Я видел тьму, о которой он говорил. Она окутывала мир.

Напрочь ничего стереть нельзя.

Так практически всегда происходит с людьми, когда они сталкиваются с чем-то необычным. Самое простое для них - обо всем забыть.

- Кошмар какой-то. У нас осужденный, который, возможно, невиновен, скорее всего невиновен, но он пройдет Зеленую милю. И сомнений в этом нет, как не сомневаемся мы в том, что Господь сотворил большие деревья и маленьких рыбешек.

... Мальчик, которого все годы учебы будут безжалостно избивать смеющиеся, издевающиеся одноклассники, которого не пригласят поиграть в бутылочку, который не познает женщину, предварительно не заплатив ей, который при каждом взгляде в зеркало будет думать: урод, урод, урод, урод.

"Не позволяйте никому причинять вред моей мышке", - попросил он, и я пообещал. Как обещал всем и все, когда им действительно предстояло пройти Зеленую милю.

Время все лечит, хотите вы этого или нет. Время все лечит, все забирает, оставляя в конце лишь темноту.

Я устал от ненависти людей друг к другу. Она похожа на осколки стекла в мозгу. Я устал от того, что столько раз хотел помочь и не могу. Я устал от темноты. Но больше всего от боли. Ее слишком много. Если бы я мог сам со всем покончить! Но я не могу.

Они все еще здесь. Кусочки их все еще здеь. Я слышу их крики.

- Они все еще здесь. Часть их все еще здесь. Я слышу, как они кричат.