Гибель Сладоземья

– Уж не думаешь ли ты, Враномысл, что пёс, укравший кусок со стола хозяина будет сытнее и сильнее чем он? Если я совершу для тебя то, о чём ты попросишь, это ничего не изменит. Фартила сильнее тебя. У него много айтов, есть среди них и те, кто поискуснее в нашем ремесле, чем я. Взмах плети – и вот уже красная полоса пересекает щёку и рот Айта, лопается кожа и сочатся капли крови на его одеяние. Отшатывается он, утирает кровь рукавом, смотрит с испугом на Враномысла.

На деревянной мостовой следы крови, мочи, подсохшие плевки, извергнутые из воспалённых пересохших глоток. Пленных не много, дюжины две, не больше. Это обычные конные ратники, с мозолистыми руками, привыкшими обращаться с уздой и луком. Их выгнали на площадь, чтобы пересчитать и решить, что делать с ними дальше. Один, оказывается, серьёзно ранен, но сгоряча на это никто не обратил внимания. Из него и сейчас сочится кровь, и стоять он может, только опираясь на товарищей.

– Отходим! Разомкните строй и спасайтесь! – командует князь и своим примером показывает кметам, что им надлежит делать. Не такого приказа ждала малая дружина. Не всем по нраву воля князя. Лишь малая часть безоговорочно следует слову князя и поворачивает коней. Воевода Тур Семижильный, ослушавшись Враномысла, вынимает меч и призывает кметов своих остаться и дать бой. Повинуются те, издают боевой клич, горячат коней. Тур Семижильный даёт знак, и срываются с места до полусотни всадников.