Цитаты из книги «Нетопырь», страница 18

Когда его спросили, зачем он раскрыл обман, Ван Дорен рассказал о своем дяде, который однажды признался жене в том, что изменял ей. После этого в семье был серьезный скандал, и Ван Дорен спросил дядю, зачем он рассказал об измене, ведь она произошла много лет назад и потом дядя ни разу не видел ту женщину. И дядя ответил, что хуже всего не измена, а то, что он остался безнаказанным. Этого дядя больше не мог вытерпеть. И Ван Дорен — тоже.

Думаю, что когда люди перестают считать свои поступки правильными, у них возникает потребность в наказании. Во всяком случае, я мечтал о том, чтобы меня наказали: бичевали, мучили, унижали. Что угодно, лишь бы я снова смог обрести себя. Но наказывать меня никто не собирался. А так как я официально был трезвым, меня не могли даже выкинуть с работы. Напротив, шеф публично меня отметил как сотрудника, серьезно раненного при исполнении. И я решил наказать себя сам. Вынес самый суровый приговор: жить дальше и бросить пить.

В восемнадцать лет Эванс решил заняться тем же, что и большинство австралийских подростков. [...] То есть ничем.

Харри задумался. И думал, наверное, очень долго, потому что датчане, не дождавшись ответа, ушли.

Забудем, что творил этот дьявол при жизни. Выпьем за Эндрю Кенсингтона. 

Некоторые рыбы, вроде макрели, когда мы вот так вырубали свет, просто разбивались от страха о стекло. Поэтому мы начали гасить свет постепенно, как оно бывает в природе. И рыба стала реагировать лучше. По свету тело чувствует, когда день, а когда ночь. И лично я думаю, что рыбам, чтобы избежать стресса, нужен естественный суточный ритм. У них, как и у нас, есть биологические часы, и шутить с этим не надо. Вот, к примеру, в Тасмании некоторые, кто разводит баррамунди, осенью дают рыбам больше света, чтобы те, глупые, думали, что еще лето, и подольше метали икру.

Харри достал блокнот. Он не собирался ничего записывать, но по опыту знал, что сам вид блокнота вызывает у свидетелей ощущение значимости даваемых показаний. Свидетели подходят к делу основательнее, стараются не допускать в показаниях ошибок и точнее указывают имена, названия мест и время в часах и минутах.

- Легче одолеть врага, если сражение разделить на несколько коротких схваток, чтобы противника можно было изучить, узнать его слабые стороны и наконец разбить.

Но по счастью, правда - штука относительная. И гибкая. Мы вертим и гнем ее так, чтобы она умещалась в нашей жизни. Хотя бы частично.

- Когда не знаешь своего лесса, другим туда лучше не ходить. Слишком просто оступиться и упасть.

- А сколько тебе нужно времени, чтобы как следует узнать человека?

- Как следует узнать? - Эндрю завороженно понюхал сигару. - Ну, Харри, самые протоптанные тропинки в этом темном и дремучем лесу находишь почти сразу. У кого-то эти прямые, ухоженные, с освещением и указателями. Кажется, они готовы рассказать тебе все. Но именно тогда стоит быть осторожнее всего. Потому что лесные звери не живут на освещенных дорогах. Они живут в чащах и зарослях.

- И много нужно времени, чтобы это изучить?

- Зависит от тебя. И от леса. Иногда лес попадается темнее обычного.