Читать книгу: «Невеста принца»

ГЛАВА 1

Мерцающий свет свечей выхватывал из полутьмы бальной залы самые яркие украшения. Дамы плыли вдоль зала, грациозно подняв руки. Их кавалеры стояли напротив, ожидая смены партнерш.

И вот она встала перед ним. Тонкая, хрупкая, в светлом платье, украшенном одной-единственной розой. Ее волосы были убраны назад, открывая изящный изгиб шеи.

– Мне надо поговорить с тобой, Шарлотта, – сказал он хриплым от волнения голосом. – Где мы можем это сделать?

– Если ты имеешь в виду замок, то нигде, Магнус. Здесь повсюду глаза и уши прислужников дяди.

– Почему ты называешь его дядей? Ведь мастер Теобальдус тебе лишь дальний родственник.

– Когда после смерти отца он забрал мои проливы Рокморф, он приказал мне называть его так. Он всем говорит, что присматривает за ними, пока я не выйду замуж. В награду за труды он забирает все деньги с проходящих кораблей.

– Поэтому все хотят заполучить тебя.

– Нет, Магнус, – сказала Шарлотта с горечью в голосе. – Все хотят заполучить проливы.

Они сделали круг, и музыка закончилась. Магнус отвел ее в угол, где сидела ее мать, леди Урсула Рокморф. Это была грузная болезненная женщина с бледным лицом. Она поблагодарила Магнуса за труды.

– Не хочешь ли чего-нибудь освежающего, мама? – спросила Шарлотта.

– Я бы выпила бокал лимонада, – ответила Урсула своим вечно недовольным голосом. – Слуги каждый раз проходят мимо, будто меня не существует.

– В мире слуг всех, у кого нет денег, не существует.

– Как ты можешь такое говорить, – заволновалась леди Урсула. – Магнус бог знает что о нас подумает.

– Мы с Магнусом знаем друг друга с десяти лет. Вряд ли у меня остались от него тайны.

– И, тем не менее, тебе следует быть осторожной в выражениях, иначе ты никогда не найдешь себе мужа.

– У меня есть еще и проливы. Удачно, не правда ли, мама? – сказала Шарлотта и поспешно добавила. – Я принесу тебе лимонад. Магнус, ты не поможешь мне?

Когда они дошли до конца зала, Магнус осторожно взял ее за локоть и подвел к колонне, спрятав за ней от назойливых взглядов.

– Я люблю тебя, – произнес Магнус с неожиданной страстью в голосе.

Шарлотта растерялась.

– Раньше ты никогда не говорил мне таких слов.

– Потому что раньше у нас было время.

– Время для чего?

– Чтобы лучше узнать друг друга. Чтобы ты полюбила меня также страстно, как я люблю тебя. Теперь этого времени нет. Мы должны действовать быстро.

– Что случилось? – Она с тревогой посмотрела на него.

– Сегодня вечером твой дядя получил послание от королевы-матери. Из странствий вернулся ее младший сын.

– Принц Эдмунд?

– Он самый. Пока наследником был его старший брат, ему позволялось вести беспробудную жизнь кутилы и купаться в удовольствиях. Но теперь все изменилось.

Королеву-мать Изольду называли железной леди. И, действительно, чтобы пережить те страдания, что выпали на ее долю, требовалось немалое мужество.

Сначала трагическая смерть старшего сына и невестки на охоте. Затем уход мужа, не пережившего утраты. Расположенный на берегу моря, прикрытый от ветров и набегов горами, Валбертин со всеми дружил и торговал. Нейтралитет страны воспринимался соседями, точившими на него зубы, как вызов. Валбертину был нужен новый король.

– Ты должна уехать со мной, – прервал ее мысли Магнус.

– С тобой? Но зачем?

– Мой хозяин герцог Молтенбаш хочет жениться на тебе.

От изумления у Шарлотты округлились глаза. – Он же старый.

Она помнила, как когда она была еще девочкой, герцог гостил в доме дяди целых три дня. У него было странное желтое лицо из-за проблем с печенью. Во время визита вся семья и прислуга ходили на цыпочках.

– Вот почему это прекрасная идея.

– Прекрасная идея? – изумленно повторила Шарлотта. – Ты же говорил мне о своей любви. При чем тут старый герцог?

– Ваш брак будет только на бумаге, – уверил ее Магнус. – Герцог давно не способен выполнять супружеские обязанности. Когда он умрет, я женюсь на тебе. Мы будем править герцогством и проливами.

– Но что скажут дядя и все остальные?

– У нас будет много денег, и мы будем так счастливы, что все остальное не будет иметь значения.

– Да, – кивнула Шарлотта, – если у тебя много денег, мнение остальных не имеет значения. Но я совсем не так представляла себе замужество.

– В твоем положении не приходится выбирать, – жестко сказал Магнус.

Шарлотта подняла на него глаза.

– Но ведь я могу не понравиться принцу, и он откажется жениться на мне.

– Король наделал много долгов. Большая часть дохода королевства идет на их уплату. Принцу нужны живые деньги. Единственный источник постоянных поступлений…

– Проливы Рокморф, – закончила его слова Шарлотта.

– Вечно текущая река денег.

– Река, из которой ни я, ни моя мать не получили ни капли. – Шарлотта резко вскинула голову. – Сначала все тратил отец, а после его смерти дядюшка Теобальдус. Теперь река потечет прямо в королевскую казну. И опять мимо нас с матерью.

– Послушай меня, Шарлотта. – Магнус взял ее руку в свою. – Если ты хочешь быть свободной, то выйти замуж за герцога Молтенбаша будет разумным решением.

– Нет, – качала головой Шарлотта. – Должен быть еще какой-то выход.

– Или ты можешь выйти замуж за принца Эдмунда, который ни в грош тебя не будет ставить. Который променяет тебя на любую девицу из борделя.

– Нет, – возразила Шарлотта. – Принц не может быть таким человеком.

* * *

– Если вы еще раз не поцелуете меня, я умру от горя, – произнесла женщина игривым голосом.

Тонкая сорочка очерчивала ее округлости. Белые мраморные плечи призывно покачивались. Мужчина, лежавший на шелковых подушках рядом с ней, улыбнулся и провел пальцем по плечу.

– Вам пора, Вивиан, – сказал он.

Глубокий баритон, который Эдмунд унаследовал от своего отца, обволакивал обычных женщин и лишал их силы. Но графиня Вивиан Хейз была женщиной необычной. Грациозными кошачьими движениями она продвигалась по кровати к нему. Он, не отрываясь, смотрел на вырез ее сорочки, который ничего не скрывал.

– Позвольте мне решать, Эдмунд, когда мне уходить, – сказала она и призывно выгнулась.

Он замер и заложил за голову руки. Его тело казалось высеченным из камня.

– Здесь решаю я, – сказал он.

Его негромкий голос прозвучал как пощечина. Она остановилась, как если бы наткнулась на стену.

– Конечно, дорогой, – заворковала она. – Я иногда забываю, что вы принц, будущий король. Для меня вы всего лишь мужчина.

Принц Эдмунд не стал напоминать графине Хейз, что она славилась не только красотой, но и обширными любовными связями. С одной стороны, они помогали карьере ее мужа. С другой, придавали ей ореол опытной женщины.

На эту приманку клевали другие мужчины, и принц не стал исключением. Он отдал должное прелестям и живости графини. Но теперь ему хотелось побыть одному.

– Ваш муж знает о нас? – спросил Эдмунд Вивиан.

– Я ему не сообщала, но, уверяю вас, при дворе найдутся добрые души, которые ему все расскажут.

– Он не против?

– Государственные дела интересуют его гораздо больше моих. К тому же он вернется только через месяц, как раз к вашей свадьбе.

– Ах, да, через месяц я должен быть женат. Я все время забываю об этом.

– Королевская свадьба не каждый день проходит.

Она протянула руку к его загорелой коже и начала пальчиками шагать вверх. Он слегка дернулся от щекотки. Она тихо засмеялась и продолжила. Он резко развернулся, перехватил ее руку и привлек к себе и заключил в объятья.

Графиня одержала верх в этом поединке.

Позже, когда они, утомленные, лежали на подушках, графиня напомнила.

– Завтра отправляется корабль за вашей невестой.

– Уже?

– Да, я слышала, как об этом говорили министры в вашей приемной. Вы уже видели вашу невесту?

– Я видел только ее приданое, проливы Рокморф. Должен сказать, они божественно прекрасны. Я бы женился и на ведьме, чтобы заполучить их.

Графиня рассмеялась.

– Мой муж говорит, что дядя вашей невесты держал племянницу взаперти. Так что вряд ли вам стоит ожидать от этой дикарки приличных манер. Вам повезет, если она умеет пользоваться ножом и вилкой.

– Не забывайте, что вы говорите о моей будущей жене.

– После того, как она родит вам наследника, вы оба можете разойтись в разные части дворца и раскланиваться лишь на приемах. Многие пары так живут.

Эдмунд нехотя признал, что она права. Он видел супругов, которые общались с животными теплее, чем друг с другом.

Взгляд Эдмунда скользил по изгибу груди, изящной шее, длинным шелковым волосам, которые она подняла вверх и закрепила заколкой с рубинами. Когда она повернулась к Эдмунду, в ее зеленых глазах сверкали озорные огоньки.

Это была настоящая женщина. Это была желанная женщина. Она позволяла ему чувствовать себя необыкновенным любовником.

Он накинул шелковый халат с кистями, чтобы проводить ее.

– Послушайте, Эдмунд, – нежным голосом сказала она. – Вы выглядите сильным и грозным. И ваши широкие плечи сводят меня с ума.

– Благодарю вас, графиня, вы очень любезны.

– Но мне кажется, что в глубине души вы очень уязвимы. Ваша кожа может выдержать удар меча, о чем свидетельствуют ваши шрамы. Но она недостаточно толста, чтобы снести тысячи мелких уколов.

– Что вы имеете в виду?

– Сплетни, слухи, разговоры за вашей спиной. Ваша будущая жена, сама того не подозревая, может нанести вам раны. Она выходит замуж за принца, а не за мужчину. Она совсем вас не знает. Не хотите ли проверить ее?

– Каким образом?

– Вы могли бы послать на корабле какого-нибудь повесу, чтобы он соблазнил ее. – Если она устоит, вы можете быть уверены, что она станет достойной принцессой. Если же нет, то, чтобы избежать скандала, ее семья отдаст вам проливы и без брака.

Эдмунд задумался. Идея получить постоянный источник денег для казны и остаться свободным показалась ему любопытной.

– Я могла бы порекомендовать вам несколько подходящих людей, – продолжала графиня. – Каждый из них будет рад выполнить поручение вашего высочества.

– Я подумаю об этом, – сказал он.

Она потянулась к нему, обвила руками шею и притянула его голову к себе.

– До свидания, моя любовь, – прошептала она. Ее губы прижались к его губам.

Он ответил на поцелуй, но через мгновение отстранился, давая понять, что прием окончен.

– Когда мы снова увидимся? – спросила она, кутаясь в плащ.

– Я буду занят подготовкой к свадьбе, – ответил он.

– Весь месяц? – Вивиан капризно надула губки.

– Вы сами сказали, что я должен серьезно отнестись к своим обязанностям. Я все-таки будущий король. Надеюсь, вы доставите мне удовольствие своим присутствием на моей свадьбе, – сказал Эдмунд и чуть тише добавил. – Если она состоится.

Глаза Вивиан наполнились осторожной радостью. Похоже, идея с проверкой невесты перед свадьбой пустила ростки.

Оставшись один, Эдмунд погрузился в раздумья. Идея с соблазнением невесты нравилась ему все больше. Если она выдержит проверку, то все можно представить как шутку или тест на высокий пост, которую будущая принцесса с честью прошла. Если же она поддастся искушению, то корабль с невестой будет развернут на полпути и ее вернут в дом дяди.

Дело было настолько деликатным, что его можно было поручить только проверенному человеку. Это также должен быть человек, который сможет вовремя остановиться и не нанести непоправимого урона чести девушки. Достаточно лишь намека на скандал, чтобы добиться нужного результата.

Выполнив поручение, человек должен хранить молчание и никогда никому не рассказывать о деталях. К счастью, принц Эдмунд знал такого человека, доверял ему и вполне на него полагался.

Он решил поручить это задание себе.

ГЛАВА 2

Вечеринка по случаю дня рождения дяди была в полном разгаре. Почти две сотни гостей наполнили бальные залы.

Как все люди, сколотившие капитал своими силами, Теобальдус был скуп. Он торговался с продавцами мяса и овощей. Он ни на грош не уступал портным и сапожникам. Он покупал только те вещи, которые были практичными и служили долго.

Однако день рождения был исключением. В этот день дом Теобальдуса посещали бедный аристократы в поисках дочерей богатых горожан. Титулованные матери надували щеки и придирчиво осматривали товар на выданье. Теобальдус был полезен обеим сторонам. Его приглашения принимались с благодарностью, а сам он заводил полезные связи.

Шарлотта и Магнус продолжали беседу. Любая другая пара наверняка вызвала бы кривотолки, но эти двое были друзьями детства, что давало определенные привилегии.

С юных лет Магнус Ратнер выполнял поручения герцога Молтенбаша, земли которого граничили с королевством Валбертин, где жила Шарлотта. С помощью деликатности, таланта и невероятного терпения, Магнусу удалось стать доверенным лицом герцога. Это принесло ему немалое состояние. Но он всегда мечтал о большем.

– Ты когда-нибудь встречался с принцем? – спросила Шарлотта.

– Нет, – ответил Магнус. – Его почти никто не видел. Когда он отправился в путешествие, он был худым нескладным подростком. Но это было много лет назад.

– Нам пора возвращаться к маме. Найди, пожалуйста, бокал лимонада.

– Что ты решила? – Магнус заглянул ей в глаза.

– Мне нужно подумать.

Магнус принес два бокала и повел ее мимо гостей. Они прошли мимо стайки разгоряченных девиц. Одетые в свои лучшие платья, они хихикали, обсуждая кавалеров. Претенденты на их руки столпились в другом конце зала, потягивая вино и шампанское. Им тоже было что обсудить.

– Неужели я не имею права голоса, когда речь идет о моем замужестве? – В голосе Шарлотты слышалось отчаяние.

– Ты прекрасно знаешь, что нет. Девушке твоего круга однажды представляют человека, с которым она едва перекидывается парой слов, а потом идет к алтарю.

– Я всегда думала, что со мной этого не случится.

– Почему?

– Потому что дядя Теобальдус слишком любит деньги. Он очень хитрый и непременно найдет способ не отдавать будущему мужу мое приданое. Мне казалось, что если я найду человека, которого я полюблю и который будет любить меня, то мы сможем договориться с дядей. Он отдаст нам коттедж где-нибудь в деревне, где мы будем жить, растить детей и быть счастливы.

Магнус посмотрел на нее с усмешкой.

– Ты можешь договориться с дядей, но не с королевой Изольдой. Если она хочет проливы, то она их получит. Пусть даже ей придется женить принца Эдмунда против его воли.

– Так он не хочет жениться?

– Он сделает то, что ему прикажет мать.

– Даже если это сделает его несчастным?

– Для несчастных мужей остров Веселья открыт днем и ночью.

– Шарлотта, где ты? – раздался встревоженный голос матери.

– Иду, мама, – отозвалась Шарлотта.

– Мы должны действовать быстро, – заторопился Магнус. – Если ты согласишься уехать со мной, я все устрою.

– Я не могу сейчас решать. Мне нужно подумать. Мне нужно выяснить, правда ли, что все уже решено. Или все же есть надежда.

– Я навещу тебя завтра, – пообещал Магнус. – Надеюсь, к тому времени у тебя не останется иллюзий.

Урсула приняла из его рук бокал и поблагодарила. Магнус откланялся.

Музыканты начали новый танец. Один из гостей пригласил Шарлотту, но она вежливо отказалась, сославшись, что ей нужно побыть с матерью.

– Что еще за выдумки? – подняла брови Урсула. – Я прекрасно обхожусь без тебя. Иди танцевать.

– Мне не хочется, мама.

– В молодости мы слишком поспешно принимаем решения, о которых в старости очень жалеем. – Урсула положила свою пухлую руку на руку дочери и сжала ее. – Ты не только очень красивая, но и очень умная девочка. Не делай непоправимых ошибок.

– Я постараюсь, – пообещала Шарлотта, целуя ее в щеку. – Если не для себя, то, хотя бы, для тебя.

Урсула не могла определить по ее тону, серьезна ли ее дочь или шутит.

Весь следующий час Теобальдус прощался с гостями. Урсула и Шарлотта вернулись в свои комнаты в дальней части дома.

Шарлотта быстро сняла бальное платье и расчесала волосы. Мать вошла к ней без стука, чтобы забрать драгоценности и положить их в шкатулку, ключ от которой она всегда носила с собой. Едва Шарлотта вернула ей жемчужный браслет и кольцо, как в соседнюю дверь постучали.

– Кто там? – отозвалась Урсула. – Я у Шарлотты.

– С вами хочет поговорить мастер Теобальдус, – отозвался посланник.

Урсула открыла дверь, и на пороге возник слуга дяди.

– Сейчас? – возмутилась Урсула. – Уже полночь. Это не может подождать до утра?

– Дело очень серьезное, мадам. У мастера личный посланник королевы.

У Шарлотты упало сердце. Значит, Магнус не солгал ей.

– Что бы это значило? – спросила Урсула, посмотрев на Шарлотту.

– Не знаю, мама, – ответила она, притворно зевая. – Что бы там ни было, не буди меня по возвращении. Я очень устала.

Шарлотта слышала, как мать вскоре вернулась от дяди и еще долго не могла успокоиться, меряя шагами комнату. Возможно, Шарлотте стоило встать и пойти к матери, но тогда та не дала бы ей уснуть до утра. Шарлотте нужны были силы, чтобы говорить с матерью и дядей о своей судьбе, чтобы отстаивать то, что ей было дорого.

* * *

– Я хочу поговорить с тобой, Шарлотта, – сказала мать после завтрака.

Они вышли из дома и направились вниз по холму к реке.

– Дядя Теобальдус хотел сам сообщить тебе эту новость, но мы решили, что будет лучше, если я подготовлю тебя к разговору.

– Подготовишь меня? В каком смысле?

– Я хотела, чтобы ты осознала, как тебе повезло. Наша семья и дядя Теобальдус возлагаем на тебя определенные надежды, – продолжила Урсула. – После смерти отца дядя дал тебе приют.

Шарлотта хотела напомнить матери, что дядя Теобальдус взял ее в свой дом, отняв ее собственный. Тот, что полагался ей по закону. Он также отнял у нее деньги, которые все это время клал в свой карман.

– Вчера вечером, когда Теобальдус пригласил меня, у него был посланец королевы Изольды.

Урсула выждала паузу, чтобы Шарлотта осознала важность момента. Та безучастно разглядывала свои руки.

– Не каждый месяц к нам приезжает посланец королевы, – повысила голос мать. – Я думала, это произведет на тебя впечатление.

– Да-да, разумеется, – торопливо отозвалась Шарлотта. Мать не должна была заподозрить, что дочери уже все известно. – Я не хотела тебя прерывать. Так что сказал посланец?

– Мы с твоим дядей обсуждали политику, – торжественно произнесла Урсула. – И оба пришли к выводу, что положение нашего королевства очень шаткое. Валбертин всегда старался быть независимым. Мы могли себе позволить не вступать в союзы и соблюдать нейтралитет. Но ситуация изменилась.

– Каким образом?

– Отношения между Верхними и Нижними королевствами становятся все более напряженными. Каждое из них пытается вынудить королеву-мать вступить в союз с именно с ним. Единственный способ сохранить нейтралитет – это взять проливы между королевствами под прямой протекторат, сделать их частью королевских земель. Ты принесешь проливы в приданое принцу Эдмунду. – Голос матери звучал торжественно и радостно. – Дорогая моя девочка, ты станешь принцессой, а потом и королевой! Мы с твоим отцом не могли и мечтать о таком счастье.

Шарлотта по-прежнему не издала ни звука.

– Я понимаю, ты в шоке, – продолжила Урсула. – Тебе придется покинуть дом, где ты выросла. Хотя я, конечно же, поеду с тобой ко двору. Надеюсь, что для матери будущей королевы найдется приличный особняк с прислугой. Если бы твой дорогой папа был жив, он бы также радовался как я.

– Дело ведь только в проливах, да, мама? – тихо спросила Шарлотта.

– Что ты хочешь, чтобы я тебе сказала? Что если бы у тебя не было такого приданого, принц не посмотрел бы в твою сторону? У тебя прекрасные голубые глаза, нежная кожа, стройная фигура. Ты очень привлекательна. Может быть, у тебя был бы шанс.

В глубине души Урсула надеялась, что удачный брак ее дочери поможет ей хотя бы немного поправить положение. Но она и мечтать не могла и мечтать, что ее дочь выйдет замуж за принца. Сердце матери переполнялось благодарностью судьбе за этот подарок.

Отец Шарлотты умер, когда ей было десять, она жила в доме дяди. У них было очень мало денег, и они целиком зависела от благосклонности Теобальдуса. Он давал им понять, что они лишь бедные родственники, которые полностью зависели от его покровительства. Сначала мать учила Шарлотту не огорчать дядю, а потом это переросло в стремление не огорчать никого.

– Что будет, если я откажусь? – спросила Шарлотта.

– Что? – не поняла Урсула. – То есть, как откажешься?

– Например, я скажу, что выходить замуж за человека, которого я никогда не видела, очень неосмотрительно. Он может оказаться негодяем. Или кутилой, который растратит все деньги. Или он окажется тираном, который запрет меня в моих комнатах, а сам будет развлекаться.

– Дорогая моя, – вздохнула мать, – королевские браки всегда заключаются по расчету.

– Иногда расчет не оправдывается.

– В любом случае, у тебя будет крыша над головой и положение в обществе. Когда ты подаришь его величеству сына, ты сможешь вести более свободный образ жизни.

– Тогда я, возможно, смогу конкурировать с женщинами с острова Веселья.

Урсула едва не задохнулась от негодования.

– Как ты можешь такое говорить! Откуда ты вообще узнала об острове?

– Все о нем знают.

– Молодой незамужней девушке не пристало вести подобные речи. Бог знает, чем они там занимаются, на этом острове.

– Так ты тоже не знаешь? – притворно скромно спросила Шарлотта. – У кого бы тогда спросить? Может быть, у леди Мэйлин?

При одном упоминании имени этой женщины Урсула побагровела.

Леди Мэйлин была одной из тех женщин, что рано вдовеют и потом никогда не выходят замуж. Она говорила, что однажды почувствовав вкус свободы, она уже не может с ней расстаться.

Леди Мэйлин жила в доме неподалеку от гавани. Шарлотта бегала к ней тайком, чтобы послушать рассказы о городах, в которых она бывала и о людях, которых встречала. Шарлотте нравилась свобода, с которой Леди Мэйлин говорила об отношениях мужчины и женщины. У нее был острый язычок, и она не давала спуску никому. Ее покойный муж лорд Мэйлин был известным дипломатом. Она объездила с ним много стран.

Она была уже очень стара и почти не выходила из дома. Каждый раз, когда Шарлотта приходила к ней, она жадно расспрашивала о событиях, происходивших в доме, городе, королевстве. Она расстраивалась, если ничего не происходило, но если Шарлотта приносила какую-нибудь забавную новость, леди Мэйлин в ответ рассказывала о скандалах, интригах и страстных любовных похождениях.

Видя, как одно упоминание леди Мэйлин едва не довело мать до припадка, Шарлотта поспешила ее успокоить.

– Я шучу, мама, – сказала она. – У меня нет ни малейшего желания выяснять подробности об острове Веселья.

– И слава богу, – заключила мать. – Они тебе никогда не пригодятся.

– Почему?

– Потому что это может произвести неблагоприятное впечатление на мужа и его родных.

– Разве девушки из приличных семей чем-то отличаются от девушек с острова? Разве мы не продаем себя также тому, кто предложит большую цену? Только девушки с острова продают себя открыто, а девушки из семей вроде нашей делают вид, что кольцо на пальце все меняет.

– Если кто-нибудь, и не дай бог королева-мать, услышат твои слова, они будут в ярости.

– Не волнуйся, мама. У меня хватит ума, не говорить подобного при королеве.

Они остановились. Шарлотта обняла мать. Они постояли вместе какое-то время.

С вершины холма открывался великолепный вид на пристань. Шарлотта любила ходить сюда и смотреть на корабли. Ветер надувал их паруса, и они казались ей великанами, медленно скользящими по воде.

Когда она была совсем маленькой, она мечтала, что однажды капитан одного из них подойдет к ней и скажет «я приехал, чтобы увезти вас отсюда навсегда». Он проводит ее в каюту, где будет небольшая кровать и стол. За этим столом она будет вести дневник своего путешествия.

Сейчас она стояла и прощалась с домом, в котором выросла. Холм с видом на гавань, которому она доверяла свои маленькие тайны, тоже оставался позади.

– Подумай, девочка, какая это прекрасная возможность, – продолжила уговоры мать. – У тебя будут самые лучшие туалеты и драгоценности. Раньше мы не могли себе позволить дорогие наряды. Тебе, бедняжке, самой приходилось шить себе платья как какой-нибудь простолюдинке, – почти извиняющимся тоном сказала Урсула.

– Я не жалуюсь, мама.

– Да, разумеется, но теперь тебе нужна как минимум дюжина вечерних платьев. И еще дневные туалеты, и, конечно же, свадебное платье.

Урсула любовалась дочерью, ее голубыми глазами, обрамленными длинными темными ресницами. Золотые волосы блистали под теплым весенним солнцем. Шарлотте повезло, что она унаследовала изящное строение матери, а не крепкие кости отца. Со своей бледной розово-белой кожей, казавшейся временами прозрачной, она казалась хрупкой фарфоровой статуэткой.

Настала пора найти для этого фарфора подходящее обрамление. Нужно непременно будет выбросить старые платья и заменить их новыми, сшитыми из самых дорогих тканей. Скупому Теобальдусу придется раскошелиться ради такого случая.

Мать знала, что ее дочь, при всей ее кажущейся браваде, очень ранима. Она слишком чувствительна для той роли пешки в большой политической игре, которую ей предлагалось играть.

Невинность Шарлотты, ее безыскусность могут стать причиной множества ошибок и сделать ее жизнь при дворе сущим адом.

– Быть принцессой не только большая честь. У тебя также будет много обязанностей. Тебе придется посещать благотворительные балы и больницы для бедных. Тебя будут бесконечно просить об одолжениях. Ты должна будешь выбирать, кому помочь, потому что помочь всем ты не сможешь.

– Ты хочешь сказать, что пока мой муж будет веселиться, я буду заниматься делами, – поддразнила ее Шарлотта.

– Если тебе повезет в браке, то вы все будете делать вместе. Если же нет, то ты посвятишь себя заботе о своих подданных.

– Да, мама, ты права.

Шарлотта посмотрела на дом леди Мэйлин. Мать проследила за ее взглядом.

– Не говори мне, что ты собираешься идти к этой женщине.

– Было бы невежливо уехать, не попрощавшись. Ты не находишь?

Не дожидаясь ответа, Шарлотта поцеловала мать в щеку и пошла легким шагом по тропинке.

ГЛАВА 3

– Входи, дитя мое, – раздался тихий голос.

Шарлотта благодарно кивнула слуге, который доложил о ее приходе, и прошла в гостиную Леди Мэйлин. Она сидела в кресле у окна, выходящего на пристань. Лучи весеннего солнца освещали ее морщинистое лицо. Несмотря на возраст, она все еще была очень привлекательна.

Каждое утро леди Мэйлин тратила больше двух часов на утренний туалет. Она придирчиво выбирала, что надеть сегодня. Ее редко посещали гости. Но она не раз говорила Шарлотте, что настоящая леди всегда должна быть одета так, что может, не переодеваясь, принять особу королевской крови.

– Как поживает твоя матушка? Здоров ли дядюшка? – спросила леди Мэйлин и, не дожидаясь ответа, продолжила. – Если никто не умер прошлой ночью, то не будем тратить время на бесполезную болтовню. Ты принесла мне в клювике что-нибудь интересное, моя птичка?

Она показала на кресло напротив, и Шарлотта села в него.

– Сегодня у меня две новости, – торжественно начала она. – Я расскажу их вам только если вы обещаете в обмен ответить все мои вопросы.

– Ты хочешь получить все ответы за две новости? Такой обмен не кажется мне равноценным. Впрочем, давай начнем с первой и посмотрим, так ли она хороша.

– Принц Эдмунд вернулся в страну.

Леди Мэйлин фыркнула, смешно сжав свои маленькие губки.

– Ты опоздала со своей новостью. Вчера мимо моего дома проходили двое купцов, которые привезли сюда товар. Я услышала имя принца Эдмунда в их разговоре и приказала слуге пригласить их на чай. В столице только и говорят о принце.

– Что именно?

– Что он повеса и не пропускает ни одной юбки. Что королева-мать с ног сбилась, пытаясь заставить его заниматься государственными делами. Что он проводит почти все время с командой своего корабля и дичится общества, так что его мало кто видел.

– Не слишком приглядная картина, – сказала удрученная Шарлотта. – Не так я представляла себе будущего короля.

– Дорогая, – пожала плечами леди Мэйлин. – Он ведь и не собирался становиться королем. Его страсть – путешествия и женщины. Его старший брат должен был унаследовать корону. Но обстоятельства сложились иначе.

– Путешествия и женщины, – повторила Шарлотта. – Звучит не слишком привлекательно для его будущей жены.

– Кто откажется быть принцессой? – сказала Леди Мэйлин и рассмеялась. – Даже если он окажется уродливым горбуном.

Шарлотта внезапно осознала, что никто так и не сказал ей, как выглядит принц. Ни мать, ни дядя, ни посланец королевы не упоминали о его внешности. Что если он на самом деле уродливый горбун, и злобный к тому же?

– Детка, ты помрачнела, – обеспокоенно сказала леди Мэйлин. – Тебе не стоит переживать за будущую жену принца. Это дело ее семьи. К тому же, чем больше скандалов во дворце, тем больше тем для разговора вне его. Подданные обожают перемывать косточки королевским особам, значит, и нам с тобой будет, о чем поговорить.

Шарлотта посмотрела в окно. Леди Мэйлин залюбовалась ее профилем и изящным изгибом шеи. Этой девушке еще долго не понадобятся те многочисленные баночки и склянки, что горой стояли на туалетном столике леди Мэйлин.

– Ты чем-то огорчена, дитя мое?

– Принц Эдмунд женится.

– Что? – воскликнула леди Мэйлин. – Откуда ты знаешь?

– Вчера в нашем доме был посланник королевы.

Леди обиженно поджала губы.

– Он, видимо, очень торопился, и потому посетил только ваш дом. – Она произнесла слово «только» с особым ударением. – Будем радоваться, что почтенный Теобальдус пользуется расположением двора. Из этого непременно нужно извлечь выгоду. – Глаза леди Мэйлин загорелись. – Если твоего дядю пригласили на свадьбу, попроси его взять тебя с собой. Это лучшее место, чтобы найти жениха. Ты же не собираешься искать его в нашей деревне?

– Мне уже нашли жениха, – тихо сказала Шарлотта.

– Кто же это? Не говори, я сама догадаюсь. Надеюсь, это не увалень Питер, сын вашего соседа?

– Нет.

– Я видела, как парень поглядывает на тебя и боялась, что дядя поддастся на уговоры его отца. Как насчет Альфонса, сына Бедрика Благочестивого? Мы встречались на спектакле заезжей труппы в прошлом году. Он недурен и, кажется, неглуп.

Шарлотта покачала головой.

– Ты же не хочешь сказать, что выходишь замуж за принца? – Леди Мэйлин захохотала.

Шарлотта опустила голову, и леди прервала смех. Глаза ее расширились.

– Так посланец королевы приезжал, чтобы говорить о твоей свадьбы с принцем Эдмундом? Вот это новость так новость, – произнесла она, не отрывая глаз от Шарлотты. – Как себя чувствует ваше будущее высочество?

– Как птица, у которой железную клетку поменяли на золотую. Ему нужна не я, а мои проливы, которые идут в качестве приданого.

– Дорогая моя, жениться по расчету – удел не только королей, но и всех людей с состоянием. Стать принцессой не самый плохой выбор, поверь мне, я знаю, о чем говорю. И королевский дворец не самое худшее место.

– Моя мама только и твердит об этом.

– И правильно делает. Твой отец был бы счастлив, если бы дожил до этого дня.

– Возможно, вы правы, – уклончиво ответила Шарлотта. – Вы бывали во дворце?

– Разумеется.

– С мужем?

– И с мужем, и без. – Леди Мэйлин снова залилась смехом.

– Так это правда? – Глаза Шарлотты расширились. – Что говорят о покойном короле.

– И что же о нем говорят?

Шарлотта потупилась. Хотя леди Мэйлин поощряла откровенность, Шарлотта все же никогда не обсуждала с ней настолько деликатные темы.

– Говорят, что каждый раз, когда король изменял королеве, он преподносил ей в дар платье и драгоценные украшения.

– Это правда, – спокойно кивнула леди.

– Я не понимаю. – Шарлотта вскочила и в волнении начала ходить по комнате. – Если все об этом знали, как королева могла надевать эти наряды и украшения? Это все равно, что повесить объявление на воротах.

Леди окинула взглядом свою порывистую собеседницу.

– Дорогая моя девочка, – произнесла она с неожиданной теплотой в голосе. – Я иногда забываю, что ты еще так молода и не знаешь жизни. Как король покойный Вильям был гораздо лучше, чем как человек. Он заботился о своей стране и делал все для ее процветания. Ко всему прочему, он был очень приятным мужчиной с прекрасными манерами и обворожительным голосом. У женщин подгибались колени, когда он с ними заговаривал.

– И у вас тоже? – шаловливо спросила Шарлотта.

– Разумеется, я же женщина, – рассмеялась леди Мэйлин. – Он умел ценить прекрасное.

– И он вас… оценил?

– Я горжусь тем, что платье и драгоценности, которые он подарил королеве за меня, были самого высшего качества. Ты знала, что королева Изольда поставила ему условие: плата за каждую новую любовницу должна быть выше, чем за предыдущую.

Видя ошарашенное лицо Шарлотты, леди Мэйлин снова разразилась хохотом.

– Заметь, дорогая, – говорила она сквозь смех, – насколько труднее это делало задачу короля.

– Новая любовница должна была стоить затрат.

– Именно! Так было покончено с проходными актрисами и девицами с острова Веселья.

Шарлотта вздохнула.

– Что если принц Эдмунд унаследовал привычки своего отца?

– Ты достаточно красива и умна, чтобы справиться с мужчиной.

– С мужчиной может быть, но не с принцем.

– Разве принц не мужчина? Разве у него не учащается пульс при виде красивой женщины?

– Даже если наш брак по расчету?

Леди Мэйлин сделала приглашающий жест, и Шарлотта вернулась в кресло напротив.

– Браки по расчету совершаются ради сделок с землей и недвижимостью. Две семьи объединяются и становятся кланом, который действует в общих интересах. Это лишь одна часть истории.

Она сделала паузу и продолжила другим голосом.

– Вторая – это встреча мужчины и женщины. Если им повезет, они станут любовниками и друзьями. Если нет, то дальними родственниками, которые встречаются друг с другом на семейных торжествах. В этом случае женщина уходит с головой в дела дома и семьи, а мужчина ездит с друзьями на остров Веселья.

– Вы там были?

– Один раз с мужем. Твои глаза снова похожи на два блюдца. Мне надо чаще дразнить тебя.

– Но разве так можно?

– На острове действует лишь одно правило: все, что доставляет удовольствие, разрешено.

– Расскажите мне о нем, – попросила Шарлотта.

– Вряд ли твоя мама одобрит этот разговор.

– Мы ей не скажем.

Леди указала на плед на диване. Шарлотта принесла его и укутала ей колени.

– Вечный холод один из постоянных спутников старости, – сказала леди. – В любой другой день я бы не стала разговаривать с тобой об острове. Но поскольку ты выходишь замуж, то тебе надо иметь хотя бы общее представление о том, что тебя ждет.

– Вы имеете в виду то, что происходит между мужчиной и женщиной в брачную ночь? – притворно-невинным голосом произнесла Шарлотта. – Я выросла на ферме и многое видела.

– Боже, какой ужас! – всплеснула руками Леди Мэйлин. – Надеюсь, твой будущий муж черпает свои знания из других источников. Не хотелось бы, чтобы весь королевский дворец шептался о ваших «фермерских привычках».

Они обе расхохотались.

ГЛАВА 4

Вернувшись от леди Мэйлин, Шарлотта нашла мать в гостиной, где она диктовала список всего необходимого для нового гардероба Шарлотты. Водя пером по бумаге, писец то и дело поглядывал на хозяина, ожидая возражений, но обычно прижимистый Теобальдус на этот раз только кивал. Все считали его скупым, но он называл себя расчетливым. Он знал, когда нужно считать каждый грош, а когда мелочиться не стоит. Для девушки, живущей в доме дальних родственников достаточно самого простого, для будущей принцессы – только самое лучшее.

Шарлотта увидела в окно всадника, подъезжающего к дому. Осторожно спустившись по лестнице для слуг, она открыла входную дверь. Магнус спешился и передал поводья конюху. Прежде, чем он успел заговорить, Шарлотта приложила палец к губам и сделала знак следовать за ней. Стараясь ступать тихо, они прошли по коридору в ее комнату.

Небольшой диван у окна, камин с решеткой и узкая кровать у стены, на которой не было даже балдахина – вот и все, что составляло убранство комнаты будущей принцессы. Магнус, в подбитом тонким мехом плаще и роскошном камзоле с вышивкой, казался пришельцем из другого мира.

– Что ты решила? – спросил он вместо приветствия.

– У меня нет выбора, – ответила она. – Мне придется выйти замуж за принца. Так решил дядя Теобальдус. Так говорит мама.

– Но это неправда, что у тебя нет выбора, – возразил он. – Если ты согласишься, то я сегодня же ночью увезу тебя в Молтенбаш. Завтра ты обвенчаешься с герцогом.

– Зачем мне выходить за этого чудовищного человека?

– Затем, что его смерть подарит тебе свободу и состояние.

– Желать смерти другому грех.

– Некоторые люди ее заслуживают. Смерть давно должна была прийти за герцогом.

– Не говори так, Магнус.

– Почему? – почти развеселился он. – Ты слишком невинна, чтобы думать о таких вещах? Нет, дорогая Шарлотта, я тебя знаю. Смерть отца заставила тебя рано повзрослеть. Жадные родственники отняли то, что по праву принадлежит тебе. Мне больно смотреть на твои страдания.

– Тебе недолго осталось. Я хотела лишь попрощаться с тобой. Сегодня мы видимся в последний раз.

– Не говори так, – взмолился он. – Прошу, выслушай меня. Моя идея только на первый взгляд безумная. Но если ты хорошенько ее рассмотришь, она тебе понравится.

– Идея выйти замуж за старика вместо молодого принца, будущего короля. Ждать смерти вместо того, чтобы радоваться жизни. Эта идея должна мне понравиться?

– Так ты мечтаешь быть принцессой. – Магнус сжал губы. – Ты такая же, как все женщины. Тебе нужны лишь наряды и развлечения.

– Что в них плохого? – наступала на него Шарлотта. – Если бы ты только знал, как я устала перешивать старые платья.

– Новые платья не решат твоих проблем. Как и корона на голове. Если ты думаешь, что она сделает тебя счастливой, то ошибаешься.

– Почему ты так уверен, что она сделает меня несчастной?

– Потому что принцу Эдмунду нужно лишь твое приданое. Получив его, он поедет развлекаться к красоткам на остров Веселья. Ты останешься одна, окруженная фрейлинами, которые будут зорко следить за тем, чтобы ты вела себя подобающе.

– Ты хочешь сказать, что для мужчин одни правила для мужчин, а для женщин другие.

– Так устроена жизнь, моя дорогая. Мужчины разбивают женщинам сердца и идут дальше.

– Сколько сердец ты разбил?

– Немало, – уклончиво ответил Магнус. – Но я не предлагаю тебе любовь. Я предлагаю тебе честную сделку. Ты выходишь замуж за герцога и после его смерти получаешь свободу и возможность распоряжаться своим и его богатством. После чего ты вознаградишь меня, и все будут счастливы.

– Особенно герцог, – язвительно вставила Шарлотта.

Магнус подошел к ней близко.

– Я когда-нибудь лгал тебе? – спросил он. Она отрицательно покачала головой. – Мы всегда были добрыми друзьями. Все эти годы я видел, как ты расцветаешь. Я считаю, что ты заслуживаешь больше, чем стать игрушкой в руках мужчины, который презирает тебя и смотрит как на вещь.

Шарлотта почувствовала себя неловко под его пронзительным взглядом и сделала шаг назад. Магнус обиженно вскинул подбородок, отступил к окну и сложил руки на груди.

– Я не пророк, но могу предсказать, что произойдет, – начал он ровным голосом. – Сначала ты влюбишься в Эдмунда.

– Почему ты так думаешь?

– Потому что все женщины влюбляются в титулы. Громкое звание делает глупца умнее, а урода привлекательнее. Потом он возьмет все, что принадлежит ему по праву, после чего разобьет тебе сердце.

Она слушала его надменный монолог, и в душе у нее рос протест.

– Твои краски мира слишком мрачны.

– Потому что я знаю мужчин, знаю двор и все, что в нем происходит. Ты много раз говорила мне, что больше всего на свете ненавидишь ложь. Так вот, ты будешь получать ложь на завтрак, обед и ужин. Ты будешь купаться в ней, дышать ей и задыхаться от нее. Королевский двор пропитан ложью как ядовитыми парами. Тебе придется или стать такой же, как они, или умереть.

В его голосе звучали боль и тревога за нее. Магнус много путешествовал, бывал при дворе и многое видел. У него было больше опыта и знаний. Его искренность подкупала.

– Я верю тебе, – сказал Шарлотта. – Но я не могу согласиться на твое предложение.

– Почему? В нем есть здравый смысл.

– В нем нет…

– Чего? – спросил он, подходя ближе.

Она подняла на него глаза и храбро, с вызовом в голосе, ответила:

– В нем есть здравый смысл, но нет любви.

В глазах Магнуса внезапно вспыхнул огонь. Он тяжело вздохнул, упал перед ней на колени и взял ее руки в свои. Шарлотту испугал его внезапный порыв. Она попыталась отнять руки, но не смогла.

– Я люблю тебя, Шарлотта. Я пытался убедить тебя логикой, потому что думал, что ты воспримешь ее лучше. Я боялся напугать тебя силой своих чувств. Клянусь, я буду любить тебя и заботиться о тебе. Ты никогда не пожалеешь.

Шарлотта была настолько ошеломлена, что не смогла сразу подобрать слова.

– Я благодарна за твою любовь, Маркус, но не могу ответить тебе тем же. То, что я испытываю к тебе, это не любовь, – осторожно начала она.

– Почему нет?

– Потому что любовь – это другое.

– Откуда ты знаешь? Разве ты была влюблена?

– Нет.

– Тогда тебе не с чем сравнивать, – настаивал он.

– В твоих глазах горит страсть. В моих ее нет.

– Тогда я зажгу ее.

С этими словами он прижал ее тело к себе и впился в ее губы. Шарлотта была так ошеломлена его напором, что в первое мгновенье не знала, что делать. Его рот давил на ее сжатые губы, причиняя им боль. Она стала невыносимой, и Шарлотта оттолкнула его.

– Нет, Магнус, не надо!

– Шарлотта, ты у себя? – послышался в коридоре голос ее матери.

Магнус нехотя выпустил Шарлотту из своих объятий и отступил к окну. В этот момент Урсула вошла в комнату.

– Магнус, как приятно тебя видеть, – защебетала она, увидев гостя. – Мы с дочерью так рады, когда ты приезжаешь, правда, Шарлотта?

Когда Урсула подошла ближе, выражение ее лица изменилось. Она увидела припухшие губы на бледном лице Шарлотты и поняла, что только что произошло в этой комнате. От ее приветливости не осталось и следа. Она смерила Магнуса холодным взглядом.

– Очень жаль, что вы решили посетить нас в такой неподходящий момент. Мы с Шарлоттой и ее дядей очень заняты приготовлениями к ее свадьбе с принцем Эдмундом.

– Я понимаю, мадам, но я бы хотел поговорить…

– К сожалению, это невозможно, – продолжала она ровным, не допускающим возражений голосом. – Все оставшееся время до отъезда Шарлотты будет распределено между примерками и сборами. Но мы, конечно же, будем рады видеть вас, нашего старого друга, на свадьбе. Я постараюсь послать вам приглашение.

Магнус и Урсула стояли друг против друга. Это была битва взглядов, и взгляд Магнуса проиграл. Он вежливо поклонился и покинул комнату. Мать и дочь долго молчали.

– Я не хотела, – начала Шарлотта.

– С этой минуты и до того момента, как ты войдешь на корабль, ты ни на минуту не останешься одна.

– Но ведь ничего не случилось. Магнус лишь сказал мне, что любит меня.

– Ты хочешь сказать, что твои губы припухли сами по себе? И он не целовал тебя?

– Только один раз.

– Один раз сегодня и? – вопросительно подняла брови мать.

– И все.

– Как ты не понимаешь, – мать едва сдерживала себя, – малейшей тени подозрения будет достаточно, чтобы расстроить свадьбу.

– Это ты не понимаешь, – сказала Шарлотта с горечью в голосе. – Принцу нужны проливы. Поэтому он женится на мне, даже если я вся буду покрыта тенями подозрений.

Она оставила мать и вышла из дома. У нее было много укромных уголков, где можно было побыть в одиночестве. В одном из них, у старого дуба, она расстелила накидку и села на нее.

Шарлотта провела пальцем по губам. Ее первый взрослый поцелуй был не таким, как она ожидала. В нем была страсть, мощь, желание обладания. Но в нем не было любви.

Откуда она об этом знала? Магнус прав, ей не с чем сравнивать. Однако Шарлотте казалось, что любовь должна быть другой. Какой? Этого она не могла сказать. Снова и снова она воспроизводила в памяти сцену на диване у окна. Отказав Магнусу, она сделала то, что должна была сделать.

Но, может быть, она сделала ошибку.

ГЛАВА 5

Настал день отъезда. На пристани собрался весь город, чтобы пожелать Шарлотте и ее матери доброго пути. Здесь были аристократы, которые стояли в стороне, не желая смешиваться с разношерстной толпой простолюдинов, пришедших хотя бы одним глазком посмотреть на невесту принца. Торговцы и ремесленники подзывали покупателей. Казалось, весь рынок переехал в гавань – сегодня здесь было самое горячее место.

Урсула торжественно вышла из кареты. На ней было новое платье и отороченная легким мехом накидка, которую она то и дело поправляла, чтобы показать, как мех играет на солнце. На Шарлотте было темно-зеленое дорожное платье, шляпка и жакет. Она выглядела намного скромнее матери.

– Помаши своим будущим подданным, – сказала та.

– Я еще не принцесса.

– Эти люди собрались здесь, чтобы увидеть тебя. Было бы невежливо пройти мимо и не поприветствовать их.

Шарлотта через силу улыбнулась и подняла руку, чтобы помахать собравшимся. Толпа ответила радостным ликованием. Шарлотта шла мимо кричащих от радости людей и думала, что ничего не сделала, чтобы это заслужить.

Мать и дочь прошли через всю пристань. Огромный корабль с вырезанной из дерева затейливой фигурой морской богини на носу вызвало у Шарлотты чувство восхищения. На этом красавце ей предстояло отплыть в самое важное путешествие в ее жизни.

С пристани на корабль был перекинут мостик. У него стоял офицер в форме королевского флота.

– Джон Стивенс к вашим услугам, леди Шарлотта. – Он поклонился. – Рад приветствовать вас на «Марианне».

Помощник капитана был первым человеком, который назвал ее полным титулом. Все в доме дяди продолжали называть ее просто по имени.

Леди Шарлотта. Принцесса Шарлотта. Королева Шарлотта. Этой хрупкой девушке предстоял долгий путь.

– Я и моя мать леди Урсула будем рады вашему обществу, капитан Стивенс, – ответила Шарлотта.

– О, нет, не капитан. Я лишь помощник капитана, миледи.

– Капитан слишком занят, чтобы нас встретить? – недовольным голосом спросила Урсула.

– Ему нездоровиться, – поспешил оправдаться Стивенс. – Надеюсь, к вечеру он поправится и будет к вашим услугам.

– Я тоже на это надеюсь.

Стивенс провел их в каюты, которые размещались рядом. В первой их встретила молодая девушка, похожая на крепкого гриба-боровичка.

– Это Марта, ваша служанка, – представил ее Стивенс. – Она будет заботиться о вас во время путешествия.

– Это большая честь, миледи. – Марта присела в поклоне.

Урсула приказала слугам внести вещи Шарлотты в ее каюту, а остальные отправила в свою.

– Когда мы отплываем? – спросила она Стивенса.

– Как прикажете.

– Тогда немедленно.

Урсула захотела отдохнуть перед ужином. Марта помогла ей раздеться, после чего вернулась в каюту Шарлотты. Пока Марта распаковывала вещи, она по секрету призналась, что ее выбрали сопровождать невесту принца главным образом потому, что ее не укачивает в море.

– Но я буду очень стараться, – заверила Марта. – Что до качки, то если ваша светлость почувствует недомогание, я сделаю вам отвар. Меня матушка научила. Она всегда его делает для королевы, когда той приходится путешествовать.

– И часто это происходит?

– Нет, королева плохо переносит качку и старается избегать воды. Вот покойный король был заправский моряк. Он любил ходить под парусом. Говорят, его высочество принц Эдмунд унаследовал от него страсть к морю.

– Вы видели принца?

– Его мало кто видел. Он как уехал много лет назад в путешествие, так и пропал. Марта раскладывала вещи Шарлотты по ящикам комода. – Сколько раз король пытался призвать принца Эдмунда домой, но тот находил сто причин, чтобы не возвращаться. Только когда старший принц с принцессой погибли и король скончался, тут уж он объявился.

Внезапно корабль сильно качнуло. Шарлотта едва удержалась на ногах. Она бы упала, если бы Марта не поддержала ее.

– Осторожнее, миледи. Это вам не суша. Все время нужно быть начеку, а то шишек не избежать.

– Я никогда раньше не плавала.

– Дело нехитрое. Все время стойте рядом с ручкой какой или еще чем, за что можно ухватиться. Даже на палубе в самый что ни на есть штиль, нужно держать ухо востро. А уж во время шторма остается только запереться в каюте, держаться обеими руками за кровать и молиться.

– Интересно, капитан тоже молится во время шторма?

– Капитану положено вести корабль, а не молиться, – осуждающе сказала Марта. – Правду сказать, наш Капитан Эд хоть и красавчик, а толку от него немного. Всем помощник заведует. И корабль ведет, и приказы матросам отдает. Сам капитан только и знает, что в каюте сидеть да ром глушить.

– Капитан Эд? Это, вероятно, прозвище. Как его полное имя?

– Кто его знает, – пожала плечами Марта. – Все его так называют, от помощника до последнего матроса. Должно быть, пьют вместе в одних кабаках, да за одними юбками гоняются.

Она внезапно ударила себя по губам.

– Что я говорю-то! Простите, ваша милость. Забылась совсем. Огрубела, пока с матросней простой общалась.

– Не беспокойся, Марта, – улыбнулась Шарлотта. – Я тебя не выдам.

Марта убрала кофр в нижний ящик комода и закрыла его на ключ. Все ключи были прикреплены цепочками к замкам. Вообще все, что она увидела на корабле, было обязательно либо прибито, либо привязано. Это показалось ей очень предусмотрительным.

– Скоро ли ужин? – спросила она Марту.

– До ужина еще часа три. Вы уже проголодались? Сейчас устроим.

Марта открыла шкафчик у стола и достала галеты и фруктовый кекс. Она поставила еду на столик возле кровати.

– Я сюда приношу еду из кухни. – Она понизила голос. – Знаю, что молодых девушек в черном теле держат, чтобы фигура была. Только девушки ведь тоже живые люди. Вы уж матушке не говорите.

– Не волнуйся, не скажу. Ты тоже наверняка проголодалась, пока нас ждала. – Шарлотта разломила кекс на две части и предложила Марте.

– Что вы, ваша светлость, нам не положено, – отказалась та. – Если увидят, меня ругать будут. Да и вам не поздоровится.

Шарлотта встала и закрыла дверь каюты на ключ.

– Мы никому не скажем.

Марта присела на стул. Она взяла кусок кекса и начала уплетать его за обе щеки.

– Ох, и свадьба будет у вас, миледи, – мечтательно сказала она. – Когда я уезжала, весь дворец ходуном ходил. Все комнаты моют-чистят для гостей. Люстры с потолка сняли, новые повесили на сотни свечей. Светло будет, как днем. Поваров да поварят со всех домов королевства созвали, чтобы еду для сотен гостей готовить.

– Зачем так много?

– Что гости не съедят, то бедным раздадут, – рассудила Марта. – Не каждый день у нас королевская свадьба. Гости уже начали прибывать, те, что самые нетерпеливые. Гостиницы под завязку набиты приезжими.

– Как странно, – сказала Шарлотта, глядя в окно, – я еще даже не встретила своего будущего мужа, а гости на нашу свадьбу уже собрались. – Шарлотта вздохнула и попросила Марту убрать галеты. – Надеюсь продержаться до ужина. Где он проходит?

– Мне приказано проводить вас в кают-компанию.

– Капитан будет ужинать с нами?

– Вот чего не знаю, миледи, того не знаю. Я за него не отвечаю. Он вроде как сам по себе, а остальной корабль сам по себе. Понять не могу, как такого разгильдяя, как Капитан Эд, могли послать за таким ценным грузом, как вы.

– Возможно, другие были заняты.

– Что вы, миледи, и корабли есть, и капитаны опытные. Взять хоть Джона Стивенса. Как форма на нем сидит – залюбуешься. И матросы его слушаются, хоть шепотом он прикажи. А капитана я в форме ни разу не видела, то в камзоле ходит, а то в одной белой рубашке даже без жилета.

– Ты сказала, что он красавчик, – напомнила Шарлотта.

– Что есть, то есть. Сам высокий, плечи широкие. Волосы как вороново крыло, у шеи колечками завиваются. Он когда у штурвала стоит да ветер ему в лицо – прямо глаз не отвести, до чего хорош.

Нарисованный Мартой образ выглядел очень привлекательным. Шарлотте захотелось проверить, соответствует ли описание действительности.

– Надо выбрать платье для ужина, – сказала она.

Марта с готовностью распахнула створки шкафа, куда она вывесила платья. Шарлотта застыла в нерешительности. Всего две недели назад у нее не было подобной проблемы. Весь ее гардероб состоял из пяти перешитых платьев.

– Я впервые ужинаю на корабле, – сказала Шарлотта. – Пожалуй, стоит спросить у мамы. Она лучше знает.

– Если позволите, ваша светлость. – Марта указала на светло-синее платье. – Это бы прекрасно подошло. Здесь полоски на рукавах похожи на морские волны.

– Ты хочешь сказать, что капитан оценит. Если, конечно, он соизволит явиться на ужин.

– Он непременно будет, – уверенно сказала Марта, доставая платье из шкафа. – Кто же не захочет увидеть будущую принцессу?

Марта помогла Шарлотте переодеться и причесаться, а затем прошла в каюту к ее матери, у которой хранилась шкатулка с драгоценностями. Они вернулись вдвоем. Урсула придирчиво осмотрела дочь и осталась довольна выбором наряда. Она открыла шкатулку маленьким ключом, который носила на груди.

– Что думаете, Марта? – спросила она.

Внешность Марты была далека от образа изящной горничной, которую полагалось иметь девушке из состоятельной семьи. Она была приземиста, с короткой шеей и большими крестьянскими руками. Урсула, знакомая с разными видами аристократических оскорблений, пыталась определить, не послали ли в услужении будущей принцессе первую попавшуюся девушку.

Марта внимательно изучила содержимое шкатулки и достала из нее два комплекта с сапфирами. Серьги с крупными камнями она отложила в сторону.

– Они хорошо сочетаются с платьем. Но больше подходят замужней женщине. Миледи лучше надеть их после свадьбы. А вот это. – Она достала серьги с небольшими сапфирами, обрамленные жемчужинами, и такое же кольцо. – Это будет хорошо смотреться.

Марта вопросительно посмотрела на Урсулу, как будто спрашивая, сдала ли она экзамен. Урсула одобрительно кивнула.

– Марта, унесите шкатулку и помогите мне переодеться, – сказала Урсула.

Через полчаса явился слуга, чтобы сопроводить их в кают-компанию. Это была просторная насколько позволяли размеры судна каюта с длинным столом посредине. Он был накрыт белоснежной скатертью, прикрепленной к нему скобами в виде лебедей.

Помощник Стивенс уже ждал их. Он спросил дам, хорошо ли они устроились, после чего предложил выпить по бокалу вина перед ужином.

– Меня не перестает удивлять, как здесь все продумано. Каждая вещь имеет свое место и свое назначение, – отметила Шарлотта.

– Предназначение корабля – перевозить грузы. Каждая лишняя вещь, без которой можно обойтись, занимает место, которое можно было отдать под груз.

– Однако я вижу на «Марианне» вещи не только практичные, но и красивые.

Шарлотта указала на скобы, украшенные вырезанными из дерева фигурками маленьких спящих лебедей. Выкрашенные в белый цвет, фигурки были незаметны на скатерти, и выделялись только крохотными черными лебедиными носами.

– Это причуды нашего капитана, – пояснил Стивенс. – Ему недостаточно, чтобы вещь выполняла свое предназначение. Она должна быть еще и приятна глазу.

Произнося эту фразу, Стивенс посмотрел на Шарлотту странным взглядом.

– Этот ваш капитан, о котором все говорят, но которого никто не видел, – сказала Урсула. – Можем ли мы рассчитывать на его присутствие за нашим столом? Или он слишком занят, чтобы удостоить нас своим обществом?

– Нет, сегодня не занят, – раздался голос у двери.

Шарлотта повернулась и увидела обладателя бархатного баритона. Он был высокого роста, с лицом, овеянным ветрами путешествий. Элегантный камзол подчеркивал его широкие плечи и тонкую талию. Темные волосы завивались у шеи колечками.

Шарлотта не видела его у штурвала, но мысленно признала, что Марта права: прямо глаз не отвести, до чего хорош.

– Миледи, позвольте мне представить вам Капитана Эда, – сказал Стивенс.

Вошедший отвесил дамам поклон.

– Леди Урсула Рокморф и ее дочь леди Шарлотта, – продолжил Стивенс.

– Как капитан «Марианны» я польщен, что мне доверили такой ценный груз, – сказал он, усаживаясь за стол.

– Я тоже польщена, что вы решили удостоить нас своим вниманием, – сказала Шарлотта.

– Некоторые считают, что их внимание нужно заслужить, – заметил он.

– Надеюсь, вы оставили этих некоторых на берегу.

Капитан Эд с интересом воззрился на Шарлотту. Она выдержала его взгляд, попутно заметив, что у него очень красивые глаза цвета темного янтаря.

Капитан повернулся к небольшому колокольчику, прикрепленному к стене, и дернул за него. После сигнала в проеме двери появился слуга.

– Подавайте ужин, – распорядился Капитан Эд. – У меня появился аппетит.

ГЛАВА 6

Тихая звездная ночь укачивала «Марианну», скользившую по волнам. Легкий ветер надувал ее паруса. Деревянные мачты слегка поскрипывали. В кают-компании продолжался ужин. Урсула вела светскую беседу с помощником Стивенсом.

– Часто ли у вас бывают штормы? – тоном светской дамы поинтересовалась она.

– Это зависит от сезона и от рельефа местности, – ответил Стивенс.

– Он налетает внезапно или мы заранее можем подготовиться?

– К некоторым штормам сколько не готовься, все равно все случается неожиданно, – философски заметил Капитан Эд, бросив взгляд на Шарлотту.

Стивенс с трудом сдержал улыбку.

– Если погода изменится, миледи, я лично вас проинформирую. Во время шторма лучше всего не покидать каюту, – предупредил он.

– И не вставать с кровати, – добавил капитан.

– Простите? – Урсула подняла бровь. – Что вы имеете в виду?

– Корабль может внезапно резко качнуть, – пояснил капитан. – Я полагаю, вы не хотите сломать ногу?

– Мама ты же видела длинный брус вдоль своей кровати, – сказала Шарлотта. – Во время бури надо держаться за него.

– Это хорошая идея за что-нибудь держаться, – заметил капитан, – и не только во время бури.

Помощник снова с трудом сдержал смех.

У Шарлотты возникло ощущение, что капитану и его помощнику известна тайна, в которую ни она, ни ее мать не посвящены. Вполне невинные фразы вызывали у них безудержное веселье.

Она считала подобное поведение неуважением к собеседнику. Особенно если это собеседник дама. Впрочем, не все правила суши действуют на кораблях. Морские волки редко бывают в приличном обществе. Неудивительно, что они позабыли хорошие манеры.

Шарлотта решила перевести разговор на другую тему.

– Расскажите мне о Валбертине, – попросила она капитана.

– Я редко там бываю, – уклонился он. – Предпочитаю другие места.

– Чем же вам не угодило королевство?

– Притворством и лицемерием, – глядя ей в глаза, ответил он.

Шарлотта встретила его взгляд. – Я тоже больше всего не люблю ложь.

– Рад, что в этом мы совпадаем.

Капитан Эд поднял бокал, показывая, что пьет в ее честь.

– Говорят, принц Эдмунд тоже много путешествует, – продолжила расспросы Шарлотта. – Вы не встречали его?

Стивенс поперхнулся.

– Раз или два, – помедлив, ответил капитан.

– Расскажите мне о нем. Каким он вам показался?

– Что именно вас интересует?

– Я никогда его не видела и ничего о нем не знаю. Мне интересна любая мелочь.

– Вы ничего о нем не знаете и все же выходите за него замуж. Не кажется ли вам эта ситуация несколько необычной?

Шарлотта рассмеялась.

– Я сказал что-то смешное? – Брови капитана взметнулись вверх.

– Вы произвели на меня впечатление человека прямого, называющего вещи своими именами. И вдруг такая внезапная деликатность, «несколько необычная ситуация». Мне показалось это забавным.

Урсула строго взглянула на дочь.

– Здесь нет ничего забавного. Подобные браки заключаются для блага страны. Иногда нужно жертвовать личными интересами.

– Мне кажется, что именно это я и делаю с первого дня моей жизни, – ответила Шарлотта. – Никто никогда не спрашивал, чего я хочу. Я не уверена, что у меня остались какие-то личные интересы.

В глазах капитана она заметила неожиданное сочувствие.

– Я уверен, что Валбертин вам понравится, – вступил в разговор Стивенс. – Он зажат между морем и горами и чем-то похож на ту местность, в которой вы выросли.

– Вы бывали во дворце?

– Несколько раз. Он поделен на две части, старый замок и новые королевские покои. В старом замке проходят торжества и приемы. Его величественные залы с арками и витражами производят грандиозное впечатление. Стены покрыты картинами битв и охоты.

– Это должно быть очень красиво.

– Вы скоро сможете сами в этом убедиться. Новые королевские покои не столь величественны, но зато очень удобны. Вся ежедневная жизнь проходит в этой части дворца.

– Очень интересно. Есть еще другие дворцы?

– Есть небольшой дворец в горах. Его называют «Дом вдовы». Его построил отец нынешней королевы для свой матери. По слухам, свекровь и невестка не очень ладили. Их противостояние держало в напряжении весь двор.

– Как говаривала наша повариха, если две хозяйки на кухне, то ни один обед не готов, – сказала Шарлотта.

Капитан Эд посмотрел на нее с усмешкой.

– Вас забавляют мои простые знакомые? – с вызовом спросила Шарлотта. – Я выросла среди этих людей. Они много и тяжело работают и заслуживают уважения.

– Меня забавляете вы, – ответил капитан. – Своей воинственностью.

– Рада, что смогла доставить вам удовольствие.

– Больше, чем вы можете вообразить.

Он снова переглянулся с помощником.

– Дорогая, не кажется ли тебе, что настало время оставить некоторые привычки позади. Тебя ждет совсем другая жизнь, – наставительно сказала мать. – Твое время будет расписано по минутам. Ты больше не будешь себе принадлежать.

– Это правда, – подтвердил Стивенс. – Члены королевской семьи всегда заняты важными делами.

– Члены королевской семьи одним своим присутствием превращают любое дело в важное, – заметил Капитан Эд.

– Наш капитан слишком пристрастен, – попытался смягчить его цинизм Стивенс.

– Наш помощник слишком мечтателен, – парировал капитан. – Если бы он подольше пожил во дворце, то наверняка изменил бы свое мнение. Он бы понял, что обитатели дворца живут как будто они обложены подушками, которые не пропускают звуки снаружи. Они слышат только то, что говорят им люди из близкого окружения. В конце концов, властители становятся марионетками в руках своих слуг и делают то, что выгодно их кукловодам.

Шарлотта слышала горечь в его голосе.

– Что бы вы сказали людям из дворца, если бы имели такую возможность? – спросила она.

– Вы хотите меня выслушать? У вас благие намерения. Посмотрим, что от них останется через год.

Шарлотта воинственно вскинула подбородок.

– Вы совершенно не знаете меня и, тем не менее, судите и выносите приговор. Не слишком ли много вы себе позволяете, Капитан Эд. Ваш жизненный опыт может извинить ваш цинизм, но не ваши манеры. Вернее, их отсутствие.

Изумленное выражение на лице капитана только раззадорило Шарлотту.

– Вы слишком много времени проводите в одиночестве в своей каюте, – продолжала она. – Возможно, вам стоит больше бывать с людьми. Я готова выслушать ваши предложения о том, что нужно изменить в королевстве. В обмен на это вы будете учиться быть джентльменом.

Капитан Эд по-прежнему не отрывал от нее взгляда.

– Стивенс, я ошибаюсь или меня только что посадили за парту? – спросил он.

– Мне тоже так показалось, сэр.

– Будут ли домашние задания и экзамены? – спросил Эд у Шарлотты.

– Это будет зависеть от вашего поведения.

За столом все рассмеялись, кроме Урсулы, которая не знала, как реагировать на эту странную сцену.

– Мне что-то нездоровится от качки, – сказала Урсула. – Дорогая, ты не проводишь меня в каюту?

– Конечно, мама.

Капитан и его помощник попрощались с дамами и остались одни.

– Вы не находите, что ваша невеста весьма необычная женщина, ваше высочество? – спросил Стивенс.

– Нахожу, но пока не знаю радоваться ли мне этому или огорчаться, – ответил принц Эдмунд. – Ее поведение совершенно не соответствует моему плану.

– Я не знал, что у вас есть план.

– Был, и он провалился.

– Это вас огорчает?

– Еще не знаю. Это будет зависеть от дальнейшего развития событий.

– Например, от домашних заданий?

Тон Стивенса был серьезен, но глаза его смеялись.

– Если она на самом деле захочет больше узнать о делах королевства, то домашние задания придется делать ей. У меня с собой отчеты королевской казны за последние годы. В них сам черт ногу сломит. Если она успеет прочитать хотя бы один из них, пока мы доберемся до Валбертина, я очень удивлюсь. Если она разберется в нем, я удивлюсь еще больше.

– Вы заранее отказываете ей в уме?

– Вряд ли в том медвежьем углу, где она выросла, ей дали приличное образование.

– Леди Шарлотта показалась мне дамой практичной. Одна цитата из поварихи о двух хозяйках на кухне чего стоит. Кстати, она довольно точно описывает взаимоотношения вашей матери и бабушки.

– Если кухонная философия все, на что она способна, наше общение будет недолгим.

– Когда вы собираетесь сказать ей, что вы ее будущий муж?

Эдмунд сделал последний глоток вина и поставил бокал на стол.

– Я еще не решил.

* * *

– Я думал, что после такой бурной ночи вы не придете, – сказал капитан, впуская Шарлотту в свою каюту.

– Бурной ночи? – удивилась она.

– После полуночи разыгралась буря. Неужели вы не слышали?

– Я крепко спала.

– Порвалась веревка, которой крепили бочки, и они раскатились по палубе. Грохот стоял невообразимый.

– Да-да, мама что-то говорила. Она, бедняжка, очень чутко спит. В отличие от меня.

Вот уже пять дней после обеда Шарлотта приходила в его каюту, чтобы обсудить прочитанное. Два обитых бархатом кресла стояли друг напротив друга. Шарлотту и Эдмунда разделял лишь прибитый к полу стол. Они оставались вдвоем на долгие часы. По правилам ее мать должна была присутствовать при каждой встрече. Но бедняжка Урсула страдала от качки в своей каюте. Марта не отходила от нее ни на шаг.

Сначала история с отчетами показалась Урсуле подозрительной. Однако когда капитан показал ей бумаги с королевской монограммой, она даже одобрила эти занятия. Мать с детства приобщала дочь к ведению хозяйства. Шарлотта не только быстро считала в уме, но и умела находить возможности экономить.

В доме дяди Теобальдуса это означало рациональное использование тех скудных возможностей, которые он им предоставлял. Во дворце это могло произвести благоприятное впечатление на королеву и ее министров. Ее величеству будет приятно получить невестку, которая использует голову не только для ношения тиары.

Когда капитан впервые предложил ей взглянуть на отчет казны, Шарлотта удивилась.

– Вы не министр правительства, не казначей. Откуда такой важный документ у простого капитана корабля?

Эдмунд не был простым капитаном, но он пока не собирался сообщать об этом своей пассажирке. Ее проницательность делала ей честь, но усложняла его роль. Пока он лихорадочно думал над ответом, Шарлотта смотрела на него с подозрением. К счастью, в каюте в это время находился Джон Стивенс, который пришел на помощь

– В прошлый рейс у нас на борту был принц Эдмунд. Эти отчеты были предназначены для него. Он оставил их, когда сходил на берег.

– Оставил или забыл? – нахмурилась Шарлотта. – Похоже, что будущего правителя не слишком интересует то, что происходит у него в стране. Это очень печально.

Она не знала, что будущий правитель стоял напротив нее. У него была возможность защитить свое доброе имя, которой он не воспользовался. Вместо этого он вручил Шарлотте кожаный футляр с кипой бумаг и пожелал приятного чтения. Эдмунд был уверен, что задача окажется ей не по силам.

На следующий день, после небольшого шторма, когда волны все еще яростно бились о борт корабля, Шарлотта пришла в кают-компанию. Она достала из футляра бумаги, разложила их на столе и добавила к ним еще один лист. На этом листе красивым ровным почерком были написаны ее замечания и предложения. Озадаченный Эдмунд взял лист и начал внимательно его читать.

К его изумлению замечания оказались весьма дельными. Они начали их обсуждать, и Эдмунд сам не заметил, как втянулся в разговоры о перевозках, урожае и пошлинах. Жар, с которым Шарлотта отстаивала свои идеи, забавлял его.

Но он все больше и больше ловил себя на мысли, что теряет нить разговора. Его отвлекали ее горящие глаза и алые губы. Когда она своими тонкими пальчиками водила по бумаге, ему хотелось схватить их и целовать снова и снова.

Шарлотта отметила, что Капитан Эд изменился. Он стал намного сдержаннее и приветливее и даже стал лучше одеваться. Возможно, присутствие женщин на корабле заставило его вспомнить о приличиях.

Шарлотта несколько раз замечала в глазах капитана то же выражение, а в голосе те же нотки, которые она слышала у Магнуса, когда они сидели на диване у окна. Неужели капитан находил ее привлекательной? Ей казалось абсурдной идея, что этот грубиян может испытывать к ней какие-то чувства.

Находила ли она привлекательным его? Сначала Шарлотта гнала от себя эту мысль, но когда она выходила на палубу, то глазами все время искала капитана. Чаще всего он стоял на мостике, открытый всем ветрам, с взглядом, устремленным вдаль.

Когда они сидели в каюте, ей нравилось то сосредоточенное внимание, с которым он слушал ее замечания. Он кивал и делал пометки на бумаге. Он не во всем с ней соглашался, но Шарлотте нравилось, что они вели беседу на равных.

Капитан Эд не высмеивал ее наивность и отсутствие опыта. Он делился своими жизненными наблюдениями и помогал ей. Он был одним из самых приятных собеседников, которые ей встречались.

– Так что вы думаете о моей идее? – спросил он.

Погруженная в свои мысли Шарлотта виновато посмотрела на него. – Простите, я задумалась.

– Могу я узнать, о чем?

– Я подумала о том грузе ответственности, который скоро ляжет на мои плечи, – сказала она и отвела взгляд.

Ее слова звучали фальшиво. Она сказала первое, что пришло в голову. Не могла же она признаться, что не слушала капитана, а смотрела на его губы и думала, какие они на вкус.

Не считая грубой попытки Магнуса, Шарлотту еще никогда по-настоящему не целовал мужчина. Конечно, ее будущий супруг будет иметь законное право на ее поцелуи. Но что если его губы будут такими же холодными и жесткими, как у Магнуса? Ей захотелось ощутить на своих губах поцелуй капитана. Только для того, чтобы сравнить.

– Я рассказывал вам, что корабль после шторма нуждается в ремонте. Нам придется зайти в порт на день или два.

– Прекрасно, – обрадовалась Шарлотта. – Мама будет рада почувствовать твердую почву под ногами.

– Не думаю, что ваша матушка обрадуется, когда услышит название порта. Это остров Веселья.

– Остров Веселья? – ошеломленно повторила Шарлотта.

ГЛАВА 7

– Вы случайно там не бывали? – преувеличенно равнодушным голосом спросил капитан.

– Бывала? Девушкам из приличных семей не полагается даже знать об этом месте.

– Но вы, похоже, знаете. – На губах капитала появилась привычная усмешка.

– Я слышала, что на острове много разных девушек: блондинки, брюнетки, рыжие, высокие, низкие, стройные, пышки – словом, глаза разбегаются. Когда мужчины приходят туда впервые, они чувствуют себя как в детстве в магазине сладостей. Хочется все попробовать.

Капитан расхохотался.

– Ваша откровенность обезоруживает, леди Шарлотта.

– Когда вы останавливаетесь на острове, вы выбираете какую-то одну девушку или каждый раз разную? – дерзко спросила Шарлотта.

Капитан приблизился к ней так близко, что она увидела отблески пламени свечи в его зрачках.

– Я выбираю самую дорогую, – сказал он обволакивающим голосом.

– Блондинку, брюнетку? – продолжала допытываться Шарлотта.

– Одноногую Джесси из Баумхерта. У нее деревянная нога и шрам на лице. Тем, не менее, она зарабатывает больше любой девушки на острове.

Ошарашенная Шарлотта беспомощно хлопала ресницами.

– Вы хотите сказать, что мужчинам нравится то… что она делает?

– Не что, а как.

Шарлотта покраснела и опустила глаза. Разговор с капитаном приближался к очень опасной черте. Он выдержал паузу и пояснил.

– Джесси садится с клиентом за стол, наливает вина и просит рассказать, как прошел день. Она слушает и понимающе кивает. Так проходит ночь.

– И все?

– И все, – кивнул капитан. – Иногда понимание – это все, что нужно мужчине. Как бы я ни наслаждался нашей беседой, хотел бы предупредить, что вам, миледи, не стоит вести подобные разговоры. Это может быть опасно для вашей репутации.

– Кроме нас здесь никого нет, – беспечно отозвалась Шарлотта. – Вы ведь никому не скажете?

Капитан подарил ей долгий взгляд, но ничего не ответил.

Леди Урсула радостно восприняла новость об остановке в порту. Но едва заслышав название острова, она пришла в ужас.

– Нет! Ноги моей не будет в этом месте. И твоей тоже, Шарлотта. Как ты могла подумать, что я отпущу тебя в этот вертеп? Мы останемся в каютах на все время остановки.

– Но, мама, капитан сказал, что мы уедем в дальнюю часть острова, где ты сможешь отдохнуть в гостинице и выспаться в широкой кровати.

Шарлотта знала слабое место матери. Самым большим неудобством были не качка или головокружение. Именно узкая кровать в каюте заставляла ее страдать. Урсула чувствовала себя слишком плохо, чтобы спорить.

На берегу их ждала карета. Капитан лично сопровождал Шарлотту, ее мать и служанку в гостиницу. Кучер хлестнул лошадей, и карета тронулась в путь.

Выехав из гавани, они свернули в сторону холмов, покрытых лесом. Дорога постепенно понималась вверх, откуда открывался величественный вид на пристань, в центре которой красовалась «Марианна». Рядом с ней были пришвартованы еще три корабля, но они не шли ни в какое сравнение с этой красавицей.

Дальше виднелись здания из белого камня, утопавшие в зелени. Они выглядели сказочно красиво на фоне яркой синевы моря. Было совсем не похоже, что этот мирный уголок и есть тот остров наслаждений, на который ездили развлекаться мужья и котором с осуждением говорили жены.

Шарлотта хотела расспросить капитана подробнее, но не решилась прервать его светский разговор с матерью. Он рассказывал ей о разных видах деревьев, мимо которых они проезжали, и приятно поражал обширностью своих знаний.

Гостиница оказалась уютным зданием из такого же белого камня, что и остальные строения острова. Шарлотте и ее матери предоставили лучший номер. При виде кровати Урсула пришла в восторг.

Капитан Эд занял номер под ними. Он пригласил дам на пикник в соседнем саду, где обещал продолжить рассказ о местной флоре. Урсула, сославшись на слабость, отказалась, но разрешила дочери пойти. Переодевшись, Шарлотта спустилась по лестнице, где ее ждал капитан.

Когда она прошла через арку в сад, у нее захватило дух. Она никогда не видела такого фантастического буйства цветов. Казалось, все краски нежности смешались в одной палитре. Плодовые деревья были осыпаны белыми и розовыми цветами. Под ними лежал бескрайний ковер из диких голубых, розовых и желтых цветов. Под белым шатром, раскинутым между деревьями, их ждал накрытый стол. Эдмунд предложил Шарлотте бокал холодного белого вина.

– Как вы находите сад? – спросил он.

– Здесь восхитительно, – искренне ответила она. – Я никогда не была в таком прекрасном месте. Наверное, так выглядит рай.

На крохотных тарелочках, выстроенных на специальной горке, лежали миниатюрные закуски. Каждая из них оставляла во рту непохожий на остальные вкус

– Удивительно, – сказала Шарлотта. – Никогда бы не подумала, что здесь могут так хорошо готовить.

– Почему нет? Сюда приезжают люди с изысканным вкусом во всем: в оружии, в еде, в любви.

– Оружие на острове развлечений? – удивилась Шарлотта. – Но зачем?

– Представьте себя на месте заговорщиков, желающих, скажем, свергнуть правителя. Где безопасней всего собираться и строить планы, как не на острове Веселья? Кто заподозрит любителей красоток и выпивки в дурных намерениях?

– Интересно было бы посмотреть на остров вечером, – сказала Шарлотта.

Капитан Эд прищурился.

– Берегитесь, ваше желание может осуществиться, – сказал он. – Днем остров выглядит мирным, но ночью он может быть очень опасен. Особенно для неопытной девушки.

– Слово «неопытная» в ваших устах звучит оскорблением.

– Юная, доверчивая, беззащитная, прекрасная. – Капитан Эд подбирал для нее другие эпитеты, добиваясь улыбки на ее лице.

– Будь я только Шарлоттой, я пошла бы туда, не раздумывая. Но невеста принца должна помнить о приличиях, – сказала она и со вздохом добавила, – к сожалению.

Эдмунд достал из ведерка со льдом бутылку вина и наполнил бокалы.

– Мне приятно, что вы иногда вспоминаете о своем будущем муже.

– Я вспоминаю о приличиях, – поправила его Шарлотта. – Это не одно и то же. Через несколько дней я впервые увижу человека, за которого выйду замуж. Я не знаю, как он выглядит, не знаю его привычек, а он не знает моих. Но все уже решено. Даже если мы возненавидим друг друга с первого взгляда, это не будет иметь никакого значения.

Они молчали, окруженные величественной красотой природы.

– Ваш случай не единственный, – заметил капитан. – Многие пары встречаются накануне свадьбы. Многие браки заключаются по соображениям выгоды. Чувства не важны.

– Но это же ужасно! – воскликнула Шарлотта.

– Вы – владелица одного из самых лакомых кусков земли в этом королевстве. Вы должны были понимать, что рано или поздно на эту землю найдутся претенденты. Разве вам не внушали с детства, что нужно выбирать наиболее выгодную партию? – Он посмотрел ей прямо в глаза. – И разве ваша мечта не сбылась? Ведь принц – самая выгодная партия.

Шарлотту поразила горечь в его словах.

– Если вы думаете, что меня растили как богатую наследницу, то вы заблуждаетесь. После смерти отца мы были совершенно разорены. Он оставил много долгов. Дядя Теобальдус заставил мать подписать документ, по которому он назначался единственным распорядителем проливов Рокморф. По закону он не мог отнять эти земли. Но он скорее сгноил бы меня в подвале, чем расстался с проливами, приносящими ему хороший доход. Понадобилась вся сила королевской власти, чтобы вытащить у него из зубов эти земли. Все решалось без моего участия. Никто не думал о моих чувствах.

– А вы думали о чувствах вашего будущего мужа?

Глаза Шарлотты встретились с его глазами, и на мгновение она растерялась, увидев в них боль.

– Его ситуация похожа на вашу, – продолжал он. – Он не собирался становиться правителем, но так сложились обстоятельства. Он тоже никогда не видел свою будущую жену, но, тем не менее, был вынужден дать согласие на брак. Потому что казне нужны деньги и земли.

– К сожалению, в нагрузку к ним иду я, – язвительно сказала Шарлотта.

– Когда принц увидит вас, его сожаление уменьшится.

– Я бы на это не надеялась, но спасибо за вашу доброту.

Капитан взял ее руку. Его губы легко коснулись ее обнаженной кожи. Они были мягче, чем она ожидала.

– Завтра мы отремонтируем корабль и отправимся дальше в путь. Через день прибудем в Валбертин, где вы сойдете с палубы корабля и ступите в новую жизнь. Не желаете ли добавить перчинку в ваши воспоминания о прежней?

– Что вы имеете в виду? – насторожилась Шарлотта.

– Сегодня вечером в бухте маскарад. Будет много музыки и танцев. Заезжие циркачи дадут представление. У вас будет возможность размять свои хорошенькие ножки после утомительного плавания.

– Мама ни за что не даст свое согласие. Она скажет, что это верх неприличия.

– Ваша мама устала и проспит до завтра. Вечером я принесу вам костюм и маску. Вас никто не узнает.

– Я не могу идти одна.

– Я все время буду рядом.

Шарлотта пыталась думать, но вино туманило ее рассудок. Предложение капитана звучало заманчиво. Это было приглашение к приключению. К одному из тех безрассудств, которые вспоминают в старости.

Шарлотта внезапно осознала, что у нее нет ни одного неприличного воспоминания. Не только потому, что мать держала ее под строгим контролем, но и потому, что ей самой в голову не приходила подобная идея.

«Это случилось, когда я была на маскараде на острове Веселья» – хорошее начало для любой шокирующей приличную публику истории. Шарлотте непременно нужна такая.

– Я подумаю, – осторожно сказала она.

– Когда часы на башне пробьют десять, я тихо постучу в ваш номер. Если вы мне не откроете, будем считать, что вы утомились и вам нужно отдохнуть.

Она открыла еще до того, как он постучал.

ГЛАВА 8

Услышав шаги в коридоре, Шарлотта вышла из номера. Она увидела знакомую фигуру в незнакомом обличье.

На капитане была белая рубашка с кружевными манжетами, темные кюлоты и кожаные сапоги. Красный атласный пояс перехватывал его тонкую талию. За поясом торчал нож в узорчатых ножнах. Широкая лента перевязи для шпаги была перекинута через плечо. Голову прикрывала черная треуголка, а на лице была черная маска.

– Ваш костюм, леди Шарлотта. – Он протянул ей сверток.

– Надеюсь, он такой же неприличный, как ваш.

Он тихо рассмеялся. Она взяла сверток и исчезла за дверью.

– Марта, это ты? – раздался сонный голос матери.

– Марта спит. Это я, Шарлотта.

– Почему ты не ложишься?

– Я выйду подышать воздухом.

– Разбуди служанку. Пусть выйдет с тобой.

– Она устала. Я просто постою у ворот.

– Ты же знаешь, что нужно соблюдать приличия.

– После замужества вся моя жизнь будет состоять из соблюдения приличий. Спокойной ночи, мама.

Она поцеловала мать и вышла в свою комнату. В свертке, который принес Капитан Эд, оказалось платье цыганки. На пышную расшитую цветами юбку надевалась еще одна, полупрозрачная. Атласный корсет подчеркивал грудь. Сверху Шарлотта надела ожерелье из монет. Цветастая шелковая шаль, повязанная на голову, завершала образ.

Шарлотта взглянула на себя в зеркало и осталась довольна. Вряд ли кто-то узнает Шарлотту в этой красотке из табора. И все же осторожность в виде маски не помешает. Спустившись по лестнице на первый этаж, она увидела капитана, ждавшего ее у кареты.

При виде Шарлотты он замер от восхищения.

– Хотите я вам погадаю? – спросила Шарлотта поводя плечами. Мониста на ее шее зазвенели. – Что было, что будет, чем сердце успокоится…

– Вряд ли вы сможете успокоить мое сердце, – покачал головой капитан. – Особенно в этом наряде. – Он открыл дверцу и подал ей руку. Подобрав пышные юбки, она забралась в карету.

– Как мы будем обращаться друг к другу? – спросила она. – Чтобы не выдать себя.

– Зовите меня просто Эд. Я буду называть вас Шарлотта, если позволите.

– Это слишком чопорно для маскарада.

– Тогда сократим до Чарли?

– Пират Эд и цыганка Чарли, – сказала Шарлотта. – Кажется, у нас будет веселая ночка.

Всю дорогу до бухты Шарлотта болтала без умолку. Ее глаза горели от возбуждения, на щеках играл румянец. Она показывала на то или иное здание и спрашивала, что это. На улочках бухты было светло как днем. Сотни мужчин и женщин, одетых в разнообразные костюмы, веселились, танцуя на улицах и переходя из одной таверны в другую.

Пират Эд и цыганка Чарли встретили веселых моряков и горячих янычар с кривыми саблями. Их приветствовали горные жители в узорчатых накидках и величественные красавицы в расшитых платьях. Кто-то соорудил на голове королевскую стрелковую башню, а кто-то целый корабль.

Пройдя через уличную толпу, они вошли в таверну. В нос ударил кислый дух. Вино лилось рекой и туманило головы. Эд обхватил Шарлотту одной рукой за талию и начал пробираться к стойке.

Когда она почувствовала его руку на своей талии, ее сердце замерло. Раньше мужчины обнимали ее только в танце. Они делали это осторожно, как если бы боялись ее сломать. Хватка капитана была твердой, уверенной. Похоже, он делал это не первый раз. Наверняка он приводил в эту таверну многих женщин, подумала Шарлотта, и эта мысль ее почему-то расстроила.

– Смотри, какая красотка, – раздался рядом зычный голос. – Погадай мне, цыганка.

Пьяный матрос схватил ее за руку. Шарлотта тут же вырвала ее и не на шутку испугалась. В этот момент она впервые подумала, что маскарад может быть не только веселым, но и опасным. Маска снимала барьеры и высвобождала самые низменные желания.

– Эта женщина со мной, – раздался властный голос Эда.

– Мы еще посмотрим, с кем она пойдет, – развязно протянул матрос.

Эд встал между ними и заслонил своим телом Шарлотту. – Это моя женщина.

В его голосе звучала угроза. Одна его рука лежала на узорчатых ножнах, а вторая поглаживала рукоятку ножа, давая понять, что это не деталь костюма, а настоящее оружие, и он готов пустить его в дело, если понадобится. Собутыльники моряка не стали доводить дело до драки и вывели своего товарища наружу охладиться. Эд повернулся к Шарлотте.

– Вы в порядке?

– Да. Хотя сначала я немного испугалась.

В таверне было шумно. Им приходилось кричать, чтобы услышать друг друга.

– Хотите уйдем отсюда?

– Вы мне обещали танцы, – напомнила Шарлотта, и Эд рассмеялся. – Я сказала что-то смешное?

– Местные танцы могут показаться вам слишком неприличными.

– Я только посмотрю. Я не собираюсь танцевать, – заносчиво ответила она.

– Бьюсь об заклад, что еще до полуночи вы сделаете первое па.

– Что ставите?

– Поцелуй.

– Вы самонадеянны.

– Вы тоже.

Пари на поцелуй было чистым безумием, о чем цыганке Чарли напомнила сидящая где-то в глубине ее подсознания маленькая рассудительная Шарлотта. Но цыганка в это время пила вино, которое им подал владелец таверны. И хотя в нем не было ничего общего с тем изысканным букетом, которым они наслаждались в саду, оно заглушило голос разума.

В таверну вошли музыканты, и толпа приветствовала их радостными криками. Гости раздвинули лавки и столики, освободив место. Заиграла музыка, в центр вышли две пары и начали танец.

На балах в доме дяди и его соседей все было очень целомудренно. Дамы и кавалеры чинно скользили вдоль залы, едва касаясь друг друга. Здесь партнеры обхватывали своих партнерш двумя руками за талию и вертели их, как хотели, после чего подкидывали вверх так, что сердце заходилось не только у девушек, но и у тех, кто на них смотрел. Зрители яростно хлопали в ладоши, отбивая ритм.

Танцоры уступили место двум новым парам. Юбки этих женщин были короче, и партнеры подкидывали их выше. Аплодисменты звучали громче. В таверне становилось все жарче.

Шарлотта завороженно смотрела на танцоров. Щеки ее раскраснелись, глаза сверкали. Она украдкой бросила взгляд на Эда. Он потягивал вино из бокала и, казалось, совсем не следил за происходящим. Шарлотту задевало его равнодушие. Она ждала, что он пригласит ее на танец.

Сначала она собиралась решительно отказать, ведь танец был совершенно неприличным. Потом она пошла на компромисс и хотела сделать несколько кругов, но только без подбрасывания вверх, чтобы окончательно не потерять достоинство.

Время шло, одни пары сменялись другими, а приглашения от капитана так и не поступало. Последние пары прошли свой круг и закончили танец. Музыка стихла. Зрители одарили танцовщиков щедрыми аплодисментами.

Шарлотта стояла оглушенная и расстроенная.

– Вы ведь хотели танцевать? – спросил Эд.

– Да, – выдавила Шарлотта.

– Почему же вы мне об этом не сказали?

– Я думала, вы меня пригласите.

– Вы дали понять, что мне не стоит этого делать.

– Я передумала.

– Как мне узнать, что вы передумали, если вы не скажете мне об этом?

Шарлотта растерялась. С детства мать и дядя внушали ей, что для каждого человека долг прежде всего, а чувства и желания нужно скрывать. И вот перед ней стоял человек, который просил ее быть открытой. Это было новое, непривычное ощущение. Впрочем, сегодня вечером все было непривычным.

Шарлотта набралась храбрости.

– Капитан Эд, мне бы доставило удовольствие, если бы вы пригласили меня на танец, – сказала она.

Без долгих разговоров он взял ее за руку и повел за собой. Он бросил кошелек музыкантам, и те снова заиграли. Эдмунд и Шарлотта вышли в круг. Он обнял ее за талию, она положила руки ему на плечи, и они стали двигаться в такт музыке.

Внезапно она почувствовала, как ее ноги оторвались от земли. Она взлетела вверх, подкинутая его мощными руками. Ее сердце было готово выпрыгнуть из груди. Он осторожно опустил ее на землю и продолжил танец. Когда они дошли до второго броска, она уже не боялась. Шарлотта даже отважилась оторвать руки от его плеч и взмахнула ими как птица.

Толпа аплодировала им.

В последнем заходе Эдмунд не поднял, а подкинул ее вверх. Взлетев почти к потолку, она даже не успела испугаться, как снова упала в его объятия. Танец закончился, и радостная толпа проводила их ревом. Они вышли в ночную прохладу.

Праздник подходило к концу, и лишь редкие крики нарушали тишину. Шарлотта молчала. Капитан Эд тоже не проронил ни звука. Они сели в карету и направились в гостиницу. Через четверть часа кучер высадил их у входа.

– Спасибо вам за этот вечер, – первой нарушила молчание Шарлотта. – Я его никогда не забуду.

Капитан Эд стоял так близко, что его теплое дыхание колыхало ее волосы. Он смотрел на нее так, как будто хотел впитать каждую черточку, каждую клеточку ее тела.

– Вечер еще не закончился, – сказал он. – Я еще не получил свой выигрыш.

– Какой выигрыш?

– Мы спорили на поцелуй, – напомнил он.

Он взял лицо Шарлотты в свои руки и приблизил его к своему лицу. Его губы мягко коснулись ее губ, как будто дразня их, после чего отстранился.

– Это был выигрыш. А все, что будет дальше, нет. Если хотите остановить меня, сделайте это сейчас.

Он давал ей выбор. Шарлотта могла продолжать быть человеком, за которого принимают решения другие, а она лишь делает то, что ей говорят. Или ей придется сделать еще один шаг на пути обретения своего голоса.

– Я не хочу вас останавливать, – тихо сказала Шарлотта.

Эд снова склонился над ней. В этот раз его губы были более требовательными. Он целовал ее с такой страстью, как будто не было ни вчера ни завтра. Она тянулась к нему, ее руки обнимали его широкие плечи, как будто она искала опору в водовороте чувств, захвативших ее.

Он отпустил ее губы и стал целовать волосы. Она прильнула к его белоснежной рубашке и почувствовала, как кружится голова. Похоже, вино из таверны, наконец-то, подействовало.

– Как бы я хотел, чтобы эта ночь не кончалась, – сказал он, прижимая ее к себе.

– Я тоже.

Прижавшись к его груди, Шарлотта чувствовала себя защищенной. Какие бы бури и невзгоды не бушевали в мире, широкая спина Капитана Эда надежно ограждала от них.

– Я должен идти. Ночью закончат ремонт корабля. Мне нужно быть на борту.

– Тогда увидимся завтра, – улыбнулась она, покидая его объятия.

– Уже сегодня.

Он поцеловал ее руку и направился к воротам. Шарлотта провожала его взглядом, пока его не поглотила ночная тьма. Она поднялась к себе. Сменив наряд цыганки на ночную сорочку, она забралась в постель.

Мысли роились в голове Шарлотты, как пчелы в улье. Каждая из них жужжала и не давала спать. И, в то же время, сумбурные события сегодняшнего дна, и, особенно, ночи, были настолько важными, что Шарлотте даже пришла в голову мысль разбудить маму и все ей рассказать.

Однако она решила этого не делать. Первый час будет потрачен на упреки в неподобающем поведении, а Шарлотта была слишком возбуждена, чтобы вежливо их выслушивать.

Она решила дать матери хорошенько выспаться, а вместо этого использовать старый способ, которому та ее научила. Чтобы посмотреть на ситуацию со стороны, нужно представить ее как историю о постороннем человеке.

Итак, некая девушка едет в королевский дворец, чтобы выйти замуж за принца. По дороге она влюбляется в капитана корабля, который должен доставить ее к будущему мужу. Девушка знает, что капитан человек не ее круга и никогда не будет одобрен ее родными. Было несправедливо, что этот притягательный мужчина не будет одобрен ее родными лишь потому, что он родился в неправильной семье, но с этим ничего нельзя было поделать.

Подразумевается, что все девушки хотят замуж за принца. Эта девушка не знает, хочет ли она за него замуж, поскольку никогда не видела принца и не знает, что он за человек.

Девушка подозревает, что капитан испытывает к ней чувства, но какие именно она не знает. Она также не знает, интересует ли его приданое девушки. Готов ли капитан отказаться от приданого и взять только девушку? Пойдет ли он на конфликт с могущественным принцем ради нее?

Шарлотта долго ворочалась, но так и не решила, что именно некой девушке делать.

ГЛАВА 9

Шарлотта проснулась оттого, что кто-то осторожно тряс ее за плечо. Она открыла глаза и увидела взволнованное лицо служанки Марты.

– Пора вставать, леди Шарлотта.

– Уже утро?

– Почти день.

Марта раздвинула шторы, и солнце ворвалось в комнату. Уже светало, когда сон сморил Шарлотту. Она проспала всего несколько часов и не чувствовала себя бодрой.

– Леди Урсула заказала завтрак и ждет вас.

– Как она?

– Гораздо лучше. Пребывание на суше вернуло ей доброе расположение духа.

– Бедняжка Марта, я знаю, что с мамой может быть очень трудно, когда ей нездоровится.

– Я не жалуюсь, миледи. Когда ее светлости становится совсем невмоготу, я пою ее травяным чаем, и она засыпает.

– Бьюсь об заклад, она истощила твои запасы.

– Почти ничего не осталось, – улыбнулась Марта. – Надеюсь, сегодняшний день она сможет продержаться. Завтра утром мы прибываем в Валбертин.

– Неужели уже завтра?

– Остров Веселья всего в одном дне пути.

Уже завтра утром она встретит принца Эдмунда, своего будущего мужа. Шарлотта с удивлением подумала, что принц, который всего неделю назад занимал все ее мысли, исчез, и его место прочно занял капитан.

Шарлотта вышла в соседнюю комнату, где за столом был накрыт завтрак. Крепкий кофе был подан в пузатом жестяном кофейнике. Рядом с ним стояла тарелка со свежими булочками, отдельно лежали масло и джем.

На лице Урсулы появился легкий румянец. Она была в приподнятом настроении. Шарлотта порадовалась за мать, поцеловала ее в щеку и заняла место за столом.

– Надеюсь, ты хорошо провела время с Капитаном Эдом?

Первый же вопрос матери заставил Шарлотту замереть. Неужели она знает об их ночном поцелуе? Но ведь во дворе гостиницы они были одни.

– С капитаном? – осторожно переспросила Шарлотта. – Что ты имеешь в виду?

– Пикник в саду после обеда. Что же еще?

– Ах, да, разумеется, – с облегчением выдохнула Шарлотта. – Капитан рассказал мне о местных диких цветах. Они удивительно красивы. Особенно в разгар весны, когда покрывают землю сплошным пестрым ковром.

– Как они называются? – продолжала выпытывать Урсула, намазывая булочку маслом.

– Их так много. Я не помню названий.

– Надо выучить хотя бы некоторые из них, – наставительно сказала мать. – Когда мы приедем во дворец, мне бы хотелось, чтобы ты произвела хорошее впечатление на королеву.

– Мне сказать ее величеству, что я любовалась цветами на острове Веселья? – Шарлотта произнесла эту фразу невинным голосом.

Мать с негодованием воззрилась на нее. – Даже в шутку не смей произносить подобные вещи. Одно упоминание твоего визита на остров до свадьбы может навсегда погубить твою репутацию.

– Мама, я просто шучу.

Урсула отложила нож и скрестила руки в замок. Так она делала всегда, когда собиралась дать дочери наставление. Шарлотта мысленно приготовилась.

– Тебе очень повезло, что ты попала в дом Теобальдуса, где за тобой был постоянный присмотр. Ты могла встречаться с молодыми людьми лишь на балах и семейных праздниках в присутствии старших. Именно поэтому, когда королева выбирала тебя в невесты своему сыну, у нее не возникло никаких сомнений в том, что ты достойная жена для ее сына.

Шарлотта сделала глубокий вдох и сосредоточила все внимание на маленькой изящной серебряной ложке.

– Я надеюсь, ты понимаешь, как тебе повезло, и не хочешь безрассудным поведением разрушить те надежды, которые возлагает на тебя твоя семья.

– Конечно, нет, мама, – тихо ответила Шарлотта. Она подумала о своих разрушенных надеждах, но о них ее никто не спрашивал. – После завтрака я пойду в сад и соберу букет. Капитан скажет мне названия цветов, и я их выучу.

– Хорошая идея. – Урсула встала из-за стола. – Я прикажу Марте собирать вещи. – Она вышла из комнаты, оставив Шарлотту наедине с мыслями.

Шарлотта с тоской думала, что завтра прекрасный праздник путешествия закончится, и начнутся будни. Будет супруг, которого она никогда не видела, но который получит все права на нее. Будет размеренная дворцовая жизнь, скучные приемы, утомительные разговоры, изощренные сплетни. Каждый придворный будет просительно заглядывать ей в глаза. Всем от нее будет что-то нужно. Она перестанет принадлежать себе и превратится в винтик большой машины.

Остался последний день свободы.

Шарлотта вышла из номера и спустилась по лестнице вниз. У входа стояла карета в ожидании пассажирок. Марта помогала лакеям укладывать багаж. Помимо баулов с вещами, она также взяла в дорогу домашнюю выпечку и запасы еды.

Шарлотта прошла через арку в сад. Фруктовые деревья отцветали, роняя лепестки. Шатер и все пространство вокруг него были усыпаны ими как снегом. Шарлотта застыла, завороженная красотой этого места. Воспоминания нахлынули на нее.

Вот здесь они сидели вместе. Он достал из ведерка со льдом бутылку вина и наполнил бокалы, а потом пододвинул ей закуски. Она помнила, что у нее закружилась голова не то от вина, не то от его присутствия. Он улыбался своей насмешливой улыбкой, а темные бездонные глаза его ласкали ее взглядом.

Потом он поцеловал ее руку. Шарлотта коснулась того места, где она почувствовала его губы на своей коже. Они были мягкими, и сам поцелуй был осторожный, как будто он боялся спугнуть ее. Мама, конечно, не одобрила бы подобное поведение, но это было в рамках приличий, в отличие от того, что произошло в таверне.

Шарлотта помнила то чувство полета, которое она испытала в его объятиях. Твердо и, вместе с тем, нежно, он держал ее в своих руках. Когда какой-то перебравший матрос посмел коснуться ее, капитан встал между ними, заслонил ее своим телом и сказал «это моя женщина». Для того пьяницы это был лишь сигнал не посягать на чужую собственность. Для Шарлотты его слова звучали как музыка.

Но в этот момент ее мечты грубо прервали. Кто-то схватил ее сзади и силой толкнул в шатер. Шарлотта вырвалась и обернулась. Перед ней стоял… Магнус Ратнер!

Шарлотта не верила своим глазам. Она рассталась с ним всего две недели назад, но у нее было ощущение, что это было в прежней жизни. Магнус был для нее чем-то вроде привидения из старого замка. Той Шарлотты, которая чинно плыла рука об руку с ним под унылую музыку в пыльных залах, больше не было.

С тех пор произошло множество событий. Она встретила Капитана Эда и отправилась с ним в путешествие. Она танцевала с ним совершенно неприличный танец. Он держал ее в своих объятьях и целовал ее так, что мир остановился. Ей хотелось, чтобы путешествие было бесконечным. Как и его поцелуи.

– Как ты здесь оказался? – спросила Шарлотта и тут же спохватилась. – Прости, Магнус, я забыла свои манеры. Мне очень приятно тебя видеть. И все же, откуда ты здесь?

– Я здесь, чтобы поговорить с тобой.

Магнус странно смотрел на нее, как будто один вид ее доставлял ему немыслимые мучения.

– Ты же не проделал такой путь, чтобы напугать меня своим взглядом. – Она попыталась перевести все в шутку.

– Разве еще осталось что-то, что может тебя напугать? – Его голос звучал ровно, без эмоций, но глаза продолжали жечь ее. – Ты ведь отважная девушка. Жаль, никто об этом не знает. Впрочем, это поправимо.

– Ты говоришь загадками.

– Хочешь, чтобы я изъяснялся прямо? Изволь. Я открыл тебе свое сердце, а ты посмеялась надо мной.

– Я сожалею, что не смогла ответить на твои чувства. Но мне не хотелось лгать тебе.

Лицо Магнуса скривилось и стало похоже на злобную маску.

– Тебе не привыкать лгать. Распутнице без совести, без чести, которая ходит по кабакам в обнимку с моряком.

Шарлотта побледнела. Все краски мира померкли, чудесный белый сад превратился в могильный холм, белый шатер любви превратился в белый саван.

Магнус следил за ней. Ее доброе имя и благополучие ее семьи теперь были в его руках. Одетый во все черное, он казался посланцем судьбы, который явился, чтобы наказать ее за дерзость, за попытку выйти за рамки дозволенного.

Видя, какое впечатление произвели его слова, он продолжал. – Всю жизнь ты скрывала свои развратные инстинкты под маской благопристойности. Оказалось достаточно одного поцелуя, чтобы ты превратилась в бесстыжее животное.

– Ты не смеешь так говорить обо мне!

Он схватил ее за руки. – Это ты не смеешь притворяться порядочной девушкой, когда в каждом твоем взгляде, в каждом жесте сквозить порочность.

– Оставь меня! – Она попыталась вырваться, но он все сильнее сжимал пальцы на ее запястьях.

– Теперь ты будешь слушать меня и сделаешь все, как я скажу, – повелительным тоном сказал он. – Когда твой корабль прибудет в Валбертин, он бросит якорь в бухте. На рассвете к нему прибудет шлюпка с моими людьми. Ты сядешь в нее. Она отвезет тебя на мой корабль, который будет ждать неподалеку.

Магнус отпустил ее руки. Она отшатнулась.

– Мой первоначальный план остается в силе. По прибытии ты немедленно выходишь замуж за герцога Молтенбаша. Он заявляет права на проливы Рокморф. Принц не сможет ничего сделать. Герцог слишком силен и влиятелен. Он протянет год или два, а после его смерти, ты будешь принадлежать мне.

Когда Магнус излагал этот план впервые, его глаза были полны любви и надежды. Теперь в них не осталось ничего, кроме презрения и ненависти.

– Если ты ослушаешься, пеняй на себя. У меня есть два уважаемых свидетеля, которые готовы под присягой подтвердить, что своими глазами видели, как ты покинула гостиницу в сопровождении неизвестного мужчины. Они также видели, как ты танцевала в таверне, как этот мужлан подбрасывал тебя так, что весь сброд в таверне видел, что у тебя под юбкой.

Шарлотта в ужасе спрятала лицо в ладони.

– Все королевства будут потешаться над принцем Эдмундом. Из всех девушек выбрать распутницу. – Магнус продолжал унижать ее. – Когда он заберет проливы, его никто не осудит. Ты останешься ни с чем и будешь опозорена навеки. Тебя будут гнать отовсюду, ты умрешь, скитаясь, без дома, без куска хлеба, в страшных мучениях.

– Ты не можешь так поступить, – взмолилась Шарлотта.

– Кто посмеет меня остановить?

– Зачем тебе все это? Ведь ты ничего на этом не выиграешь.

– Я буду известен как человек, избавивший принца от позора. Меня ждет слава, почет, титулы и богатство.

Шарлотта смотрела на Магнуса, как будто видела его впервые. – Значит, когда ты говорил, что любишь меня, это была ложь?

– Тогда это была правда, но она была тебе не нужна. Ты отвергла мою любовь. Ты предпочла попойку с бродягой чувствам джентльмена. Такая распущенность должна быть наказана. Ты заплатишь за свою неразборчивость. Добровольно или по принуждению, но ты будешь моей, Шарлотта.

Он покинул шатер и направился к выходу из сада. Сделав несколько шагов, он обернулся.

– От твоего решения будет зависеть не только твоя судьба, но и жизнь твоей матери, дяди и всех родственников. Я не верю, что ты настолько жестокосердна, что заставишь их страдать.

Безжалостный человек в черном уходил по белому ковру опавших лепестков. Шарлотта смотрела ему вслед, и сердце ее сжималось от боли и страха. Она не помнила, как нашла выход из сада, как оказалась у дверей гостиницы, где мать окликнула ее.

– Шарлотта, где ты ходишь? Нам давно пора.

Не говоря ни слова, Шарлотта села в карету, где ее уже ждали Урсула и Марта. Слуга убрал лесенку и захлопнул дверцу. Он сделал знак кучеру, тот стегнул лошадей, и карета покатила вниз к гавани.

– Где цветы? – спросила мать. Шарлотта посмотрела на нее непонимающим взглядом. – Ты пошла в сад за цветами.

Шарлотта опустила голову. Урсула видела, что с дочерью что-то произошло, но решила не мучить дочь расспросами, тем более в присутствии прислуги.

Солнечные лучи скользили по изумрудно-зеленым холмам, воздух был наполнен нежным запахом цветущих садов. В то время как ее мать любовалась красотой острова, лишенная всех чувств Шарлотта ничего не видела и не слышала. Раненая жестокими словами Магнуса, она думала лишь о том, какая катастрофа может разразиться, если он выполнит свои обещания.

Мать долго не выдержит и, с ее слабым здоровьем, быстро сойдет в могилу. Семья дяди не посмеет показать носа из поместья. Все знакомые станут их избегать, словно они прокаженные. Сама Шарлотта станет изгоем. Ей придется покинуть Валбертин и уехать туда, где о скандале еще не слышали.

Найдется ли такое место?

ГЛАВА 10

Погруженная в раздумья, Шарлотта не заметила, как карета доехала до пристани. Капитан Эд приветствовал ее с матерью у трапа. Сегодня он был одет с особой тщательностью. Камзол подчеркивал его широкие плечи и тонкую талию, из-под обшлагов рукавов виднелись ослепительно белые кружева, а на руках были перчатки из тончайшей кожи.

Капитан произвел весьма благоприятное впечатление на Урсулу. Он выглядел почти джентльменом, принимая во внимание его не слишком благородный род занятий. Она приписала метаморфозу в его облике благотворному влиянию своей дочери.

Капитан сообщил, что в кают-компании накрыт стол с лимонадом и легкими закусками. Шарлотта сослалась на головную боль и сказала, что хочет побыть одна. Она лишь мельком взглянула на капитана. Казалось, один его вид причинял ей боль.

Эд был из тех мужчин, которым одинаково идет как простота, так и продуманная элегантность. Он был очарователен и в образе пирата, когда широко распахнутый кружевной воротник открывал его мускулистую грудь. Он останавливал взгляд и сегодня, когда выглядел безукоризненным джентльменом.

Шарлотта заперлась в каюте, унеся с собой оба эти образа.

Она не ответила на настойчивые просьбы матери и увещевания служанки Марты открыть дверь. Ей не хотелось ни есть, ни пить, ни разговаривать. Спустя пару часов, обеспокоенная мать постучала еще раз. Шарлотта вновь попросила оставить ее одну.

Она вспоминала перекошенное лицо Магнуса, и ей становилось страшно от одной мысли, что любовь может превратиться в такую страшную ненависть. Быть может, это была не любовь, а лишь жажда обладания. Она была готова притворяться любовью, рядиться в одежды обожания и преклонения. Но, получив отказ, она сбросила маску притворства и предстала во всей своей отвратительной красе.

Если Шарлотта уступит требованиям Магнуса, поедет с ним и выйдет за старого герцога, она спасет семью ценой своей свободы. Пока жив герцог, ей придется терпеть его присутствие и его костлявые руки на своем теле.

Когда он умрет, то ее полновластным хозяином станет Магнус Ратнер, и она будет его пленницей. Даже если он женится на Шарлотте, это никак не повлияет на его отношение к ней. В присутствии других Магнус будет блестяще играть роль идеального мужа. Он будет внимателен и любезен со своей женой.

О том, что ее ждет наедине с ним, Шарлотта боялась даже думать. Ненависть и презрение, которые он обрушил на нее во время разговора в шатре, были лишь предварительными ласками. Мелочный и мстительный, Магнус заставит ее снова и снова платить за то, что она отвергла его любовь, за то унижение, которое ему пришлось испытать.

Если она расскажет принцу о шантаже, то поставит того в затруднительное положение. Разумеется, о браке не может быть и речи. Принц Эдмунд не может позволить себе жениться на девушке с запятнанной репутацией. С другой стороны, принца может обрадовать мысль, что ему не придется жениться на Шарлотте. По слухам, он не в восторге от матримониальных планов королевы и предпочел бы сохранять свободу как можно дольше.

Шарлотте пришла в голову идея отдать принцу проливы Рокморф в обмен на покровительство и защиту от Магнуса. Мерзавец не посмеет вступить в противостояние с особой королевской крови. Было бы неплохо получить небольшое приданое, чтобы иметь возможность выйти замуж за любимого человека.

За любимого…

После разговора с леди Мэйлин, когда она посещала ее перед отъездом, Шарлотте приснился странный сон. В нем толпа разряженных женщин жадно тянула руки к мужчине в темном. Он одиноко стоял на вершине и, казалось, совсем не замечал волнений, которые вызвал. Шарлотта помнила, как пробиралась сквозь эту толпу в надежде подойти ближе и рассмотреть его лицо. Но едва она подходила ближе, как он снова отдалялся.

Этот незнакомец в темном приходил в ее сны много раз. С того времени, как она себя помнила, Шарлотта видела свою свадьбу. Старинный собор с высокими потолками был заполнен до отказа. Гирлянды из белых и розовых цветов обрамляли гербы самых знатных семей. Их представители присутствовали на бракосочетании, тихо переговариваясь между собой.

Шарлотта шла по длинному проходу между скамьями. Тусклые стекла гигантских витражей задерживали лучи солнца, и потому внутри царил полумрак. Через верхние оконца свет падал на ее белое подвенечное платье с длинным шлейфом. Ножки в атласных туфельках ступали по старым плитам со стертыми надписями.

Она шла мимо статуй святых в нишах и вдоль стен, покрытых фресками и мозаиками. Повсюду были расставлены букеты из чудесных цветов. Шарлотта доходила до алтаря и становилась рядом с мужчиной. В мечтах она чувствовала его присутствие, но не видела его лица.

И вдруг, впервые в своей жизни, она отчетливо увидела, что человек, стоящий с ней у алтаря, это Капитан Эд. Он смотрел на нее своим привычно-насмешливым взглядом и улыбался. Шарлотта не понимала, как она раньше этого не видела. Он всегда был там, в ее снах и мечтах. Она почувствовала настоятельную потребность немедленно поговорить с капитаном.

За окном темнело. Тяжелые волны бились о борт. «Марианна» торопилась в родную гавань. Шарлотта накинула плащ и вышла наружу. Проходя мимо каюты матери, она прислушалась. Похоже, что ее мать и служанка спали.

Стараясь остаться незамеченной, Шарлотта вышла на палубу, где не было видно никого, кроме вахтенных, которые смотрели в другую сторону. Добравшись до каюты капитана, Шарлотта постучала. Услышав его голос, она вошла, быстро прикрыв за собой дверь.

Капитан сидел за столом и писал. Его камзол висел на спинке стула, под ним была белая рубашка и темный атласный жилет. При виде Шарлотты, он отложил перо и поднялся.

– Нам нужно поговорить, – выдохнула она с порога.

– Вы очень бледны, – забеспокоился он. – Вы здоровы?

– Что? Это не важно. Я пришла, чтобы рассказать вам о важном событии. Случилось нечто, что может изменить мою судьбу. И вашу тоже, если вы… Но если вы не хотите, если у вас другие чувства, то я, разумеется, не могу настаивать…

Капитан подошел к ней, положил руки ей на плечи и тихонько сжал их, потом начал поглаживать, чтобы успокоить ее.

– Вы дрожите, вероятно, от простуды. Вы долго стояли на палубе?

– Нет, я сегодня весь день провела в своей каюте.

– Тогда это после нашей вчерашней ночной прогулки. Вечер был теплым, но к полуночи стало холодать, и ваш наряд цыганки вряд ли согревал. Давайте я сделаю вам горячего вина со специями. Это старое морское средство от простуды.

Он усадил ее в свое кресло, а сам отошел к столику. Там он налил вина в особую медную чашу с ручкой, после чего поставил ее на лампу, чтобы согреть.

Эд достал из комода подставку с множеством стеклянных флаконов. Он открывал каждый флакон, вдыхал запах, после чего либо возвращал его на место, либо длинными пальцами доставал щепотку и бросал ее в вино. Добавив все, что нужно, он тонкой палочкой начал размешивать содержимое медной чаши. По каюте разлился тонкий аромат.

Старалась успокоить бьющееся от нахлынувших чувств сердце, Шарлотта перевела свой взгляд на бумаги на столе капитана. Это был тот самый финансовый отчет казначейства, к которому она писала далекие от комплиментов комментарии.

Капитан налил вино в глиняную кружку и поставил на стол перед Шарлоттой. Он отодвинул бумаги в сторону и сел рядом. Шарлотта сделала глоток и нашла питье терпким, пахучим и очень приятным на вкус.

Он пристально смотрел на нее. Пламя свечей играло на ее золотистых волосах, окружая их светящимся ореолом. Нежное розовое платье и светлая накидка делали ее похожей на ангела, который случайно забрел в темноту его каюты. Окруженная неземным сиянием, она была очаровательна.

– Вы вся дрожите. Ваш плащ слишком тонок. У меня есть плед. Давайте я накину его вам на плечи, он поможет вам согреться.

– Это не холод заставляет меня дрожать.

– Что же?

– Страх.

– Я вас пугаю?

– Нет, не вы. – Шарлотта поставила кружку на стол. – Сегодня я встретила одного человека. Мы были знакомы прежде. Мы даже играли вместе, когда были детьми. Я считала его своим другом. Но сегодня утром он сказал мне слова, которые навсегда изменили мою жизнь.

Собрав все мужество, Шарлотта рассказала, что Магнус видел их вместе в таверне на острове Веселья и теперь шантажирует ее. Капитан откинулся на спинку стула и скрестил руки, рассматривая ее.

Шарлотте стало неуютно под его бесстрастным взглядом. Казалось, он взвешивал ему одному известные за и против, прежде чем принять решение.

– Что вы намерены делать? – ровным, почти равнодушным голосом спросил он.

– Я решила рассказать обо всем принцу и положиться на его великодушие.

– Интересный выбор. – На губы Эда вернулась насмешливая улыбка. – Какого именно великодушия вы ожидаете?

– Понимания и деликатности, прежде всего.

– Деликатный брак? Никогда о таком не слышал.

– Разумеется, ни о каком браке не может быть и речи, – сказала Шарлотта. – Если эта история выйдет наружу, то принц станет посмешищем всех королевств. Я не могу с ним так обойтись.

Капитан внезапно растерянно заморгал и уставился на Шарлотту, как если бы она была редчайшим камнем или заморской диковиной. Он ждал, что подобно всем другим женщинам, которых он встречал, она переложит груз своих проблем на широкие мужские плечи и будет со стороны наблюдать, как он с ними справляется.

Все женщины так поступали, все мужчины были согласны с тем, что женщины так поступают, поэтому Эд тоже принимал это как должное. Однако эта женщина продолжала его удивлять.

Вчера ночью Шарлотта была восхитительной красавицей, очаровательной цыганкой, от которой он потерял голову. Вернувшись на корабль, он поймал себя на мысли, что вновь перебирает в памяти детали их приключения в таверне.

Он со смехом вспоминал ее расстроенное лицо, когда закончилась музыка, а она так и не решилась пойти танцевать. И как потом она набралась смелости, чтобы пригласить его на танец. Когда он подкидывал ее вверх, она не визжала от испуга, как другие девушки, а взлетала, раскидывая руки, как крылья. Маленькая храбрая птичка ни на секунду не усомнилась в нем: она верила, что он ее поймает. Эд почувствовал странную теплоту внутри, как будто ее доверие подарило ему искорку счастья.

Тот первый короткий поцелуй, который он сорвал с ее губ ночью у ворот гостиницы, был платой за проигрыш. Сколько уловок и уверток использовали бы другие дамы, чтобы не платить по счетам. Шарлотта, в отличие от них, не стала ломаться, а честно заплатила.

Следующий поцелуй был ее выбором. Он предоставил ей право отказаться. Ему потребовалось бы все его самообладание, но он бы отступил. Она снова ему доверилась, и он наклонился, чтобы коснуться ее губ, теплых и зовущих. Ее рука, скользнувшая вверх по его шелковой рубашке, спровоцировала его крепко прижать ее к своему телу. Его мышцы напряглись, губы еще сильнее прижались к ее губам, и сердце забилось странными резкими толчками.

Он помнил, как ее губы открывались навстречу его дразнящим и зовущим прикасаниям. Он думал, что мог заставить ее забыть обо всем в его объятиях, но когда ее руки гладили его шею и ласкали волосы, он сам был опасно близок к потере самообладания. С усилием он заставил себя оторваться от нее.

Эд так увлекся Шарлоттой, что совсем забыл о своем первоначальном плане соблазнить ее и забрать ее земли. И вдруг, как гром среди ясного неба, какой-то мерзавец собирается сделать то же самое. Эд увидел себя со стороны, и это наполнило его отвращением.

До этой минуты он считал себя вправе делать то, что делал, поскольку он принц, будущий король, для которого интересы королевства всегда должны быть на первом месте. Теперь не нужно было даже соблазнять ее. Он доставит ее в Валбертин, после чего поговорит с матерью и расскажет ей, что невесту принца видели в таверне на острове Веселья в объятьях какого-то моряка. Кто именно был этим моряком ее величеству знать не обязательно.

Эдмунд попросит королеву устроить судьбу бедняжки, выделив ей земли где-нибудь в медвежьем углу, и забыть бы о ней. Все складывалось как нельзя лучше. Он вернется к своей обычной жизни и никогда больше не увидит Шарлотту.

Никогда.

– Вы заботитесь о чувствах принца. – Эд медленно подбирал слова. – Вы никогда его не видели, вас вынудили на брак с ним, и, тем не менее, вы не хотите причинить ему боль.

– Разве это странно?

– Вы даже не представляете как. Большинство людей, которых я встречал, думали исключительно о себе.

– Я решила поговорить с вами прежде, чем предпринимать какие-то действия. Поскольку вы оказались вовлечены…

– Оказался вовлечен? – Брови капитана поползли вверх. – Таверна была моей идеей.

– Даже если это так, я бы предпочла, если бы вы об этом не распространялись. – Шарлотта нервно теребила завязки своего плаща.

– Потому что девушке вашего круга не пристало крутиться в танце с каким-то моряком? – Голос капитана звучал ровно, но в нем угадывались нотки надвигающейся бури. – Потому что для ваших родных связи и знакомства гораздо важнее, чем каков человек. Солидный доход делает мужчину привлекательным, а титул так просто неотразимым. Хорошо, что я защищен от подобных посягательств, поскольку у капитана нет ни того ни другого.

– Именно поэтому вы можете пострадать как и я.

– Каким же образом?

– Неужели вы не понимаете? – вскочила Шарлотта. – Представьте, что я все рассказала принцу. Он постарается замять скандал, но, в то же время, будет думать, что вы во всем виноваты. Вам нужно будет где-то спрятаться, чтобы переждать его гнев.

– Вы не только о принце заботитесь, но и обо мне? – Эда было трудно удивить, но ей это удалось дважды за один вечер. – Вы поистине уникальны, Шарлотта.

Он взял ее руки, поцеловал каждую и усадил обратно в кресло.

– Какой у вас план?

– Я предложу принцу проливы Рокморф в обмен на небольшое приданое. Тогда Магнусу придется убраться восвояси. Он больше не сможет меня шантажировать.

Это были его собственные мысли. Вот она, та идеальная ситуация, которая устроит всех. Он сохранит свою свободу и больше никогда не увидит Шарлотту. Хочет ли он этого?

Брак его родителей был похож на многие другие. Постоянные измены отца и упреки матери сопровождались насмешками придворных. Он вырос в этом мире и не знал другого, пока не отправился в путешествие.

Там он увидел пары, которые расставались ненадолго и спешили друг к другу при первой возможности. Они проводили вмести целый день и не наскучивали друг другу. Он встречал жен, которых мужья учили стрелять и фехтовать, и у тех это ловко получалось.

В его памяти навсегда осталась история дона и доньи Эрнандес из небольшого герцогства на южной границе Нижних королевств. Когда на их земли напали враги, донья Эрнандес сражалась плечом к плечу с мужем. В последнем бою, изнемогая от ран, он упал на землю. Один из солдат противника направил меч, чтобы добить его, но жена встала между ними и приняла удар на себя. Дон Эрнандес вскоре скончался от ран, их похоронили вместе.

Когда Эдмунд был в тех краях, он попросил отвести его на их могилу. Тогда в душе его впервые в жизни появилось странное чувство зависти. Он завидовал силе любви этих людей. Он хотел верить, что и в его жизнь однажды войдет женщина, которая полюбит его так, что будет готова отдать жизнь за него. Стоящая перед ним Шарлотта чем-то напоминала ему донью Эрнандес.

Она отдавала все, чтобы спасти честь принца.

– Что если принцу не нужны ваши проливы? – спросил он.

– То есть, как это не нужны? – опешила Шарлотта. – Вся история с замужеством затевалась только для того, чтобы заполучить этот кусок земли. Я предложу его высочеству хорошую сделку, в которой он приобретет нужную ему собственность и сохранит свободу.

– Что если он захочет вас? – Голос Капитана Эда звучал глухо, как если бы каждое слово давалось ему с трудом.

– Тогда я скажу ему, что это невозможно.

– Вы откажете принцу?

– Я понимаю, он не привык получать отказ, но хотя бы однажды в жизни ему придется пройти это испытание.

– Он не только богат и знатен, – продолжал Эд. – Он будет королем. Замужество сделает вас королевой. У вас будет все, что захотите. Почему вы отказываетесь от счастья?

– Потому что это не счастье, – глядя ему в глаза, ответила Шарлотта. – Клетка, даже сделанная из золота, все же клетка. Я не хочу выходить замуж без любви. Я не могу любить его.

– Почему вы не можете любить его? – продолжал допытываться он.

– Потому что я люблю другого.

ГЛАВА 11

Когда он вырвал у нее признание, Шарлотта почувствовала, что с ее плеч упал тяжелый груз. Она опустила глаза, потому что не могла смотреть на него. Она боялась, что он будет смеяться над ней. Наверняка его любило немало женщин. Что ему ее переживания?

И вдруг он она совсем рядом услышала его дыхание. Эд опустился на колено, и его губы прошептали ей:

– Мне нужно спрашивать, кто этот другой?

Она покачала головой. Эд заключил ее в объятия и покрыл лицо поцелуями. Она снова провалилась в омут как тогда, после бурной ночи в таверне. Его руки, властные и, вместе с тем, нежные, прижимали ее к его мускулистому телу.

Сердце Шарлотты замирало, когда она смотрела в его горящие глаза, а его рука погрузилась в ее волосы. Она с готовностью откликнулась на призыв его пылающих губ и всем телом прижалась к нему. Все более требовательно и настойчиво он раскрывал ее губы языком, требуя пустить его внутрь, и она позволила ему.

Желание волнами накатывало на него, его поцелуй из нежного превращался в требовательный, яростный. Внезапно он оторвался от нее, поднялся с колен и отошел к дальней стене каюты.

– Тебе нужно уйти, – сказал он глухим голосом.

– Я что-то сделала не так? – спросила она с тревогой.

– Даже у моего самообладания есть пределы. Если ты не уйдешь, то я за себя не ручаюсь.

– В каком смысле?

– Ты станешь моей женой сегодня же на полу этой каюты.

– Почему на полу? – растерялась Шарлотта.

– Потому что кровать слишком узка для нас обоих.

Шарлотта мечтала о том, чтобы он разделил ее любовь, она также была готова к отказу или вежливому равнодушию. Но та страсть, с которой он смотрел на нее, пугала и одновременно привлекала ее, заставляя сердце трепетать и наполняться сладким предвкушением. Если бы он попросил ее остаться, она бы сделала это, не раздумывая.

Все те наставления, которыми забивала ей голову мать, улетучились, едва он заключил ее в объятья. На удивление из них двоих благоразумным оказался капитан. Может быть, он не был джентльменом по рождению, но он пытался остаться им сегодня.

Шарлотта покраснела и поднялась с кресла.

– Мне лучше пойти к себе.

– Мы поговорим обо всем завтра. – Голос капитана звучал привычно. Похоже, он успокоился и взял себя в руки.

– Я могу отдать принцу проливы в обмен на этот корабль, – предложила она. – Ты бы возил на нем грузы, а я ждала бы тебя на берегу. И еще я могу вести расчетные книги.

– Обожаю твою практичность. – Он снова одарил ее улыбкой.

– Ты смеешься надо мной?

– Ни в коем случае. Если бы ты ждала меня дома, я бы хотел вернуться в него как можно скорее.

– Еще мы заведем сад с такими же прекрасными деревьями как на острове Веселья, – продолжала она мечтать. – Весной он будет утопать в цвету. Ты будешь играть в нем с детьми, а я буду потом звать вас к ужину.

Он подошел ближе и заглянул ей в глаза.

– Тебе достаточно простой жизни? Тебе не нужен дворец?

– Мне нужна любовь, – сказала она, выдержав его взгляд.

Он нежно обнял ее и поцеловал.

– Обещай мне ничего не делать и ничего никому не говорить. Завтра утром мы придем в бухту Валбертина. Корабль встанет на рейде, и шлюпка доставит меня в гавань. Я сам поговорю с принцем.

– Как ты к нему попадешь? Ты ведь не можешь пойти во дворец как к себе домой.

Эд рассмеялся, но тут же постарался сдержать себя под недоуменным взглядом Шарлотты.

– Прости, я подумал о своем. Я отнесу во дворец бумаги, которые принц оставил на корабле. – Он кивнул на груду документов. – Я захвачу и твои заметки. У тебя есть хорошие идеи.

– Ты на самом деле так думаешь? – Она зарделась от похвалы. – Ты действительно собираешься показать их принцу?

– Да, дорогая.

Он накинул ей на плечи плащ и вышел на палубу, чтобы проводить Шарлотту в ее каюту. Темнота скрыла их поцелуй на прощание.

– Спокойной ночи.

– Сладких снов, моя любовь. Когда ты проснешься, я уже буду на берегу. Жди моего возвращения.

Когда на следующее утро Шарлотта проснулась, ей показалось, что судно не двигается. Она оделась и вышла на палубу, где увидела, что «Марианна» вошла в порт и встала на якорь, но не у причала, а метрах в ста от берега, очертания которого едва проступали сквозь утреннюю дымку.

Помощник Джон Стивенс сообщил, что временно принял командование судном, поскольку капитан сошел на берег. Они прибыли несколько позже назначенного срока из-за поломки и остановки. Поэтому капитан должен был выяснить, все ли готово к приему невесты принца.

Удовлетворенная этим объяснением, Урсула в сопровождении Шарлотты направилась в кают-компанию для последнего завтрака на корабле.

– Ты должна надеть свое лучшее платье, – наставляла она дочь. – Мне хочется, чтобы ты предстала перед принцем во всей красе. На пристани наверняка соберется немало народа. Все захотят увидеть будущую принцессу.

– Ты преувеличиваешь, мама. Я уверена, что люди в Валбертине слишком заняты своими делами, чтобы терять столько времени в надежде увидеть фигуру вдалеке.

– Для многих из них это единственная возможность увидеть королевскую особу.

– Не называй меня так.

– После замужества ты станешь членом королевской семьи, так что чем быстрее ты освоишься со своим новым статусом, тем лучше.

Впервые она почувствовала, что означает этот статус, когда гордый дядя сообщил своим соседям, что Шарлотта выходит замуж за принца. Именно тогда начались две самые изматывающие недели в ее жизни.

В доме поселились три портнихи, под руководством которых бесчисленное количество швей трудились днем и ночью. Каждый день Шарлотта проводила в нескончаемых примерках, чтобы убедиться, что одежда безупречно сидит на ее изящной фигуре. Она приходила в специально отведенную комнату и становилась вертящимся манекеном.

Новость о том, что будущей жене принца готовится новый гардероб, достигла самых дальних углов королевства. Отовсюду потянулись ювелиры, предлагая свои изделия и услуги. Это был звездный час Урсулы. Она придирчиво подбирала драгоценности к нарядам дочери. Урсула обожала драгоценные камни и могла часами говорить о них. Она помнила, какое колье было на шее той или иной красавицы на каждом из балов, которые она посетила в юности.

Дом дяди Теобальдуса стал местом паломничества знатных семей. Все те, кто годами не замечал Шарлотту, теперь искали ее расположения. Когда заезжие труппы давали спектакли, Шарлотта удивлялась, как можно все время произносить один и тот же текст. Ей казалось, что актеры должны уставать от однообразия. Теперь она сама каждый день принимала участие в театральном спектакле.

Здравствуйте. Очень рада. Спасибо за поздравления. Вы очень любезны. Конечно, помню. Буду рада видеть. Добрый день… рада видеть… спасибо за любезность…

Каждый из визитеров стремился заручиться ее поддержкой и намекал, что был бы счастлив служить при дворе. Шарлотта благодарила за теплые слова и не давала никаких обещаний.

– От меня ничего не зависит, – говорила она. – Я такая же подданная, как и вы.

– Ваша скромность делает вам честь, – отмечал очередной гость. – Ваша красота и шарм помогут вам получить не только место в сердце принца, но и в сердцах его подданных.

В перерывах между приемами гостей мать наставляла Шарлотту.

– Будь мила со всеми и никого не выделяй.

– Почему? Нет ничего зазорного в том, что одни люди нравятся больше, а другие меньше.

– Внимание влиятельных особ – это капитал, который приносит доход. Если ты дашь больше одному, то другие могут начать завидовать. Они не могут отомстить влиятельной особе, но могут разрушить жизнь тому, кого, по их мнению, незаслуженно облагодетельствовали.

– Прямо как пеструшка у нас в курятнике. Она, бывает, сама так объестся, что ничего в горло не лезет. Но зорко следит, чтобы никакая другая курица не получила зерна больше нее.

– Я надеюсь, ты не возьмешь свои куриные сравнения во дворец. – Мать посмотрела на нее с упреком.

– Почему бы и нет? – Шарлотта вздернула носик. – Разве короли не едят куриц?

– Ты хочешь моей смерти, – запричитала мать, обмахиваясь веером. – Как я буду смотреть в глаза ее величеству? Она подумает, что я пренебрегала своими обязанностями и не дала тебе приличного воспитания.

– Не волнуйся, во дворце я буду вести себя хорошо, – успокоила ее Шарлотта. – Я сделаю все, чтобы оправдать твои ожидания.

– Будем надеяться, – сказала Урсула, но по ее тону чувствовалось, что сама она не слишком в это верит.

Ее нервозность передалась Шарлотте. Вечером она возвращалась в свою комнату и падала на постель. Она долго не могла уснуть. Иногда ей хотелось плакать от бессилия. Шарлотте снились ужасные сны. В них она шла по бесконечным лабиринтам дворца. Она открывала двери, пытаясь найти свою комнату, и каждый раз это оказывалась чужая.

В комнатах сидели люди, которые не обращали на нее внимания. А те, что замечали ее присутствие, относились к ней, как к самозванке. Просыпаясь, Шарлотта вскакивала. Ее маленькое сердечко колотилось с утроенной силой. Она снова и снова спрашивала, правильно ли она поступает.

Вот и сейчас ее сердце было полно беспокойства, но в этот раз не за себя. Она с тревогой думала о том, удалось ли капитану попасть во дворец и поговорить с принцем. Миссия была сложной и деликатной.

Она пыталась представить этот разговор. «Здравствуйте, ваше высочество, вот ваши бумаги, которые вы оставили на корабле. Кстати, вы не против, если я заберу вашу невесту. Проливы можете оставить себе, мы не возражаем».

За окном раздался шум и послышались крики.

– За нами уже приехали? – всполошилась Урсула.

– Я посмотрю. – Шарлотта набросила на себя накидку и вышла на палубу. У левого борта на волнах качалась шлюпка. В ней сидели шестеро гребцов, которыми командовал бородач в морской форме.

– Что вам угодно? – спросил его Стивенс.

– Мне приказано забрать леди Шарлотту, – ответил бородач.

– Кто вы такие?

– Пусть она сама вам скажет.

Увидев Шарлотту, Стивенс подошел к ней.

– Эти люди утверждают, что приехали за вами.

Это были люди Магнуса. Как и обещал, он прислал за ней шлюпку. Ей пришлось собрать все свое мужество, чтобы спокойно ответить.

– Передайте им, что они ошиблись. Того, что им нужно, здесь нет.

Выслушав ответ, бородач посмотрел на Шарлотту так, что она поежилась. Он отдал команду, и шлюпка отчалила. Молясь, чтобы все обошлось, Шарлотта вернулась в кают-компанию и налила себе кофе. Руки ее дрожали, и она немного расплескала.

– Что там, дорогая? – спросила мать.

– Местные рыбаки предлагают свой товар, – солгала дочь.

– Я вижу, ты нервничаешь. Это естественно в твоем положении. Скоро твоя жизнь изменится навсегда.

– Навсегда, – эхом повторила Шарлотта.

После завтрака она прошла в свою каюту, где Марта помогла ей надеть голубое бархатное платье с лифом, вышитым шелком. Оно было достаточно элегантным, чтобы произвести впечатление, и достаточно теплым, чтобы избавить Шарлотту от мурашек в прохладное утро.

Марта убрала ее волосы наверх и закрепила их заколками с драгоценными камнями. Она отошла полюбоваться на свою работу.

– Вы выглядите как настоящая принцесса, – сказала Марта, и Шарлотта благодарно кивнула в ответ.

Она вышла на палубу, где уже вовсю вступало в свои права солнце. Оно разогнало туман и осветило бухту. По заливу гулял теплый ветерок, внизу плескалось лазурное море.

Шарлотта увидела, как с берега приближается белый катер с развевающимся на корме флагом Валбертина. Помощник Стивенс сообщил ей, что ее пребывание на борту «Марианны» подошло к концу.

Шарлотта пристально вглядывалась, пытаясь увидеть широкоплечую фигуру Капитана Эда. Когда катер подошел совсем близко, у нее упало сердце.

Его там не было.

Шарлотту бросило в жар. Значит, принц не поверил капитану. Или поверил и бросил его в тюрьму. Капитан мог признаться принцу, что любит ее, и попросить отдать ему Шарлотту в жены. Впрочем… Он так и не сказал самой Шарлотте, что любит ее. С чего бы ему признаваться в этом принцу?

В голове Шарлотты одна беспорядочная мысль сменяла другую. Обязательно надо встретиться с принцем и узнать, что он сделал с капитаном. Если понадобится, она отдаст его высочеству свои земли в обмен на Эда. Она будет умолять принца освободить его, скажет, что она одна во всем виновата.

Даже самое опрометчивое решение лучше никакого, подумала Шарлотта, и, приняв его, почувствовала себя увереннее. Катер приближался с неумолимостью судьбы. Поднявшийся на борт седовласый военный представился как начальник королевской стражи полковник Теодор Вальдус.

– Я рад, что мне выпала честь доставить вас на берег, – сказал он. Лицо его сияло ничуть не меньше начищенных пуговиц его мундира.

– Я тоже очень рада. Вы сразу отвезете меня во дворец?

– Никак нет, миледи. Принц готовится встретить свою невесту в гавани. Ее величество королева и его высочество принц будут ждать вас в дальнем конце порта, где для них поставлен шатер. По протоколу вы должны пройти от места высадки до места встречи, приветствуя своих будущих подданных. На пристани собралась толпа. Все хотят видеть будущую принцессу.

Его слова вызвали у Шарлотты настоящую панику: королева, принц, толпа подданных…

В ее мыслях все было иначе. Катер должен был отвезти ее на берег, где их с матерью поселят в небольшой гостинице неподалеку от дворца. Все деликатные вопросы будут улажены в комнате за закрытыми дверями. Что же такого Капитан Эд сказал принцу?

– Моя мать пойдет со мной? – спросила Шарлотта.

– Я буду сопровождать леди Урсулу в нескольких шагах позади вас.

– Что я должна делать дальше?

– Как только вы дойдете до королевских особ, вы поприветствуете их поклоном. Принц подаст вам руку и представит королеве. После чего вам будут представлены премьер-министр и члены кабинета. Они будут стоять слева.

– Я боюсь, что не запомню сразу их имена и должности.

– Вам и не нужно. Это лишь формальность. Затем вы сядете в карету с принцем и премьер-министром и отправитесь по улицам города во дворец. Там вам представят придворных.

Видя, что лицо Шарлотты напряженно, начальник стражи деликатно заметил:

– Все понимают, что вы утомлены долгим путешествием. От вас ждут немного улыбок и приветственных взмахов. Я уверен, что жители Валбертина одобрят выбор принца.

Шарлотта хотела заметить, что ни она, ни принц не выбирали друг друга. Все было решено за них. Но полковник выглядел таким счастливым и гордым порученной миссией, что она не стала портить ему праздник. Она спустилась на палубу катера. Вслед за ней сошли ее мать и полковник Вальдус. Катер направился к берегу.

Шарлотта обернулась, чтобы в последний раз взглянуть на корабль, где она нашла и, кажется, потеряла свое счастье.

ГЛАВА 12

Три мачты выделялись на фоне голубого неба. Джон Стивенс стоял на палубе, провожая взглядом самый ценный груз «Марианны». Он увидел, как Шарлотта обернулась и помахала ему на прощание. В ответ Стивенс приложил руку к козырьку.

Сидя на корме катера, который вез ее к берегу, Шарлотта рассматривала Валбертин. Белые дома на фоне темно-зеленых сосен и серебристо-серых олив, за которыми тянулись зеленые холмы. Каждый клочок земли был использован, каждое дерево приносило плоды. Дальше в горизонт уходили горы. На их высоких пиках лежали шапки снега, а пологие склоны были покрыты низкорослыми кустарниками.

Вдоль берега тянулась построенная из камня набережная. Она вся была усыпана людьми, которые махали приближающемуся катеру. Корабли приветственно гудели, перекликаясь со звоном церковных колоколов.

Для Шарлотты эта музыка казалась погребальным звоном. Она вспомнила рассказ леди Мэйлин об отце принца, короле Вильяме, и новых платьях для его жены, каждое из которых было подарком короля после измены. Когда Шарлотта осторожно спросила об этом у матери, та объяснила, что красивые женщины – собственность короля, а не их мужей. Мужья об этом знают.

– Ты хочешь сказать, что мужья принуждают своих жен отвечать королю взаимностью? – Ошарашенная Шарлотта с трудом подбирала слова.

– Ни в коем случае, – запротестовала Урсула. – Женщины слабы и тщеславны. Кто может отказать королю? Ему остается лишь пользоваться этим.

История родителей Шарлотты и других знакомых семей была одинакова: люди женились иногда по расчету, иногда по любви, и потом жили долго и счастливо. Это была тихая спокойная жизнь, и Шарлотта была уверена, что ей уготована такая же.

Рассказы о короле Вильяме и платьях и драгоценностях, которыми он платил за свои измены, взволновали ее. Что если принц Эдмунд такой же, как его отец? Путешествия и приключения в далеких странах утончили его вкус. Он встречал самых изысканных женщин, по сравнению с которыми Шарлотта выглядит простушкой. Но даже если и так, она не позволит ему прилюдно расплачиваться за измены.

Брак с принцем, каким бы притягательным он ни был, отдавал Шарлотту в полную власть человеку, которого она не знала. Ей претила сама мысль быть в центре дворцовых интриг. Она никогда не видела себя в роли вершительницы судеб. «Я всего лишь пешка в этой игре», думала она, приближаясь к берегу. «Никому не важно, что я думаю, что я чувствую. Будь прокляты эти проливы!»

Когда катер пристал к берегу, к нему подошел отряд стражи. Они были одеты в парадные мундиры с начищенными шлемами, которые были украшены разноцветными перьями. Отряд выстроился в линию, чтобы защищать будущую принцессу не столько от опасностей, сколько от энтузиазма толпы.

Полковник Вальдус подал руку Шарлотте и Урсуле и помог им сойти с катера. Шарлотта помахала людям на пристани, и они ответили радостными криками. Вдоль всей набережной была развернута длинная красная дорожка. Шарлотта ступила на нее и отправилась навстречу своей судьбе.

Она шла навстречу солнцу. Оно не только одело в золото ее волосы, но и слепило глаза. Она не видела лица вокруг, а лишь очертания шатра, который расстилался в конце красной дорожки.

Еще несколько шагов, и она встретится с человеком, который держит в своих руках ее будущее. Что она ему скажет? «Здравствуйте, ваше высочество. Рада вас видеть. Поездка была приятной. Кстати, где Капитан Эд?» Жар солнца становился все нестерпимее.

Внезапно она увидела мужскую фигуру, идущую навстречу. В его руках был кружевной зонтик от солнца. Вероятно, увидев, как она страдает, навстречу послали придворного. Шарлотту смягчил этот трогательный знак заботы.

Посланник с зонтом подходил все ближе. Его походка казалась Шарлотте знакомой. И вот он подошел так близко, что она смогла рассмотреть его лицо. Шарлотта замерла. Этого не может быть. Она зажмурилась, чтобы прогнать мечты и вернуться к реальности. Когда она открыла глаза, наваждение не исчезло.

Одетый в расшитый золотом камзол, при шпаге и королевских регалиях, улыбаясь своей насмешливой улыбкой, к ней шел… Капитан Эд.

Приблизившись к Шарлотте, он снял шляпу, отвесил ей поклон и поцеловал руку. Толпа на пристани ахнула от умиления и начала бросать в их сторону цветы. Он надел шляпу раскрыл зонт и протянул ей его. Она спрятала лицо от солнца.

Шарлотта смотрела на него во все глаза. Это был тот самый мужчина, вкус губ которого она не могла забыть. Тот, что прижимал ее к своему телу так крепко, что у нее захватывало дух. Тот, ради которого она была готова отдать все, что у нее было.

– Эд… – только и смогла произнести Шарлотта.

– …мунд, – закончил он. – Таково мое полное имя. Но можете продолжать называть меня Эдом, когда мы одни. Сейчас я представлю вас ее величеству королеве и правительству страны. Здесь никто не знает о нашем маленьком приключении. Поэтому официально это наша первая встреча. Вы не возражаете, леди Шарлотта?

– Нет, – с трудом выдавила она.

– Нет, ваше высочество, – поправил он ее. – Когда мы вдвоем, то можем отбросить формальности. Однако на публике следует вести себя подобающе, чтобы избежать кривотолков.

– Да, ваше высочество.

Они пошли вдоль набережной и приветственно махали подданным. Пока Шарлотта приходила в себя, ее дорогой Капитан Эд, он же принц Эдмунд привычно приветствовал подданных.

– Надеюсь, ваше путешествие было приятным? – осведомился он.

– И да и нет, ваше высочество, – ответила Шарлотта равнодушным светским тоном. – «Марианна» прекрасный корабль и команда выше всяких похвал. Однако капитана я бы охарактеризовала как человека без чести и совести.

– Чем же он заслужил вашу немилость?

– Он забыл произнести второй слог своего имени.

– Вы слишком ли вы строги к нему. У многих людей длинные и сложные имена. Он мог экономить силы.

– Уверена, они ему понадобятся, – грозно сказала Шарлотта.

– Если вы будете также воинственно настроены, как сейчас, ему придется нелегко.

– Если я еще раз увижу этого лицемера…

– Да, дорогая.

– Пройдоху…

– Да, любимая.

– Наглеца…

– Как скажешь, мое счастье.

Он остановился и подал ей руку. Шарлотта увидела, что его взгляд стал серьезным. Морское приключение влюбленных подошло к концу. Принц принимал ответственность, которая ложилась на плечи будущего правителя страны, и предлагал Шарлотте разделить ее.

Она положила на его руку свою, и они приблизились к шатру, где их ждала королева Изольда.

– Ваше величество, позвольте представить вам мою невесту, леди Шарлотту Рокморф, – сообщил Эдмунд.

Шарлотта поклонилась.

– Рада приветствовать вас в Валбертине, леди Шарлотта, – приветливо произнесла королева. – Надеюсь, вам у нас понравится.

– Благодарю вас за теплые слова, ваше величество.

В это время начальник стражи полковник Вальдус подвел для представления леди Урсулу. Увидев лицо принца, она начала хватать ртом воздух.

– Вы… – только и смогла произнести она. – Откуда вы… как вы…

– Моя мать хочет сказать, – торопливо вставила Шарлотта, – что принц очень похож на своего отца. Не так ли мама?

– Э-э… да, разумеется, – говорила она, не сводя глаз с Капитана Эда.

Принц взял руку леди Урсулы и поцеловал ее.

– Я очень рад познакомиться с вами, леди Урсула, – сказал он, особенно выделяя слово «познакомиться». – Уверен, что мы станем добрыми друзьями и даже будем делиться маленькими секретами.

Урсула не нашлась, что ответить, и лишь присела в поклоне перед королевой. Принц подвел свою невесту к группе чиновников, ожидающих своей очереди.

– Леди Шарлотта, разрешите представить вам премьер-министра нашей страны.

Грузный мужчина с проницательным взглядом, в мундире с орденами и лентами, разошелся в цветистой приветственной речи. В конце ее он выразил надежду, что Шарлотта станет очаровательным секретным оружием на службе королевства.

Остальные министры ограничились лишь поклонами и комплиментами красоте Шарлотты. Помахав на прощание собравшимся, принц и Шарлотта направились во дворец.

Они ехали в открытых каретах, чтобы народ мог видеть своих правителей. Белоснежные лошади, украшенные цветами и лентами, терпеливо ждали, пока все рассядутся. Первую карету заняли королева и леди Урсула, во второй ехали принц и его невеста. Процессия направилась к дворцу.

С одной стороны, Шарлотта была счастлива, что Капитан Эд сидит рядом с ней. С другой, в ее памяти снова и снова возникали его слова «наше маленькое приключение». Она не была уверена, что для него они значили то же самое, что и для нее. Он вошел в ее жизнь и заставил ее прислушиваться к своим чувствам и совершать рискованные поступки.

Но что произойдет, если однажды это маленькое приключение закончится, и она ему наскучит. Он отправится в плавание и заберет с собой свою нахальную, но такую притягательную улыбку, оставив ей разбитое сердце. Что она будет делать тогда?

Под шум ликующей толпы они ехали по улицам, украшенным флагами, знаменами, гирляндами цветов. С балконов свешивались люди и бросали цветы перед каретами. Белые лилии, алые гвоздики, великолепные розы и орхидеи всевозможных цветов покрывали улицы пестрым ковром.

Энтузиазм ее новых подданных был так велик, что Шарлотте постепенно передалось то чувство счастья, с которым ее приветствовали люди. Она отвечала им с искренней улыбкой и признательностью, в ней нарастало чувство возбуждения и восторга.

Казалось, улицы города никогда не кончатся, но как только они выехали за городские ворота, то стали подниматься в гору. Здесь, были пальмы, кактусы, апельсиновые деревья, между которыми летали сверкающие бабочки. Виноградники и оливковые рощи перемежались с тропической растительностью.

Шарлотта увидела стоящий высоко над долиной белый дворец с куполами и шпилями. Огромные кованые ворота, украшенные золочеными вензелями царствующего дома, были распахнуты. Кареты проехали внутрь, обогнув фонтан, расположенный в центре дворцовой площади. Они остановились у подножия длинной лестницы, вдоль которой стоял почетный караул в парадной форме.

На ступенях собралась толпа придворных. Мужчины были в мундирах, украшенных медалями, а великолепные дамы в шелках и атласе. Они держали в руках маленькие кружевные зонтики, подобные тому, который принц презентовал своей невесте.

Шарлотта шла рука об руку с Эдмундом и улыбалась придворным. Все они выглядели весьма дружелюбно и были рады приветствовать ее. Все, за исключением одной дамы.

Брюнетка в пурпурном платье с пышными рукавами, сделала глубокий реверанс. Она скользнула равнодушным взглядом по Шарлотте и впилась глазами в Эдмунда. Вырез ее платья показался Шарлотте слишком откровенным. Впрочем, возможно при дворе такая мода.

– Мне показалось или кавалеры вашего двора носят гораздо больше украшений, чем дамы? – спросила Шарлотта у Эдмунда.

– Вы намекаете на мой мундир?

Пышные золоченые эполеты сверкали на солнце и делали его широкие плечи еще шире. На ленте, которая спускалась с левого плеча, было несколько массивных орденов.

– Моя мать заставила меня надеть все, что полагается по протоколу, – со вздохом объяснил он.

– На что только не приходится идти ради наших матерей, – с таким же вздохом ответила Шарлотта.

Оставив яркое солнце позади, они прошли по длинному коридору в тронный зал. Это был старая часть замка, предназначенная для официальных приемов. На стенах висели старинные гобелены, изображающие сцены битв и охоты. Между ними были расположены редкие узкие окна, заделанные витражами.

Когда-то давно дворец был крепостью, которая служила для защиты его обитателей. Глубокий ров препятствовал захвату замка, а за узкими окнами-бойницами стояли лучники и осыпали стрелами врагов. С тех пор прошли столетия. Ров был засыпан и стал прекрасным садом. Вместо подвесного моста была построена широкая парадная лестница, по бокам которой стояли мраморные фигуры и вазоны с цветами. Валбертин из военной крепости стал торговой столицей, а замок из укрепления превратился в символ власти и могущества.

Они прошли в величественный зал приемов, у стены которого были два отделанных золотом трона. Для Шарлотты принесли большое удобное кресло и поставили рядом с троном Эдмунда.

Шарлотте представили Вальдемара Вальдуса, ее нового помощника и по совместительству кузена начальника стражи, который встречал ее в порту. Он должен был помочь ей с тонкой и сложной дворцовой иерархией. Глашатай представлял знатных особ, объявляя их имена и титулы, а Вальдус-младший стоял рядом с Шарлоттой и давал пояснения.

Шарлотта всем улыбалась и говорила «очень рада». У нее кружилась голова. Было совершенно невозможно запомнить отдельные лица в этом человеческом море. Хотя одно лицо все же осталось в ее памяти.

Дама в пурпурном платье была ей представлена как графиня Вивиан Хейз. Она пожелала будущей жене принца долгой счастливой семейной жизни. Шарлотте показалось, что Эдмунд напрягся в ее присутствии и расслабился, когда она удалилась.

Графиня, с ее бездонными глазами, обрамленными пушистыми ресницами, мраморной кожей и соблазнительными округлостями, привлекала взгляды всех мужчин в зале. Шарлотте показалось, что Эдмунд тоже не сводит с нее глаз.

Графиня Вивиан Хейз. Надо запомнить это имя.

ГЛАВА 13

Представление гостей продолжалось еще некоторое время, после чего королева Изольда пригласила всех выпить вина в честь прибытия Шарлотты. Будущая свекровь возглавила переход из старинной части дворца в более современную.

По дороге Эдмунд рассказал Шарлотте, что дворец разбит на несколько частей и у каждой своя особая атмосфера. Сначала они шли по миртовой аллее вдоль неглубокого водного канала, в котором отражались подстриженные деревья. Когда они вошли во двор, у Шарлотты захватило дух от увиденного.

Двор был полон всевозможных арк и арочек, которые замысловато перетекали одна в другую. Он казался отделанным затейливым белым кружевом, и, только подойдя ближе, можно было разглядеть, что это кружево каменное. В центре двора мраморный дельфин взметнулся в прыжке. Из его раскрытой пасти медленно струилась вода. Двор был окружен кипарисами и олеандрами, а под ними ярким бордюром вились пурпурные и белые розы.

Эдмунд осторожно взял Шарлотту за локоть и подтолкнул вперед, поскольку она задерживала придворных, которые шли следом. Из этого рая на земле они прошли в украшенный гобеленами зал, где были накрыты столы.

После первого тоста за прибывшую невесту атмосфера оживилась. Гости непринужденно перемещались по комнате с бокалами в руках. Все хотели перекинуться хотя бы парой слов с невестой принца, и она старалась уделить внимание каждому.

Шарлотта держала в руках бокал, но боялась сделать глоток. Она пожалела, что так мало съела на завтрак. Бабочки, порхавшие в животе при встрече с Эдмундом, сменились голодным урчанием.

Принц попросил разрешения матери удалиться, чтобы показать невесте дворец. Шарлотта надеялась, что они вернутся в тот дворик из каменного кружева. Она бы с удовольствием рассмотрела бы его детали.

Однако они не вышли наружу, а пошли по длинному коридору, в конце которого у открытой двери стоял слуга. Эдмунд и Шарлотта вошли в комнату, где был накрыт обед для двоих. Слуга закрыл за ними дверь и удалился.

– Я буду рад, если вы составите мне компанию, – сказал Эдмунд.

– Я начинаю подозревать, что вы умеете читать мысли, – сказала она, занимая место за столом. – Минуту назад я была на грани голодного обморока.

– Такие мысли нетрудно прочитать.

Они приступили к закускам. Эдмунд наполнил ее бокал.

– Позвольте поздравить вас с успешным прохождением первого испытания. Вы понравились королеве.

– Она так добра и мила.

– Это обманчивое впечатление. У моей матери упрямый характер и железная рука, которой она правит страной.

– Кто-то же должен это делать, пока вы рассекаете по морям и подкидываете девушек к потолку в тавернах.

Эдмунд рассмеялся, вытирая руки салфеткой. Он отбросил в сторону белоснежное кружевное полотно и пододвинул свой стул к Шарлотте. Его лицо оказалось совсем рядом, и Шарлотта смогла рассмотреть его.

Высокий лоб и классический прямой нос явно принадлежали особе королевской крови. Но лукавые глаза и усмешка на губах выдавали в нем авантюриста. Эполеты на широких плечах облагораживали его пиратскую натуру, но не меняли его сути. Он нравился ей такой как есть.

– У меня к вам серьезный разговор, Шарлотта, – сказал он.

– И поэтому вы подвинулись так близко? Или вы хотите украсть холодное мясо из моей тарелки?

– Видя, какими голодными глазами вы смотрите на это мясо, я дважды подумаю, прежде чем сделать это.

– Приятно, что здравый смысл не покинул вас, ваше высочество.

– Мы одни, так что можем отбросить формальности.

– Сюда могут зайти слуги.

– Только если я им разрешу.

– Иногда приятно быть принцем, не правда ли?

– Да, в этом есть свои преимущества.

Шарлотта опустошила свою тарелку, потянулась за бокалом вина и сделала глоток.

– Какое прекрасное легкое вино. – Она повертела бокал в руках. – Оно производится в Валбертине или его привозят?

– Виноград растет в долине. Но я совсем не об этом хотел с вами поговорить.

– Тогда о чем же? Может быть, о той даме в пурпурном платье?

Лицо Эдмунда превратилось в маску, и он отодвинулся.

– Почему из всех представленных вам особ, вы запомнили ее? – спросил он ровным голосом.

– Потому что вы ее тоже выделили, ваше высочество. – В голосе Шарлотты звучал вызов. – Она ваша любовница, не так ли?

Тогда в таверне он просил ее быть откровенной. Сегодня в королевском дворце она просила о том же самом его.

– Графиня была моей любовницей, но это в прошлом.

– Она ведет себя так, как будто имеет все права на вас.

– Вивиан ведет себя так с любым мужчиной.

– И мужчины находят это привлекательным?

– Некоторые да.

– Вы к ним себя не относите?

– Нет. – Он помолчал. – Больше нет.

– Но ведь она очень красива, – вырвалось у Шарлотты. – Все мужчины в зале не могли отвести от нее взгляд. Я никогда не смогу быть такой.

Эдмунд захохотал так, что едва не упал со стула.

– Так ты переживаешь, что не сможешь быть такой как Вивиан? – выдавил он сквозь смех. – Вот уж чего тебе совершенно не стоит опасаться.

– Ты опять смеешься надо мной. – Шарлотта и закрыла лицо руками.

– Я смеюсь не над тобой, а над твоими страхами, глупышка.

Эдмунд отвел ее руки от лица. Шарлотта увидела, что он опустился на колено рядом с ней. Как тогда в его каюте, когда он целовал ее так, что у нее кружилась голова.

– Ты на самом деле думаешь, что я глупая?

– После того разгрома, что ты учинила казначейским отчетам, я никогда не назову тебя глупой, – нежно сказал он. – Но я буду звать тебя глупышкой каждый раз, когда ты будешь мучить себя напрасными сомнениями.

Он достал из кармана кольцо с сапфиром. В отличие от матери, Шарлотта не разбиралась в драгоценностях, но даже она могла сказать, что этот камень необыкновенной чистоты. Она никогда не видела ничего подобного.

– Моя дорогая Шарлотта. Ты самая удивительная, храбрая, безрассудная, добрая и бескорыстная из всех женщин, которых я когда-либо знал. Я совсем не собирался жениться, потому что не верил, что могу встретить такую женщину. Но ты вошла в мою жизнь и все в ней поменяла. Я хочу, чтобы ты всегда была рядом и прошу тебя стать моей женой. – Насмешливый капитан Эд уступил место серьезному и сосредоточенному принцу Эдмунду. – Я буду счастлив, если ты пойдешь со мной рука об руку и разделишь все радости и тяготы моей жизни. Я обещаю беречь и защищать тебя.

Шарлотта была так очарована звуками его голоса, что не заметила, что он закончил и ждет ответа.

– Ты на самом деле хочешь, чтобы я стала твоей женой?

– Да, хочу. Гости из Верхних и Нижних королевств прибыли и на кухне уже ощипали кур и цесарок к завтрашнему свадебному пиршеству.

– Свадьба завтра?! – В голосе Шарлотты слышалась паника.

– Именно поэтому я бы хотел получить ответ сегодня.

– Не знаю. – Она капризно повела плечиками. – Мне надо подумать.

Принц замер, как будто наткнулся на стену. Он растерянно смотрел на перстень в руке, как если бы не знал, что с ним делать дальше. Шарлотта не могла долго сдерживать смех.

– Ты смеешься надо мной? – спросил он громовым голосом.

– Ты всю дорогу смеялся надо мной. Теперь моя очередь.

– Это мы еще посмотрим.

С этими словами он обнял ее. Его губы нашли ее губы и потребовали ответа. Руки Эдмунда страстно и нежно прижимали ее тело к его. Шарлотта почувствовала, что не может противостоять его натиску, и ей ничего не оставалось, как признать свое поражение.

– Ты выйдешь за меня? – спросил он.

– Твой коварный поцелуй лишает меня сил.

– Это означает «да»?

– Да.

Он надел кольцо ей на палец. Голубой камень поймал луч солнца и сверкнул, как будто подмигнув Шарлотте.

– Оно очень красивое. Я буду носить его всегда.

– Это королевское кольцо для помолвки. К сожалению, тебе придется носить его только один день.

– Почему?

– Потому что завтра я заменю его обручальным, которое ты будешь носить всю оставшуюся жизнь. У тебя будет много других колец. Сколько захочешь.

– Могу я хотя бы иногда надевать это? Оно мне очень нравится.

– Жаль, но нет. Завтра после церемонии это кольцо отправится в королевское хранилище, где будет лежать следующие лет двадцать пять или тридцать. Тогда наш старший сын достанет это кольцо и наденет его на палец своей невесты.

Наш старший сын. Он сказал это так просто, как будто это было самой обычной вещью. У них будет мальчик. Он вырастет красивым и храбрым как его отец, а также мудрым и справедливым, как его мать. Он будет много путешествовать по разным странам. В одной из них он встретит прекрасную принцессу. Он попросит ее руки, и она согласится. Он вернется домой и представит ее родителям. Потом он возьмет этот перстень и наденет его на палец своей невесты.

– Сколько обычно длится королевская помолвка? – спросила Шарлотта.

– Около года.

– То есть, я буду носить этот перстень всего день, а какая-то девица, в которую влюбится наш мальчик, целый год? – возмутилась Шарлотта. – Я ее уже ненавижу.

Эдмунд засмеялся и снова заключил ее в объятья.

* * *

Марта и еще одна служанка подняли над головой белое свадебное платье, и Шарлотта нырнула под него, просунула руки в рукава, и платье опустилось ей на плечи. Пока Марта застегивала пуговицы сзади, Шарлотта рассматривала себя в зеркало.

На белом атласном лифе мерцали драгоценные камни. Длинная юбка, расшитая белыми цветами, расходилась нежными волнами. Марта водрузила на голову Шарлотты изящную тиару из золоченых орхидей. Цветы были настолько тонкой работы, что слегка качались при каждом шаге, как живые. На груди Шарлотты было сапфировое колье, которое ей вчера вечером преподнесла в подарок королева.

– Я рада, что вы понравились моему сыну, – сказала Изольда. – Я боялась, что он выкинет что-нибудь и обидит вас. Слава богу, он решил вести себя прилично.

– Я тоже рада, что все обошлось, – дипломатично заметила Шарлотта.

– Он иногда вспыльчив и неуправляем, но у него доброе сердце. Мне кажется, вы поладите.

Шарлотта поблагодарила королеву за подарок и добрые слова. Платье, драгоценности, тиара – все сидело безупречно. Оставался лишь длинный шлейф нежно-голубого цвета. Он был оторочен мехом и расшит причудливыми орхидеями, символом Валбертина. Марта прикрепила шлейф к платью и отошла посмотреть на результат.

– Вы выглядите как настоящая принцесса, – сказала она, сияя от оказанного ей высокого доверия. Марта была уверена, что после прибытия во дворец, она получит отставку. Место личной горничной принцессы займет более подходящая особа. Но Шарлотта наотрез отказалась расставаться с ней. В огромном чужом дворце ей был нужен хотя бы один знакомый человек.

Марта подала ей завершающую деталь ее сегодняшнего костюма, букет невесты. Он состоял из белых и розовых орхидей, переплетенных белой кружевной лентой. Шарлотта взяла букет и еще раз посмотрела на себя в зеркало. В нем отражалась счастливая молодая девушка, которая сегодня выходила замуж за любимого. Шарлотта кивнула Марте, и та распахнула дверь.

На пороге возник начальник стражи полковник Теодор Вальдус, который встречал ее в порту. Поскольку у Шарлотты не было отца, который бы сопровождал ее в церковь, эту обязанность поручили полковнику. Шарлотта выглядела такой юной и прекрасной, что Вальдус потерял дар речи.

– Надеюсь, я не заставила вас долго ждать, полковник, – пришла она ему на помощь.

– Никак нет, леди Шарлотта, вы удивительно пунктуальны, – ответил он, обретя голос. – Я просто потерял голову от вашей красоты. Не думаю, что переступлю границы дозволенного, если скажу, что принцу Эдмунду очень повезло.

– Благодарю вас, вы очень добры.

Они вышли из дворца и сели в закрытую карету, украшенную королевскими вензелями и запряженную четверкой белых лошадей. Сопровождающий карету эскадрон кавалерии сиял начищенными нагрудниками. Щегольские шлемы и высокие сапоги выглядели очень импозантно, а цветные перья развевались на ветру.

Вдоль всего пути стояли солдаты, сдерживая восторженную толпу. Люди кричали и кидали цветы на мостовую. Под звон колоколов карета прибыла к собору. Четверо пажей подхватили шлейф и понесли его вслед за невестой.

Шарлотта вступила в торжественный сумрак собора. Она совсем не боялась и чувствовала себя, как будто много раз бывала здесь, потому что все было в точности как в ее снах.

Она подняла голову и увидела разноцветные витражи. Между ними в нишах стояли статуи. На стенах, покрытых фресками и мозаиками, висели старинные гербы. Повсюду были расставлены великолепные букеты. Осторожно ступая по старым плитам храма, она дошла до первого ряда перед алтарем, где сидели королева Изольда, леди Урсула и другие важные персоны.

У алтаря Шарлотту ждал принц Эдмунд, ее дорогой Капитан Эд. Он был одет в парадную военную форму, еще более пышную, чем та, в которой он встречал ее в порту. Невесте не полагается столь пристально смотреть на жениха, но она не могла оторвать от него глаз.

Ее ждал самый красивый мужчина в мире.

ГЛАВА 14

Начальник стражи медленно и торжественно передал руку Шарлотты ее будущему мужу, после чего священнослужитель начал церемонию.

Когда Эдмунд надел на палец Шарлотты обручальное кольцо, он задержал ее руку в своей. Она подняла голову и посмотрела на него. Этим кольцом он обещал любить ее, заботиться о ней, делить с ней радости и невзгоды. Когда Шарлотта надевала кольцо на его палец, она все это пообещала ему.

После окончания церемонии, они покинули собор и отправились в ратушу, окна и балконы которой выходили на городскую площадь, где собрались горожане, чтобы увидеть принца Эдмунда и его жену, новую принцессу Шарлотту. Появление новобрачных вызвало настоящую бурю восторга.

– Вот уж никогда не думал, что мне это может понравиться, – сказал Эдмунд.

– Почему? Разве не приятно, когда тебя любят?

– Они любят не меня, а мой титул. Это не одно и то же.

– Для тебя это так важно, что ты разыграл целую комедию с капитаном, чтобы я влюбилась в тебя, а не в твой титул?

– И у меня получилось, не так ли?

– Если бы мы были одни, я бы хорошенько отхлестала ваше высочество букетом за подобную самонадеянность.

Он положил руку ей на талию и прижал ее к себе на глазах у всех.

– Однажды я позволю тебе это сделать. Только без свидетелей. – Он поцеловал ее в губы, чем вызвал новую бурю восторга в толпе. Подданным определенно нравилась раскованность принца.

Восторг собравшихся наполнил сердце Шарлотты благодарностью. Вместе с мужем она постояла на балконе еще какое-то время, после чего они вернулись во дворец, где их ждал настоящий пир.

В самой большой зале дворца были накрыты праздничные столы. Изысканные блюда сменялись одно за другим. Хрустальные бокалы искрились винами, которые соседние королевства прислали в подарок новобрачным.

Королева открыла праздничное пиршество бокалом в честь новобрачных, после чего сообщила, что теперь Эдмунд и Шарлотта становятся полновластными хозяевами дворца. Она вместе с леди Урсулой переезжает в другой дворец, где будет жить, ожидая появления внуков.

Проводив королеву и мать Шарлотты, новобрачные вернулись в зал. От вина, еды и духоты Шарлотта чувствовала себя утомленной. День свадьбы отнял у нее много сил. Она готовилась к нему, как к самому большому испытанию своей жизни. Теперь, когда это испытание подходило к концу, ей больше всего хотелось остаться одной.

Если бы она была гостьей на этом празднике, ее отсутствие могло бы остаться незамеченным. Но она была невестой, и потому продолжала слушать тосты в свой адрес и благодарно улыбаться. Почувствовав, что силы на исходе, Шарлотта наклонилась к мужу.

– Когда мы сможем уйти?

– Тебе не терпится остаться со мной наедине? – игриво спросил он, но затем по выражению на ее лице понял, что силы Шарлотты на исходе. – Ты устала, дорогая? Сейчас я скажу прощальный тост, и ты сможешь удалиться.

– Разве ты не пойдешь со мной?

– Мне придется остаться на какое-то время. Эта свадьба большое дипломатическое событие. Я должен уделить внимание всем гостям.

Принц взял свой бокал и поднялся. Шум в зале стих. Все повернулись к нему.

– Сегодня мы уже пили за здоровье моей жены, принцессы Шарлотты. Этот бокал я хотел бы поднять за себя. – Присутствующие засмеялись. – Вы можете считать меня эгоистом или самовлюбленным нахалом. – Он покосился на Шарлотту. – Некоторые так и делают. – Его слова снова вызвали смех. – Но сегодня я самый счастливый мужчина во всем королевстве, а, может быть, и в мире. Мне очень повезло. Я нашел девушку прекрасную не только лицом и телом, но и душой. У вас еще будет много случаев в этом убедиться, а пока просто поверьте мне. Я бы хотел выпить за удачу, которая привела меня к ней. И пусть они обе, и моя жена, и удача, никогда меня не покинут.

Гости встретили тост громкими одобрительными возгласами.

– Я не называла тебя самовлюбленным нахалом, – сказала Шарлотта.

– Только лжецом, пройдохой и мошенником, – согласился Эдмунд. – Ничего наша семейная жизнь лишь начинается. У тебя еще будет время.

– Ты несносен, – засмеялась Шарлотта.

– У тебя есть силы смеяться.

– Это последние.

– Потерпи немного. Нам нужно пройти мимо дипломатического корпуса. В конце стола, за которым они сидят, есть дверь. За ней коридор, который ведет к нашим покоям.

Эдмунд что-то прошептал на ухо матери, и через некоторое время она поднялась из-за стола. Это был знак гостям, что формальная часть приема окончена, и гости разбрелись по залу.

Шарлотта чувствовала себя скованной не только из-за усталости. Она не привыкла быть в центре внимания. Каждый ее жест, каждый взгляд рассматривался под лупой. Она не могла позволить себе расслабиться.

Эдмунд, напротив, чувствовал себя как рыба в воде. Он беседовал с гостями, непринужденно переходя от одного к другому. Шарлотта была благодарна, что он не вовлекал в разговор ее. Когда они подошли к двери, вокруг принца собралась уже небольшая толпа.

– Вы не могли бы помочь мне, господа? – попросил он. – У моей жены сегодня был очень трудный день. Она хотела бы удалиться, но сделать это, не привлекая внимания. Если вы окружите нас плотным кольцом, то она сможет выскользнуть в эту дверь.

Почувствовав себя заговорщиками, дипломаты и военные сгрудились и прикрыли их от посторонних глаз. Благодарно улыбнувшись им на прощание, Шарлотта вышла из залы и закрыла за собой дверь.

Издав глубокий вздох облегчения, она направилась дальше по коридору. Едва она сделала несколько шагов, когда от стены отделилась фигура и двинулась ей навстречу. Даже в темноте коридора она Шарлотта узнала хищное лицо графини Вивиан Хейз.

Крупные рубины сверкали в ее колье и браслетах, а волосы были украшены рубиновыми заколками. Она плыла с той грацией и уверенным выражением лица, присущим женщинам, знающим, что они красивы. Она поклонилась Шарлотте с изысканной грацией придворной дамы.

– Прошу прощения за беспокойство, ваше высочество, – сказала она медовым голосом. – К сожалению, мне не досталось места за праздничным столом. Я подумала, что вы можете пройти здесь, и ждала вас, чтобы засвидетельствовать свое почтение.

– Это очень любезно с вашей стороны, – ответила Шарлотта. – Графиня Хейз, если не ошибаюсь.

– Вы запомнили мое имя? Как мило с вашей стороны. Мы с вашим мужем старые друзья.

– Благодарю вас за поздравления, но теперь мне нужно идти. – Шарлотта хотела продолжить путь, но ей было нелегко вырваться из цепких лап графини.

– Я очень волновалась за вас и рада, что вы прошли проверку, – проворковала та.

– Что вы имеете в виду?

– Когда королева навязала Эдмунду ваш брак, он решил нанять какого-нибудь повесу, чтобы тот соблазнил вас.

Этого не может быть. Эта женщина лжет. Шарлотта побледнела и покачнулась. Она держалась из последних сил. Увидев, что ее слова достигли желаемого эффекта, графиня продолжила.

– Согласно плану, его задача заключалась в том, чтобы устроить скандал и забрать проливы без того, чтобы связывать принца брачными узами. – Графиня не отводила глаз от Шарлотты, наслаждаясь болью, которую причиняло каждое ее слово. – Как я уже сказала, таков был первоначальный план. Но потом было решено, что сомнительный захват проливов может выглядеть не совсем законным. Гораздо лучше получить земли старым добрым способом, так что принцу пришлось жениться.

Узкий лиф сдавливал грудь Шарлотты, ей было нечем дышать. Медленными шагами она пошла по коридору.

– Принц выполнил свои обязательства перед короной, – донесся ей вслед довольный голос графини. – Теперь он может вернуться к своим прежним привычкам и старым друзьям.

Шарлотта не помнила, как вернулась к себе в комнату. В ушах у нее по-прежнему стояли жестокие слова графини и ее издевательский смех. Это все было игрой. Это было ловушкой. Он получил, что хотел. Она ему больше не нужна.

Нет, этого не может быть. Он так страстно прижимал ее к себе. Он целовал ее так, что у нее заходилось сердце. Неужели все это было ложью?

Когда Марта увидела мертвенно-бледное лицо принцессы, она заохала и запричитала.

– Ваше высочество, у вас на лице ни кровинки. Шнуровка должно быть слишком тугая.

Она помогла Шарлотте снять свадебное платье и накинула ей на плечи роскошный халат с золотыми кистями.

– Не желаете ли что-нибудь поесть? Держу пари, что на этом приеме вы и росинки маковой в рот не взяли.

– Мне не хочется.

– Я все же захватила несколько блюд. – Марта показала на поднос, стоявший на столе. На нем были тарелки с легкими закусками и шампанское в ведерке со льдом.

– Вы с мужем наверняка утомитесь, – добавила она игривым тоном.

Оглушенная словами графини, Шарлотта совсем забыла, что сегодняшняя ночь должна была стать их первой.

Принц возьмет все, что ему полагается по праву мужа и правителя, после чего потом вернется к прежней подруге. Графиня была женщиной привлекательной, женщиной желанной. Ее глаза манили, а чувственные губы обещали наслаждения. Что могла предложить Шарлотта такому искушенному знатоку женских прелестей как Эдмунд? Если его и потянуло на простую пищу после изысканных пиров, то лишь от скуки. Насытившись, он вернется к прежним блюдам.

Шарлотте останутся официальные приемы и благотворительные балы. Она будет слушать, улыбаться и кивать. Так будет проходить день. Вечером каждый будет идти в свою комнату. Ей достанется одинокая постель, а его будет ждать графиня или какая-нибудь другая женщина.

Мама говорила, что многим женщинам приходится закрывать глаза и изображать счастье и благополучие. Шарлотте вдруг захотелось немедленно все рассказать матери. Чтобы она, как в детстве, погладила ее по голове и сказала, что все будет хорошо.

Однако леди Урсула поехала сопровождать королеву Изольду во вдовий дворец. Принц противился ее отъезду, но королева была непреклонна. Она хотела, чтобы Эдмунд чувствовал себя полновластным хозяином королевского дворца. Чтобы он и Шарлотта приняли на себя все обязательства правителей Валбертина.

Шарлотта чувствовала себя бредущей по лабиринту, из которого не было выхода. Когда ей больше всего нужна была поддержка матери, той не было рядом.

Марта уговорила ее принять ванну, а затем надеть красивую ночную сорочку, отделанную затейливыми тонкими кружевами, которую прислала ей в подарок королева. К ней полагалась накидка небесного цвета с вышивкой в виде королевских орхидей. Марта расчесала золотистые волосы Шарлотты, которые ниспадали ей на плечи.

– В этом одеянии вы выглядите еще лучше, чем в платье, – восхищенно сказала Марта.

Шарлотта смотрела на себя в зеркало. Бледное отражение в нем не шло ни в какое сравнение с чувственной красотой графини. Возможно, принц не хотел ставить Шарлотту в неловкое положение, пригласив любовницу на свою свадьбу. Или же он больше беспокоился о чувствах любовницы?

– Марта, что ты знаешь о графине Вивиан Хейз? – спросила Шарлотта.

Взгляд Марты нервно заметался.

– Кто вам о ней рассказал? – спросила она.

– Графиня ожидала меня в коридоре.

– Вот змея! – в сердцах сказала Марта. – Хватает же бесстыдства у некоторых.

– Что ты о ней знаешь?

– Разное рассказывают, – уклончиво ответила Марта. – Всего не упомнишь.

Шарлотта пристально посмотрела на нее. Служанке стало неуютно под ее взглядом. Марта оглянулась, как если бы проверяла, не слышит ли их кто-нибудь.

– Говорят, что графиня Вивиан приходит во дворец по ночам, чтобы побыть с принцем.

– Где они встречаются?

– Есть тайная комната для свиданий. Он приходит в нее из своих личных покоев, а графиня из сада. Там есть незаметный проход к дворцу, потом через дверь и вверх по лестнице попадаешь прямо в комнату.

– Откуда тебе известно? – спросила Шарлотта.

– Во дворце все об этом знают. Эту комнату для свиданий сделал еще покойный король Вильям. Вот уж кто ни одной юбки не пропускал. По сравнению с ним, принца монахом назвать можно. Уж если правду говорить…

– Спасибо, Марта, – прервала ее излияния Шарлотта. – Можешь идти спать. Ты мне больше не понадобишься.

– Приятной ночи, ваше высочество. – Марта поклонилась и удалилась.

Когда Марта покинула ее, Шарлотта почувствовала, что ее силы на исходе. Но она не легла в постель, а села в глубокое кресло у камина. Хотя день выдался теплым, но после захода солнца ночная прохлада заставляла придвигать кресла ближе к огню.

Шарлотта смотрела на языки пламени. Душа ее, сжавшись от боли и горечи, не хотела согреваться. Огонь так заворожил ее, что она не заметила, как в комнату вошел ее муж.

ГЛАВА 15

Эдмунд переоделся в длинный халат до пола с бархатным воротником. Затейливый рисунок из орхидей был таким же, как у Шарлотты.

– Я думал, ты легла.

– Мне не спится.

– Разве ты не устала? Ты выглядела такой утомленной в зале, что я подумал, будет лучше отложить нашу первую ночь. Но если ты хочешь… – Эдмунд призывно улыбнулся.

Блики огня отражались в светлых волосах Шарлотты. В полутьме позади нее стояла большая кровать с балдахином и шелковой обивкой. Больше всего на свете ему хотелось увлечь на кровать, сжать ее в объятьях и осыпать поцелуями ее тело.

Но взгляд, которым Шарлотта смотрела на него, совсем не подходил для первой ночи любви. Он ожидал смеси невинности и любопытства, но вместо них была растерянность и даже отчаяние.

Эдмунд опустился в кресло напротив.

– Я рад, что ты моя жена, – сказал он. – Мне кажется, что впереди нас ждет много лет счастливой жизни. – Он сделал паузу, ожидая ответа.

– Я тоже так раньше думала.

– Почему ты говоришь об этом в прошедшем времени?

– Когда мне сказали, что я должна выйти за вас замуж, я восприняла это как сделку. Мне казалось, что я могу быть хорошей женой в обмен на крышу над головой для меня и моей матери и заботу о близких. Я собиралась быть понимающей женой, – продолжала Шарлотта со все возрастающей болью в голосе. – Я знала, что мой муж будет не только принцем, но и мужчиной. Что все женщины во дворце будут рады распахнуть ему свои объятья. Я думала, что смогу с этим смириться. – Шарлотта перевела взгляд с языков огня на Эдмунда. – Я ошибалась. Пока я не любила тебя, пока ты был принцем, я была готова делить тебя с другими женщинами. Когда ты стал моим капитаном, я не смогу этого сделать.

– Нет никаких других женщин, – горячо уверял ее Эдмунд. – Они все остались в прошлом.

– Ты говоришь с такой горячностью, что сам этому веришь. Когда я тебе надоем, ты покинешь меня, вернешься к своим женщинам или найдешь новых и будешь искренне верить в то, что говоришь им.

Растерянность на лице Эдмунда свидетельствовала о том, что он никак не ожидал такого развития событий.

– Вот уж не думал, что в нашу первую ночь мы будем говорить о подобных вещах. По моему мнению, это тема для какой-нибудь пятьсот первой ночи.

– Тебе лучше знать. У меня нет такого опыта. Я даже целовалась только с двумя мужчинами, не говоря уже о чем-то большем.

– Кто он, тот, первый, кого ты поцеловала?

– Он поцеловал меня, – поправила его Шарлотта. – Вернее, он попытался, я сопротивлялась. Я не хотела, потому что ничего не чувствовала к нему. Когда он целовал меня, я думала лишь о том, как это неприятно. Я не думала о нем.

– А со мной? Ты думала обо мне? – допытывался Эдмунд.

Шарлотта смотрела в его глубокие темные глаза, в которых плясали искорки пламени камина. Ей так хотелось солгать ему, сорвать маску самодовольства, которая, казалось, прилипла к его лицу. Ей хотелось сделать ему также больно, как он сделал ей. И, все же, она не смогла.

– Я ни о чем не могла думать, – призналась Шарлотта. – Я просто хотела, чтобы этот поцелуй никогда не кончался.

Эдмунд опустился на колено рядом с ней, и его руки потянулись, чтобы заключить ее в объятья.

– Тогда я не знала, что твой поцелуй – это часть плана, – сказала Шарлотта с горечью. – Она поднялась, выскользнув из его рук, и отошла на несколько шагов. Эдмунд растерянно смотрел на нее.

– Однажды ты сказал мне, что больше всего на свете ненавидишь ложь. Я поверила тебе. Когда ты отправился за мной, ты ведь не собирался жениться. Ты лишь хотел соблазнить меня, чтобы в обмен на молчание о скандале отнять мою землю.

Эдмунд медленно поднялся, отошел к окну и уставился в ночную тьму. Если до этой минуты в душе Шарлотты еще теплилась надежда, что графиня солгала, то теперь ее не осталось.

– Да, это правда, – хрипло сказал он. – Но потом я встретил тебя. И все изменилось.

– Ты понял, что я вполне подхожу на роль глупышки, которую ты можешь заставить делать все, что тебе нужно.

– Нет, – он повернулся к ней. – Это не так.

– Ты решил, что твое очарование сразит меня наповал, и я стану послушной игрушкой в твоих руках.

– Послушай, – взмолился он.

– Ты все правильно просчитал, – неумолимо продолжала Шарлотта. – Девушка, выросшая в глуши, где из развлечений только охота и деревенские балы со старомодными танцами, должна была клюнуть на такого красавца. Ее легко заставить забыть приличия.

Шарлотты говорила тихо, размеренно, но каждое слово отзывалось болью в душе Эдмунда. Это были его мысли, его планы, озвученные ее голосом. Его отчаяние росло, он чувствовал себя так же, как на корабле, когда она сказала ему о том, что хотел с ней сделать Магнус. Шарлотта тоже вспомнила о той ночи.

– Я была поражена тем, как повел себя Магнус. Получив отказ, из старого друга он превратился в настоящее чудовище. Тогда он казался мне исчадием ада. – Шарлотта прошлась по комнате, пытаясь успокоить себя. – Но, позволь спросить, чем ты от него отличаешься? Ты точно тоже собирался использовать меня в своих целях. Что стало бы со мной потом, в какой ад превратилась бы моя жизнь? Ты думал об этом прежде, чем принял решение разрушить мою жизнь?

– Послушай, Шарлотта, – начал Эдмунд. – Я не хочу тебе лгать.

– Так не лги.

– Да, я собирался соблазнить свою так называемую невесту.

– Так называемую?!

Взгляд, которым она смотрела на него, был полон негодования. Эдмунд поднял руки, как будто защищался.

– Ты говоришь, что с твоими чувствами никто не считался, – продолжил он. – Но ведь меня тоже никто не спрашивал. Мне было приказано жениться на тебе. Никого не интересовали мои чувства.

– Графиню Хейз наверняка интересовали.

– Есть женщины, которые хороши лишь в роли любовницы, и Вивиан именно такая. Я никогда бы на ней не женился.

– Потому что у нее нет проливов?

– Потому что она способна удержать мое внимание лишь на одну ночь.

– Она так не думает.

– Мне все равно, что она думает. Мне нужна только ты.

Нужна. На мгновение ей захотелось забыть все обиды, подбежать к нему, прижаться к его сильному телу, открыть ему свои губы и раствориться в его поцелуе. Шарлотта ждала этих слов слишком долго. Когда они прозвучали, было слишком поздно. Перед глазами у нее стояла графиня. Та женщина была знакома не только с губами принца, она знала его каждое движение, каждое дыхание, каждую клеточку его тела.

– Простите, ваше высочество, если я позволю себе больше не принимать ваши слова на веру, – сказала Шарлотта своим «официальным» голосом. – Мне необходимо все хорошенько обдумать.

Эдмунд подошел к ней. Он был на голову выше ее, и потому ее лицо оказалось между его широких плеч, как раз прямо напротив ворота халата, из-под которого выглядывала его мускулистая грудь.

Как же ей хотелось развязать золотые кисти, распахнуть полы халата и увидеть, что под ними. Если бы они были на «Марианне» посреди бушующего моря, где он был капитаном, а она его пассажиркой, она бы так и сделала. Но они были во дворце, где он был принцем и будущим королем, а Шарлотта была той, кто принесла ему хорошее приданое.

Еще она должна была любить и оберегать его, разделить с ним радости и горести и, разумеется, родить ему наследника. Шарлотта помнила каждое слово брачного обещания, которое она повторяла вслед за священнослужителем на сегодняшней церемонии. Тогда это был просто ритуал. Теперь эти слова стали звучать как звон цепей, которыми ее опутали.

– Я прошу вас меня оставить, – сказала Шарлотта. – У меня нет сил, чтобы продолжать этот разговор.

Эдмунд хотел что-то сказать, но, видя ее непреклонность, отступил.

– Хорошо, мы продолжим его завтра. Одна просьба: постарайтесь в присутствии других смотреть на меня немного приветливее иначе все подумают, что я не удовлетворил вас, как мужчина. Мне бы не хотелось портить свою репутацию.

– Иногда ваши шутки неуместны. – Шарлотта вздернула подбородок.

– Это не шутка. Давайте завтра уедем подальше от пристальных взглядов, чтобы поговорить. Пусть все думают, что нам захотелось побыть вдвоем.

Он отвесил ей легкий поклон и ушел к себе. Шарлотта сбросила халат и нырнула под одеяло на прохладные шелковые простыни. Она долго смотрела на догорающие поленья в камине. Когда последняя искра угасла, она спала глубоким сном.

Проснувшись, Шарлотта обнаружила вмятину на соседней подушке. Там, где лежала его голова. Простыни были смяты, одеяло откинуто. Он спал в ее постели?! Последнее, что она помнила из событий бурного вчерашнего дня, были отблески камина. Шарлотта села на кровати и растерянно оглядела комнату. Никаких других свидетельств пребывания Эдмунда не было.

Он вернулся, чтобы продолжить разговор, но, увидев, что Шарлотта спит, лег рядом. Возможно, он пытался разбудить ее, но она не отозвалась. А поскольку жена не смогла выполнить свои обязанности, он ушел к любовнице.

Ее воображение услужливо рисовало, как нежные и сильные руки Эдмунда скользят по чувственному телу графини, как извивается в его объятьях эта великолепная, уверенная в себе женщина, как алые губы Вивиан впиваются в тело ее мужа.

Давним любовникам не нужны слова. Они знают, как доставить друг другу удовольствие. Безыскусные ласки Шарлотты должны вызывать скуку у Эдмунда. Когда он рассказывал об этом графине, они наверняка вместе смеялись над ней.

Шарлотте вдруг пришло в голову, что она не знает, что за человек ее муж. Она знала Капитана Эда, но она не принца Эдмунда. У него есть власть над ней, власть правителя и власть мужчины. Он может заставить ее подчиниться, и сделать самой несчастной женщиной на свете.

Или он может сделать так, чтобы она сама захотела подчиниться ему. Он знает, какое магическое воздействие оказывают на нее его поцелуи, как легкие движения его пальцев заставляют ее тело трепетать.

Оставался один вопрос: чего хочет сама Шарлотта?

Вчера ей хотелось бежать на край света или провалиться под землю. Конечно, она не думала, что Эдмунд был затворником до встречи с ней, но одно дело дела давно минувших дней, и совсем другое Вивиан Хейз, из плоти и крови, с ее притворными поздравлениями, каждое ядовитое слово которых попадало в цель и причиняло боль сопернице.

Отдать мужа этой женщине? Ни за что! Может быть, эта змея и подходит для принца, но Шарлотта не позволит ей забрать Капитана Эда.

Выспавшаяся, полна сил Шарлотта дернула за шнурок вызова слуг. Через минуту в комнату вошла Марта.

– С добрым утром, ваше высочество, – пропела она. – Как спалось?

От нее не укрылись следы на другой стороне постели. Глаза Марты были наполнены любопытством. Разумеется, она не ожидала, что принцесса будет делиться с ней событиями первой брачной ночи, но и легкого намека было бы достаточно. Шарлотта не ответила, поскольку была полностью погружена в себя.

– Сегодня прекрасный день для прогулок, – продолжила Марта. – Я слышала, что принц распорядился насчет кареты.

– Он уже позавтракал?

– Ваш муж встает едва ли не раньше прислуги, и уж точно раньше, чем все придворные. Что принести вам на завтрак?

– Я бы выпила кофе.

– Как насчет пары воздушных булочек с маслом? Поварихе они сегодня особенно удались. Даже принц похвалил.

– Хорошо, принеси мне одну.

После завтрака Марта подала Шарлотте голубое платье для прогулки с легким приталенным жакетом. Маленькая шляпка, прикрепленная к светлым волосам, завершала шаловливый образ и делала Шарлотту юной и необыкновенно привлекательной.

Спустившись по лестнице, она обнаружила у входа открытый кабриолет, запряженный двумя вороными. Сам кабриолет тоже был черного цвета и был украшен тонким рисунком золотистых орхидей. Рядом с кабриолетом ее ждал муж.

На нем был тот самый темный камзол с белым воротником, который он носил на корабле. Вид этого наряда вызвал у Шарлотты волнующие воспоминания. Она пришла в поисках Капитана Эда, и вот он стоял перед ней во плоти. Эдмунд видел, какое впечатление произвел на нее, и теплая улыбка снова появилась на его губах.

– Доброе утро, моя любовь.

– С этими словами он протянул руку Шарлотте, чтобы помочь ей сесть в кабриолет, после чего слегка сдвинул перчатку и поцеловал обнаженное запястье.

– У вас принято, чтобы кучер приходил после принца? Какой странный обычай.

– Кучер уже на месте. Я не хочу, чтобы нам сегодня мешали. – Он взял хлыст и сел на козлы.

– Моряк, принц, пират, а теперь еще и кучер, – пробормотала Шарлотта. – Я одна против них всех.

ГЛАВА 16

Кабриолет покинул территорию дворца и стал спускаться вниз по безлюдной дороге. Утренний туман еще не рассеялся. С холма, где находился королевский дворец, они погружались в облако, и Шарлотте казалось, что она спускается в мир грез.

Они ехали по пустым улицам города, которые еще не начали убирать после вчерашнего празднества. Повсюду валялись бумажные и живые цветы и следы ночных возлияний. Несколько самых стойких горожан продолжали пить здоровье новобрачных.

Эдмунд ловко управлял лошадьми. Они быстро проехали улицы и достигли городских ворот, за которыми начинался спуск в долину. Когда лучи солнца засверкали в полную силу, рассеяв утренний туман, они наполнили долину золотистым сиянием.

– Как красиво! – ахнула Шарлотта.

– Посмотри наверх. – Эдмунд указал рукой с кнутом назад, и Шарлотта обернулась.

Туман уже полностью рассеялся в нижней части долины, где они находились, но по-прежнему висел над деревьями. Из-за этого казалось, что дворец парит в облаках.

Кабриолет катил дальше, пока не добрался до небольшого домика, построенного выше по склону горы и окруженного полностью скрывавшими его деревьями. Эдмунд подал Шарлотте руку и помог ей сойти на землю.

– Что это за место? – спросила она.

– Мой отец называл это шале «Приют уединения». Сюда он приезжал, чтобы подумать и найти ответы на важные вопросы. – Он посмотрел на нее. – Я подумал, если это помогало ему, то может помочь и нам. – В его голосе звучала надежда.

Пока Эдмунд занимался лошадьми, Шарлотта решила изучить шале. Оно оказалось небольшим каменным строением, состоящим всего из двух комнат, которые делили между собой камин. В той комнате, что была ближе к двери, у камина стояли два кресла, а почти все пространство другой занимала кровать.

Шарлотта вышла наружу и увидела Эдмунда, который нес корзинку для пикника. В небольшом дворике перед домом стоял стол и несколько стульев. Эдмунд достал из корзинки скатерть и накрыл ей стол. Шарлотта подошла, чтобы помочь ему.

Они вместе сервировали стол, как будто проделывали это много раз. Шарлотта поймала себя на мысли, что, возможно, так и выглядит счастливая семейная жизнь: двум людям просто нравится что-то делать вместе.

На столе появилась миска с густыми сливками и небольшая чаша, в которой лежали фрукты, которые Эдмунд нарезал тонкими дольками.

– Ты непременно должна попробовать фрукты со сливками, – сказал он. – Я научу тебя есть их правильно.

– Что значит, «научишь»? – недоуменно спросила Шарлотта. – Есть какой-то особый способ, о котором я не знаю?

– Да, есть, – глядя ей в глаза, ответил Эдмунд, и по его взгляду Шарлотта поняла, что этот особый способ не имеет отношения к еде.

Она увидела, как потемнел янтарный цвет его глаз от нарастающего желания, и отвернулась. Он знал, что ее тело отзывалось на его ласки как хорошо настроенный музыкальный инструмент на руки музыканта. Но она знала, что если отдаст себя во власть этих ласк, то те важные вопросы, ради которых они приехали сюда, снова останутся без ответов.

– Я чувствую, что тебя тянет ко мне также как меня к тебе, – сказал Эдмунд.

– Я не уверена, что это правда.

– Хочешь докажу? – Он шагнул к ней, намереваясь обнять ее.

Она отступила, выставив руки вперед как будто защищаясь.

– Ты сказал, что приехал сюда подумать, найти ответы на важные вопросы.

– Это и есть ответ. То, как твое тело реагирует на мое. Ты ведь не будешь отрицать, что нас влечет друг к другу.

– Мне не с чем сравнивать, – возразила Шарлотта. – Возможно, если я познакомлюсь поближе с другим привлекательным мужчиной, меня будет притягивать к нему.

– Даже не думай об этом, – глухо сказал он, и глаза его полыхнули огнем.

– Почему? – дерзко спросила Шарлотта. – Если ты будешь ходить развлекаться к своей графине, почему бы мне тоже не найти какого-нибудь графа?

Сжатый кулак Эдмунда грохнул по столу – чашки и блюдца зазвенели. Шарлотта никогда не видела его в такой ярости. Казалось, сама мысль о ней в объятиях другого мужчины причиняла ему нестерпимую боль. Эдмунд встал и ушел за дом, и Шарлотта осталась одна.

Где-то в верхушках деревьев переговаривались птицы. Неподалеку мирно паслись распряженные лошади. Туман совсем рассеялся, и яркое солнце начало припекать. Шарлотта сняла жакет.

Она заставила Эдмунда пережить те же чувства, что испытала она при встрече с его любовницей. Но какой разной была реакция! В ответ на всю полноту ее любви, он предлагал лишь часть его, ту, что останется после других женщин. Для Эдмунда была невыносима сама идея делить Шарлотту с другим мужчиной. Он хотел полного обладания.

Многие женщины назвали бы это традиционными отношениями. Они были готовы мириться с этим ради богатства и престижа. Мужчины покупали их, они были готовы продаться.

«Это всего лишь сделка», говорила ее мать. Ты продаешь свою молодость в обмен на безопасность и статус. Другие женщины завидуют тебе. Потом ты учишь этому свою дочь, и история повторяется. Шарлотта не хотела делать то, что было привычно для всех. Во всяком случае, не с Эдмундом.

Она нашла его сидящим на камне по другую сторону от шале. В руке он вертел сорванную травинку. Он слышал шаги Шарлотты, но не обернулся. Она приблизилась и собралась с духом.

– Однажды ты сказал мне, что не узнаешь, чего я хочу, если я прямо не скажу об этом. Ты не представляешь, как это трудно. С детства нас учат скрывать свои чувства, говорить намеками. Считается неприличным, если девушка говорит прямо, ведь это удел мужчин.

Он внимательно слушал.

– Так вот, я хочу тебе прямо сказать, что я готова отдать свою землю, свои проливы в обмен на безопасность. Я буду тебе верной женой и другом. Я разделю с тобой радости и невзгоды, как я и обещала в своей клятве перед алтарем. Но если ты хочешь моей любви, я согласна обменять ее только на любовь.

Эдмунд повернулся и впился в нее взглядом.

– Если для тебя это еще одно развлечение, – продолжала она, – то я не хочу становиться в ряд с другими твоими леди на час или на месяц.

Эдмунд поднялся.

– Посмотри на меня, – попросил он. Она подняла лицо. – Я обещаю тебе свою любовь в обмен на твою.

Он сделал шаг к ней, чтобы стать еще ближе. Сейчас он ее поцелует, и она унесется в прекрасную страну грез.

– А сейчас, – сказал о хрипло.

Да, дорогой.

–… мы будем…

Да, любимый.

– …есть персики.

Что?!

Он взял руку Шарлотты и повел ее к столу, где усадил в кресло и накинул на грудь салфетку.

– Не хочу испачкать тебе платье, – пояснил он.

– Что ты собираешься делать?

– Я покажу тебе королевский способ.

Он поцеловал тыльную сторону ее руки, затем перевернул ее, и его губы оказались на ее ладони, послав молнию вверх по ее руке, в грудь и прямо в сердце. Начало было многообещающим. Она ждала, что будет дальше.

Эдмунд взял дольку персика, обмакнул его в сливки и поднес к ее рту. Глаза Шарлотты расширились от удивления.

– Ты будешь кормить меня как младенца?

– Доверься мне.

– Последний раз, когда я это сделала, ты подбросил меня к потолку таверны.

– Но ведь я тебя поймал? Открой рот.

Сочетание сладкого персика и сливок было приятным. Она откусила небольшой кусочек и почувствовала, что на ее губах остались сливки. Она хотела взять салфетку, чтобы вытереть губы, но Эдмунд остановил ее.

– Как ты делала это в детстве? – спросил он.

– Облизывала языком, пока не выросла, и мне не сказали, что это неприлично.

– Здесь нет никого, кто бы напомнил тебе о приличиях.

Шарлотта высунула язык и облизала губы. Глаза Эдмунда потемнели.

– У тебя еще немного осталось вот здесь. – Он поцеловал ее в уголок рта. – И здесь. – Еще один поцелуй. – И сверху еще немного.

Он завладел ее губами. Его поцелуй был одновременно властным и нежным, и Шарлотта почувствовала, что в ней нарастает возбуждение. Он отстранился и посмотрел на ее губы.

– Теперь хорошо, – удовлетворенно сказал Эдмунд. – Еще персик или дольку апельсина?

Шарлотта пыталась собрать воедино обрывки мыслей. Что он там спросил?

– Мне кажется, ты не распробовала вкус персика, – заключил Эдмунд. – Надо повторить.

И снова его губы оказались на ее губах. Он целовал ее все более страстно, привлекая к себе.

– Так не честно, – сказала Шарлотта, игриво оттолкнув его. – Почему все только мне? Ты ведь, наверное, тоже голоден. Хочешь, я покормлю тебя?

– Ты уверена, что справишься? – Эдмунд окинул ее оценивающим взглядом.

– Не вижу ничего сложного.

Эдмунд взял со стола еще одну салфетку и засунул ее за ворот.

– Я в вашем распоряжении, миледи.

Шарлотта взяла дольку персика, окунула ее в сливки и поднесла ко рту Эдмунда. Тот взял зубами не только персик, но и ее пальчик. Он обвел языком ее пальчик, играя, с ним как кошка с мышкой. Шарлотта хотела одернуть руку, но он сжал ее запястье, не отпуская. Его язык пробежался до ее ладони, нарисовав на ней затейливый узор.

Наступила тишина, полная необъяснимой магии. Он сжал ее ладонь и посмотрел Шарлотте в глаза. Они говорили «да».

– Ты удивительно чувственная женщина, – сказал Эдмунд хриплым голосом. – Твое тело отзывается на мои прикосновения. Я могу играть на тебе как на музыкальном инструменте любую мелодию.

– Так сыграй, – тихо ответила она.

Он сжал ее руку с такой силой, что едва не причинил ей боль.

– Когда я с тобой, я не всегда могу контролировать себя. Ты не понимаешь, о чем просишь.

– Я хочу, чтобы мы были вместе. Как муж и жена.

– Ты сказала, что хочешь отдать мне свою любовь в обмен на мою, но это не любовь.

– Что же тогда?

– Страсть, вожделение, жажда наслаждений. Называй, как хочешь, но это не имеет отношение к любви.

– Но ведь я чувствую то же самое.

– И поэтому ты называешь это любовью? – Эдмунд рассмеялся. – Тебе говорили, что женщины не могут хотеть мужчин. Но это не так. Ты хотела меня на корабле и хочешь сейчас.

– И это не любовь?

– Это может быть частью любви, ее началом. Потом это проходит. И вот то, что остается после того, как уходит страсть, и будет любовью. Так я знаю, что не любил еще ни одну женщину. Когда проходила страсть, я забывал их.

Пока Шарлотта пыталась осмыслить его слова, Эдмунд поднялся из-за стола.

– Полагаю, нам следует вернуться, – сказал он своим обычным тоном. – Мы поедем по другой дороге. Ты увидишь, как прекрасны поля и виноградники Валбертина.

Они проезжали мимо деревень, расположенных справа и слева от дороги. Между деревнями зеленели виноградники на холмах. Где-то далеко внизу мерцало синее море, и волны набегали на золотистый песок.

Они остановились у небольшого деревенского кабачка, и через несколько минут на площади собралось много народа. Все они поздравляли принца и принцессу, желали им долгих и счастливых лет. Эдмунд был приветлив и нашел слово для каждого, и Шарлотта видела, что подданные любят своего принца.

Когда они вернулись во дворец, Эдмунд проводил Шарлотту в ее апартаменты, заполненные букетами и свадебными подарками. За время их отсутствия ей прислали множество свертков.

– Я разберу их после, – сказала Шарлотта Марте, и та удалилась.

Шарлотта ждала, что Эдмунд заговорит первым. Пауза затягивалась.

– Мне кажется, ты ждешь объяснений, – начал он.

– Я не понимаю, почему ты так себя ведешь.

– Как именно?

– Ты раздуваешь во мне огонь, а потом одним махом выливаешь на раскаленные угли кувшин холодной воды. Ты играешь со мной, распаляешь меня и бросаешь. Почему?

– Я прощаюсь до вечера. У меня много дел. Ночью я оставлю дверь открытой и буду ждать тебя.

Шарлотта удивленно посмотрела на него.

– Но… обычно муж приходит к жене.

– Я хочу быть уверенным, что ты пришла ко мне по своей воле. Среди упреков, которые уже были и еще будут, никогда не будет обвинения в принуждении. Если мы будем вместе, то только потому, что ты этого хочешь.

ГЛАВА 17

Когда Эдмунд покинул ее, Шарлотта без сил рухнула в кресло у камина. Вчерашний свадебный день был тяжелым, но сегодняшний его превзошел. Она ненадолго прилегла, затем приняла ванну. Лежа в теплой воде, в которую Марта капнула лавандового масла, Шарлотта пыталась представить себе, что ее ждет. Она уже решила, что пойдет этой ночью к мужу.

Она помнила блеск в его глазах и слова: «я хочу быть уверенным, что ты пришла ко мне по своей воле». Шарлотта не была уверена, осталась ли у нее своя воля. Румянец появился на ее щеках. Девушкам из приличных семей не положено представлять себе мужчин обнаженными, а именно таким она пыталась представить себе Эдмунда.

Хотя, почему не положено? Она представляла обнаженным не какого-нибудь постороннего мужчину, а собственного мужа. Которого поклялась любить, беречь, и что-то там еще. Ее память целиком занимал блеск его глаз и персиковый вкус его губ. На точный текст клятвы у алтаря не оставалось места.

Ее коварный капитан навсегда изменил для нее вкус персиков. Теперь она больше не сможет их есть без того, чтобы не вспомнить сцену в шале. От этих мыслей Шарлотта еще больше покраснела. Она сделала знак Марте, и та подала ей простыню, в которую Шарлотта завернулась.

– Какую сорочку прикажете подать? – спросила Марта.

– Сорочку? – рассеянно переспросила Шарлотта. – Я об этом как-то не подумала.

– Тогда все равно. – Марта направилась к комоду.

– Нет, – остановила ее Шарлотта. – Именно сегодня не все равно. – Пока Марта пыталась осмыслить сказанное, она продолжила. – Ты иди, Марта, я сама что-нибудь придумаю.

Марта сделала несколько шагов к двери, затем остановилась и вернулась.

– Вы меня простите, ваше высочество, если я что-то не так делаю, не как вам нравится, вы только скажите. Я быстро научусь.

Шарлотта непонимающе уставилась на нее.

– Я всем довольна. Почему ты думаешь, что это не так?

– У других господ слуги с ног сбиваются. Туда пойди, это принеси. Так с утра до вечера и бегают с высунутыми языками. Я сижу целый день и ничего не делаю, вы все сами да сами.

– Это потому что я так привыкла.

– Но теперь вы принцесса! – воскликнула Марта. – Вам не полагается. У вас есть я и еще слуги. Мы рады вам услужить. Да и правду сказать, другие горничные на меня косо смотрят, шепчутся за спиной, что я о вас плохо забочусь. А я бы и рада, да только я же не могу без вашего распоряжения своевольничать. Я прямо места себе не нахожу.

– Чтобы очистить твое имя перед другими горничными, я завтра дам тебе важное задание, – сказала Шарлотта с улыбкой. – А сейчас иди.

– Спасибо, ваше высочество, – обрадовалась Марта. – Что до сорочки, так у вас все красивые. Но вот та, что лебяжьим пухом оторочена, очень вам бы пошла. – С этими словами Марта удалилась.

Шарлотта выдвинула ящик комода, где были сложены ее сорочки, и увидела ту, которую рекомендовала Марта. Нежный персиковый шелк так и ластился к коже, а вырез был отделан тонкой полоской белого лебяжьего пуха. Шарлотта отбросила простыню и надела сорочку.

Из зеркала на нее смотрела золотоволосая красавица с легким румянцем на щеках. Когда она делала вдох, пушинки нежно колыхались в такт движениям ее груди. Да, именно эта сорочка заслуживает того, чтобы стать свидетельницей их первой ночи. Шарлотта представила, как она входит к мужу и как он, не говоря ни слова, сбрасывает с ее плеч халат. Потом он целует ее, сначала также нежно, как в шале, а затем его поцелуи становятся все более страстными и требовательными.

Он сбрасывает с нее сорочку. Она скользит вдоль тела и падает к ногам. Трепетные пушинки вздрагивают. Он увлекает ее тело на свою постель и там…

Шарлотта внезапно остановилась: все может пойти не так. Что если он так будет пылать от страсти, что разорвет сорочку прямо на ней? Ах, как прекрасно выглядела эта сцена в воображении Шарлотты за одним исключением: ей было жаль терять такую красоту. Может быть, надеть другую сорочку? Не такую красивую, но которую не будет жаль.

Внутри новоявленной принцессы все еще жила девушка, которая перешивала свои платья по пять раз. При взгляде на новый наряд она сначала видела не его красоту, а сколько часов работы пришлось на него потратить. Впрочем, как Марта только что напомнила, Шарлотта теперь принцесса. Она может позволить себе заказать еще хоть дюжину сорочек.

Шарлотта расчесала волосы и немного покусала бледные губы, чтобы они стали ярче. Покрутившись перед зеркалом и удовлетворенно кивнув своему отражению, она накинула сверху халат с узором из орхидей и отправилась в апартаменты мужа навстречу своей первой брачной ночи.

Она еще не освоилась во дворце, который казался ей бесконечным лабиринтом. Повсюду были гостиные, приемные, будуары, комнаты фрейлин, адъютантов, секретарские конторы. В покоях принца как и в ее собственных все комнаты сообщались между собой, так что можно было переходить из одной в другую, не сталкиваясь с часовыми, стоявшими снаружи в коридорах.

Шарлотта вошла в их общую столовую, элегантно обставленную позолоченной мебелью. На сценах висели несколько прекрасных картин, а на столе стоял букет живых орхидей. Следующей была комната принца, за которой находились его будуар и гардеробная.

Шарлотта открыла дверь и первое, что она увидела, была обнаженная спина Эдмунда. Он стоял, опершись рукой на спинку глубокого кожаного кресла, и что-то читал. Разумеется, она и раньше видела его широкие плечи, покрытые рубашкой и камзолом, но без них они производили гораздо большее впечатление. Это была спина не изнеженного аристократа, но моряка, который не чурался тяжелой работы.

Шарлотта лихорадочно пыталась придумать первую фразу. «Добрый вечер, дорогой»? Слишком формально для первой ночи. «Я пришла» или даже «я хочу тебя». Нет-нет, леди не полагается говорить подобные вещи мужчине, пусть даже собственному мужу. Как же иногда неудобно быть леди!

Что если просто подойти и обнять его сзади? Без слов уткнуться в его спину и согреть ее своим дыханием. Тогда слова будут не нужны.

Она уже собиралась сделать первый шаг, когда Эдмунд положил на стол лист бумаги, который держал в руках, и пошел в гардеробную. Через открытую дверь Шарлотта видела, что он одевается.

Похоже, что важные дела требовали его внимания. Шарлотта с грустным пониманием вздохнула: правителю страны иногда приходится жертвовать личным счастьем ради блага подданных. Шарлотта решила, что Эдмунду все же будет приятно узнать, что она пришла. Она выслушает его объяснения и скажет, что будет ждать. Может быть, даже в его постели.

Ковер на полу заглушал ее шаги. Подойдя к столу, она увидела, что в качестве печати для записки была использована женская заколка для волос с рубинами. У Шарлотты упало сердце.

Не важные государственные дела требовали внимания принца. В ту самую ночь, когда он назначил свидание своей жене, его позвала женщина, и он откликнулся на зов.

В спальной что-то упало, напугав Шарлотту. Она вздрогнула и выскочила из кабинета. Когда она бежала в свою комнату, ее сердце колотилось со страшной силой.

Сейчас он оденется и пойдет к другой женщине. К той, которая его всегда ждет и которую не надо уговаривать, как его маленькую глупую женушку. Почему Шарлотта решила, что у принца к ней какие-то чувства? Ведь он ни разу не сказал, что любит ее. Она нужна ему, он хочет ее, но желание обладать ее телом это не любовь. Он сам так сказал.

Она снова и снова вспоминала их обед в шале. Было глупостью думать, что она единственная, кого он возил туда. Как умело он соблазнял ее, как привычно действовал. Слезы душили ее, сердце рвалось из груди. Боль от предательства выжигала ее изнутри. И рубиновая заколка, как символ власти той женщины над ним.

Шарлотта знала, чья эта заколка. Она видела ее на блестящих темных волосах, когда графиня Вивиан Хейз после свадебного приема встретила ее в коридоре. Шарлотта помнила ее самоуверенный голос.

«Принц выполнил свои обязательства перед короной. Теперь он может вернуться к своим прежним привычкам».

Принц еще не успел дойти до комнаты, где он собирался встретиться с графиней, а Шарлотта уже представляла их тела, слившиеся в единое целое. Она видела, как пальцы Эдмунда скользили по волосам графини. Он клал руку на ее затылок и приближал ее лицо к своему, чтобы ему было удобнее покрыть его поцелуями.

После этого он решительно сбрасывал ее одежды. В отличие от Шарлотты, графиня не жалела сорочек. Пусть принц порвет их все, лишь бы удержать его в своей постели. Какие шансы могут быть против такой женщины?

Шарлотта почувствовала внезапный прилив гнева из-за того, что первый день их медового месяца, не перешел в счастливую ночь. Это было нечестно и неправильно. Но то, что мужчинам вообще нравится хвалиться домами, лошадьми и любовницами, тоже неправильно. С одной стороны, принцу это не нужно. Его статус и так высок. С другой, принц – тоже мужчина, иногда всего лишь мужчина.

Шарлотта внезапно села на кровати. Что если она напрасно себя мучает? Может быть и другое логичное объяснение. Графиня попросила о короткой встрече. Эдмунд, как джентльмен, не смог отказать. Он пошел к ней, чтобы сказать, что между ними все кончено. Он поцелует ее на прощание, скажем, в щеку. Она улыбнется грустной улыбкой проигравшей женщины, после чего навсегда исчезнет из его жизни.

Эдмунд скоро вернется, или даже уже вернулся. Пока она мучается подозрениями в своей комнате, он страдает оттого, что она не пришла. Если они не поговорят, то завтра каждый из них будет уверен, что это вина другого.

Как там сказал Капитан Эд? «Как я узнаю о ваших чувствах, если вы мне об этом не скажете?» Надо непременно сказать ему и будь, что будет. Даже если он посмеется над ее подозрениями, это лучше, чем неизвестность.

Шарлотта встала с кровати, осмотрела себя в зеркале и во второй раз за этот вечер направилась в будуар принца. К ее разочарованию, комната была по-прежнему пуста.

В камине пылал огонь, на туалетном столике и возле кровати горели свечи. Огромная резная деревянная кровать занимала почти половину комнаты. Шарлотта помнила рассказ Эдмунда, что кровать его дед заказал какому-то знаменитому мастеру. Ее везли морем два месяца. Когда она прибыла, весь дворец сбежался смотреть на раскрашенное яркими красками и позолотой чудо. С тех пор краски поблекли, позолота сошла, но сама кровать была по-прежнему крепка. На ней зачали отца Эдмунда и его самого, и сегодня ночью она должна была стать ложем любви для Шарлотты.

В ожидании возвращения мужа Шарлотта села в кресло у камина и стала смотреть на огонь. Она почувствовала мурашки холода: ее шелковый халат совсем не согревал ее. На кровати лежали одеяла и покрывала. Шарлотте пришла в голову идея согреться под ними, а заодно и встретить мужа в его кровати.

Капитан Эд наверняка бы не возражал, но принц Эдмунд может воспринять это как покушение на его границы. Если бы здесь была мама, она бы пришла в ужас от этой идее и сказала бы, что леди не прыгают в постель к мужчинам.

Что если она ошибается, и принц вовсе не собирается возвращаться к себе в спальню этой ночью? Что ей делать тогда? Покладистая жена безропотно снесла бы оскорбление, но Шарлотта никогда не относила себя к покладистому типу женщин.

Она не могла больше ждать.

Вернувшись в свою комнату, она прошла через коридор в спальню для слуг. Там на кровати храпела Марта. Шарлотта осторожно потрясла ее за плечо.

– Что? А? – заметалась Марта. – Кто здесь?

– Это я, Шарлотта.

Марта протерла глаза и села из кровати.

– Что случилось, миледи?

– Ты ведь знаешь, где находится та комната?

– Какая?

– О которой ты мне рассказывала. Помнишь? Которую еще король специально устроил, чтобы… Ну, ты понимаешь.

– Простите, ваше высочество, ничего не понимаю. Что вам угодно?

Шарлотта набрала в легкие воздух и выдохнула.

– Мне нужно, чтобы ты проводила меня в комнату, где принц встречается со своей любовницей.

ГЛАВА 18

– Марта, где ты? – нетерпеливо спрашивала Шарлотта.

– Иду-иду! – отвечала Марта.

– Что ты там копаешься?

– В темноте в рукавах запуталась, простите, ваше высочество.

– Давай я помогу тебе.

– Где это видано, чтобы принцесса служанке помогала? Если об этом узнают, я работу потеряю.

Наконец, Марта пришла в комнату к Шарлотте.

– Какое платье вам подать, миледи? – спросила она.

– Не важно. Любое.

– Любое нельзя, миледи. Для такого случая особый наряд нужен.

Марта раскрыла дверки шкафа и уставилась на платья как художник на палитру.

– Даже не знаю, что вам предложить. – Марта пребывала в задумчивости. – У вас все наряды яркие и радостные. Ни один не подходит к случаю.

– Марта, нельзя ли быстрее?

– Куда торопиться? Глядишь, пока мы тут платье выбираем, принц вернется, и никуда не надо будет идти. И нервы сбережете, ваше высочество.

– Я знаю, что подойдет.

Шарлотта подошла к гардеробу и достала сверток с верхней полки. В нем оказался тот самый наряд цыганки, в котором она танцевала с Эдмундом в таверне. Когда он соблазнял ее, он надел камзол Капитана Эда. Шарлотте тоже есть, что ему напомнить.

– Помоги мне надеть это. И туфли подай на низком каблуке.

– Цыганское платье? Откуда это у вас? Я этого наряда раньше не видела.

– Это подарок, – туманно ответила Шарлотта.

– Не пристало вам, ваше высочество, в платье простолюдинки по ночам гулять. Хотя, с другой стороны, если увидит кто, на вас не подумает.

Марта помогла Шарлотте переодеться в цыганку, после чего подала плащ с капюшоном, завязки которого она стянула под подбородком.

– Ты ведь со мной идешь? – спросила Шарлотта Марту.

– Да уж не оставлю вас одну.

– Где твой плащ?

– Постирала я его вчера, он еще не высох. Ничего, я без плаща обойдусь.

– Еще не хватало, чтобы ты простудилась. – Шарлотта достала из гардероба еще один плащ. – Надевай.

Марта с опаской рассматривала великолепный бархатный плащ с затейливой вышивкой.

– Слишком красив для меня. Лучше вы его наденьте, миледи, а я ваш накину.

– Нет времени переодеваться. Мы и так слишком задержались.

– Я вам уже говорила и еще раз повторю, что туда, куда мы идем, лучше не спешить, – глубокомысленно заметила Марта, завязывая плащ.

Они спустились по внутренней лестнице и пошли по узкой дорожке вдоль аллеи кипарисов.

– Я взяла нюхательной соли, – шепотом сказала Марта.

– Зачем?

– Она вам понадобится.

– Я никогда не падаю в обморок.

– Чует мое сердце, что сегодня упадете. Вот ей-богу упадете, когда принц вас отчитает. Это же неслыханное дело, вторгаться в личные покои, особенно когда он… занят. Даже королева никогда себе подобного не позволяла, а уж на что покойный король проказник был.

– Мне надо знать, что там происходит.

– Что такого вы узнаете, чего не знали до сих пор? – продолжала бурчать Марта. – Все женщины в этой семье до вас делали вид, что не знают об этой комнате. Почему бы вам не последовать их примеру?

Они дошли до конца аллеи, где в стене дворца находилась нужная дверь.

– Здесь? – спросила Шарлотта, показывая на едва заметное углубление в стене.

– Она самая, – со вздохом подтвердила Марта. – Может, все же вернемся, миледи?

– Жди меня здесь, – распорядилась Шарлотта.

– Не лучше ли мне пойти с вами?

– Зачем?

– Принц не будет кричать на вас при служанке.

Шарлотта с подозрением рассматривала ее живые, полные любопытства глаза.

– На самом деле тебе хочется видеть лицо принца, когда я его застану с любовницей, не так ли?

– Страсть, как хочется, – призналась Марта. – Я такого представления ни в одном бродячем цирке не видела.

– Ты считаешь, что я стала посмешищем для слуг?

– Еще нет, ваше высочество, но вы на правильном пути.

У Шарлотты задрожали губы. Марте показалось, что принцесса сейчас расплачется.

– Миледи, послушайте меня и не сердитесь на то, что я вам скажу. Вы еще очень молодая и порывистая. Ведь не просто так матери присматривают за юными девушками, а потому что те глупостей натворить могут таких, что за всю жизнь потом не расплатятся.

Шарлотта опустила голову.

– Не ходите туда, – настойчиво продолжала Марта. – Не выйдет из этого ничего хорошего. Если он с графиней, так они над вами только посмеются. Если без нее, тогда он начнет выпытывать, как вы про комнату узнали, кто показал и, конечно, сразу на меня подумают. Скажут, не уследила, не отговорила да из дворца выгонят. А у меня три сестры да два брата маленькие, да мама старенькая. Вот и получается, вам, господам, развлечение, а моя семья без куска хлеба останется.

– Марта, дорогая, я тебя не выдам, – пообещала Шарлотта. – Но я не могу ничего с собой поделать. Только и думаю, как они там… вместе…

– Может, вы зря себя накручиваете? Может, и нет ничего.

– Я тоже об этом подумала. Он ведь мог пойти, чтобы с ней попрощаться.

– Вот! – горячо поддержала Марта. – И пока он там с ней прощается, вы ждите его у себя.

Шарлотта постояла в задумчивости, потом покачала головой.

– Нет, мне нужно самой это видеть.

– Ну, раз ничто вас не остановит, тогда идите, – вздохнула Марта. – Только сначала у двери послушайте, о чем они говорят. Там видно будет, что и как.

Марта осторожно открыла дверь в стене, за которой оказалась кованная винтовая лестница.

– Я дверь не буду закрывать, чтобы свет шел, а то на лестнице темно, – сказала Марта.

Подхватив край юбки, Шарлотта начала подниматься. Достигнув последней ступени, она подняла руку и нащупала дверь. Она оказалась незапертой, Шарлотта толкнула ее и вошла внутрь. Тяжелые портьеры отделяли пространство комнаты от двери. Между ними пробивалась узкая полоска света. Сначала было тихо, но затем Шарлотта услышала голос графини.

– Знаете, Эдмунд, что было для меня самым тяжелым? – сказала графиня своим чарующим голосом. – Обсуждать с королевой приготовления к вашей свадьбе. Она каждый день звала меня к себе, чтобы решить, куда поставить вазы с цветами. Или с какого места будет лучше виден праздничный салют в честь новобрачных. Или надо ли приглашать дальних кузенов из Нижних королевств, или лучше послать им подарки, а на свадьбу не звать.

Шарлотта подошла ближе, заглянула в щель между портьерами и увидела графиню, которая капризно повела своими мраморными плечами. Она стояла перед диваном, на котором расположился Эдмунд с бокалом вина в руках.

Графиня Вивиан как нельзя лучше подходила к убранству комнаты. Шелковые портьеры, изящные столики, резные зеркала – все они повторяли изгибы ее великолепного тела. Она подошла сзади к принцу и положила руки ему на плечи.

Это был простой жест, но сколько в нем было значения. Этим жестом она говорила «этот мужчина мой». Шарлотте стало так больно, что ей захотелось немедленно войти в комнату и потребовать объяснений, но в этот момент Эдмунд заговорил.

– Моя мать всегда заполняла свой день хозяйственными хлопотами. Они доставляли ей больше удовольствия, чем утомительные приемы, где политические советники спорят о государственных делах.

– Чем в это время занимались вы?

– Был тенью.

– Что вы имеете в виду?

– Мой брат должен был стать королем. Отец готовил его с самого детства. Моя задача заключалась в том, чтобы поддерживать его и делать, что скажут. У меня не было ни голоса, ни права его подавать.

Вивиан взяла бутылку вина со столика у дивана и наполнила его бокал.

– Мой бедный Эдмунд, вам столько пришлось пережить. – Ее голос был полон сочувствия. – Как вам удалось сбежать из дворца?

– Когда брат обручился, я выждал удобный момент и попросил у отца разрешения отправиться в плавание на корабле. Он был так погружен в приготовления к свадьбе, что дал свое согласие.

– Тогда вы впервые вдохнули морской воздух.

– Для меня это был воздух свободы. Я хотел увидеть мир и я его увидел. «Марианна» заходила во все порты, какие встречались на пути. Я пил в барах с моряками и пиратами, танцевал с простыми девушками в тавернах.

– Признайтесь, вы целовали их, – шаловливо погрозила пальчиком Вивиан.

– Я отвечал на их поцелуи, – улыбнулся Эдмунд.

– У вас на теле шрамы. Вы получили их в битвах?

– Некоторые в битвах, некоторые в драках, хотя порой было трудно понять, где заканчивается одна и начинается другая. Я наслаждался жизнью, не думая, что мне придется вернуться обратно в клетку. Когда мне сообщили, что мой брат и его невеста погибли, я почувствовал, что земля уходит из-под ног.

– Тогда в вашу жизнь вернулись такие понятия как политика, интересы государства, союзнический долг.

Эдмунд поднес к губам бокал и сделал глоток, после чего вздохнул.

– Сначала жизнь показывает, какой свободной она может быть. Затем приковывает тебя цепью к трону, и ты делаешь, что должен.

– Например, женишься, – понимающе кивнула Вивиан. – Проливы Рокморф рано или поздно должны были стать частью королевства, чтобы обеспечить ему безопасное будущее.

– Да, это было лучшим решением.

Стоя за портьерой, Шарлотта слушала разговор любовников, и слезы душили ее. Как она могла быть такой глупой? Как она могла поверить, что у Эдмунда есть к ней хоть какие-то чувства кроме холодного расчета?

Он воспользовался ее доверчивостью. Для опытного соблазнителя не представляло труда вскружить голову наивной девушке. Он разрушил ее иллюзии и предал ее любовь.

Шарлотта сомкнула портьеры и пошла к двери на лестницу, когда внезапно услышала резкий звук пощечины. Она удивилась и вернулась посмотреть, что происходит. В щель между портьерами она увидела, как графиня Вивиан еще раз ударила по щеке ее мужа. Голова Эдмунда безвольно качнулась, но он не проронил ни звука.

Графиня достала у него из кармана ключ и отперла дверь. В комнату вошел Магнус Ратнер. Он был последним, кого Шарлотта ожидала увидеть.

– Почему так долго? Я устал ждать, – недовольно бросил Магнус.

– Снотворное действовало медленно. – Графиня подняла с ковра бокал, который выпал из рук Эдмунда, и поставила его на столик у дивана.

– Надо было больше положить.

– Я боялась отравить его. Нам ведь не нужно, чтобы он скончался в моей постели.

– Разумеется, поскольку его убьешь не ты, а его жена.

Шарлотта не верила своим ушам. Графиня Вивиан и Магнус объединились в ненависти, чтобы выработать дьявольский план.

– Бедняжка Эдмунд, – продолжила графиня. – Он узнал, что жена, которую ему подсунули, вовсе не невинная овечка.

– Она всем известная распутница с острова Веселья, – с каким-то извращенным наслаждением подхватил Магнус.

– Принц потребовал предать этот факт огласке и признать брак недействительным. Этого Шарлотта не могла допустить. Она решила отравить мужа и обставить все, как несчастный случай.

– Пыталась обставить, – поправил ее Магнус. – Но истинные друзья принца…

– Ты и я.

– …всегда подозревали, что за ее личиной святоши скрывается искусная интриганка. Мы поделились своими сомнениями с начальником стражи и настояли, чтобы он вошел утром в комнаты принца.

– Там он найдет его бездыханное тело.

– Причем, найдет вовремя, чтобы увидеть посиневшие от яда губы. Когда мы найдем флакон с ядом в комнате Шарлотты, ни у кого не останется сомнений, – сказал Магнус. – Суд признает ее виновной убийстве мужа.

– Как ты думаешь, ее повесят или ей отрубят голову? – задумчиво спросила графиня.

– Это решит суд, – отозвался Магнус. – Я буду рад любому исходу. После смерти принца королевство остается без прямых наследников. Претендентом на трон становится герцог Молтенбаш, если он переживет королеву. А если нет, то его семилетний сын.

– Которому нужны преданные советники. – Губы Вивиан растянулись в улыбке. Она призывно выгнулась, и Магнус прижал ее к себе.

Шарлотта отпрянула от щели, чтобы не видеть, как извивается графиня в объятьях человека, который ни перед чем ни останавливался, чтобы достичь своей цели. Шарлотта думала о себе как о пешке в большой игре, но, оказалось, что и Эдмунд тоже стал жертвой ненасытных амбиций Магнуса и Вивиан. Пока принцесса пыталась разобраться со своими чувствами к мужу, вокруг него плели нити заговора.

Шарлотта лихорадочно пыталась придумать, что ей делать дальше. Она не знала, сколько людей замешаны в заговоре и сколько тех, кто остался верен принцу. Единственным человеком, на кого Шарлотта могла положиться, была Марта. Но что могли сделать две женщины против армии вооруженных заговорщиков?

– Мне пора, – услышала Шарлотта голос Магнуса.

– Ты бесчувственный мужлан. Как ты можешь возбудить меня и бросить?

– Сегодня ночью мне нужна холодная голова. Нам предстоит много дел. Где ключ от внутренних покоев принца и принцессы?

– Вот он.

– Ты стереги его, а я пойду навещу Шарлотту.

Услышав свое имя, Шарлотта снова приникла к щели. Вивиан положила руки на плечи Магнусу так же, как она проделывала это с Эдмундом. У этой женщины был не слишком большой репертуар соблазнения.

– Уходишь от меня, чтобы навестить старую любовь? – капризно спросила она.

– Ты же знаешь, это деловой визит. Где флакон с ядом?

Вивиан выдвинула ящик ночного столика, достала маленький запечатанный сургучом стеклянный флакон и протянула его Магнусу.

– Это точно яд, а не снотворное? Ты не перепутала?

– Вот снотворное, которое я ему подсыпала. – Графиня показала в ящике флакон. – Он совершенно другой формы, так что перепутать невозможно. Лучше будет, если я пойду с тобой. Если кто-то из слуг не спит, твое появление может показаться подозрительным.

– А твое нет? – прищурился Магнус.

– Во дворце все знают о наших с принцем отношениях. Я возьму его халат. Если спросят, скажу, что он забыл его у меня.

– Ты настоящий дьявол в обличье блудницы. – В голосе Магнуса скользило неприкрытое восхищение.

Он помог графине перекатить неподвижное тело принца и снять с него халат, после чего взял со стола подсвечник, чтобы освещать путь в темных коридорах дворца, и они покинули комнату.

Шарлотта подбежала к Эдмунду и начала его трясти.

– Эд, дорогой, очнись, тебя хотят убить!

Он по-прежнему был неподвижен. Шарлотта прильнула к его груди: сердце билось ровно. Похоже, он просто спал. Она снова тряхнула его за плечи, и снова никакой реакции.

Тогда Шарлотта пошла на крайние меры, и со всего размаху дала мужу пощечину.

ГЛАВА 19

Голова Эдмунда откинулась, но он не проронил ни звука. Шарлотта схватила его за плечи и начала трясти изо всех сил – никакой реакции. Тогда она быстро спустилась по винтовой лестнице в сад. Марта по-прежнему стояла у стены, притоптывая на месте не то от холода, не то от нетерпения.

– Ну как? – был ее первый вопрос.

– Ты сказала, что у тебя есть нюхательная соль.

– Так вы же не в обмороке.

– Это для мужа. Он без сознания.

– Ничего себе. – Марта посмотрела на нее с уважением. – Никогда бы не подумала бы, что все наоборот будет. Что же вы такого ему сказали?

– Это совсем не то, что ты думаешь. Пойдем наверх, Марта. Мне нужна твоя помощь.

Поднявшись следом за Шарлоттой, Марта первым делом оглядела комнату с жадным любопытством.

– Вот, значит, как тут все устроено. Красиво, только очень уж подушек много. И зачем им столько? Что же это вы, ваше высочество, в море ром глушили только давай, а тут с одной бутылки развезло.

– Марта, давай сюда соль.

Служанка протянула ей стеклянный флакон. Едва вынув пробку, Шарлотта ощутила резкий запах.

– Ой! – Слезы брызнули у нее из глаз.

– Дайте, я сама. Тут сноровка нужна.

Марта взяла флакон и, прикрывая горлышко пробкой, поднесла его к носу Эдмунда. Его ноздри зашевелились, голова дернулась.

– Держите ему голову, – скомандовала Марта, и Шарлотта обхватила его затылок. Марта заметила бутылку и бокал на столике. – Неужели на принца одна бутылка так подействовала?

– Ему туда снотворное подмешали.

Шарлотта достала из ящика флакон с белым порошком и показала его Марте. Открыв его, она осторожно поднесла флакон к носу.

– Ничем не пахнет. Неудивительно, что Эдмунд не заметил, что в вине что-то есть.

– Кто это сделал?

– Графиня Вивиан.

– Вот змея! Что ревность с людьми делает.

– Здесь все гораздо серьезнее. Это заговор. Графиня и Магнус Ратнер хотят убить Эдмунда и обвинить меня.

– Что? – Марта от удивления раскрыла рот. – Зачем им это нужно?

– Чтобы захватить власть. После смерти Эдмунда королевство остается без наследника. Королеву запрут во дворце в горах, а герцог Молтенбаш въедет во дворец.

– Он же при смерти.

– Сколько я его помню, он всегда был при смерти, только у меня есть предчувствие, что он переживет всех нас. В любом случае, королевство унаследует его сын.

– Этого нельзя допустить. Наверняка, графиня придумала такое злодейство.

– Я думаю, графиня лишь игрушка в руках Магнуса. Это страшный человек с непомерными амбициями. Я не удивлюсь, если герцог скончается через полгода, и Магнус станет регентом при его сыне. Он не может стать королем по закону, но он наверняка найдет способ, чтобы править и так.

Марта еще раз поднесла соль к носу Эдмунда, и он застонал. Шарлотта машинально сунула флакон со снотворным в карман.

– Вставай, дорогой, – сказала Шарлотта. – Нам нужно идти.

– Что? – Голос принца был слаб.

– Они заперли дверь в коридор. Мы пойдем через сад.

– Куда?

– Я тебе по дороге объясню.

С большим трудом вдвоем с Мартой им удалось стащить принца по лестнице вниз. Когда они шли по аллее, он еле волочил ноги. Добравшись до стены дворца, Шарлотта остановилась.

– Они сейчас уже должны быть в моей комнате. Когда они меня не найдут, они решат, что я у Эдмунда. Там они меня тоже не найдут, разумеется. Тогда они станут ждать.

– Они могут спросить у стражи, не выходили ли вы.

– Нет, – покачала головой Шарлотта. – Этот вопрос может вызвать подозрения. Они будут ждать, пока я не вернусь. Думаю, у нас есть не больше часа, чтобы бежать. Нам нужны лошади. Я боюсь, что шпионы Магнуса могут быть повсюду. Кому ты можешь довериться?

– Жених моей кузины Джон – помощник конюха. Вы идите к конюшне, а я разбужу его.

– Попроси у него плащ для принца и немного еды.

Марта кивнула и растворилась в ночи. Шарлотта довела Эдмунда до ворот конюшни и прислонила к стене. Он был большой и тяжелый, но Шарлотта была так взволнована, что почти не чувствовала его веса.

Она поминутно оглядывалась, не идет ли кто. Больше всего на свете, она боялась, что из темноты появится фигура Магнуса с перекошенным от ненависти лицом. Шарлотта снова и снова спрашивала себя, как она могла так ошибаться в нем. Сейчас ей казалось, что его алчность и непомерный амбиции были видны всегда. Еще ребенком, он никогда не позволял другим брать верх в играх. Он мог сподличать, ударить исподтишка, а потом пытался представить это шуткой.

Шарлотте хватало собственных забот. Она не обращала внимания на Магнуса, потому что не воспринимала его всерьез. Она была уверена, что выйдет замуж, уедет подальше от дяди Теобальдуса и забудет юность в его доме как страшный сон. Магнус должен был остаться частью того забытого сна.

Но он решил иначе.

Его рука опиралась на ее плечо, а голова Эдмунда лежала сверху на ее голове. Похоже, он уснул. Шарлотта слышала его ровное дыхание. Мучительно долго тянулось время.

Из конюшни выехал запряженный двумя лошадьми кабриолет. На козлах сидел Джон, будущий родственник Марты, взъерошенный молодой человек, еще не вполне проснувшийся.

Спрыгнув вниз, он помог Шарлотте втащить принца в кабриолет. Они прикрыли его сверху попоной для лошадей так, чтобы со стороны его не было видно. Марта помогла Джону закрыть ворота конюшни, после чего уселась рядом с ним на козлы, и они отправились в путь.

Едва кабриолет доехал до ворот, дворцовая стража преградила им путь.

– Кто такие?

Марта и Джон обернулись к Шарлотте. Они так спешили, что не успели договориться, какой ложью будут прикрывать свой побег. Марта корила себя, что не подумала об этом.

– Кого вы тут везете?

При виде старшего стражника, который подходил к карете, Шарлотта похолодела. Она нащупала в кармане юбки маску, совсем забыв, что на ней костюм цыганки. Быстро надев маску, она сняла капюшон и откинула плащ так, чтобы стал виден ее костюм.

– Я цыганка Чарли, – сказала она протяжным голосом. – Меня приглашали погадать принцессе.

– И что ты ей сказала? – спросил старший стражник.

– Что я сказала ее высочеству, известно только ей, а больше никому. Моя профессия научила меня держать рот на замке.

– Цыганка Чарли тайну хранить умеет, – подхватила Марта. – Потому и зовут ее все дамы дворца. Давай, пропускай скорее, если не хочешь неприятностей.

– Куда вы едете?

– В гавань, – сказала Шарлотта.

– Зачем? – продолжал допытываться стражник.

– Мы цыганку на корабль отвезем, а сами вернемся.

– Зачем ей на корабль?

– Затем, что мне на остров Веселья возвращаться надо, – пояснила дерзким голосом Шарлотта. – Дамы ваши хоть и знатные, но прижимистые. Зато когда их мужья приезжают на остров, они платят за двоих.

– Твое дело ворота открывать, а не спрашивать, кто куда едет, – возмутилась Марта.

– Значит, говоришь, ты с острова? – В голосе старшего стражника звучало подозрение. Он что-то тихо сказал младшему, и тот направился в будку.

Все в кабриолете напряженно ждали. Шарлотте показалось, что от напряжения у нее остановилось дыхание. Через минуту посланец вернулся с напарником.

– Ты видел когда-нибудь эту женщину? – спросил старший стражник.

– Это та цыганка, что с пиратом танцевала в таверне на острове. Я же вам рассказывал. Это ее он вверх под самый потолок кидал, только коленки сверкали.

Старшего стражника удовлетворило это объяснение, и он дал знак открыть ворота. Кабриолет покатил вниз по дороге. Все облегченно выдохнули. Ночь была ясная, и дорога была хорошо видна. Через час они добрались до шале. Спящего Эдмунда положили на кровать. Джон разжег камин, а Марта перенесла внутрь припасы.

– Здесь сыр, хлеб, овощи, вода и вино, – сказала она. – На пару дней вам хватит, а потом я еще привезу.

– Спасибо тебе, Марта. – Шарлотта обняла ее.

– Что вы, ваше высочество, не стоит благодарности, – растрогалась Марта. – Мой долг служить вам.

– Ты помогла мне спасти мужа. Я этого никогда не забуду. – Она повернулась к помощнику конюха. – И вы, Джон, можете всегда рассчитывать на нашу признательность. Когда принц проснется, я обязательно расскажу ему, чем мы оба вам обязаны.

Джон покраснел и замялся. Было видно, что ему приятны слова Шарлотты. Они вышли наружу и сели в кабриолет.

– Будьте осторожны, – напутствовала их Шарлотта. – Я не знаю, что Магнус и графиня будут делать, когда увидят, что мы оба исчезли. Но не думаю, что они поменяют свои планы. Ставки слишком высоки.

– За нас не волнуйтесь, миледи, – сказала Марта. – Мы не пропадем.

– Тебя первую будут спрашивать, где я. Мне кажется, тебе не стоит возвращаться. Лучше переждать в надежном месте.

– Если будет совсем плохо, мы найдем, где спрятаться, ваше высочество, не беспокойтесь за нас, – успокоил ее Джон.

Проводив Марту и Джона, Шарлотта почувствовала, что силы оставляют ее. Она села в кресло у камина. Пляшущие языки огня успокаивали ее. Все нервное напряжение последних событий разом навалилось на нее, придавив своей тяжестью. Глаза Шарлотты слипались. Она почувствовала, что если прямо сейчас не ляжет, то уснет в кресле.

Шарлотта прошла в другую комнату, где на кровати крепко спал Эдмунд. Ей показалось, что одеяло недостаточно теплое. Она принесла попону, которой скрывала его от стражников, и положила ее поверх одеяла.

Сбросив наряд цыганки, она осталась в тонкой сорочке, которая совсем не согревала, поэтому она завернулась в плащ и нырнула под одеяло.

Было трудно определить, был ли озноб, который сотрясал ее, вызван холодом или нервами. Она никак не могла согреться. Подвинувшись ближе к Эдмунду, Шарлотта почувствовала тепло его большого и сильного тела. Она подумала, что если придвинуться еще ближе, то станет еще теплее.

Теперь все ее тело касалось его. Это было странное, немного пугающее, но прекрасное ощущение. Его мышцы были такими твердыми, что казалось, что он сделан из камня. Шарлотте вдруг пришла в голову мысль, что когда они с Эдмундом состарятся, то будут со смехом рассказывать своим внукам об очень необычном медовом месяце. Хотя, нельзя иметь внуков, не родив сначала детей, и нельзя иметь детей, не занимаясь тем, чем занимаются молодожены в медовый месяц.

Вместо того чтобы изучать подробности тела своего мужа, наслаждаться его ласками и строить планы на жизнь, Шарлотта расстраивала дворцовые заговоры. С одной стороны, она понимала, что занимается нужным делом. С другой, для влюбленных есть дела гораздо более важные.

Согретая теплом Эдмунда, Шарлотта заснула. Проснулась она от того, что его рука скользила по его телу.

– Ты все-таки пришла в мою постель, – прошептал он. – Я так рад. Но почему мы в шале?

Шарлотта внезапно села. Он же ничего не знает!

– Как ты себя чувствуешь? – спросила она.

– Великолепно. – Он протянул к ней руку. – Иди ко мне.

– Эдмунд, нам надо поговорить.

– Я что-то сделал не так?

– Если ты имеешь в виду, что вместо того, чтобы ждать меня в своей спальне, ты пошел к любовнице, то да, ты что-то сделал не так.

– Откуда ты знаешь?

– Потому что я пошла за тобой.

– Что?!

– Я пришла к тебе в спальню и увидела, что ты читаешь записку от графини.

– С чего ты взяла, что она от графини?

– Я узнала ее заколку с рубинами. Потом я видела, как ты ушел к ней.

– Она всего лишь просила о короткой встрече, чтобы попрощаться. Я собирался поговорить с ней не более десяти минут. Было бы невежливо ей отказать.

– Разумеется, этой женщине не отказывает никто.

Эдмунд внезапно развеселился.

– Кажется, ты ревнуешь. Это очень мило.

– И тешит твое самолюбие.

– Не без этого.

– Только ты не вернулся через десять минут. И через полчаса тоже не вернулся.

– Не может быть. Я помню, как мы разговаривали. Я выпил бокал вина.

– Потом она тебе еще подлила.

– Кажется да. – Эдмунд уставился на нее. – Откуда ты знаешь?

– Потому что я стояла за портьерой и все видела, – торжествующе сказала Шарлотта.

Эдмунд растер виски и тряхнул головой, как будто сбрасывая морок.

– Как ты вообще там оказалась?

– Тем же путем, что и остальные: я прошла по аллее вдоль дворцовой стены и поднялась по лестнице. Кстати, зачем в той комнате так много подушек? Марта спрашивала, а я не знала, что ей ответить.

Эдмунд открыл рот, закрыл его, снова открыл, после чего махнул рукой.

– Мы вернемся к этому позже. Ты разве не понимаешь, какой опасности ты себя подвергала. Что, если бы тебя увидела стража?

– Я бы сказала, что иду на свидание со своим мужем, – дерзко ответила Шарлотта. – Ты бы это подтвердил, не так ли?

Эдмунд снова не нашелся, что ответить.

– Ты была в этом наряде? – Он показал на костюм цыганки на полу.

– Да.

– Обычно любовники устраивают игры с переодеваниями, когда надоедают друг другу, чтобы возродить пылкость чувств.

– С того, чем другие заканчивают, мы начинаем.

– Моя любимая цыганка, у нас очень странный брак, – рассмеялся Эдмунд. – Но я бы не променял его ни на какой другой. Иди ко мне.

– Подожди, мне нужно сказать тебе что-то очень важное.

– Нет ничего важнее того, чем мы с тобой сейчас займемся. – Его пальцы пробежали вверх по тыльной стороне ее руки, вызвав мурашки.

– Эдмунд, я не могу сосредоточиться, когда ты так делаешь.

– Тогда я буду делать это чаще.

– Это очень серьезно. – Она одернула его руку.

– Мне нравится, когда ты хмуришь свой прелестный маленький лобик.

– Эдмунд, во дворце заговор! – закричала Шарлотта. – Они хотят убить тебя!

ГЛАВА 20

Эдмунд внимательно слушал, пока, волнуясь и перескакивая с одного на другое, Шарлотта пересказывала ему события прошедшей ночи. Когда она закончила, он молча поднялся и вышел наружу. Шарлотта ждала чего угодно – гнева, ярости, бранных слов – но получила лишь молчание. Что бы он ни думал, он не хотел делиться с ней.

Среди свертков Марты Шарлотта нашла один с одеждой. В нем было простое темное платье, большое по размеру, но чистое. Там же была мужская одежда, слишком простая для принца, но вполне подходящая для беглеца.

Шарлотта достала хлеб, сыр, зелень и сервировала завтрак на столике снаружи. На том самом, на котором несколько дней назад Эдмунд кормил ее персиками в сливках. Это было давно, в прекрасной прошлой жизни, где не было дворцовых заговоров, а была только любовь и надежда.

Как и в прошлый раз, Шарлотта нашла Эдмунда за домом. Он стоял, сложив руки на груди, и взгляд его был устремлен на гавань.

– Я приготовила завтрак, – сказала она.

– Я не голоден.

– Тебе нужны силы.

– Для чего?

– Чтобы бороться. Чтобы вернуть себе королевство.

– Оно никогда не было моим.

Шарлотта ждала чего угодно, только не его равнодушия.

– Почему ты не отвезла меня на «Марианну»? Мы уже были бы в море.

– Мы не можем бежать. Мы должны остаться и драться.

– Мы? – Он повернулся к ней. – Ты собираешься драться вместе со мной?

– Если понадобится. – Она воинственно вздернула подбородок.

Он смотрел на эту девушку, такую хрупкую и такую решительную, и думал о том, что никогда не сможет простить себе, если с ней что-то случится. Ему хотелось увезти ее как можно дальше, беречь ее и заботится о ней, укрыть ее от всех бурь и невзгод.

Но Шарлотта не собиралась с ним ехать. Она стояла перед ним со сжатыми от негодования кулачками и требовала, чтобы он забыл о том, чего хочет он, и сосредоточился на том, что нужно стране.

– Я никогда не хотел власти, – сказал он. – Она мне не нужна.

– Но так случилось, что ты ее получил.

– Молтенбаш хочет ее, так пусть забирает.

– Как ты можешь так говорить?! Власть – это не только сила, это, прежде всего, ответственность за тех, кто тебе доверяет. Капитан Эд, которого я знаю, не будет прятаться. Он не будет бежать от ответственности.

– Что я могу сделать один?

– У тебя есть преданные слуги, которые готовы пойти за тобой. Им нужен лидер, человек, которому они доверяют.

– Что если я окажусь недостойным их доверия?

– Нет, – она встряхнула головой, как будто отгоняла эту мысль. – Ты сделаешь все, как нужно. Ты очистишь королевский дворец от мерзавцев, которые его захватили, и все будет как прежде.

– Мне не нужен дворец, и ты сказала, что тебе он тоже не нужен.

– Он нужен нашим детям! – крикнула Шарлотта. – И внукам! И моей будущей невестке, которая будет целый год носить кольцо, что я надевала всего один день. Он нужен десяткам людей, которые там работают. Что будет с Мартой? У нее младшие братья и сестры и совсем старенькая мама. Кто будет их кормить, когда ее бросят в тюрьму за помощь нам? Подумай о других людях, которые живут в королевстве. Сколько всего хорошего ты можешь сделать как добрый и справедливый правитель. Неужели ты отдашь их на растерзание мерзавцу Магнусу? Я не верю, что ты можешь так поступить.

– Ты правда так веришь в меня? – спросил Эдмунд, пристально глядя ей в глаза.

– Да, верю, – сказала Шарлотта, сделала шаг вперед и крепко обняла его.

Они долго стояли, прижавшись друг к другу, окруженные тишиной гор.

Эдмунд всегда знал, что его брат получит трон и дворец, и потому не считал их своими. Даже когда он стал наследником, умом он понимал, что все изменилось, но в его сердце все осталось по-прежнему. Его странная, наивная, горячая и такая мудрая Шарлотта нашла нужные слова, чтобы растопить лед отчуждения и показать ему, ради чего стоит идти на риск.

Он сделает дворец настоящим домом для своих сыновей и дочерей. Ему не разрешалось бегать по коридорам, но он непременно разрешит это своим детям. Он будет укладывать их спать и вместо сказок рассказывать легенды о славной, сложной и полной приключений жизни их предков. Среди этих событий найдется место и истории о том, как папа и мама едва не стали жертвами заговорщиков, которые хотели их убить.

– Кажется, я проголодался, – первым нарушил молчание Эдмунд, и они направились к накрытому столу. – За завтраком мы можем поговорить о твоем друге детства Магнусе, – съязвил он.

– Или о том, как удачно ты выбираешь себе любовниц, – не осталась в долгу Шарлотта.

К вечеру приехали Марта и Джон. Они привезли еду, одежду и целый ворох новостей. Узнав, что принц и принцесса скрылись, Магнус пришел в ярость, но продолжил действовать. С помощью ключа, который он взял у Эдмунда, он впустил во дворец своих сообщников. Перемещаясь по внутренним коридорам покоев принца, они постепенно разоружили стражу и захватили весь дворец. Начальник стражи полковник Вальдус был отправлен под арест.

Его кузен Вальдемар, который на приеме рассказывал Шарлотте, кто есть кто в королевстве, присоединился к мятежникам. Он помог Магнусу укрепиться во дворце. Утром прибыл герцог Молтенбаш. Под предлогом недопущения волнений в стране, он занял королевский дворец.

– Что с королевой и леди Урсулой? – спросил Эдмунд.

– Им приказано оставаться во вдовьем домике в горах.

– Кто их охраняет?

– Королевские стражники. Мятежники заложили камнями дорогу, так что из того дома в большой дворец никак не пробраться, – пояснил Джон. – Королева в печали.

– Я бы тоже был в печали, если бы у меня украли королевство.

– Нет, ваше высочество, она оплакивает вас.

– Меня? – удивился Эдмунд. – С какой стати?

Марта и Джон переглянулись.

– Говорите все, – приказал Эдмунд.

– Королеве сказали, что леди Шарлотта убила принца, – рассказала Марта. – После чего бежала из дворца, прихватив мертвое тело мужа.

– И за что я его убила? – спросила Шарлотта.

– Принц узнал, что его жена бесчестная женщина, – принялась рассказывать Марта. – Простите, миледи, я только повторяю, что слышала. Двое свидетелей показали, что видели вас с моряком на острове Веселья. Они готовы подтвердить в суде, что, переодетая цыганкой, вы ходили по тавернам и танцевали с каким-то уродливым громилой.

– Громилой? – удивилась Шарлотта.

– Уродливым?! – возмутился Эдмунд.

– Дело было ночью, дорогой, – успокоила его Шарлотта. – Они не разглядели твоей красоты.

– Так это были вы? – воскликнула Марта. – Вот дела! Я-то думала, они все это сочинили, а это, оказывается, правда. Стало быть, пока мы с вашей матушкой спали, вы с Капитаном Эдом отплясывали.

– Как неприлично невесте принца ходить по ночам с громилами. – Эдмунд посмотрел с притворным упреком на Шарлотту.

– Уродливыми громилами, – поправила его Шарлотта. – Что мы будем делать?

– Прежде всего, нужно освободить из тюрьмы полковника Вальдуса. На этого человека можно положиться. У него наверняка остались преданные люди.

– Да, но как вывести его из тюрьмы? Разве что подмешать снотворное страже в еду. – Марта повернулась к Шарлотте. – Вы случайно не захватили с собой тот флакон с белым порошком, которым графиня травила принца?

Шарлотта нашла юбку от костюма цыганки – и вот он, стеклянный флакон в кармане. Она передала его Марте, и та обещала устроить побег начальника королевской стражи, после чего Джон должен был доставить его к принцу.

Попрощавшись со слугами, Эдмунд и Шарлотта остались вдвоем.

– Я не могу себе представить, как тяжело сейчас нашим матерям, – сказала Шарлотта. – Королева думает, что я убила тебя, а моя мама не сможет ее убедить, что это не так.

– Я уверен, что леди Урсула уже рассказала или расскажет в ближайшем будущем все о нашем путешествии. Моя мать поймет, что ты не могла меня убить.

– Потому что ты слишком красив?

– Потому что ты любишь меня.

Шарлотта посмотрела на него долгим взглядом и опустила глаза. Она встала из-за стола, и направилась в дом. Там она взяла кочергу и начала ворошить поленья. Взметнулись языки огня, в комнате стало светлее. Она поднялась и оказалась лицом к лицу с Эдмундом, который неслышно подошел сзади.

– Что не так? – спросил он.

– Я сказала, что люблю тебя. Но ты не сказал, что любишь меня.

– Разве об этом надо говорить? Разве это не очевидно? – В голосе Эдмунда слышалось искреннее недоумение.

– Может быть, тебе не нужно это говорить, но мне нужно это слышать. Мне нужно знать, что ты любишь меня.

– Я бы не был здесь с тобой, если бы это было не так.

– Ты не был бы здесь со мной, если бы я не пошла в твое любовное гнездышко, чтобы застукать тебя с графиней! – воскликнула Шарлотта. – Твое холодное тело нашли бы в твоей кровати. Ты бы лежал с посиневшими от яда губами. В моей комнате нашли бы яд, после чего мне отрубили бы голову.

– У нас не рубят головы, – попытался отшутиться Эдмунд.

– Значит, повесили бы. – Шарлотта оттолкнула его и выбежала на улицу. Холодный воздух скользил по ее разгоряченному от огня и гнева лицу. Ее душили слезы.

Она отдала свои проливы принцу, но свое сердце, свою душу, свою любовь она отдаст лишь в обмен на любовь. Эдмунд это знает. И, похоже, именно этого он и боится. Он привык получать самое лучшее и расплачиваться золотом. Когда оплату требовали в другой валюте, он разрывал договор. Он боялся привязанности.

Шарлотта услышала шаги, и почувствовала его руки на своих плечах.

– Уже холодно, пойдем в дом, – примирительно сказал он.

Они вошли в спальню, и Шарлотта увидела, что он перенес одеяла и подушки на пол, ближе к огню.

– Здесь будет теплее, – сказал Эдмунд.

Когда она устроилась на подушках, он протянул ей бокал вина.

– Жаль, что нет тех специй, которыми ты угощал меня на корабле.

Он опустился на подушки позади нее и, с легким звоном, коснулся ее бокала своим. Когда они сделали по глотку, Эдмунд придвинулся ближе и накрыл ее и себя попоной. По телу Шарлотты начало разливаться тепло.

– Любимая, – прошептал ей в ухо Эдмунд.

– Да? – каждой клеточкой отозвалась она.

– Расскажи мне о Магнусе.

Он произнес это таким равнодушным тоном, что ей захотелось отхлестать его по щекам, как она сделала в комнате свиданий, когда пыталась привести его в чувство.

– Тебе хочется меня ударить, – засмеялся он.

– Ваше высочество удивительно догадливы, – сказала Шарлотта, пытаясь отодвинуться от него, но он не отпускал ее.

– Мне нужно знать, что он за человек, – пояснил Эдмунд. – Нам предстоит с ним бороться. Для этого нам нужно знать врага.

Он сказал «нам». Это был хороший знак.

– Мне казалось, что я знаю Магнуса. Он был один из немногих детей, которые играли со мной. В детстве это казалось проявлением доброты. Сейчас я понимаю, что это была предусмотрительность. Он со всеми поддерживал отношения, на случай, если этот человек может в будущем ему пригодиться.

– Он уже тогда был расчетливым.

– Еще спокойным, хладнокровным, умеющим ждать. Но однажды я видела его в час торжества. Герцог подарил ему небольшое поместье. Магнус немедленно потребовал от всех называть его «ваша милость»

– Он тщеславен. Это хорошо.

– Кстати, ты с ним однажды встречался.

– Неужели? Когда?

– При дворе, когда вы оба были еще мальчиками. Это было лет пятнадцать назад. Герцог Молтенбаш прибыл во дворец на прием по случаю дня рождения королевы Изольды. Тогда он был еще здоров и принимал участие во всех кутежах и попойках.

Он взял с собой свиту, среди которой был и Магнус. Мантию герцога должны были нести два пажа. Он был третьим, запасным. Вечером накануне приема один паж съел что-то и отравился. Раньше я думала, что это случайность, теперь я уверена, что он нарочно это подстроил. Магнус мечтал попасть во дворец.

Он рассказывал, как его поразило великолепие зала и костюмов гостей. Но больше всего его потрясли люстры с сотнями свечей, благодаря которым вечером на балу было светло как днем. Герцог Молтенбаш, как и мой дядя Теобальдус, очень прижимист и никогда не зажжет две свечи там, где можно обойтись одной. Именно из-за горения множества свечей в зале было очень душно. Магнус говорил, что больше всего на свете он боялся упасть и потерять сознание. В таком случае его бы никогда больше не позвали во дворец. Когда герцог сел на кресло, Магнус расправил мантию и стал рядом. У него кружилась голова, но он боялся попросить воды.

Внезапно перед ним возник стакан холодного лимонада. Магнус сказал, что не ничего не просил. Слуга сообщил, что принц Эдмунд приказал ему обнести всех пажей и предложить им лимонад. Ты помнишь эту историю?

– Конечно, нет. Я просил слуг приносить воду и лимонад пажам на каждом приеме. Я много раз носил шлейф своего отца и знал, каково это, когда целый день стоишь в душном зале.

– Ты носил шлейф? Разве во дворце нет пажей? – удивилась Шарлотта.

– Мой отец считал, что его сыновьям нужно стойко переносить невзгоды. С малых лет мы с братом должны были учиться отбывать скучные приемы в душных залах и не терять при этом головы.

– Это истинно королевское умение.

– Напрасно ты смеешься.

– Я не смеюсь, – покачала головой Шарлотта. – Мне никогда не удавалось сохранять холодную голову. Особенно в твоем присутствии.

Он взял из ее рук бокал и отставил его. Шарлотта прижалась к его телу, чувствуя его возбуждение. Эдмунд стал покрывать ее лицо легкими, как перышко, поцелуями. Когда она ответила на его ласки, его поцелуи стали более настойчивыми, и Шарлотта почувствовала всю силу его страсти. Оторвавшись от нее на мгновение, он нежно провел пальцем по ее чувственным губам.

– Я хочу тебя с первой нашей встречи, – сказал он. – С первого мгновения.

– И я, – тихо отозвалась Шарлотта.

– Ты знаешь, – начал он, но она приложила палец к его губам. – Ты права, я слишком много болтаю. Это потому, что я нервничаю. У меня еще никогда не было такой женщины.

– У меня никогда не было мужчины. Так что я вряд ли я могу тебе помочь.

– Что ты со мной делаешь, – застонал он.

ГЛАВА 21

Он покрывал бесконечными поцелуями ее лицо и шею, медленно спускаясь к груди. Шарлотта тихо застонала. Его пальцы бережно скользили по ее телу. Он снял с нее одежду и избавился от своей. После нежных, а потом все более настойчивых ласк, которыми он осыпал ее, ее захлестнула томительная волна. Ей хотелось, чтобы его сильные руки прошлись по каждой клеточке ее тела.

Как только он выполнил ее желание, этого стало недостаточно. Она хотела, чтобы его горячее тело с неистовой страстью прижалось к ней так, чтобы между ними не осталось воздуха. Она доверяла ему до самого последнего момента, когда резкая боль сменилась приятной негой, и она приняла его в себя со всей силой любви.

Шарлотта никогда не испытывала такого блаженства. Волны продолжали накатывать на нее снова и снова. И вот они затихли, оставив лишь приятную усталость. Потом они лежали, прижавшись друг к другу. Она закрыла глаза, но продолжала остро ощущать напряжение его мужественного тела, слышать учащенное биение его сердца и как выравнивается его дыхание. Эдмунд наклонился над ней.

– Как ты себя чувствуешь? – спросил он. В его голосе она услышала беспокойство.

Его глаза были так близко, что стали видны отблески огня в зрачках. Шарлотта потянулась, и попона сползла с ее тела.

– Как я себя чувствую? – повторила она вопрос и задумалась. – Когда меня накрывают попоной, я чувствую себя как лошадь.

– Как я люблю твой острый язычок. – Он засмеялся и уткнулся губами в ее шею. Его взгляд был красноречивее любых слов.

Они перебрались на кровать и его губы проложили дорожку по ее шее, к уху, где он осторожно прикусил ее мочку. Шарлотта задрожала от волны удовольствия, которую он послал. Почувствовав ответную дрожь, он спустился к шее и начал покрывать ее жгучими поцелуями. Его жаркое дыхание согревало ее кожу, когда он спускался к ее груди.

Когда его пальцы присоединились к губам, Шарлотта почувствовала, что больше не может выносить этой томительной пытки и попыталась остановить его, но он мягко отвел ее руку и продолжил. Ее желание возрастало, она содрогалась от чувственных ощущений, которые заставляли дрожать каждый ее нерв.

Эдмунд вернулся к ее губам, раскрывая их и требуя пустить его язык внутрь. Она сдалась на милость его поцелуя, их дыхания смешались. Ее руки гладили крепкие мускулистые плечи мужа со все возрастающей страстью. Шарлотта не замечала, как впивается в его спину своими маленькими ноготками, усиливая его желание.

Когда он подчинил ее своему ритму и довел до высшей точки, она застонала, прижала голову Эдмунда к своей груди и провалилась в темный омут наслаждения. Спустя целую вечность, она открыла глаза и увидела лежащего рядом Эдмунда, который потянулся куда-то вверх и достал ожерелье из янтарных бусин.

– Это тебе, – сказал он и положил их ей на грудь.

Шарлотта с удивлением рассматривала причудливые, грубо обработанные куски янтаря, в которых были проделаны дырки.

– Это ожерелье мой дед сам сделал для своей жены. Он передал его отцу, чтобы тот надел на женщину, которую полюбит. Оно простое и грубое, но каждый камень в нем настоящий. Это ожерелье не для приемов и парадных церемоний. Оно только для влюбленных. – Эдмунда надел ожерелье на Шарлотту.

– Оно очень красивое.

– И очень тебе идет. Мне хочется заниматься с тобой любовью столько раз за ночь, сколько бусин в этом ожерелье.

– Какая прекрасная идея!

– Только не сегодня, моя цыганка.

– Как скажете, мой капитан, – вздохнула Шарлотта и добавила нарочито капризным голоском. – Я думала, моряки выносливее.

– Я докажу вашему ненасытному высочеству, что это так и есть, но позже. Нам нужно хорошенько отдохнуть перед завтрашним днем.

– Что ты планируешь делать завтра?

– Сегодня ночью Марта подмешает снотворное в еду стражниками и попробует освободить полковника Вальдуса. Если у нее получится, то завтра он будет здесь. Мы узнаем, остались ли у него преданные люди. От этого будет зависеть план наших дальнейших действий по спасению королевства.

Ах, да, королевство… Она совсем о нем забыла.

Шарлотта проснулась от голосов на улице. Наскоро совершив утренний туалет, одевшись и причесавшись, она вышла наружу, где увидела полковника Вальдуса и Эдмунда за столом. Джон и Марта выносили из повозки дрова и складывали их в поленницу за домом. При виде Шарлотты полковник поднялся и отвесил церемониальный поклон.

– Счастлив видеть ваше высочество, – выпалил он. – Чрезвычайно счастлив.

– Я тоже очень рада. Как поживаете?

– Благодарю вас, очень хорошо. Только что из тюрьмы.

– Тогда вы, наверное, голодны. Я сейчас соберу завтрак. Вы ведь не откажетесь присоединиться к нам?

– Почту за честь. – Полковник снова поклонился.

Пока Шарлотта готовила завтрак, Марта насыпала в большой жестяной кофейник кофе, налила воды и поставила его на специальную подставку в камине. Поворошив угли, чтобы вода быстрее нагрелась, она стала ждать, пока кофе будет готов.

– Как все прошло? – спросила у нее Шарлотта.

– Как по маслу, миледи. Я подсыпала сонный порошок в пирожки. Стражи были такие голодные, что умяли их за милую душу.

– Отчего же они голодные? – забеспокоилась Шарлотта. – Разве людей во дворце плохо кормят?

– Раньше кормили до отвала, но теперь дворец заполонили люди герцога. Они забирают себе все, до чего дотянутся, а остальным едва хватает. Я отдала стражникам пирожки и через полчаса вернулась, чтобы котелок забрать, смотрю, а оба стражника уже уснули прямо у решетки. Я забрала у них ключи от камеры полковника, открыла дверь и говорю, бегите. А он мне, зачем бежать, если принц мертв. А я ему, живой наш принц. Они с принцессой сбежали в шале и там новых принцев делают.

Шарлотта засмеялась.

– Ой, вы меня простите, ваше высочество, что я так по-простому. Вы же молодожены. Чем вам еще заниматься?

Шарлотта залилась румянцем и не ответила. Марта понимающе хмыкнула: нужный ей ответ она все же получила.

– Полковник, когда услышал, что принц жив, чуть не заплясал от радости. А я ему и говорю, вы, господин полковник, успокойтесь. Нам еще из тюрьмы выбираться.

– Как вы вышли?

– Он надел на себя мундир одного из стражников. Если бы кто спросил, я бы сказала, что на кухню идем за едой для стражи, но никому до нас дела не было. На кухне я его переодела в одежду Джека. Положили мы бревна на повозку и поехали через ворота. Стража даже глазом не повела. Уж как полковник ругался, говорит, что они без него совсем распустились.

– Что же, никто ворота не охраняет?

– Не то чтобы совсем не охраняет. Порядка нет. Королева далеко, принца убили, принцесса сбежала – вот народ и не знает, что делать, кому верить, что дальше будет. Герцог говорит, что он теперь новый хозяин дворца, только ему не очень верят. Что там дальше будет, неизвестно.

Кофе закипел, и Марта разлила его по глиняным кружкам. Одну она взяла себе, а другую понесла Джону, который смотрел за лошадьми. Остальные кружки Шарлотта поставила на поднос, чтобы отнести вместе с завтраком принцу и полковнику.

Она застала их за обсуждением плана, как изгнать людей герцога из дворца. Сам Молтенбаш вместе со своим верным Магнусом не выходили наружу, опасаясь покушений. Вооруженная до зубов охрана никого не пропускала внутрь. Эдмунд и полковник приуныли.

Шарлотта невозмутимо пила кофе, наслаждаясь горным видом. Ее напускное безразличие задевало Эдмунда. Он выразительно смотрел на Шарлотту, приглашая ее присоединиться к беседе. Она продолжала игнорировать его. Наконец, он не выдержал.

– Это ведь не только мое королевство, но и твое, – сказал он. – Неужели тебе все равно, что с ним будет?

Шарлотта немедленно вспомнила их вчерашний разговор и едва не задохнулась.

– Мне, разумеется, не все равно, что будет с королевством. О чем я тебе вчера говорила, – напомнила она Эдмунду. – У меня есть идея, хотя не знаю, понравится ли она тебе.

– Почему нет?

– Она потребует от тебя выдержки…

– У меня она есть.

– …следования плану…

– Если план хорош, то почему бы и нет?

– …и переодевания.

– Дорогая, – расплылся в улыбке Эдмунд. – Этим талантом я владею с рождения. Ты имела неоднократную возможность в этом убедиться. Так в чем заключается твой план?

– Герцог утверждает, что занял дворец по праву, но пока королева жива, он выглядит захватчиком.

– Несмотря на преданных людей, положение его шаткое, – кивнул полковник.

– Что если королева предложит ему провести официальную церемонию, на которой передаст ему власть в обмен на гарантии жизни для нее и ее двора.

– Герцогу была бы очень выгодна такая сделка, – сказал Эдмунд.

– Для проведения церемонии герцог впустит во дворец королеву и ее свиту. Среди этих людей может найтись несколько смельчаков, которые арестуют герцога и Магнуса и, тем самым, подавят мятеж.

– С такими тщеславными людьми, как герцог и Магнус, план вполне может сработать, – сказал Эдмунд. – Полковник, приятно осознавать, что я женился не только на очень красивой, но и очень умной женщине.

– Без малейших колебаний соглашусь с вами, милорд. Идея мне кажется весьма здравой.

– Нам нужен человек, который предложит ее герцогу.

– Когда мой брат Вальдемар узнает, что вы живы, он будет счастлив снова перебежать на нашу сторону. Он всегда был флюгером и поворачивался туда, где ветер.

– Это его качество нам очень пригодится, – одобрил принц.

ГЛАВА 22

В тронном зале в старой части дворца было мало людей. Магнус Ратнер настоял, чтобы каждого приглашенного на церемонию он знал лично. Все они были мужчинами, и им было запрещено иметь при себе оружие, даже церемониальное. Он не хотел, чтобы сегодняшний день омрачился мятежом.

С того дня, как герцог Молтенбаш въехал во дворец, Магнус объезжал знатные семьи города. Он уговаривал их признать герцога и его сына новой линией наследования. Лишь небольшая часть подданных королевы сразу согласились с предложенными им условиями. Большинство по-прежнему поддерживали королеву или уклонялись от прямого ответа.

Магнус понимал, что положение захватчиков шаткое. Можно принести новую власть на штыках, но удержать ее таким образом нельзя. И потому когда придворный советник Вальдемар Вальдус предложил устроить церемонию передачи власти, он сразу ухватился за эту идею. Представители самых знатных семей были приглашены в тронный зал. Они пришли, чтобы своими глазами увидеть королеву и убедиться, что она передает права на трон добровольно.

Королева приехала во дворец утром, и по поводу ее свиты возникли споры. Герцог не хотел впускать во дворец преданных королеве вооруженных стражников, а королева не желала, чтобы к ней приближались головорезы Магнуса. В конце концов, было решено, что ее величество будут сопровождать только десять фрейлин.

Королевская свита прибыла в каретах к главному входу. Придворный советник Вальдемар Вальдус с поклоном встретил королеву внизу главной лестницы.

– Рад приветствовать вас, ваше величество. – Он сложился в поклоне.

– Надеюсь, все готово? – спросила королева, с тревогой глядя на него.

– Нет никаких причин для беспокойства, – заверил он.

Они начали подниматься по лестнице. За ними шли фрейлины в плащах с капюшонами. В руках у каждой из них, кроме последней, были бархатные подушки, на которых лежали королевские регалии. Магнус встретил процессию у дверей. Он поклонился королеве и сразу приступил к делу.

– Я прошу ваших сопровождающих снять капюшоны, чтобы я мог видеть их лица.

– Это невозможно, – ответила королева. – По правилам носители регалий должны идти с покрытой головой. Таков протокол.

– У меня есть приказ герцога не пускать во дворец людей, которые могут представлять угрозу.

– Вы считаете, что преданные мне фрейлины являются для вас угрозой?

– Я лишь выполняю приказ правителя страны.

У королевы было свое мнение, кто именно является правителем страны, но поскольку Магнус был непреклонен, ей пришлось подчиниться. Она сделала знак фрейлине, которая шла последней. Та приблизилась и сняла капюшон. Магнус увидел простоватое лицо, которое больше подошло бы крестьянке.

Фрейлина, а это была Марта, стала по очереди откидывать капюшоны девушек, открывая их лица. Магнус убедился, что среди них не прячется скрытый мужчина, и сделал знак, чтобы процессию пустили во дворец.

Коридор старого дворца был узкий, поэтому первым шел советник, за ним королева и дальше фрейлины одна за другой. Они доходили до конца коридора и поворачивали за угол к тронному залу. Магнус и два стражника шли последними. Когда они приблизились к повороту, шедшая последней Марта неожиданно спотыкнулась и растянулась на полу.

– Ой! – вскрикнула она, пытаясь встать, но длинное пышное платье и плащ мешали ей это сделать.

Марта суетливо дергалась, запутываясь все больше и больше. Ее платье задралось, обнажив ноги в белых кружевных панталонах. Стражники остановились и глазели на нее.

– Что вы уставились? – рявкнул на них Магнус. – Помогите ей.

Те помогли Марте подняться. Она тщательно отряхнула платье и поправила плащ.

– Шевелись, – прикрикнул на нее Магнус.

Марта накинула на голову капюшон и со всех ног помчалась догонять других фрейлин.

Едва королева вошла в тронный зал, как все присутствующие приветствовали ее поклоном. Герцог, стоявший рядом с троном, едва кивнул.

– Рад видеть вас, ваше величество, – начал герцог, но королева прервала его.

– Я тоже рада приветствовать вас, герцог, и всех вас, господа, в моем дворце. Нас здесь собрали трагические события. Мне сообщили о смерти сына и той зловещей роли, которую в ней сыграла моя невестка. Я не видела тело принца, поэтому могу судить лишь по чужим словам.

– Вы не можете подозревать меня во лжи, – возмущенным тоном произнес герцог.

– Вас могли ввести в заблуждение, – продолжала королева. – Вы могли стать игрушкой в руках людей без чести и совести. Если дела обстоят именно так, – она выразительно посмотрела на герцога, – то лучше выяснить это сейчас, прежде чем мы приступим к церемонии передачи власти.

Как истинная королева, Изольда давала возможность врагу признать свои ошибки. Если герцог был орудием воплощения честолюбивых планов Магнуса, признав это, он мог получить прощение. Но герцог не услышал предупреждения в словах королевы. Он стоял слишком близко к трону, который он уже считал своим. Блеск золота и власти ослепил его.

– Прелюдия слишком затянулась, – сказал он. – Давайте покончим с этим.

– Как пожелаете, – сказала королева. – Прошу вас занять трон наследника.

Она показала на трон, где раньше сидел принц, и на который тут же взобрался обрадованный герцог.

– Прошу носительниц королевских регалий приблизиться, – продолжила королева. Фрейлины подошли к королеве и окружили ее, держа перед собой бархатные подушки.

Внезапно Магнус заметил среди них рослую девушку, широкие плечи которой не скрывал даже плащ. Ее не было среди тех, кого он осматривал у входа. Магнус почувствовал что-то неладное, но ничего не успел сделать.

Внезапно эта девушка оказалась за спиной у герцога, приставила кинжал к его горлу и сказала мужским голосом:

– Не кажется ли вам, что ваш визит затянулся, герцог?

Она откинула капюшон плаща, и все ахнули, увидев принца Эдмунда.

– Принц жив! – послышались голоса.

Остальные фрейлины обнажили короткие мечи, которые прятали в платьях. Они образовали живой заслон вокруг королевы.

– Да, я жив, – продолжил Эдмунд. – Герцог подослал своих людей, чтобы убить меня и свалить вину на принцессу Шарлотту. Но они просчитались. Моя жена спасла меня, чтобы я мог спасти королевство. Если верность короне для вас не пустой звук, ваша задача – защитить королеву.

Все мужчины зала отозвались на его зов. Фрейлины передали им оружие. Тем временем Марта выскользнула из зала обратно в коридор, по которому они пришли. Сразу за поворотом висела большая картина. Марта нажала секретный рычаг на раме, и картина отошла в сторону, открыв тайный проход. Начальник стражи полковник Теодор Вальдус и его люди проникли во дворец.

Марта провела их в тронный зал. Увидев вооруженных стражников, герцог обмяк и отдал приказ своим людям сложить оружие.

– Это все проклятый Магнус и графиня Хейз! – причитал герцог. – Они оклеветали принцессу и сказали, что королевство в опасности.

– Где эти негодяи? – спросил Эдмунд

– Магнус где-то здесь, а графиня ждет в порту на моем корабле.

Но Магнуса в зале не оказалось. Он воспользовался тем, что в суматохе секретный проход оставили открытым, и сбежал по нему. Полковник Вальдус арестовал герцога и сопроводил его в тюрьму.

– Как только очистите дворец от людей герцога, немедленно езжайте за принцессой Шарлоттой, – распорядился принц. – И пошлите людей в гавань арестовать графиню.

Мать и сын впервые смогли обнять друг друга после разлуки. Придворные подошли, чтобы приветствовать принца и королеву. Некоторые остряки заметили, что из принца получилась бы хорошенькая фрейлина.

– Мне нужно переодеться, – сказал Эдмунд, оглядывая свое платье. – Не понимаю, как женщины в этом ходят. Корсет давит так, что дышать трудно. Ногам все время холодно. Когда я стану королем, я издам приказ, запрещающий женщинам носить неудобную одежду.

– Мой мальчик, ты совсем не знаешь женщин, – улыбнулась королева. – Если им что-то запретить, они непременно будут это делать. Лучше, если ты предоставишь им право самим решать.

Эдмунд погладил бархатные подлокотники трона.

– Никогда не думал, что буду скучать по этому креслу.

Королева смотрела на своего младшего сына и не узнавала его. Эдмунд всегда был порывистым мальчиком, принимавшим необдуманные решения. Они с мужем были рады, что корону унаследует рассудительный старший сын. Когда же она перешла к Эдмунду, в сердце Изольды прочно поселилась тревога. Она видела, с какой неохотой принц готовится выполнять обязанности правителя. Он считал королевство обузой, его душа рвалась в море.

Понадобились женитьба, заговор, потеря дворца, чтобы у Эдмунда появились новые черты. Кажется, ее младший сын по-настоящему был готов занять трон.

Глядя на фрейлин, собирающих с пола бархатные подушки и вещи из золота и драгоценных камней, Эдмунд спросил у королевы.

– Это настоящие королевские регалии?

– И по-своему очень ценные. Это шкатулка твоего отца, в которой он хранил рыболовные крючки. А это золотые щипцы для колки орехов, подарок моего кузена на годовщину свадьбы.

– Новый король не заметил бы разницы, – рассмеялся принц. – Я рад, что план Шарлотты сработал, и все позади.

Едва принц успел принять ванную и переодеться, как явился начальник стражи с почерневшим лицом. Он сообщил, что стражники, охранявшие Шарлотту, убиты, а сама принцесса исчезла.

ГЛАВА 23

Первое, что услышала Шарлотта очнувшись, были приглушенные голоса за дверью. Ее связанные руки и ноги затекли. Все тело было одним сгустком боли. Она пошевелила руками, потерла их друг о друга, разгоняя кровь, затем также растерла ноги. Стало немного легче.

В комнате, в которой ее держали, не было ничего, кроме деревянных стен. Свет пробивался через отверстие под потолком, рядом с которым была дверь. К ней вела деревянная лестница. Шарлотта почувствовала запах земли. Похоже, ее заперли в подвале.

Отправляя Эдмунда во дворец, она волновалась за мужа, но Шарлотта никогда не думала, что опасность может грозить ей самой, ведь с ней были стражники.

Переживания за Эдмунда, его соратников и успех всего предприятия лишили ее аппетита. Она прилегла на кровать и пыталась заснуть, но сон не шел. Ворочаясь, она просунула руку под подушку, наткнулась на янтарное ожерелье и принялась рассматривать бусины. Внутри одной была травинка, в другой щепка, в третьей застыло какое-то насекомое, похожее на стрекозу. Она перебирала их одну за другой, и этот процесс приносил ей успокоение.

Шарлотта заметила, что в одном месте нить, на которую были нанизаны бусины, так перетерлась, что готова была порваться в любую минуту. Где-то в ящиках наверняка были нитка с иголкой. Шарлотта решила нанизать бусины на новую нить, чтобы занять себя и сделать ожидание менее томительным.

За дверью послышалась возня и слабый крик. Шарлотта положила бусы в карман передника и пошла посмотреть. Открыв дверь, она увидела обоих стражников, неподвижно лежащих на земле. Она хотела броситься к ним, но в этот момент кто-то, стоящий сзади, ударил ее по голове, и она потеряла сознание.

Очнулась Шарлотта в повозке, на которой ее везли связанную по рукам и ногам. Накрытая попоной, она ничего не видела, но ее тело ощущало каждый камень и каждый ухаб. Сначала они ехали по горной дороге, затем Шарлотта почувствовала запах хвои, что означало, что они в лесу. Совсем скоро повозка остановилась рядом с заброшенным деревянным строением, и двое громил сняли ее с телеги и перенесли в подвал.

Она слышала два голоса за стеной, мужской и женский. Они становились все громче, пока женщина не перешла на крик, после чего раздался звук пощечины: мужчина остановил ее истерику. Послышались шаги, дверь распахнулась, и в проеме появилась знакомая фигура Магнуса.

– Очнулась наконец-то, – сказал он и начал спускаться по лестнице. Вслед за ним в подвал вошла графиня Вивиан Хейз. Лицо ее пылало не столько от удара, сколько от гнева.

– Как ты смеешь поднимать на меня руку! – взвизгнула она.

– Заткнись, – холодно ответил он. – Из-за тебя мы здесь. Почему ты ничего не сказала о секретном проходе во дворец?

– Откуда мне было об этом знать?

– Ты хвалилась, что принц тебе все рассказывает.

– Не надо все сваливать на меня, ты тоже хорош. Я говорила, что поддержку аристократов надо покупать. Ты должен был убедить герцога, что это необходимые траты.

– Этот скряга удавится за каждый золотой. Зачем тратить, когда можно и так получить? И потом, он ведь действительно имеет право на трон.

– Теперь у него ни трона, ни королевства, а только тюремная камера. Как и у нас с тобой, если что-нибудь не придумаем.

– Мы уже придумали. – Магнус не сводил глаз с Шарлотты. – Принц дорого заплатит, чтобы получить обратно свою жену.

Графиня смерила Шарлотту презрительным взглядом. – Ты слишком много ставишь на нее. Принц получил ее земли, так что она ему больше не нужна. Мы окажем ему большую услугу, если избавимся от нее.

– Нет, – покачал головой Магнус. – Я видел, как принц смотрел на нее.

– Как?

– Так, как он никогда не смотрел на тебя.

* * *

Полковник Вальдус еще не закончил свой доклад, когда Эдмунд приказал седлать коня. Не дожидаясь сопровождения, он помчался к домику в горах. Бросив уздцы стражнику, он ворвался в шале и начал метаться по комнатам, как раненый зверь.

Узнав, что план спасения королевства принадлежит Шарлотте, королева возблагодарила небо за то, что ее сыну досталась такая умная жена. Когда она предлагала свои владения в обмен на жизнь и свободу ее любимого капитана, Эдмунд смеялся, поскольку знал, что в жертве нет необходимости. Но в глубине души его поражала ее уверенность в том, что любовь важнее всего.

Стоя перед опустевшим домой, хранившим теплое дыхание его жены, его любимой, он впервые почувствовал то, что она знала с рождения. Эдмунд скрылся за шале, чтобы стражники не видели его отчаяния. Там его и нашел приехавший следом полковник.

– Ваше высочество, мы осмотрели окрестности. Никаких следов, – доложил он.

– Не несли же они ее на руках. Должны быть следы повозки.

– На горной каменистой дороге… – Полковник развел руками.

Принц опустил голову и сжал кулаки от бессилия. Свидетелями похищения были лишь горы, и они хранили молчание.

– Не надо отчаиваться, – продолжил полковник. – Я уверен, что Магнус Ратнер похитил принцессу не для того, чтобы навредить ей. Он использует ее для шантажа.

– Что же, по-вашему, ему нужно?

– Деньги и возможность побега. Полагаю, что в обмен на ее свободу, он потребует золото и корабль.

– Королевская казна пуста.

– Если понадобится, жители королевства отдадут последнее, чтобы спасти принцессу Шарлотту. Ее все любят. Я предлагаю вернуться во дворец и ждать вестей там.

Эдмунд кивнул в знак согласия. Он не хотел оставаться в шале еще и потому, что каждая вещь напоминала о ней. Здесь он кормил ее персиками, здесь они сидели вместе у камина, здесь они первый раз любили друг друга.

Принц был готов отдать все, чем владеет сам, чтобы вернуть Шарлотту, но он опасался, что цена, которую запросит негодяй Магнус окажется непомерной. Эдмунд подошел к своему коню. Вокруг стояли стражники. Они видели, каких трудов ему стоило держать себя в руках. Всех объединяло общее горе.

Впрочем, не всех.

Внимание Эдмунда привлек стражник, стоявший чуть в стороне. Это был молодой парень, который от скуки то подбрасывал, то ловил камешек. Когда он взлетел, то Эдмунд заметил, что у камня светло-коричневый цвет, в то время как горы вокруг были разных оттенков серого.

Принц подошел к стражнику. Тот вытянулся в струнку.

– Покажи, что у тебя. – Эдмунд протянул руку.

– Обычный камень, ваше высочество, – сказал стражник и положил его на ладонь принца.

Эдмунд узнал бусину из того ожерелья, которое он подарил Шарлотте.

– Где ты это взял? – спросил он, наступая на стражника.

– Ни-игде, – начал от страха заикаться тот под грозным взглядом принца. – На дороге валялся.

– Где именно на дороге?

– Вон там, в конце спуска на повороте, – махнул рукой стражник.

– Показывай.

«Моя дорогая, любимая Шарлотта. Ты знала, что я буду тебя искать. Ты порвала ожерелье и стала бросать на дорогу кусочки янтаря, указывая мне путь. Жди, держись, я иду к тебе».

– Полковник, – позвал принц. – Мы не едем во дворец. Соберите людей. Мы отправляемся за принцессой.

– Вы знаете, куда ее увезли?

– Еще нет, но я это скоро это выясню. Я уже говорил вам, что женился не только на красивой, но и на очень умной женщине.

* * *

Магнус обмакнул перо в чернильницу и дописал несколько слов. Он отложил бумагу в сторону, чтобы чернила высохли. Графиня Вивиан протянула к ней руку, но он перехватил ее.

– Мне нужно знать, что ты написал. – Графиня топнула ножкой.

– Разве ты умеешь читать?

– Если бы я не умела читать и писать, как бы я подделывала векселя моего мужа? – дерзко ответила графиня.

– Так ты мошенница, дорогая. – Магнус припал губами к ее руке, затем начал подниматься по ней выше. Графиня ждала, пока его лицо окажется совсем рядом, чтобы сказать.

– Так что в записке?

Обиженный ее хладнокровием, Магнус отбросил ее руку и взял письмо.

– «Принцу Эдмунду. Ваше высочество, вам пишет человек, во власти которого находится ваша жена. Если она дорога вам, то я готов обменять ее на корабль и десять бочек золота».

– Всего десять бочек? Ты говорил, что он ее любит, но это не слишком дорогая любовь. Даже мой муж заплатил бы за меня больше.

– Графиня, ваша алчность делает вам честь, но если вы хотите заключить сделку, надо знать, сколько денег есть у противоположной стороны. После расходов на свадьбу в казне остались сущие гроши. Ближайшее поступление денег ожидается в следующем месяце.

– Как насчет проливов? Они ведь приносят хороший доход.

– До свадьбы все деньги уходили жадному дядюшке Теобальдусу. Только со следующего месяца все пойдет в королевскую казну. По моим подсчетам, десять бочек золота – это все, что он может собрать за день-два.

– Десять бочек нам надолго не хватит, – вздохнула графиня.

– С вашими тратами, Вивиан, и сотни будет недостаточно, – рассмеялся Магнус. – О том, где взять еще денег, мы подумаем потом. Сейчас важно убраться целыми и невредимыми.

– Как мы это сделаем?

– Если принц согласится на наш план – а я уверен, что он так и сделает – мы прикажем ему доставить золото на корабль, который выйдет в бухту и встанет на якорь. Ночью я доберусь туда на шлюпке и проверю все ли в порядке, после чего дам сигнал моим людям. Они доставят принцессу на корабль, где и произойдет обмен.

– Что я должна делать?

– Вы поселитесь в районе гавани и оттуда будете наблюдать за всеми передвижениями кораблей. Если возникнет опасность, немедленно пришлите верного человека. Я буду ждать здесь.

Графиня надела шляпку. Магнус накинул ей плащ на плечи.

– Надеюсь, вы не будете скучать, ведь вам составит приятную компанию ваша подруга детства, – сказала графиня на прощание, одарив Магнуса кокетливой улыбкой.

Проводив графиню, Магнус достал из корзины бутылку вина, выдернул из нее пробку и сделал большой глоток. С бутылкой в одной руке и подсвечником в другой, он направился в подвал. Увидев его, пленница замерла, забыв о боли в связанных руках.

– Наконец, мы с тобой одни, Шарлотта. – Магнус пытался придать голосу игривые нотки. – Как долго я ждал этой минуты, как много я сделал для того, чтобы это случилось. И вот ты здесь

Он снова отхлебнул вина. Похоже, оно придавало ему смелости.

– Я только что отправил послание твоему мужу.

Так Эдмунд жив! Шарлотта ничего не знала о событиях во дворце и потому вздохнула с облегчением.

– Я вижу, эта новость тебя обрадовала, – скривился Магнус. – Ты думаешь, что твой принц прибежит тебя спасать? Если да, то ты все такая же глупая, как и раньше. Он получил твои проливы, так что ты ему больше не нужна.

– Развяжи меня, я не убегу, – попросила Шарлотта.

– Нет, – покачал головой Магнус.

– Мне очень больно.

Одним рывком он оказался рядом с ней. Его пьяное дыхание вызвало у нее отвращение.

– Это хорошо, что больно, – с мстительным удовольствием сказал он. – Я хочу, чтобы ты испытала то, что причиняешь другим. Ты считала, что я тебя недостоин. Конечно, если на горизонте маячит свадьба с принцем, старого друга можно отбросить как ненужную вещь.

– Магнус, ты мне был очень дорог, – попыталась успокоить его Шарлотта. – Но я никогда не говорила, что люблю тебя.

В его руке сверкнул кинжал. Он поднес его к лицу Шарлотты.

– Сегодня ты мне это скажешь

ГЛАВА 24

Магнус был пьян не столько от вина, сколько от ярости, что его прекрасно продуманный план потерпел крах. Много лет он терпеливо сносил капризы герцога, чтобы сначала заслужить его доверие, а потом превратить в марионетку в своих руках. Все пошло прахом из-за этой дрянной девчонки, которая сейчас лежала связанная перед ним и, не отрываясь, смотрела на лезвие кинжала в руках своего тюремщика.

– Я люблю, когда моя женщина связана, – сладострастным шепотом произнес Магнус. – В этом случае она не может убежать, и я могу делать все, что пожелаю.

– Я не твоя женщина.

– Еще нет, но ты ей станешь.

Его сальный взгляд прошелся по ее груди, по всему телу и спустился к ногам. Одним движением он разрезал веревку. Шарлотта почувствовала облегчение.

– Мне нужно, чтобы ты раскинула свои ножки для меня, чтобы обхватила меня ими и кричала от страсти, когда я возьму тебя.

Магнус наслаждался тем ужасом, который каждое его слово наводило на Шарлотту. Она попыталась отползти в угол, но он одним рывком вернул ее на прежнее место. Наклонившись к ней, он провел кончиком кинжала по ее щеке, затем дальше по шее, к груди. Шарлотта оцепенела и сжалась.

– Глупая девчонка, куда ты пытаешься сбежать? Пока принц собирает деньги на выкуп, я буду наслаждаться твоим телом. Я сотру из твоей памяти воспоминания обо всех других мужчинах. Ты будешь только моей, ты будешь помнить только меня. Все эти годы ты строила из себя недотрогу, в то время как твое место на острове Веселья, среди продажных девок!

Магнус поднял кинжал. Его безумный взгляд блуждал по ее телу, как если бы он решал, с чего начать. Шарлотту охватило отчаяние, она понимала, что любые слова только распалят его гнев, и потому молчала. Магнус просунул кинжал под шнуровку ее платья и разрезал шнур.

– Так тебе будет легче дышать.

Он вставил кинжал внутрь ослабленного корсета и одним движением разрезал его пополам, обнажив грудь Шарлотты. В его глазах вспыхнул огонь.

– Зачем прятать от всех такие чудесные наливные яблочки? – забормотал он.

Отложив кинжал, он потянулся обеими руками к ее груди. Шарлотта собрала все свои силы и ударила его коленом в пах – Магнус глухо застонал. Связанными руками она оттолкнула его от себя и перекатилась в сторону.

– Глупая продажная девка! – рявкнул он. – Своим сопротивлением ты лишь распаляешь меня,

Он снова навалился сверху. Шарлотта билась под ним, кричала, царапалась и кусалась. Магнус схватил ее за плечи, приподнял и ударил головой о жесткий пол. Шарлотта почувствовала привкус крови во рту. Ее сопротивление ослабло. Сквозь кровавый туман, она чувствовала, как Магнус срывает с нее платье, потом она ощутила тяжесть его тела. Ей становилось трудно дышать.

И вдруг все кончилось. Кто-то схватил Магнуса и отбросил его. Шарлотта повернула голову и увидела лицо Эдмунда, склонившегося над ней.

– Я здесь, любимая. Я с тобой.

Силы оставили Шарлотту. Она смогла лишь облегченно выдохнуть. До последнего момента она молилась, взывала ко всем силам земным и небесным, чтобы они указали ему дорогу. И вот ее молитвы были услышаны. Эдмунд нашел ее и спас.

Внезапно Шарлотта увидела за спиной Эдмунда перекошенное от злости лицо Магнуса. В руке его блеснул кинжал.

– Сзади! – крикнула она.

Эдмунд дернулся и сумел избежать удара: оружие Магнуса лишь порезало его плащ. Эдмунд выхватил свой кинжал и вступил в схватку. Магнус был пьян, но гнев и отчаяние придавали ему силы. После того как противники нанесли друг другу несколько неопасных порезов, Эдмунд начал теснить Магнуса в угол. Изловчившись, он пронзил его плечо – рука Магнуса повисла плетью. Он отбросил оружие и опустил голову.

– Вы победили, принц, – признал он. – Мне остается лишь запить горечь поражения, если вы не возражаете.

Магнус поднял с пола бутылку и сделал глоток. Внезапно он сделал шаг в сторону Шарлотты и плеснул вино на ее платье, после чего подхватил подсвечник с земли и бросил его следом.

Платье Шарлотты вспыхнуло. Она закричала от страха, видя, как языки огня лижут ее тело. Эдмунд сбросил свой плащ с плеч и накрыл ее, прижав его к полу и погасив огонь.

– Все позади, моя любовь. – Эдмунд гладил ее хрупкие плечи. – Я больше никому не позволю тронуть даже волос на твоей головке.

Шарлотта дрожала. Она была так опустошена, что у нее не осталось сил на слезы. Нежные руки Эдмунда гладили ее по спине, его губы целовали ее лицо короткими успокаивающими поцелуями. В его объятиях не было ни страсти, ни желания, а одна лишь забота. Шарлотта постепенно успокоилась.

– Давай посмотрим, что тут, – предложил Эдмунд, отодвинув в сторону плащ.

Под ним оказались прожженные куски материи. Однако принц так быстро погасил огонь, что тот не успел нанести никакого вреда ногам Шарлотты.

– Эта ножка в порядке. – Эдмунд поцеловал ее. Он осмотрел вторую и сделал то же самое. – И здесь все хорошо.

– Освободи мне руки.

Одним движением кинжала Эдмунд разрезал веревки, сковывающие Шарлотту. Она охнула от боли.

– Сейчас я тебе их разотру, – пообещал Эдмунд.

Легкими движениями пальцев он начал растирать ее запястья, на которых веревки оставили глубокий след. Ей было так больно, что слезы брызнули из глаз Шарлотты.

– Дорогая, я сделал тебе больно? – Она покачала головой. – Тебе жаль платье? Я куплю тебе новое. Столько новых платьев, сколько захочешь.

– Нет, – решительно возразила Шарлотта. – Я не позволю тебе покупать мне платья. Я буду делать это сама.

– Но почему? – удивился Эдмунд. – Что странного в том, что я хочу сделать подарок любимой женщине?

– Из-за твоего отца. Все знали, что он дарил королеве дорогие платья после измен. Я не хочу, чтобы о нас так думали.

– Посмотри на меня, – попросил он, и она взглянула в его глаза. – Я не мой отец. Я никогда не унижу женщину, которую люблю. Ты мне веришь?

Шарлотта улыбнулась и кивнула. Эдмунд помог ей подняться, после чего застежкой от плаща стянул ее разрезанный корсаж, и сверху набросил свой прожженный плащ.

Снаружи их ждали полковник Вальдус и стражники, участвовавшие в поиске. Они приветствовали Шарлотту радостными криками. Начальник стражи подошел и с поклоном протянул небольшой холщовый мешочек, внутри которого Шарлотта нашла янтарные бусины.

– Не знаю, все ли мы собрали, миледи, – сказал он. – С вашей стороны было очень предусмотрительно указать нам, где вас искать.

– Вы сразу поняли?

– Мы нет, но принц догадался.

– Благодарю вас, полковник, – ответила Шарлотта и повернулась к стражникам. – Я благодарна вам за то, что вы помогли принцу спасти меня.

– Рады служить, ваше высочество! – отозвались стражники.

– Вы задержали Ратнера? – спросил Эдмунд.

– Темнота и лес помогли ему скрыться, – виновато ответил полковник. – Но завтра мы продолжим поиски. Он не уйдет от нас.

Принц посадил Шарлотту на своего коня, а сам пошел рядом.

– Ты собираешься идти до дворца пешком? – спросила Шарлотта.

– Нет, только до поворота в лес, где стоит карета графини.

– Графини Хейз? Разве она не уехала в гавань?

– Она собиралась, но мы успели перехватить ее. Графиня рассказала, где Магнус тебя прячет. Нам повезло, что мы наткнулись на нее, потому что уже становилось темно, и бусины были плохо видны на дороге.

Когда они добрались до кареты, Эдмунд помог Шарлотте сесть в нее, а сам взобрался на коня. По дороге графиня Вивиан, сидевшая рядом, несколько раз порывалась заговорить с Шарлоттой, но та сделала вид, что спит. Ей было нечего сказать этой женщине. Ставка графини на ложь и интриги проиграла.

Они прибыли во дворец, где королева и леди Урсула встретили их у входа. Когда начальник стражи уводил графиню, она оборачивалась, чтобы увидеть, как королева обнимает сына и невестку и как леди Урсула плачет от радости, прижимая к груди дочь. Эта сцена пронзила каменное сердце Вивиан, где, казалось, не было места ни сочувствию, ни жалости. Ей тоже захотелось, чтобы кто-то также радовался ее возвращению.

Но для этого надо быть такой как Шарлотта.

Под причитания Марты, Шарлотта умылась и переоделась. Она проследовала в столовую, где был накрыт стол на четыре персоны. Они пригласили своих матерей на маленький семейный ужин. Отпустив слуг, чтобы им никто не мешал, королева и леди Урсула потребовали рассказать им все. Им были нужны все подробности этой ужасной истории.

Эдмунд немного приукрасил погоню и преуменьшил опасность, чтобы не расстраивать и без того много переживших матерей. В конце, увлекшись описанием битвы на кинжалах с Магнусом, он произнес.

– Давно я так славно не дрался. Последний раз это было в таверне на острове Веселья.

– Той самой? – спросила Шарлотта, потянувшись за десертом.

– Что значит «той самой»? – спросила королева. – Не хотите ли сказать, Шарлотта, что вы были в «той самой» таверне на острове Веселья?

Рука Шарлотты замерла. Леди Урсула сидела как на иголках.

– Не кажется ли вам, дети мои, – сказала королева, – что пора мне все рассказать? Вы же не думаете, что я не отличу людей, которые только что встретились, от тех, кто давно знаком. Что-то подсказывает мне, что встреча в гавани была не первой вашей встречей.

Шарлотта и Эдмунд рассказали королеве, как зарождалась их любовь, как она преодолевала препятствия, росла и крепла. Узнав о походе на маскарад в образе цыганки, леди Урсула схватилась за сердце.

– Что ты наделала? – причитала она. – Теперь ее величество будет думать, что я плохая мать, которая не способна уберечь дочь от опрометчивых поступков.

– Вам не о чем беспокоиться, леди Урсула, – сказала королева. – Вы воспитали девушку, которая полюбила человека, а не принца. Я не могла мечтать о большем. Мне так приятно смотреть на счастье наших детей, что я хотела бы поделиться этим со всеми. Завтра я устрою праздник в честь спасения принцессы Шарлотты, а также избавления королевства от захватчиков.

– Прекрасная идея, мама, – поддержал Эдмунд. – Но это будет завтра. А сегодня я прошу нас извинить, но мы покинем вас. Этот день отнял слишком много сил.

Он проводил Шарлотту до двери ее покоев, поцеловал в лоб, пожелал сладких снов, после чего удалился к себе. Она смотрела ему вслед. С одной стороны, она была так измучена, что не могла думать ни о чем, кроме сна. С другой, удаляющаяся спина Эдмунда заставляла ее чувствовать себя одинокой.

Шарлотта легла в ванну, приготовленную для нее Мартой.

– Потри мне, пожалуйста, спину, – попросила Шарлотта.

– Сейчас, миледи.

Марта взяла губку. Едва она намылила ее, как в комнату вошел принц Эдмунд. Он приложил палец к губам и протянул руку. С улыбкой заговорщицы, Марта отдала ему губку и вышла, прикрыв за собой дверь.

ГЛАВА 25

Эдмунд мягко проводил губкой по спине Шарлотты вверх-вниз, после чего начал намыливать ей плечи. Ему было больно смотреть на следы веревок на ее руках и ногах, на мелкие порезы и синяки на ее теле, но он знал, что время и любовь все вылечат.

– Знаешь, Марта, я вдруг подумала, что мне не было страшно. Немного было, когда Магнус… В общем, в самом конце. А все остальное время я верила, что Эдмунд поймет мое послание, что он найдет и спасет меня. Я не минуты в нем не сомневалась.

Эдмунд улыбнулся и начал с утроенным рвением тереть ей спину.

– Не надо так сильно, – остановила его Шарлотта. Он умерил свой пыл и вернулся к легким поглаживаниям. – Представляешь, я ехала обратно в карете с графиней Хейз. С нее спала бравада, и она мне показалась очень несчастной женщиной. Мне стало даже жаль ее.

Эдмунд от удивления поднял брови.

– Она умная женщина, но все свои таланты она тратит на то, чтобы манипулировать мужчинами, – продолжала Шарлотта. – В определенный момент им это надоедает, и она остается ни с чем. Мне кажется, если ей поручить что-то важное, она может сделать много полезного.

Эдмунд сделал паузу, подумал, кивнул и продолжил опускать губку в воду и смывать мыло с ее плеч.

– Пожалуй, хватит. Подай мне полотенце.

Эдмунд взял со стола полотенце и завернул Шарлотту в него и в свои объятья. Шарлотта ахнула, поскользнулась и плюхнулась обратно в ванну.

– Ты не ушиблась? – спросил обеспокоенный Эдмунд, помогая Шарлотта выбраться.

– Нет, но ты меня напугал, – ответила она, заворачиваясь в новое полотенце. – Твой халат совсем мокрый.

Он сбросил его и остался в светлых кюлотах. Даже в тусклом свете свечей ее муж был неотразим с его широкими плечами, рельефными мышцами и гордым профилем. Темные волосы завивались у шеи колечками, а капельки воды на его загорелом теле напоминали драгоценные жемчужины.

Но сегодня она заметила новые черты. В нем появилась уверенность человека, который принял на себя ответственность. Перед ней стоял не младший принц, но будущий король. Шарлотта была рада видеть его таким.

Эдмунд взял лежащую рядом персиковую ночную сорочку с лебяжьим пухом и надел ее на Шарлотту. Она восприняла это как прелюдию к любовной игре. Несмотря на тяготы и переживания этого сумасшедшего дня, она с готовностью отозвалась на его призыв. Эдмунд поднял ее на руки и отнес на кровать. Он лег рядом и накрыл их обоих одеялом. Подвинувшись ближе, Шарлотта положила голову ему на плечо.

– Я хочу быть с тобой, но у меня нет сил даже обнять тебя, – честно призналась она.

– Иногда быть вместе – это просто быть рядом. У нас впереди целая жизнь. – Он поцеловал ее в макушку. – Спи. Тебе нужно набраться сил.

– Разве тебе не нужно? Неужели ты совсем не устал?

– Я устал еще когда надевал женское платье. Корсет и шнуровка – это что-то из камеры пыток.

– Жаль, я так и не увидела тебя в платье. Это наверняка было очень забавно. – Шарлотта тихо засмеялась. – Как ты пробрался во дворец?

– Я прошел вместе со стражниками через потайной ход. Мне о нем рассказал отец. Мы знали, что Магнус проверит всех фрейлин перед тем, как впустить их во дворец. Поэтому Марта притворилась, что упала, чтобы задержать его. В это время другая фрейлина нажала специальный рычаг на раме картины и открыла проход. Сначала оттуда вышел я, а потом уже и полковник Вальдус со своими людьми. Я ругаю себя за то, что слишком увлекся герцогом. Я должен был не спускать глаз с Магнуса. Если бы его сразу схватили, он бы не смог причинить тебе вреда.

– Ты не виноват. – Шарлотта погладила его грудь. – Магнус нашел бы другой способ убежать.

– Как он забрал тебя?

– Я перебирала бусы и думала о стрекозе, которая попала в янтарь много столетий назад. Потом я услышала шум на улице и вышла посмотреть. Там меня ударили по голове, и я очнулась уже связанная на повозке. Я стала думать, как дать тебе знать, где меня искать. Вспомнила старую сказку о детях, которых злая мачеха увела в лес. Они бросали за собой крошки хлеба и по ним находили дорогу домой. Я порвала бусы и стала бросать кусочки янтаря, надеясь, что ты меня найдешь.

– Я тебя нашел и никогда больше не потеряю. – Он снова поцеловал ее. – Сладких снов, моя любовь.

Шарлотта никогда не чувствовала себя такой защищенной. Она закрыла глаза, и вскоре Эдмунд услышал ее глубокое ровное дыхание. Лебяжий пух сорочки нежно колыхался в такт ее вздымающейся груди.

Вид спящей жены вызвал у него чувство спокойствия и умиротворения. Она была самой чарующей и желанной женщиной из всех женщин и, вместе с тем, она обладала удивительно сильным характером. Эдмунд вспомнил о минуте слабости, когда он хотел бросить королевство, взять Шарлотту и отправиться на «Марианне» в дальние странствия. Но его жена со своим упрямо сжатым ртом и маленькими кулачками настояла, чтобы он остался и сражался. Он был благодарен ей за то, что она верила в него больше, чем он сам.

Мысль, что он мог потерять ее, бросала его в холодный пот. Он никогда и никому не позволит отнять ее. Где-то все еще бродит полный ненависти Магнус и вынашивает планы мести. Но об этом принц подумает завтра, а сегодня вид мирно спящей жены помог ему расслабиться.

На следующее утро, открыв глаза, Шарлотта потянулась и ее рука задела тело Эдмунда. Он не ушел к себе, а остался рядом охранять ее сон. Шарлотта повернулась на бок и стала рассматривать любимое лицо, его крепкую шею, курчавые шелковистые волоски на его груди, которые превращались в тонкую дорожку, спускались вниз, исчезая под одеялом. Шарлотта приподняла одеяло…

– Что вы там ищете, ваше высочество? – раздался голос Эдмунда.

Она бросила одеяло и уткнулась носом в его плечо. Ее плечи тряслись от смеха.

– Если я могу чем-то помочь в ваших исследованиях, миледи, я к вашим услугам.

Шарлотта хотела обратить все в шутку, но он был совершенно серьезен. Тогда она коснулась губами его шеи, ощутив слабый солоноватый привкус, а затем стала губами прокладывать дорожку по его груди, ощущая как тело мужчины наливается силой и желанием. Его дыхание потеряло свою размеренность, стало частым и порывистым. Он издал сдавленный стон.

Эдмунд поймал ее руку, поднес к губам и стал поочередно целовать ее пальчики. Ее другая ладонь лежала как будто не на его груди, а на раскаленном камне, под которым бешено стучало сердце. Он перекатился, навис над ней и стал жадно покрывать ее грудь поцелуями. Шарлотта обняла его за плечи, впиваясь ногтями в спину. Его руки скользили по ее животу, бедрам, усиливая огонь ее желания.

Он поднял ее сорочку, и Шарлотта выскользнула из нее. Она еще плотнее прижалась к нему, вызвав ответную дрожь в его теле. Эдмунд превратился в ураган, который она уже не могла и не хотела остановить. Она полностью отдалась во власть его жарких поцелуев. Она трепетала в его руках. Все было забыто. В мире не осталось ничего, кроме двух душ и двух тел, ставших единым целым.

Они оторвались друг от друга и упали на подушки, восстанавливая дыхание.

– Я совершенно без сил, – признался Эдмунд.

– У меня наоборот, прилив энергии. – Она прогулялась своими шаловливыми пальчиками по его груди. – Мне кажется, мой капитан, вам нужно больше практики.

– С вами, моя дорогая пассажирка, я готов практиковаться сколько угодно. – Эдмунд запечатлел поцелуй на ее шее. – Буду ждать тебя в столовой на завтрак. Сегодня будет напряженный день, нам понадобятся силы.

– Мне не хочется никуда идти, – призналась Шарлотта. – Я хотела бы провести хотя бы один день с тобой наедине.

– У нас обязательно будет такой день, – пообещал Эдмунд. – Но мы не можем не появиться на празднике, который королева устраивает в нашу честь.

– Что нужно будет делать?

– Понятия не имею, – пожал плечами Эдмунд. – В мою честь еще никогда не устраивали праздники.

– Раньше не было причины, а теперь она появилась – ты спас королевство.

– Мы спасли королевство, – поправил ее Эдмунд, и она поцеловала его в знак благодарности. – Нам предстоит еще много дел. Когда ты со мной, меня это не страшит. Ты вдохновляешь меня.

Он поцеловал ее очаровательный носик.

– Я помогу тебе всем, чем смогу, но взамен я потребую платы.

– Какой же?

– Я хочу как можно чаще ощущать то блаженство, которое ты подарил этим утром.

– Мы оба, принц Эдмунд и Капитан Эд рады служить вам, миледи.

Насытившись друг другом, они отправились в столовую отдать должное стараниям королевского повара.

* * *

Принц и принцесса рука об руку вышли на балкон, чтобы приветствовать собравшихся на площади горожан. У устроителей праздника было совсем немного времени, но они украсили главные улицы и центральную площадь гирляндами цветов. Город выглядел очень празднично.

Оставив королеву и леди Урсулу на балконе, Эдмунд и Шарлотта спустились на площадь. Многие в толпе удивились: они никогда не видели правителей так близко. Счастливая пара переходила от одной компании к другой, чокаясь и принимая поздравления.

Где-то рядом заиграли музыканты. Шарлотта узнала мелодию: это был танец, который они с Эдмундом танцевали в таверне. Образовался круг, в который вышли несколько пар и начали лихо отплясывать.

– Не хочешь ли ты снова пригласить меня? – спросил Эдмунд.

– Я бы пригласила Капитана Эда, но не принца. Боюсь, что его тяжелая сбруя вашего высочества не позволит вам сдвинуться места.

Она кивнула на его грудь, усеянную церемониальными орденами. Вместо ответа, Эдмунд взял ее за руку и вывел в круг. По толпе снова прошла волна удивления. Это был не придворный, полный сложных па, танец, а простая народная пляска. Когда Эдмунд подкинул Шарлотту вверх, раздались одобрительные крики. Шарлотта снова раскинула руки, доверяя своему партнеру. Он поймал ее и крепко-крепко прижал к себе.

Музыка закончилась, а Эдмунд все еще не разомкнул объятия. Шарлотта сделала ему знак глазами, он засмеялся и отпустил ее. Она отступила на шаг, чтобы поправить платье.

В этот момент Эдмунд увидел в толпе полное холодной ненависти лицо Магнуса и как тот поднимает пистолет, целясь в Шарлотту. Принц сорвался с места и заслонил ее своим телом.

Раздался выстрел. Эдмунд упал.

Горожане, стоявшие рядом, немедленно скрутили Магнуса и передали его королевским стражникам.

При виде мужа, лежащего у ее ног, Шарлотта рухнула рядом с ним. Она никого не видела и не слышала. Солнце почернело для нее. Взяв его голову в свои ладони, она смотрела на дорогое лицо.

– Эд, очнись, – призывала она. – Ты не можешь покинуть меня, моя любовь.

Он молчал. На площади воцарилась тишина.

– Не может быть, чтобы мне дали немного счастья, чтобы тут же отобрать его. Это несправедливо! – крикнула Шарлотта. – Эта пуля предназначалась мне. Зачем ты взял ее?

Она прижалась к его груди, и вдруг, также как этим утром, ощутила под своей ладонью биение его сердца. Рядом она увидела, что один из орденов смят, как если бы в него попала пуля. От внимательного взгляда Шарлотты не ускользнули шевелящиеся ресницы Эдмунда.

– Ах ты, притворщик! – Шарлотта ударила его своим маленьким кулачком в грудь.

– Да, дорогая, – отозвался Эдмунд.

– Мошенник!

– Да, любимая.

– Наглец!

– Как скажешь, мое счастье.

Он привстал и обнял Шарлотту. Она вырвалась от него и побежала обратно во дворец. Шарлотта бежала вдоль ревущей толпы, которая расступалась перед ней. Слезы душили ее. Эдмунд догнал ее уже за закрытыми дверями дворца.

– Я тебя ненавижу, – кричала Шарлотта. – Я думала, что потеряла тебя.

– Теперь ты знаешь, как себя чувствовал я тогда в шале, когда думал, что потерял тебя. Тогда я понял, что готов отдать все, за то, чтобы ты снова была со мной. Негодяй Магнус стрелял в тебя, а не в меня, потому что он знает, что ты мое самое уязвимое место.

– Зачем ты притворился мертвым?

– Чтобы еще раз услышать, что ты любишь меня.

– Я тебе это уже говорила.

– Я никогда не устану это слышать.

Шарлотта посмотрела в его полные обожания глаза и смягчила гнев.

– Я никогда не прощу тебе этого ужасного представления, – сказала она. – С этой минуты ты услышишь слова моей любви только в обмен на твои.

– Это суровое наказание, – кивнул Эдмунд. – Но я его заслужил.

Он обнял ее и нежно прикоснулся к ее губам.

– Я люблю тебя, – сказал он.

– И я люблю тебя, – ответила она.

ЭПИЛОГ

Путь из кафедрального собора был украшен цветочными арками, под которыми должны были пройти новобрачные. Казалось, весь город был усыпан цветочными гирляндами. Собравшиеся вдоль улиц горожане, с нетерпением ждали торжественную процессию.

Когда они вышли из собора, раздались приветственные крики. Принц улыбался, бережно поддерживая свою жену, но в ее взгляде чувствовалась тревога.

– Ты чем-то обеспокоена? – спросил он.

– Да, из-за королевы. Она приветлива со мной, но иногда мне кажется, что она меня не любит.

– Почему ты так думаешь?

– Она смотрит на мои руки так, будто я ее чем-то обидела.

– Руки? Ничего не понимаю, – пожал плечами принц.

Вслед за новобрачными шли родители жениха. Годы посеребрили виски короля Эдмунда и прибавили морщин его лбу, но он был по-прежнему высок, широкоплеч и статен. Королева Шарлотта, не смотря на рождение четверых детей, была все также стройна и элегантна.

– Жаль наши матери не дожили до этого дня, – сказал Эдмунд.

Шарлотта вздохнула. Поженив детей, королева Изольда и леди Урсула стали близкими подругами. Они прожили последние годы во дворце в горах, изредка отправляясь в путешествие на «Марианне». Сначала судном командовал капитан Джон Стивенс. Когда порт Валбертина был перестроен, чтобы принимать больше кораблей, Эдмунд доверил ему управление наземными службами. Тогда на капитанский мостик «Марианны» встал его племянник Терри Стивенс.

Королева и леди Урсула тихо скончались с разницей всего в несколько месяцев, и обе были похоронены в королевской усыпальнице с подобающими почестями.

– Ты грустишь, потому что тоже вспомнила о матери? – спросил Эдмунд.

– Нет.

– Тебе не нравится выбор нашего сына?

– Если бы не нравился, я бы не дала согласия на эту свадьбу.

– В чем же дело? – недоумевал Эдмунд.

– В кольце.

– Каком кольце?

– Том самом, что она носила целый год, а я только один день.

Эдмунд кусал губы и всеми силами пытался удержаться от смеха, но ему это плохо удавалось.

– Ты до сих пор это помнишь?

– Есть вещи, которые я не могу забыть.

– Я много раз предлагал тебе сделать такое же кольцо, чтобы ты носила его хоть каждый день. Ты всегда отказываешься. Признайся, дорогая, дело ведь не в кольце. Тебе нужен повод, чтобы пилить меня.

– И у меня таких поводов всего два: кольцо для помолвки и твое притворное умирание.

– Означает ли это, что все остальное тебя устраивает? – озорно спросил Эдмунд.

– У меня есть любимый муж, замечательные дети и прекрасный дом. Мне не на что жаловаться.

– Две причины недовольства за двадцать пять лет. Пожалуй, наш брак можно назвать удачным.

Они прошли в зал, где были накрыты столы для торжественного приема в честь новобрачных. После формальной части Шарлотта подошла к невестке и тихо шепнула ей.

– Если ты устала, то в конце зала есть дверь. Она ведет прямо в твои покои.

– Благодарю за доброту, ваше величество, – сказал принцесса. – Мне показалось, что я чем-то вас расстроила. Что-то не так с моими руками?

Шарлотта посмотрела на ее пальцы: перстень уже был отправлен в королевское хранилище.

– Теперь все в порядке, – улыбнулась она и пошла к другим гостям, оставив принцессу в недоумении.

Шарлотта потрепала по голове младшего сына, который явно скучал на празднике. Для своих пятнадцати лет он был довольно развитым мальчиком и обещал вырасти таким же высоким, как отец. От него же он унаследовал любовь к морю и предпочитал каюту на корабле палатам дворца. Глядя в его просящие глаза, Шарлотта сказала:

– Побудь еще полчаса, потом поздравь брата и его жену, после чего можешь возвращаться в гавань к своим кораблям.

Обходя столы, Шарлотта заметила одиноко сидящую графиню Хейз. Из всех участников давнего заговора в живых осталась она одна. Герцог Молтенбаш умер в тюрьме через месяц после заточения. Магнус Ратнер пытался бежать, и был застрелен стражником. Графиня получила прощение принца и поселилась в доме герцога, воспитывая его сына, оставшегося сиротой. Она оказалась на удивление строгой матерью, и юный герцог вырос достойным человеком.

Когда Шарлотта разговаривала с графиней, он как раз что-то с жаром объяснял младшей принцессе. Он постоянно запинался, краснел и начинал сначала. Шарлотте показалось удивительным, что ее не особенно терпеливая дочь, внимательно его слушает. Она вопросительно посмотрела на графиню.

– Мне показалось, или ваш сын и моя дочь..?

– Одного слова вашего величества хватит, чтобы он выкинул это из головы, – ответила графиня.

Судя по тому, как эти двое смотрели друг на друга, одного слова явно будет недостаточно.

– На следующей неделе король отправляется в трехнедельное морское путешествие в Нижние королевства, – сказала Шарлотта. – Я предложу ему взять молодого герцога с собой. Говорят, путешествие на корабле помогает лучше узнать человека. Во всяком случае, мне помогло.

Шарлотта вернулась к мужу и нашла его наблюдающим за другой парой. Его старшая дочь, которая устроила школу для девочек, где их учили считать и вести хозяйство, объясняла систему налогов принцу из Верхних королевств.

– Кажется, ум нашей дочери очаровал принца, – отметила Шарлотта. – Он не сводит с нее глаз.

– Дорогая, нельзя быть такой наивной. Он очарован не ее финансовыми талантами, а ее красотой. – Король поцеловал руку Шарлотты. – Которую она унаследовала от матери.

– Красота проходит, а ум остается, – заметила Шарлотта. – Вы, мужчины, ужасно непрактичны.

– Не надо обобщать. Я, например, очень практичен. Я женился на тебе, потому что мне нужны были твои проливы, – засмеялся Эдмунд.

– Я предлагала их тебе и без брака.

– Если бы я согласился, в моей жизни бы не было тебя.

– В ней было бы меньше приключений.

– Нет, любимая, – возразил он, – в ней не было бы счастья.

Они пришли к согласию и скрепили его поцелуем.

КОНЕЦ