Комментарии, 98 отзывов

Об этой книге хочется говорить одновременно и очень витиевато, и очень просто. Хотя и так, и так получается очень нескладно.

С одной стороны, это просто семейная история, плавная и текучая, и об отношениях между мужем и женой, и об отношениях между родителями и детьми, и о какой-то житейской мудрости, о старом и новом, и так далее. Темы хорошо нам знакомые, даже в какой-то мере привычные и ожидаемые.

С другой стороны, эта "просто" семейная история разворачивается в Японии, стране с очень утонченной и очень внимательной к деталям очень традиционной культурой, о которой говорить простыми словами как-то даже неловко.

В "Кинокаве" одно из центральных мест занимает тема взаимоотношений Ханы, оплота семейных ценностей, символа всего традиционного, что здесь изображено, и Фумио, ее своенравной, упрямой дочери, стремящейся к свободе от оков прошлого, и стремление это нацелено сразу на огромное количество аспектов жизни - и на форму / цвета одежды, и на взаимоотношения поколений, и на положение женщины в целом. Фумио настолько горяча и порывиста в своих стремлениях, что она иногда кажется настоящим источником жизни, привычной для нас - чувств, сил, стремлений. Остальные персонажи словно надели белые театральные маски, скрывающие их порывы и какие-либо внутренние проявления. Вот и думаешь: то ли это авторский стиль такой, то ли это недостаток проработки, то ли дань как раз той самой традиции - об этом просто не принято говорить, потому что не нужно. До последних страниц для меня было загадкой, есть ли в душе Ханы такое чувство, как любовь - к мужу, к детям... Автор иногда описывала чувства такими словами, что они казались просто деталью парадного кимоно.

Но самый конец книги, которая провела нас сквозь непростое, трагичное и для всей Японии, и для семьи Матани время, немного смягчает все острые углы. Хана говорит о своих чувствах к старшей дочери, с которой ей всегда было тяжело. Фумио обращается к традиционной вере, чтобы получить у высших сил, которые она всю свою жизнь отвергала, поддержку для своего ребенка. Не то чтобы прошлое и будущее примирились, но по крайней мере между ними был переброшен связующий мост, пусть и в масштабе отдельно взятой семьи.

Мне очень сложно говорить о японской литературе. Мне очень интересна Япония, но я все никак не могу попасть на одну волну с японскими авторами, не совсем понимаю, как подступаться к их произведениям, настолько они для меня самобытны и необычны. "Кинокаву" читать тоже было непросто. Хоть повествование и линейно, мне было тяжело поймать его ритм, он все время от меня ускользал, как бывает, когда ты безуспешно пытаешься идти в ногу с человеком совсем другого возраста. Но я буду продолжать пытаться открывать для себя эту потрясающую страну и благодаря "Кинокаве" я сделала еще один шаг к ее пониманию - интересных деталей о самых разных аспектах быта японской женщины здесь найдется немало.

Замечательная книга! Без всяких погонь,драк,крови,тайн и заговоров. Неспешное повествование о семье Матани,которое переживает бурный век японской истории и старается идти в ногу со временем. Автор так погружает в свою историю,что было жалко расставаться с героями книги Получил массу удовольствия во время прочтения.

Семейная хроника. Болезненные вехи японской истории. Реставрация Мэйдзи, войны с Китаем и Российской империей, Тройственный союз, оккупация Японии после Второй мировой войны. Социальный статус семьи Матани меняется. Землевладельцы с фамилией самурайского рода – явление спорное, но, как оказалось в реалиях периода Мэйдзи, живучее. Плебейские привычки (непонимание словесного искусства, отечественного и заграничного, отсутствие привычки к музыке, безразличие к антиквариату, отсутствие столового этикета, бестактность поведения) не помешали им увеличить благосостояние и приобрести достойную репутацию. В эпоху Тайсё землевладелец все еще оспариваемое явление, но становится опорой правительства. Либералы мечтают о равных правах и прочих западных идеалах. Американские и европейские женщины добиваются права голосовать на выборах (с некоторыми ограничениями). Японская женщина продолжает сохранять традиции. Ведет дом, помогает мужу в карьере, воспитывает в детях уважение к традициям. Правда игра на кото, составление икебаны и премудрости чайной церемонии не в чести у девушек либеральных взглядов. Фумио Матани открыто противостоит матери. Третье поколение женщин Матани приходится на Ханако Харуми, дочь Фумио. Не стала высчитывать, в каком году она родилась, предположительно в 4-7 году эпохи Сёва. Напряженная обстановка в мире и в Японии будто материализовалась в болезненной девочке Ханако. Земли помещиков были национализированы и проданы зажиточным крестьянам. Сыновьям помещиков эпохи Тайсё так же, как и отпрыскам обедневших самурайских семей эпохи Мэйдзи, пришлось идти в мелкие чиновники, то есть оставить надежды на подъем по социальной лестнице. Старший сын рода Матани Сэйитиро остается безразличным к проблеме возвышения семьи. Ханако понимает, что только женщины желают этого, однако время ушло. Фумио, претерпев многие невзгоды, осознает, что играла в либерализм из духа соперничества с матерью, не понимая сама себя. Ханако в отличие от матери имела крепкую связь с национальным духом. Живя на Яве, девочка изо всех сил старалась оставаться японкой. Вернувшись на родину, благодаря бабушке Ханако обретает силы с надеждой смотреть в будущее Японии. Девушка боится настоящего, как и все японцы, печалится, смотря на руины родового гнезда, но готова жить. Автор останавливает повествование на моменте социально-экономического кризиса. Замечательная книга, с отрывками из исторических документов, с бытовыми зарисовками, с психологическими деталями. Женские персонажи не отлиты в бронзу: Фумио, Хана и Ханако обладают индивидуальностью. Японская же литература. Как без буддийских образов. Не уверена, что верно поняла образ белой змеи. Есть, конечно, у нее и сюжетная функция – возвещать о смерти в семье Матани. В буддизме змея и река имеют два толкования: с одной стороны, это спутница и путь смерти, с другой стороны обе они символизируют плодородие. Белая змея умерла вместе с Ханой Матани, а в устье Кинокавы построили фармацевтический завод, загрязняющий реку. Без перспектив. Но есть в финале превосходный эпизод реинкарнации духа семейства Матани в Ханако. Ханако переняла силу женщин Матани. Сильный эпизод. Обнадеживающий эпизод.

Небольшая, но очень емкая книга про Японию первой половины двадцатого века. Мы прослеживаем жизнь японской женщины от юности до смерти, попутно знакомясь с образом жизни достаточно состоятельной провинциальной японской семьи. Это момент, когда Япония менялась, т.е. от феодальной превращалась в капиталистическую эволюционным путем. И чуть-чуть нам рассказано о революционном превращении в современную Японию через план Маршалла после Второй мировой войны.

Напомнила книгу Орхана Памука Джевдет-бей и сыновья.

Хроника семьи, страны, века. Хроника с женским лицом. Три очень разные героини показывают эту историю, и порой возникает ощущение просмотра спектакля, а не чтения книги. Не стоит ждать бури эмоций, автор весьма сдержанна в их описании, но вот подробностей семейного уклада и жизни вообще будет с избытком. Сносок больше чем хотелось бы, в художественной книге, да и мало знакомым с Японией читателям, они вряд ли много объяснят. Но все равно интерес к книге удерживался стабильно, хотя читалась она достаточно медленно. Япония после прочтения стала чуть ближе и понятнее.

В этой книге нет динамичного сюжета,почти нет мистики,тайн и загадрк.Она неспешная ,как чайная церемония, плавная, как традиционная походка японских женщин,одетых в кимоно и гэта, но такая притягательная ,как зеленые воды Кинокавы! Потрясающая страна с традиционным патриархальным укладом,собственными эпохами,непривычными для многих обычаями и так быстро взлетевшая на пик супертехнологий всего за неполное столетие- все это читается и предугадыватся в этой книге.Для любителей японской прозы и не только- просто маст рид!

Роман разделен на три части. Первая часть о Хане, умной девушке, воспитывавшейся бабушкой, которой, по тем меркам, уже почти невозможно выйти замуж. Но все же это происходит. И рассказывается о ее жизни в доме мужа, о родах, поведении, традициях. Вторая часть про ее дочь Фумио, которая выросла капризной, своевольной и бунтаркой. Она пошла в отца, и не признавала традиций. Но со временем она готова принять все это. Третья часть о внучке Ханы - Ханако. Девочка милая и она готова принять все традиции. В Америке есть класс где учатся такие как она, Ханако ведет себя, как она считает, настоящей японкой, но когда она приезжает в Японию, понимает, что знает далеко не все. Все эти три части знакомят нас с одной семьей, в которой есть традиции, и кто-то с ними не согласен, а кто-то готов их принять. Роман развивается лего, читать интересно.

— Что такое семья, мама? — совершенно неожиданно спросила Фумио. — Порой я и сама задумываюсь над этим вопросом.

Спойлеры! Эта книга в трех частях подробно повествует о жизни и переживаниях трех японских женщин на рубеже XIX и XX веков и лично для меня представляла интерес и как для историка, и как для любителя семейных саг, благо тут не настолько много героев, чтобы путаться в них, как в огромном количестве тезок Маркеса. Хана. Воспитанная приверженной традициям бабушкой, она и выросла такой же - жена, мать, шьющая обереги и подвешивающая у храма. Хана, которая воплощение Кинокавы, воплощение Японии, как сказала decembrist_forever . Из всех трех героинь она понравилась мне больше всего. Мне было жаль ее из-за брака с Кэйсаку, который завел на стороне любовницу, покупал ей дома, хвалился перед друзьями, как Хана его унижает дома, прознав о любовнице (конечно же, ничего подобного не было на самом деле), и вообще не особенно скрывался. При том, что Хана, пусть и регламентировав домашнее хозяйство (тут надо понимать, что в Японии был и остается свой особый менталитет, и вспоминать об этом всякий раз, когда приверженность Ханы традициям кажется гиперболизированной или пропагандируемой! нуачо, у нас же любят видеть пропаганду религиозности везде, где только можно, особенно там, где ее нет), всегда поддерживала его и повторяла, что рано или поздно Кэйсаку достигнет высот. Было жаль ее и из-за Фумио, и из-за развалившейся после войны семьи. И не меньше я ей восхищалась, остававшейся все такой же стойкой и гибкой при любых обстоятельствах. Фумио. Героиня, которая вызывала больше всего раздражения на протяжение чтения, дочь Ханы и мать Ханако. В детстве она мне нравиласЬ, но в юности вся симпатия сошла на нет. Она хотела быть феминисткой, но вместо этого просто втаптывала в грязь все то, что дорого ее матери. Матери, которая души в ней всегда не чаяла. Она хотела прославлять права женщин, но ее хватило только на пару паршивых статеек и ни на что больше, зачем, если можно выйти замуж, рожать, заниматься всем тем, чем ты до этого заниматься не собиралась, только попутно извергая ворчания и ругательства в сторону... да в сторону всего вокруг! Она могла бы не принимать подарков матери, но не принимать их мягко, щадя ее чувства, не чужой же человек, в конце концов. Но вместо этого Фумио каждым своим действием и каждым словом показывала Хане, как ненавидит ее жизнь (: Она хотела изменить судьбу женщин и быть самостоятельной, а в действительности не может даже постирать свое белье. Если в начале они с Ханой обе были виноваты в натянутых отношениях - Хана могла бы и СЛОВАМИ ЧЕРЕЗ РОТ сказать Фумио, зачем заставляет ее играть на ненавистном инструменте и что дело не в музыке, а Фумио могла бы и терпимее относиться к матери, - то потом вся вина, конечно же, в моих глазах ложится на плечи нетерпимой и раздражающей Фумио. Ханако. Девочка, выросшая вдали от Японии, но все равно впитавшая в себя любовь к родине, выросшая чуткой, чувствительной к традициям, старавшаяся обратиться к ним. К ней у меня чувства наиболее ровные, и она занимает в моем топе среднее место между понравившейся Ханой и ужасно раздражавшей Фумио. Автор очень тонко и изящно выписывает как нравы "традиционной" Японии, так и ее страдания в XX веке. Не раскрывая какие-то моменты и аспекты прямым текстом, она пишет о нем намеками - так же, как Хана намеками хотела дать понять дочери, что игрой на музыкальном инструменте хочет научить ее не музыке, а жизни.

Думаю, что «Кинокава» попала в осеннюю подборку Четырех сезонов, как роман в жанре семейная сага. С одной стороны, так и есть. Нам рассказывают о трех поколениях женщин одной японской семьи землевладельцев: о Хане, Фумио и Ханако. Об их мужьях, детях, братьях, сестрах и других родственниках. С другой стороны, путеводной нитью через все поколения семьи выступает именно Хана. Роман начинается с того, что молодая воодушевленная девушка выгодно выходит замуж благодаря грамотному руководству своей бабушки. И заканчивается смертью Ханы, уже пожилой женщины, матрирха огромного семейства, которая делится своим опытом со своей внучкой Ханако. Лично я воспринимаю эту книгу как повесть о жизни именно Ханы, историю ее становления, зрелости, старости.

В книге очень интересно, без излишней многословности описан огромный промежуток в 60 лет истории Страны восходящего солнца: от конца XIX века до послевоенной Японии 50-х годов XX века. На примере жизни конкретных людей мы видим, как Япония прошла путь от традиционной закрытой полуфеодальной монархии к одной из ведущих держав азиатско-тихоокеанского региона с собственными колониями и сферами влияния. Но все достижения были перечеркнуты поражением во Второй мировой войне. И вот перед Японией открылся новый, еще неизведанный путь, по которому придется идти Ханако.

Именно поражение в мировой войне, уход в прошлое феодального уклада жизни, патриархальных ценностей приводит к кризису мировоззрения Ханы в конце книги. Она и ее внучка задаются вопросом: чему посвятила жизнь Хана? почему канули в лета их общие с мужем труды? почему поместье пришло в упадок и сами наследники-мужчины выросли настолько равнодушными к судьбе своего рода?

Возможно, стоит искать ответ в образе реки Кинокавы. Мне кажется, этот образ можно рассматривать с трех точек зрения. 1) Кинокава – это сама главная героиня. Не каждый человек обладает такой жизненной энергией, целеустремленностью, умом и образованностью, как Хана. Хана среди людей подобна Кинокаве среди рек. Огромному бурному потоку, который вбирает в себя маленькие притоки. Пока она была матриархом, род и поместье процветали. Она постарела, и все вокруг пришло в упадок. Не было среди ее детей подобного по силе духа человека. 2) Кинокава – это связь поколений. Хоть и Хане не повезло жить в "эпоху перемен", когда традиционное мировоззрение японцев переживало бурную экспансию западных идей, этот пласт японской культуры передается из поколения в поколение и неизменен как сама река. В конкретном случае связаны бабушки и внучки. Хана не смогла установить эту связь со своей дочерью Фумио, отчего всю жизнь страдала, и мне было искренне жаль ее. 3) Кинокава – это сама Япония. Мы узнаем, что река может поменять русло, выйти из берегов, смыть деревни на своих берегах. Люди просто могут утонуть в ней. Так и страна посылает своих граждан колонизировать Корею, Китай, острова в Тихом океане, приносит в жертву их труд и жизни в череде войн от японо-китайской до Второй мировой. Япония меняет курс, как река меняет русло, от монархизма к демократическим идеям, затем к милитаризму. И все-таки страна, как и река, дает жизнь, безопасность. Она залог существования человека.

В заключении отмечу, что книга замечательная. Она именно про Японию, менталитет ее жителей разных поколений, благоприятные и суровые перемены в истории страны. Японофилам советую. Но в ней есть и общечеловеческие темы, понятные людям разных культур. Например, конфликты "отцов и детей", проблема выбора жизненной цели, отношение к войнам, победам и поражениям в них.

Книга - как река. Кинокава - это река. Хана - это Кинокава. Я могу бесконечно долго смотреть на течение воды в реке. Я могу бесконечно долго наслаждаться чтением книги, написанной в такой неспешной и тонкой манере. К сожалению, книги заканчиваются. Как заканчивается и человеческая жизнь. Лишь вода вытекает в озеро, море, океан, ее путь бесконечен.