Читать книгу: «Глаз»

Когда я начинал служить у Мойры, у меня был только один глаз - старая круглая пуговица с четырьмя отверстиями и сколотым краем. Я два года усердно трудился у старой ведьмы, колол дрова и носил воду, намывал полы, чистил горшки и котлы на кухне, вычищал печь и вскапывал грядки. И только тогда на вторую мою годовщину, она подарила мне еще один глаз, осколок от грозового стекла, найденного ею где-то в песках на каком-то пляже, который попался ей на пути ее долгих скитаний по миру.

Радости моей тогда не было предела, потому что новый глаз подарил мне зрение гораздо ярче и детальнее прежнего. Я стал видеть вблизи и вдали, впереди предметов и позади них, и им при этом необязательно было только стоять или двигаться. Благодаря новому глазу я научился понимать, что чувствуют живые твари, обитающие в лесу и в полях неподалеку от хижины старой ведьмы. Но больше всего понравилось то, что с появлением нового глаза, мне начали сниться сны и не самые обычные, а цветные, детальные, о далеких странах и чудных мирах, населенных существами в чем-то похожих на меня, на ведьму, на прочих ее служек, а в чем-то сильно и сильно отличных.

Но сегодня произошло страшное. Когда я ходил по воду и поднимал ведро из колодца, мой новый глаз каким-то образом выскользнул из глазницы. Я слышал только далекий, приглушенный всплеск и ощутил жуткую пустоту, когда в страхе зажмурил веки. На мою беду ведьма снова где-то в дороге, и я не могу попросить ее о помощи. Да и потом, как я осмелюсь признаться ей, что потерял ее дар?! Простит ли она меня? Подарит ли еще один или сможет вернуть потерянный?

Это будет, когда она вернется, а возвратится она домой ой как не скоро. И до тех пор мне придется, как и раньше, справляться со всем чуть ли не вслепую. Но хуже всего, что ни этой ночью, ни следующей, ни в течение долгого месяца еще после мне не увидеть во сне тот дом посреди аквамаринового леса из странных моих сновидческих путешествий, где живет Она.

Совсем немного времени прошло, как я начал видеть те удивительные сны, как вдруг обнаружил, что чаще всего попадаю в одно и то же место. Там был лес необычного аквамаринового оттенка, не густой и не темный, без подлеска с редкими, но невероятно разросшимися вширь деревьями. Их узловатые корни выступали над землей, извиваясь будто клубки заснувших змей. Плотно заросшие мхом, как и их широченные стволы, деревья разбрасывали свои тяжелые ветви в разные стороны. Я никогда не видел листьев настолько больших и такой причудливой формы, не говоря уже о цвете. Редкие солнечные лучи пробивались сквозь переплетающиеся кроны, пронизывая тень будто сеть из золотых нитей.

Там, в глубине леса среди самых древних и самых ветвистых деревьев-великанов стоял небольшой дом. Он был полностью деревянный как если бы вплотную подступавший к нему лес вдруг решил переплести свои корни в виде такого необычного образования.

Я помню, как был поражен впервые увидев его. Я так долго стоял перед домом и рассматривал его неровные, покрытые древесной корой стены, сглаженные как у стволов углы и окна, хоть и застекленные, но без рам и в форме больше похожей на дупла, чем на созданные с помощью людских инструментов. Я даже не заметил его хозяйку, когда она подошла ко мне, выйдя откуда-то сбоку со стороны леса, и обратил на нее внимание только тогда, когда она, смеясь, обратилась ко мне.

Ее звали Мия, и выглядела она как самая обычная девчушка, которые так часто захаживают к нашей ведьме за советами в отношениях.

Любовной магией наша Мойра заниматься категорически отказывается и зелий никаких для этого не варит, а вот в советах никогда не отказывает и не отказывает в настойках или других средствах, чтобы успокоить разгоряченные сердца и головы.

Конечно, Мия одевалась иначе, чем деревенские - всегда такая собранная и опрятная в нарядной белоснежной блузе с длинной до самых пят юбке или платье, с подобранными и уложенными вокруг головы волосами. Она, как и Мойра, никогда не создавала впечатление простой девушки. Ее внешний облик располагал, но не обманывал, а пронзительный пытливый взгляд и того больше создавал отчетливое ощущение, что от нее ничего не скроется, и видеть она способна гораздо больше, чем доступно глазам человеческим.

Благодаря тому глазу, что даровала мне Мойра, я видел вокруг Мии сияние, нежно-голубые потоки с серебряными прожилками, расходящиеся вокруг нее вовне и тянущиеся за ней следом. Кроме этого ее присутствию всегда сопутствовал легкий ненавязчивый цветочный аромат, хотя, как я после убедился, духами она не пользовалась.

Мия жила среди этого леса одна, и слуг у нее не было. В доме же у Мойры, даже если она отсутствовала, всегда было шумно и суетно, так как у нас, слуг, было много забот, да и сама наша хозяйка не поощряла бездействия. Но Мия, казалось, справлялась со всем без посторонней помощи и в этой суете не нуждалась.

В первый же день нашей встречи она пригласила меня на чай в саду, а после показала мне свои владения.

С волнением я принял ее приглашение, потому что у Мойры никогда не было времени для долгих разговоров, ни со своими посетителями, ни тем более со слугами. Мои коготки волнительно со стуком несколько раз скользнули по поверхности маленькой фарфоровой чашки с мелкой голубой росписью. Я запинался немного, когда Мия задавала мне вопросы, и мой голос подрагивал, когда я сам пытался ее о чем-то спросить. Я видел, что она заметила, как по моей шерстке бегают волны напряжения, заставляя ее то немного прижиматься к телу, то вставать на дыбы. Но она не подала виду и ни разу не заставила меня почувствовать себя некомфортно из-за очевидной разницы моих глаз, будто и не было различий между потрепанной пуговицей и стеклянным осколком.

Я стал наведываться к Мии всякий раз, когда мне предоставлялась возможность. И она всегда радушно меня встречала. По привычке я предлагал ей помощь по хозяйству в благодарность за ее гостеприимство, и она не отказывалась. Но у меня сложилось впечатление, что она соглашалась не столько, потому что на самом деле нуждалась в моей помощи, сколько хотела что-то показать или научить чему-то, что ей нравилось делать самой.

Огород у Мойры целиком и полностью был засажен тем, что требовалось ее посетителям или же ей самой для восстановления сил или приготовления пищи. У Мии же был сад, и хоть в нем также было место для целебных трав, но его было не так много, и оно не бросалось в глаза, нарушая гармонию с граничащим окружением.