Цитаты из книги «Императоры иллюзий», страница 2

Сверхсила не бывает доброй или злой. Она вмещает в себя все. И не в силах человеческих ее объять, можно увидеть лишь капельку бескрайнего океана. Капельку, отражающую тебя самого.

Боги не смеются над людьми – они просто их не замечают.

Ладно, привет ему от Синтии. Она бы сама передала, но у нее рот занят.

Прошлому можно вернуть имена. Можно вспоминать его. Главное – не делать мертвое живым.

По уши в комплексах, прикрытая хрупкой броней напускной уверенности в себе и заранее готовая к отпору. Подавленные сексуальные проблемы детства и непрерывное самоутверждение.

– Здравствуйте… – Дай тебя обнять, что ли. – Генриетта медленно проковыляла к Дачу. – Поражена… признаюсь. Она похлопала Дача по плечу. Ехидно поинтересовалась: – Как рыбка на Маретте? Ловится? – Мы прилетели с Джиенаха. – Кей бережно взял руку старушки, коснулся ее губами. – Полковник, я нуждаюсь в вашей помощи. – Только ты? – Нет. Империя. Раса. Мир рушится… госпожа Каховски. – Я давно не слышала таких слов… и этого имени. – Голос старушки стал ледяным. – Я старая женщина, гражданка тихой планеты. – Не время для игр, полковник Каховски. Приближается война… пострашнее Смутной. Рашель оторвала взгляд от Кея, с трудом, и посмотрела на Фискалоччи, которую тот упорно называл Каховски. Морщинистое лицо старухи исказилось. – Что ты несешь, Дач? Ты не знаешь той Войны. – Я знаю будущее. Проснитесь, Ванда. Прошу вас.

. В каждом порядочном доме должно быть мусорное ведро, чтобы отбросы не валялись где попало.

Достоин ответа вопрос, а не спрашивающий, – с мучительным усилием переходя на алкарис-церемониальный,

Что ты делаешь, когда тебя в игре сбивают или полосуют на кусочки? – Перегружаюсь и иду поновой. – Вот именно. К этому быстро привыкаешь. Веришь, что смерть обратима… – Она и так обратима. – …и всегда можно начать заново. Вместо ярости остается азарт. Вместо ненависти – честолюбие. Вместо страха – обида. Ты можешь быть асом в лучшем пилотажном симуляторе, но грохнешь свой корабль на первой же посадке

курс. И все же Грей чувствовал себя разбитым. Возраст