Читать книгу: «Сердце Серафима», страница 2

Глава 3

Вдох-выдох, ещё вдох. Что со мной происходит? Я чувствую злость. Нет. Скорее страх и стыд. Не понимаю. Калис оперлась руками об ограждение на террасе. Казалось, даже воздух вокруг неё задрожал и помутнел. Бледные пальцы сжали деревянные перила так, что начала сползать краска. Но осенний воздух с запахом почвы и сада сделал своё дело. Девушка приходила в себя. Комок в горле начал рассасываться, и через несколько минут она уже отогнала ненужные мысли.

Стоит поблагодарить мать за улаженный конфликт. Но, конечно, не сегодня. Этим вечером Калис уже не могла вернуться в банкетный зал, и не хотела. Ночь окутала плечи прохладой. Листва многолетних клёнов шелестела на ветру, а за возвышающейся стеной горело небо, освещённое городскими огнями. Из-за этого света здесь никогда не было видно звёзд. Калис старательно пыталась разглядеть хоть одну, когда в саду вдруг появился тёмный силуэт.

Элиас замер с полотенцем в руках. Очевидно, сначала он хотел незаметно проскользнуть, сделав вид, что не заметил девушку на террасе, но их взгляды встретились, и пришлось всё же остановиться.

– Что ты здесь делаешь? – прошептала Калис.

– Душевые находятся далеко от корпуса сотрудников. Мне разрешили ходить через внутренний двор, – ответил парень. – А ты… вышла на балкон, чтобы втихушку съесть этот сэндвич?

Он шагнул из темноты и встал в метре от ограждения. Теперь мокрые волосы, упавшие на лоб, отражали свет фонаря. Полуулыбка делала его жутковатым.

– Аа, я понял. Ты тут рыдаешь, да? – с издёвкой спросил парень.

Потерявшись от наглости, девушка ляпнула:

– Я ем этот сэндвич! А вовсе не рыдаю. Видишь? – сказала она и демонстративно откусила небольшой кусок. Элиас рассмеялся, обнажив половину всех зубов во рту.

– Ладно, давай серьёзно. Ты так распереживалась, потому что твой титановый монстр никак не заработает?

– Он заработает, – Калис проглотила кусок.

Она по-прежнему была на взводе, и вопросы наглого опечатанного лишь усугубляли ситуацию.

– Я изучила все процессы связывания сердца с Серафимом. С точки зрения биологии просто не может. Не может быть проблем. Мой мозг идеально подходит. Тело в лучшей физической форме! Я всё делаю, как надо, но каждый раз при присоединении, я отключаюсь.

Девушка посмотрела в пол и запустила руку в копну волос, будто разговаривала сама с собой, а не с Элиасом.

– Неужели? Ты так уверена в себе?

– Я не знаю, просто не знаю в чём проблема!

Внезапно парень подпрыгнул и вальяжно уселся на белые перила. Калис резко отшатнулась назад, вспомнив с кем имеет дело.

– Я следил за всеми механическими процессами. Всегда всё было идеально. Ты не задумывалась о том, что возможно ты не так уж и хорошо понимаешь суть этой машины?

Элиас спрыгнул на пол террасы и встал напротив Калис. Наследница ощутила волну беспокойства. Мужчина был выше почти на целую голову, хотя она сама обладала не низким ростом. Во время работы она этого не замечала, но сейчас они были одни, а его взгляд сверху вниз сильно пугал.

– Калис, ты знаешь каким образом Серафим убивает демонов?

Элиас по-прежнему смотрел на неё с улыбкой, но тень на его лице делала взгляд угрожающим. Колени девушки слегка задрожали, а внутри всё сжалось. Она невольно бросила взгляд на его левую руку. Её взгляд не остался не замеченным.

– Ты меня боишься? – улыбка парня стала ещё шире, он задрал рукав, показывая ей маленькую татуировку в виде нескольких переплетённых рун.

– Уходи, – Калис выдавила из себя лишь слабый писк, с трудом оторвав взгляд от запястья.

Элиас не думал отступать. Он приблизился ещё на шаг, а его взгляд быстро скользнул в бок. В следующую секунду он вырвал из рук наследницы недоеденный сэндвич и тут же с наслаждением откусил.

– Спасибо за угощение. Увидимся на работе, – парень вновь перемахнул через перила и скрылся за углом здания.

Калис ещё минуту в недоумении стояла на месте. Он что… украл мою еду?

Как человек, которому вся страна с детства выказывала уважение, Калис была шокирована абсурдом ситуации. Однако на сегодня с неё хватит. Не став ни с кем прощаться, она поспешила дойти до своей комнаты через сад и уснула сразу, как только голова коснулась подушки.

В следующие два дня Калис полностью погрузилась в круговорот тренировок и попыток оживить робота. Она должна была стать сильнее, у неё была конкретная задача, поэтому она продолжала стоять на ногах после 6 часов занятий спортом. Потратив всю ночь на повторное прочтение всех инструкций, Калис лишь убедилась, что всё делает правильно, и теперь важно лишь трудиться. Девушка была готова заползать в грудь Серафима по десять раз за день, но Веста запретила пробовать больше трёх раз. Однако даже с таким раскладом силы были совсем на исходе.

Механик на помосте продолжал нервировать Калис. Она гордо игнорировала его попытки пошутить и ни на секунду не переставала быть серьёзной. При свете дня опечатанный не так сильно пугал её, но она всё равно периодически видела в его глазах дьявольский огонёк.

На третий день в наблюдательный пункт зашёл Евгений. Калис на пару с Вестой провели ему экскурсию, доказывая, что система управления его машиной в полном порядке. Учёный, разумеется, похвалил девушек, будто им было по десять. Но к испытанию на синхронизацию отнёсся серьёзно. Калис тоже была намерена добиться сегодня успеха. Зайдя на помост, она небрежно поздоровалась с Элиасом и принялась надевать пульсометры на запястья и голову.

– Волнуешься? – кудрявый механик подошёл ближе, держа руки за спиной.

– Нет. Я полностью готова. – Калис резко перевела взгляд на его длинные ресницы. Прищуренные глаза явно выдавали насмешку.

– Попробуй представить, как убиваешь демона. Может это поможет соединиться с ним. Ведь у машины-убийцы должно быть безжалостное сердце, – бросил парень в спину наследнице.

Калис охватило сильнейшее желание ударить этого задиру. Он намеренно выводил её из себя. Но она не успела ничего ответить, дверь уже была закрыта, и девушка вновь погрузилась в процесс соединения. Не важно. Глупые эмоции не помешают ей сделать всё как надо. Калис пару раз вдохнула и закрыла глаза, притягиваемая плотью Серафима. С раскинутыми руками возле тёмной стены бордового цвета, она напоминала муху, угодившую в паутину. Голос Весты в наушнике наконец-то начал отсчёт. «Десять, девять, восемь, семь…» – спину пронзила знакомая пульсация. Вокруг зарябил тусклый свет, а ноги перестали слушаться. «Три, два, один». Нельзя отключаться. Держись, девушка боролась с туманом в голове сколько могла. И через минуту в наушнике знакомый голос прошептал: «Охренеть.»

Фигура в титановой броне вновь открыла глаза, радужка горела неоново-голубым цветом. Весь подземный корпус осветился и будто ожил. Люди в диспетчерской прилипли к стеклу, словно дети, желая рассмотреть пробуждение гиганта. Внезапно из швов в каркасе экзоскелета начало исходить слабое свечение. А через пару секунд тело Серафима стало дымиться, словно горело изнутри. Сотрудники заёрзали на месте, кто-то даже выкрикнул, что робот вот-вот взорвётся. Но доктор Фролов был абсолютно спокоен. Как и Веста, Евгений знал, что всё нормально. Всё шло по плану.

Нетерпеливо трогая карман рабочего халата, доктор Фролов смотрел на Серафима так, будто вновь встретил старого друга.

Калис думала, что вот-вот потеряет сознание, но, открыв глаза вдруг поняла, что её тело больше ей не принадлежит. Она видела перед собой стекло и людей за ним. Но чувства были очень странные. Все сотрудники вдруг перестали различаться между собой, будто их лица смазали на видео. Девушка ясно видела всё, но была не в силах пошевелиться. Казалось, будто тело Серафима слишком тяжёлое. Кроме того, Калис внезапно поняла, что ей больше не нужно дышать, и в этот момент в наушнике закричала Веста: «Пульс растёт! Прекратить всё.» Калис уже слабо понимала голос подруги, но через пару секунд она перестала видеть глазами Серафима, будто её выдернули из реальности.

Элиас отсоединил её и молча вывел на платформу. Калис чувствовала лишь небольшое головокружение. Однако собственное зрение возвращалось очень медленно.Вокруг уже собрались люди, когда Веста перехватила наследницу за плечо и, смеясь, сказала:

– Вот же выпендрёжница. Как любимый дядюшка пришёл, так сразу со спецэффектов начала, – блондинка вытащила ослабевшую Калис из толпы и довела до комнаты отдыха.

Когда мир вновь начал появляться перед глазами, Калис сидела на диване, завёрнутая в тёплый плед. Веста и Евгений стояли рядом и радостно обсуждали случившееся. Особенно восторженной была блондинка, будто сама только что пробудила стального великана.

– Я не смогла заставить его двигаться. Мне жаль, – к всеобщему удивлению, сердце Серафима вовсе не была довольна своей работой.

– Не волнуйся, Калис. Просто Серафиму нужно чуть больше времени, чтобы сердце прижилось, – сказал Евгений, положив руку на её плечо. – Прошу, оставь нас ненадолго.

Доктор повернулся к Весте, и та нехотя удалилась, закрыв за собой дверь.

– Евгений, я знаю, что других вариантов нет, но вы же видите сами, что я не могу, – Калис разочаровано поджала ноги к груди.

– Послушай, твой отец создавал это оружие пятнадцать лет. А затем четыре года был его сердцем. Но, хоть у тебя и есть его гены, ты не Никонт. Если ничего не выйдет, это не твоя вина, – учёный точно знал, что девушке нужна поддержка, – но, если всё-таки ты сможешь это сделать, то весь мир будет тебе благодарен.

Калис устало кивнула. Мир будет благодарен. Но если ничего не выйдет, мир меня возненавидит. Это не стоило озвучивать, но это было так.

– Зачем вы наняли того механика? – всё таким же слабым голосом спросила наследница. —Он ведь опечатанный.

– Верно. Но тебе не о чем волноваться. Элиас опечатан добровольно, и живёт в Ороглее уже пять лет. Он не потеряет контроль и никому не навредит.

– Но вы могли нанять кого-угодно. Так?

Евгений усмехнулся. В уголках его серых глаз собрались букеты морщинок.

– Да. Но он отлично разбирается в поддержании состояния брони. А ещё я хотел, чтобы ты познакомилась с ним поближе. Ведь врага нужно знать в лицо, – мужчина говорил спокойно, но это явно было «отеческое» наставление. – Он действительно неплохой парень. Тебе стоит пообщаться с ним поближе и понять, как работают мозги у таких как он. Конечно, нужно всегда быть начеку, но ты же смелая. Я тебе этого ещё не рассказывал, но Серафим находит демонов по запаху. Одержимые имеют другой генетический код. Машина найдёт их и с лёгкостью отличит от людей.

– Но что он с ними делает потом?

– Убивает демона, освобождает человека. Тебе можно не задумываться. Серафим сам знает, что делать, – ответил учёный, а затем почти сразу ушёл, чтобы ответить на звонок.

Калис вовсе не была рада совету поболтать с Элиасом, но её успокоили слова Евгения. Если парень добровольно позволил опечатать себя, и целых пять лет демон не выходил наружу, значит он действительно не опасен. Страх наконец немного отступил, оставив лишь раздражение.

Глава 4

В просторной пустоватой комнате с пыльными шкафами и книжными полками, горела лишь одна лампа. Над столом в кабинете висел огромный портрет, на котором в белом жакете позировал широкоплечий беловолосый мужчина. Кабинет принадлежал генералу Кимрею. После скоропостижной смерти родителей Ригель не переделал там ничего, поэтому комната была подобна мрачной библиотеке. Генерал сидел за столом, заваленным бумагами, освещая комнату экраном компьютера. Уже третью ночь он не мог обнаружить одно дальнее поселение одержимых. Его люди обшарили все леса, но опасное сборище демонов так и не нашлось. Хмурое лицо освещалось голубым светом, светлые брови мужчины сошлись у переносицы. Он нервно постукивал по дереву костяшками пальцев. Серые шторы, закрывающие полностью стену, внезапно зашевелились от сквозняка, но генерал ничего не заметил.

– Всё подготовили, как вы просили, – в дверях появился худой юноша в коричневом шерстяном свитере.

– Я, кажется, просил стучать.

– Прошу прощения, генерал, – парень нелепо притянул плечи к ушам и склонил голову.

Тощий помощник по имени Тео сегодня раздражал особенно сильно, будто совсем разучился выполнять свои обязанности. Ригель не взглянул на помощника, просто резко прошёл мимо него и направился вдоль белого коридора, увешенного картинами. Парень с серёжкой засеменил следом. Они вдвоём спустились по лестнице на минус шестой этаж. Крыло, подчиняющееся генералу, находилось на противоположной стороне от научных лабораторий, поэтому идти до него было также долго. Войдя по пропуску в тёмный зал, Ригель несколько секунд постоял в темноте, затем Тео включил лампы. Сразу стала видна чёрная гранитная плитка, покрывающая огромный зал. Помещение пропиталось таинственной готической атмосферой.

Вот только там практически ничего не было. Всё пространство было абсолютно пустым, только странный стеклянный короб поблёскивал в углу, отражая свет ламп с потолка. Генерал спокойно шагал прямо к нему.

– Отлично, – сказал мужчина, увидев то, что находилось внутри. – Ничего пока не предпринимать. Кормить раз в день.

– Будет сделано, – ответил Тео, отвернувшись от содержимого стеклянной камеры.

Посередине короба лежало нечто чёрное и грязное. Лишь внимательно присмотревшись, можно было разглядеть в этой куче тряпок человека. Мужчина неясного возраста с осунувшимся лицом лежал на боку, поджав колени ко лбу. Его глаза были закрыты, но, казалось, будто их вовсе нет. Одни чёрные впадины. Половина черепа была в проплешинах, а вторая половина покрыта чёрными колтунами. Казалось, пленник был на грани смерти, но его рёбра слегка вздымались, часто как у напуганного кролика. Существо, запертое за стеклом было пленником, которого солдаты генерала сегодня доставили во дворец, после того, как обнаружили небольшой лагерь одержимых.

– Господин… – резко прозвенел тихий голос Тео, обращённый к генералу, – почему вы не убили его, как остальных? Зачем он здесь?

– Это не твоё дело.

– Но он ведь мучается. Вы ведь знаете, что ему не долго осталось.

Хлоп. Звонкий удар по лицу прошёлся эхом по всему залу. Юноша упал на колени, схватившись за правую щёку. Опущенная голова с короткими серыми волосами делала его похожим на ребёнка. Но у генерала его вид вызывал не жалость, а отвращение.

– От тебя требуется лишь следовать приказам, ничтожество.

Тео поднял на генерала слегка покрасневшие зелёные глаза. Этими болотными большими глазами помощник напоминал Ригелю жалкого змеёныша. Эти глаза были безумно ненавистны генералу, но он не мог избавиться от их обладателя. Тео взяли в плен во время одного из сражений с одержимыми и опечатали в раннем детстве. Он жил во Дворце и рос на глазах юного Ригеля. Генерал часто наблюдал, как родители подходили к этому маленькому худому мальчику и долго о чём-то разговаривали с ним. Их сын этого не понимал и презирал Тео. Однако мальчишка так долго пресмыкался перед Дворцом Стихий, что за несколько месяцев до смерти, родители Ригеля и Весты попросили сохранить ему должность помощника генерала после отставки отца. Это было указано даже в завещании предыдущего генерала. Тео оказался почти идеальным слугой. Никогда не знавший свободы, он считал генерала своим покровителем и спасителем, готов был на любую работу. Но Ригель был вынужден каждый день видеть в его лице слабость своего покойного отца. Люди, решившие спасти это пресмыкающееся чудовище, в итоге пали жертвами таких, как он. И это заставляло генерала сгорать от ненависти. В начале своей службы, он избивал зеленоглазого мальчишку ежедневно, но со временем немного смягчился, и теперь поднимал на него руку чаще в воспитательных целях. Но, очевидно, это заставило опечатанного расслабиться.

– Тебе стало жалко это создание? Тогда заходи в камеру и взгляни собственными глазами, насколько оно нуждается в жалости, – прорычал генерал, хватая Тео за шиворот.

– Нет! Господин, прошу! Не надо! – помощник в панике пытался ухватиться за гладкие холодные плиты, но было поздно. Генерал забросил его в стеклянный куб, как тряпичную куклу.

– Тео, те, кто испытывают жалость к другим, сами по себе слабы. Тебе стоит понять, что за твою мягкосердечность тебе никогда не отплатят добром, – сказал Ригель, наблюдая, как за стеклом зашевелилась костлявая куча на полу.

– Ты хотел знать, зачем я притащил эту тварь во дворец? – продолжал генерал. – Будь моя воля, я бы убил его прямо сейчас, но доктор Фролов, объявившийся спустя три года, решил поразвлекать свою любимицу. Запах демона должен помочь активировать Серафима. Хотя я уже сомневаюсь, что эта девчонка хоть на что-то способна.

Ригель спокойно рассуждал, наблюдая за происходящим в камере. Тео продолжал в панике стучать ладонями по стеклу, но, когда увидел, как существо поднялось на ноги, остолбенел.

Пленник открыл кроваво-красные глаза. Перекошенный на одну сторону, он походил на скелет. Торчащие ключицы и тонкие кривые ноги были покрыты сине-фиолетовыми пятнами. Упёршись грязной рукой в стекло, человек начал фокусировать взгляд на незнакомце, трясущемся от страха в углу камеры. Рот существа криво приоткрылся, оголяя заострённые зубы с почти отсутствующими чёрными дёснами. Красные зрачки медленно закатились назад, и пространство вокруг начало дрожать и расплываться. В этот момент Тео уже выпучил от страха глаза, из которых непрерывно текли слёзы.

А костлявый человек начал хрипло кричать, и, когда его голос раздвоился, из кривой спины вырвались длинные красные щупальца, испускающие горячий пар. Следом за ними прямо из человека выползло трёхметровое существо с красными глазами на половину лица. Демон представлял собой кровавое длинное тело, с торчащими наружу рёбрами и длинными тонкими конечностями, напоминающими осьминожьи щупальца. Человек, из позвоночника которого немыслимым образом выросло огромное чудовище, также немного изменился. Его кожа засветилась изнутри багровым светом, который шёл из трещин, ползущих по всему телу, отчего вся маленькая фигура приобрела замысловатый светящийся узор.

Вся эта сцена рождения демона была по своей сути отвратительна, но всё же в этом было нечто красивое. Ригель с интересом уставился на демона. Он видел за свою жизнь много ему подобных, и все они выглядели по-разному, каждый по-своему нагонял ужас. Но их объединяли некоторые черты. Например, высокая температура тел, способная обжечь человека.

Чудовище, вылезшее из полумёртвого тела мужчины, мгновенно бросилось к Тео, издавая громкое шипение. При этом тело пленника, также сделало небольшой жест, в точности копирующий движение демона. Всё это происходило довольно стремительно. Но, как только горячие конечности дотронулись до шеи юноши, камеру резко заполнил густой усыпляющий газ. Демон сжался и вновь вернулся в тело пленника, а все находящиеся в стеклянном кубе, мгновенно уснули.

Задержав дыхание, Ригель зашёл в клетку и, небрежно подхватив сонного помощника, вытащил его на гранитный пол. Затем закрыл стеклянную камеру и, бросив спящего парня в темном зале, вернулся в свой кабинет. В окружении пыльных шкафов, мужчина продолжил мысленно ругать Евгения Фролова, Тео, весь Дворец Стихий и весь несправедливый мир.

Глава 5

На выходные выпал праздник – День золотых костров, приуроченный к дню города – одно из самых долгожданных событий для жителей столицы. По традиции, в этот день в Ороглее представители власти выступали на главной площади с торжественной речью и поджигали первый костёр. С прошлого года этим стали заниматься исключительно наследники Дворца Стихий, поэтому Калис, Веста и Леви должны были отправиться в город ‐ прочитать пару вдохновляющих слов для горожан, помахать рукой со сцены, а затем подойти к костру с факелами и радостно поджечь его.

Калис, вымотанная за последние дни, еле могла держать голову прямо, но Веста всё-таки умудрилась немного заразить её своим энтузиазмом. Блондинка неустанно улыбалась и восторженно шептала на ухо Калис. Постоянно говорила о магазинах, которые они должны посетить в городе, еде, которую должны попробовать и других мелочах. Периодически она ворчала о том, что ей придётся два дня терпеть Волхова младшего, но Калис была слишком сонной, чтобы по-настоящему проникнуться её чувствами.

На последнем выматывающем испытании Серафима, к девушкам неожиданно подошёл Евгений и, серьёзно поправив воротничок синей рубахи, сказал:

– Девушки, у меня к вам будет особое поручение. Точнее к тебе, Калис, – мужчина качнул головой. – Нужно будет проконтролировать, чтобы парни забрали посылки с острова. Там новые покрытия для Серафима, а также лекарства. В том числе для твоей матери. Я поручил вместе с вами поехать Элиасу и Артуру.

Калис недоуменно подняла бровь, она немного повеселела, узнав о доставке лекарств.На самом деле ни Калис, ни Веста не обрадовались новым попутчикам. Артур был невероятно скучным занудой, мелькавшим в лаборатории, а Элиас попросту пугающим. Заметив реакцию Калис, доктор продолжил.

– С ними будет и безопаснее во время праздника. И помогут, если что.

Веста недовольно сжала пухлые губы.

– У нас ведь ещё два телохранителя есть. Зачем нам эти двое?

– Пусть поедут. Они ведь там будут по собственному заданию, – сказала Калис, чем сильно удивила Весту.

Подруга, ворча, всё же согласилась. Хоть у Весты и были изначально придирки к кудрявому механику, но, слава богу, Калис не рассказывала ей о вечере на террасе и о своих перебранках с Элиасом.

С рассветом, небольшая делегация в составе наследников, сотрудников лаборатории и двух здоровенных телохранителей уже стояла возле ворот дворца. При взгляде на Элиаса, растрёпанного и не успевшего до конца проснуться, Калис тут же вспомнила их разговор на террасе, и сон как рукой сняло.

Рядом с Элиасом стоял знакомый сотрудник, Артур. Калис с ним не часто разговаривала, но он и сам был довольно замкнутым: стоял в очках и что-то записывал в планшете.

По прибытии, Веста попросила водителя высадить их на улице, чтобы они сами могли дойти до гостиницы. В городе наследники бывали не часто, поэтому девушке хотелось увидеть улицу своими глазами. Обычно серые сотни домов к празднику были украшены красными, оранжевыми и жёлтыми гирляндами. Всё вокруг горело осенними красками, а на каждом окне стояли небольшие стеклянные шары, переливающиеся в утреннем солнце. Вечером в этих сферах каждая семья Ороглеи зажжёт свой маленький костёр, благодаря бога за подаренное летом тепло и провожая золотую осень. На самом деле костры были символом святого очищения, но в городе праздник дарил людям силы пережить зиму. Во Дворце Стихий тоже зажигали костры, торжественно произнося одну и ту же молитву, но там всегда было тихо, а день костров был хорош именно своей масштабностью, красотой и шумным безудержным весельем. Все одевались в жёлтое и красное, а головы украшали венками из осенних листьев.

Когда Калис была ребёнком, Ольга брала её с собой в город, но, конечно, глава семьи Даррин была занята круглые сутки, а девочке оставалось лишь любоваться кострами из окна, до которого она еле доставала.

Тем не менее, праздник всё равно немного будоражил всю команду. Они шли по пока ещё пустой улице, задрав головы на декорации.

Дойдя до гостиницы, вся команда договорилась встретиться через пару часов, чтобы погулять по городу, а затем все разошлись по своим номерам. Калис досталась комната в красных тонах, увидев которую девушка тут же издала истеричный смешок. Как же это было оригинально. Но по сути не важно. Одну ночь переночевать она сможет.

Умывшись и приведя в порядок волосы, девушка надела платье для выхода. Такое же красное, с лёгким подолом, состоящим из отрезков ткани разной длины и кружевными рукавами. Ей повезло, что погода выдалась на удивление тёплой, иначе пришлось бы мёрзнуть или одалживать у кого-нибудь тёплую кофту.

Все остальные, кроме Элиаса и Артура, одетых в толстовки, выглядели также нарядно. Веста отлично смотрелась в женственном белом комбинезоне, но, конечно, больше всех выделялся Леви, нацепивший выжигающую глаза салатовую джинсовку, увешанную кучей перьев разных размеров. «Обалдеть, Леви явно хотел создать образ попугая», – прошептала Веста на ухо Калис.

Идя по улице, яркая компания всё же не сильно выделялась. Сотни людей были также одеты необычно и цветасто. Приготовления ко дню золотых костров действительно были грандиозны. Из каждого угла каждой улицы звучала музыка, пахло жареной едой, проводились выставки и представления. Ребята на пару минут засмотрелись на огненное шоу, где мужчина в маске дракона эпично выдыхал пламя изо рта, а затем Веста, Леви и Артур пошли покупать себе кучу разных безделушек-сувениров, Калис же немного нервничала из-за большого скопления людей, поэтому осталась в стороне, как и Элиас. Парень весь день был равнодушен ко всему, даже не удосужился причесать торчащие русые кудряшки. Калис хотела заговорить с ним, но он её опередил.

– Ты что не любишь ходить по магазинам? – спросил парень, продолжая смотреть в толпу прохожих, облокотившись о стену.

– Просто мне ничего не нужно. А ты?

Элиас промолчал. Его поведение окончательно взбесило Калис.

– Да что ты себе позволяешь? Вначале дразнишь меня, а потом игнорируешь. Может хватит?! – злобно прошипела девушка, подходя на шаг ближе.

– Но ты же не хотела со мной общаться. Передумала? Или принцесса решила побаловать меня вниманием в честь праздника?

Парень замер, глядя в её глаза с коварной улыбкой, а Калис тем временем закипала всё больше и больше и думала лишь о том, как хочет придушить его. Взгляд Элиаса вдруг немного потеплел, но улыбка исчезла. Он ещё пару секунд странно смотрел в глаза девушки, а затем вышли ребята, и все двинулись дальше.

Когда оставалось три часа до начала церемонии, улицы города стали заметно теснее. Народ всё прибывал и прибывал. Люди частенько останавливали ребят, прося сфотографироваться или просто спрашивая, правда ли они «те самые наследники». Калис в красном платье выделялась меньше всех, чему была очень рада и впервые благодарна фамильному цвету. Тем временем, Веста и Леви затеяли спор по поводу заведения, где им следует поесть.

– Мы ни за что не пойдём в расфуфыренный ресторан, где зубочистка будет стоить, как моя почка. Мы только опозоримся, если вся страна по фоткам узнает, что мы сорим деньгами направо и налево. – Веста была так яростна, что её очки запотели.

– Я отказываюсь есть в нищебродских забегаловках. Думаешь нас не засмеют, увидев на фотках с подгоревшей лепёшкой в руке? – размахивал перьями Леви. От злости эти двое аж ускорились и оставили остальных позади.

Калис становилось всё неспокойней. Её постоянно толкали, наступали на ноги, затем ребята окончательно скрылись из поля зрения, и какой-то старик с усами грубо схватил девушку за руку, оттянув в сторону.

– Купи у меня оберег от демонов. Тебе он точно нужен.

Калис с силой выдернула запястье из его колючего хвата и попятилась назад. Слева кто-то больно толкнул в плечо. Голова закружилась, пространство вокруг слегка поплыло.

Повернув голову на шум, девушка увидела летящую на неё повозку с лошадьми. Она качнулась назад и её прямо из-под колёс выдернула чья-то сильная рука. Калис постаралась сфокусировать зрение на обжигающе-горячей ладони спасителя. Элиас подержал её за предплечье ещё пару секунд, а затем резко убрал руку.

– Смотри по сторонам, дура, – крикнул переодетый мужик из повозки.

Калис немного успокоилась, увидев, что подбежал один из телохранителей.

– Спасибо, что спас, – дрогнувшим голосом сказала наследница, поднимая глаза на механика.

– Сегодня это моя работа, – сказал Элиас с по-прежнему скучающим лицом, и они тихо пошли в поисках остальных.

– Элиас… – наследница подняла взгляд на высокого спутника, – прости за тот вечер на террасе. Я повела себя грубо.

– Ничего. Бояться это нормально. Ты ведь ничего не знаешь о таких, как я.

– Я много знаю. Просто никогда не общалась с одержимым, – было обидно, что он опять намекнул на её неосведомлённость. – Вдруг печать спадёт, и твой демон захочет меня сожрать.

Элиас посмотрел на неё и громко рассмеялся.

– Глупая принцесса. Я позволил наложить на себя печать, но я могу избавиться от неё в любой момент. Всё под моим контролем.

– Не называй меня глупой! – Калис вздохнула и продолжила, – но зачем же тогда накладывают печать, если она всё равно не работает и не сдерживает демона?

Элиас улыбался и не спешил отвечать. Калис пришлось остановиться и потребовать ещё.

– Ответь, прошу.

Парень развернулся к ней лицом и в его глазах замелькали хитрые огонёчки.

– Раз уж ты хочешь взять у меня интервью, то запомни, что нам не нравится, когда нас называют одержимыми демонами.

– Как тогда называть этих существ?

– Мы их зовём асурами, – тихо сказал парень. – Печать действует, но лишь на людей, не способных управлять своими асурами. Например, на детей, которые этому ещё не научились или на взрослых, чей асур не подчинился.

– Управлять? Разве ими можно управлять? Я не знала, что де… асуры могут чем-то различаться.

– Есть нормальные люди с обычными асурами и отвергающие, то есть те, кто по какой-то причине не приняли эту часть себя. Но такие долго не живут… – Элиас посмотрел на наследницу в ожидании реакции.

– Но почему ты не выпустишь своего асура? – Калис замахала руками от любопытства и не понимания. Она уже и сама начала чувствовать себя невеждой.

– Печать это одно из требований к моей работе и, чтобы разрушить её, нужно потратить много сил. А мне дорога моя должность, – Элиас хитро прищурился. – А ты и в правду ничего не знаешь. Чему только учат в академии?

– Там говорили больше о биологии асуров, их происхождении. Я тратила почти всё время на тренировки… – девушка погрузилась в размышления и не заметила, что собеседник уже какое-то время пристально смотрит ей в глаза.

– Чего ты пялишься? – Калис нахмурила брови.

– Твои глаза похожи на глаза моей сестры.

Элиас говорил так, будто весь этот разговор был абсолютно обыденным.

– Чего? Чем это? – Калис немного опешила.

– Обычно они голубые, но иногда начинают отливать фиолетовым. – Элиас больше не смотрел на девушку, но стоял, будто погрузившись в свои мысли.

– Нет, это не так… – Калис начала возражать, но вдруг к ней подлетела покрасневшая Веста и схватила под руку.

– Вот вы где! Чего застряли тут? Мы там нашли довольно милое кафе в стиле Бохо. Скорее идём, – с этими словами блондинка накинула на голову Калис непонятно откуда взявшийся рябиновый венок и потащила обоих за собой. Но голова Калис всё ещё была занята словами Элиаса о фиолетовых глазах. Внезапно вспомнилась одна книга, в которой говорилось, что необычные цвета глаз могут возникать в ходе той же самой мутации, что стала причиной появления демонов внутри людей. Но почему Элиас увидел что-то подобное в её обычных глазах? Возможно он скучает по своей семье. Калис посмотрела через плечо на веснушчатое лицо одержимого, и впервые задумалась о нём, как о человеке. Он ведь пять лет не видел родных, должно быть ему трудно быть без какой-либо поддержки, вот он и ведёт себя, как колючий ёж. Девушка всё же отогнала эти мысли и расслабилась, в ожидании конца дня.