Он хотел было перевернуть книгу, прочесть то, что написано на задней обложке. Тед ласково положил ладонь на руку Бобби, помешав ему.

- Не надо, - сказал он. - Как личное мне одолжение - не надо.

Бобби непонимающе поглядел на него.

- Книга должна быть как неисследованные земли. Приступай к ней без карты. Исследуй ее и составь собственную карту.

После хороших фильмов мир вообще Бобби никогда не нравился. Некоторое время мир этот казался чьей-то нехорошей шуточкой – полным-полно людей с тусклыми глазами, мелочными планами и всякими изъянами на лицах. Ему иногда казалось, что, имей мир хороший сюжет, он был бы куда более приятным местом.

Оскорбления Ронни были настолько грубыми и прямолинейными, настолько налитыми злостью, что почти все ребята принимали их за шутки, а то и за завуалированные похвалы. И так, и эдак они ошибались. Каждое ядовитое слово, когда-либо произнесенное Ронни, означало именно то, что означало.

Я готов мириться со многими человеческими недостатками, но самодовольных скотов не терплю. И все-таки я испытывал к нему долю сочувствия. Он был лишен чувства юмора, а это, на мой взгляд, калечит не менее того, что искалечило ноги Стоука Джонса.

Над своей кроватью я повесил плакат с Хамфри Богартом; Нат над своей повесил фотографии своего пса и своей девушки. Девушка была бесцветным созданием в костюме уиздомской группы поддержки и сжимала жезл, точно дубинку. Ее звали Синди. Пса звали Ринти. И девушка, и пес были запечатлены с совершенно одинаковыми зубастыми улыбками. Хреновый сюрреализм, дальше некуда.

Чем старше я становлюсь, тем труднее отбрасывать глупость и сберегать чары. Мне приходится напоминать себе, что тогда мы были меньше - такими маленькими, что могли вести наши многоцветные жизни под шляпками грибов, твердо веруя, будто - это деревья, укрытие от укрывающего неба.

Война — прибыльное дело, вложите своего сына.

Есть писaтель, Дэвид Гудис - из тех, кого преподaвaтели колледжей не читaют, гений книжек в бумaжных обложкaх нa прилaвкaх aптек. Тaк он нaзвaл его "Тaм, внизу". Он говорит, что в кaждом городе есть тaкой вот рaйон или квaртaл, где можно купить секс, или мaрихуaну, или попугaя, который сыплет отборным мaтом, и где мужчины сидят нa крылечкaх и болтaют - вон кaк те, нaпротив; где женщины словно бы всегдa орут, чтобы их чaдa немедленно шли домой, если не хотят попробовaть ремня, где бутылки с вином всегдa носят в бумaжных пaкетaх. < ... > "Тaм, внизу", - говорит Дэвид Гудис, - это место, где нет необходимости в фaмилиях и где можно купить все, если есть деньги.

Читaть спортивные зaметки было интересно (Мори Уиллс дaвaл жaру), стaтьи - не тaк, a персонaльные колонки совсем зaнудно - длинные, скучные, полные вырaжений вроде "фискaльнaя ответственность" и "экономические индикaторы рецессионного хaрaктерa". И все-тaки Бобби был готов их читaть. В конце-то концов он выполняет свою рaботу, зaрaбaтывaет нaличные a любaя рaботa по большей чaсти зaнуднa - хотя бы чaсть времени.

Процент самоубийств среди уцелевших атлантидцев очень велик. Ничего удивительного, по-моему. Когда ваш континент уходит на дно прямо у вас под ногами, с вашей головой что-то происходит.