Комментарии, 527 отзывов

«Там могут быть следы маленькой трусости, маленького предательства или маленькой зависти...» - срывается на крик один из главных героев одноименной серии Смешариков, которых я уже не первый раз привожу в отзыве для приведения забавной параллели (не зря многие называют детский мультсериал фундаментом житейской мудрости и теоретических знаний). Прогуливаясь взглядом по полкам, заставленными всякими безделушками, просторным апартаментам, где книги сожительствуют с мягкими игрушками, а фотографии терпят на себе груз медалей или значков, невольно вспоминаешь душевные терзания старого ворона, а теперь вдобавок и Сергея Довлатова. Человеческую память хлебом не корми, а дай подкинуть очередную ловушку, бездонный черный колодец, в котором падаешь, пока не ударишься об воспоминания. Нотки приятной ностальгии при взгляде на магниты из давно минувшего путешествия сменяются промозглой погодой, пронизывающим ветром где-то внутри из-за нелепой случайности, легкой уловки то ли собственного сознания, то ли реальности, не признающей перечеркнутые, давно забытые страницы. То, что человек годами старался запереть глубоко на дне Марианской впадины своего сознания, придвинуть побольше стульев и комодов к оскверненной двери, легко сходит на «нет». Особенно тяжело сталкиваться с призраками прошлого в довольно зрелые годы, когда, казалось бы, стабильность пропитала твою жизнь не хуже ванильного бисквита, и тут на тебе – получите и распишитесь. К счастью, Сергею Довлатову не приходилось тысячу раз отговаривать себя от раскапывания иногда неловких, иногда безумных, авантюрных, с легким налетом озорства и насмешки, историй. Наоборот, писатель с благодарностью и даже какой-то усмешливой снисходительностью смотрит на чудачества более молодых лет. Для меня же, как для читателя, стало удивлением, когда первое знакомство с автором, тем более, настолько интимное в плане доверия накопленного опыта и эмоций от пережитых ранее событий (как никак, сборник автобиографичен), прошло неоднозначно, не так, как я себе представляла изначально. Если главный герой из серии «Смешариков» вздыхает с облегчением, усмехается, обнаружив в чемодане летнее белье вместо устрашающего секрета, бомбы замедленного действия, то в случае с Сергеем Довлатовым мне не так повезло – иногда смеялась, улыбалась, была в приподнятом настроении, но по большей части обдумывала детали из его биографии, связывала их с сюжетами рассказов и тихо грустила. Вещи из чемодана стали для Сергея Довлатова ключом к созерцанию насыщенности своей прожитой жизни, а для меня – к пониманию его личной трагедии.

Чтобы не создалось впечатления, будто книга больше оставила неприятный осадок, чем понравилась, недоумения от диссонанса между вступлением и оценкой книги, сначала затрону достоинства сборника, в особенности авторский слог и юмор. Несмотря на раскинутые в творчестве Довлатова призрачные грабли, на которые я с твердолобостью барана напарывалась, сами по себе рассказы оказались колоритными и очень живыми, словно те являются деталями огромного часового механизма, громкого, спешащего и неуемного в своей работе. Такие писатели, как Сергей Довлатов, продолжают разуверять меня в том, что короткие предложения в художественном тексте срабатывают наподобие вечно развязанных шнурков у бегуна, когда тот даже не в состоянии прилично разогнаться. Привычку становиться в боевую стойку при виде коротких предложений мне привила книга «Воображаемый друг», чья молотая структура стала, к слову, далеко не единственной ложкой дегтя в банке с дегтем. В данном же сборнике рассказов автор действует очень изысканно и продуманно. Его манера написания рассказов и те ощущения, которые рождаются при знакомстве с ними, чем-то напоминают действия слепого человека: читатель осторожно ощупывает знаки, подмечает каждое углубление, выемку, возвышение, каждое предложение, оброненное автором, и медленно подбирается к кульминации сюжета, либо к взрыву эмоций, пика авторского сарказма. Со стороны это выглядит довольно просто и ничем непримечательно, но со временем подобный прием накала страстей становится приятной изюминкой. В ходе повествования приятно замечать, когда автор все ближе и ближе подбирается к забавному моменту или высказыванию, постепенно повышает ставки, пока у читателя не озарится ярким светом лицо или смех не вырвется на свободу. Сам по себе юмор Довлатова отлично поднимает настроение, бодрит не хуже чашки кофе по утрам. Не все рассказы вызывали откровенный взрыв эмоций, когда плотину с треском прорывало, и даже родственники поднимали на меня недоуменные взгляды. Хоть к данному автору я и стремилась только из-за юмора и, к тому же, питала надежды на его схожесть с легкой атмосферой произведений Ильфа и Петрова, он не смог оставить после себя настолько же яркого послевкусия. То есть, в плане умения дернуть за нужные струны, близости, эмоционального контакта между автором и читателем, лично для меня творчество Довлатова пока что особо не выделяется среди других прочитанных произведений этого жанра. Среди всех рассказов хотелось бы выделить «Офицерский ремень» и «Номенклатурные полуботинки», которым отдельными моментами удавалось раскалывать мою серьезность, переводить мармеладную улыбку в нечто большее. Теперь пора раскрыть истинные причины моей неоднозначной оценки первого знакомства, когда сто пятьдесят страниц оставили больше вопросов, чем ответов, отчаяния и растерянности, нежели радости.

Знакомясь с той или иной книгой, читатель часто прибегает к знакомству с биографией ее автора. Происходит это либо ради пополнения сундучка со смыслом, идеями и философией произведения новыми зацепками, параллелями между его содержанием и жизненными перипетиями создателя, историческими подробностями того периода, либо ради желания таким образом отдать дань уважения творцу, признать в нем, в его поиске себя, неиссякаемый источник мудрости и ценного опыта. До знакомства с Довлатовым желание как можно быстрее переходить с писателем на «ты» меня не подводило, не ставило палки в колеса, а даже наоборот – помогало лучше углубиться в отдельные сцены, проникнуться чувствами и взаимодействиями персонажей друг с другом. Так, брак Стивена Кинга и Табиты, полный терпения, поддержки и заботы, не мог не отразиться на особом отношении к супругам из его романов, тем семейным ценностям, что они старательно поддерживают. Непростое детство Уильяма Голдинга и вовсе сделало «Повелитель мух» творением, которое буквально созревало вместе с автором, питалось его болью, отчаянием, скрытыми страхами, на вид крохотным ростком величиной с триста страниц, но мощными и глубокими корнями. Именно подробности из жизни авторов зачастую и делают их книги интуитивно значимыми и весомыми для нас. Только вот в случае с «Чемоданом» моя «любознательность» привела к сбоям в системе восприятии. Как Мастер из романа Булгакова сжег своими же руками творение всей жизни, так и я, не осознавая этого, подпортила впечатления от книги двумя пробежками на просторы Интернета. Нездоровая привязанность к алкоголю, английский язык, который так и не стал родным, беспросветное будущее, депрессия, тяга к самоунижению. Как после таких сведений можно было с легким сердцем смеяться над его очередной шуткой? Если каждый раз за этой клоунской маской прятался несчастливый человек, каждый раз он будто бы отмахивался от своих проблем, покрывая их слоями блестящей подарочной бумаги, делал из этого очередную комедию... Комедию из трагедии.

Например, в одном из рассказов Сергей Довлатов прямо указывает на свой недостаток, алкоголизм (причем, писатель, по словам современников, сознательно спаивал себя, растягивал акт самоубийства), в свойственной ему саркастичной манере, только вот после изучения его «досье» смеяться, даже улыбаться совсем не хочется:

"Мама изредка навещала вдову. Часами говорила с ней по телефону. Та жаловалась на сына. Говорила, что он невнимательный и эгоистичный.
Мать вздыхала:
- Твой хоть не пьет..."

Одному из последних рассказов под названием «Поплиновая рубашка» после всей этой детективщины, беготни в поисках компромата на писателя (как будто сама стремилась нарыть что-нибудь погорячее) удалось меня даже растрогать. Растрогать! И это в книге, чей автор мелькает в первых рядах представителей юмористической литературы. Заверения других читателей в исключительности творчества Довлатова, как автора смехотворных, карикатурных историй, предательство со стороны издателей, когда те не выделили красным цветом «... и пронзительно печальные», шаржи на обложках его сборников... Да ну вас!

Неуверенность в себе, в собственных силах, уникальности как человека с писательским даром, замкнутость, ранимость – все эти «тараканы» Сергея Довлатова сказываются и на его отношениях с женщинами, что прекрасно продемонстрировано как раз в данном рассказе. Не зря автор имеет, так скажем, нестабильную личную жизнь, словно проблемы и мысли, с которыми он так или иначе боролся, тянули не только его самого на дно, но и каждый раз его отношения. Женщины приходили и уходили, а потребность в любви и заботе близкого человека никуда не исчезала. В «Поплиновой рубашке» рассказчик (а значит и сам писатель) делится подробностями своих отношений со своей женой, Еленой Борисовной (практически ничем неприкрытый прототип Елены Давидовны Ритман, его второй супруги), омраченные, опять же, его неверием в собственную значимость, будто любить его не за что, его творчество ничего из себя не представляет, а жена и правильно делает, что не интересуется его работой. И, все-таки, насколько же трогательно было наблюдать его реакцию на увиденную собственную фотографию из семейного альбома, ведь мало кто удивился бы из-за проявления подобного внимания... Но это же Сергей Довлатов. После данного фрагмента осознаешь, насколько важна была для него поддержка со стороны, доказательства того, что его любят со всеми его недостатками. Даже сейчас, спустя месяц после прочтения сборника, я не попру против истины, если назову эту сцену лично для себя одной из самых эмоциональных в сборнике.

"Я раскрыл последнюю страницу. И вдруг у меня перехватило дыхание. Даже не знаю, чему я так удивился. Но почувствовал, как у меня багровеют щеки.
Я увидел квадратную фотографию, размером чуть больше почтовой марки. Узкий лоб, запущенная борода, наружность матадора, потерявшего квалификацию.
Это была моя фотография. Если не ошибаюсь - с прошлогоднего удостоверения. На белом уголке виднелись следы заводской печати.
Минуты три я просидел, не двигаясь. В прихожей тикали часы. За окном шумел компрессор. Слышалось позвякивание лифта. А я все сидел.
Хотя, если разобраться, что произошло? Да ничего особенного. Жена поместила в альбом фотографию мужа. Это нормально.
Но я почему-то испытывал болезненное волнение. Мне было трудно сосредоточиться, чтобы уяснить его причины. Значит, все, что происходит - серьезно. Если я впервые это чувствую, то сколько же любви потеряно за долгие годы?..
У меня не хватало сил обдумать происходящее. Я не знал, что любовь может достигать такой силы и остроты.
Я подумал: «Если у меня сейчас трясутся руки, что же будет потом?»"

Подверглось переоценке и мое отношение к советскому прошлому. Ранее я питала особую чистую, светлую любовь к советской литературе за ее невинные, порой даже героические, образы, следование жестким моральным принципам, практически сведенные на «нет» ругательства, половые сношения и любая другая чернуха, которой вдоволь напичканы многие произведения наших дней. Конечно, отчасти неправильно отвергать важную часть нашей жизни и предаваться идеалам, притворяться слепой. Как гласит фраза, досадно заглушенная на одной из телепередач, - «Секс у нас есть, у нас нет рекламы». Так и обстоят дела: должной рекламы о тех годах у меня на руках не было, а были «Два капитана», «Молодая гвардия» и «Белые одежды». Поэтому сборник Довлатова, особенно первые рассказы, вызывали какое-то неудобство, тотальное непринятие реальных фактов, словно мне показали своего родного ребенка, а я его не узнаю. Если признать истины где-то на уровне подсознания еще на уроках истории вышло легко, то в литературе, особенно чисто художественной (не «Архипелаг ГУЛАГ»), горькая пилюля глотается со сморщенным лицом. Не то, что творчество Довлатова, даже сам писатель, уподобившись самому четкому из зеркал, отразил «болячки» советского народа: алкоголизм, «черный рынок», хищение социалистической собственности, глупое, лицемерное и абсурдное поддержание культа Сталина, и многое другое. А под соусом насмешки на эти проблемы с поджаренной корочкой смотреть становится еще больнее. Теперь же, после знакомства с советской литературой всех цветов радуги, я стараюсь всецело воспринимать нашу страну на тот момент как повзрослевшего ребенка: с более глобальными проблемами, как война, социалистический режим, закрытость от внешнего мира, пришли и попытки избавиться от них любыми способами, сгладить углы. В конце концов, разве родители начинают меньше любить своих повзрослевших, потерявших невинность, детей?

Если подвести под всем сказанным черту одной фразой, то она будет такой – мне не хватило объема. Чтобы в большей мере оценить писательский талант Довлатова, обратить внимание на прописывание персонажей, полностью раствориться в авторском юморе без задней мысли о печальных страницах его биографии. Каждый рассказ, как отдельный сюжет, оказался вспышкой молнии, таким же стремительным, эффектным, но быстро стирающимся из памяти. Так как о романе из-под его пера придется только мечтать, то буду настраиваться на повесть «Заповедник» или «пожирание» нескольких сборников за раз. С другой стороны осталась благодарность даже за такие крохи, ведь не каждое знакомство с полноценным романом дает такое понимание личности автора, как здесь. Пускай все пошло не по плану, снег вдруг начал таять, а лыжи на полпути сломались, но оно того стоило. Лишь бы после повторной встречи с творчеством Сергея Довлатова я не расплылась как герои Смешариков, а то... готовьте ведра и цветочные горшки - жалость и сострадание перельются через край.

Когда покупалась эта книга, я о ней знала буквально ничего, просто в моей голове появилась идея, которая заключалась в том, что я хочу познакомиться с новым русским автором, и выбор пал на Довлатова. Как же я рада, что мой внутренний компас указал именно на него.

Итак, что хочу сказать сразу, минусов в это книге я не нашла. Все шикарно, и задумка и язык повествования и, естественно, персонажи на высшем уровне. Довлатов искусно смог передать атмосферу СССР, через свою историю жизни.

Но давайте по порядку. Задумка. Как становится понятно с первых страниц - это автобиографичный роман, повествование которого строится на рассказах. Каждая глава - это отдельная история из жизни, и проводником между настоящим и прошлым являются вещи, которые хранятся в чемодане автора.

Язык повествования же я бы обозвала так - суровый советский дух, который требует того, что бы его услышали. Сергей Донатович Довлатов в своём произведении не стесняется в выражениях и рассказывает историю так, как было на самом деле. На страницах этой книги вы сможете увидеть все ужасы Советского Союза, безнадёгу и нищету, мошенничества и халтуру, равнодушие и алкоголизм. Колоритные персонажи, вышедшие из-под пера пера Довлатова так же замечательно поддерживают дух того времени. Но не пугайтесь, я с этой книги чаще смеялась, чем впадала в апатичные эпизоды. Отдельным плюсом хочу выделить то, что среди такого разгрома, в каждой главе можно найти мораль!

За Атмосферу говорить не буду, прочитаете и поймёте о чем я. Как итог хочу сказать, что книга определено достойна внимания и как для людей, которые ни разу в руки Довлатова не брали, и как для тех, кто по каким-то причинам обходили это произведение стороной. Если вас не смущает нецензурная брань(которой не так много), то милости прошу к прочтению!

P.S. Одна из моих любимых цитат: «Двести лет назад историк Карамзин побывал во Франции. Русские эмигранты спросили его: – Что, в двух словах, происходит на родине? Карамзину и двух слов не понадобилось. – Воруют, – ответил Карамзин…»

Знакомство с Довлатовым прошло успешно. Никогда не знаешь, как у тебя появится та или иная вещь. Какая история будет с нею связана. И почему она (даже старая и невзрачная) вдруг окажется важной. Настолько, что именно они уедут с тобой без обратного билета. И история каждого предмета рассказана в виде байки. Из разряда тех, что можно услышать за разговором на кухне. Но каким-то образом именно эти истории будут предельно точно описывать окружающую действительность (как мне представляются те времена).

После книги решила взглянуть на вещи, которые поехали со мной в моём чемодане. Но мой багаж оказался излишне практичным.

- Говорят, ты стал писателем? Я растерялся. Я не был готов к такой постановке вопроса. Уж лучше бы она спросила: «Ты гений?».

Наконец-то я прочитал свою первую книгу Сергея Довлатова. Этот автор всегда, так или иначе, был у меня на слуху, вот только дома его книг отродясь не было, его же в Союзе в нашей стране запрещали, потому логично, что его творчество обходило стороной многие дома. Зато Сергея Донатовича зачастую рекомендовали всяческие публичные личности. Окончательно подтолкнул к чтению просмотр фильма «Довлатов» Алексея Германа-мл.

Начать я решил с «Чемодана», который имеет очень интересную структуру повествования. Главный герой, только что иммигрировавший из СССР в Америку, разбирает свой чемодан, всячески вздыхая, что достигнув такого возраста, он ничего не нажил, кроме этого маленького саквояжа. В чемодане ему попадаются вещи, на основе которых и строится рассказ персонажа, а его прототипом стал сам Довлатов и его жизненный опыт, в этом нет сомнений.

Эта работа начинается с рассказа «Креповые финские носки», и он сразу же бьет в цель, заставляя своего читателя забыть о спокойном прочтении, валя наповал своим искрометным юмором. Вообще Довлатов очень выделяется своим юмором, где-то циничным, выделяющимся своими подколками, где-то добрым. И это все выполнено в таком непринужденном стиле, что понимаешь – в этом был весь Сергей Довлатов и в жизни. Но местами во время прочтения берет и самая настоящая грусть, ведь нам демонстрируется то самое «цензурированное» поколение 60-ков, с фарцовщиками и потерянными людьми.

В основу ставятся и личные драмы самого Довлатова, имевшего нелегкий характер и вечные проблемы, оттого возникает ощущение, будто читаешь что-то личное, подобие дневника. Первый опыт знакомства с этим писателем очень даже удался, мне очень понравилось, буду продолжать. Из рассказов, которые находятся в арсенале «Чемодана» мне больше всего по душе уже упомянутые «Креповые финские носки», «Номенклатурные полуботинки», «Куртка Фернана Леже», а также «Зимняя шапка».

Три вещи может сделать женщина для русского писателя. Она может кормить его. Она может искренне поверить в его гениальность. И наконец, женщина может оставить его в покое. Кстати, третье не исключает второго и первого.

Книга воспоминаний. Как мало вещей мы забираем с собой в новую жизнь, но как много они "видели" и "знают" о нас. Ведь каждая из них действительно целая история, смешная ли, грустная ли или просто незабываемая. Вся жизнь Довлатова какая-то курьезная и несуразная, потому что сама страна вынуждала его делать глупости, как и многих, живших в то время.

Книга легкая и интересная, простой слог и юмор с налетом грусти и запахом нафталина из СССР. Для тех, кто жил в Советском Союзе - это почти личные истории, потому что даже чемоданы были одинаковыми, что уж говорить о содержимом. Книга для тех, кто умеет смаковать ностальгию с приятным послевкусием, а не горечью.

После знакомства с Сергеем Довлатовым считаю Евгения Гришковца и Славу Сэ настоящими продолжателями жанра и слога. Такие же чертовы удачники.

Раньше почему-то когда мне встречалось упоминание Довлатова, я представляла тоскливую советскую литературу, по серьезности напоминающую Солженицына, и брезгливо морщилась и даже не утруждала себя хотя бы цитату одну прочитать. Непонятно, что именно меня натолкнуло на такую ассоциацию, но дело обстояло именно так. Потом практически одновременно в моей жизни появились Livelib и человек, любящий качественную литературу. Меня стали одолевать сомнения: что это за автор такой? Книги в сотне лучших на сайте, люди цитируют взахлеб. Было решено, что пока сама не познакомлюсь, от сомнений не избавлюсь. Выбор пал на "Чемодан". Боже мой, где?! Ну где я была все это время?! Как я могла проходить с пренебрежительным отношением мимо такого чудесного, такого великолепного писателя?! Довлатов покорил меня содержанием своей прозы практически с первых строк. Бывало ли с вами, что вы, читая книгу, через страницы ощущаете неподдельное обаяние и самоиронию автора? Так вот, такое со мной было, и это был Довлатов. А как хорош юмор Довлатова! Я смеялась, что редко со мной происходит при чтении книг (такое удалось разве что Ильфу и Петрову и Джерому К. Джерому), обычно я ограничиваюсь ухмылками. Но Довлатов настолько очарователен, что нельзя не проникнуться. Причем часто это довольно грустный смех, но на качество это никак не влияет.

Когда-то я ездил с этим чемоданом в пионерский лагерь. На крышке было чернилами выведено: "Младшая группа. Сережа Довлатов". Рядом кто-то дружелюбно нацарапал: "говночист".

Эта цитата встретила меня буквально на первых страницах. И дальше я оторваться не могла. Читать, читать, обязательно читать! "Чемодан" хорош и композицией, и содержанием. А в Довлатова я влюбилась. И сильнее, чем могла представить.

Я люблю такие истории. Рассказы из потихонечку распадающегося СССР, когда уже никто не верил, но все как-то жили. Проза Довлатова какая-то очень душевная, человечная и живая. Вообще, удивительное было время, - потрясающе ведь, как идеология расходилась с реальностью. Просто две параллельные Вселенные! И ведь все привыкли, и нормально. Меня в какой-то степени восхищают такие как Довлатов - это надо же, так просто относиться к жизни. И, ведь, главное, знаю - повстечай я автора "наяву", он бы мне не понравился. Не люблю я таких безответственых пофигистов. А рассказы очаровательны, и все тут. Чем-то напомнило "Москву - Петушки", видимо, количеством алкоголя. Но больше всего мне понравилась мысль про шизоидов и всяких сомнительных творческих личностей. Автор в одном из рассказов жалуется, что их к нему как магнитом тянет - пожалуй, это у нас общее.

Читать, читать, читать, невозможно оторваться. Очень коварные вещи лежат в этом чемодане)) Я заглянула, в общем-то из праздного любопытства, так, на пробу. И вдруг, уже, сама не замечая увлеченно перебираю вещи из чужой жизни, улыбаясь и прищелкивая языком от удовольствия. Эти истории открыто наступают на тебя, казалось бы без всякого умысла и цели - так бравурная веселость, советский колорит - и вот, ты уже окружен и взят в плен. А сквозь развлекательные пассажи уже звучит пронзительная щемящая нота грусти, правдивый голос сердца и самой жизни.

Обожаю книги, которые дают полностью погрузиться в менталитет. Кто-то может сказать: «Ну вот, очередной эмигрировавший пишет о своей родине не с лучшей стороны». Не могу не согласиться, действительно, практически на каждой странице этой небольшой книжки упоминается проблема (хотя для кого-то это и не проблема вовсе) алкоголизма. Но написано это так по-настоящему, не со злобой, не с издёвкой. Читаешь и погружаешься в то время, когда жил автор. Я всю жизнь прожила в Москве и родилась здесь, в Питер первый раз попала год назад, и просто влюбилась в этот город. И какие воспоминания о этой поездке всколыхнула книга, захотелось купить билет и мчаться на всех порах на Рубинштейна))) как для меня - Довлатов теперь к прочтению обязателен.

Я не хочу писать банально. Точнее, нет. Боюсь. Столько уже есть рецензий, заметок на Довлатова, что невольно начинаешь использовать клише - « Его рассказы одновременно и смешные , и показывают всю грусть России» и все в этом духе. Я уже как то пыталась читать эту книгу. Первые строчки меня совсем не зацепили , и я решилась взяться за что-нибудь «умное», какое-нибудь постмодернистическое. ( вроде это был Бротиган со своими Кегельбанскими рассказами или Сартр со своей Стеной, не суть). Наверное, тогда просто не настало ее время. Взяла я ее в поездку в Питер, как легкое чтиво в самолет. А что, символично - Довлатов жил в Питере, книга про чемодан. Самое оно. И я искренне советую - не читайте эту книгу, не побывав вдали от дома. После Санкт-Петербурга, когда нам пришлось заночевать в Москве в аэропорту, спя на чемоданах я поняла про что она. Про потери, поражения, поиск лучшей жизни, про жизнь. А самое главное - про ностальгию. Про потерю каких то наших частичек и только вещи из такого вот «чемодана» помогут нам вернуть их. Как сейчас вижу картинки в моей голове - Довлатов (почему то представлялся актер из одноименного фильма) идёт по городу в поисках чего-то, не зная чего; идя в этой странной куртке, которую ему подарил известный художник, в шапке, которую взял у брата. Ремень на нем , который достался потом и кровью и ботинки , которые украл у мэра. Идёт и ищет, чтобы ещё положить в свой «чемодан», какую историю бы найти, чтобы зацепить вас, втиснуться в глубь души и искать там частичку прошлого, которое так похоже на него и вынуть наружу.....

Он хотел написать ещё один сборник рассказов - Холодильник, но к сожалению, не успел. Он умер в Америке, далеко от дома. Но успел подарить нам свой «чемодан», свою жизнь, свою ностальгию. А там уже нам решать: открывать ли наши «чемоданы» или так и оставить свою жизнь пылиться в углу