ушел, медсестра принесла Алене все, что она просила. В ночные смены, когда было более-менее спокойно она любила вышивать, поэтому все, что нужно было Алене она имела в избытке. А то, что ее могут наказать, она знала, но не боялась. Она уже была в том возрасте, когда человек вряд ли может чего-то боятся…
Не смотря на свой диагноз, Алена не сдавалась и не теряла силу духа. Она постоянно шутила с девчонками в палате, которые чем могли помогали ей в плане быта, они тоже лежали с онкологией, только степень тяжести у всех была разная, но они… Они могли видеть.
Видеть Солнце, видеть небо и зеленую траву, а еще видеть радугу после дождя, такого, под который они с Денисом попали в интернате и под которым он первый раз ее поцеловал в губы. Алена всегда трепетно вспоминала этот момент в ее жизни и почему-то всегда плакала… «Что случилось?» – спрашивали соседки по палате. «Ничего, ничего… Все хорошо» – отвечала Алена, закрывая лицо ладонями, чтобы не было видно слез.
Алена стойко переносила все сеансы химиотерапии, хотя это было нелегкое испытание: постоянная тошнота, боль в суставах, температура. Из-за отсутствия аппетита, она еще сильнее похудела начала терять волосы на голове.
Иногда к Алене приходил не ее лечащий врач, а какой-то другой, это был пожилой мужчина в круглых очках. Он садился рядом и подолгу расспрашивал как ее самочувствие, слушал сердце и мерил давление. Уходя, каждый раз, он говорил одну и ту же фразу: «Ничего, дочка, все будет хорошо». Хотя прекрасно понимал, что все слишком запущено и помочь уже вряд ли чем можно, но надежда была, онкологию уже начали лечить, хотя помочь удавалось не всегда…
Конечно Алена очень хотела выздороветь, но больше всего она хотела увидеть Дениса, чтобы он взял ее руку в свою сильную мужскую ладонь, услышать его голос, ощутить вкус его губ и гладить жесткую щетину на его лице, а еще ее кошка Сонечка. Она твердо решила завтра попросить главного врача, чтобы он отпустил ее ненадолго в интернат или хотя бы разрешил приехать Денису, кто-то из персонала интерната мог его привезти, если сильно попросить Александра Ивановича, но…
Ночью ей стало совсем плохо, ее сильно тошнило, все тело болело, появился озноб, руки и ноги стали ледяными.
– В реанимацию! – это были последние слова, которые Алена услышала в своей жизни…
Она потеряла сознание, но произошло какое-то чудо – она видела все, как наяву, видела по настоящему: Дениса, сидящего рядом с ней на лавочке интерната, каждую черточку его лица, у него были жгучие черные волосы и очень добрые темно-синие глаза, которыми он влюбленно смотрел на нее, да именно смотрел, он видел ее. Они оба были без черных очков. Он держал ее за руку, на нем была белая футболка под которой угадывался спортивный торс. «Какие у него сильные и красивые руки», – подумала Алена. Господи, какое это счастье увидеть своего любимого человека.
Сквозь листья деревьев Алена видела лучи солнца, они попадали ей в глаза и она, как ребенок улыбалась и жмурилась. Так же через листья деревьев она видела голубые облака, которые важно плыли по небу и принимали необычные формы. На дереве сидела пестрая птичка и радостно чирикала, Алене показалось, что птичка что-то говорит ей, кажется слово весна… Весна… Невероятное ощущение счастья охватило Алену, вот, что значит видеть, вот что значит быть зрячим, о чем еще можно говорить, о чем еще можно мечтать, когда можно просто видеть такую красоту и ощущать тепло любящего тебя человека, который сидит рядом с тобой и держит тебя за руку. Какие богатства мира сравнятся с этим? К ним с Денисом подошла ее кошка Соня, и Алена отчетливо разглядела все ее цвета, это были: черный, светло коричневый и белый. Алена взяла Соню на руки и впервые в жизни увидела ее глаза – они блестели и были темно-зеленого цвета, только почему-то очень грустные…
В эти последние секунды своей жизни, Алена была самым счастливым человеком на земле, потому что она видела.
Непонятно почему так случилось, ведь незрячие от рождения не видят даже снов.
Видимо Бог сжалился над ней и позволил увидеть красоту этого прекрасного мира, перед тем, как забрать ее.
Денис продолжал сидеть на лавочке, руки его обмякли и платок чуть не выпал на асфальт. По щекам текли слезы, слезы горечи и глубокой безысходности.
«Значит кому-то это надо», – вспомнил он слова Алены. – Нам не дано знать…
Эпилог
Время пролетело быстро, Денису исполнилось восемнадцать лет и ему нужно было покидать интернат, после восемнадцати лет воспитанников больше не держали. Кто-то уезжал к родственникам, если такие были, а кто-то устраивался сам, как мог. От государства им давали квартиру и пенсию по инвалидности.
Александр Иванович помог Денису получить квартиру, которую дали тоже в Подмосковье, но совсем в другой стороне от интерната. Также он помог Денису отучиться на массажиста, привез ему кушетку, и Денис работал у себя дома. У него теперь была только одна мечта – накопить на очень красивый памятник для Алены и на нем обязательно будет выбита роза.
– Теперь ты должен жить за двоих: за себя и за нее, – говорил Александр Иванович Денису, положив свою руку ему на плечо.
– Знаешь, есть такое поверье, что пока о человеке помнят – он жив. Помни ее.
– Хорошо, – отвечал Денис, пытаясь не заплакать.
Квартира была не большая на втором этаже старого здания, но самое главное, что у нее был балкон, на который Денис мог выходить и слушать шум улицы. Особенно ему нравился дождь, от него веяло прохладой и какой-то свободой и еще он напоминал ему самый счастливый день в его жизни, когда он в первый раз поцеловал Алену в губы.
Напротив была детская площадка, но вместо детей на ней почему-то собирались студенты.
Часто приходила группа девчонок, которые постоянно смеялись и что-то интересное рассказывали друг другу. И среди этого звонкого смеха Денис всеми силами пытался услышать смех Алены.
«А вдруг… – думал он. – Но ведь бывает же чудо…»
Но чуда не происходило.
Рядом с ним на тумбочке сидела кошка Соня, она внимательно и настороженно смотрела через прутья балкона на шумную молодежь и как будто пыталась увидеть среди них Алену, она думала, что та просто куда-то отошла и может вернуться в любой момент.
«Как хорошо, что она ничего не знает, – гладил Соню Денис. – Пусть думает, что Алена жива…»
В руках у него был платок с вышитой ярко-красной розой… Без шипов…
***
Пока у вас есть время, подойдите к своему любимому человеку, обнимите его и скажите: «Я тебя люблю». Потому что завтра может быть уже поздно…
