Читать книгу: «Фигуры молчания», страница 8

Он упал, прикрылся руками, пропустил пару ударов, потом поднялся и, пошатываясь, отошёл в сторону. Мужики уже переключились друг на друга.

Андрей шёл к машине с глухой болью в теле. Каждая царапина теперь была частью плана.

Ночью он вернулся к коровнику. Спустился в подвал, сел на холодный бетонный пол. Наручники щёлкнули – одна рука к ржавой скобе. Железо врезалось в кожу.

Он лёг на спину, прислушиваясь к темноте. Пахло сыростью и плесенью. Губы саднили, скулу ломило. В желудке пусто. К утру будет жажда, к вечеру обезвоживание. Всё как должно быть. Молодёжь придёт – услышат стоны, вызовут полицию. Они найдут не игрока, не стратега. Жертву. Свидетеля. А в прокуратуре уже лежит письмо. Доска сама повернётся.

Андрей закрыл глаза. Сон пришёл тяжёлый, но настоящий – не как побег, а как укрытие. И в нём впервые за долгое время он почувствовал, что сделал правильный ход.

Сон оборвался внезапно. Что-то с грохотом рухнуло сверху – кусок кирпича или арматуры, он не понял. Удар пришёлся по ноге.

Боль вспыхнула мгновенно, резкая, как нож. Андрей зашипел, попытался шевельнуться, но железо наручников держало его намертво. Он нащупал рану – пальцы стали мокрыми, липкими. Кровь шла сильно. Слишком сильно.

Телефона с собой не было. Фонарика тоже. В подвале царила кромешная тьма, гулкая, как колодец. Он приложил ладонь к ране, пытаясь зажать, и крикнул:

– Помогите! Эй! Люди!

Голос сорвался, но он продолжал, выдавливая крик из глубины.

– ПОМОГИТЕ!

Сырой воздух подвала гудел от его крика. Снаружи – ночь, кузнечики стрекотали в траве, над крышей коровника тянулось чистое, равнодушное небо. И в эту тишину летел его раздирающий душу вопль.

Он кричал снова и снова, пока дыхание не стало рваным. Сердце колотилось, кровь тёкшей рекой уносила силы.

И вдруг – свет.

Тонкий луч прорезал тьму. Андрей зажмурился, думая, что кто-то с фонариком спустился в подвал. Он хотел позвать, но горло хрипело.

И тогда он увидел её.

Дочка. Катя. Она подошла к нему легко, будто по воздуху. Улыбнулась – та самая детская улыбка, от которой сердце сжималось.

– Папа, вставай. Хватит лежать.

Она взяла его за руку, подняла так просто, что боль исчезла. Андрей вдруг почувствовал – нет тяжести, нет крови, нет холодного железа на запястье. Только лёгкость и тёплая ладонь.

За её спиной появилась жена. Летнее платье, спокойный взгляд, голос тихий, но ясный:

– Ну наконец-то… Мы заждались тебя.

Он улыбнулся – просто и спокойно. Всё остальное уже не имело значения.