Цитаты из книги «Червивая Луна», страница 9

Под этой убедительной личиной у нее чешуя с красным отливом и щель на месте рта. Из этой щели вылезали слова и, как черви, вгрызались в мозги, выедали любые мысли о свободе.

Дед у меня – хитрый старый лис. Он никогда не прогибался и любил говорить мне, что не скопил ничего, кроме собственного достоинства, а его-то не отдаст никому.

Невозможно было догадаться, что за ней на самом деле дикий луг, усыпанный цветами. Бабочки выплясывали над ними, как будто природа устроила званый бал и зажала все пригласительные билеты. Я никогда раньше ничего подобного не видел, и у меня аж глаза в кучку собрались от такой красоты. Вот что я подумал: «Если завтра человечество провалится сквозь землю, по крайней мере ясно, кто будет по этому поводу праздновать».

Ну, я сижу сзади, от меня до доски – как до другой страны. Слова прыгают, будто лошади в цирке. Во всяком случае, мне никогда не удавалось их остановить и разобраться, о чем они.

Точно говорю, идея была такая дикая, что я был в ней абсолютно уверен.

Кажется, я понял. Ну, то есть я так думал, что понял, но не был уверен, потому что ни фига ж себе.

Молчание тоже бывает разное.

В стаде баранов я был чёрной овцой.

С семью мертвыми крысами крысиному королю придётся считаться. Убьёшься одну крысу, и вся её родня придёт за тобой; убьёшь, семь, и им станет ясно, что ты тут не шутки шутишь.

Я не просто влип, я сидел в говне уже по пояс, и скоро засосёт с ручками.