Читать книгу: «Если бы я был морем»

Глава 1. Если бы я был…

Когда мамина подруга спросила Тимку: «Кем ты станешь, когда вырастешь?», он растерялся и пожал плечами. Такое случилось с ним не впервые. Взрослые почему-то очень любили задавать ему этот вопрос. Только вот правильного ответа Тимка не знал, и от этого ему делалось грустно. Он был любознательным мальчиком: к своим восьми годам бегло читал и почти всегда находил ответы на всё, что было ему интересно. Причём пользовался не только интернетом, но и умело управлялся со сборником энциклопедий в домашней библиотеке.

«Как можно понять, кем ты хочешь стать, если ты этим кем-то никогда не был?» – негодовал про себя Тимка.

Именно путём долгих размышлений, он и придумал игру «Если бы я был…», в которой главная задача – представить себя кем-то, и посмотреть, как ему, Тимке, в этой роли живётся.

Перед самыми летними каникулами классная руководительница Тимки – Татьяна Юрьевна объявила, что в следующем учебном году будущим второклассникам предстоит написать сочинение на тему «Кем я стану, когда вырасту». От этой новости Тимка разволновался не на шутку. Ведь он всё ещё не знал ответа. А дело было ответственное. Учительница сообщила, что по традиции школы сочинения заложат в капсулу времени и отдадут уже выпускникам спустя много лет. Потому Тимка решил во что бы то ни стало разобраться с тем, кем он хочет стать. И взять в помощницы придуманную им игру.

Глава 2. …морем

– Если бы я был морем, я бы обнимал китов… Представляешь? Китов! – Тимка запрыгал на месте, восхитившись собственной идеей.

– Подумаешь, киты, – буркнул Митяй, не переставая пинать в стену футбольный мяч. Тот отскакивал вместе с кусочками штукатурки, возвращаясь бумерангом хозяину.

– А ещё, до того, как рассказывать перед классом выученное стихотворение, я бы волновался, – не обращая внимания на недовольный комментарий друга, продолжил Тимка. – И тогда на моей поверхности, то есть на море, появлялись бы вспененные барашки. – Он мечтательно закатил глаза.

– Хорош мечтать. У тебя хоть и папа на морском флоте служит, сам ты моря отродясь не видал.

– Не видал… – согласился Тимка, тяжело вздохнул и почесал затылок. И тут его рука взмыла над головой с поднятым вверх указательным пальцем. – Эврика!

Митяй поймал ногой мяч, задержав его на мгновенье, а потом с силой пнул снова в стену.

– Очередная гениальная идея?

– Может, и гениальная! А может, и нет. – Тимка насупился и замолчал. Митяй был младше на целый год и ещё не успел вкусить прелести взрослой жизни первоклассника, как сам Тимка. Откуда, спрашивается, у него замашки старого ворчуна?

– Ну, расскажи, что придумал, – смягчившись, попросил Митяй и передал пас другу.

Тимка ловко остановил ногой мяч, поддел мыском кроссовки и поймал руками.

– Пойдём на колокольню, я покажу.

– А без этого никак нельзя? Ты же знаешь, как я боюсь высоты, – взмолился Митяй.

– Чего тебе больше хочется: бояться или узнать гениальную идею? – поставил друга перед выбором Тимка. – Решение за тобой.

– Значит, всё-таки гениальную? – по-доброму подколол его Митяй и похлопал по плечу.

– Других не держим, – улыбнулся Тимка.

И друзья направились через сквер в сторону заброшенной колокольни.

Близился конец учебного года. На улице царило настоящее лето с ароматами цветов, шелестом молодых листочков и первыми бабочками, порхающими на фоне ясного неба. В выходные город гудел, как пчелиный улей. Никому не хотелось сидеть дома в тёплый майский день. Вот только мамы мальчишек работали по субботам, потому Митяй и Тимка были предоставлены сами себе. Вещи в шкафу, обед на плите. Задача государственной важности – снова не потерять ключи от квартиры.

Миновав тенистые аллеи, Тимка и Митяй пролезли через дыру в сетчатом заборе и оказались на пустыре, который совсем недавно расчистили для строительства нового храма. От прежней церкви почти ничего не осталось, кроме памятника архитектуры – старинной, как прабабушка Митяя, колокольни, которую, по слухам, планировали отреставрировать.

Вдалеке залаяла собака. Митяй остановился, прислушиваясь. Лай приближался.

– Давай вернёмся, а? – предложил он другу. – Или я тебя здесь подожду…

Тимка поднял с земли увесистую палку и, словно меч, выставил её вперёд.

– Не боись. Я не дам тебя в обиду, – уверенно произнёс Тимка и засвистел так, что аж у самого уши заложило.

Метрах в десяти от ребят остановилась здоровенная дворняга, то ли оценивая обстановку, то ли принюхиваясь.

Митяй на всякий случай спрятался за спину друга и, кажется, перестал дышать.

– Привет, дружок! Любишь играть? – ласково спросил Тимка пса. – Ну, конечно, любишь. – Он бросил палку в сторону и скомандовал: – Апорт!

Собака побежала за ней и уже через мгновенье положила добычу к его ногам, в нетерпении переминаясь с лапы на лапу и виляя хвостом.

– Хороший мальчик, – похвалил пса Тимка. – Хочешь, чтобы я ещё бросил палочку? Давай так: ты нас проводишь до колокольни, а я исполню твоё желание. Добро?

Собака подвинула носом палку ещё ближе к Тимке.

– Добро! – ответил он за неё и запустил палку далеко вперёд.

Дождавшись, пока пёс убежит на безопасное расстояние, Митяй вышел из укрытия.

– И как так у тебя всё легко выходит? Я думал, ты будешь палкой отбиваться от зверюги, а ты… Взял и договорился.

– Ну, так ведь лучше? Применять силу, что в споре, что в драке, – последнее дело, если уже другие варианты не сработали.

– Тоже верно, – согласился Митяй.

Всю дорогу до колокольни Тимка бросал псу палку, и тот исправно приносил её обратно. Даже Митяй осмелился разочек поучаствовать и отдать команду собаке.

– Вот видишь, ничего страшного. – Тимка похлопал друга по плечу. – Ты молодец!

– Спасибо. Пёс со своим громким лаем представлялся мне таким свирепым, а вблизи оказался даже милым. Я почти совсем-совсем его не боялся.

– Пойдём избавим тебя ещё от одного страха! Страха высоты! – предложил Тимка.

– Может, не надо? Столько впечатлений для одного дня – не перебор? – взмолился Митяй.

– Не перебор, – твёрдо ответил Тимка. – Зачем тебе столько страхов с собой таскать. Самому ведь тяжело.

– Тяжело, – вздохнув, подтвердил Митяй.

– Тогда решено. Хочешь, я буду держать тебя за руку? – Тимка протянул другу ладошку.

Но Митяй мягко отодвинул её в сторону и первым шагнул к обшарпанным ступеням, ведущим к старой колокольне.

– Я сам! – заявил он и скрылся за покосившейся дверью.

«Надо торопиться, пока Митяй не передумал», – подумал Тимка и пустился вдогонку.

Винтовая металлическая лестница, что вела наверх, явно не была такой ветхой, как само здание, и это Тимку порадовало.

Но подниматься по ней оказалось не так-то просто. Ступеньки кружились вокруг шеста, и вместе с ними, казалось, кружились стены с оголённой кирпичной кладкой и остатками штукатурки, кружилась и голова Тимки. Митяй, на удивление, бодро шёл впереди, будто и страх высоты покинул его за компанию с боязнью собак.

– Погоди! – крикнул запыхавшийся Тимка. – Надо дух перевести. Всё кружится.

Митяй послушно остановился на несколько ступенек выше. И запрокинув голову, радостно воскликнул:

– Мы почти на месте!

Тимка окончательно отдышался, его вроде перестало штормить. Он за несколько быстрых шагов догнал друга и взглянул наверх, куда указывал тот. С верхушки колокольни золотыми полосками тянулся искрящийся свет.

– Как красиво! – восхитился Тимка.

– Угу, – подтвердил Митяй. – И ничуть не страшно. Выходит, я не боюсь высоты… Мне кажется, я теперь вообще ничего не боюсь.

– И это правильно. Вот я, допустим, боялся уколов. А толку? Хочешь – не хочешь, а всё равно поставят, раз надо. Только если не трясёшься, как осиновый листок на ветру, всё пройдёт быстро и почти безболезненно.

– Ну, насчёт уколов я не знаю, – задумчиво отозвался Митяй.

Он пропустил друга вперёд, и через несколько мгновений оба вышли на площадку под сводом колокольни.

– Закрой глаза! – выпалил Тимка.

Митяй в испуге зажмурился, даже не успев ничего разглядеть. Тимка взял его за руку и подвёл к одной из оконных арок, откуда с высоты было хорошо видно широкую протоку реки.

– А теперь сделай руками трубочки и подставь к глазам, будто смотришь в бинокль. Только не открывай раньше времени.

– Это ещё зачем? – возмутился Митяй.

– Так надо. Доверься мне, – попросил Тимка.

Митяй кивнул и сделал так, как настаивал друг.

Тимка уточнил направление, куда следовало нацелить воображаемый бинокль Митяю, и скомандовал:

– Открывай!

– Ой, что это?

– Как что? Это же море!

– Как море? Откуда море? У нас в городе никогда моря не было! Я вижу только маленькие кружочки воды.

– Во-о-от! – протянул Тимка, вглядываясь в синие воды с пляшущими на поверхности солнечными бликами. – А теперь представь, что у этих кружочков нет конца и края, – это море, и оно простирается до самого горизонта, и там встречается с небом.

– Вот это да! – вскрикнул Митяй. – Кажется, я даже увидел дельфина.

– Это кит, – широко улыбнулся Тимка. – Точно знаю! Я его обнял.

Глава 3. …собакой

Тимка с самого утра бродил по окрестным дворам в поисках того, с кем можно было бы пообщаться и поиграть. Но, как назло, так никого и не встретил. Летом большинство ребят разъехалось: кто в лагерь, кто в деревню к бабушке, кто в отпуск с родителями. А его лучший друг Митяй переел на прошлой неделе мороженого и всё ещё валялся дома с ангиной.

Тимка взглянул на часы. Маленькая стрелка приближалась к восьми.

«И какой дурак встанет на заре, кроме меня самого?» – вздохнув, подумал Тимка и забрался на качели.

Мама ушла на работу в семь, и как только он проводил взглядом удаляющуюся по двору фигуру в весёлом платье в горошек, сам выскользнул из квартиры.

Тимка был хитрой совой: в школу его было обычно не поднять, но как только наступали выходные или, как сейчас, каникулы, он вскакивал с кровати на рассвете без всяких будильников, отдохнувший и полный сил. Может, просто школа выжимала из него все соки, или в свободное время жажда приключений брала верх. Ответа на этот вопрос Тимка не знал. Но знал точно, если будет просиживать штаны дома, помрёт со скуки. Мир – он ведь такой интересный!

Тимка перестал отталкиваться ногами. Качели и так взлетали достаточно высоко, грозясь отправить юного покорителя миров в космос. Встречный ветер поднимал в воздух отросшую чёлку, а глаза жмурились от смеси восторга и удовольствия. Тимка замирал, когда качели ухали вниз. Старенький механизм скрипел. Кра-со-та! Вверх-вниз, вверх-вниз.

Но вскоре ему наскучила и эта забава. Уж очень хотелось с кем-нибудь поговорить, поделиться впечатлениями или узнать что-то новое.

Когда его летучий корабль сбавил ход, Тимка лёгким движением оттолкнулся от поручней и удачно приземлился на песок, устояв на пружинящих ногах.

Его немного качало. Потому он не сразу заприметил две бусины чёрных глаз, внимательно глядящих на него из-под всклокоченной чёлки. Пёсик напоминал Майло из фильма «Маска»: белый чудик на коротких лапках с рыжими пятнами, только шерсть у этого была длинной, щетинистой и чумазой.

«А вот и собеседник пожаловал», – обрадовался Тимка и сделал несколько шагов в сторону пса.

– Ты чей, малыш? – Тимка присел на корточки, вытянув открытую ладонь вперёд, без резких движений – как положено.

Прочитав в этом году четыре книги о собаках, он теперь хорошо в них разбирался.

Пёсик не шелохнулся.

«Вот бы я умел понимать язык животных! – подумал Тимка. – Я бы тогда…» – С ходу ему ничего не пришло в голову, а в животе характерно булькнуло.

Тимка так торопился на улицу, что забыл поесть. Хотя прекрасно знал, что завтрак пропускать никак нельзя, – главный приём пищи, как говорила мама.

– Есть хочешь? – спросил Тимка, глядя на собаку, которая замерла точно статуя.

Молчаливый собеседник неожиданно оживился: вскочил на лапы, сделал забавный поворот вокруг своей оси, будто пытаясь догнать хвост, и остановился, продолжив гипнотизировать Тимку.

– Я тоже. Идём! – Он развернулся и размашисто зашагал по аллее в сторону пятиэтажек.

Тимка украдкой поглядывал через плечо. Собака не отставала.

Перепрыгивая через ступени, Тимка в компании пса влетел на второй этаж, открыл ключом скрипучий замок и пропустил гостя вперёд. Тот, принюхиваясь, осторожно зашёл внутрь и сел на коврике в прихожей.

– Молодец! Это ты здорово придумал. Мойте лапы перед едой. – Тимка с прищуром взглянул на пса. – Хорошо бы тебя искупать целиком…

А после разулся, предусмотрительно поднял собаку на вытянутых руках, чтоб не испачкаться, и отнёс в ванную.

Гость терпеливо выдержал водные процедуры. И, как показалось Тимке, даже остался доволен, особенно ему пришёлся по шкурке пенный массаж – Тимка не пожалел своего шампуня. Перед выходом из ванны пёс отряхнулся, окатив нового друга залпом освежающих брызг. От восторга у Тимки перехватило дыхание, он засмеялся, потрепал пса за ухом и проводил на кухню.

– Если бы я был собакой, я бы… – задумчиво изрёк Тимка и откусил от бутерброда с колбасой.

Пёс уже умял порцию макарон с сосисками, которую Тимка должен был съесть на завтрак, и лежал с высунутым розовым языком, тяжело дыша.

– Пустая моя башка, – спохватился Тимка, положил бутерброд на стол и метнулся к раковине. – Ты же пить хочешь!

Пёс тут же подскочил и завилял хвостом.

Тимка поставил перед ним на пол железную миску, доверху заполненную водой. И тот принялся жадно лакать.

– И мне запить бутерброд не мешает. – Тимка достал из холодильника бутылку молока, налил в стакан и осушил его залпом. После вытер усы, убрал со стола, смахнув крошки в подставленную ладошку, и вымыл посуду. Тимка всегда старался помогать маме, чем мог. Она и так уставала на работе.

– Если бы я был собакой, я… – Тимка снова не придумал, чем закончить фразу, и хотел было спросить у пса, что он любит больше всего на свете, но тот сладко спал, свернувшись калачиком под столом и поддёргивая лапкой.

Тимка погладил его чистый упитанный бочок, и пёс приоткрыл один глаз.

– Гулять пойдём?

Предлагать такое собаке дважды не надо. Пёс вперёд Тимки помчался в коридор и поскуливая принялся прыгать у входной двери.

В итоге Тимка провёл в компании нового друга целый день. Они вместе исследовали окрестные дворы, играли в догонялки на аллеях парка, бродили по мелководью на речке. Тимка всё ещё задавался вопросом, что бы он делал, если был собакой, но ответа не находил.

Ближе к вечеру Тимка шёл домой, готовя пламенную речь для мамы, чтобы та разрешила псу у них переночевать. Ведь нельзя же оставлять беспризорного малыша на улице одного ночью. Но этого не потребовалось.

– Тобик! – за спиной послышался тоненький старческий голосок.

Тимка обернулся, заметив в конце двора сухонькую старушку с ходунками на колёсиках.

Пёс помчался к ней со всех лап, позабыв о новом друге, о пережитых приключениях. Он летел, будто на крыльях, к своему человеку. И только это для него сейчас было важно.

И тогда Тимка понял, что бы сделал, если бы был собакой.

Он помахал вслед Тобику со старушкой и направился домой.

Повернув в свой двор, он заметил, что в противоположном углу за деревьями мелькнуло весёлое платье в горошек, и помчался со всех ног наперерез – через детскую площадку, перепрыгивая через разбросанные в песочнице игрушки, прямиком к своему человеку.

– Мама! – Тимка налетел на неё и обнял, уткнувшись в горошки на её платье. – Я так тебя люблю!

– И я тебя очень люблю, малыш. Как прошёл твой день? Чему новому ты сегодня научился?

– Грандиозно! Я научился быть собакой.

Мама сверху вниз хитро посмотрела на Тимку:

– Ух ты, как интересно! Поделишься, как это?

– А вот так! – Тимка ещё крепче прижался к маме. А та обняла его в ответ.

Тимка раскусил собачий секрет: для того, чтобы выразить чувства, слова нужны не всегда, порой – достаточно искреннего порыва.

Глава 4. …летом

Вот и наступило долгожданное лето. С длинными, как поезда дальнего следования, днями. С мягким травянистым ковром под босыми ногами. С огненными закатами, будто сама жар-птица прилетала каждый вечер, чтобы обнять перед сном небо и пожелать Тимка ярких снов. Ну и, конечно, с приключениями, от которых дух захватывало и хотелось петь во всё горло, срывая голос от счастья.

Тимка жаждал собрать столько впечатлений, чтобы когда придёт сентябрь, и нужно будет писать сочинение на тему «Как я провёл лето», ему было из чего выбрать. А ещё лучше выплеснуть на бумагу все-все истории, и тогда получилась бы целая книга. Книга о его, Тимкиной жизни.

Он сидел на залитом солнцем берегу реки и смотрел, как вода куда-то несётся, огибая крутые утёсы.

«Река, наверное, взрослая… Взрослые всегда куда-то спешат», – подумал Тимка.

Ему было невдомёк, для чего они это делают. Ведь если торопиться, можно пропустить самое интересное – то, что есть сейчас.

Тимка сорвал травинку, засунул её сочным кончиком в рот и прикрыл на мгновенье глаза от удовольствия. Внизу шумела река. Ещё он слышал, как гудят пчёлы, собирая нектар с полевых цветов, как ветер шелестит травой.

Тимка запрокинул голову и заметил в вышине парящего коршуна, раскинувшего могучие крылья.

Тимке хотелось запомнить каждую деталь, чтобы потом морозными зимними вечерами греться в лучах тёплых воспоминаний.

«Если бы я был летом, я…» – Тимка задумался.

Он понимал, что лето и то, кем он может стать, не имеют ничего общего. Но фантазию уже было не унять. Так ему нравилась придуманная игра. Без границ. И правила он выдумывал сам.

«Если бы я был летом, – повторил про себя Тимка, – я бы радовал всех вокруг!» – И сам широко улыбнулся от этой идеи.

Тимка не мог представить человека, который бы не любил знойные дни, грибные дожди с сияющей в небе радугой, время сочных фруктов и спелых ягод.

Он последней мысли он непроизвольно сглотнул слюну. Тимка всё бы сейчас отдал, чтобы отведать стаканчик – другой земляники. Проходя утром мимо фермерского рыночка, он заметил на прилавке пластиковые ведёрки с красными мелкими ягодками, которыми торговал дедуля в капитанской бескозырке. Но увы, карманные деньги у Тимки закончились, он их спустил на мороженое ещё вчера.

– Если бы я был летом, я бы точно знал, где растёт земляника, – пробормотал он, вглядываясь в пролесок, раскинувшийся на другом берегу реки.

Тимка скривил губы в улыбке и коротко кивнул пришедшей идее: «Решено!»

Но одному в лес идти совсем не хотелось. Хоть это был и не совсем лес, а оборудованный экопарк для отдыха горожан: с дорожками, освещением и визит-центром. Но всё же, иногда туда захаживали медведи. О чём всегда сообщали в новостях. Для таких приключений Тимке точно нужна была компания лучшего друга. Ведь с другом никакие медведи не страшны.

Он достал из кармана телефон и написал сообщение Митяю:

«Земляники хочешь?»

«Спрашиваешь? Конечно» – прилетело в ответ.

«Тогда собирайся и приходи к мосту».

Тимка отправил сообщение. Не дожидаясь ответа, он поднялся с травы и направился вдоль берега к виднеющимся вдалеке опорам автомобильного моста.

Долго ждать друга не пришлось. Запыхавшийся Митяй появился из-за деревьев и быстро приближался.

– Привет, дружище!

– Привет! – Тимка ответил на рукопожатие. Крепкое, мужское, на которое способны только настоящие друзья.

– Ну, где она? – спросил Митяй, зачем-то осмотрев Тимку с ног до головы.

– Кто она? – удивился Тимка.

– Ты же меня землянику есть звал. Разве нет?

– А-а-а, – дошло, наконец, до Тимки. – Она там! – Он махнул рукой в сторону леса на другом берегу.

– То есть земляники нет? – На лице друга появилась расстроенная гримаса.

– Она есть! Разве я хоть раз тебя в чём-то обманывал?

Митяй отрицательно мотнул головой.

– То-то же! Тогда вперёд.

Друзья пересекли по мосту торопливую реку и вскоре прибыли к границе леса, о чём им дополнительно напомнил информационный щит.

– Куда теперь? – спросил у Тимки Митяй.

Тимка принюхался, как это делают собаки, чем развеселил друга.

– Ты опять хочешь стать собакой?

– Нет, – ответил Тимка. – Сегодня я хочу быть летом.

– Летом? Вот это да! Я тоже хочу быть летом. А как это? Что нужно делать?

– Очень просто. Представь, что ты это оно – лето. Где у тебя растёт земляника? Только отвечай не раздумывая. Первое, что пришло в голову.

–. В кустах, подальше от дорожек, – выпалил Митяй.

– И я, и я, и я того же мнения, – пропел Тимка.

И они двинулись через заросли кустарников в чащу леса, где сосны убегали далеко в небо. Все их штаны покрылись репьями и «собачками». И как только они вырвались из коварных оков колючих веток, хлестающих по лицу, увидели её! Землянику! Островки с красными созревшими ягодками подмигивали из-под зелёных листочков на полянке прямо между сосен, тут и там. Тимка и Митяй присели на корточки и принялись уминать добычу. Ягода напоминала само лето: ароматное, сочное, яркое и бесконечно любимое.

– И как мы раньше не знали о таком месте? – Митяй с порозовевшими губами собирал землянику в сложенную лодочкой ладошку, а потом опрокидывал всё содержимое в рот.

– Потому что для этого нужно было стать летом, – отозвался наевшийся до отвала Тимка. Он был доволен, что придумал такую классную игру, которая приносила плоды, вернее, ягоды.