Цитаты из книги «Стража! Стража!», страница 43

The sergeant was also pretty sure that unless they came up with something about this dragon very soon then the Patrician was going to be unhappy. And when the Patrician was unhappy, he became very democratic. He found intricate and painful ways of spreading that unhappiness as far as possible. Responsibility, the sergeant thought, was a terrible thing. So was being horribly tortured. As far as he could see, the two facts were rapidly heading toward one another.

Как изумительно заниматься волшебством. Вы говорите им ложь, а затем когда она больше не нужна, то говорите им следующую ложь и сообщаете, что они продвигаются по дороге к мудрости. И вместо того чтобы смеяться, они следуют за вами сильнее, надеясь, что в глубине всех этих лживых сказок они отыщут истину. И шаг за шагом они приемлют неприемлемое. Изумительно.

Собаки не похожи на кошек, которые терпят людей только до тех пор, пока кто-нибудь не изобретет консервный нож, которым можно работать лапой. Собак создали люди, они взяли волков и наделили их человеческими чертами: ненужной разумностью, именами, желанием принадлежать кому-то и болезненным комплексом неполноценности. Всем собакам снятся волчьи сны, а мечтают они о том, чтобы хорошенько покусать своего Создателя. Каждая собака в глубине души понимает, что она Плохая Собака...

Словно загипнотизированный, капитан Ваймс перевернул несколько страниц. Они открывали дверь в другой мир, мир изрядно озадачивающих проблем. Застревание в горле. Беспорядочное спаривание. Сухое легкое. Вертячка, рвота, слезотечение, камни. Поразительно, как такое нежное существо, как дракон, вообще доживает до своего второго рассвета, заключил капитан Ваймс по прочтении нескольких страниц. Даже простую прогулку по комнате следует рассматривать, как биологическую победу.

Собак создали люди, они взяли волков и наделили их человеческими чертами: ненужной разумностью, именами, желанием принадлежать кому-то и болезненным комплексом неполноценности.

У вас есть право хранить молчание, – начал он. – У вас есть право не наносить себе вреда, падая на лестнице по пути в камеру. У вас есть право не выпрыгивать из окон. Вы не обязаны ничего говорить, ребята, – но все, что вы скажете, в общем, я должен это записать, и потом оно может быть использовано как свидетельство против вас.

Что-то запищало. Ваймс пошарил около трясущегося дракончика, вытащил маленького резинового бегемота, некоторое время удивленно разглядывал игрушку, а затем пару раз сдавил.

- Я решил, может, что это его развеселит, - слегка смущенно объяснил Моркоу.

- Ты купил ему игрушку?

- Да, сер.

- Какая добрая мысль.

Ваймс искренне надеялся, что Моркоу не заметил валяющийся в углу ящика пушистый мячик. Этот был гораздо дороже.

Последние крысы самоуверенности брата Сторожевой Башни стремительно покинули корабль его мужества.

...но крупномасштабная система медицинской помощи отсутствовала, так что люди умирали сами по себе, без помощи докторов.

– Мое основное правило: строй темницу так, чтобы тебе самому захотелось провести в ней ночку-другую.

– Патриций разложил еду на скатерти. – Мир стал бы куда более приятным местом, будь в нем больше людей, следующих этому правилу.