Цитаты из книги «Движущиеся картинки», страница 7

– Как‑как? – спросил старик. Декан нагнулся к самому его уху.

– Я говорил, – сказал он, – что в наше время мы понятия не имели, что означает слово «секс».

– А‑а. Очень верно, очень верно! – пробормотал Сдумс, устремляя задумчивый взор к пылающим углям. – Кстати, не помните, нам таки удалось узнать, что оно означает?

Минуту‑другую никто не решался нарушить паузу.

– Какое тихое, нежное утро! – проговорил Виктор как можно более беспечно. – Этот туман скрывает все острые углы…

– Вот это точно! – с готовностью подхватил Гаспод. – А еще кажется, что со дна морского явились ужасные чудища и истребили все живое, только мы с тобой остались.

Йети, представляющие высокогорный подвид семейства троллей, слыхом не слыхивали о том, что людоедство безнадежно вышло из моды. Их мнение по данному вопросу таково: ешь что шевелится. Если не шевелится, подожди, пока шевельнется. И тогда ешь.

Забавно… В течение многих недель он целыми днями держал ее в своих объятиях, отважно сражался с ее невообразимыми недругами, которых обычно воплощал Морри, потом целовал ее и в финале почти всегда мчался с ней верхом в сторону заката, туда, где они проживут в счастии и экстазе до конца дней своих. Едва ли нашелся бы хоть один зритель из тех, кто посмотрел клик с их участием и кто поверил бы, что он, Виктор, оказавшись в спальне своей партнерши, провел всю ночь на усеянном занозами стуле. Он и сам в это не верил. Да, в кликах такую историю не встретишь. Клики – это сплошь рассказы о Страстной Любви в Охваченном Безумием Мире. И если бы это был клик, Виктор бы не сидел здесь в темноте, на этом крайне неудобном стуле. Он бы… В общем, он бы не сидел в темноте на крайне неудобном стуле – это уж точно.

Виктор помнил, что в детстве очень боялся тигров. Напрасно взрослые убеждали его,

что в радиусе трех тысяч миль никакого тигра не может быть в помине. Маленький Виктор

задавал вопрос:

– А между нашим городом и тем местом есть какое-нибудь море?

И когда взрослые говорили, что, дескать, моря, может, и нет, Виктор всегда отвечал:

– Значит, нас разделяет только расстояние…

Трагедия в том, что некоторые люди так и не узнали, кем они могли бы стать. Всему виной — упущенные возможности.

—, сказал Виктор и тут же умолк.

— ? — спросила Джинджер.

— ?

— !

Их мнение по данному вопросц таково: ешь что шевелится. Если не шевелится, подожди, пока шевельнется. И тогда ешь.

Такой трактир несложно найти в любом городе. Он всегда скудно освещен. Посетители, хоть и говорят без умолку, услышанными быть не расчитывают — да их никто и не слушает. Он общаются со своим ущемленным самолюбием. В такие трактиры стекаются неприкаянные, побитые судьбой личности, а иногда и обыкновенные люди, которых злые силы временно вывели за пределы трассы, заставив пройти техосмотр.

Держать такие трактиры — дело очень выгодное.

— Ерундп, можешь не волноваться, — сказал оню

— Да?

— Просто череп.

— Чей череп?!

— Он не признался.