Цитаты из книги «Туман (сборник)», страница 4

Когда Хэл Шелбурн увидел то, что его сын Дэнис вытащил из заплесневевшей картонной коробки, задвинутой в самый угол чердака, его охватило такое чувство ужаса и тревоги, что он чуть не вскрикнул. Он поднес ладонь ко рту, как будто пытаясь запихнуть крик обратно... и тихонько кашлянул.

Надо ложиться спать. Но сначала я поцелую сына и шепну ему на ухо два слова. Знаете, чтобы не снилось ничего плохого. Два слова. Одно из них - то самое, что я услышал: "Хартфорд". Другое слово: "Надежда"

И я подумал, что эту силу дал ей именно туман. Силу и способность затуманивать людям головы. Туман, отобравший у всех нас силу солнца.

Только бы снова увидеть солнце!

Я стоял и глядел, как мелькают подошвы его кедов. Я люблю его. Что-то есть в его лице и в том, как он смотрит на меня, отчего мне начинает казаться, что в жизни всё в порядке. Конечно, это ложь: в нашем мире никогда не бывает всё в порядке и никогда не было. Но мой сын даёт мне возможность поверить в эту ложь.

Я сел на пол, посадил Билли на колени, прижав лицом к себе, стал успокаивать его и что-то ему говорить. Я говорил всю неправду, которую родители обычно держат про запас для тяжелых случаев, ту самую неправду, которая так убедительно звучит для ребенка, и говорил ее совершенно убежденно.

Трудно представить, что это может быть так, но это действительно так. Разум человека — тёмный лес.

— Не стоит себя ругать, — коротко сказала миссис Репплер. — Ты не можешь думать обо всем сразу. А если будешь пытаться, то вообще с ума сойдешь и ничем не сможешь нам помочь.

Восемь человек. Это не так много. Но я понимал беспокойство, отразившиеся на их лицах. Восьмерых было вполне достаточно, чтобы сделать их самой большой моральной силой в супермаркете, особенно теперь, когда не стало Дена и Майка. И мысль о том, что самая большая моральная сила в нашей замкнутой системе внимает каждому слову миссис Кармоди об ужасах ада и чашах гнева господня, вызывала у меня чертовски сильную клаустрофобию.

Волнение, вызванное бурей, а потом полицейскими и пожарными сиренами, растерянность, которую средний американец всегда испытывает при нарушении электростабжения, атмосфера нарастающей напряженности, все это вдруг заставило людей зашевелиться.