Читать книгу: «Эта планета»

Виктор Малько

«ЭТА ПЛАНЕТА»

Глава I. Экипаж

Эта планета была необычайно странной. Один материк опоясывал её по всему экватору, врезаясь далеко в глубь северных и южных широт, как будто старался отвоевать каждый клочок земли у океанов. Широкие полуострова омывались глубокими заливами. Суша и океаны продолжали бороться за своё первенство. Вода врезалась глубоко внутрь материка. Он весь был изрезан реками, текущими в северный и южный широты, стремясь на встречу водным стихиям океанов. И как бы в отместку друг другу множество островов восставали из морей, а озёра образовались внутри материка, напитывая его чистой водой. Высокие горы, равнины, впадины – всё как должно быть на планете, имеющей свой рельеф. Особенно удивляла зелень, покрывавшая почти две трети континента. Деревья, кустарники и высокая трава говорили о том, что планета богата кислородом, что очень редко для космических объектов. Облака медленно плыли над землей и морями. Или так было всегда, или по чистой случайности, но ни штормовых вихрей, ни огромных волн не было замечено. Этот феномен позволял и визуально исследовать необъятную красоту планеты с огромного расстояния.

Экипаж работал над сбором данных, которые посылал маяк, отправленный на планету.

— У меня в голове вертится одна мысль…

— А как мы её назовём? — прервал биолог астронавигатора.

— Ты просто читаешь мои мысли.

Ривс и Саймак внимательно с неподдельным интересом наблюдали за планетой.

— Я думаю, что она прекрасна не только сверху, но и там, внизу, — биолог показал пальцем в пол. — Моя мамочка будет рада походить по травке. Думаю, битого стекла там нет, — размечтался Ривс, — можно и босиком…

Астронавигатор откинулся на спинку стула, охватив голову руками.

— Да, я тоже не против был бы полежать где-нибудь у речушки. — Он глубоко и мечтательно вздохнул. — Как уже надоела эта духота. Как её не освежай, а в консервной банке будут только консервы.

— Это кто же тут консервы? — в рубку вошёл капитан с пустым стаканом в руке. — Если говорить о нас, то мы уже, наверное, тушенка. Тухленькие. А на травке и я бы повалялся.

— Размечтались! — это сказала Ева, внучка капитана и «студентка», как её называли за её быструю хватку в обучении. Она сидела за дисплеем, куда приходили данные от маяка. На самом деле маяк – это тележка-робот, которая должна кататься по полям неизвестной планеты и посылать информацию о составе атмосферы, брать пробы земли, воды. И ещё чего-нибудь, если прикажут.

— Чем вам не нравится наш дом? Что хорошего там? — она указала на дисплей. — Палящая звезда. Незащищённая поверхность. Поджариться захотели?

— Ну, раскудахталась! Сходи, лучше плескани мне кофейку, — попросил её дед. Ева быстро отстегнула ремни и, соскочив с кресла, выхватила стакан из рук капитана и направилась в пищеблок. Ей нравилось поразмяться после долгого сидения в кресле.

— И нам по стаканчику! — крикнул астронавигатор Саймак ей вслед. — Да покрепче! Не так как вчера.

— Ха! — только и сказала Ева и исчезла за дверью.

Вот уже третья смена, а данные всё поступали и поступали. Порой они были противоречивые, с которыми надо поработать. Менялся день на ночь на планете, где время её вращения нисколько не совпадает со временем на корабле, которое принималось за Земное время. Освещённую сторону ещё не исследовали. Планета вращалась, видны были материк и океаны. А корабль висел, если можно так сказать, над постоянными сумерками. Ни ночь, ни день. Звезда сокрыта, но планета все-таки сумрачно освещалась. Это как закат или рассвет на Земле. И планета, медленно вращаясь, показывала всю свою величественную красоту, которую считывал маяк. Капитан проверял данные, поглаживая глубокий шрам на щеке. И когда он ворчал по любому поводу, она слегка подёргивалась. Трое астронавтов склонились над столом и сосредоточенно просматривали материалы, выданные компьютером, когда в рубку влетела Ева с пустым стаканом. Проглотив слюну, она пальцем ткнула в стену.

— Там, там ещё планета! — она тяжело дышала, еле переводя дыхание.

— Ты чего… — хотел было спросить капитан, но тут завыла сирена. Все бросились по местам, а капитан сел за управление. Со стороны заката планеты медленно выплывал огромный планетоид. Он был очень тёмным и покрыт сплошными густыми облаками, которые скрывали его поверхность. Они находились в постоянном хаотичном движении, создавая вихри. Кроме того, молнии непрерывно пронизывали весь планетоид.

— Луна…

— Что? Какая Луна?

— Спутник планеты. У нашей Земли его называют Луной, — вслух размышлял кибернетик.

— Если за трое суток эта штука появилась только сейчас, можно подсчитать, что её вращение вокруг планеты очень медленное…

— Ужас, — перебила его Ева, — страшно смотреть. Если это спутник, то я бы на этой планете по ночам пряталась подальше. Только бы не видеть такую страхоту.

— Не бурчи! Давайте отойдём немного подальше от неё. Пойдём на планетарных двигателях. Только не потеряйте связь с маяком. Приготовиться к старту. А ты еще здесь? А ну-ка брысь в кресло и пристегнись. Чтобы и тебя не потерять! — прикрикнул на внучку капитан и получил в ответ её высунутый язык. Так она всегда дразнилась, если ей что-то не нравилось. Но она быстро юркнула в кресло и пристегнулась, прильнув носом к иллюминатору. — Отчаливаем!

Корабль содрогнулся, и планета со своим спутником стала медленно удаляться. А спутник продвинулся и полностью заслонил собою планету, которая покрылась голубым сиянием ореола.

— А не забросить ли нам маячок на спутник? Пусть погуляет, — пробормотала Ева в иллюминатор, отчего стекло вспотело.

— Не суйся!

— А она говорит дело.

— Мы видим только грозовые тучи, а поверхность нам не видна.

— А тебе хочется?

— Давайте запустим! — наигранно захныкала Ева.

— Ты же сама её испугалась. А если там страшилища ходят тебя ищут?

— Не пугай, деда. Ну что вам стоит?!

Все дружно засмеялись.

— «Что нам стоит?» Это дорогое удовольствие. Миллионы стоит. Однако ж ты права. Запустим. Пусть соберёт информацию, хотя я не знаю, сможем ли мы что увидеть через эти грозовые тучи.

Время тянулось долго. Уже все устали. Как-никак несколько суток на ногах. И капитан отправил всех спать. В это время пришла новая команда. Капитан сдал Карлу смену и сам тяжело рухнул в свое кресло-качалку, с которым не расставался уже восемнадцать лет.

Капитан задумался и вспомнил: «восемнадцать лет. А, кажется, это было вчера». В Магеллановых Облаках их заинтересовал один объект. Подойдя к нему поближе, они остановились и решили слегка перекусить перед разведкой. Там, в этой неизведанной дыре огромной галактики, висел большой горящий астероид. Он и привлёк внимание астронавтов. Он горел. Отчего он горел? Рядом никакой звезды, способной зажечь его. Чёрная пустота, пробитая роем далеких звёзд и пылью газовой туманности. И этот астероид. Один и горит. Когда он загорелся и скоро ли потухнет? Что поддерживает его горение в пустом вакууме? Какова его природа?

На разведку ушли дочь Анна и зять Андрей. Они поженились уже в космосе. Рядом ползала их дочь, мешаясь под ногами. Мама пообещала принести ей кусочек астероида, который светил бы дочери в темноте, и отдала её деду. Капитан стоял у шлюза шатла с внучкой на руках, отмахиваясь от её остреньких ноготков. Она так и намеревалась царапнуть или «впиться» ногтями в шею деда.

Шлюз закрылся и шатл отчалил. То, что произошло потом, было так неожиданно! Никто на корабле не понял, что это было – тяжело осознать и вообразить. Сначала как обычно переговаривались, капитан давал советы, корректировал полёт. И вдруг эта последняя перебранка. «Не надо так гнать! Сбрось скорость!» — «Я не знаю. Он сам так летит. Что это? Нас притягивает астероид. Это МАГНИТ!» и всё. Они мгновенно исчезли из виду и с радара. Даже не было вспышки. Они растворились в астероиде. А тот как горел в пустоте, таким и оставался, зловеще оскалившись пламенным оком. Для большей безопасности срочно пришлось отойти от астероида, посылая безответные сигналы. Его можно было расстрелять. На корабле было такое оружие, но он был последней пристанью для дочери и зятя. Отходили медленно, не отрываясь от иллюминаторов, напрасно надеясь, что вот-вот появится шатл…

— Капитан! Посмотри, что это за чертовщина?!

— Это спутник, — зевая и потягиваясь, ответил капитан. Старк прервал его воспоминания, которые преследовали его столько лет. Уже внучке восемнадцатый земной год.

— Это-то спутник. Понятно! А это что?! Ой! Ещё один! А вон и третий! — все трое сменщика в упор смотрели в иллюминатор с раскрытыми ртами, охая и вдыхая. Физик Глория, единственная женщина, допущенная к работе в рубке, не отрываясь от иллюминатора, жестом руки подозвала капитана. Он тяжело встал с кресла, подошел к ней и ахнул.

— Мама родная! Сюрприз за сюрпризом! — потом продолжил после долгого молчания и вздохов. — Кто же это так тебя? — это он обратился к разорванному спутнику...

— Но они ещё горят! Не остыли! Значит, это было совсем недавно по астрономическому времени, — ответила Глория.

— Да-а-а… — медленно протянул капитан, — сначала планета, потом странный спутник, у которого свой разорванный на части планетоид. Теперь понятно, почему спутник так медленно вращался вокруг планеты. Его осколочный планетоид не даёт ему ни разогнаться, ни упасть на планету.

— Где-то я такое уже видел. Что же оно мне напоминает? — смутные воспоминания капитана были произнесены вслух.

Между астронавтами просунулась голова Евы. Она смотрела то на людей, то на спутники, недоумевая, что происходит за бортом корабля.

Вдруг капитан отскочил в сторону управления корабля и заорал: «Всем по местам! Срочно!». В это время корабль начало сотрясать.

— Нашел нас! Ты все равно нашел нас! Долго же ты искал. А сам нашёл себе смерть. Но ты ещё силен, — бормотал капитан, поспешно удаляя корабль на безопасное расстояние. Он бежал от смерти, которая нашла его детей.

— Дед, ты чего?

— Капитан, наблюдаю сращение осколков в один.

— МАГНИТ.

— Что?

— Так о нём сказала моя дочь.

— Ты что, капитан, думаешь, что это тот самый астероид? — крикнула Глория.

— Я уверен! И жаль, что поздно понял. Держитесь! Сейчас будем падать. Как я забыл, что эти остатки огня на осколках и есть тот самый адский пламенный астероид, в котором я потерял моих детей. Как только они соединятся, а я в этом не сомневаюсь, он нас засосёт.

— Если мы не можем оторваться, то давайте увернёмся за спутник. А там, используя гравитацию спутника и планеты, рванём в противоположную сторону, — предложил Саймак.

— Я уже пытаюсь это сделать, но шансов очень мало, — капитан сосредоточенно выдавал задачу компьютеру, стараясь не упустить ничего. Все знали, что в это время его отвлекать нельзя. Поэтому пригрозили Еве, чтобы она не болтала. Но она была занята тем зрелищем, которое творилось за бортом.

А там три огромных осколка, медленно вращаясь, приближались друг к другу. А на спутнике планеты с большей силой начали бушевать ураганы, смешанные с мерцаниями молний. Казалось, что астероид и спутник начали вести борьбу.

— Дед! Осколки начинают гореть! — никто не ответил ей, так как сами следили за происходящим. Как будто кто-то разворачивал глыбы планетоида на свои места. При схождении огни выбивались из пасти осколков, лаская огромным пламенем друг друга. В это же самое время спутник начал разбухать как воздушный шар и, о, Боже! От спутника к астероиду струёй потянулась его атмосфера. Кажется, астероид занялся им и высасывает его до ниточки.

— А не кажется вам, что он заправляется горючим? Что-то мне не нравится эта свистопляска. Такое впечатление, что этим астероидом кто-то управляет.

— Заправляется, говоришь? Как на заправке? Может быть, может быть. Не человеческих рук ли эта махина?

— Дед, а что такое «махина»?

— Не мешай ему. Это такое большое, огромное. Ну, как тебе сказать. Сам не знаю. Но то, что мы видим, нам непонятно. Как он распался, а потом снова собрался? Трансформер, что ли?

— А заправка?

— Цыц!

— Вот это да! Поток атмосферы достиг астероида. Всё словно закипело. Пар, если можно назвать его этим словом, в космосе как-то странно начал наматываться на астероид.

— Да. Как будто спутник передаёт свою атмосферу астероиду, а тот её пожирает.

— Ну, вот, кажется, слегка спрятались, но не совсем, — капитан откинулся на спинку кресла.

— Мне кажется, астероид нашёл более лакомый кусок. Вон как пожирает атмосферу!

— А это что такое? — словно все молнии собрались вместе и направили огромный луч на астероид. Ослепительный толстый ствол огня упёрся в него и начал толстым слоем заливать поверхность уже сросшегося астероида. Одновременно спутник заметно терял атмосферу, открывая свою лысую поверхность. А астероид заполнялся океаном огня. Эта картина напоминала смерть одного объекта и возрождение другого. Атмосфера продолжала вихреобразно наматываться на астероид. Но вместо того, чтобы закрыть его этой каруселью, она в большей степени разжигала его ярким пламенем.

— Как в мартеновской печи.

— Что же будет со спутником? Он совсем оголился. И не повлияет ли это на планету?

— Гадать не будем. Интересная и необычная картина. Но надо поскорее отсюда убираться. А у нас это пока плохо получается. Астероид захватил не только спутник, но и нас цепко держит. Идем на пределе двигателей, а сами еле ползём. Посмотрим, как у нас получится, когда спутник закроет астероид. — И как будто в ответ на слова капитана, корабль так рвануло, что всех от неожиданности так прижало к спинкам кресел, что они начали задыхаться от давления, которое навалилось на них. Еле дотягиваясь до пульта управления, капитан начал сбрасывать скорость и постепенно снизил ее.

— Когда скорость стабилизируется, нас снова может потянуть к астероиду. Что будет, если мы выйдем на освещенную поверхность планеты? Мы влипли в эту ситуацию и забыли про наш маяк. Да, а со спутника что-нибудь поступает?

— Капитан, на спутнике нет маяка. Его утащило на астероид. И он молчит.

— А о чем бы он нам говорил в этой печи? Он сгорел, если только перед этим не разбился.

— А на планете маяк уже на освещенной поверхности. Но он подаёт странные данные.

— Более странные, чем те, что мы наблюдаем? Что может быть страшнее? Лучше странные данные, чем страшные.

— Капитан, у этой планеты две звезды.

— Хрен редьки не слаще. А радиация?

— Незначительная, можно сказать, допустимая. Или даже ниже земного Солнца.

— Утешил. А эти звезды какой величины и как отдалены от планеты?

— От этой планеты гигант очень далеко и из-за этого выглядит меньше, чем вторая, которая – умирающий карлик спектра G.