Читать книгу: «Проект "Происхождение"»

Пролог

Санкт-Петербург. Город, трёх революций, белых ночей, алых парусов и хронического насморка. Город, где даже солнце, если вдруг решит показаться, делает это с таким видом, будто оказывает тебе личное одолжение. Забудь про солнечные очки, тут главный аксессуары — шарф, зонтик и носовой платок, которые, впрочем, тоже не всегда спасают от леденящего ветра с Финского залива. Но именно эта суровость и создаёт неповторимый шарм города. Ведь чтобы разглядеть красоту Питерских фасадов, надо сначала пережить ливень с градом, а чтобы оценить вкус настоящей Питерской шавермы и понять, чем она отличается от известной всем шаурмы — промёрзнуть до костей, пока ждёшь её в очереди на Сенной.

Санкт-Петербург — это город, где вместо голубей летают чайки и выглядят так, будто только что проиграли в карты грузинскому таксисту. Здесь, коты – не просто животные, а экспонаты «Эрмитажа» (и, возможно, тайные агенты спецслужб). А если тебе кто-то скажет, что Питер — культурная столица, можешь смело парировать: Культурная — да, но капитально промёрзшая!. Ну и, конечно, город, где вместо привычных нам всем бордюров, гордо высятся поребрики, словно напоминая, что ты не где-то там, а в культурной столице, будь добр, выражайся правильно.

Тут за каждым углом тебя поджидает какая-нибудь очередная мистическая хрень. Ходит поверье, что Питер — это не просто город, а живое существо. Этакий болотный монстр, которому нужны новые жертвы. И если ты приезжаешь сюда, то у тебя есть два варианта: либо он тебя принимает, и тогда ты становишься частью его причудливой, немного безумной, но по-своему прекрасной жизни, либо он тебя отторгает, засасывает в свой водоворот депрессии и безысходности, и ты уезжаешь отсюда, проклиная всё на свете и зарекаясь когда-либо возвращаться сюда.

В общем, Питер — это как рулетка. Только вместо чисел - судьбы. И шансы на выигрыш сильно зависят от того, насколько ты готов к сюрпризам. Потому что, этот город умеет удивлять. Тут даже самая обычная прогулка по Невскому может закончиться встречей с призраком Достоевского, который будет ныть тебе про свои долги и спрашивать, не найдется ли у тебя червонца на опохмел. Петербург – это город, где прошлое не умирает, а лишь засыпает, чтобы однажды проснуться и напомнить о себе. Короче, welcome to Питер, детка!

Глава 1. Стройка века.

Скрежет металла, визг гидравлики и гул мощных моторов резали ночную тишину подземелья. В самом сердце геологического щита Санкт-Петербурга, на перегоне между будущими станциями Лиговский Проспект-2 и Обводный канал-3, уставшая бригада 7 метростроевского управления 2 продолжала упорно прокладывать тоннель новой Фрунзенско-Приморской линии. История города давила на плечи не только морально – грунт здесь был сложный, насыщенный водой и вековыми наслоениями.

Впереди, у забоя, возвышался Иван Петрович, бригадир. За его спиной, словно механический зверь, застыл ТПМК Северный Дракон - тоннелепроходческий механизированный комплекс немецкого производства, купленный в лизинг для этой сложной ветки.

Иван Петрович вытер пот со лба рукавом спецовки, оставив грязный развод на щеке, и взглянул на манометр давления в гидросистеме.

— Ещё метров пять, мужики, и можно на регламентные работы, - прохрипел он в переговорное устройство шлема, перекрывая гул насосов станции перекачки пульпы.

ТПМК дёрнулся, гидравлика взвыла, но ротор, вгрызаясь в грунт, внезапно замер. Давление в системе резко упало.

— Что там, Сергей? - крикнул Иван Петрович, обращаясь к оператору ТПМК, Сергею, который сидел в защищённой кабине управления, словно в пилотской рубке космического корабля. В ответ послышалось лишь треск помех.

— Сергей, мать твою! Докладывай обстановку!

Люк кабины откинулся с шипением, и насупленным Сергей высунул голову наружу, почесывая затылок, испачканный гидравлическим маслом.

— Кажись, приплыли, Иван Петрович. Что-то твердое. Давление на гидроцилиндрах растет, усилие на приводе режущей головки запредельное, а проходки нет. Бур уперся во что-то. На показаниях прибора – твёрдость гранита. Ротор заклинило, фрезы искрят, как новогодняя ёлка.

Иван Петрович спрыгнул с платформы, чертыхнулся и направился к Сергею. Действительно, датчики показывали аномальную плотность. Аварийный свет в кабине мерцал, как дискотека в аду. Ротор, вгрызаясь в грунт, уткнулся во что-то совершенно непробиваемое. Металл жалобно скрипел, но дальше не шёл.

— Проверь режим работы пульпы, - бросил Иван Петрович, - может засорилось чего.

— Дык, я и говорю, что пульпа не идёт. Полный стопор! – откликнулся Сергей.

Иван Петрович нахмурился и направился к режущей головке. Действительно, по показаниям датчиков, бур уткнулся во что-то совершенно непробиваемое. Система автоматической защиты от перегрузок сработала и остановила машину. Металл скрежетал, но проходки не было.

— Попробуй сменить режим на скала, увеличь давление подачи и используй алмазные резцы, — посоветовал Иван Петрович. — Но аккуратно, не перегрей двигатель привода, охлаждение тоже проверь.

—Ты что, Петрович, там в преисподнюю пробуриться решил? Алмазными резцами по скале? Это тебе не бутерброд маслом мазать — ехидно сказал Алексей, один из проходчиков, у которого заканчивалась норма крепи.

—Твою мать! Чтоб Вас с… суслики ночью грызли! — Иван Петрович, сорвался, выплюнув проклятие.

— Ладно, ладно, не кипятись, Петрович, — усмехнулся Алексей. — Шучу я. Сейчас поковыряемся.

После безуспешных попыток разбить преграду, Иван Петрович принял решение, которое далось ему нелегко:

— Все, парни, стоп машина! Дергаем ТПМК назад!

Негодование прокатилось по бригаде. Отвести назад такую махину, сдвинуть с места эту кротиху, вросшую в петербургский грунт, — задача не из легких. Но слово бригадира – закон.

Часы тянулись мучительно медленно. Грохот гидравлики, лязг металла, скрежет механизмов – ТПМК неохотно отступала назад, освобождая забой от своего стального тела. С каждым метром, пройденным назад, росло напряжение.

Наконец, ТПМК остановилась, оттянули её достаточно для осмотра. Забой осветили мощными прожекторами, и то, что увидели проходчики, повергло их в изумление.

За огромной каменной плитой зиял… проход. Небольшой, узкий, но явно рукотворный. Стены его были выложены из камня, а свод уходил в непроглядную тьму. Он выглядел так, будто его выдолбили не кирками и отбойниками, а каким-то неведомым инструментом, оставляющим идеально ровные поверхности.

— Да твою ж мать! — выдохнул Алексей, первым нарушив молчание. — Мы тут лбом стену прошибаем, а тут дыра готова!

— Тихо! — одернул его Иван Петрович, всматриваясь в проход. — Не шуми.

— Что это, Петрович? — спросил Сергей, забыв про свой обычный сарказм. — Не похоже на обычный геологический провал…

И действительно, проход не выглядел как результат природных процессов. Слишком ровные стены, слишком правильная форма свода. Казалось, что его построили, а потом намеренно замуровали, спрятав от посторонних глаз.

Иван Петрович подошел к проходу и посветил фонарем внутрь. Луч света терялся в темноте, не достигая конца. В воздухе чувствовался затхлый запах, смешанный с чем-то странным, сладковатым.

— Может бункер какой? — предположил Алексей

— Ага бункер… Сталин выкопал. Хрущев закопал. А наши забыли — съехидничал Сергей

— Ну что, мужики? — спросил Алексей, оглядывая своих товарищей. — Куда пойдем? Дальше тоннель копать или в историю нырять?

— Тут не нырять. Тут влипать похоже в историю… — мрачно прокомментировал Иван Петрович — Главное, что бы там инопланетных нацистов не было.

В найденный проход с трудом протискивался человек. Иван, закрепив страховочный трос и зажав фонарь в зубах, полез первым.

—Ну, помянем, – буркнул Алексей, крестясь вслед за бригадиром

— Не каркай, — буркнул Сергей.

Скрипя зубами и матерясь вполголоса, Алексей и Сергей полезли следом. За проходом открылась пещера – словно брюхо кита. Фонари выхватывали из темноты обломки породы, капли воды, стекающие по стенам, и влажный, спёртый воздух, пахнущий сыростью и чем-то ещё… странным, неуловимым.

— Ёкарный бабай! – выдохнул Алексей.

—Тихо ты! - Иван, как зверь рыкнул, осматриваясь. Фонарем повел, и луч света внезапно на что-то наткнулся.

— Вот тебе и черт из табакерки! – Иван Петрович, аж задохнулся от удивления. Плита! Огромная, каменная, словно специально поставленная, чтобы что-то скрыть. И вся исписана какими-то письменами – ни кириллицы, ни латиницы, ни арабской вязи. Нечто, напоминающее одновременно руны и иероглифы.

Нечто древнее, непостижимое.

—Че за буквы? – Сергей в недоумении почесал затылок.

—Не знаю. Я тебе что лингвист? – Иван Петрович, как зачарованный, ощупал плиту. Холодная, словно азотом по ней плеснули. И гладкая, будто её полировали тысячелетиями.

—Нашли, значит, черта лысого – сказал Иван хриплым голосом.

Алексей, достал смартфон из кармана.

—Сфоткаю это дело – начальству предъявим.

Но экран оставался черным.

— Тьфу ты нелегкая! Телефон сел, вроде недавно полный заряд был. Говно китайское. Вот раньше…

— Прекрати! – рявкнул Иван, доставая из кармана старенькую, но надежную рацию.

— База, я – Иван! У нас тут… нештатная ситуация. Обнаружен посторонний объект. Требуется помощь… специалисты. Конец связи.

В ответ – лишь треск да шипение. Тишина, давящая на уши.

— База! Ответьте! Приём! – Иван, уже запаниковал по-настоящему, тыкая пальцем в кнопку передачи. Тишина.

Иван Петрович, сглотнул пересохшим горлом и с беспокойством оглядел коллег. Зловещая тишина подземелья давила на психику.

— Не к добру это — прошептал Иван Петрович, по спине пробежал мороз. — Ой, не к добру.

— Ага. И мы тут как черти на шабаше… —поддержал его Сергей

Что-то подсказывало Ивану, что это только начало. Что подземный Питер решил заговорить, и разговор этот будет долгим ...

Иван тяжело вздохнул, чувствуя, как его оптимизм куда-то сдуло сквозняком из этой жуткой пещеры. Пропавшая связь? Странные символы? Да это же прямой сценарий для фильма ужасов! А он, Иван Петрович, как обычно, в главных роликах. «Ну, хоть бы денег за это заплатили», — подумал он с грустью.

—Так, мужики, без паники, - командовал Иван Петрович, пытаясь придать голосу бодрость. — Сейчас я тут все улажу. Вы пока постойте, охраняйте. Главное, чтобы никто не вытащил какой-нибудь особо ценный булыжник. Глядишь может и нам что за это перепадет.

Иван Петрович протиснулся обратно в узкий проход, чувствуя, как его и без того немаленький живот едва протиснулся в проход.

—Пора на диету, Иван Петрович, - проворчал он сам себе. - А то не пролезешь ни в один тоннель метрополитена.

В ответ - лишь зловещее молчание. "Ну и ладно, - подумал Иван. - Зато меньше начальства будет над душой стоять".

Добравшись до основной шахты, Иван вылез из тоннеля, как тюлень из проруби, и огляделся. "Вот живут такие же люди как люди, - подумал Иван. - А я тут, как Индиана Джонс, только с отбойным молотком и пивным животом".

— Петрович, где ты прохлаждался? — услышал он недовольный голос диспетчера из громкоговорителя на стене. — У тебя простой по проходке. Докладывай обстановку!

Иван Петрович вздохнул. Сейчас начнется… Подойдя к щитку связи, он взял в руки микрофон.

— Это Иван Петрович. У нас нештатная ситуация. При проходке наткнулись на препятствие, предположительно - аномалия грунта. Проходка невозможна. Запрашиваю разрешение на временную приостановку работ и вызов специалистов для обследования. Конец связи.

После непродолжительной паузы из громкоговорителя донеслось: — Вас понял. Приостанавливаю работы. Ожидайте комиссию. Диспетчер. Конец связи.

Иван Петрович облегченно выдохнул. Хоть что-то хорошее.

Выйдя из шахты на поверхность, он достал свой старенький мобильник. Связь в шахте глушилась, безопасность превыше всего. Поколебавшись, он набрал номер Михалыча, главного инженера управления строительства. Не хотелось зря дергать начальство, но ситуация была неординарная.

— Михалыч, здорово! Это Иван Петрович. Слушай, у нас тут такое… В общем, при проходке наткнулись на что-то странное. Типа плита, но не геологическая. И какие-то знаки на ней… Ну, как тебе сказать… Не наши.

Михалыч, как всегда, ответил в своем стиле: долго матерился, интересовался, не сошел ли Иван с ума от подземной пыли, и грозился выписать выговор за задержку сроков. Но, в конце концов, согласился прислать комиссию и специалистов.

— Только смотри меня, Иван! Если это все твои бредни, я тебе премию за квартал срежу! Да еще и лично заставлю грунт таскать до конца жизни! - пригрозил Михалыч и повесил трубку.

Иван Петрович усмехнулся и присел на бетонный блок, чтобы перевести дух. Ну, что ж, - подумал он. - Будем ждать. А пока можно и перекур устроить. Все-таки, такое событие! Да и народ успокоить надо.

Через час к месту раскопок подъехало несколько машин. Первым делом приехала бригада геологов с бурильным оборудованием. За ними прибыли представители технадзора и службы безопасности. Все как положено - протоколы, инструкции, акты.

К Ивану Петровичу подошел невысокий мужчина в строгом костюме.

— Я - Сергей Валерьевич, представитель заказчика. Прошу детально доложить ситуацию.

Иван Петрович, стараясь держаться в рамках инструкций, максимально подробно изложил произошедшее, подкрепляя свои слова данными приборов и замерами.

— В общем, Сергей Валерьевич, понимаете сами, - закончил он. - Без тщательного обследования и привлечения специалистов дальше двигаться нельзя. Риски слишком высоки.

Сергей Валерьевич молча выслушал Ивана, а потом посмотрел на него с некоторым сомнением.

—Хорошо, — сказал он наконец. - Мы проведем все необходимые исследования. Но если окажется, что все это - обычная геологическая аномалия, ответственность за срыв графика строительства будет лежать на вас.

Иван Петрович, закаленный подземными работами и общением с начальством, пожал плечами.

— Я же говорю, Сергей Валерьевич! Все по инструкции! Ждем результатов экспертизы!

К ним подошел мужчина в строгом костюме, с короткой стрижкой и проницательным взглядом. И задал вопрос, который уже набил оскомину у Ивана Петровича

— Что у Вас тут?

— Проходка остановлена, бур упёрся в неизвестный материал. Обнаружили плиту, предположительно, из камня. Размеры… примерно три на четыре метра, толщина около метра. Поверхность покрыта неизвестными знаками.

—ТПМК не повреждена? – уточнил неизвестный.

—Нет, повреждений нет. Но работы сейчас не ведутся. Принято решение о приостановке работ до выяснения обстоятельств. Доложил в диспетчерскую, вызвал специалистов.

— Понятно… – протянул неизвестный. – Ну пойдемте посмотрим вашу находку.

В сопровождении комиссии и неизвестного, Иван Петрович спустился обратно в шахту. Алексей и Сергей, увидев столько начальства, стояли по стойке смирно у входа в забой и ждали дальнейших распоряжений. На лицах - смесь любопытства и испуга.

— Ты что, Петрович, решил сюда экскурсии устроить? — проворчал Алексей, но тут же осекся под взглядом Сергея Валерьевича.

Иван Петрович лишь махнул рукой. Сейчас не до шуток. Главное - разобраться, что там за стеной.

Неизвестный внимательно осмотрел плиту и иероглифы. Специалисты возились с аппаратурой, делали замеры и фотографии.

— Хм, - протянул Сергей Петрович. - Действительно, что-то необычное. Даже очень необычное.

Неизвестный подозвал к себе одного из специалистов. Задал ему тихо какие-то вопросы и отойдя в сторону вытащил телефон и набрал номер.

— Да. Срочно свяжитесь с Москвой. Все предварительно подтвердилось. Пусть присылают лингвистов и археологов.

—Иван Петрович, — обратился Сергей Валерьевич к бригадиру. — Вы и ваша бригада пока свободны. Можете пойти домой. Отсыпайтесь. Но чтобы завтра с утра, как штык, были на месте. Дальше разберемся.

— Понял, принял. А что, если там инопланетные нацисты за плитой? — ответил Иван Петрович, чувствуя огромное облегчение.

— Какие нацисты? — недоуменно посмотрел Сергей Валерьевич на Ивана Петровича

— Как какие? Инопланетные. Я таких закорючек что на плите раньше не видел — ответил Иван Петрович

Сергей Валерьевич только и смог что хлопнуть себя ладонью по лицу и добавить

— Идите домой Иван Петрович. Идите домой…

Выходя из шахты, он обернулся и посмотрел на каменную плиту.

— Ну, держись, подземный мир, - подумал он. - Мы тебе еще покажем Кузькину мать!

Но, несмотря на свою браваду, Иван Петрович чувствовал, что его жизнь уже никогда не будет прежней. И кто знает, что ждет его впереди? Может, слава и богатство? А может, инопланетные нацисты и конец света? В любом случае, скучно точно не будет!

Иван, покинув подземные чертоги с облегчением, будто с плеча свалился пудовый мешок с кирпичами, направился к ближайшей автобусной остановке. В желудке предательски заурчало, напоминая о пропущенном ужине. «Сначала шаверма, — решил Иван, — а потом уже разберемся с инопланетными нацистами».

По дороге ему позвонил Михалыч.

—Иван! Ты где шляешься? Тебя тут Сергей Валерьевич кроет на чем свет стоит! Поговори, ты ему какую-то ахинею про инопланетян нацистов наплел! Ты что, совсем с ума сошел или белочка уже и на работу к тебе по дружбе заглядывает?

— Михалыч, ну что ты сразу ругаешься, - пытался оправдаться Иван. - Я же как лучше хотел! Чтобы там не расслаблялись, а то, знаешь, бывает, зазеваешься и... бац! Инопланетный корабль прямо на Сенную площадь приземлился! А мы тут, стоим, с лопатами и отбойниками...

— В общем, так, Иван! - прервал его Михалыч. - Завтра к девяти утра что бы был на работе! И чтобы без всяких выдумок! И забудь ты про своих инопланетян! А то я тебя сам к этим инопланетянам отправлю!

— Ладно, Михалыч, понял. Завтра буду как штык. И никаких инопланетян, - пообещал Иван Петрович, хотя в душе его терзали сомнения. «А вдруг они и правда там есть? А я их просто не заметил?»- Подумал Иван Петрович. Попрощавшись с Михалычем, Иван наконец добрался до ближайшей шавермы. «Эх, сейчас я оторвусь», - подумал он, предвкушая вкус самой горячей и сочной шавермы в этом районе.

Заказав двойную порцию мяса в шаверму и кружку пива, Иван уселся за столик у окна и принялся с аппетитом уплетать свой ужин. «Вот она, настоящая жизнь», - подумал он, запивая шаверму пивом. "Никаких инопланетян и таинственных пещер. Только вкусная еда и заслуженный отдых."

Но его идиллию нарушил телефонный звонок. На экране высветился незнакомый номер. «Кто это еще?» - проворчал Иван, но на звонок все же ответили.

— Здравствуйте, Иван Петрович, — услышал он в трубке приятный женский голос. — Меня зовут Анастасия. Я из Академии Наук. Мне сказали, что вы нашли что-то интересное?

— Ну, не знаю, как насчет интересное, - ответил Иван, жуя шаверму и стараясь ее быстрее проглотить. - Просто наткнулись на что-то непонятное.

— Вы не могли бы рассказать об этом подробнее? - спросила Анастасия. — Мы очень заинтересованы в вашей находке.

— Ну, смотрите, - начал Иван, чувствуя, как его интерес к происходящему снова начинает разгораться. - Мы тут значит, бурим тоннель, и вдруг - бац! Стена! А на стене - какие-то иероглифы. Ну, знаете, как у египтян, только еще более заковыристые. И что это значит – мы не знаем.

— Это очень интересно, - сказала Анастасия. - Не могли бы вы встретиться со мной завтра утром? Я бы хотела узнать поподробнее.

— Ну, не знаю, - засомневался Иван. - У меня завтра работа. И вообще, там уже куча специалистов. Что я вам смогу такого рассказать?

— Я уверена, что ваш рассказ будет очень важен, - настаивала Анастасия. - И потом, мы готовы хорошо заплатить за вашу помощь.

— Деньги? - ожил Иван. - Ну, это меняет дело. Ладно, уговорили. Завтра в восемь утра у входа в Сад Олимпия. Договорились?

— Договорились, - ответила Анастасия. — До завтра, Иван Петрович. Спасибо за сотрудничество.

Повесив трубку, Иван усмехнулся. «Ну, что ж, похоже, приключения только начинаются», - подумал он. «И, кажется, на горизонте замаячили приличные деньги. А это, знаете ли, отличный стимул для борьбы с инопланетными нацистами, даже если их там и нет».

Глава 2. Зов Мёртвых Языков

Утро в Санкт-Петербурге встретило Лизу Романову колючим дождем и свинцовым небом. Капли, как назойливые комары, лезли под капюшон плаща, норовя пробраться за воротник. Она не любила такую погоду, считая её квинтэссенцией петербургской меланхолии. Но, как говорила её бабушка, блокадница и страстная поклонница телеканала «Культура»: «У природы нет плохой погоды, если у вас есть хороший плащ и крепкий кофе». С кофе, правда, в последнее время была напряженка – подорожал любимый сорт из Эфиопии, а на дешевый растворимый у Лизы начиналась мигрень. Зато плащ, купленный на распродаже в «Стокманне» еще в студенческие годы, исправно защищал от питерской сырости, несмотря на солидный возраст.

Лиза, кутаясь в плащ и перепрыгивая через лужи, торопливо шла по Университетской набережной к зданию филологического факультета СПбГУ. Величественное здание Двенадцати коллегий, построенное еще при Петре, с его строгими линиями и массивными колоннами, всегда внушало Лизе трепет. Здесь, в этих стенах, творилась история русской филологии, здесь преподавали выдающиеся ученые, чьи имена гремели на весь мир. Лиза чувствовала себя частью этой традиции, хранительницей знаний, передаваемых из поколения в поколение.

В голове, как обычно, роились мысли о древних странах, забытых цивилизациях и тайнах, погребенных под толстым слоем вековой пыли. Хотя по расписанию ее ближайшая лекция по сравнительной лингвистике должна была быть пятой парой, Лиза старалась прибыть в университет заранее. Ей необходимо было проверить материалы, подготовиться к дискуссии, да и просто побыть наедине с любимыми книгами в тиши кабинета. Она уже настроилась на изучение сложных грамматических конструкций протоиндоевропейского языка и запутанных этимологий шумерских клинописных знаков. Ей предстояло погрузить студентов в мир языков, исчезнувших с лица земли, но оставивших свой след в культуре и истории человечества.

Поднимаясь по широкой лестнице, ведущей к кафедре, Лиза машинально поправила очки в тонкой оправе и начала шарить по сумочке в поиске ключа. Профессор Романова всегда отличалась пунктуальностью и требовательностью, как к себе, так и к студентам. Она считала, что только серьезное отношение к делу может привести к настоящим открытиям и знаниям. Но найти то, что нужно именно сейчас – в дамской сумочке это квест почище чем в «Форт Боярде», при этом размер самой сумочки никак не сказывается на степени сложности этого квеста. Любая девушка умудрится впихнуть невпихуемое даже в самый маленький клатч а потом полгода искать там ту резиночку, розовенькую, которая по закону подлости будет на самом дне, да еще и за подкладкой.

Однако, как только Лиза вошла в свой небольшой, но уютный кабинет, заставленный книгами и рукописями, ее привычный ритм жизни был нарушен неожиданным визитом. В ее кабинете стояли двое мужчин в строгих, безупречно сидящих костюмах и с непроницаемыми лицами. Они смотрели на Лизу с каким-то особенным вниманием, от которого ей стало не по себе.

— Елизавета Петровна Романова? - спросил один из них глядя на Лизу с каким-то недобрым любопытством.

— Да, это я, - ответила Лиза, насторожившись. — Что вам нужно в моем кабинете?

— Мы из Федерального комитета по науке и финансированию особых проектов, - ответил мужчина. - Нам необходимо поговорить с вами по одному важному вопросу.

Лиза нахмурилась.

— Если речь идет о повышении моей зарплаты, то я уже все поняла. Денег нет, но вы держитесь. Можете идти— сказала она

Мужчина не улыбнулся.

— Речь идет не о зарплатах, Елизавета Петровна. Речь пойдет о вашем научном опыте. Мы слышали о ваших знаниях в области мёртвых языков и древней письменности.

— Ну, да, есть такое, - скромно ответила Лиза, хотя в душе была польщена. — И что дальше? Хотите предложить грант на изучение письменности на Марсе? - шутливо ответила она

— Мы хотели бы предложить вам сотрудничество, - продолжил мужчина. - Государство нуждается в ваших знаниях.

— Что я угадала: с Марса вместо азбуки Морзе вам постучали египетскими иероглифами? - с некой долей скепсиса ответила Лиза, скрестив руки на груди. — Или ваши бухгалтеры вам прислали платежку на бересте? А может вы, наконец-то решили выяснить, куда деваются деньги, выделенные на исследования творчества Достоевского на уровне прогресса у хомячков? Извините, отчет будет готов к концу семестра.

— Нет

— Ладно. В чем заключается это ваше сотрудничество?

— Речь идет о другом. Нам известно о ваших… увлечениях мертвыми языками.

Лиза расцвела в улыбке.

—Увлечение? Мои дорогие, это не увлечение. Это любовь! Страсть! Это... почти религиозный культ! Но продолжайте, мне льстит ваше внимание к моим скромным изысканиям.

— Нам нужно, чтобы вы изучили одну недавно обнаруженную письменность, - ответил мужчина. - Очень необычную. Нам важно знать сможете ли вы ее расшифровать. Возможно, вы единственный специалист кто способен с этим справиться.

— Единственный или последний к кому вы обратились? – ехидно заметила она – Ладно показывайте, — потребовала Лиза. – Хотя, дайте угадаю! - воскликнула Лиза. — Нашли документы инопланетных захватчиков? Или раскрыт секретный код тамплиеров, спрятанный под Эрмитажем? Или, может, поняли, что Пушкин писал свои стихи на древнешумерском?

— Интересно в Питере все помешались на инопланетянах? – спросил стоявший рядом мужчина, который до этого момента не проронил ни слова

— Нет. Только половина.

— А на чем помешалась вторая? – с любопытством спросил первый

— А вторая помешались на разнице между Шавермой и Шаурмой – ехидно заметила Лиза

Мужчина улыбнулся и махнул своему напарнику, и тот достал из портфеля несколько фотографий. Лиза взяла их и внимательно изучила. На фотографиях была изображена каменная плита с загадочными символами, совершенно не похожими ни на один известный язык.

— И что это? - спросила Лиза, удивленно приподняв бровь. - Где это нашли?

— Это не имеет значения, - ответил мужчина. – Важно то, что мы хотим, чтобы вы их расшифровали.

Лиза задумалась. Символы были действительно очень странными. В них угадали какие-то смутные отголоски древних цивилизаций, но в целом они оказались совершенно новым.

— Скажите честно вы меня разыгрываете?

— Почему вы так решили?

— Потому что данного языка нет среди всех известных языковых групп на земле. Какова вероятность наткнутся на новый язык не известно где и надеяться, что хоть кто-то вот так глянув на фото сможет его расшифровать? Это что какой-то тест на профпригодность от министерства образования для преподавателей, о котором нас забыли предупредить?

— Это серьезно. И даже то, что вы это видите является на данный момент абсолютно секретной информацией

— Оригинально, ничего не сказать. Я не собираюсь работать вслепую и на коленке. Я должна знать, во что ввязываюсь. Это вы меня что теперь убивать будете?

— Нет конечно. Однако если вы сможете это попробовать расшифровать, то вам придется подписать бумаги о неразглашении.

— Не видела такого раньше. Дайте подумать... Это что-то среднее между клинописью и письменностью майя, приправленным щепоткой рунического алфавита... Ах, да, и с нотками древнеегипетского шансона! Занимательно, крайне занимательно!

— Вы шутите? Какой древнеегипетский шансон?

— Конечно шучу.

— Можете расшифровать? - спросил мужчина, уже нахмурившись и по нему было видно, что он теряет терпение.

— Разумеется, могу! - ответила Лиза с небрежной улыбкой. - Вопрос лишь в том, хочу ли я это делать. Видите ли, я человек творческий, свободолюбивый. Работаю только по вдохновению. А сейчас, знаете ли, как-то не вдохновляет. Дождь, серость... Хочется чаю с печеньками и почитать что-нибудь о загробной жизни древнего египтянина. Уж простите.

— Мы предлагаем щедрое вознаграждение, — попыталась соблазнить ее мужчина.

— Щедрое? - скептически взглянула на него Лиза. - Вы это моей зарплате скажите! Она давно уже мечтает о щедрости. Но, боюсь, ее мечты так и остались мечтами.

— Мы гарантируем вам полную свободу действий, - добавила второй мужчина.

— Свободу? - Лиза усмехнулась. - В наше время? Не смешите мои тапочки! У меня даже в библиотеке нет полных свобод действий! То вечно кто-то книги переставляет, то кто-то кофе на мои рукописи прольет!

— Что вам нужно, чтобы вы попробовали? – спросил первый мужчина, заметно начиная медлить.

Лиза задумалась на секунду, поглаживая подбородок. — Что мне нужно? Мне нужно знать правду! Кто вы, откуда взяли эти иероглифы, и зачем вам все это нужно. Иначе, извините, я пас. Не хочу участвовать в каких-то сомнительных авантюрах. У меня и без вас забот хватает.

— Это государственная тайна, - ответил мужчина, сжимая кулаки.

Лиза пожала плечами.

— Ну, что ж, тогда в государственной тайне произошла пандемия и расшифровка временно на самоизоляции. А я пойду чай пить с печеньками. До свидания, господа!

Мужчины переглянулись. Лица их стали еще более мрачными.

— Вы не понимаете, Елизавета Петровна. Вы не можете отказаться.

— О, как раз наоборот, - ответила Лиза, подмигивая. - Я только что это сделала. И знаешь что? Чувствую себя прекрасно! Свобода, равенство, чай с печеньками! Что может быть лучше?

Тот, что был постарше, достал из внутреннего кармана планшет и, не глядя на Лизу, начал листать страницы.

— Елизавета Петровна, вчера вы не сдали отчет по гранту в срок и вам грозит проверка. У вас есть два кредита на общую сумму пятьсот тысяч рублей, которые вы брали для поездки на раскопки, которые сейчас ведутся в Сибири. В деканате снова проблемы с финансированием и вам уже третий год отказывают в дополнительном финансировании. Мы знаем, что вы планировали взять подработку в архиве что бы продолжить свои изыскания, но… — он сделал паузу и наконец поднял на неё взгляд, холодный, как стекло. — …Ваш уровень допуска с нами будет выше, чем у любого ректора любого из известных институтов мира. Это не арест. Это приглашение, от которого в нашей стране не принято отказываться, если вы не хотите стать «научным сотрудником» где-нибудь в заполярном филиале. Машина внизу. Ваши вещи соберут.

Лиза открыла рот, чтобы выдать очередную порцию сарказма, но слова застряли в горле. Они знали про грант. Про архив. Про долги. Она поняла: это не «люди в черном» из кино, это люди, которые уже переписали её жизнь, пока она пила утренний эспрессо.

— Вы не понимаете, Елизавета Петровна, - сказал один из них. — Это не предложение, а приказ. И вы обязаны его выполнить.

Лиза усмехнулась.

— Я никому ничем не обязана, - ответила она. — И в отличие от вас моя жизнь продиктована законом РФ, а не уставом. Я сомневаюсь, что родина сейчас в опасности. А я не собираюсь работать за идею. Ее как говорится на хлеб не намажешь. Вот дадите мне контракт, с гонораром, с условиями труда и так далее, и я подумаю, а вот так на коленке за здорово живешь я работать не буду.

Мужчины сделали шаг вперед.

— Вы пожалеете об этом, Елизавета Петровна, - сказал один из них с угрозой в голосе.

— Я уже жалею, что потратила на вас свое время, — ответила Лиза, гордо подняв голову.

Мужчины молча вышли из кабинета, оставив Лизу в полном недоумении. "И что это было? - подумала она. - Неужели действительно нашли что-то важное? Или просто решили поиздеваться? Весь Питер им, видите ли, на инопланетянах помешался… Ну допустим не весь и не Питер, а Санкт-Петербург…"

После встречи с таинственными визитёрами, Лиза ещё несколько минут постояла в задумчивости. Потом, махнув рукой, как будто отгоняя назойливую муху и направилась к кофемашине, которая, к счастью, еще работала.

— Пора взбодриться, - пробормотала она, наливая себе обжигающий эспрессо. –Интересно, что это вообще было? Или это просто весеннее обострение у Комитета по Науке?

Сделав несколько глотков, Лиза почувствовала, как к ней возвращается бодрость и решимость.

— Так, - сказала она себе, - нужно собрать информацию. Узнать, что это за иероглифы, где они были найдены, и кто за этим стоит. Может повезет и есть что-то о них в наших базах. Но перед этим похоже придется отменить лекцию…

Она посмотрела на часы на своем смартфоне и увидев, что лекция у группы будет уже через 10 минут написала их старосте что сегодня лекция отменяется. И села за свой компьютер.

Лиза не стала доверять поисковикам — те выдавали лишь мусор для туристов и псевдоисториков. Она открыла внутреннюю базу университета «Библио-Архив», систему настолько старую и громоздкую, что она работала только через терминал с командной строкой.

— Ну давай, старушка, не подведи, — пробормотала она, постукивая по клавишам.

Она начала не с поиска картинок, а с анализа морфологии знаков. Лиза открыла на втором мониторе фото плиты и начала «разбирать» иероглифы на составные части: графемы, диакритические метки, векторы направления штрихов. Это была нудная, изматывающая работа. Она создавала таблицу соответствий, пытаясь наложить структуру этих знаков на известные ей языки.

— Так, здесь острый угол, характерный для клинописи, но сам наклон линии — как в протосинайском письме, — бубнила она под нос, забыв о стынущем кофе. — А вот этот символ… похоже на лигатуру, сложную связку звуков.

Она просидела два часа, просто вычленяя повторяющиеся элементы. Глаза слезились от яркого света монитора, а шея затекла так, будто она просидела в библиотеке сутки. Но когда она применила фильтр поиска по «комбинации графем», база данных СПбГУ внезапно выдала совпадение.

Один-единственный документ.

Это был отсканированный полевой дневник из фонда экспедиций 1934 года. Лиза открыла файл. Страница была заполнена мелким, размашистым почерком: «Объект неустановленного происхождения. Глубина залегания — 14 метров. Состояние плиты: критическое, попытки демонтажа привели к микротрещинам. Распознать и расшифровать надписи не удалось. Руководитель — Ковалевский».

Внизу страницы, на полях, была схематичная зарисовка. Лиза увеличила изображение. Это была та самая плита или очень похожая. Рядом стоял штамп: «Совершенно секретно. Особый сектор НКВД».

Так же следом шел документ об организации секретной экспедиции в Санкт-Петербурге НКВД в 30-е годы, которая занималась поиском древних материалов. Однако куда она была организована и была ли проведена информации не было. Но в архивах сохранилось несколько фотографий, на которых были изображены странные символы, похожие на те, что Лиза уже видела сегодня.

Лиза почувствовала, как по спине пробежал неприятный холодок, не имеющий ничего общего с прохладой университетского кабинета. Она нашла не просто иероглифы. Она нашла след. И этот след вели люди, которые умели стирать не только документы, но и тех, кто их находил. В этот момент кабинет, такой привычный и уютный, показался ей очень хрупким местом. Ей показалось, что тишина за дверью стала слишком плотной, неестественной. Она быстро сделала скриншот страницы и перекинула файл на зашифрованный раздел своего личного диска, стараясь делать это максимально незаметно.

— Хм, это уже интересно, — пробормотала Лиза, чувствуя, как в ней просыпается азартный следователь. — Похоже, история с иероглифами не совсем и шутка.

Решив, что пора сделать перерыв, Лиза откинулась на спинку кресла и закрыла глаза. В голове у нее, как в калейдоскопе, мелькали образы, таинственных экспедиций и суровых людей из Комитета по Науке.

— Что-то здесь нечисто, - подумала она. — И мне это начинает нравиться.

Внезапно в дверь постучали. Лиза открыла глаза и посмотрела на часы. Было уже поздно. «Кто это может быть?» - удивилась она и посмотрела на часы. До ее пары было еще сорок минут.

После стука дверь распахнулась. На пороге стояли двое тех самых мужчин из Комитета по Науке. Только теперь они были одеты не в строгие костюмы, а в черный камуфляж. И в их руках были пистолеты.

— Вы пойдете с нами, Елизавета Петровна, - сказал один из них с холодной улыбкой на лице. — У нас есть приказ доставить вас.

Лиза усмехнулась. «Ну, вот и приехали», - подумала она.

— И что вы собираетесь делать? - спросила она, стараясь сохранять спокойствие. — Запихнуть меня в камеру пыток и пытать до тех пор, пока я не соглашусь сотрудничать?

Мужчина промолчали. Было видно, что они не шутят.

— Ладно, - сказала Лиза, поднимаясь с кресла. – Допустим я согласна пойти с вами. Но вы должны мне все объяснить.

— Все объяснения будут позже, - ответил мужчина. — А сейчас — пошли.

— А как же право на адвоката?

— Он вам не понадобится – сказал тот, кого Лиза решила называть первым.

— Что все прям так плохо? Неужели смертную казнь вернули, а я не в курсе?

— Оставьте ваши комментарии при себе и идемте иначе мы будем вынуждены применить к вам силу.

Лиза встала надела свое пальто и перехватила сумочку.

— Ладно ведите меня мальчики. Надеюсь, вас на меня хватит.

Мужчины переглянулись и закатили глаза.

Они вывели Лизу из кабинета и повели по коридорам филологического факультета. Студенты, привыкшие видеть профессора Романову с неизменной стопкой книг и едким замечанием на устах, замерли. В их глазах не было ужаса, скорее — недоуменное любопытство, как будто они стали свидетелями странного перформанса. Кто-то достал телефон, но тут же опустил его под тяжелым взглядом человека в камуфляже.

— Не волнуйтесь, друзья мои, — крикнула Лиза, стараясь сохранить бодрость. — Я просто иду на экскурсию в подвалы Лубянки. Говорят, там очень интересно. И кормят неплохо. А эти милые мальчики пригласили меня туда на свидание в надежде на мою руку и сердце. Надеюсь, что они не патологоанатомы и не захотят все прям буквально.

Оба мужчины закатили глаза. Они вывели Лизу на улицу и посадили в черную машину с тонированными стеклами забрав ее сумочку, где находились все ее вещи включая телефон. Машина тронулась с места как по команде стоило только ее сопровождающим сеть в нее и закрыть двери. За окном все также моросил дождь, которому было всё равно кто куда едет или идет. Петербург, с его бесконечными фасадами и равнодушным дождем, сегодня казался особенно чужим.

— Куда мы едем? - спросила Лиза, глядя в окно.

— Это секретная информация, - ответил один из мужчин. — Просто сидите и молчите.

Лиза пожала плечами и вернулась к окну. Ей было страшно, но она старалась не показывать своего страха. Она не собиралась сдаваться без боя, ну или как минимум без пары едких комментариев.

Санкт-Петербургский дождь, начавшийся пока Лиза была в своем кабинете не собирался стихать, лишь усиливался, словно пытаясь смыть с города остатки дневного света. Лиза Романова, сидящая на заднем сиденье, нервно поправляла очки. Черный Мерседес мчал по набережной, рассекая серую пелену, как будто зловещая тень, скользила по улицам Санкт-Петербурга. За окном проплывали знакомые пейзажи: набережные, мосты, соборы... Все казалось обычным и привычным, но Лиза знала, что жизнь ее только что перевернулась с ног на голову.

В салоне машины царила гнетущая тишина, нарушаемая лишь тихим шуршанием шин по мокрому асфальту.

— Куда вы меня все же везете? - снова спросила Лиза, нарушая молчание.

— Вам все объяснят на месте, - ответил тот, кого Лиза решила называть первым, даже не повернув головы.

— А пока помолчите. «Не нервируйте нас», —сказал второй

— О, простите, я не знала, что вы такие нервные, — съязвила Лиза. — Может, вам валерьянки дать? Или чаю с ромашкой?

Мужчины проигнорировали ее сарказм.

Единственное что Лиза смогла понять, глядя в окно это то, что ее везут в затонированной машине, без опознавательных знаков, куда-то в направлении Петроградской стороны.

Холодный пот выступил у Лизы на лбу, несмотря на прохладу в салоне. Мужчины, сопровождавшие ее, молчали, их непроницаемые лица выдавали лишь возрастающее напряжение. Машина, черная, как ночь, виляла по извилистым улицам Санкт-Петербурга. Дождь, не унимаясь, барабанил по крыше, заглушая все звуки, кроме размеренного гула мотора.

Лиза пыталась понять, что происходит, но все ее попытки были тщетны. Несколько часов назад она спокойно готовилась к лекции, а теперь ее, как заключенную, везли в неизвестном направлении. Единственное, что она знала – мужчины, представившиеся сотрудниками некой организации, упорно отказывались объяснять причину такого внимания.

Машина свернула с набережной, нырнула в узкий проезд и, преодолев еще несколько поворотов, остановилась у массивных кованых ворот. Ворота медленно распахнулись, являя взгляду огороженную территорию. Лиза бросила взгляд на окружающую обстановку. Судя по массивным стенам, колючей проволоке и камерам видеонаблюдения, это было не просто офисное здание.

Автомобиль проехал несколько сотен метров, мимо обшарпанного, но внушительного здания в стиле сталинского ампира. Место, куда их везли, располагалось в самом сердце Петроградской стороны, в тихом переулке, спрятавшимся между домами, построенными еще в начале XX века. Небольшой переулок, застроенный, казалось бы, обычными жилыми домами, таил в себе секрет.

Машина остановилась у неприметного входа. Над входом не было никаких опознавательных знаков, лишь массивная металлическая дверь и несколько камер видеонаблюдения. Лиза почувствовала, как сердце забилось чаще.

Один из мужчин, тот, что повыше, повернулся к ней:

— Приехали, - сказал первый.

— Прошу вас выйти. — добавил второй.

— А мои вещи?

— Вам их отдадут позже - сказал первый.

— Возможно… — добавил второй.

Лиза глубоко вздохнула, стараясь сохранять спокойствие, Она выбралась из машины и оказалась под холодным дождем, который, казалось, пытался смыть все ее надежды и иллюзии. Мужчины, не говоря ни слова, жестом пригласили ее войти. Лиза шагнула внутрь. Дверь за спиной захлопнулась с тяжелым, герметичным щелчком, который отсек не только шум дождя, но и само ощущение времени. Воздух здесь был другим: сухим, прохладным, с едва уловимым привкусом антисептика. Лиза сделала вдох и почувствовала, как её легкие, привыкшие к влажному Питерскому воздуху, сжались. Здесь не было случайных звуков, не было эха. Звукоизоляция была такой идеальной, что она слышала собственное дыхание — прерывистое, испуганное. Первое, что бросилось в глаза – строгая обстановка. Голые бетонные стены, тусклое освещение, лишь несколько ламп, едва освещавших длинный коридор. По обеим сторонам коридора располагались двери, все одинаковые, серые, без опознавательных знаков.

Коридор был пуст и гулким. Лиза чуть замешкалась и тот, кого она про себя решила называть вторым и который шел чуть сзади нее, взял ее за предплечье и чуть ускорил. Лиза почувствовала, как все в ней отозвалось ужасом.

— Куда вы меня ведете? - спросила она, пытаясь вырваться. — Я требую адвоката!

— Сюда адвокатам не положено - ответил мужчина, чуть сжав ей руку у предплечья.

Они довели Лизу до одной из дверей и втолкнули ее туда. Дверь с лязгом захлопнулась за ее спиной.

Лиза оказалась в маленькой, темной комнате с голыми стенами. В углу стояла железная койка с грязным матрасом.

— Ну, здравствуй жопа Новый год, и я вот, - прошептала Лиза, оглядываясь по сторонам. — Похоже, Лиза на этот раз твой язык нашел не только приключения на наши нижние девяносто, но еще и не в пятизвездочном отеле.

Лиза подошла к койке и села на матрас. Койка скрипнула под Лизиной пятой точкой, словно старая калоша, давая понять, что уровень комфорта в этом заведении явно ниже плинтуса. «Ну, ничего, - подумала Лиза, оглядывая апартаменты. - Зато есть чем заняться. Разберусь, например, чем отличается тюремная мода XXI века от концлагерной.»

Лиза окинула взглядом стены, испещрённые непонятными надписями и рисунками. «Кажется, здесь побывали не только враги государства, но и начинающие художники-граффитисты,» - усмехнулась она.

В камере наступила тишина, прерываемая лишь тихим капаньем из не плотно закрытого крана в левом углу комнаты рядом с старым, грязным и изъеденным ржавчиной унитазом без стульчака. Сколько времени прошло? Час? Два? А может, все четыре? В комнате не было ни окон, ни часов, и оценить течение времени было практически невозможно.

Сначала Лиза старалась сохранять спокойствие. Она встала и осмотрела камеру, пытаясь найти хоть какие-то подсказки, хоть какие-то зацепки. Надписи на стенах, как ни странно, оказались самым интересным. Какие-то бессвязные фразы, имена, даты, примитивные рисунки. Большинство надписей были сделаны на неизвестном ей языке или просто бессмысленны. Она сделала вывод, что сидеть в этой камере вряд ли полезно для ее психического состояния и села на кровать.

Затем наступила стадия яростного негодования. Лиза ругалась про себя на чем свет стоит. На этих идиотов, на свой длинный язык, на плохую погоду, на правительство, на несправедливость мира. Она мечтала о вкусном кофе, о теплой постели, о том, чтобы оказаться сейчас на лекции, а не в этой клоаке. Потом начала выискивать изъяны в планах тех, кто ее сюда запер.

Но постепенно злость уступила место страху. Лиза осознала, что находится в руках людей, намерения которых ей неизвестны. Она чувствовала себя загнанным зверем, которому некуда бежать. В голову лезли самые мрачные мысли.

Чтобы хоть как-то себя отвлечь, Лиза начала вспоминать стихи декламируя их вслух и мерея шагами камеру. Она всегда хорошо знала поэзию, особенно Серебряного века. Она прочла наизусть несколько стихотворений Ахматовой, Цветаевой, Блока. Читая, она будто бы уносилась в те времена, и ее охватывало ощущение покоя и спокойствия.

Дальше пришла стадия смирения. Лиза попыталась успокоиться. Она понимала, что истерика ей не поможет. Она села на койку и начала глубоко дышать, пытаясь взять себя в руки. Она вспомнила слова бабушки о том, что даже если вас съели у всегда есть как минимум два выхода либо через верх, либо через низ. И вспомнила те советы о том, что нужно всегда оставаться в хорошем настроении, особенно если вокруг тебя пытаются сделать тебе гадости. Как говорится: «Улыбайтесь! Это всех раздражает». Так что: «Улыбаемся и машем…»

Сидя на грязной койке, она уперлась спиной в стену скрестила на руки под грудью и закрыла глаза. Последняя ее мысль была: «Все что нас не убивает делает нас сильнее» и она уснула.

Через некоторое время дверь камеры с лязгом открылась, и в проёме появились те же двое джентльменов удачи, что и утром.

— А что ваша экскурсия уже окончилась и теперь гид завет меня на индивидуальную экскурсию? Или вы еще не налюбовались красотами? – спросонья поинтересовалась Лиза зевая. Ее мышцы затекли пока она дремала, и она потянулась. – А может вы решили принести мне круассаны в качестве извинения за похищение?

Мужчины проигнорировали её сарказм.

— Выходите. С вами хотят поговорить, - бросил первый.

—Ой, ну наконец-то! - обрадовалась Лиза. - А то я уж думала, что меня тут забыли. Надеюсь, разговор будет интереснее, чем лекция о вреде курения в закрытом помещении.

— Выходим, — коротко продублировал напарника второй.

— Консул ждет вас, - сухо сказал первый.

Лиза, стараясь не выдать своего волнения, поднялась с койки. Ноги немного затекли от долгого сидения, и она почувствовала легкое головокружение. Держаться прямо, дышать ровно, смотреть в глаза, — повторяла она про себя, как мантру.

Мужчины, не говоря ни слова, взяли Лизу под руки и повели по коридору, который теперь казался еще более мрачным и зловещим. Коридор, как и камера, был серым и безликим. Голые стены, тусклое освещение, однообразные двери по обеим сторонам, эхо шагов. Тишина. Только тишина и эти двое... Казалось, что они идут по лабиринту, не имеющему ни начала, ни конца.

В конце коридора Лиза увидела свет. Они приближались к какой-то двери. Она была металлической, укрепленной. Издали Лиза могла различить электронный дисплей с кнопками.

Один из мужчин, тот, кого Лиза решила называть первым, остановился перед дверью и отпустил Лизу. Затем он достал из кармана небольшую пластиковую карту и провел ею по считывающему устройству. На двери загорелся зеленый свет, и послышался щелчок. Второй подошел и набрал код на терминале.

За дверью оказался… лифт. Но не обычный. Это был лифт, которого Лиза никогда раньше не видела. С первого взгляда было понятно, что это новейшая и дорогая технология. Дверь отъехала в сторону, и взору открылась кабина лифта, отделанная полированным металлом и оснащенная множеством кнопок и дисплеев. Лиза шагнула внутрь, за ней вошли мужчины. Один из мужчин подошел к пульту управления и набрал какую-то сложную комбинацию на сенсорном дисплее. Лиза успела заметить, что он нажал кнопку с цифрой -5. Двери закрылись, и лифт плавно тронулся. Несколько минут спустя лифт остановился. Двери открылись, и Лиза увидела просторный зал, освещенный яркими лампами.

Покинув лифт, она оказалась в подземном мире, поражающем своим масштабом и технологическим великолепием. Перед ней раскинулся огромный зал, больше напоминающий футуристический торговый центр, чем секретную военную базу или бункер.

Вместо голых бетонных стен, которые она видела наверху, тут ее окружали стены, облицованные панелями из матового металла, создававшими ощущение простора и свободы. Искусственное освещение, искусно встроенное в потолок, имитировало дневной свет, создавая иллюзию присутствия под открытым небом.

В огромном зале кипела жизнь. Люди в строгих костюмах, белых халатах и военной форме сновали туда-сюда, спеша по своим делам как муравьи в муравейнике. Здесь, казалось, пересеклись все научные направления: физики, химики, лингвисты, биологи, инженеры – все они были сосредоточены в одном месте, работая над чем-то важным, о чем Лиза пока не имела ни малейшего представления.

Посреди этого высокотехнологичного многоуровневого лабиринта располагался небольшой оазис зелени – зимний сад. В центре зала, росли растения, создавая ощущение покоя и умиротворения. Рядом, ухоженные дорожки вели к столикам кафе, где люди сидели, попивая кофе из стаканчиков с логотипом, который Лиза не узнавала и что-то ели. Атмосфера была невероятно расслабленной. Она ожидала увидеть ржавые трубы, суровых людей с автоматами и сырость подземных бункеров из старых фильмов. Вместо этого — запах озона, качественного кофе и кондиционированного воздуха. Люди в белых халатах, проходящие мимо, даже не удосужились посмотреть в её сторону. Они были заняты, сконцентрированы, словно находились не в сердце секретной базы, а в штаб-квартире какой-нибудь IT-корпорации. Эта нормальность пугала. Убийственная, выверенная эффективность, где каждому человеку отведена роль, и никто не задает лишних вопросов.

— Мы где находимся? - спросила Лиза, оглядываясь по сторонам.

— Добро пожаловать на секретную базу, — ответил первый из мужчин. — Это — минус пятый этаж. Здесь располагаются основные научные лаборатории и аналитические центры. А сейчас мы проводим вас в кабинет Консула.

— Выглядит, как современный рай, – пробормотала Лиза, оглядываясь по сторонам.

Её спутники, привыкшие к такому зрелищу, не обратили на это внимание. Они направились к узкому коридору, где Лиза успела заметить обозначения различных лабораторий. Там было все: от отдела криптографии до центра изучения древних артефактов.

— Это – один из основных центров, где проводятся исследования и разработки, - пояснил один из сопровождающих, словно читая ее мысли. - Здесь же, в основном, проживают сотрудники, не поднимаясь на поверхность. Все условия созданы, чтобы работа была максимально эффективной и комфортной.

Лиза с любопытством наблюдала за происходящим. Ей казалось, что она попала в какой-то научно-фантастический фильм.

Они пересекли зал лавируя между людей и зашли в один из коридоров. Вдоль коридора располагались двери с сенсорной панелью у входа. Все они были без опознавательных знаков, но казалось, что за ними скрывается нечто важное и явно засекреченное. Наконец, они остановились у одной из дверей. На двери не было ничего, кроме небольшой панели с кодовым замком и сканером отпечатка пальца. Один из мужчин, снова тот, кого Лиза называла про себя первым, приложил палец к сканеру. Раздался тихий щелчок, и дверь бесшумно отворилась.

— Проходите, — сказал он, указывая на дверь. Лиза глубоко вздохнула и шагнула внутрь. Она оказалась в просторном кабинете, обставленном дорогой мебелью. Большой стол из темного дерева занимал почти всю комнату. За столом сидел мужчина средних лет, в идеально сидящем костюме. Его лицо выражало спокойствие и уверенность.

— Добрый день, Елизавета Петровна, — сказал мужчина, поднимаясь из-за стола. — Меня зовут Константин Сергеевич, но все зовут меня – Консул. Прошу, садитесь. Лиза, стараясь сохранить невозмутимость, подошла к столу и села в предложенное кресло. Кресло было удобным, но Лиза ощущала, что оно не расслабляет, а наоборот, держит в напряжении.

— Добрый день, — ответила она, оглядывая кабинет. — Довольно-таки уютненько у вас тут, для секретной базы. Хоть и похоже на кабинет прокурора — хотя в нем явно не хватает портрета Путина, а вот если бы был, то это был бы уже полный комплект.

Консул слегка улыбнулся.

— У меня нет никого портрета, - ответил он. – Предпочитаю знать руководство лично, а не по портретам и фото.

— Как скажете, - пожала плечами Лиза. - Но, признаться, обстановка навевает легкую скуку. Можно ли попросить кофе? А то что-то мне сегодня не везет на этот напиток.

— Конечно, — сказал Консул — Я распоряжусь, чтобы вам принесли кофе. А пока давайте поговорим о вас

Лиза усмехнулась.

— Все зависит от того, что вы мне расскажете про то, как моя сексуальная связь с Марсианами привела к государственной измене. За одно просветите меня что я шпионка и диверсантка в одном лице и видимо работаю на Венерианцев? И, главное, зачем вы меня сюда привезли?

Консул посмотрел на сопровождающих ее мужчин и спросил

— Они тут все в Питере на инопланетянах помешаны?

Мужчина, которого Лиза называла про себя первым, без всякого намека на усмешку ответил:

— Никак нет. Только половина.

— А вторая половина? — в недоумении спросил тот, что был в военной форме

— А вторая на разнице между Шавермой и Шаурмой — на полном серьезе ответил второй.

Лиза прыснула от смеха в кулак.

— Ладно. Свободны! — Сказал Консул и добавил — Доложите о своем прибытии начальнику службы безопасности пусть он подождет Елизавету Петровну снаружи. И распорядитесь там о кофе для Елизаветы Петровны.

Двое быстро покинули кабинет и закрыли за собой дверь оставляя Лизу и Консула на едине.

— Прежде всего, Елизавета Петровна, позвольте поблагодарить вас за согласие приехать. Мы прекрасно понимаем, что это было сделано не по вашей воле, и приносим свои извинения за причиненные неудобства.

Лиза пожала плечами.

— Ну, что ж, хотя бы принесли свои извинения, и на том спасибо. Если это все, то можете меня отпустить? А то меня ждет еще куча дел…

— К сожалению, нет. У нас к вам есть серьезное дело, — ответил консул — И вам предстоит немного у нас задержаться.

В этот момент дверь открылась и в кабинет вошла девушка в форме с небольшим подносом в руках, на котором стояла чашка ароматного кофе, тарелка с выпечкой и кружка ароматного чая. По всей видимости для Консула. Девушка поставила перед Лизой чашку кофе и тарелку с выпечкой, затем подошла и поставила чашку чая перед Консулом. Мило улыбнулась и не сказав ни единого слова вышла, закрыв за собой дверь.

— Ладно. Хватит полемики, давайте к делу — сказал он. - Вы оказались нам нужны. Мы предлагаем вам сотрудничество.

— О, вот это поворот! – Лиза усмехнулась и невозмутимо продолжила. - То есть, сначала вы меня похищаете, сажаете в тюрьму, потом извиняетесь и говорите, что я вам нужна? Знаете, у меня есть кот, который ведет себя точно так же. Сначала приходил на коленки и мурлыкал, потом, когда его начинала гладить, кидался царапаться так что потом неделю в бинтах ходишь. Правда, он ещё и в тапки гадит и углы метит, вы случайно не родственники?

Мужчина проигнорировал её сравнение с котом.

— Мы предлагаем вам возглавить научный отдел по исследованию тех самых иероглифов, - сказал он. - которые возможно перевернут наше представление об истории человечества.

Лиза выгнула бровь. Консул же достал из ящика стола несколько фотографий. На фотографиях была изображена та самая каменная плита, что Лиза видела на фотографиях, которые ей показали в университете.

— О, это интересно, - сказала она. - А можно поподробнее? Я что-то начинаю думать, что в моей жизни появился сюжет для очередного фильма.

— Вам предоставляется полная свобода действий и неограниченные ресурсы.

Лиза удивлённо приподняла вторую бровь.

— Неограниченные ресурсы? - переспросила она. - Вы серьёзно? Это что, значит, я смогу купить себе личный автомобиль с водителем качком, заказать доставку кофе из Бразилии и завести себе ручного динозавра?

Мужчина закатил глаза.

— Не будем утрировать, - ответил он. - Главное, что вы получите всё необходимое для работы.

— Тогда без динозавра никак — развела она руками в сожалеющем жесте — А что насчёт моей свободы? - спросила Лиза.

Консул даже не поднял на неё глаз, продолжая читать смотреть какие-то документы на столе. Он перевернул страницу.

— Вы правы насчет динозавра, Елизавета Петровна. К сожалению, биологический отдел пока не смог воссоздать рептилий юрского периода, ресурсы уходят на другие цели. Но кофе… — он жестом указал на чашку, которую принесла девушка. — …сорт «Гейша», обжарка светлая, с нотами жасмина. Я знаю, что вы перепробовали всё, что продается на Невском, но этот… этот вам понравится.

Лиза замерла. Он знал даже её кофейные предпочтения. Это было не просто «сотрудничество», это было вторжение в её личное пространство, возведенное в абсолют. Консул наконец закрыл папку и посмотрел на неё. Его улыбка была профессиональной, вежливой и абсолютно пустой.

— Мы не похитили вас, Елизавета Петровна. Мы выдернули вас из рутины, которая вас убивала. Неужели вам не хочется увидеть, как выглядит история на самом деле, а не через призму пыльных томов? А свобода — это всего лишь мера восприятия. В реальности есть только ресурсы, допуски и уровни ответственности. Вы искали истину в шумерских табличках, в то время как истина лежала у вас под ногами. Мы предлагаем вам перестать быть сторонним наблюдателем истории и стать её автором.

— Странное конечно у вас понимание о свободе. Но почему вас интересую именно я?

— Потому что у вас есть талант, мы знаем, что вам интересно все необычное. И к тому же вам это придется сделать, хотите вы того или нет — улыбнулся Константин Сергеевич, хотя в его глазах не было и намека на веселье.

— В любом случае, - ответила Лиза, — у меня уже есть работа.

— Вы так думаете? — и Консул протянул папку.

Открыв, ее Лиза увидела в ней заявление, написанное ее почерком и с ее подписью которого она никогда не писала и подписанный приказ об ее увольнении с ее подписью об ознакомлении и трудовую книжку. В приказе было написано, что со вчерашнего дня Лиза уволена по собственному желанию без обязательной отработки. Прочтя все это у Лизы пересохло в горле и запершило. Она взяла кофе что бы сбить сухость во рту и поперхнувшись откашливаясь.

— Так что, выбор за вами Елизавета Петровна. Или вы сотрудничаете с нами, или… Давайте не будем с вами выяснять другой вариант? Вы талантливая и очаровательная девушка и мне бы не хотелось вам угрожать. — и Консул очаровательно улыбнулся. — Жить вы будете на базе и вам придется подписать кое какие документы… — он достал их все из того же ящика откуда до этого доставал ее документы об увольнении протянул их Лизе. Видя, что Лиза не торопится их брать положил их на стол перед ней.

Лиза смотрела на стол. Документы лежали идеально ровной стопкой. Ручка, которую положил перед ней Консул, была тяжелой, дорогой, явно не из тех, что валяются в деканате. Она поняла: как только её подпись коснется этой бумаги, она перестанет быть профессором Романовой. Она станет собственностью. Или, в лучшем случае, активом.

Лиза задумалась. С одной стороны, ей очень хотелось узнать, что скрывают эти таинственные иероглифы. С другой стороны, она не доверяла этим людям и понимала, что они могут сделать с ней что угодно в любой момент.

Лиза заглянула в документы, которые лежали на столе. Договор о найме на работу привлек ее внимание, особенно пункт о ежемесячной зарплате, где стоял прочерк, о чем она и не преминула сообщить.

— В пункте о зарплате прочерк.

— Я знаю. Сумму впишите сами. Вы же жаловались моим подчиненным, что ваша зарплата давно не видела щедрости. Вот вам желаемая вами щедрость.

— Ваши мальчики что вам наш диалог с ними по ролям рассказывали?

— Нет конечно. — усмехнулся мужчина. — Но основную мысль донесли.

— Ладнооо, — задумчиво протянула она наконец. — Но мне бы хотелось знать с кем мне предстоит работать и что это за место. Я хочу знать, с кем мне придётся иметь дело. Я хочу получить полную информацию о том, где были найдены эти иероглифы.

Мужчина кивнул.

— Это разумно, - ответил он. - Мы предоставим вам всю необходимую информацию. И не волнуйтесь, у нас работают лучшие специалисты. Вам будет с ними интересно выпить чаю с печеньками вечером. А касательно того, что это за место думаю Викинг вам все расскажет после нашей с вами беседы. Он начальник нашей службы безопасности и будет ждать вас на выходе из моего кабинета.

Лиза взяла лежавшую на столе ручку. Ручка в руке казалась тяжелой, как кандалы. Выдохнув как перед прыжком, она поставила свою подпись и сказала:

— Хорошо, тогда рассказывайте.

Константин Сергеевич вздохнул и начал свой рассказ. А Лиза приготовилась к тому, что ее жизнь уже никогда не будет прежней.

Глава 3. Личное дело (ВтораяИтерация)

ЛИЧНОЕ ДЕЛО 1151/85А

ШИФР: Объектом Консул

ФАМИЛИЯ: Засекречено

ИМЯ: Константин

ОТЧЕСТВО: Засекречено

ОПЕРАТИВНЫЙ ПСЕВДОНИМ: Консул

ДАТА РОЖДЕНИЯ: (Скрыто в целях оперативной безопасности) 45 лет

МЕСТО РОЖДЕНИЯ: (Информация недоступна)

АНКЕТНЫЕ ДАННЫЕ:

Занимаемая должность: руководитель проекта Происхождение (санкционировано на высшем уровне)

Уровень допуска: Абсолютный. Предоставлены неограниченные полномочия в рамках проекта.

Степень лояльности: Засекречено

Риски: Засекречено

Слабые стороны: Засекречено

БИОГРАФИЧЕСКИЕ ДАННЫЕ:

Отсутствуют достоверные сведения о прошлом объекта, позывной засекречен, до его назначения на текущую должность. Прочая информация засекречена.

Обладает беспрекословным подчинением и уважением среди участников проекта.

ОБЯЗАННОСТИ:

Взаимодействие с правительством: Обеспечение политической поддержки и непрерывного финансирования проекта Происхождение на всех уровнях. Опытный переговорщик, способный находить решения в сложных ситуациях.

Снабжение проекта: Обеспечение бесперебойной поставки необходимого оборудования, материалов и кадров. Обладает обширной сетью контактов в различных организациях, что позволяет получать доступ к ресурсам, недоступным для других. Прочая информация засекречена.

Принятие ключевых решений: Определение стратегического направления проекта, принятие решений в области исследований, эксплуатации и безопасности. Проявляет аналитический ум, но не всегда делится своими планами. Прочая информация засекречена.

ПСИХОЛОГИЧЕСКИЙ ПОРТРЕТ:

Характер: Харизматичный, властный, загадочный. Умеет располагать к себе людей, но всегда соблюдает дистанцию. Скрытен, не раскрывает своих истинных намерений. Хладнокровен и расчетлив, не склонен к импульсивным решениям. Демонстрирует сильную волю и не терпит неповиновения.

Эмоциональный фон: Практически не проявляет эмоций на лице. Говорит тихим, ровным голосом, каждое его слово имеет вес.

Интеллект: Обладает феноменальной памятью на имена, даты и факты. Склонен к аналитическому мышлению и стратегическому планированию.

Привычки: Курит дорогие кубинские сигары. Имеет привычку постоянно крутить в руке монету, когда обдумывает важное решение.

ВНЕШНИЕ ПРИМЕТЫ:

Среднего роста, спортивного телосложения.

Носит строгие деловые костюмы темных тонов. Всегда безупречно выбрит и причесан.

Взгляд пронзительный и измеряющий.

На правой руке – старинное золотое кольцо с гербом, принадлежность которого установить не удалось.

Прочая информация засекречена.

РЕКОМЕНДАЦИИ:

Засекречено.

Засекречено.

Засекречено.

Засекречено.

СОСТАВИТЕЛЬ: (подпись засекречено, звание засекречено)

ДАТА: засекречено

ЛИЧНОЕ ДЕЛО 18987/56Б

ШИФР: Объект Лингва

ФАМИЛИЯ: Романова

ИМЯ: Елизавета

ОТЧЕСТВО: Петровна

ОПЕРАТИВНЫЙ ПСЕВДОНИМ: Лиса (НЕ ИСПОЛЬЗОВАТЬ В ОФИЦИАЛЬНЫХ ДОКУМЕНТАХ)

ДАТА РОЖДЕНИЯ: (скрыто для обеспечения конфиденциальности) 38 лет.

МЕСТО РОЖДЕНИЯ: Санкт-Петербург, РФ

АНКЕТНЫЕ ДАННЫЕ:

Занимаемая должность: Руководитель научного отдела проекта Происхождение (Утверждено Объектом Консул)

Уровень допуска: Ограниченный. Доступ к информации строго в рамках возложенных обязанностей.

Степень лояльности: под сомнением. Принудительно привлечена к проекту. Требуется засекречено.

Риски: Средние. Высокий интеллектуальный потенциал засекречено. Склонность к нестандартному мышлению и скептицизму засекречено.

Слабые стороны: Засекречено

БИОГРАФИЧЕСКИЕ ДАННЫЕ:

Образование: Высшее. Закончила (ранее) СПбГУ, защитила диссертацию по неизвестным письменностям, найденным на территории Сибири.

Трудовая деятельность: Преподаватель (ранее) СПбГУ. Публиковала научные статьи в профильных изданиях.

Имеет репутацию эксперта в области археологии, лингвистики, истории и мифологии. Обладает энциклопедическими знаниями, особый интерес проявляет к протоязыкам и гипотезам о существовании праязыка.

Имеет опыт работы с древними текстами и артефактами.

ОБЯЗАННОСТИ:

Руководство научным отделом проекта Происхождение.

Организация и координация работы ученых различных специальностей (историки, лингвисты, генетики, физики).

Изучение документации и информации, полученной в ходе реализации проекта.

Разработка научных теорий, объясняющих сущность и значение артефактов и информации, обнаруженных в рамках проекта.

Составление отчетов и аналитических материалов.

ПСИХОЛОГИЧЕСКИЙ ПОРТРЕТ:

Характер: Умная, проницательная, любознательная. Обладает аналитическим складом ума и развитым критическим мышлением. Скептик, не доверяет общепринятым версиям и предпочитает самостоятельно проверять информацию.

Эмоциональный фон: скрывает неуверенность в себе и страх перед неизвестным за маской сарказма и цинизма.

Интеллект: обладает феноменальной памятью на языки и символы.

Привычки: грызёт карандаш, когда нервничает. Любит пить крепкий кофе и курить вейп. Ведет личный дневник, в котором записывает свои мысли, наблюдения и расшифрованные тексты, был кот.

ВНЕШНИЕ ПРИМЕТЫ:

Невысокая, полноватая.

Длинные русые волосы, обычно собранные в хвост.

Носит очки в тонкой оправе, которые постоянно поправляет.

Одевается просто и удобно, предпочитает джинсы и свитера.

РЕКОМЕНДАЦИИ:

Установить засекречено за Объектом Лингва. Особое внимание уделять содержанию личного дневника и контактам с лицами, не входящими в состав проекта Происхождение.

Засекречено.

При необходимости использовать засекречено для поддержания лояльности и предотвращения нежелательных действий.

Засекречено

СОСТАВИТЕЛЬ: (подпись засекречено, звание засекречено)

ДАТА: засекречено

ЛИЧНОЕ ДЕЛО 677/1835/18А

ШИФР: Объект Викинг

ФАМИЛИЯ: Волков

ИМЯ: Андрей

ОТЧЕСТВО: (Засекречено)

ОПЕРАТИВНЫЙ ПСЕВДОНИМ: Варяг (широко известен, использовать с осторожностью)

ДАТА РОЖДЕНИЯ: (скрыто для обеспечения конфиденциальности) 50 лет.

МЕСТО РОЖДЕНИЯ: (скрыто для обеспечения конфиденциальности)

АНКЕТНЫЕ ДАННЫЕ:

Занимаемая должность: Начальник отдела безопасности проекта Происхождение. Руководитель неофициального подразделения Департамент Особых Задач (ДОЗ).

Уровень допуска: Высокий. Имеет доступ к информации, необходимой для обеспечения безопасности проекта.

Степень лояльности: Высокая. Демонстрирует преданность проекту и его целям.

Риски: Умеренные. Засекречено.

Слабые стороны: Засекречено.

БИОГРАФИЧЕСКИЕ ДАННЫЕ:

Военный опыт: Участвовал в двух чеченских войнах. Награжден за храбрость. Засекречено.

Состоит в неофициальном подразделении Департамент Особых Задач (ДОЗ), занимающемся деликатными операциями, требующими военной поддержки и защиты интересов проекта.

Отличается высоким уровнем физической подготовки и владеет различными видами боевых искусств.

Имеет опыт работы с холодным оружием и огнестрельным оружием, является экспертом по снайперскому делу.

ОБЯЗАННОСТИ:

Обеспечение физической и информационной безопасности проекта Происхождение.

Предотвращение утечек информации и защита от внешних угроз.

Руководство отделом безопасности, состоящим из бывших спецназовцев, специалистов по информационной безопасности и аналитиков.

Организация и проведение специальных операций в рамках Департамента Особых Задач (ДОЗ).

ПСИХОЛОГИЧЕСКИЙ ПОРТРЕТ:

Характер: Суровый, немногословный, замкнутый. Не склонен к сантиментам. Засекречено.

Эмоциональный фон: Засекречено. Обладает обостренным чувством справедливости и преданности тем, кого считает своими.

Интеллект: Обладает феноменальной памятью на лица и детали. Аналитический склад ума.

Привычки: Практически не улыбается. Имеет привычку проверять оружие несколько раз в день. Пьет только крепкий чай с медом и имбирем.

ВНЕШНИЕ ПРИМЕТЫ:

Высокого роста, крепкого телосложения.

Короткая стрижка.

Шрам, пересекающий бровь (Засекречено).

Одет обычно в простую, удобную одежду, не привлекающую внимания.

На запястье – старые армейские часы с компасом.

РЕКОМЕНДАЦИИ:

Учитывая военный опыт и психологическое состояние Объекта Варяг, рекомендуется привлекать его к задачам, требующим решительности и применения силы.

Необходимо засекречено.

Следует засекречено.

Необходимо учитывать засекречено.

Рекомендуется засекречено.

СОСТАВИТЕЛЬ: (подпись засекречено, звание засекречено)

ДАТА: засекречено

ЛИЧНОЕ ДЕЛО 677/1835/29А

ШИФР: Объект Эскулап

ФАМИЛИЯ: (Засекречено)

ИМЯ: Светлана

ОТЧЕСТВО: (Засекречено)

ОПЕРАТИВНЫЙ ПСЕВДОНИМ: Отсутствует. (Использовать имя и шифр)

ДАТА РОЖДЕНИЯ: (скрыто для обеспечения конфиденциальности) 42 года

МЕСТО РОЖДЕНИЯ: (Информация ограничена)

АНКЕТНЫЕ ДАННЫЕ:

Занимаемая должность: Начальник медицинской службы проекта Происхождение.

Уровень допуска: Средний. Доступ к медицинской информации, связанной с проектом и личным составом.

Степень лояльности: Высокая. … Засекречено.

Риски: Низкие. …Засекречено.

Слабые стороны: Страдает от… Засекречено. Склонна… засекречено.

БИОГРАФИЧЕСКИЕ ДАННЫЕ:

Образование: Высшее медицинское. Специализация – вирусология и военно-полевая хирургия.

Трудовая деятельность: имеет опыт работы в военных госпиталях и полевых лагерях. Принимала участие в боевых действиях.

Высококвалифицированный медик. Обладает широкими знаниями в области медицины и вирусологии.

Сведения о родственниках ограничены, засекречено.

ОБЯЗАННОСТИ:

Обеспечение медицинской поддержки проекта Происхождение.

Организация и контроль работы медицинской службы.

Разработка медицинских протоколов и обеспечение необходимыми медикаментами и оборудованием.

Оказание экстренной медицинской помощи личному составу.

Разработка мер по защите от биологических угроз.

ПСИХОЛОГИЧЕСКИЙ ПОРТРЕТ:

Характер: Сильная, волевая, решительная. Обладает твердым характером и непоколебимой верой в свои силы.

Эмоциональный фон: Заботлива о своих пациентах и готова сделать все возможное, чтобы помочь…Засекречено.

Интеллект: обладает энциклопедическими знаниями в области медицины и вирусологии. Аналитический склад ума.

Привычки: Постоянно моет руки и дезинфицирует поверхности. Всегда носит в кармане несколько энергетических батончиков и таблетки от головной боли.

ВНЕШНИЕ ПРИМЕТЫ:

Невысокая, но крепкая.

Короткая стрижка, небрежно уложенная.

Морщины вокруг глаз.

Носит простую, удобную одежду, обычно стандартную форму или камуфляж.

На шее – небольшой серебряный крестик.

РЕКОМЕНДАЦИИ:

Учитывая ее медицинскую квалификацию и опыт работы в экстремальных условиях, Объекту Эскулап следует предоставить полную свободу действий в рамках медицинской службы проекта.

Необходимо обеспечить…Засекречено.

Следует учитывать… засекречено.

Рекомендуется… засекречено.

СОСТАВИТЕЛЬ: (подпись засекречено, звание засекречено)

ДАТА: засекречено

ЛИЧНОЕ ДЕЛО 10110/10Б

ШИФР: Объект Зеро

ФАМИЛИЯ: (Засекречено)

ИМЯ: Артем

ОТЧЕСТВО: (Неизвестно)

ОПЕРАТИВНЫЙ ПСЕВДОНИМ: Нео (сетевой псевдоним, широко известен)

ДАТА РОЖДЕНИЯ: (скрыто для обеспечения конфиденциальности) 25 лет.

МЕСТО РОЖДЕНИЯ: (Информация отсутствует в открытых источниках)

АНКЕТНЫЕ ДАННЫЕ:

Занимаемая должность: Специалист по информационной безопасности проекта Происхождение.

Уровень допуска: Высокий. Доступ к критически важной информации о безопасности проекта.

Степень лояльности: Ненадежная. Привлечен к сотрудничеству под давлением обстоятельств. Нуждается в постоянном контроле.

Риски: Чрезвычайно высокие. Обладает уникальными навыками взлома и манипулирования информацией, которые могут быть использованы во вред проекту или национальной безопасности.

Слабые стороны: Зависимость от компьютерных игр и виртуальной реальности. Высокое самомнение и склонность к эксцентричному поведению. Потребность в признании и самоутверждении.

БИОГРАФИЧЕСКИЕ ДАННЫЕ:

Прошлое: практически полностью удалено из официальных баз данных. Предположительно, обладает опытом несанкционированного доступа к защищенной информации и взлома компьютерных систем. Был завербован после предотвращения крупномасштабной кибератаки на (информация удалена).

Состоит на службе в правительстве, выполняя задания в сфере кибербезопасности.

Склонен к хвастовству и преувеличению своих достижений.

ОБЯЗАННОСТИ:

Обеспечение информационной безопасности проекта Происхождение.

Защита от киберугроз и предотвращение утечек информации.

Проведение операций по дезинформации и кибершпионажу в интересах проекта.

Разработка и внедрение новых методов защиты информации.

Выявление и нейтрализация потенциальных угроз в киберпространстве.

ПСИХОЛОГИЧЕСКИЙ ПОРТРЕТ:

Характер: Эксцентричный, самоуверенный, непредсказуемый. Склонен к сарказму и не терпит авторитетов.

Эмоциональный фон: Чувствует себя одиноким и непонятым. Скрывает свои чувства за маской цинизма и равнодушия.

Интеллект: Гениальный хакер. Обладает энциклопедическими знаниями в области программирования, криптографии и сетевых технологий.

Привычки: Постоянно использует жаргон хакеров. Зависим от компьютерных игр и виртуальной реальности. Практически не выходит из своей комнаты.

ВНЕШНИЕ ПРИМЕТЫ:

Худощавый, с бледным лицом и растрепанными волосами.

Носит очки в поворотной оправе.

Одевается в свободную, удобную одежду, часто футболки с логотипами IT-компаний или цитатами из фильма Матрица.

РЕКОМЕНДАЦИИ:

Учитывая … засекречено, представляемый Объектом Зеро, рекомендуется… Засекречено.

Необходимо… засекречено.

Следует… засекречено.

Необходимо использовать его навыки и знания в интересах проекта… засекречено.

СОСТАВИТЕЛЬ: (подпись засекречено, звание засекречено)

ДАТА: засекречено

ЛИЧНОЕ ДЕЛО 1836/581К/18

ШИФР: Объект Астра

ФАМИЛИЯ: (Засекречено)

ИМЯ: Ариадна

ОТЧЕСТВО: Викторовна

ОПЕРАТИВНЫЙ ПСЕВДОНИМ: Вега (использовать с осторожностью, может быть псевдонимом)

ДАТА РОЖДЕНИЯ: (скрыто для обеспечения конфиденциальности) 42 года

МЕСТО РОЖДЕНИЯ: (Информация ограничена, требуется уточнение)

АНКЕТНЫЕ ДАННЫЕ:

Занимаемая должность: Научный сотрудник проекта Происхождение (экзобиология).

Уровень допуска: Средний. Доступ к информации, касающейся потенциальных внеземных аспектов проекта.

Степень лояльности: Засекречено. Не исключена возможность одержимости научными идеями.

Риски: Низкие. Склонность к нестандартным гипотезам и теориям может привести к дезинформации.

Слабые стороны: Увлеченность экзобиологией может затмить объективность и критическое мышление.

БИОГРАФИЧЕСКИЕ ДАННЫЕ:

Образование: Высшее. Специализация – экзобиология. Место получение образования засекречено.

Имеет опыт изучения экстремофильных организмов в условиях Крайнего Севера и Сибири.

Предположительно, использует псевдоним Вега для дистанцирования от консервативной научной среды.

ОБЯЗАННОСТИ:

Изучение данных, полученных в ходе проекта Происхождение, с точки зрения возможности существования внеземных форм жизни.

Разработка гипотез о природе и происхождении артефактов и информации, обнаруженных в рамках проекта.

Проведение исследований, направленных на выявление биологических аспектов проекта.

Взаимодействие с другими научными сотрудниками проекта.

Подготовка отчетов и аналитических материалов.

ПСИХОЛОГИЧЕСКИЙ ПОРТРЕТ:

Характер: Увлеченная, целеустремленная, склонная к нестандартному мышлению.

Эмоциональный фон: Энтузиазм по поводу экзобиологии может влиять на ее оценки и суждения.

Интеллект: Обладает глубокими знаниями в области биологии, астробиологии и смежных дисциплин.

Привычки: (Требует выявления).

ВНЕШНИЕ ПРИМЕТЫ:

(Требует уточнения).

РЕКОМЕНДАЦИИ:

…Засекречено...

…Засекречено....

…Засекречено...

Использовать ее знания и опыт для разработки гипотез о внеземном происхождении артефактов…Засекречено...

…Засекречено...

СОСТАВИТЕЛЬ: (подпись засекречено, звание засекречено)

ДАТА: засекречено

Тишина в кабинете была настолько плотной, что казалось, её можно порезать ножом. Лиза медленно закрыла последнюю из предложенных папок. Анализ психологического состояния… Рекомендации по поддержанию лояльности… Усилить контроль… – промелькнуло в её голове. Холодный, бездушный язык спецслужб вывернул её жизнь наизнанку, навесив ярлыки и расставив точки над i.

Подняв взгляд на Константина, она с трудом сдержала ярость.

— Это что за… цирк с конями? – процедила Лиза сквозь зубы.

Консул, как всегда, оставался невозмутимым. Его лицо, казалось, было высечено из камня, лишенное каких-либо признаков эмоций.

— Стандартная процедура, Елизавета Петровна или лучше Лиса? Оценка рисков, анализ потенциала…

— Рисков? – Лиза усмехнулась, в её голосе сквозила неприкрытая ирония. — Потенциала? Вы серьёзно? Что за бред?

Она вскочила со стула, жестом указав на разложенные на столе папки.

— В моём собственном личном деле чёртовых засекреченных разделов больше, чем во всём вашем проекте Происхождение вместе взятом! Что это значит?

Консул слегка наклонил голову, словно оценивая её реакцию.

— В целях вашей же безопасности, Елизавета Петровна. Незнание защищает от лишних вопросов и опасностей.

— Незнание? Да вы из меня так параноика сделаете! – возмутилась Лиза, повышая голос. – Я хочу знать, кто меня считает угрозой! Я хочу понимать, почему в моём личном деле написано, что моя степень лояльности – под сомнением! На каком, простите, основании? За то, что я люблю крепкий кофе и ругаюсь матом?

Она сделала несколько шагов к столу, приблизившись к Консулу.

— Вы ждёте от меня, что я буду работать, не зная, кто дышит мне в спину? Что я буду тратить свои знания и умения на проект, о котором мне известно ровно столько, сколько вы считаете нужным? Извините, но это не моя история.

Лиза резко остановилась, сложив руки на груди.

— Я отказываюсь так работать. Или вы предоставляете мне полный доступ к информации, касающейся меня лично, или я разворачиваюсь и ухожу. И ваши специалисты по удержанию пусть попробуют меня остановить. Я им такую экскурсию по пещерным разломам подземки устрою, что они потом год к психологу будут ходить!

Наступила тягостная пауза. Консул молчал, словно взвешивая каждое сказанное ею слово. Наконец, он едва заметно кивнул каким-то своим мыслям и не проронив ни звука, достал из стола ещё одну папку и положил её перед Лизой.

— Полная версия вашего личного дела, Елизавета Петровна, – произнёс Консул, не меняя выражения лица. – Но учтите, это исключение. Не стоит рассчитывать на подобные поблажки в будущем.

Лиза схватила папку и принялась жадно изучать её содержимое. Теперь там были более подробные сведения о её образовании, предыдущих местах работы, научных публикациях. Появились даже какие-то странные записи о её личной жизни, вызывающие у неё смесь изумления и отвращения.

— Не все вопросы нуждаются в ответах, Елизавета Петровна. Ваша задача – расшифровать иероглифы. Остальное – не имеет значения.

— Не имеет значения? – Лиза почувствовала, как её терпение лопается. – Да моё душевное спокойствие имеет значение! И если вы думаете, что я буду тут сидеть, как послушная марионетка, выполняя ваши приказы, то вы глубоко ошибаетесь!

Развернувшись на каблуках, Лиза направилась к двери.

— Вас проводят. — спокойно глядя ей в след сказал Консул — Куда теперь? — В жилой сектор…

Выйдя из кабинета, Лиза почувствовала лишь усталость и горечь.

За дверью кабинета ее уже ждал Викинг, с непроницаемым выражением лица и сложенными на груди руками.

— Куда это вы, Елизавета Петровна? - спросил он своим глухим голосом, от которого по спине пробежали мурашки.

Лиза вздохнула.

— Просто решила проветриться. Что-то воздух в кабинете у господина Консула слишком спертый.

— Понимаю, зовите меня как все Викинг так привычнее. А нам я так понимаю долго работать вместе - ответил Викинг, не шелохнувшись. - И вам не стоит ходить по началу без сопровождения тут легко заблудиться. Это небезопасно.

— Небезопасно? – Лиза усмехнулась. – Или мне что-то тут угрожает? Нападение инопланетян например? Или секретная лаборатория по производству зомби?

Викинг не ответил. Он просто молча указал на коридор, ведущий в сторону.

— Прошу вас, Елизавета Петровна. У меня приказ.

После короткого молчания, Лиза, скрестив руки на груди, посмотрела на Викинга. — Что ж, раз уж вы так настоятельно просите… Ведите.

Викинг кивнул, и они двинулись по коридору.

— Итак, Елизавета Петровна, - начал он, его голос по-прежнему звучал ровно и монотонно, – эта база представляет собой… сложный комплекс, обеспечивающий… различные функции. Здесь расположены исследовательские лаборатории, жилые помещения, инфраструктура. Всё, что нужно для автономного существования.

Лиза оглядывала окрестности. Хоть освещение и было ярким, но общее впечатление создавалось такое, будто находишься в огромном торговом центре, но только под землей. Просторные коридоры, отделанные серым камнем, переходили в широкие галереи. Искусственное освещение, имитирующее дневной свет, лилось из потолочных светильников. Вдоль стен располагались кафе и небольшие зеленые зоны с живыми растениями.

— Это, как бы вы выразились, город под городом, — пояснил Викинг, кивнув в сторону огромного зала, куда они вскоре свернули. — Пожалуйста, взгляните. Перед ними открылось зрелище, которое заставило Лизу замереть от изумления. Это был огромный зал, больше похожий на зимний сад. Огромные искусственные деревья с пышными кронами, увитые лианами, возвышались под высокими потолками. Повсюду росли растения, издавая сладковатые запахи. В центре зала журчал искусственный ручей, вокруг которого располагались уютные столики и кресла.

— Здесь – зона отдыха, — пояснил Викинг. — Сотрудники могут отдохнуть, пообщаться, выпить кофе. Кафетерий работает круглосуточно все на территории комплекса абсолютно бесплатно.

Лиза приблизилась к столикам, за которыми сидели люди, одетые в самую разную одежду — от строгих костюмов до лабораторных халатов. Все они, казалось, были заняты своими делами, не обращая на нее никакого внимания.

— А это что за чудо-юдо? - Лиза указала на большую вывеску с надписью на древнегреческом, висящую над кофейней. - Древнегреческая забегаловка?

— Это кафетерий, - ответил Викинг. Специально для тех, кто любит что-то новое. Там можно попробовать блюда разных кухонь мира. В том числе, и блюда из ингредиентов, выращенных здесь же, на базе. А вот это я думаю вам понравится. Викинг указал в противоположную сторону зала, где находилось небольшое помещение, напоминающее библиотеку или музей. За стеклянной витриной стояли экспонаты.

— Это – музей истории и культуры. Собственно, ваша область, — добавил Викинг. — Тут собраны артефакты, относящиеся к различным цивилизациям.

Лиза тут же оживилась.

— Ведите меня туда, - скомандовала она, уже забыв о всех своих страхах и обидах. Они подошли к витрине. За стеклом Лиза увидела древние свитки, глиняные таблички с клинописью, странные статуэтки, украшенные неведомыми символами. — Где вы это все взяли? — спросила Лиза, с трудом сдерживая волнение.

— Это — результат исследовательской деятельности проекта «Происхождение», — ответил Викинг. — Мы занимаемся сбором и изучением различных артефактов, имеющих историческую ценность.

Лиза, не слушая его, подошла к витрине и начала внимательно рассматривать экспонаты. Ее глаза загорелись.

— Это… невероятно! — выдохнула она. — Это же…

Она указала на небольшой фрагмент пергамента, покрытый непонятными знаками. — Это то, что вы искали, Елизавета Петровна, — прервал её Викинг, — и ещё кое-что. Но об этом позже. Продолжим осмотр? Лиза кивнула, с трудом отрываясь от созерцания. В этот момент она поняла, что ее жизнь, возможно, никогда больше не будет прежней.

Викинг, заметив неподдельный интерес Лизы, едва заметно улыбнулся.

— Елизавета Петровна…

— Лучше Лиза ну или Лиса. — перебила Викинга Лиза.

— Хорошо. Понимаю Лиза ваше увлечение, но нам пора двигаться дальше. Я должен показать вам ваш кабинет, познакомить с другими сотрудниками и показать, где вы будете жить.

Лиза неохотно оторвалась от артефактов, бросив последний взгляд на загадочные символы.

— Ладно, ведите. Но обещайте, что я смогу сюда вернуться и изучить все более подробно.

— Обещаю. Но сначала — ознакомительная экскурсия как вы и просили у моих парней и заметьте с индивидуальным гидом. Все как заказывали. Скажите, а почему все, с кем я сталкиваюсь в Питере так помешаны на инопланетянах нацистов?

— Не все, только половина. И сразу отвечу на ваш вопрос. Вторая половина помешана на разнице между Шавермой и Шаурмой.

Андрей расхохотался, приятным смехом и они пошли дальше.

Выйдя из зоны музея и кафе, они углубились в один из коридоров, ведущих вглубь базы. Теперь здесь было меньше света и людей. Коридор становился все более узким и мрачным.

— Здесь находятся исследовательские лаборатории и кабинеты, — пояснил Викинг, заметив ее вопросительный взгляд. — Уровень доступа в разные помещения отличается. Некоторые из них предназначены только для сотрудников с особым разрешением.

— А у меня какое разрешение? — поинтересовалась Лиза. — Меня пустят хотя бы в туалет?

Викинг улыбнулся.

— Ваша лаборатория находится в конце этого коридора, — продолжал он, как будто не слышал ее слов. — Она оборудована всем необходимым для работы с древними текстами и артефактами в том числе и туалетной комнатой.

Вскоре они подошли к металлической двери, на которой была прикреплена табличка с надписью: «Лаборатория лингвистических исследований. Романова Е.П.»

Викинг поднес свою пластиковую карту к считывающему устройству, и дверь бесшумно открылась.

— Прошу, — сказал он, пропуская Лизу вперед.

Лиза вошла в просторное помещение, залитое ярким светом. Она с удивлением огляделась по сторонам. Лаборатория была обставлена с особым вкусом. Уютный диванчик в углу, большой рабочий стол, заваленный книгами и бумагами, удобное кресло и, главное, огромный стеллаж с полками, уставленными книгами и артефактами.

— Здесь есть даже личная библиотека, - сказала Лиза, не ожидая подобного.

У стены стоял большой стол с компьютером, сканером и другим современным оборудованием. На столе лежал планшет и пачка документов с грифом Совершенно секретно.

— Здесь все для вашей работы, - сказал Викинг.

«Это… это просто невероятно, - подумала Лиза. - Неужели они действительно дали мне все? Или это просто очередная ловушка?»

Лиза подошла к столу и взяла в руки один из документов. Это был отчет о результатах последних исследований. Она быстро пролистала его и остановилась на одной из фотографий. На фотографии была изображена та самая каменная плита с загадочными иероглифами, которую она видела утром.

Лиза невольно улыбнулась. Она чувствовала, как в ней просыпается исследовательский азарт.

— Похоже, я здесь надолго, - сказала она, отрываясь от документов.

Викинг кивнул.

— В этой лаборатории вы сможете сосредоточиться на работе, не отвлекаясь на посторонние вещи, — произнес он своим монотонным голосом. — Здесь есть все необходимое для комфортного пребывания.

Лиза оглядела лабораторию еще раз, оценивая обстановку. Она подошла к окну, но за ним была лишь стена, имитирующая вид на Невский проспект.

«По крайней мере, здесь есть на что посмотреть, - подумала Лиза, оглядываясь вокруг. – И, кажется, даже есть кофе. Это уже неплохо.»

Викинг, видя, как Лиза осматривает лабораторию, выдержал паузу, давая ей возможность освоиться.

— В вашем распоряжении также имеется медицинское обслуживание, — произнес он, словно прочитав ее мысли. — Мы заботимся о здоровье наших сотрудников.

Лиза оторвалась от окна, её внимание сразу переключилось на это заявление.

— Медицинское обслуживание? Как в санатории? Или мне будут ставить уколы, чтобы я быстрее расшифровывала иероглифы? — поинтересовалась она, слегка прищурившись.

Викинг, как обычно, не обратил внимания на ее сарказм.

— Медицинский кабинет находится в соседнем помещении. У вас будет доступ к необходимым врачебным процедурам, включая регулярные осмотры. К тому же, есть психологическая поддержка.

Лиза вздохнула.

— Что ж, это неплохо. Особенно учитывая то, куда я попала. А кто там работает? Я имею в виду, кто этот медик?

— Вы читали ее дело - Светлана, — ответил Викинг. — Она – наш штатный врач. И закреплена за нашей группой. Высококлассный специалист. Сейчас я провожу вас туда, познакомлю с врачом.

Лиза хмыкнула, но спорить не стала. Они вышли из лаборатории и снова углубились в лабиринты подземной базы. Пройдя несколько коридоров, они остановились перед дверью с табличкой «Медицинский кабинет». Викинг провел своей картой по считывающему устройству, и дверь открылась.

В небольшом, но уютном кабинете за столом сидела женщина средних лет в белом халате. Её светлые волосы были собраны в аккуратный пучок, а глаза, несмотря на усталость, светились добротой и умом. На вид Светлана Юрьевна казалась спокойной и рассудительной.

— Здравствуйте, — сказала она, приветливо улыбнувшись. — Рада знакомству, Елизавета Петровна. Меня зовут Светлана. Вы можете обращаться ко мне по имени.

Лиза, не ожидая такого радушного приема, немного растерялась.

— Здравствуйте, Светлана. Взаимно.

— Викинг говорил, что вы зайдете. — Светлана Юрьевна жестом указала на кресло напротив своего стола. — Присаживайтесь, пожалуйста. Я проведу небольшой первичный осмотр.

Лиза села в кресло, чувствуя, как напряжение немного отступает.

— Да. После сегодняшнего дня явно не помешает — сказала она. —Я вообще-то не люблю врачей, но в данной ситуации, наверное, это необходимо.

Светлана улыбнулась.

— Ничего страшного. Главное, чтобы вы чувствовали себя комфортно. А мы постараемся вам в этом помочь.

Медик провела краткий осмотр, задавала разные вопросы о самочувствии, о сне, о питании. После чего выдала Лизе свой вердикт.

— По результатам осмотра, у вас все в порядке, — сказала Светлана Юрьевна. — Небольшое нервное напряжение, конечно, присутствует, но это неудивительно, учитывая новые обстоятельства.

Лиза кивнула.

— Советую вам больше отдыхать и меньше нервничать. И, кстати, курить вредно для здоровья.

— Спасибо за совет, - ответила Лиза, с сарказмом. – Я обязательно им воспользуюсь.

— Я всегда к вашим услугам. Не стесняйтесь обращаться, если возникнут какие-либо проблемы.

Лиза кивнула, почувствовав, как в ней зародилась робкая надежда. Она поняла, что в этом странном месте она не одинока. Светлана была полной противоположностью Викингу. Она излучала тепло и жизнерадостность. У нее были добрые глаза и мягкая улыбка, которая сразу располагала к себе.

— Взаимно, — ответила Лиза, пожимая ей руку. — Надеюсь, мне не придется часто сюда заглядывать.

— Да ладно вам, — засмеялась Светлана. — У нас тут не так уж и плохо. Всегда есть горячий чай, пара таблеток от головной боли и возможность поговорить по душам.

Викинг, стоявший в дверях, оставался невозмутимым.

— Светлана, если вы закончили, то мы оставим вас, — произнес он своим монотонным голосом. — Елизавете нужно показать, где что находится, и объяснить правила.

И, не дожидаясь ответа, первым вышел из кабинета, оставив Лизу наедине со Светланой.

Светлана подошла к Лизе и обняла ее за плечи.

— Ну, не бойтесь, все будет хорошо, — сказала она, подмигивая. — Викинг, конечно, немногословный, но он хороший парень. А вы… вы привыкнете к этому месту.

Выйдя из медицинского кабинета, Лиза вздохнула. Светлана произвела на неё приятное впечатление, но ощущение тревоги никуда не делось. Викинг, как всегда, молча ждал её у двери.

— Куда дальше? — спросила Лиза, стараясь не выказывать своего беспокойства.

— В отдел кибербезопасности. Там вы получите пропуск и пройдете процедуру идентификации, — ответил Викинг, не меняя выражения лица. — Это необходимо для доступа к лаборатории и другим помещениям базы а так же для пользования инфраструктурой нашей базы, включая кафе и прочее. Это стандартная процедура. Все сотрудники проходят через нее.

Лиза пожала плечами и последовала за Викингом. Они шли по длинным коридорам, мимо незнакомых дверей и таинственных лабораторий. Лиза старалась запомнить дорогу, но все казалось таким однообразным и запутанным. Наконец, они остановились перед дверью с табличкой «Отдел кибербезопасности». Викинг снова поднес свою карту к считывающему устройству, дверь открылась, и они вошли в небольшую комнату, заставленную компьютерами и мониторами. За одним из столов сидел молодой человек с взъерошенными волосами. Он был увлеченно занят, глядя в монитор.

— Артем, — обратился к нему Викинг, — познакомься, это Елизавета Романова. Она будет работать в нашей группе. Молодой человек оторвался от компьютера и посмотрел на Лизу.

— О, привет! — сказал он, приветливо улыбнувшись. — Меня все зовут Нео. Потому что я избранный.

Лиза удивленно посмотрела на него.

— Избранный? – переспросила она. – Избранный кем? Комитетом по науке на опыты?

— Неважно, - ответил Артем, отмахиваясь рукой. – Главное, что я знаю, как защитить тебя от матрицы. И от инопланетных захватчиков, если понадобится.

Лиза вздохнула.

— Прекрасно, - сказала она. – Именно таких людей мне и не хватало. Сумасшедших хакеров, возомнивших себя избранными. Я так понимаю ты местный? То есть из Санкт-Петербурга?

— Да. А как ты узнала? Это же секретная информация

— Меня тут сегодня просветили что мы все помешаны на инопланетных нацистах.

— Аааа. Так вот кто запустил мем про Шаверму и Шаурму. Не волнуйся, - ответил Артем, улыбаясь. – Вместе мы сможем взломать любую систему. И раскрыть любую тайну. Даже если она скрывается под толщей веков. Предлагаю для начала пропуск на нашу базу и отсканировать пальчики. У нас без этого в туалет сходить нельзя. Нео указал Лизе на небольшое устройство, стоящее на столе.

— Сейчас я внесу твои данные в базу и сделаю тебе пропуск. А потом отсканируешь отпечатки пальцев для биометрической идентификации. Это нужно для доступа в лабораторию и другие помещения с ограниченным доступом.

Лиза послушно выполнила все указания Нео. Через несколько минут она держала в руках пластиковую карту с фотографией и надписью «Елизавета Романова. Лаборатория лингвистических исследований».

— Теперь ты можешь свободно перемещаться по базе и пользоваться все что на ней есть, — сказал Нео. — Но помни, что есть места, куда тебе лучше не соваться. Иначе наши ребята из службы безопасности быстро объяснят тебе, что к чему. Лиза кивнула.

— Поняла, — ответила она.

— Вот и отлично, — сказал Нео, подмигивая. — Если что, обращайся. Я всегда рад помочь. Особенно таким симпатичным девушкам, как ты.

Викинг, стоявший в стороне, бросил на Нео недовольный взгляд.

— Артем, не отвлекайся от работы, — сказал он своим обычным монотонным голосом. — У нас много дел.

Нео пожал плечами и снова уставился в монитор.

Прежде чем выйти из отдела кибербезопасности, Викинг повернулся к Нео и, немного понизив голос, сказал:

— Артем, не забудь выдать Елизавете специальный телефон. С полным доступом по базе.

Нео оторвался от монитора и удивленно посмотрел на Викинга.

— Специальный телефон? — переспросил он. — А разве ей положено?

— Приказ Консула, — коротко ответил Викинг, давая понять, что спорить бесполезно. — В телефоне должна быть карта базы с возможностью определения местоположения и отмечены все зоны, куда у Елизаветы есть доступ.

Нео пожал плечами и достал из ящика стола небольшой черный телефон. — Держи, — сказал он, протягивая телефон Лизе.

— Это — твой пропуск в мир цифровых технологий нашей базы. Тут все, что тебе нужно: связь, интернет, карта, доступ к базам данных возможность заказать еду по месту внутри базы. Главное — не потеряй его. И не вздумай устанавливать на него всякие левые приложения. Иначе наши ребята из кибербезопасности быстро тебя вычислят. Да и не сработают они тут. Наши спецы о всякой вирусной заразе позаботились.

Лиза взяла телефон и внимательно его осмотрела. Он выглядел как обычный смартфон, но на экране было установлено специальное приложение с картой базы и множеством других функций.

— Спасибо, — сказала Лиза, — надеюсь, он мне пригодится.

Викинг кивнул и вышел из комнаты, а Лиза последовала за ним. Выйдя из отдела кибербезопасности, Лиза машинально стала изучать новый телефон. Интерфейс был интуитивно понятен, и вскоре она уже ориентировалась в основных функциях. Карта базы действительно впечатляла: огромный лабиринт коридоров и помещений, уходящий глубоко под землю.

— Куда теперь? — спросила Лиза, отрываясь от телефона.

— В ваше жилое помещение, — ответил Викинг. — Вам нужно отдохнуть и освоиться.

Они шли по коридорам, проходя мимо многочисленных дверей и поворотов. Лиза старалась запоминать маршрут, сверяясь с картой на телефоне. Наконец, они остановились перед ничем не примечательной дверью. Викинг приложил свою карту к считывающему устройству, и дверь открылась.

— Это ваша комната, — сказал он, пропуская Лизу внутрь. Лиза вошла в небольшое, но уютное помещение. Здесь было все необходимое для комфортного проживания: кровать, стол, шкаф, телевизор и небольшая ванная комната с ванной. Комната была оформлена в светлых тонах, создавая ощущение простора и уюта.

— Здесь вы можете отдохнуть и расслабиться, — сказал Викинг. — Если вам что-то понадобится, обращайтесь.

Лиза огляделась по сторонам. Комната была чистой и аккуратной. На столе стояла ваза с живыми цветами, а на кровати было застелено свежее постельное белье.

— Спасибо, — сказала Лиза. — Здесь вполне уютно.

Викинг кивнул и посмотрел на часы.

— Вечером предлагаю встретиться в кафе в центральном зале, — сказал он. — Там можно поужинать и немного пообщаться в неформальной обстановке. Нам ведь предстоит работать вместе, и лучше, если мы немного узнаем друг друга. Столик я закажу.

Лиза удивленно посмотрела на Викинга. Такое предложение от человека, который, казалось, не умеет улыбаться, было неожиданным.

— А это значится в моем расписании? — сказала Лиза, входя в свою квартиру.

— Нет. И не должно было, — спокойно ответил Викинг.

Он чуть задержал взгляд на Лизе.

— Я не люблю расписания в таких вещах.

Пауза была короткой, но многозначительной.

— Каких «таких»? — спросила она

— В которых человек ведёт себя так, будто всё уже решено.

На этот раз — совершенно искренне, без привычного сарказма.

— А разве не решено?

— Нет. Пока нет.

— Ну хорошо, — ответила Лиза. — Я согласна. Во сколько?

— В восемь часов, — сказал Викинг, сверившись со своим телефоном точь-в-точь как у Лизы. — Буду ждать вас там.

С этими словами он развернулся и вышел из комнаты, оставив Лизу наедине с собой и своими мыслями. Лиза закрыла дверь и оперлась на нее спиной. Она оглядела комнату еще раз, пытаясь понять, что происходит.

— И зачем тебе всё это?.. – задала Лиза вопрос в пустоту непонятно к кому обращаясь.

Лиза подошла к окну и посмотрела на искусственный пейзаж за ним. За окном был вид на Невский проспект с движущимися автомобилями и прохожими. Лиза машинально присмотрелась к прохожим. Через несколько секунд она поняла, что лица людей невозможно рассмотреть. Один и тот же трамвай почему-то проехал уже второй раз. Мужчина с зонтом снова появился на перекрестке.

Рядом с окном она заметила небольшой монитор, на котором можно было выбрать вариант вида за окном

— Ну и ну… — сказала Лиза, покачав головой. — Добро пожаловать в матрицу.

Решив немного передохнуть, Лиза подошла к кровати и села на нее. Она почувствовала, как в ней нарастает усталость.

— Надо немного поспать, — сказала она себе. — Иначе я не смогу работать. Лиза сняла обувь, легла на кровать и закрыла глаза. Она попыталась расслабиться, но мысли лезли в голову, как назойливые мухи.

Глава 4. Анастасия – принцессапера.

Анастасия положила телефон на стол. Экран погас, отражая её лицо — бледное, с тенями под глазами, которые не скрыл бы даже самый дорогой консилер. Рука, державшая смартфон, мелко дрожала. Она сделала глубокий вдох, пытаясь унять бешеный ритм сердца, и подошла к открытому окну. В комнате пахло остывшим кофе и дешевым табаком. Вечерний Петербург дышал сыростью и выхлопными газами, но в этом шуме Настя видела лишь декорации.

Она уже давно не была студенткой.

В однокомнатной квартире, которую она снимала на Петроградке, царил хаос, присущий людям, живущим «на чемоданах», но так, чтобы не привлекать внимания ни соседей, ни случайных гостей. На стене висела огромная карта метро, исчерканная красными маркерами. На столе лежал второй смартфон — старый, кнопочный, с «чистой» сим-картой, купленной в переходе у метро. Возле телефона на столе, заваленного распечатками из архивов, лежала потрепанная папка — всё, что осталось от отца.

«Правда не лежит на поверхности, Настя, — любил повторять он. Эти слова стали её жизненным кредо, особенно после того, как саму Анастасию три месяца назад с треском выставили из редакции центральной газеты за «неудобный» репортаж. — Правда всегда глубже. Там, где до неё не дотягиваются длинные руки редакторов».

Отец исчез три года назад, оставив после себя лишь эту папку. Он был профессиональным альпинистом, а выйдя на пенсию, увлекся диггерством и изучением заброшенных катакомб. И вот однажды, по его словам, он что-то нашел. Обещал ей всё показать, но не вернулся. С тех пор Анастасия не останавливала свои поиски. Так и появилась «студентка-аспирантка», которая питалась фастфудом, писала заказные статьи для желтой прессы и рыскала по форумам диггеров в поисках того самого дела, которое разрушило жизнь её отца.

Она прижала ладони к лицу. Руки дрожали. Разговор с Иваном Петровичем прошел удачно, он «клюнул», а внутри всё сжималось от липкого, холодного страха.

Взгляд Насти упал на экран второго телефона. Тот самый конверт с деньгами, который она сегодня приготовила для Ивана Петровича, был лишь верхушкой айсберга. Она вспомнила сегодняшний день и странное СМС.

СМС пришло без имени. Только короткий текст: «Строительство метро, ветка Фрунзенско-Приморская. Объект плита. Это стоит больше, чем твоя карьера. Контакт прилагается».

Одновременно на почту пришли два файла. Размытые, зернистые фото: какая-то пещера, странная каменная кладка, символы, похожие на трещины в старом льду. А потом — звук банковского уведомления. На её личный, «белый» счёт, которым она не пользовалась с момента увольнения из редакции «Коммерсантъ в Санкт-Петербурге», упало ровно пятьсот тысяч рублей. Сумма с пятью нулями. Без объяснений, без условий. Просто аванс за «консультации» от какой-то мутной фирмы-прокладки.

Настя тогда не спала всю ночь. В журналистском мире такие деньги не платят просто за «информацию». Их платят либо за молчание, либо за то, чтобы ты стал глазами и ушами того, кто не хочет светиться.

Она подошла к окну. Питерский дождь методично полоскал стекло, превращая огни города в размытые пятна. Настя знала: за ней могут следить. Те, кто прислал деньги, наверняка знали, что она открыла файл. Знали, что она уже созвонилась с Иваном Петровичем. Возможно, они даже видели, как она сейчас стоит здесь, в своей пустой квартире.

— Сенсация, — прошептала она своему отражению в стекле. — Или билет в один конец.

Она была не глупа. Она понимала, что Иван Петрович — это просто ключ к двери, которую ей велели открыть. Но амбиции всегда перевешивали инстинкт самосохранения. За последние полгода, после того как её вышвырнули из крупного издания за «неудобное» расследование о застройке парков, она привыкла выживать на копейки. Эта сумма — пятьсот тысяч — была для неё как глоток воздуха. Но эта же сумма была и ошейником.

Ночь прошла в полудреме. Она прокручивала в голове план: как говорить, куда смотреть, как изображать наивную аспирантку, не вызывая подозрений у прожженного метростроевца. Она не раз репетировала перед зеркалом свою «студенческую» маску: простая одежда, минимум макияжа, взъерошенные волосы.

Наступило утро. Настя проснулась от резкого звука будильника. В голове всё ещё гудело от недосыпа.

Она встала, подошла к зеркалу и критически осмотрела себя. Надела растянутый свитер, спрятала волосы под объемную шапку, нацепила очки с простыми стеклами, которые ей были не нужны, но создавали образ «ботаника». Она знала этот типаж: таких никто не замечает, их не боятся, их считают безопасными. Идеальная маскировка для того, кто собирается вскрыть нарыв, который правительство пытается залить бетоном.

— Ладно, — сказала она вслух, голос прозвучал твердо. — Если это ловушка, я хотя бы хочу посмотрю, кто её расставил. Либо это будет история года, — прошептала она в пустоту комнаты, — либо это моя последняя история вообще.

Настя открыла свой «набор для полевых выходов». Это была не сумочка аспирантки, а полноценный комплект шпиона: камера, диктофон, спрятанный в корпусе обычной авторучки, миниатюрная камера, замаскированная под брошь, и облачное хранилище с автоматической синхронизацией. Она не доверяла своим глазам, поэтому доверяла технике. Проверив заряд всех устройств в третий раз, Настя надела пальто. В зеркале отразилась девушка, которая выглядела так, будто опаздывает на семинар по истории Древнего мира.

Она взяла сумку и вышла из квартиры. На лестничной клетке она прислушалась — тишина. Только гул лифта где-то этажом выше. Она вышла из квартиры, аккуратно закрыв дверь на два замка. В подъезде пахло старыми окурками и хлоркой. Настя спустилась по лестнице, посчитав, что так будет быстрее, стараясь не стучать каблуками. Её ждала встреча в Саду Олимпия.

Она вышла в серый петербургский двор-колодец. Вдохнула сырой воздух. Спрятала руки в карманы куртки, где лежали те самые конверты с деньгами, которые она приготовила для Ивана Петровича.

Это были деньги «инвестора», который прислал ей СМС. Она чувствовала себя предателем, чувствуя, как купюры оттягивают карман. Но когда она вышла на набережную, смешиваясь с толпой таких же спешащих на работу людей, страх отступил. На его место пришел привычный журналистский азарт.

«Иван Петрович, — подумала она, шагая к Саду Олимпия, — надеюсь, ты действительно видел что-то такое, ради чего стоит рискнуть жизнью».

Она шла, не оглядываясь. Она ещё не знала, что за ней действительно наблюдают.

Глава 5. Аванс или зарплата? – вотв чем вопрос

Утро в Питере расцвело во всей своей серой красе. Анастасия Сергеевна Морозова, а в миру просто Настя, пыталась изобразить скромную аспирантку из Академии Наук. Она тщательно продумала свой образ: простая одежда, минимум макияжа, слегка взъерошенные волосы. На деле же – амбициозная журналистка, готовая на всё ради сенсационного материала. Место встречи – вход в Сад Олимпия, недалеко от дома Ивана Петровича. Воздух был пропитан сыростью, той самой, которая пробирает до костей, даже если термометр показывает плюс пять.

Иван Петрович подошел, как обычно, вовремя, но смурной, как грозовая туча. На нём, как всегда, была его рабочая куртка, пропахшая креозотом и метрополитеном. Он казался немного растерянным среди утренней суеты парка.

Видно было, что тема денег ему совсем не по душе.

— Здрасьте, – буркнул Иван Петрович, ёжась от холода и беря крейсерскую скорость в сторону свободной лавочки — Спрашивайте, а то я это… не люблю долго болтать. Ну, чего там у вас? Говорите быстрее, а то я тут околею. Не Май месяц же.

— Иван Петрович, я понимаю, что время – деньги, – вкрадчиво начала Настя. — А ваше время, я уверена, стоит очень дорого. Особенно, если оно поможет открыть дверь в мир древних тайн. Иван Петрович, вы же понимаете, что я ценю ваше время. И готова его щедро компенсировать, – промурлыкала Настя, многозначительно взглянув на него.

Иван Петрович покраснел, будто его поймали за кражей пирожков.

— Да чего вы сразу про деньги? Ну, это… Мне, конечно, деньги не помешают, но я ж не за них. Я ж типа за науку болею. – проворчал он, но глаза предательски забегали.

— Конечно, конечно, Иван Петрович, я верю в вашу страсть к научным открытиям, – усмехнулась про себя Настя. – Но, согласитесь, наука без финансирования – как шаверма без лаваша. Вкусно, конечно, но не то. Согласны?

Она достала из сумки плотный конверт.

— Вот, небольшой аванс. За ваше время и… за то, что поможете мне прикоснуться к истории.

Иван Петрович, не удержавшись, скосил глаза на конверт и непроизвольно сглотнул.

— Ну… прикоснуться к истории – это дело нужное, – пробурчал он, забирая конверт. Он взял конверт, и по весу сразу понял — там не «за новый телевизор», там сумма с тремя нулями, которая в их кругах считается серьезным кушем. Он на секунду замер, прикидывая, как эту сумму объяснить жене, если та обнаружит её в заначке. В голове пронеслось: «Так, это или премия за вредность, или плата за молчание. В любом случае, к добру это не ведет.

— Что там вас говорите интересует? Иероглифы?

— Да, иероглифы! – загорелась Настя. — Вы их видели? Что они собой представляют? На что похожи?

— Да как вам сказать… На закорючки какие-то, ей-богу. Я ж не это… не лингвист во! – пожал плечами Иван Петрович. — Как будто кошка по нотам прошлась, только вместо нот – палочки да закорючки. На кракозябры какие-то похожи! Как будто пьяный инопланетянин писал.

— А где вы их нашли?

— Как где? В туннеле и нашли. Когда туннель между Лиговкой и Обводным каналом копали на эту плиту и наткнулись. Ну, значит, залазим мы туда, а там…ёк Макарёк! Как в фильме про Индиану Джонса! Только вместо змей – крысы размером с кошку, а вместо золота – пыль по колено, – рассказывал Иван Петрович, а Анастасия старательно записывала, не пропуская ни слова.

— А можно… можно ли их увидеть своими глазами? – прошептала Настя, глядя на Ивана Петровича с надеждой. — Я бы заплатила… ну, скажем как за новый телевизор!

Иван Петрович задумался. Новый телевизор он давно хотел. Старый уже показывал уже барахлил то выключался без причины то звук пропадал.

— Ну… это… туда нельзя. Там охрана. Могут и в каталажку загрести. Так и ваши эти… ученые уже там. Вчера уже приехали вместе с парнями такими которые все как от одной мамки вышли.

Настя, достала из сумки второй, еще более толстый конверт.

— У нас у ученых, знаете ли, большая конкуренция… Кто первый встал того и тапки если вы понимаете?! – и она ему подмигнула - Иван Петрович, я понимаю, что рискую. И вы тоже. Поэтому, если вы поможете мне с моим исследованием, я готова щедро Вас отблагодарить.

— Туда нельзя. Объект охраняется. Если узнают - уволят.

— Иван Петрович, я понимаю ваши опасения. Но поверьте, информация, которую вы предоставите, будет стоить гораздо больше. Вот, это так сказать премия за неудобства. Если поможете попасть на объект, получите остальное — продолжила она умоляющим голосом — Иван Петрович, вы же смелый человек! Вы же там все знаете. Можете обойти любую охрану! Подумайте, что можно купить на эти деньги! Хотите плазму во всю стену? Я вам её обеспечу! Обещаю, всё будет строго конфиденциально.

Иван Петрович замялся. Деньги – это хорошо, но рисковать работой не хотел. В глазах заблестели зеленые огоньки. Лицо Ивана Петровича стало задумчивым. Деньги ему не помешали бы, это факт. Да и интерес к тайне, что скрывалась в метро, грыз изнутри.

— Телевизор, говорите? – пробормотал он. — Что ж… риск – дело благородное. Ладно, приходите вечером к метро. Но только чур, если нас поймают, я вас не знаю. И вообще, я тут мимо проходил, телевизор выбирал. Я подумаю, что можно придумать. - буркнул он, пряча конверт во внутренний карман куртки. —Встретимся сегодня вечером у входа в метро.

***

После утреннего рандеву со студенткой-историком (и немного – с конвертом с деньгами) Иван Петрович терзался смутными сомнениями. С одной стороны, совесть немного подскрёбывала по душе, а с другой – виднелась перспектива нового телевизора, с тонким экраном и объёмным звуком во всю стену.

—Ладно, – буркнул он, себе под нос – прорвёмся! Главное, чтоб эта студентка не натворила делов.

Зайдя на территорию стройки, Иван Петрович сразу направился к месту сбора бригады. Там уже курил Михалыч, вечный философ и его непосредственный руководитель.

— Здорово, Михалыч! Чего такой кислый? Опять жена пирогов не напекла? Или снова зарплату задерживать будут? – пошутил Иван Петрович.

Михалыч лишь махнул рукой.

— Да не в пирогах дело, Вань. Что-то тут нечисто. С самого утра начальство бегает, как угорелые. Говорят, нас на другой объект переводят.

Иван Петрович нахмурился.

— На какой такой другой объект? Мы ж тут чуть ли не все уже доделали. Работы осталось еще на год максимум и это с отделкой.

— Вот и я говорю! Сказали, какому-то ООО Происхождению передают после вашей находки. И это за одну ночь решили! А ты сам знаешь, что бюрократию в нашей стране никто не отменял, а тут раз и все! От них материалов просить замучаешься: то тендер не прошёл, то деньги кончались на этот год, а тут раз и за одну ночь.

— А нас куда?

— А нас – на строительство новой станции, в Купчино. Сказали, что там рабочие руки нужны, как никогда.

Михалыч затянулся самокруткой и выпустил облачко дыма.

— А самое главное – заставили бумажки подписывать.

— Какие ещё бумажки? – насторожился Иван Петрович. В голове сразу всплыло утреннее обещание и разговор про иероглифы.

— А такие, чтоб язык за зубами держали! – объяснил Михалыч, скривившись. – Мол ничего не видели, ничего не слышали, а если мол, кто-нибудь проболтаемся про то, что здесь видели, – ответит по всей строгости закона. Короче, клятва молчания.

Иван Петрович ощутил холодок под ложечкой. Неужели дело в тех самых иероглифах?

— Эй, мужики, чего расселись? Быстро собираемся! – прогремел голос Михалыча. — Инструменты на тележку, и на подпись к начальству! Некогда тут рассиживаться!

Иван Петрович махнул своим парням что терлись с стороне от них с Михалычем и все поплелись в административный корпус.

— Что-то тут неладно, Вань, – прошептал Михалыч. — Чую, что вляпались мы во что-то серьёзное с вашими раскопками.

— Да ладно тебе, Михалыч. Не нагнетай, – попытался успокоить его Иван Петрович, хотя сам чувствовал, что Михалыч прав.

В кабинете Михалыча их уже ждала стопка бумаг.

— Подписываем, не глядя, – скомандовал Михалыч как начальник участка. — Это стандартная формальность. Просто подтверждаете, что обязуетесь не разглашать информацию, касающуюся работы на станции.

Иван Петрович взял бланк и начал читать. Обязуюсь не разглашать информацию о ходе работ, используемых технологиях, сотрудниках и… других аспектах функционирования станции, а также обо всем том, что мне стало известно в ходе моей работы. Заметив формулировку «о том, что стало известно в ходе моей работы» он подумал — это может касаться и того, что они там нашли.

— А чего тут про функционирование станции? Она же еще не запущена?! – спросил Иван Петрович, нахмурившись.

— Иван Петрович, не задавайте лишних вопросов! Просто подписывайте, – раздражённо ответил начальник. — У нас тут дел невпроворот.

Иван Петрович вздохнул и поставил свою подпись. Все последовали его примеру.

— Всё, свободен, – бросил Михалыч. — На сегодня все свободны. Вечером вам придет оповещение, когда и куда приходить.

Выйдя из кабинета, Иван Петрович оглянулся на знакомую стройку.

Глава 6. Проникновение со Стрижом на привязи или крысиные бега метрополитена

Тем же вечером.

После событий с бумагами, Иван Петрович чувствовал себя выжатым лимоном. Перевод на новый объект, подписка о неразглашении, и эта любознательная с деньгами… В голове царил полный бардак.

Но уговор есть уговор. Вечером, как и договаривались, он встретил Анастасию у входа в недостроенной станции метро Лиговский проспект – 2.

Под покровом тьмы, Настя, облаченная в рабочий комбинезон, ждала Ивана Петровича. Комбинезон был явно ей не по размеру, но что делать – конспирация требовала жертв. Сердце билось как сумасшедшее.

Иван Петрович появился без опозданий.

— Здравствуйте, Иван Петрович, – приветливо улыбнулась Настя.

— Здравствуйте, здравствуйте, – пробурчал Иван Петрович. — Вы чего, теперь тоже строителем заделались? Что это на вас надето? Как будто мешок картошки нацепили! Решили всю бригаду перещеголять в спецовке.

— Просто решила соответствовать обстановке, – пожала плечами Настя. — Итак, что у нас сегодня по плану?

— План у нас один – пробраться на объект, показать тебе находку и… разбежаться, пока нас не повязали, – мрачно ответил Иван Петрович. — Тут, знаешь ли, не до экскурсий. Стройка, она и есть стройка – пыль, грязь и недовольные рабочие. Хотя… Теперь тут некий ООО Происхождение командует.

— Это как? Вы же тут работаете?! — в недоумении спросила Настя.

— Уже нет. Утром после нашей с вами встречи всю мою бригаду в срочном порядке перевели на другой объект, а тут теперь фиг знает, что будет. Еще и бумажек кучу подписать заставили. Ладно. Некогда нам лясы точить. За мной! - скомандовал он, оглядываясь по сторонам.

— Куда мы идем? Там точно безопасно?

— Хэх.. Безопасно ей?! На стройке метро? Где крысы размером с кошку бегают? Да тут опаснее, чем в джунглях! Но вы ж хотели увидеть иероглифы? Вот и терпите! Раньше надо было думать.

Иван Петрович, как местный старожил, знал все лазейки и обходные пути. Они двинулись вглубь стройки, по служебным тоннелям. Настя старалась не отставать от Ивана Петровича, но комбинезон постоянно сползал, а ботинки – предательски хлюпали

— Осторожно! – крикнул Иван Петрович, вовремя поддержав Настю под локать, когда она оступилась.

— Спасибо! – выдохнула Настя, отряхивая комбинезон от пыли. — Что-то здесь темновато. Больше напоминает полигон для экстремальных видов спорта.

— А вы чего ожидали? Что тут будут хрустальные люстры висеть? – усмехнулся Иван Петрович. — Стройка – она такая. Зато тут можно найти много интересного, если хорошо поискать.

— Как вы тут ходите? Тут же темно, как в ж… желудке у негра! – шепотом возмущалась Настя, спотыкаясь на каждом шагу.

— А вы как думали? Тут вам не Диснейленд, и не SPA курорт – ответил Иван Петрович. — Привыкайте. Сейчас будет еще интереснее.

На удивление по дороге им не встретилось ни одной души. Они подходили к месту раскопок. Настя затаила дыхание. Ей предстояло увидеть то, о чем она так долго мечтала, настоящая СЕНСАЦИЯ и Пулитцеровская премия уже манила ее. Наконец, они добрались до места, где работала бригада Ивана Петровича. Забой был все так же освещен прожекторами. Огромный белый пласт непонятной породы, в котором был проход стены, которого были идеально ровные поверхности, а там за проходом было тусклое освещение, явно проведенное второпях.

Иван первым протиснулся внутрь с фонарём. За ним прошла и Настя.

— Вот, смотрите, любуйтесь – указал Иван Петрович на стену. — Это мы тут случайно откопали. Что-то древнее. Может, ещё до Петра Первого тут чего было.

Настя замерла, поражённая увиденным

— Снимайте, что хотели - шепнул Иван Петрович. — Только быстро. И надо убираться отсюда.

Анастасия достала камеру и начала фотографировать все подряд. Фотографировать стену со всех ракурсов.

— И что это такое, как вы думаете? — спросила она, не отрываясь от камеры. — Какие-нибудь катакомбы?

— Да кто знает! Может, и катакомбы. А может, и чертей Марсианских замуровали – ответил Иван Петрович. — Главное, чтобы нас тут никто не заметил. А то будет нам обоим весело.

В этот момент из темноты выскочила огромная крыса. Настя от неожиданности взвизгнула и отскочила в сторону и вскрикнула.

— Кто здесь? – в проеме прохода показался вооруженный охранник — Здесь посторонним находиться запрещено! - зарычал он.

— Да это…студентка к нам на практику пришла. Историю изучает. Ей интересно, как станции строятся.

— Студентка, значит? Ну-ну.

— А вы кто? Ее научный куратор? Вы оба задержаны до выяснения!

Военный улыбнулся, а Настя и Иван Петрович переглянулись.

— Ну что, – прошептал Иван Петрович. — Похоже, наша практика окончена. Бежим!

Он первым бросился на охранника, сбив его с ног и бросился в верх по тоннелю. Настя за ним. Они побежали. Настя, в своём неуклюжем комбинезоне, спотыкалась на каждом шагу. Иван Петрович, несмотря на свой возраст, бежал довольно резво, подгоняя Настю.

— Быстрее! Не отставай! — кричал он. — Сейчас нас поймают и в Неве утопят, как котят!

Они неслись по тёмным тоннелям, словно загнанные звери. За ними гнался охранник, ругаясь и грозя расправой при этом что-то передовая кому-то по рации.

— Стой! Стрелять буду! — раздался его крик.

Настя и Иван Петрович не обращали на него внимания и продолжали бежать, задыхаясь от бега и страха.

Наконец, они выскочили на открытое пространство. Перед ними была длинная лестница, ведущая наверх.

— Давай! Бегом наверх! — крикнул Иван Петрович.

Они стали подниматься по лестнице, из последних сил хватаясь за перила. За ними продолжал гнаться охранник, постепенно нагоняя беглецов.

Уже почти наверху, охранник настиг их. Он схватил Настю за руку и потащил назад.

— Попалась, птичка! — зарычал он.

Иван Петрович, недолго думая, со всей силы ударил военного лопатой, стоявшей не понятно зачем и почему на лестничном пролете. Охранник от неожиданности отпустил Настю и рухнул, скатившись по лестнице до ближайшего пролета.

— Бежим! — закричал Иван Петрович.

Они выскочили на улицу. Вокруг царил вечерний хаос: гудели машины, мигали огни, спешили прохожие.

Настя и Иван Петрович пытались смешаться с толпой, стараясь не привлекать к себе внимания, но бегущая девушка, в спецовке не по размеру, явно выделялась из толпы.

Они бежали, не зная куда. Чувствовали себя героями боевика, только вместо пистолетов у них была лопата и камера смартфона.

Их схватили двое мужчин, выскочивших из-за угла им на перерез, и ловко заковали в наручники.

— Вот и приехали, — вздохнул Иван Петрович. — Наигрались в шпионов.