Цитаты из книги «Движущиеся картинки», страница 6

И в самом деле, экзамен нужно сдавать с ясной головой. Отправной точкой множества блестящих карьер в области уборки улиц, сбора фруктов, гитарной игры в подземных переходах послужило недостаточное понимание этого простого факта.

И госпожа Мариетта Космопилит, что живет в доме номер 3 по улице Щеботанской в Анк-Морпорке, тоже поверила бы. Но она также верила, что земля круглая, что перышко чеснока в бельевом ящике комода отгоняет вампиров, что время от времени полезно побыть на людях и посмеяться, что в каждом есть что-то хорошее – надо только знать, где искать, и что три отвратительных гнома всякий раз подсматривают, когда она раздевается перед сном.

Некротеликомникон принадлежит перу одного клатчского некроманта, в миру известного под именем Ахмед Безумный, хотя сам он предпочитал, чтобы его называли Ахмед Просто-Голова-Болит. Считается, что в день написания Некротеликомникона Ахмед выпил чудовищное количество знаменитого клатчского кофе, который не столько трезвит, сколько проводит вас через состояние трезвости и выводит на другую сторону этого состояния. Это позволяет разуму ненадолго вырваться из уютного розового тумана, в котором мы проводим наши жизни, и получить истинное представление о картине мироздания, при виде которой нетренированный мозг впадает в вечную кому. О жизни Ахмеда, предшествующей этому событию, сохранились лишь отрывочные сведения, поскольку страничка, озаглавленная «Коротко об авторе», сгорела сразу после его смерти. И все же из раздела «Другие книги автора» можно кое-что почерпнуть. То, что предыдущая опубликованная Ахмедом работа носила название «Веселые Рассказы о Кошках», несомненно, многое объясняет.

— Я тут сегодня во дворе забавную тварь видел, — наконец сказал он. — Мартышка вроде. Рыжая такая, аж горит.

— А, да, — бодро отозвался казначей. — Это библиотекарь.

— Он что, держит мартышку?

— Нет, аркканцлер, ты меня неправильно понял, — всё с той же бодростью пояснил казначей. — Это библиотекарь и был.

Аркканцлер устремил на него долгий, пытливый взгляд. Улыбка на лице казначея начала медленно стекленеть.

— Библиотекарь что, мартышка?

Казначею понадобилось немало времени, чтобы всё объяснить, после чего аркканцлер спросил:

— То есть ты хочешь сказать, что некогда этот тип вдруг превратился в мартышку?

— Именно. В библиотеке случилась небольшая авария. Взрыв, выброс магии. Только что был человек, и вдруг — орангутан. Только не стоит называть его мартышкой, мэтр. Он — обезьяна.

— Не один ли черт?

— По-видимому, нет. Он делается весьма агрессивен, когда его называют мартышкой.

— То есть у него нет привычки показывать людям задницу?

Казначей зажмурился и содрогнулся:

— Нет, господин. Ты путаешь его с гиббоном.

— А-а… — аркканцлер призадумался. — Может, здесь ещё какие обезьяны работают? Ты предупреди.

Стояла полночь – не та полночь, что накануне, но во многом на нее похожая.

Откуда-то доносились крики, крики очень вежливые и сдержанные. Такое впечатление, что кто-то взывал о помощи, но одновременно не хотел никого особенно тревожить.

Вселенная знает немало жутких способов выведения человека из состояния сна. В их число входят: толпа незваных гостей, вваливающаяся в вашу квартиру; истошный вой пожарной сирены, осознание того, что сегодня ведь понедельник, который в пятницу вечером казался таким невероятно далеким.

Виктора подвели к верблюду познакомиться. Тот обмахивался длинными ресницами и медленно пережевывал нечто, похожее на мыло. При этом он лежал, подобрав под себя колени, и всем своим видом показывал, что рабочее утро у него выдалось очень долгое и что он не из тех верблюдов, которые позволяют человеку садиться им на голову. На сей момент он успел лягнуть уже троих.

- Как его зовут? - опасливо спросил Виктор.

- Мы зовем его Злобный Сукин Сын, - сказал недавно назначенный вице-президент по отношениям с верблюдами.

- На самом деле, господин, я пришел, чтобы поговорить об одном из наших студентов.

- Студенты? – рявкнул аркканцлер.

- Да, мэтр. Ну, такие тощие, с бледными лицами. Мы ведь университет, нам без студентов нельзя. Они – часть университета, как крысы…

Кстати, познакомся, это мой племянник Солл. Сообразительный мальчишка. Даже в школу чуть не поступил.