Читать книгу: «За витриной»
Глава 1.
Егор стоял в мужском туалете торгового центра. В потолке ровно и без перебоев гудел вентилятор. Пахло хлоркой и каким-то дешевым средством, напоминающим по запаху мокрую собачью шерсть. В туалете никого не было, что показалось странным. Обычно сюда очередь из желающих справить естественную потребность после долгих походов по торговым рядам и ожиданий жен из примерочной. Егор подошел к раковине, посмотрел на свое отражение и открыл кран. Вода была ледяная в любом положении, буквы «Х» и «Г», написанные синим и красным видимо были здесь просто для красоты. Он подставил ладони и набрал воду, несколько раз плеснул в лицо. Холод обжег руки, пальцы мелко и противно задрожали, как после долгой нагрузки. Лицо в отражении было бледным, но спокойным. Он провел рукой по нему, от лба до подбородка, после чего поднес руки к сушилке, но та не включилась. Егор постоял мгновение, ожидая, но автомат молчал. И тут стало холодно, откуда-то сверху потянуло ледяным воздухом. Видимо, кто-то включил кондиционер, или он сработал автоматически. Егор, растирая руки, выдохнул горячим воздухом на ладони и направился к выходу.
Дверь туалета закрылась за спиной, отсекая собой гул вентилятора, и тут же наступила тишина. Только что, когда он шел, торговый центр гудел голосами, музыкой из динамиков, рекламными джинглами, чьи-то дети кричали у фонтана. Он стоял у входа в туалет и смотрел на пустые ряды. Эскалаторы не работали. Ни одного человека, ни продавцов за кассами, ни охранников, которые всегда почему-то не сводят глаза именно с тебя, даже манекены в витринах казались брошенными. Он сделал несколько шагов, они отдавались эхом, как будто Егор находился не в ТЦ, а в пустом спортзале. Где-то вдалеке на втором этаже, мигала вывеска. Было что-то пугающее, когда место, привычно полное людей вдруг опустело. Он вопросительно оглянулся на дверь туалета, будто та могла что-то объяснить. Может он прослушал пожарную тревогу? Это могло быть единственным разумным объяснением происходящего. Егор сунул руки в карманы и медленно пошел в сторону выхода.
Стук каблуков был единственным звуком, наполнявшим эту пустоту. Казалось, что эти пустые витрины и застывшие эскалаторы притаились в засаде, прислушивались к нему. Он не встретил по пути ни одного человека, ни единой живой души. Что-то медленно и неприятно подкатывало к горлу.
Стеклянная крутящаяся дверь на выходе, что пропускает людей порциями, вращалась медленно и плавно. Стекла дверей стали мутными и запотевшими, за ними было не разглядеть ни улицы, ни машин, только сплошную серость. Егор вошел в кабинку и уже представил, как вдохнет свежий вечерний воздух и поедет домой отсыпаться. Дверь резко остановилась, будто уперлась в невидимое препятствие. Егор толкнул стекло плечом, но ничего не произошло, дверь не поддалась. Раздражение поднялось откуда-то из груди, ярко вспыхнуло, и Егор толкнул дверь изо всей силы, но она все равно не сдвинулась с места. Тогда он пнул ногой нижнюю панель, и дверь, издав металлический скрежет начала вращаться опять. Он выдохнул с облегчением, но это облегчение тут же сменилось тревогой. Перед глазами встал тот же пустой зал, откуда он только что вышел, дверь сделала полный оборот и вернула его обратно. Он стоял у входа и смотрел на крутящуюся дверь, которая вращалась равнодушно и плавно, как карусель без посетителей в парке аттракционов ночью.
Егор не стал заходить, хватит, если дверь застрянет снова, на этот раз, может, уже не закрутиться. Он останется в этой стеклянной кабинке, как рыбка в аквариуме. Егор сжал зубы и отвернулся от крутящейся двери, которая все так же равнодушно вращалась, словно дразня его. Можно было сходить и поискать запасной выход. В конце коридора, за фуд-кортом, насколько он помнил, были обычные металлические двери с горизонтальными ручками.
Он шел быстро, почти бежал. Каблуки стучали по кафелю, и этот звук словно догонял его, настигал, отражался от витрин. Ему казалось, что кто-то идет за ним, но, когда он оборачивался никого не было кроме безмолвных пластиковых манекенов с пустыми лицами, стоявших в витринах за стеклами. Егор добежал до двери, вцепился в ручку и дернул. Заперто. Он уперся ногой в косяк и рванул изо всех сил. Что-то хрустнуло, дверь поддалась и открылась. За ней была бетонная стена. Серая, ровная, без единой трещины, обычная стена вплотную к двери. Егор отшатнулся в недоумении. Сделал шаг назад, еще один. В висках ритмично застучала кровь. Дверь стояла распахнутой, из проема тянуло холодом.
Глава 2.
Егор проснулся в шесть. Он был классическим жаворонком, всегда вставал, только первые лучи солнца коснутся комнаты, не смотря на то будний это день или выходной. Он откинул одеяло и встал, не позволяя себе удовольствия поваляться еще. Кровать была жесткой, матрас специально был подобран такой, чтобы спина не прогибалась. Босиком прошел на середину комнаты, где лежал синий, с заковыристым узором коврик для йоги. Отжимания и приседания, он не считал, только слушал свое ровное ритмичное дыхание.
За окном светало. В ванной он включил холодную воду и умылся. Лучший способ сразу стряхнуть с себя остатки сна и проснуться. Вытерся жестким полотенцем и сел перед зеркалом. Утренние процедуры занимали солидную часть приготовлений к грядущему дню. Крем для лица в маленькой стеклянной банке наносил подушечками пальцев по всей поверхности лба, скул, носа и подбородка. Тонкие полупрозрачные патчи под глаза холодили веки, избавляли от возможных мешков и синяков под глазами. Он сидел неподвижно где-то десять минут, откинувшись на спинку стула, и смотрел в потолок. Потом душ. Завтрак представлял из себя овсянку на воде, почти без соли и сахара. Яйца в сотейнике отбивали почти маршевый ритм. Вода с половиной лимона на стакан, выжатого вручную. Он ел и ложка стучала о край тарелки. Напротив, в доме через дорогу, загорались окна, кто-то тоже проснулся. Закончив завтракать, Егор вытер губы вафельным полотенцем и отнес посуду в раковину.
Егор открыл шкаф. В стопке футболок он нашел темно-серую классическую, без логотипов и с круглым вырезом. Свитер выбрал на тон светлее, крупной вязки, чтобы текстура играла на контрасте. Брюки черные, прямые. Он не думал о том, что на улице плюс пять и ветер, куртку он подбирал не по погоде, а по темно-оливковому, почти болотному цвету, идеально сочетающемуся с серым. Половина зарплаты уходила на брендовую, качественную одежду. Это бесило, но ничего нельзя было с собой поделать. Он знал, где будут проходить ближайшие распродажи, знал, какие модели выйдут в следующем сезоне, знал об одежде все, о составе нитей, о плотности хлопка, об особенностях итальянского кроя. Сегодня он выглядел безупречно, и это было важно.
Егор вышел из подъезда и его сразу охватил резкий утренний ветер, пахнущий выхлопными газами и мокрой листвой. Он поднял воротник и пошел к остановке. Город просыпался, шумели двигатели автомобилей, из подъездов выходили еще сонные люди, дворники мели тратуары, собирали опавшие листья по кучкам. Он шел быстро, глядя себе под ноги, но все равно заметил, как на углу, возле супермаркета, рабочие снимали рекламный плакат. Его лицо с идеально ровной кожей, крупным планом и пустым взглядом, который на съемках называли «загадочным и сексуальным». Плакат отклеился с краю, и рабочий просто рванул его вниз, бумага затрещала. Одна половина повисла, вторая полетела на асфальт. Егор прошел мимо, не замедлив шага, но внутри что-то сжалось.
