Цитаты из книги «Финансист», страница 32

Тем не менее она облагородила его представление о женщине. В ней не было животной силы к необузданности, как в тех женщинах из вертепов, грубо и бесстыдно нарушавших общепринятые понятия

своих личных интересах. Великие мира сего, прознав об этом, могут разгневаться. Если же он откажется вести столь выгодные дела со Стинером

ваниями, торговавших всем, что могло понадобиться для городского хозяйства, – досками, камнем, железом, сталью, цементом

но страсть и влечение должны сохраняться – слишком уж горька бывает их утрата.

лючении Каупервуда. Чиновник, в свою очередь, выдал

вычеканена тонкая, нежная рука с вознесенным пылающим факелом.

Каупервуд спокойно посмотрел на него. Он все сказал отцу, больше ему говорить было нечего. – После твоего ухода я в последний раз попробую уломать Стинера, – сказал он. – Мы

В его глазах светился огонек страсти, пусть притушенный волей, но все-таки властный и, по ее представлению, всесильный.

Здоровье было подорвано: уход за двумя детьми и обнаружившиеся в последнее время признаки катара желудка отняли у нее много сил. Нервная система ее расстроилась, и временами она страдала приступами меланхолии. Каупервуд все это замечал. Он старался быть с ней по-прежнему ласковым и внимательным, но, обладая умом утилитарным и практическим, не мог не понимать, что рано или поздно у него на руках окажется больная жена. Сочувствие и привязанность, конечно, великое дело, но страсть и влечение должны сохраняться – слишком уж горька бывает их утрата. Теперь Фрэнк часто засматривался на молодых девушек, жизнерадостных и пышущих здоровьем. Разумеется, похвально, благоразумно и выгодно блюсти добродетель, согласно правилам общепринятого кодекса морали, но если у тебя больная жена?.. Да и вообще, разве человек прикован к своей жене? Неужто ему уж ни на одну женщину и взглянуть нельзя? А что, если по сердцу ему пришлась другая?

В эту пору медленно надвигалась и наконец