Читать книгу: «Неведомое»

А как же всеобъемлющее небо? Назовем ли мы его космосом или иным именем, которое окажется для него самым подходящим, мы во всяком случае обязаны поставить относительно него вопрос, с которого до́лжно начинать рассмотрение любой вещи: было ли оно всегда, не имея начала своего возникновения, или же оно возникло, выйдя из некоего начала?

«Тимей». Платон – афинский философ классического периода Древней Греции.

Вопросы.

Парадокс Ферми – отсутствие видимых следов деятельности  инопланетных цивилизаций , которые должны были бы расселиться по всей  Вселенной  за миллиарды лет её развития.

Энрико Ферми – итальянский и американский физик-теоретик.

Глава 1.

– Итак, начнём. 6 часов 7 минут стандартного времени, 12-е апреля 2461-го года¹. Опрашиваемый – член экипажа исследовательского космического корабля класса «Лайнер», ИК «Браун»², помощник геофизика Карл Каттнер³, 2410-го⁴ года рождения, Земля. Скажите, какие были ваши задачи?

– Изучение двойной планетной системы Плутон-Харон, высадка на планеты и взятие образцов грунта… – спустя несколько глубоких вдохов-выдохов, ответил сухой голос.

– Что произошло с экспедицией?

– Провалилась… – ответил голос

– Из-за чего провалилась?

– Они мертвы…

– Кто?

– Они мертвы – срываясь на крик, повторял голос – Мертвы! Чёрт возьми! Мертвы!

– Успокойтесь! Карл, успокойтесь! Кто мертвы?

***

12 часов 17 минут⁵ показывали бортовые часы, 5 месяцев назад «Браун» начал торможение преодолев притяжение Нептуна. Адаптация после анабиоза⁶ для помощника геофизика превратилась в пытки: головокружение сопровождавшаяся рвотой продолжалось несколько дней. Из разговоров пациентов медицинского отделения, Карл слышал, что у некоторых обнаружены повреждения мозга – повлиявшие на сознание и функциональность, так что ему повезло. Далее, 3-х месячная подготовка к высадке на поверхность: повторение теории, работа с оборудованием, управление скафандром, и тому подобное, будто в подготовительном центре на Фобосе⁷ не было занятий.

Когда «Браун» вышел на орбиту Плутона – 2 месяца назад, первые исследовательские станции и транспортники приземлились на его поверхности. Недели изучения планет и раскопки, выматывали Карла, и после трудовой смены, и сдавливающих корабельных коридоров, где гравитация 3/5 земной, в редкие выходные, спасением были – выпивка, случайные знакомства, пустые разговоры.

15-го мая⁸, неделю назад⁹, во время раскопок на Хароне, исследовательская группа обнаружила неизвестный объект, получивший название – Ксенос¹⁰. Карл лишь однажды его видел, и впечатления от объекта остались малоприятными.

– Как он выглядит? – спросила Кэт, лежащая с Карлом в обнимку, в её каюте. Выдался выходной, который Карл начал отмечать вчера вечером, в корабельной кают-компании, и познакомившись с Кэт с палубы гидропоники¹¹, встретил следующие сутки в её койке.

– Не знаю, как описать. – при воспоминании о Ксеносе, Карлу становилось не по себе. – Ничего подобного никогда не видел – текстурой похожее на чёрное зеркало, с какими-то красноватыми вкраплениями, или письменами…

Кэт тихо рассмеялась, уткнув голову Карлу в грудь.

– Письменами? – Она посмотрела Карлу в глаза, улыбаясь. Её приятное лицо, тёплое тело слегка липкое от пота, плавные изгибы, притягивали Карла. Он мысленно планировал их следующую встречу.

– Пришельцы!? Зелёные гуманоиды? – Скорчив гримасу она высвободилась из его объятий. – Тебе пора собираться, скоро придёт Джу, и перед тем как сменить её мне надо принять душ. – Кэт улыбнулась Карлу и направилась в санузел, расположенный в каюте.

– Да, хорошо. – Поднимаясь из койки, сказал Карл.

Разыскивая свою одежду, он рассматривал каюту – небольшая, но уютная и прибранная – не смотря на разбросанные его и Кэт вещи – не то что та которую он делил с Ману; – интересно, где он? Продолжает веселиться или…

За дверями каюты послышался шум и крики, Карл натягивая штаны подошёл к ней и нажал на сенсорной панели справа – открыть. Дверь с глухим шипением отъехала влево, и Карл увидел забрызганный красным коридор, услышал вдалеке топот бегущих ног, и булькающий хрип.

– Это что? Кровь? – рассматривая коридор шёпотом спросил Карл.

Боковым зрением он заметил, что сзади кто-то стоит. Обернувшись – увидел Кэт: напряжённую, обнажённо-красивую, по коже стекающей водой, с пугающей ухмылкой, и безумно-пустым взглядом.

– Кэт? – позвал Карл.

Та ничего не ответила, продолжая смотреть на него, как вдруг, неожиданно прыгнула повалив на пол, полоснув по правой щеке ногтями. Карл схватив её за руки, извиваясь под её весом, пытаясь вырваться, и уклоняясь от укусов.

– Кэт! Твою мать! Ты рехнулась?! – прокряхтел Карл.

Девушка оказалась сильна для своих параметров, и Карл с трудом её сдерживал, с каждым мгновением слабея. Высвободив ноги и ступнями упершись в живот, Карл, из последних сил втолкнул её в каюту. С трудом, но как можно быстрее поднявшись, он нажал на наружной панели – зарыть. Уставившись на дверь, Карл стоял в оцепенении, пока не услышал глухой удар, с другой стороны. Оступившись, и упав назад, Карл отползал под скрежет ногтей по металлу, пока спустя пару ударов сердца не упёрся спиной в запачканную кровью стену коридора.

– Блять…

Глава 2.

– 10 часов 53 минуты стандартного времени 12-го апреля 2461-го года¹². Опрашиваемая – член экипажа исследовательского космического корабля класса «Лайнер», ИК «Браун», механик 2-го разряда Саманта Цысинь¹³, 2419-го¹⁴ года рождения, Марс. Вас и ещё нескольких человек обнаружили в анабиозе на корабле, дрейфующими в космосе. Что случилось с остальным экипажем?

– Разве вы не просматривали бортовые записи? – ответил напряжённый голос.

– Просматривали. Но мы хотим знать Вашу версию.

– Моя версия ничем не отличается от записей.

– И всё же, свидетельницей чего Вы стали?

– Кошмара! – голос дрожал. – Кошмара который Вам никогда не снился!

***

Сэм, механик 2-го разряда, заступила на смену. Она готовилась к этой экспедиции с детства, как только её родители взяли на экскурсию по орбите вокруг Марса. Начиная с пятнадцатилетнего возраста Сэм, обучалась в Технико-инженерном Колледже Марса имени В. П. Глушко¹⁵ или – ТиКМ. Отбор в экспедицию был сложный, но Сэм смогла его пройти, и в подготовительном центре на Фобосе проявила упорство и настойчивость, чем покорила своих наставников, обойдя более 3-х тысяч конкурентов. Но за упорством и настойчивостью скрывалось другое: возможность сбежать с пыльного, слабо развитого Марса, где люди теснились в замкнутых пространствах.

– Сэм, у тебя же сегодня день рождение? – спросил её напарник – старший механик 1-го разряда.

– Да. – ответила Сэм, проверяя на месте ли инструменты, повторив это действие до полудня не один раз – это помогало отвлечься от стеснённости корабля похожую на марсианскую.

– Может отметим после смены в кают-компании?

– Марко, даже не думай, что у тебя получиться ко мне подкатить!

Среди механиков раздались смешки, а покрасневший Марко, отошёл от Сэм в другую часть механической платформы, – одно из немногих крупных круглых помещений, разделённое на зоны, которые занимали: приборы, шкафчики рабочих, стеллажи с инструментами и прочее, из-за чего проявлялся недостаток места, как впрочем – везде, – в носовой части корабля в три этажа с системами управления по центру – оплетённая проводами колонна от пола до потолка. В обязанности механика 2-го разряда входило: поиск и выявление неисправностей, а также их устранение и ремонт, а двери ей помогал открыть универсальный пароль.

Кто-то из работников кивал Сэм, тем самым поздравляя, кто-то бросал пару слов, кто-то пожимал руку, будто впервые услышав о дне рождении.

– Сэм, за день¹⁶ до твоего совершеннолетия тебя погрузили в анабиоз. Какого это? – после поздравлений спросил Лех, техник-наладчик.

– Мне не с чем сравнить! – огрызнулась Сэм.

– Я всего лишь спросил. – примирительно разведя руки проговорил Лех.

Сложно быть женщиной в мужском коллективе, все смотрят на тебя хищными взглядами. Поэтому Сэм избрала для себя пассивно-агрессивную позицию, хотя некоторые, с кем она работала, ей были приятны, и с ними она вела себя дружелюбно.

– Лех, я не хотела тебя обидеть! – оторвавшись от инструментов, и повернувшись к технику-наладчику сказала Сэм.

– Знаю, но в кают-компанию я тебя не приглашу, ты не заслужила. – смеясь ответил Лех.

– Мне не интересно посещать это место. – пробурчала Сэм.

– Ты была там всего один раз, когда нашли ту странную штуку.

– Ксенос – перебила Сэм.

– Хорошо, Ксенос – улыбнулся Лех.

– И я не особо прониклась той атмосферой.

– Ты провела в анабиозе 7 лет…

– 6 с половиной. – перебила Сэм.

– Хорошо, 6 с половиной. – улыбаясь продолжил Лех. – И ты не хочешь восполнить упущенные годы?

Сэм смотрела на Леха, ища различия, между механиком-наладчиком с которым она познакомилась до погружения в анабиоз, и тем, кто стоит перед ней; всё же человек меняется за проведённые в бессонном состоянии годы, хоть для него проходит всего лишь миг.

– Я ничего не упускала…

Напротив, раздался шум – завязалась драка, на помощь уже спешили другие работники платформы.

– Что там случилось? – спросила Сэм.

– Пойду посмотрю. – отозвался Лех.

– Подожди, я с тобой.

Подойдя ближе Сэм увидела, как держат механика по обеим сторонам за окровавленные руки, а у его ног лежал Марко, с разбитой головой, и в расползающейся от неё красной луже валялся гаечный ключ.

– Он набросился на меня – неуверенно проговорил механик.

Глава 3.

– 17 часов 56 минут¹⁷ стандартного времени 12-го апреля¹⁸ 2461-го года. Опрашиваемый – член экипажа исследовательского космического корабля класса «Лайнер», ИК «Браун», управляющий кают-компанией Владислав Мартынов¹⁹, 2387-го²⁰ года рождения, Земля. Расскажите, что произошло с экспедицией?

– Полагаю… – проговорил спокойный голос, после глубокого вдоха – вас не интересует обучение в подготовительном центре, погружение в анабиоз, полёт… – после небольшой паузы, голос продолжил, – хотя о полёте я ничего не могу рассказать.

– Вы правы, нам нужны подробности из-за чего «Браун» перестал выходить на связь.

– Скажите, что вы знаете о Плутоне или Хароне? Сколько лет прошло? Семнадцать²¹? Были ли ещё экспедиции к ним? – спокойно спросил голос. – Молчите?

– Наше задача задавать вопросы.

– Ладно, – продолжил голос. – Знаете, в греческой мифологии Харон²² – перевозчик душ в царство мёртвых.

– Какое это имеет отношение к экспедиции?

– А такое, – планета забрала их души.

***

Управляющий кают-компанией Владислав, стоял за столом-стойкой, и протирал бокал из переработанного стекла бумажным полотенцем. Должность эта для него, как и другие, которые были – всего лишь должность. Но что на войне, что в мирное время – нужно соблюдать порядок и чистоту. Кают-компания на деле была местом для посиделок экипажа, заканчивающиеся пьянкой и потасовками. После нескольких лет анабиоза сюда приходили чтобы расслабиться: выпить, поболтать, познакомиться с теми, кто не прочь уединится, и Владислав понимал, что не за что осуждать людей; не было ещё ни одного инцидента который мог бы сорвать или чем-то навредить экспедиции.

Бортовые часы, над входом в кают-компанию, показывали 14 часов 16 минут²³, когда к столу-стойке подошёл второй навигатор второй смены – Пьер. Выглядел он так будто находился в трауре – бледный, с опущенными покрасневшими глазами, в потрёпанной форме. Владислав дотронулся до слухового устройства, чтобы добавить громкость, – напоминание о том, что война возьмёт ей причитающиеся, у кого-то меньше у кого-то больше. В кают-компании находились ещё пару человек, сидевших за столиками и не обращающие никакого внимания на то что происходит вокруг них.

– Виски! – пробубнил Пьер.

– Выглядишь дерьмово! – заметил Владислав, и налив в стакан виски поставил его перед Пьером.

Одним глотком опрокинув стакан, Пьер со звоном поставил его на стойку – лицо не выражало никаких эмоций.

– Что-то здесь твориться – начал бормотать навигатор – что-то здесь…

– С тобой всё нормально? – спросил Владислав.

– Что-то здесь не так – продолжал бормотать Пьер – что-то здесь…

– Пьер! – окликнул его Владислав.

– А? – удивлённо осмотревшись по сторонам, будто только что осознав где находиться – Пьер неразборчиво пробормотал.

– Пьер! – снова позвал его Владислав.

Тот посмотрел на управляющего кают-компанией отстранённым взглядом, и уселся на высокий стул, обхватив голову руками, уперев локти о стол-стойку.

Владислав рассматривал Пьера – улыбающийся юноша, душа компании с неиссякаемым запасом шуток, – но сейчас его будто подменили.

– Ещё налить? – спросил Владислав. Его не волновали переживания других, а расспросы считал – непристойными, хотя находящиеся за столом-стойкой, сами всё выкладывали, и Владислав их слушал – порой людям нужно чтобы их выслушали.

Пьер ничего не сказал, а только кивнул, – вновь погрузившись в свои размышления, тихо бормоча.

Владислав поставил перед Пьером повторно наполненный на треть стакан. Из-за стола поднялся оставшийся посетитель, которого Владислав видел впервые, и повернул голову в сторону управляющего и навигатора. Его взгляд ничего не выражал, а лицо словно сведённое судорогой – скалилось. Пьер схватил стакан – выпил содержимое, и разбил о край стола-стойки.

– Какого?.. – воскликнул Владислав.

– Они в голове – процедил сквозь зубы Пьер, и острым краем стакана перерезал себе горло.

Глава 4.

– Продолжим. 22 часа 5 минут²⁴ стандартного времени 12-го апреля 2461-го года. Опрашиваемый – член экипажа исследовательского космического корабля класса «Лайнер», ИК «Браун», доставщик Оливер Мартинсон²⁵, 2406 года рождения²⁶, Каллисто²⁷. Вы участник экспедиции Брауна в двойную планетную систему Плутон-Харон.

– Тут слишком много света – проговорил хихикающий голос.

– Оливер, ответьте нам на вопросы.

– Я слышу их.

– Кого? Оливер, кого?

– Голоса! Разве вы не слышите их? – раздался невесёлый смех.

– Какие голоса?

– Голоса которые призывают!

– Куда призывают, Оливер?

Смех продолжался, пока не превратился в плаксивый скулёж.

– Оливер! Что вы нашли на Хароне?

– Голоса…

***

Оливер Мартинсон, не испытывал какого-либо дискомфорта находясь на корабле, для него проходы, тусклый свет, и гудение в стенах были знакомы с рождения. Он понимал Брауна как своего друга; – Оливер провёл многие годы на кораблях, перелетая с луны на луну, перемещаясь из поселения в поселение. Что корабли, что поселения – творение рук человеческих, имеющие строгую форму – металлические коробки, где головой едва не задеваешь потолки, а в коридорах прижимаешься к стене чтобы двоим разойтись.

Оливер и немногие участники экспедиции видел «Браун» не только на схемах. Корабль продолговатой формы, с прямыми линиями и углами, не менее полукилометра, а в самом высоком месте, ближе к носу, где на сером окрасе корпуса красовались оранжевые буквы названия и эмблема космического флота – ромб и выходящая за его границы комета, – порядка двухсот метров, шириною примерно сто двадцать, и по центру вращающиеся колесо диаметром шестьсот метров – создающее гравитацию на борту. Тёмные разгоняющие корабль двигатели, находящиеся в кормовой части, напоминали Оливеру жилые комплексы Земли, которые он видел в сети и разного рода рекламе.

Сам же «Браун» оградившись от космоса метрами стальной обшивки, техническими ходами, изоляционными переходами, проводами и коммуникациями, разделялся на отделения, платформы и прочие помещения, которые находились на уровнях – занимающие один и более этажи. Оливеру, как доставщику, пришлось запоминать маршруты, не смотря на то что не было недостатка в указателях, вперемешку с техникой безопасности, продублированные на одиннадцать языков под общепринятым федеральным на котором повсеместно общаются более ста лет – сплав языков где письменность – символы, к тому же у каждого участника экспедиции были персональные позиционно-навигационные устройства – коммуникаторы, работающие в сети корабля.

«Браун» – исследовательский проект в который вложены астрономические суммы, годы строительства и подготовки с применением современных технических достижений. Корабль для Оливера был вершиной человеческого потенциала, продуманный в каждой мелочи. «Браун» способен самостоятельно отправиться в экспедицию, но человечество полностью не решается довериться технологиям, а может опасается утратить свою значимость.

Транспортник садился на Хароне. Оливер занимался доставками: от небольших предметов, до крупногабаритного оборудования. Сейчас он доставлял с корабля на Харон – ультразвуковое устройство – судя по надписям на переносном контейнере, находящиеся на гравитационно-экранированном²⁸ погрузчике.

На поверхности уже изучали недавно найденный объект. Работы начинались рано, по стандартному времени – чтобы собрать больше образцов. На Хароне оставались оборудование и станции – собирающие информацию в автоматическом режиме. Люди же, после смены возвращались на корабль – проходили медицинское обследование и расходились по своим делам. Непрерывно, сменами, работал экипаж на Брауне.

Оливер наблюдал за тем, как геофизическая команда в скафандрах устанавливает устройство рядом с объектом. Ксенос, кажется так его прозвали – чёрный монолит с красными узорами, высотой в несколько человеческих роста, от поверхности которого отражались искажённые силуэты людей и ледяной пейзаж. Оливер смотрел на своё отражение, и ему казалось будто он находился по ту сторону монолита – и это вызывало беспокойство и неприятные чувства.

– Пора возвращаться на корабль – похлопав Оливера по плечу, сказал кто-то из доставщиков, из-за скафандра и помех в связи, определить кто – проблематично.

Оливер вздрогнув отвёл взгляд от объекта – геофизическая команда заканчивала приготовления.

«Уже?» – подумал Оливер, и в замешательстве направился к транспортнику.

Четыре доставщика потребовалось чтобы доставить устройство на Харон, не считая пилотов. С кем-то Оливер пересекался, с кем-то была первая встреча, но ему было не до них. Оливер пытался справиться с последствиями, появившимися у него после анабиоза, о которых он умолчал – неразборчивый шёпот, внезапно появлявшийся и так же внезапно прекращающийся.

Те, с кем он находился в транспортнике о чём-то разговаривали – Оливер не слушал, а смотрел в иллюминатор на удаляющуюся группу людей готовых к запуску установленного устройства. Оливер посмотрел на информационный экран над входом в кабину пилотов – 6 часов 49 минут²⁹. Перед глазами всплыло его отражение в монолите.

– Проснись! – позвали голоса.

Отрицание.

Небо, следовательно, едино, безмерное пространство, лоно которого содержит все, эфирная область, в которой все пробегает и движется. В нем – бесчисленные звезды, созвездия, шары, солнца и земли, чувственно воспринимаемые; разумом мы заключаем о бесконечном количестве других. Безмерная, бесконечная вселенная составлена из этого пространства и тел, заключающихся в нем.

«О бесконечности, Вселенной и мирах». Джордано Бруно – итальянскийкатолическийсвященник, монах-доминиканец, философ-пантеист и поэт; автор многочисленных трактатов.

Глава 5.

Карл бежал по коридору, босыми ногами, не чувствуя металлического холода. Он думал о Кэт. От её безумного взгляда по коже пробегал озноб и щипало правую щёку.

Кое-где на стенах были брызги крови – Карл знал – это кровь. В одном из коридоров привалившись к стене сидел истерзанный труп – мужчина или женщина – Карл не стал рассматривать, лишь поскользнувшись в липкой луже и оставляя следы побежал дальше – к жилой палубе на два уровня вниз, боясь представить, какие ужасы встретит.

В лифте, нажав на сенсорной панели – палуба три, Карл тяжело дыша смотрел под ноги – кровь, чьи-то пальцы.

– Лучше не смотреть – сказал себе Карл, глубоко вдохнув и закрыв глаза, поднял голову к потолку.

Двери разъехались по обе стороны, открыв перед Карлом пустой коридор: скрипящая, болтающаяся на проводе лампа освещения мигала – отражаясь на стенах жуткими рычащими существами, тянущими свои конечности.

Карл потряс головой, отгоняя от себя видения – нужно добраться до каюты. Не веря в происходящие, Карл думал, что это сон, последствия анабиоза, или же в худшем случае – он один из тех, кому не посчастливилось не повредиться в рассудке; – придёт работник медицинского отделения, возможно с внешностью Кэт – сделает ему инъекцию успокоительного, и кровь, безумие, смерть – прекратятся, или же он проснётся, с лёгким похмельем, после посиделок в кают-компании – и нехотя соберётся на смену, исследовать Харон, и тот объект – Ксенос.

– Нет-нет, думай о чём-нибудь другом – прошептал Карл, но мысли пропали, уступив место действительности.

Не заметив, как оказался у двери каюты, Карл смотрел на неё, прислушиваясь к разным звукам, занеся правую руку над сенсорной панелью – не решаясь нажать на открытие. Дрожь пробегала по коже: от происходящего, от холода тесного коридора, от кажущейся пустоты и тишины.

Дверь отъехала вправо, открывая тёмную каюту. Включился свет и Карл увидел сидящего за столом Ману, его плечи равномерно поднимались и опускались.

– «Спит» – облегчённо выдохнув подумал Карл.

Продвигаясь к шкафу, Карл осторожно позвал.

– Ману?

Сидящий за столом ничего не ответил, лишь всхрапнув продолжил спать. Карл доставал из шкафа куртку, как вдруг услышал:

– Они зовут.

– Что? – Резко обернувшись, держа в руках куртку, Карл посмотрел на Ману: тот же безумный взгляд какой уже видел, то же напряжённое и готовое к нападению тело.

– На хрен я позвал? – с отчаяньем прошептал Карл.

Стул отлетел в сторону и всего одного удара сердца потребовалось чтобы тот, кем стал напарник и друг – преодолел разделяющие их пространство и вцепился в Карла, больно ударив спиной в шкаф. Охватив курткой руки и голову напавшего, чтобы не укусил, Карл вырвался из его хватки, и со всей силы толкнул туда где только что стоял.

Не дожидаясь пока тот поднимется, Карл выбежал из каюты, нажав на панели – закрыть.

Пытаясь отдышаться, под удары и скрежет ногтей по металлу, Карл услышал вопль за дверью:

– Они зовут!

– Нет, нет, нет. Это не я сошёл с ума!

Глава 6.

– Как думаешь, что нашло на Марко? – спросил Лех.

Из обрывков разговоров свидетелей, не оставалось сомнений что старший механик 1-го разряда оказался агрессором в конфликте и последующих за ним последствий.

Сэм пожала плечами, не зная, что ответить. Не веря в случившиеся, она отстранённо смотрела под ноги, обхватив себя руками – будто вернувшись в детство на Марс, и такой позой создавая иллюзию защищённости.

Они с Лехом сидели на скамьях, второго этажа, дожидаясь своей очереди чтобы давать показания. Служба безопасности оцепила механическую платформу, доверив работу систем автоматике.

– Нас ведь не обвинят в его смерти? – озабоченно спросил Лех, дёргая пальцами нижний край рабочей куртки.

– Не знаю. – ответила Сэм.

Она была не готова вести разговор с техником-наладчиком, да и вообще с кем-либо, отправившись мыслями далеко от этого места, в надежде спрятаться в знакомых ей коридорах… дома.

– Внимание служба безопасности! – раздался призыв из рации одного из офицеров – замечены случаи нападения и неадекватного поведения на уровне 2 – отдел снабжения, склад. Уровень 3 – столовая. Уровень 5 – жилая палуба. Уровень 6 – медицинское отделение, транспортная платформа. Уровень 8 – командный пункт. Просьба принять меры. Изолировать уровни до выяснения обстоятельств!

– Лейтенант О'Нил³⁰, принял. – сообщил в рацию офицер, демонстративно положив руку на оружие висящие на поясе. – Уровень 4, механическая платформа изолирована.

Офицер обвёл взглядом недоумевающие, испуганные лица и проговорил:

– Всем оставаться на местах! Никаких вопросов! Что-либо будет известно вам сообщим!

Сэм недоумённо смотрела на вооружённых офицеров, рассредоточивающихся у выходов, на работников механической платформы, которые старались быть менее заметными, и ей казалось, что она попала в какой-то фантастический фильм, участником которого не хотела быть.

– Гадство, соединения нет! – возмущался Лех, нажимая на экран коммуникатора – небольшое устройство с гибким сенсорным экраном, диагональю примерно 5,75 дюймов³¹, надевающиеся на руку подобно наручным приборам.

– Возможно, они не хотят паники? – отозвалась Сэм.

– Возможно… – ответил Лех.

Сэм заставляла себя верить, что это чья та неудачная шутка, что всё вот-вот закончиться и они продолжат работу или же разойдутся по каютам, но из мнимой нереальности, её выдёргивали воспоминания о Марко – лежащем на полу с пробитой головой, и лужей крови в которой валялся гаечный ключ…

– Что нам теперь делать? – спросил Лех.

– Не знаю – вздрогнув ответила Сэм.

Глава 7.

Владислав перевязывал руку оторванным лоскутом от одежды мертвеца лежавшего за столом-стойкой. Кают-компания превратилось в локальную зону боевых действий: разбросанные столы и стулья, растекающаяся кровь и алкоголь, разбитые стаканы и бутылки. Завершали картину побоища – два трупа, один, которого некогда звали Пьер, головой лежал на столе-стойке.

Владислав, посмотрел на второго мертвеца, лежащего у его ног, убеждаясь, что до сегодняшнего дня его не встречал, но по форме похоже был из складских.

Схватка оказалась жестокой, но быстрой – безумец поднялся из-за стола и рванулся вперёд, опрокидывая мебель, пока Владислав смотрел как истекает кровью второй навигатор второй смены. Перепрыгнув через стол-стойку тот вцепился в управляющего и повалил на пол.

Владислав выставил перед собой руки, защищая лицо, и почувствовал, как зубы вцепились в левую кисть. Нащупав, свободной рукой бутылку, Владислав с силой ударил в висок напавшего. Посыпались осколки стекла, полилась жидкость. Обмякшее тело управляющий перевернул на спину, и остриём разбитой бутылки нанес удар в шею.

Медленно, тяжело дыша Владислав поднялся на ноги. Одежда промокла и пахла алкоголем.

– Хороший был виски. – разочарованно сказал Владислав.

Потрясение уступило боли. В годы службы, Владислав подобного бы не допустил – сказывается возраст и отсутствие практики, хотя о какой практике можно думать, когда последние несколько лет находился в анабиозе, но убивать людей не стало сложнее.

Владислав взглянул на лежащие рядом тело, до экспедиции он многое видел: повстанцы с Марса, смертники с Цереры³² – и их действия были понятны; – марсиане хотели независимости, церерцы – приемлемые условия жизни. В боевых столкновениях, Владислав видел взгляды – человеческие взгляды. Но то что он увидел сегодня не поддавалось какому-либо пониманию: безумие ли это?

Усилив слуховое устройство, во избежание неожиданностей, Владислав взял нож – для самообороны сгодиться.

Сеть оказалась недоступна, а значит службу безопасности не оповестить, остаётся – ждать.

Заперев вход в кают-компанию и скинув лежащего мертвеца со стола-стойки, Владислав оттащил того к стене, повторив действие с напавшим. Владислав, хотел занять себя, чем угодно лишь бы не думать о случившимся, так как он не понимал случившегося, и не хотел понимать.

Одно лишь знал Владислав – происходит что-то дерьмовое, а значит пора занять оборону.

В коридоре послышался отчаянный крик о помощи, и оторвавшись от бесполезного занятия, Владислав, выставив перед собой нож, направился к дверям.

Глава 8.

Вернувшись на корабль, Оливер проходил медицинское обследование: множество приборов сканировали его физическое состояние, пока он лежал на специальной койке.

– Как Вы себя чувствуете? – спросила врач.

– Нормально – стараясь расслабленно говорить, ответил Оливер.

Для него отчётливые голоса в голове были потрясением и в то же время чем-то новым. Оливер понимал, что скрывать подобное будет всё сложнее, но он убеждал себя, что ещё не свихнулся. Или же пора признаться, не только медицинскому персоналу, но и себе – что чувствует он себя не нормально.

– Вы меня слышите? – видимо врач некоторое время не могла до него дозваться.

– Простите?!

– Вы понимаете где находитесь?

– Да…да, я задумался.

Врач продолжала смотреть на Оливера вопросительным взглядом.

– Конечно, на «Брауне». Я недавно вернулся с поверхности Харона! – чуть повысил голос доставщик.

– Я направлю Вас на нейровизуализацию³³ – сказала врач, записывая в коммуникатор.

– Не надо, со мной всё в порядке! – резко ответил Оливер.

– Я отправила на Ваш коммуникатор маршрут и направление на процедуру. – непреклонно сказала врач – можете быть свободны.

– Ладно – пробормотал Оливер, поднявшись и одев форму, направился к выходу.

Может стоит всё рассказать? Какой будет толк от него если выяснится, что у него слуховые галлюцинации, а выяснится, тут нет сомнений. А что если это вовсе не галлюцинации? При любом исходе Оливера отстранят от работы, и закроют с другими такими же как он – которые убеждают себя, что они нормальные, при этом пуская слюни, или же вообще не в состоянии двигаться и соображать.

Оливер нажал на открытие двери и вздрогнул.

– Проснись!

– Что? – Оливер обернулся к врачу.

Та посмотрела на него:

– Что-то хотите сказать?

– Нет, ничего – ответил Оливер, понимая, что себя выдал.

Голоса были неожиданными, хотя Оливер знал, что подобное может случиться в любую минуту. Он думал: как можно выйти из положения, придумывал отговорки, но всё бесполезно. Он понимал, что не имеет смысла сопротивляться, но не хотел в это верить.

Взглянув на коммуникатор, больше для того чтобы потянуть время, Оливер нехотя пошёл по указанному маршруту.

Гнев.

Абсолютно невозможно, чтобы нечто имеющее начало во времени исходило от чего-то извечного. Ибо если предположить, например, что существует извечное и что мир начал возникать из него в определенное время, то станет ясно, что он не возникал раньше, так как раньше для этого не было определяющего начала, и существование мира было лишь чистой возможностью.

«Опровержение опровержения». Абу-ль-Валид Мухаммад ибн Ахмад аль-Куртуби, известен как Ибн Рушд –  андалусский  философ. В Западной Европе известен под латинизированным именем Аверроэс.

Глава 9.

Карл стоял перед дверью, не обращая на вопли с другой стороны, не задумываясь над тем, что он станет делать если запертый вырвется. Его трясло, больше от страха и злости, чем от холода, который ощущался голой кожей – дыхание сбивалось.

– Во всём этом дерьме, нет желания оставаться трезвым. – сказал Карл.

Ударив кулаком правой руки несколько раз в дверь – будто прощаясь – помощник геофизика направился в кают-компанию.

Осознавая свою беспомощность, Карл перемещался, на удивление, по пустым коридорам, местами обнаруживая: кровь, части тел, обрывки одежды, разбросанные инструменты и прочие вещи экипажа. Карл перестал обращать внимание на то что попадалось ему, но отсутствие людей и мертвецов, странно настораживало.

Остановившись в ожидании лифта, Карл прислушивался к тишине, нарушаемой лишь механическими движениями, циркуляцией воздуха, и работой других систем «Брауна». Карл раньше не задумывался как устроен корабль, как он функционирует, и даже сейчас признался себе, что для него разобраться в этом будет сложно.

Послышались приближающиеся крики, оторвавшие Карла от раздумий. Вновь вернулся страх, пробегающий по коже ознобом. Карл нервно нажимал на сенсорной панели вызов лифта:

– Быстрее! Быстрее! Где же?

Двери разъехались и Карл ввалившись внутрь, нажав на уровень 7, вжался в угол кабины, мысленно торопя его закрыться.

Казалось лифт медленно ползёт к нужному уровню, и Карл, тряся ногой, отбивая пяткой по полу, безрезультатно подгонял его, заставляя быстрее работать движущие механизмы.

На крышу лифта упало что-то тяжёлое, вздрогнув и подняв голову вверх Карл увидел тело, проломившее решётку потолка; – из многочисленных порезов на лице сочилась кровь.

– Твою мать! – испуганно выпалил Карл.

Мертвец, как думал Карл – открыл глаза, и рыча начал ломиться сквозь решётку, которая подавшись провалилась внутрь лифта вместе с телом, придавив Карла. Но не смотря на падение изрезанный участник экспедиции пытался добраться до Карла, рычал и царапался содранными ногтями, будто животное заражённое бешенством – мелькнула мысль у помощника геофизика – но решётка сдерживала натиск.

Карл понимал, что рано или поздно мертвец, продолжая так думать о напавшем, – доберётся до него, и нужно быстрее искать решение как спастись, а тот не сбавлял напора. Казалось, что силы у него только увеличиваются в то время как сам Карл, начал слабеть.

Освободив еле сдерживаемую злость и собрав последние силы, Карл оттолкнул решёткой мертвеца, но тот цепляясь за неё в какой-то степени помог Карлу подняться, при этом рванув так что сам упал под неё на спину. Карл бил и давил мертвеца, пока тот не отцепился от решётки, что позволило её перехватить и краем ударить в горло, и так столько раз пока голова не отделилась.

– Сдохни! Сдохни! Сдохни! Сука! – кричал Карл, продолжая бить.

Мертвец не подавал признаков жизни, а Карл тяжело дыша, измазанный в своей и чужой крови, смотрел на месиво перед собой. Отбросив решётку в сторону, он прислонился к стене лифта, и прикрыл глаза.

– В следующий раз, только по лестнице! – пробормотал Карл.

Когда адреналин сменился слабостью и холодом, Карл открыл глаза, осматривая лифт, в котором поместиться шесть человек – сейчас он казался тесным и пугающим, а на панели светилось – уровень 7.

Переведя взгляд в открытые двери на слабоосвещённый и будто сжимающийся коридор, Карл увидел в нескольких шагах замерших и испуганных двоих человек смотрящих на него, и один поднимал в руках покрытый кровью гаечный ключ.

Глава 10.

Сэм бежала по коридорам не обращая внимание на усталость и вызванное ею головокружение. За нею следовал Лех, что-то жалобно крича вдогонку.

Сбавив темп, она обернулась.

– Сэм! Сэм! Остановись! Нужно передохнуть! – пытаясь отдышаться, Лех согнувшись упёрся в стену – Сэм, я… я не могу…

Механик 2-го разряда смотрела на напарника, борясь с усталостью и головокружением, но медленно опустилась на пол, прикрыв глаза.

Сэм и Лех, вместе с остальными сидели на скамьях, второго этажа, гадая что происходит на других уровнях, в ожидании что офицеры службы безопасности всё объяснят им и снимут изоляцию.

На третьем этаже послышался шум и крики, несколько офицеров побежали к лестницам.

– Не нравиться мне это! – воскликнул Лех.

Сэм вопросительно посмотрела на него, сжимаясь от страха. Кто-то из работников механической платформы вставал со скамьи и всматривался в сторону третьего этажа, кто-то туда направлялся, многие начали шептаться.

– Назад! – прокричал лейтенант О'Нил, кажется так его звали, снимая оружие с пояса – шокер способный усмирить даже самых отчаянных.

Работники, замерли на месте, не решаясь пошевелиться, а офицеры, находящиеся на втором этаже, потянулись к поясам.

Лейтенант обхватил голову руками, не выпуская оружия, и начал ей мотать из стороны в сторону, закрыв глаза будто в них попала пыль. С третьего этажа упало дёргающиеся в судорогах тело – и начался кошмар.

Люди, будто сошедшие с ума, начали кидаться друг на друга: кусая и царапая, ломая конечности и размазывая повсюду кровь. Офицеры стреляли из шокеров, по всем подряд: кто-то падал, а кто-то – с безумными взглядами, и дикими ухмылками, те кто должен был валяться и корчится от боли – поднимались, и с рёвом кидались на того, кто оказывался рядом.

Несколько повреждённых ламп освещения мерцали, предавая киношность происходящему: еле ползущие раненные, бегущие и кидающиеся на других сумасшедшие, разорванные мёртвые… плач и молитвы, заглушаемые криками и рёвом, хрустом костей, захлёбывающимся хрипением и скрежетом металла… вспышки шокеров и брызги крови.

Сэм, пятилась вдоль стены, пока не добралась до шкафчиков, в одном из которых она спряталась и дрожа от ужаса, смотрела сквозь сетчатое окошко дверцы, безуспешно заставляя себя отвернуться, на творящиеся представление смерти и боли.

В детстве Сэм оказалась в обстановке, которую почти позабыла, когда люди стреляли в людей, – она вновь чувствовала запах горелой ткани и плоти. Видела испуганные взгляды, безжизненные тела. Слышала срывающиеся крики и рыдания. Система вентиляции не справлялась с дымом, заполняющим станцию и коридоры, когда живые задыхались. Лишь став старше, Сэм узнала от родителей и уроков истории, о том, что марсиане вели тщетную борьбу за независимость, переросшую в вооружённые столкновения, подавленное военными с Земли.

Мимо шкафчиков пробежал, прихрамывая Лех, которого Сэм в поисках спасения бросила, и ей стало стыдно.

– Лех! – крикнула она.

Тот остановился, и стал испуганно озираться по сторонам. Один рукав его заляпанной кровью куртки был оторван, левая штанина – тёмная и влажная – изорвана, на лбу кровоточащая ссадина.

Сэм выбралась из шкафчика и подбежала к Леху – тот осматривал её.

– Ты цела? – спросил он.

– Д… да. Ты как? – запинаясь проговорила Сэм.

– Бывало лучше…

Рядом послышались рёв и выстрелы, что-то упало, звякнув металлом о металл. Сэм посмотрела в ту сторону: лейтенант О'Нил, пытался выбраться из-под рабочего, который кусался и царапался. Офицер отбивался, теряя силы, пока не престал сопротивляться. У Сэм перехватило дыхание, и страх сковал всё тело.

– Сэм! – звал Лех, трясся её – Нужно убираться отсюда!

Механик 2-го разряда не могла двинуться с места, смотря на то как рабочий вонзился зубами в шею мертвеца; как медленно поднимается голова, и оскалившееся окровавленное лицо, встречается с взглядом Сэм.

Рабочий метнулся вперёд, выставив руки, но Лех, встав перед ним, заслонил Сэм. Два тела катались по полу, но техник-наладчик был близок к поражению.

Выйдя из ступора и начав дышать, Сэм осматривалась, пока не увидела лежащий в разбросанных инструментах гаечный ключ. Подобрав его, Сэм поспешила на помощь к Леху, который обречённо отбивался от зубов и рук рабочего.

Удар по спине – рабочий ослабил нападение. Ещё раз удар по спине – рабочий отпустил Леха и повернул голову к Сэм, которая незамедлительно ударила по ней ключом. Лех отполз в сторону, а Сэм дрожа держала ключ. Рабочий начал подниматься, но удар в голову его остановил, ещё удар, ещё удар и ещё, пока не показалось содержимое раскрошенного черепа.

– Нужно уходить! – поднимаясь сказал Лех.

Сэм, дрожа от злости и страха, последовала за Лехом. Когда они выбрались с механической платформы, то побежали по слабоосвещённым коридорам, лестницам, не обращая внимание на указатели.

– Надо двигаться дальше – сказала Сэм, открыв глаза.

– Да – ответил ей Лех.

– Ты как?

– Дерьмово, нога онемела.

Лех весь путь хромал, но мужественно превозмогал боль. Сэм посмотрела на рану.

– Здорово покусали?

Сэм кивнула.

– Не думал, что кому-то придусь по вкусу. – выдавил улыбку Лех.

– Надо перевязать рану – прошептала Сэм.

– Кажется я разбил коммуникатор – с досадой сказал Лех, смотря на треснутый прибор.

Сэм взглянула на свой: всё так же отсутствие сети и оповещений.

Оторвав от своей формы лоскут и перевязав Леху рану на ноге, Сэм помогла ему подняться, и подобрав гаечный ключ, механик 2-го разряда и техник-наладчик направились по коридору – заканчивающий перекрёстком и лифтом, двери которого разъехались в стороны.

Лифт был весь в крови, на полу лежало обезглавленное тело, рядом валялась решётка, а к стене привалился тяжело дышащий мужчина.

Глава 11.

Владислав вышел в окрашенный кровью скользкий коридор, вдоль стены которого располагались прямоугольные иллюминаторы, и увидел, как женщина пытается отбиться от напавшего на неё мужчины, а рядом двое других катались по полу и обменивались ударами. Владислав не думая подскочил к напавшему на женщину и вонзил в горло нож – тот осел, дёргаясь и захлёбываясь.

Освещение потускнело и заметно похолодало, но Владислав не обращал внимания. Повернувшись к борющимся мужчинам – он увидел, как победитель утаскивает кричащего и пытающегося зацепиться, за металлический пол пальцами, побеждённого – в темноту коридора. Произошло так стремительно что Владислав не успел отреагировать.

– Помогите ему! – взвизгнула женщина.

Владислав не двинулся с места, лишь глянув на кровавый след сказал:

– Хочешь жить – бегом внутрь! – подтолкнув женщину в кают-компанию, Владислав закрыл дверь, установив блокировку замка. И сев на пол, спиной прислонился к стене.

Владислав смотрел на руки, испачканные чужой кровью, которые всегда были тверды – сейчас дрожали.

Женщина всхлипывала в углу, обхватив себя. Управляющий не стал расспрашивать её – пусть немного успокоится. Поднявшись с пола, он подошёл к стойке, и налил в стакан виски. Выпив, он закрыл глаза, и попытался выровнять дыхание.

Женщина вскрикнула.

– «Увидела трупы» – подумал Владислав. Открыв глаза, он налил ещё один стакан виски и спросил:

– Будите?

Женщина неуверенно подошла к стойке и залпом выпила наполовину полный стакан, сморщившись и откашливаясь она спросила:

– Что происходит?

– Судя по тому, что я видел – одни убивают других. – ответил Владислав и наполнил оба стакана.

– Кто вы? – спросила женщина

– Владислав, управляющий кают-компанией.

– Джу Хансен³⁴, агрохимик.

Поднимая стакан с кровавыми отпечатками Владислав произнёс:

– За знакомство!

– Обстановка не самая располагающая – ответила Джу, при этом взяв свой стакан с содержимым.

Оба долго молчали, не решаясь продолжить разговор, да и о чём говорить, когда жизни грозит опасность. Владислав слышал, из-за слухового устройства, как в коридорах и помещеньях корабля происходили страшные вещи. Он понимал – люди умирают мучительными смертями, и он злился от того что не мог им помочь.

Джу, опустила взгляд, усевшись на стул перед столом-стойкой и дрожала, от страха и холода. В коридоре кто-то крича пробежал, и Джу испугано посмотрела на Владислава.

– Мы в безопасности… – проговорил управляющий.

У стены, где лежали мертвецы – послышался шум. Владислав, повернув голову увидел, как у слабо освещённой стены, один из них, подняв туловище смотрел, тем же безумным взглядом, оскалившись, на него и Джу.

Глава 12.

– Эй!? Здесь есть кто-нибудь? – спросил Оливер, войдя в пункт регистрации.

Освещение мерцало, некоторые скамьи для ожидающих были перевёрнуты. Часть информационных экранов, расположенных на стенах, были разбиты, показывая красно-сине-зелено-жёлто-белые полосы. Над стойкой регистрации в воздухе отображалась голографическая проекция³⁵ «Брауна» в масштабе 1:1500 – элемент декора, нежели практическая значимость.

Оливер почувствовал, что наступил во что-то липкое и посмотрел под ноги – тёмная лужа, напоминающая…

– Это кровь? – ужаснулся Оливер.

Дыхание перехватило, и потребовались усилия чтобы его восстановить. Оливер взглянул в коммуникатор, но сеть недоступна и отсутствовала навигация. Послышались шорохи и хлюпанье за стойкой регистрации, и Оливер, подойдя ближе увидел: мёртвую девушку в изорванной потемневшей от крови белой форме, а сверху сидел мужик, обгладывающий ей лицо – красные капли летели в разные стороны.

Оливер боролся с рвотными позывами, ноги его не слушались, и закрыв глаза не мог их раскрыть. Доставщик не понял, как оказался на полу, на лицо что-то капало, а в нос ударил канализационный запах вони.

– Приди! – сказали в голове голоса.

Оливер тряс головой, отгоняя галлюцинации слуховые и зрительные. Сейчас он откроет глаза и окажется в своей каюте. Но он увидел лишь измазанное кровью лицо, оскалившееся в ухмылке и пустые безумные глаза, не похожие на человеческие.

Оливер хотел кричать, хотел скинуть с себя безумца, но он лежал будто парализованный. Оливер, мысленно прощался с теми, кто был ему когда-то дорог: с женой и дочерью которых он оставил много лет, с друзьями с Каллисто и других лун, даже с доставщиками, которых едва знал.

Безумец повернул голову назад, будто к чему-то прислушиваясь, и с рёвом побежал прочь.

Оливер какое-то время лежал, трясясь от страха и непонимания. Сердце бешено колотилось, а на горле казалось чьи-то руки, которые душат. Оливер наконец-то начал дышать и медленно и неуверенно стал подниматься.

– Вот что значит ненормальный! – сказал Оливер.

У него появилась надежда на то что он не сошёл с ума, но вспомнив мёртвую девушку, и пустые безумные глаза, упрекнул себя за неуместные мысли.

За стойкой регистрации находился коридор, который вёл мимо медицинских кают, и заканчивался лифтом. Медицинское отделение, насколько знал Оливер имело три этажа.

Не спеша, вдоль стены Оливер продвигался по коридору, несколько кают были открыты, и в тех, которые доставщик заглядывал – беспорядок. Подойдя к открытым дверям лифта Оливер заглянул в шахту: оборванные тросы к котором крепилась кабина и сломанные механизмы, местами искрящиеся от трения металлических деталей.

Оливер, спускался по лестнице на первый этаж – на которой лежал мёртвый работник медицинского персонала. А ниже на ступенях и на стенах кровавые следы и отпечатки.

– Зачем я сюда иду? – упрекнул себя Оливер

Постояв немного, он продолжил спуск, и вышел в коридор первого этажа, в конце которого – помещение где находятся те, кто не оправился от анабиоза, а напротив – морг.

– Тебя ждут! – произнесли голоса в голове.

Оливер вздрогнул, и сделав несколько вдохов-выдохов направился в конец коридора, не обращая внимания на открытые медицинские каюты, не обращая внимания на посторонние звуки, не обращая внимания на тусклый свет и холод, не обращая внимания на то что ему жутко находиться здесь.

Мимо стремительно пробежал, толкнув в левое плечо, в изорванной форме человек. Оливер, лишь на миг остановился. Он был испуган, но злился на себя, за то, что не может повернуть обратно и бежать, не оглядываясь подальше от этого места, сколько позволят границы «Брауна».

Оливер заглянул в помещение тех, к кому он себя начал причислять и замер: кровавые узоры на стенах, на полу, разбросанные вещи, сломанные койки, стулья, аппараты, разорванные тела, отдельные их части, и среди них ходят, будто в трансе, измазанные кровью люди.

«Люди ли?» – подумал Оливер.

Сев на пол у двери, Оливер заглянул в помещение морга: кроме нескольких ходящих, в трансе, голых трупов и пациентов, и работников медицинского отделения – судя по одежде и форме, пары разорванных тел и сломанных коек – здесь будто бы ничего не произошло.

«Трупы ходят! Вряд-ли ничего не произошло»

Оливера наполнял гнев. Ему хотелось крови, забрать тепло живого человека, наполнить им себя – это чувство он испытывал впервые, но оно казалось таким сильным что способно сокрушить Оливера. Он сопротивлялся, прогонял, просил, и чуть не поддавшись – гнев пропал.

Рядом с Оливером кто-то стоял. Повернув и подняв голову Оливер увидел измазанного пациента, в порванной одежде, трясущегося, с выпученными глазами, с судорожной улыбкой и кровавой пеной в уголках рта, поддерживающий левой рукой правую. Невесело смеясь тот спросил:

– Слышишь их?

Торг.

Постигать вещи, не ослепляясь ими, откликаться на звуки, не оглушаясь ими, – это значит понять небо.

«Хуайнань-цзы (Философы из Хуайнани)» – китайский философский трактат, созданный во времена Ранней (Западной)  династии Хань , не позднее 139 г. до н. э.

Глава 13.

Карл понимал – если эти двое набросятся, он не сможет сопротивляться, так как сил не осталось, но за так жизнь отдавать не станет. Карл рассмотрел парня и девушку, которые продолжали стоять на месте, если он не ошибался они с механической платформы. Парень – с ссадиной на лбу, в порванной одежде испачканной кровью и перевязанной левой ногой. Девушка, на фоне парня выглядела не пострадавшей; разве что немного растрёпанная, с красными пятнышками на шее и одежде, и с воинственно поднятым гаечным ключом. Они испуганны, что видно по глазам, значит не сошли с ума.

– Не спрашивайте, я не смогу объяснить – сказал Карл, прерывая затянувшееся молчание.

– Вы не один из них?! – спросил парень.

Карл посмотрел на лежавшее рядом тело, потом перевёл взгляд на механиков:

– Пока нет.

Парочка немного расслабилась, а Карл медленно поднялся. Выходцы с Марса, предположил Карл, парень и девушка – замкнутые, как станции, на которых они выросли; не высокие, в отличие от некоторых землян, где нет ограничений в пространстве, и жителей малых планет, где низкая гравитация, – наблюдали за помощником геофизика.

– Что ж, если не против, я пройду.

– Вы знаете что твориться? – спросил парень – Почему одни, – показывая на труп – нападают на других?

– Можешь спросить у него! – ответил Карл, проходя мимо.

– Знаете безопасное место? – спросила девушка.

Карл посмотрел на неё: молодая, на полголовы ниже, с тёмными волосами до плеч, раскосыми карими глазами, слегка заострённым носом и изогнутыми губами на миловидном лице с плавной линией подбородка, а под одеждой механика судя по формам скрывалось грациозное тело.

– «Жаль, если такая пропадёт» – подумал Карл.

– По-моему, безопасных мест не осталось – стараясь не думать про лифт, ответил Карл.

– Куда Вы идёте? – не унималась девушка.

– Я иду в кают-компанию – повернувшись к девушке спиной, Карл добавил – сейчас самое время чтобы напиться!

Карл, опираясь рукой о стену медленно шёл по слабоосвещённому холодному коридору, выдыхаемый пар оседал инеем на лице, начинало знобить, а босые ступни через несколько шагов – тереть об штанины.

Механики о чём-то спорили позади, но Карл не слушал, он хотел скорее добраться до кают-компании, надеясь, что там будет теплее, а если найдётся алкоголь, то непременно теплее.

– Постойте! – крикнул парень.

Карл нехотя остановился, растирая руками тело.

– Можно с Вами? – спросил парень, подойдя ближе.

Девушка держалась позади него, и всем видом показывала, что ей не нравиться находиться в обществе Карла.

Механики, как и Карл дрожали от холода, пар из-за рта оседал на стенах – оледеневая.

Карл переводил взгляд от одного к другому механику, размышляя – нужны ли ему компаньоны, выживать одному или с кем-то, присматривать за ними или только за собой. Ухмыльнувшись, Карл предположил, что они спорили о чём-то похожем, и их мнения разделились.

– «Вместе есть шанс прожить чуть дольше» – подумал Карл, и сказал:

– Ладно.

Карл двигался по коридору, в направлении кормы, вдоль левой стены которого в прямоугольные иллюминаторы светили далёкие звёзды. Не обращая внимания на размазанную и застывшую кровь, стараясь не думать об ужасах, встретившиеся на других уровнях, Карл приближался к кают-компании. Механики, имена которых Карлу были безразличны, шли позади, иногда перекидываясь шёпотом короткими фразами – ни у кого не было желания выдавать своего присутствия.

– Как же красиво! – прошептал парень.

Карл оглянувшись заметил, как механик смотрит в иллюминатор, а девушка, поддерживая его, стоит рядом.

«Согласен, красиво. Смотреть на звёзды можно вечно, если бы не зверский холод»

– Мы на месте – позвал механиков Карл, и нажал на сенсорной панели справа – открыть.

– Твою мать! Заблокировано! – сквозь зубы прошипел Карл, ударив по двери.

– Что такое? – спросил парень, когда механики подошли к Карлу.

– Дверь! – указывая рукой проговорил Карл.

Он трясся от холода, чувствуя вытекающую из носа влагу, не переставая шмыгать. Пальцы рук и ног начали неметь, а открытые участки тела побледнели.

– Сейчас разберёмся – сказала девушка, вводя незнакомый Карлу пароль.

Глава 14.

Дверь кают-компании открылась и сбивая Сэм с ног выбежала, прося о помощи, испуганная женщина, которую подхватил тот кому нельзя доверять – так для себя она решила называть встретившегося им мужчину, – из-за больших зелёных презрительных глаз, под растрёпанными русыми волосами, вздёрнутого носа, ухмылки на покрасневшем лице, и не назвавший своего имени.

– Успокойтесь! Успокойтесь! – повторял он женщине.

Поднимаясь и заглянув в помещение, она увидела: как горящий человек надвигается на мужчину, держащего перед собой нож.

Мужчина пятился спиной пока не упёрся в стул, который незамедлительно поднял и ринулся в атаку уперев ножки в тело горящего человека, а прижав его к стене, начал наносить удары ножом, обжигая руку.

Огонь потух, и не подающие признаки жизни, дымящиеся тело, вместе со стулом упало на пол.

Мужчина повернулся к Сэм, и остальным, которые продолжали стоять в дверном проёме, готовый использовать нож против них; в нос ударил запах жжёной плоти и ткани. Секундная пауза, и мужчина опустил оружие.

– Закройте дверь! – приказал он.

Мужчина рассматривал вошедших, а Сэм его: землянин, как и тот кому нельзя доверять, только старше, крепче, светлее и чуть ниже, с коротко подстриженными тёмными волосами, серыми глазами, на строгом лице, со старым шрамом на правой скуле, прямым носом, и тонкими плотно сжатыми губами. Мужчина держался уверенно и спокойно, будто человек прошедший военную подготовку, что могло быть вполне вероятно.

– Мне не помешали бы ещё руки – сказал мужчина, указывая на обгорелый труп, и лежащее неподалёку второе тело. – Нужно их вынести в коридор, не хотелось, чтобы они снова воскресли!

– Что? – спросил Лех.

– Объяснения позже. – сказал мужчина, поднимая за ноги дымящееся тело.

– Не стойте! – крикнул он, и на помощь подошёл, трясясь, тот кому нельзя доверять.

Когда мужчины возвращались за вторым телом, землянин сказал:

– Его одежда тебе пригодиться.

Тот кому нельзя доверять, нехотя снял с мёртвого куртку, затем ботинки с магнитной подошвой, и подавляя отвращение надел на себя. После, вместе со старшим землянином, который внимательно наблюдал за трупом и подгонял того, кому нельзя доверять, вынесли тело в коридор, и заблокировали дверь.

– Осталось виски, если кто-нибудь желает? – сказал землянин, наполняя стакан с кровавыми отпечатками.

– Я, именно за этим сюда шёл! – сказал тот кому нельзя доверять.

Сэм, стояла в стороне, рассматривая кают-компанию, которая выглядела такой же, какой её запомнила – помещение для пьяных посиделок.

Лех, поддерживая женщину, или держась за неё продвигался к столу-стойке. Сэм, была против следовать за тем, кому нельзя доверять, но Лех был ранен, поэтому она повелась на его уговоры, и сейчас разрывалась между желанием покинуть кают-компанию, или остаться с техником-наладчиком. Она не была ему ничем обязана, но одиночество пугало, так же как взбесившийся экипаж.

Сэм не давали покоя слова землянина, и она спросила:

– Вы сказали, что не хотели бы что бы они снова воскресли? Что это значит?

Мужчина пересказал то что с ним произошло, как он встретил Джу, как один из мертвецов поднялся, и что пламя, вспыхнувшее из разбитой о тело бутылки алкоголя, не остановило его.

– Вы управляющий кают-компанией, Владислав? – спросила Сэм.

– Верно, и именно так. – ответил землянин.

– Лех Айдахо³⁶, техник-наладчик! – представился Лех, протягивая руку управляющему.

После знакомства, в глазах каждого был немой вопрос:

«Что дальше?»

Сэм посмотрела на бортовые часы над входом в кают-компанию: 16 часов 39 минут³⁷.

Глава 15.

Владислав наблюдал за спором, помощника геофизика и механика 2-го разряда. Эти двое явно невзлюбили друг друга, и каждый старался держаться противоположного мнения. Техник-наладчик, вставал на сторону то одного, то другого спорщика. Агрохимик, сидела на стуле, за столом-стойкой, молча поникнув.

– Согласен с Карлом. Нам нужно остаться! – сказал техник-наладчик.

– Я не останусь здесь! – ответила механик 2-го разряда, покосившись на помощника геофизика.

– Ты самостоятельная девушка – тебе решать. – съязвил Карл.

– Да! Решать мне! – вспылила механик.

– Сэм!? Здесь безопаснее! К тому же нам нужен отдых и сон! – зевая сказал техник.

Владислав осмотрел его раны – не смертельные – промыв их водой, и алкоголем обработав края ран, наложил повязки, как и на свою обожжённую правую кисть. Пареньку сильно досталось, неудивительно что его клонило в сон. Другие тоже пострадали, больше или меньше.

– И чтобы во сне нас разорвали? Нет, Лех! – возражала Сэм, продолжая коситься на Карла.

– Считаешь, что я стану безумцем? – спросил Карл.

– Не исключено! – огрызнулась Сэм.

Обстановка становилась напряжённой. Владислав понимал, что если не прекратить пререкания Карла и Сэм – то они сцепятся друг с другом. Владислав дрожал от холода, как и другие, взбалтывая в руке стакан с недопитым виски, выпуская пар из-за рта. В годы военной службы – он выполнял приказы, сейчас же приходилось действовать самому, а значит брать ответственность за свои действия.

– За приделами кают-компании нет шансов! – повышая голос возражал Карл.

– Прекратите! – спокойно сказал Владислав, и все повернулись к нему, за исключением Джу, которая пребывала в оцепенении, и тряслась от холода.

Во взглядах, направленных на Владислава – страх. Страшно было и Владиславу. Взгляды были направленны на него, и они ждали, но он не знал, что сказать. Допив виски, Владислав поставил стакан на стол-стойку.

– Вы с механического – указывая на Сэм и Леха, не спрашивая сказал Владислав – почему понизилась температура и потускнел свет?

Механики переглянулись, явно никто не задавался подобным вопросом, все думают, как выжить, не оценивая обстановки.

– Каждый уровень… – начала Сэм – каждый уровень – имеет собственный энергетический узел. Если его повредить, то энергия будет перераспределена на более важные системы, такие как вентиляция воздуха, пожаротушение. Если же узел выведен из строя, то системы поддержания жизнедеятельности, будут питаться от узлов других уровней.

– Значит на других уровнях дела обстоят получше? – спросил Владислав.

– Зависит от того, сколько узлов выведено из строя и какова степень повреждений – ответила Сэм.

– Разве при неисправностях не срабатывает система оповещения?

– Система оповещения срабатывает в экстренных ситуациях, в остальных случаях – тревога включается вручную с командного пункта, или же тревожным рычагом расположенных на каждом уровне. – ответил Лех на вопрос Владислава. – Когда мы с Сэм были в механическом, то слышали – в командном что-то произошло. Возможно некому было включить тревогу…

– А сейчас не экстренная ситуация? – вспылил Карл.

Повисло молчание – все знали ответ, но не решались сказать. Владислав осматривал скорбные лица – словно солдаты, ожидающие самоубийственный бой.

– А если отключить систему поддержания жизнедеятельности, выживут ли обезумившие мертвецы? – спросил Карл.

– А выживем ли мы? – резко спросила Сэм.

– В теории, можно изолировать уровень, – после недолгих раздумий, начал Лех – отключив от систем жизнедеятельности остальные.

– Но для этого надо отключить ядро! Иначе перераспределение энергии пойдёт от него! – добавила Сэм.

– Да.

– Лех, отключив ядро – гравитационное колесо перестанет вращаться! – протестовала Сэм.

– Если это поможет, то можно побыть без гравитации, к тому же это временное решение. – отозвался слегка опьяневший и готовый рваться в бой Карл.

– А поможет?! – шипела Сэм – Вы подумали какой ущерб могут нанести незакреплённые предметы, когда восстановится система? А после того что мы с Лехом видели, вряд ли кто-то озаботился положить всё на места! Не всё имеет магниты как стулья. – указывая на них закончила механик.

Все смотрели друг на друга вызывающе, но никто не решался продолжить разговор. Владислав взвешивал сказанное каждого планируя тактику.

– Это хоть что-то. – задумчиво произнёс Владислав. – Продолжай. – сказал он технику-наладчику.

– Чтобы отключить ядро надо пробраться к центру управления двигателями. – объяснил Лех.

– Через командный пункт не отключить? – спросил Владислав.

– Нет! – ответил Лех – Для этого нужны несколько операторов на обоих пунктах управления.

Владислав обдумывал слова техника-наладчика, и приняв решение произнёс:

– Что ж, до командного пункта несколько уровней, сотни метров коридоров…и 4877³⁸ человек, включая нас. – управляющий, осмотрел всех, и добавил. – Надо раздобыть оружие. Значит, начинаем с арсенала службы безопасности.

– Шокеры – бесполезны! – сказала Сэм.

И действительно, что могут сделать шокеры против тех, для кого смерть не конец?

– Может геологический резак? – вставил Карл – Не совсем оружие, но если разрезает камни, то с костями справиться.

Исследовательский корабль вряд ли имеет на борту оружие серьёзнее шокеров, а значит резак вынужденная альтернатива. Владислав, зная о том, что коммуникаторы бесполезны – спросил Карла:

– Знаешь маршрут? – дождавшись утвердительного кивка, приказал – Веди! – взяв поудобнее нож, Владислав направился к двери.

Владислав не надеялся, что они последует за ним, скорее ожидал что начнутся протесты и возражения, хотя какой у них выбор: остаться здесь и замёрзнуть, или сражаться за жизнь?

Когда рядом с Владиславом, неуверенно собрались остальные: сжимающий кулаки Карл, держащая перед собой гаечный ключ Сэм, молчаливая Джу и хромающий Лех, – сняв блокировку, управляющий нажал – открыть.

Глава 16.

Слабоосвещённые коридоры сменялись помещениями, переходами между уровнями, и снова коридорами. Оливер двигался в рычащей, шипящей, ревущей и хихикающей человеческой массе. А осталось ли в них что-то человеческое?

– Стань бóльшим! – произнесли голоса в голове.

Оливер, будто очнувшись, осмотрел идущих рядом с ним: окровавленные, искалеченные, оборванные, с пустыми взглядами; кто-то подволакивал ноги, кто-то тащил за собой других – тех, кто не мог самостоятельно передвигаться, и тех, кто отчаянно сопротивлялся.

Оливер, выбрался из толпы, и прислонился к стене, пытаясь сориентироваться в какой части корабля он находиться, и восстановить в памяти недостающие детали маршрута, и как он оказался в странном потоке – живой, целый и в здравом уме, – может не совсем в здравом, но соображать способен, или так только кажется?

К Оливеру подошёл хихикающий пациент, которого уже видел, и начал подталкивать со словами:

– Нужно идти! Они зовут! – не прекращая хихикать пациент продолжил – нельзя останавливаться!

– Нет! – рявкнул Оливер, и толкнул пациента в поток, который утащил его вперёд, и удаляющиеся хихиканье заглушили шаркающие шаги и животные звуки.

Оливер ждал, когда толпа пройдёт, – оставляя за собой кровавые следы, кусочки плоти и оброненные вещи, – не решаясь пошевелиться, не обращая внимания на мольбы о помощи. Он думал, что его схватят и утащат, но никому из ненормальных не было до него дела.

Когда создающийся толпою шум затих, только тогда Оливер отошёл от стены, и глубоко вдохнул-выдохнул, дрожа от холода и страха. Он хотел сверить по коммуникатору местоположение – сеть отсутствовала, пришлось искать указатели – недалеко от центра управления двигателями – ЦУД. Интересно, зачем они идут туда?

Правильнее было бы спрятаться и не высовываться, но Оливер, медленно направился вперёд, догоняя замыкающих.

– Стань бóльшим! – повторяли голоса в голове.

Доставщик старался игнорировать их – голоса не были настойчивы, не были эмоционально выражены, не имели формы и пола, но казалось, что они смешиваются в один – призывая к чему-то, и на этот призыв он шёл. Другие тоже слышат голоса, но почему они сходят с ума?

Добравшись до ЦУД – помещение в четыре этажа, в центре которого находится ядро, питающие энергией корабль, но по большей части энергия – предназначенная для работы двигателей, Оливер направился в пункт управления, где располагались смотровые иллюминаторы.

Убедившись в том, что в пункте управления никого нет, Оливер зашёл внутрь, нажав на сенсорной панели – закрыть – дверь с шипением отделила доставщика от коридора. Прислонив лоб к холодному стеклу иллюминатора, он посмотрел вниз.

То, что он увидел, вызвало тошноту и головокружение: казалось весь экипаж «Брауна» собрался в тёмном помещении вокруг ядра, создающего энергетические вспышки и освещая людей раскачивающихся в такт неведомого Оливеру ритма, и к ним присоединялись вновь прибывавшие. Люди, будто впитывали разрушающие излучение ядра, разваливаясь по частям, вскипающая кожа слазила с мяса, пол покрывался кровью, выделениями, и человеческими ошмётками…

Оливер, выбежал из пункта управления, стараясь убраться как можно дальше. А голоса в голове повторяли:

– Стань бóльшим!

Депрессия.

Этот космос, один и тот же для всего существующего, не создал никакой бог и никакой человек, но всегда он был, есть и будет вечно живым огнем, мерами загорающимся и мерами потухающим.

«О Природе». Гераклит Эфесский – древнегреческийфилософ, создатель первой исторической или первоначальной формы диалектики.

Глава 17.

Карл вёл остальных к научному комплексу, расположенному на 1-м уровне, в исследовательский отдел по правому борту корабля. Проходя мимо лифтов, Карл поёжился, не от холода, а от недавних событий, хотя в коридоре температура заметно понизилась, но в куртке и ботинках мертвеца (поёжившись снова) – было терпимо; одежда участников экспедиции состоит из Е-тканей способных к терморегуляции³⁹ и какими-то ещё возможностями, о которых помощнику геофизика не приходилось задумываться.

Карл не мог себе объяснить, почему он последовал приказу Владислава, почему не стал возражать, – ведь его цель – добраться до кают-компании – была выполнена. Возможно в приказе управляющего имелся смысл и если они погибнут, то не по вине Карла. А возможно алкоголь придал смелости, притупил усталость и боль от царапин, но эффект испарился, и Карл не думал о том, что будет дальше, так как понимал – рано или поздно он погибнет, и смирился с таким исходом.

Возможно, размышлял Карл, если есть шанс отсрочить свою гибель – то необходимо им воспользоваться, чем ничего не предпринимать, к тому же оставаться одному не хотелось.

Слабоосвещённые холодные коридоры, менялись лестничными переходами, на удивление – пустыми и тихими: местами валяющиеся вещи, следы крови, поломанные переборки и лампы, но создавалось впечатление что корабль – опустел, и кроме их на борту никого нет.

Карл не знал в каком порядки за ним идут остальные, и его это не интересовало – он смотрел вперёд, сжимая-разжимая кулаки, напряжённый, – ему было страшно. Позади о чём-то переговаривались, но Карл не слушал, он чувствовал на спине взгляды, но не оборачивался.

Компания добралась до научного комплекса: помещение в пять этажей, почти во всю протяжённость корабля, где на каждом располагались исследовательские лаборатории, технические и складские каюты, учебные классы и прочее, предназначение которых Карл не знал.

Карл в нерешительности занёс руку над сенсорной панелью, прислушиваясь к звукам с той стороны двери. К нему подошёл Владислав и спросил:

– Готов?

Карл, отрицательно покачал головой, а управляющий нажал на открытие.

Дверь отъехала в обе стороны, открывая приёмный пункт: разбросанная и поломанная мебель, побитые информационные экраны, кровь на полу и стенах (где-то даже на потолке) – никого из живых или мёртвых.

– Нам нужен третий этаж – геологический корпус. – произнёс Карл, осматривая приёмный пункт, не решаясь сделать шаг.

Управляющий изучал указатели, механик 2-го разряда поддерживая техника-наладчика помогла ему сесть на нетронутую скамью, а агрохимик, охватившись руками стояла в стороне.

Карл сразу узнал Джу, но не решался рассказать про Кэт – безумную, запертую в каюте, и возможно мёртвую.

Немного отдохнув, они направились по направлению к корме, в правый коридор от приёмного пункта, минуя лифты, сразу к лестничному переходу. Остановившись у дверей третьего этажа, Карл нажал – открыть. В проходе стояли трое – испачканные кровью, с отвисшей нижней челюстью, выпученными глазами. Увидев Карла, те с рёвом набросились на него.

Всё произошло быстро – Карл не успел понять, как оказался на спине, зажмурив глаза и приготовившись к смерти. Он слышал: шум, крики ярости и боли, хруст ломающихся костей, хлюпанье и звон металла. Он лежал неподвижно, лишь прикрыв руками лицо. Тело его онемело, или было растерзано?

Заставляя себя открыть глаза, Карл приоткрыл один – осмотрелся, не обнаружив нападающих – открыл второй. Удостоверившись что все части тела на месте, он сел. Перед ним лежали три мертвеца – покалеченные, изломанные, изрезанные, в неестественных позах, а среди них стояли Владислав с ножом, и Сэм с гаечным ключом – тяжело дышащие и окровавленные, а забившись в угол сидели Джу и Лех.

– Если они здесь не одни – сказал Владислав, показывая на мертвецов – то на шум сбегутся ещё. Так что поднимайтесь! – и посмотрел на Карла.

Они бежали по коридору до геологического корпуса, не встретив больше никого, лишь слыша рёв, звук падающих предметов и шаркающие шаги.

Карл вошёл открытый проём небольшого помещения: здесь располагались учебные классы, раздевалки и технические каюты.

– Сюда! – позвал Карл, открывая техническую каюту.

Несколько скафандров, рабочая одежда, пара столов и стульев, уборный инвентарь, стеллаж с геологическими инструментами и резаками.

– За неимением лучшего – сгодиться и это – сказал Владислав – как он действует?

– Выпускает струю плазмы на расстояние до полутора метров – ответил Карл. – возьмите побольше зарядов.

Карл смотрел как другие, кроме управляющего, неохотно разбирают резаки. Джу неуверенно держала его в руках не став брать заряды. Лех с опаской посматривал на инструмент, и взяв его одной рукой набивал карманы зарядами. Сэм, взвешивая в руках гаечный ключ и резак, кивнув, будто соглашаясь, убрала окровавленное орудие проложившие ей путь сюда – за пояс, и стала собирать заряды.

В дверь с той стороны каюты начали колотиться, и вздрогнув, держа перед собой резак – предававший уверенности – Карл повернулся на встречу опасности.

Глава 18.

Сэм, поддерживая Леха, следовала за Карлом, обходившего тела и добивая тех, кто подавал признаки жизни: – «жизни?». Джу, спрятавшаяся в технической каюте, когда завязался бой, – выглядывала испуганным взглядом из-под стола. Они отделались не смертельными царапинами.

Сэм посмотрела на Владислава, который перезаряжал резак, оценивая кровавое поле боя: отрезанные части тел, выпавшие внутренности и… – сколько было нападавших – сложно было посчитать. В нос забивался запах обгорелой плоти, ткани и человеческих выделений.

– Что будем делать дальше? – остановившись спросила Сэм.

– Нам нужна связь. – после недолгих раздумий ответил Владислав.

– Если доберёмся до командного пункта – отозвался Лех – я смогу её восстановить.

«Если» – думала Сэм – весь их план зависит от везения – не более, и одного только – «если» – хватало чтобы он становился безнадёжным. Инстинкт выживания вытесняло безразличие, и Сэм опустила руки.

Вдоль стен начали открываться ниши, из которых выкатывались механические уборщики: автоматические манипуляторы собирали то что было когда-то человеком, и то что принадлежало ему; щётки – размазывали человеческие жидкости по полу, но продолжали старательно наводить чистоту. Через тринадцать минут уборщики скрылись в нишах и от недавнего сражения не осталось следов.

Сэм, взглянула на коммуникатор, сверяя время – плановая уборка – с семи часов вечера⁴⁰. Корабль соблюдал чистоту даже при аварийном освещении и понижении температуры, при распределении энергии на необходимые системы поддержания жизнедеятельности, но при отключении ядра – уборщики перестанут выполнять свои функции.

– Лех, Джу и Карл направятся в командный пункт. – распорядился Владислав – Я с Сэм – в центр управления двигателями.

У Сэм не было возражений, и не только у неё, хотя держаться вместе было бы лучшим решением. В молчании они добрались до выхода из научного комплекса, не встретив никого. Коридоры были чисты после уборки, лишь в местах не доступным уборщикам были кровавые разводы, поломанные переборки и лампы. Она посмотрела на Леха – кивнув ему. Техник-наладчик кивнул в ответ.

Слова не имели никакого значения, и следуя за управляющим механик 2-го разряда покинула научный комплекс.

Коридоры сменялись лестницами, уровень за уровнем преодолевали Сэм и Владислав, не встретив никого. Сэм смотрела себе под ноги; ей было жутко от пустоты корабля, и жутко от того что может оказаться среди непредсказуемого экипажа.

– Стой! – прошептал Владислав.

Сэм остановилась, вглядываясь в глубину слабоосвещённого коридора – она увидела едва заметный силуэт, переливающийся из от стены к стене. Управляющий взяв наизготовку резак, медленно направился вперёд. Сэм, последовав примеру, двигалась позади, пока из-за спины Владислава не увидела раскачивающиеся подвешенное под потолком на кабель тело. Судя по форме, местами покрывшейся инеем – он был инженером, а на голове его был надет шлем дополненной реальности – очки с сенсорами управления по бокам оправы и регулируемым фиксатором, – к которому потянулась Сэм.

– Что ты делаешь? – спросил Владислав.

– Хочу взять шлем – ответила Сэм – он может пригодиться.

Она не совсем понимала, как шлем может пригодиться, но знала, что с помощью него возможно отыскать неисправность на энергетических линиях, технические ходы, составлять маршрут без наличия сети, а также, смотреть сквозь стены.

Добравшись до 4-го уровня – Сэм вспомнила механическую платформу, ей стало не по себе, – остановившись у указателя, Владислав произнёс:

– На месте, – указывая на открытые двери – остаётся дождаться связи.

Подняв резак управляющий зашёл в пункт управления ЦУД, а несколько секунд спустя Сэм последовала за ним.

Глава 19.

Владислав прибывал в прострации, даже не стараясь вникнуть в то что увидел, его руки дрожали. Сэм сидела в углу центра управления двигателями обняв себя руками, дрожа от холода и ужаса.

Прошло несколько часов как они находились в пункте управления, и ожидание было невыносимо, напоминающие наступление численно превосходящего врага под заверения командиров о том, что подкрепление вот-вот прибудет.

Владислав, будучи в военном училище увлекался историей, особенно его привлекали восхождения ранних цивилизаций: мифы о героях, легенды о грандиозных битвах, сказания о богах. Управляющий не считал себя верующим, и в современном мире верить в кого-то или нет – дело каждого, но он ловил себя на мысли, считая её ошибочной, что происходящие с ним – дела неподвластных человеческому пониманию материй.

Когда Владислав вошёл в ЦУД и убедился, что опасности нет, он принялся за укрепление подходов к двери – выставляя стулья в качестве импровизированных заграждений.

– Что там происходит? – спросила Сэм.

Отвлёкшись на голос механика 2-го разряда, управляющий подошёл к иллюминатору, в котором виднелись вспышки работающего ядра и осмотрел помещение.

По спине Владислава пробежала дрожь, а волосы вставали дыбом от увиденного. Сэм, опираясь о стол с экранами и элементами управления, пыталась отдышаться, сдерживая тошноту. Владислав повидавший многое за время службы, отвернувшись от иллюминатора, опустил руки, будто приняв поражение.

Владислав не знал, как ответить на вопрос Сэм, не знал, как себе объяснить происходящее у ядра.

В молчании, стараясь не создавать лишнего шума, тянулись долгие часы, но у них не было выбора, кроме как ждать и надеяться – что остальные доберутся до командного пункта.

– Приём! Меня слышно? – раздался голос в динамиках расположенных по всему кораблю.

Владислав вздрогнул от неожиданно нарушенной тишины, а Сэм, подскочив – схватилась за резак, высматривая откуда был голос.

– Сэм, надеюсь, что вы находитесь в ЦУД – голос принадлежал технику-наладчику – я не смог восстановить сеть. В центре управления есть разговорный микрофон – отзовитесь!

Владислав приблизился к системам управления, над которыми в воздухе отображалась искажённая голографическая проекция корабля: – «будто существо, пожираемое изнутри паразитами» – подумал Владислав.

Управляющий обвинял себя в недальновидности: рации офицеров службы безопасности упростили бы им задачу, но ссылаясь на то что их подгонял страх и вопрос выживания – он не думал о подобном и это ошибка – однако же ошибки бывают смертельны. Обнаружив микрофон и нажав вызов произнёс:

– Мы на месте.

В динамиках послышался облегчённый выдох:

– Хорошо, давайте приступим.

Следуя указаниям Леха, Сэм вводила на сенсорных экранах команды, последовательно нажимая кнопки на панели управления; Владислав краем глаза наблюдал за её действиями, внимательно следя за возможными угрозами, – пока система оповещения приятным женским голосом не огласила:

– Внимание! Ядро отключено! Соблюдайте технику безопасности!

Слабоосвещённое помещение переключилось на красный аварийный свет – который плавно гас и снова загорался.

– Так, – проговорил Лех – ждём вас в командном пункте.

Владислав взглянул в окно: толпа которая раскачивалась, будто медитируя у ядра, зашевелилась, и живая масса быстрыми потоками начала расползаться в открытые двери, а также забираясь по ядру и стенам.

– Пора уходить! Живо! – скомандовал Владислав.

Продвигаясь под аварийное освещение, по коридорам в которых становилось холоднее, и гравитация переставала удерживать вес, что пришлось включать магнитную подошву, замедляя движение, Владислав и Сэм вышли на 7 уровень, с левого борта к носу корабля.

– Ещё уровень! – произнёс Владислав, подталкивая Сэм.

Механик 2-го разряда устала, как и Владислав, но останавливаться – не лучшая затея. Управляющий понимал, что избегать боя для них в приоритете.

– Взрыв на 7 уровне! Разгерметизация технической палубы! Изоляция уровня! – сработало оповещение.

Возвращаться назад было безрассудство – так как там те, кого не останавливает смерть, а впереди безжизненный космос.

Глава 20.

Оливер отрешённо брёл по коридорам «Брауна», не смотря на указатели, стараясь не обращать внимание на голоса в голове, которые фоном повторяли: «Стань бóльшим!».

Оливер мысленно, снова и снова возвращался к своему отражению в монолите, и был уверен – происходящее на борту из-за него.

Доставщик не боялся, что встретит кого-то, так как участники экспедиции были у ядра, или стремились к нему. Он не имел ни малейшего понятия зачем масса из плоти и крови направилась в ЦУД. Коридоры были чистыми после плановой уборки – даже не смотря на ужасы, творившиеся на борту, «Браун» исправно выполнял свои функции там, где не требовалось участия человека.

Оливер понимал, что беспомощен в сложившийся ситуации и предполагал, что он единственный кто сохранил часть рассудка. Размышления сводились к тому что выживание приравнивалось к нулю.

Его неутешительные мысли прервал мужской голос, немного искажённый помехами, раздавшийся из динамиков:

– Приём! Меня слышно?

Остановившись, Оливер пытался определить – не показалось ли ему и какие эмоции испытывает: радость от того что слышит живой голос или отчаяние от того что они обречены. Возможно ещё есть смысл сопротивляться?

Последующий разговор в динамиках повергал Оливера в ужас – безумцы, задумавшие сделать глупость, погубив его и самих себя, в тот момент, когда появилась сомнительная надежда на спасение.

Если сердце «Брауна» остановить, то корабль превратиться в металлический гроб.

В голове Оливера рождался не менее безумный план, и согласившись с ним, он отыскал указатели – 5 уровень. Надо добраться до пункта управления – рассказать о своём плане, предотвратить неизбежное.

Оливер бежал по коридорам, преодолевая уровень за уровнем, не обращая внимание на понижение температуры, ослабление гравитации и аварийное освещение – дыхание корабля становилось слабее.

Оповещение о взрыве на 7 уровне не остановило Оливера, так как он продвигался по коридору к командному пункту.

Принятие.

Не бойся смерти: пока ты жив – её нет, когда она придёт, тебя не будет.

«Главные мысли». Эпикур – древнегреческий философ, основатель эпикуреизма.

Глава 21.

Карл, сжимал в опускающихся дрожащих руках резак, смотря на лежащие у панели управления обезглавленное тело техника-наладчика, голова закатилась куда-то за приборы.

Карл видел, как тот замер стоя у панели управления, как он медленно развернулся; на его лице был безумный взгляд и скалящаяся улыбка, со стекающей слюной. Карл отступил назад, он пытался дозваться до того, кем был когда-то стоящий перед ним. Но ответов не последовало, и руки самостоятельно подняли резак, а пальцы нажали на включение.

Агрохимик, не подававшая никаких до этого звуков, вскрикнула и вжалась в угол, подальше от Карла.

Помощник геофизика, не знал, как объяснит остальным случившееся, когда те доберутся – «если доберутся» – до командного пункта. Карл старался дышать ровно, пока тело не начало подниматься, и снова направил на него инструмент, ставший оружием.

Сгустки крови поднимались вместе с мёртвым телом, и Карл начал ощущать лёгкость – гравитация стала слабее – сообразил он. Включив магнитные подошвы, он посмотрел на Джу, которая скользила по стене, оторвавшись от пола.

В дверь командного пункта постучались, и Карл вздрогнул.

– Твою мать! – произнёс он, и направился к дверям.

В дверь постучались снова. Карл сняв блокировку, нажал – открыть.

В открывшимся проёме стоял худощавый мужчина: чуть выше ростом, светлокожий, с светлыми волосами, с голубыми глазами на худом лице и с лёгкой улыбкой. Занесённая длинная рука целилась Карлу в голову. Мужчина замер, а Карл отскочив назад направил на него резак.

– Ты ещё кто такой? – крикнул Карл.

Мужчина свёл руки в примирительном жесте характерном для уроженцев малых планет – кончики растопыренных пальцев касаются друг друга, – и ответил:

– Меня зовут Оливер. – он переводил взгляд с глаз Карла на резак и обратно, затем добавил – надо поговорить. Я войду?

Было что-то странное в выражении лица мужчины, и спустя несколько ударов сердца, кивнув тому, Карл пропустил в командный пункт, заблокировав дверь. Держа резак наготове, Карл произнёс:

– Говори.

Мужчина осмотрел помещение, заметил плавающие в невесомости капли крови и обезглавленное тело над панелью управления. В углу сидела Джу, включившая магнитные подошвы, её резак поднялся к потолку – Карл перестал обращать внимание на агрохимика. Мужчина начал говорить медленно, выговаривая слова:

– Вы отключили ядро, – он смотрел Карлу в глаза, и с его лица не сходила улыбка – вы освободили их.

– О чём это ты? – спросил Карл

– Те, кто слышат голоса стремятся к ядру – казалось мужчина готов рассмеяться – сейчас же они расползутся по кораблю – злые и голодные – и начнут охотиться на вас.

– Что ты такое говоришь? Какие голоса? – Карл был в недоумении – Откуда ты это знаешь?

– Знаю! – сказал мужчина выдохнув.

Карл наблюдал за Оливером, и в случае чего готов был применить резак. Он прислушивался к звукам, стараясь осмыслить услышанное, и нетерпеливо ждал, когда подойдут Сэм и Владислав. Стены становились всё теснее и казалось вот-вот схватят в стальной кулак, каждый вдох давался с трудом, тело болело от усталости и ран, и несмотря на низкую температуру, капельки пота со лба Карла поплыли по командному пункту.

– Надо запустить ядро! – от слов Оливера, помощник геофизика замер – Надо чтобы слышащие голоса вернулись к нему!

– Мы дождёмся остальных! – сквозь зубы проговорил Карл

– Может быть поздно!

– Может. Я не знаю, как это сделать в отличии от него. – сказал Карл указывая на плавающие тело техника-наладчика.

Помощнику геофизика стало немного свободнее, так как он снял с себя некую ответственность. Карл ждал, когда же явятся механик 2-го разряда и управляющий – мысленно ругая их, но не себя, из-за того, что нет других способов связи – наверняка они уже на подходе; пусть предстоит неприятный разговор, но что-либо решать без них – ему не хотелось. Подозрительный улыбающийся мужчина, рассматривал Карла, будто чего-то ожидая. То как он уверенно говорил заставило Карла задумался: – «вдруг они совершили ошибку?».

Глава 22.

Сэм и Владислав находились в технической каюте и помогали друг другу одеть скафандры, спустя столетия также – стесняющие движения, но компенсирующие неудобство защищённостью в непригодных для человека условиях космоса и климата некоторых планет. Сэм торопилась, чувствуя, что опасность близко. Она слышала: как скребутся множество рук, как шаркают множество ног, как ревёт множество голосов – и пусть эти звуки навеяны воображением, но хотелось поскорее добраться до командного пункта, и чтобы закончился этот кошмар. Заткнув за поясную петлю гаечный ключ и убрав в нагрудный карман шлем дополненной реальности – показывающий не чёткое изображение, вероятно из-за того, что отсутствовала сеть – Сэм поудобнее взяла резак в громоздких перчатках и направилась за Владиславом к двери отделяющих их от космоса.

В шлюзовом переходе начало сбрасываться давление. Всасывающие воздух звуки вызывали у Сэм тошноту. Когда двери открылись Сэм увидела вырванный от корабля участок: искорёженный металл, торчащий под разными углами и местами обгоревший, мусор удаляющийся в пространство по направлению к Харону или прибившийся к тому что осталось от коридора.

Владислав медленно, но уверенно продвигался вперёд – вероятно у него имелся опыт, а Сэм неуклюже следовала за ним, пока они не остановились перед проломом в полу. В шлеме скафандра, спустя некоторое время, Сэм услышала голос Владислава:

– Надо прыгать.

Сэм молчала, её сковал страх, так как она может улететь в космос, обрекая себя на медленную и мучительную смерть. Дома она слышала, что некоторых преступников выкидывают без скафандра в пространство, а их трупы – в это Сэм не верила – собирают и используют качестве удобрений для гидропоники.

Управляющий перепрыгнул пролом и развернувшись к Сэм произнёс:

– Давай!

Сэм отрицательно мотала головой, при этом отключив магнитные подошвы – подготавливаясь к тому, к чему нельзя подготовиться – пока не почувствовала сильный толчок в спину, и полетев вперёд закрыла глаза. Её что-то схватило за руку, и она в ответ вцепилась в это что-то.

Когда Сэм вступила на твёрдую поверхность и включила магниты то посмотрела на место где была мгновение назад: в разные стороны расплывалась кровь и разлетались части тела, на фоне искорёженного металла, а рядом с ней стоял управляющий целящийся по направлению к останкам резаком. Свой резак Сэм выпустила из руки, и он отдалялся всё дальше от корабля.

Добравшись до перехода, и восстановив давление в шлюзе – Сэм скинула скафандр и села на пол – её трясло от страха, а некоторые мысли её озвучил Владислав:

– Если им нипочём нахождение в космосе, значит всё было зря.

В динамиках корабля раздался голос Карла:

– Если вы меня слышите?..

Тот кому нельзя доверять, пересказал то о чём догадалась Сэм, и ей совсем не нравилось услышанное, особенно от Карла. Почему говорил он, а не Лех?

– Что будем делать? – спросила она Владислава.

Управляющий расхаживал по переходу, минуя плавающие скафандры и незакреплённые предметы. Сэм вслушивалась как отключаются системы корабля, и ей становилось не по себе. Владислав остановился и повернулся к ней.

– Возобновим работу ядра. – сказал он.

– Как мы доберёмся до ЦУД? Я не хочу снова выходить в открытый космос, и прорываться сквозь этих…. – Сэм умолкла.

– Найдём обходной путь. – ответил Владислав.

Механик 2-го разряда сравнивала себя с героями фильмов – как бы они поступили в её ситуации, чтобы финал оказался счастливым? Она смирилась с тем что он вряд ли окажется счастливым для неё.

Сэм смотрела на Владислава, видя в нём уверенность – а в ней она нуждалась. Владислав протянул ей руку, и ухватившись за неё Сэм поднялась с пола. Подобрав оставшееся снаряжение, механик 2-го разряда последовала за управляющим.

Глава 23.

Владислав и Сэм добрались до пункта управления ЦУД. Отсутствие гравитации помогло им перемещаться по шахте лифта, а в коридорах управляющий отстреливал редко встречающихся разваливающихся по кусочкам, но агрессивных участников экспедиции. Выявить опасность помогал шлем дополненной реальности, который сняла с мёртвого инженера Сэм; из технического хода выскочил окровавленный, в ободранной и едва различимой форме офицер службы безопасности с безумными глазами и оскалом – но управляющий был готов к нападению, к сожалению, при офицере не оказалось необходимого снаряжения.

Пока Владислав занимал оборону – усилив слуховое устройство до максимума – слышал, как Сэм рапортовала в микрофон:

– Мы в пункте управления! Лех, готовы запустить ядро!

– Хорошо, говори, что нужно сделать! – ответил вместо техника-наладчика Карл.

– Где Лех? – спросила Сэм.

– Не сейчас. – с задержкой ответил Карл.

Владислав предположил, что с техником-наладчиком что-то случилось, и вероятнее всего он мёртв, но решил не высказываться в слух, а Сэм смотрела на приборы и дрожала, сжимая кулаки.

– Сэм. – позвал Владислав, но та не обратила внимания. – Сэм!

Девушка посмотрела на Владислава, и в глазах были слёзы.

«Догадалась» – предположил Владислав.

Механик 2-го разряда называла в микрофон какие коды ввести и какие задействовать элементы управления, при этом её руки не отрывались от приборов. Через некоторое время послышался гул разрастающейся энергии в ядре.

– Теперь, открой все двери! – хриплым голосом сказала девушка, и подошла к смотровым иллюминаторам.

Владислав видел вспышки энергии в иллюминаторах, не отрываясь от дверного проёма, прячась за импровизированной баррикадой и держа наготове резак – зарядов оставалось не много, включая те что были у Сэм – стала чувствоваться гравитация и плавающие вещи начали притягиваться к полу. Управляющий слышал, как начали снова функционировать механизмы корабля, а также движение тех, кто когда-то был живым участником экспедиции, тех кого Владислав встречал в кают-компании…

– Они подходят. – сказала Сэм, вернувшись к панели управления, и замерла, занеся руки над приборами.

– Что ты хочешь делать?

– Сбросить и уничтожить ядро!

– Ты уничтожишь корабль!

– Нет. – неуверенно ответила механик 2-го разряда.

В коридоре приближался шум: шаркающие шаги множества ног, и Владислав приготовился к нападению. Ему было не до Сэм и не до того что она задумала – основная задача в данный момент – выжить.

Отбиваясь от ворвавшихся в пункт управления членов экипажа, Владислав не ожидал что за ними ввалиться нечто напоминающие сросшиеся в единую массу человеческие тела – кричащие множеством разных голосов из множества голов, размахивая множеством рук, и ползущие на множестве согнутых и сломанных ног. Стреляя в чудовище, казалось, что с каждой потерянной конечностью появлялась новая, и Владислав понимал, что этот враг ему не по силам.

Заряды кончились, но чудовище надвигалось медленными ползущими движениями, издавая гортанно-рычащие звуки, будто довольный хищник загнавший жертву, тянущие руки чтобы схватить. Владислав, оглянулся на Сэм которая пятилась назад, держа в руках гаечный ключ.

Отбросив в сторону резак, Владислав выхватил нож, и подбадривая себя яростным криком, будто воины в легендарных битвах – бросился на чудовище.

Глава 24.

Оливер увидел яркую вспышку в иллюминаторах командного центра осветившую космос, и «Браун» задрожал и заскрежетал от мощного толчка. Прошло несколько часов с того момента как вновь запустили ядро, вновь появилась гравитация и температура поднялась до терпимой.

– Кто-нибудь может объяснить, что происходит? – кричал в микрофон Карл, кажется такое у него имя, а из царапин на правой щеке потекла кровь, на которую он не обращал внимания.

Оливер, задавался подобным вопросом, и ждал ответ от кого угодно, даже от голосов в голове.

– Я перегрузила и сбросила ядро! – раздался из динамиков женский голос, с которым переговаривался Карл.

– Что? Зачем?

– Я не допущу того чтобы они… – голос запнулся – чтобы снова расползлись по кораблю.

До Оливера начал доходить смысл сказанной фразы – все те, кто был у ядра испарились в вырвавшейся на свободу энергии. Сердце «Брауна» – погибло.

– Что ты имеешь в виду? Объясни!

– Я сбросила ядро в космос вместе с экипажем! – женский голос сорвался на крик и плачь.

Спустя некоторое время, необходимое на то чтобы осознать услышанное и начать здраво рассуждать, Карл произнёс в микрофон.

– Что ж, и что теперь?

– Предлагаю напиться – тихо ответил женский голос – встретимся в кают-компании.

Карл посмотрел на Оливера: в его взгляде была неизбежность и смирение, какие доставщик уже видел во взглядах тех кому наказанием было – выход в космос без скафандра.

– На этом всё. – сказал он.

– Нет! – у Оливера появился ещё один не менее безумный план – я говорил, что виною всему та штука на Хароне! Нужно уничтожить её!

– Как?

– У геологов должна быть взрывчатка! Загрузим ими транспортники и отправим на планету!

– Есть. – после недолгих раздумий ответил Карл – я знаю где.

Оливер с Карлом добрались до научного комплекса, не встретив на своём пути никого, но у обоих было мрачное настроение.

У Оливера перед глазами стояла картина: женщина которая была с ними, прошедшая несколько уровней, дрожа от холода и неуклюже передвигаясь на магнитных подошвах при отсутствии гравитации – остановилась. Карл будто бы вспомнив про неё, спросил:

– Что такое?

Женщина ничего не ответила, только отрицательно покачала головой, и приставив к ней резак нажала на включение. Оливер, достаточно повидавший ненормальных явлений – опустил взгляд, а Карл оцепенев смотрел на уплывающие тело в разлетающихся каплях крови.

Они проходили мимо технических кают, в которых находятся аддитивные принтеры⁴¹, которые ежеминутно печатали разнообразные полимерные и биологические предметы – сейчас же они были обесточены; мимо жилых кают в которых участники экспедиции оставили напоминание о том что здесь были живые люди – двери везде открыты. «Браун» был пуст, парализован и казалось умер.

Собрав имеющуюся взрывчатку – несколько десятков ящиков – и соединив их в цепочку, Оливер и Карл, добрались до транспортного ангара на 1-м уровне. Отсутствие гравитации позволило переместить неподъёмный груз, без помощи гравитационно-экранированных погрузчиков. Заполнив два из четырёх транспортника, вбив в автопилот координаты – задача оказалась не сложной так как маршруты хранились в памяти их навигационной системы, – доставщик и помощник геофизика из пункта контроля полётами наблюдали как удалялась к месту назначения взрывная доставка.

Голоса в голове Оливера что-то бормотали невнятное, но он не обращал на них никакого внимания, так как понимал, что его гибель неизбежна.

В кают-компании находились молодая женщина – судя по форме из механического, и мужчина – весь израненный, перебинтованный, в пятнах крови – одной рукой упирался о стол-стойку, а в другой держал бутылку.

Женщина накинулась на Карла, с вопросами о ком-то, вероятнее всего о том безголовом теле в командном пункте. Карл молчал, пока женщина била его кулаками в грудь, а когда она разрыдалась и отошла, то рассказал, как погибли те, кто были с ними.

Мужчина, стойко державшийся при своих ранениях, внимательно слушал Карла, в нём чувствовалось лидерство и военная выдержка. Женщина успокоилась, но продолжала всхлипывать, обхватив себя руками. Оливер находился поодаль, стараясь не шевелиться, но он не остался без внимания, и не знал, что добавить к рассказу Карла, кроме своего имени.

Бутылка передавалась из рук в руки, и когда Оливер сделал глоток – почувствовал разливающийся согревающий огонь по телу, то что было необходимо в стремительно понижающейся температуре корабля.

Оливер сверил по коммуникатору время – 12 часов 56 минут⁴², следующих суток, и посмотрев на Карла, произнёс:

– Пора.

Все наблюдали за Карлом: как он кладёт на стол-стойку дистанционный взрыватель, как нажимает на кнопку и сигнал отправляется на тысячи километров к поверхности Харона.

Оливер затаил дыхание прислушиваясь к бормотанию голосов в голове, которые молчали. «Получилось» – облегчённо выдохнул доставщик, поудобнее расположившись на стуле и прикрыв глаза. Ксенос больше не тревожил.

Сквозь дремоту он расслышал спор между Карлом и Сэм:

– Я не хочу погружаться в анабиоз! – повышенным тоном говорил Карл.

– Если ты хочешь замёрзнуть – пожалуйста! – ответила Сэм.

– А если нас не станут спасать? – парировал Карл.

– Анабиоз – единственная возможность выжить. – вмешался Владислав.

Оливер смирившийся с гибелью, и осознав услышанное – оживился, посмотрел на Карла, Сэм, Владислава – потрёпанных, изнурённых и прекращая пререкания сказал:

– Стоит рискнуть.

Погружаясь в капсулу анабиоза Оливер прислушивался к пустоте «Брауна», и ему становилось не по себе: он посреди бесконечного космоса, на мёртвом корабле, а заверения Сэм что отсек анабиоза, как и медицинское отделение имеет собственный источник энергии – не внушало уверенности в том, что он выживет, и судя с каким нежеланием, погружались в капсулы остальные – их посетили подобные мысли.

Доставщик наблюдал за тем как другие у своих капсул оставили вещи: Карл, помощник геофизика – резак и раздобытую где-то одежду; Сэм, механик 2-го разряда – гаечный ключ и шлем дополненной реальности; Владислав, управляющий кают-компанией – нож и слуховое устройство.

Оливер, чувствуя, что засыпает подумал:

– «Закончилось».

Ответы.

00111000001000000000000

00111010100010101010101

00111000000000101010100

00000000000000101000000

«Послание Аресибо» –  радиосигнал , посланный 16 ноября  1974 года  из  обсерватории Аресибо  ( Пуэрто-Рико ) в направлении шарового звёздного скопления  М13 , находящегося на расстоянии 25 000  световых лет  в созвездии Геркулеса.

Информация о Солнечной системе.

В иллюминаторах на расстоянии 384467 километров⁴³ виднелась голубая в опоясывающих её облаках планета – Земля. Помещение, в котором находилось два человека – было тесным ярко освещённым коридором огромного исследовательского комплекса.

– Что по-вашему случилось с экспедицией? – спросила женщина.

– Вероятно то о чём рассказали выжившие. – после недолгих раздумий ответил мужчина.

– Вы предполагаете, что экипаж слышал «голоса», как утверждает Оливер Мартинсон?

– В записях, найденных на «Брауне» имеется подтверждение данного явления.

– Тогда почему другие выжившие их не слышали?

– Человеческий слух способен улавливать звуки в диапазоне от 16 до 20000 герц. Я не утверждаю, что были именно голоса, но какие-либо сигналы – возможно, на высоких частотах. Выживших тщательно обследовали и проверили медицинские данные: трое имеют нарушение слуха в большей или меньшей степени.

– Исключая Оливера Мартинсона?

– Да. Вы правильно заметили – исключая. Выжившие провели в анабиозе семнадцать лет – до этого не было подобного длительного периода. Выжившие тяжело перенесли адаптацию, и не было уверенности что они будут способны функционировать и соображать. Исключение Оливер Мертинсон, который не избежал последствий. Из данных медицинских обследований на «Брауне», его направили на нейровизаулизацию, вероятно у него тогда проявились голосовые галлюцинации, а сейчас усилились.

– А остальные?

– Карл Каттнер, в студенчестве употреблял алкогольные напитки и разного рода вещества, пока не словил инсульт. Саманта Цысинь, ребёнком оказалась в перестрелке между марсианскими повстанцами и военными Земли. Владислав Мартынов, военный – имеет контузию. Всё то что я перечислил сказалось на их слуховых возможностях. У нас имелась подсказка в каком направлении вести исследование – слуховое устройство.

– Разве среди участников экспедиции больше никто не имел проблем со слухом?

– Вероятно были такие, но оказались менее живучими.

– То есть часть экипажа попали под влияние каких-то сигналов или «голосов» и стали нападать на других? Вот так – внезапно? Что послужило источником?

– Из бортовых записей стоит предположить, что некоторые постепенно поддавались… влиянию. А источником ссылаясь на те же записи и рассказы выживших – объект, найденный на Хароне.

– Ксенос, такое ему дали название?

– Да.

– Если ссылаться на записи объект был найден 15-го мая, но произошёл инцидент 22-го. Имеются предположения на этот счёт?

– Возможно объект «пробудился». Из планов полёта мы выяснили что 22-го мая на Харон доставили ультразвуковое устройство – вероятно оно способствовало «пробуждению». После начали появляться записи о «голосах». Чем всё кончилось вы знаете.

– Пробуждение?

– Из-за отсутствия достоверных фактов назовём это так. Но это не всё.

– Продолжайте.

– В бортовых записях упоминаются некие сбои.

– Например?

– Проецирующие устройства искажали изображения. При диагностики «Брауна», подобного обнаружено не было. Возможно объект влиял не только на людей, но и на корабль в том числе.

– Представляет ли этот объект опасность?

– Вероятнее всего нет, так как объект уничтожен. На координатах где Ксенос был обнаружен, осталась воронка от мощного взрыва.

– Никаких находок?

– На данный момент нет.

– С уничтожением объекта влияние прошло. Так? Почему выжившие не уничтожили его раньше?

– Они пришли к заключению что причиной случившегося был Ксенос уже после сброса ядра.

– Не пытаясь спасти других?

– Вероятнее всего, объединившись в группу, они следовали одной цели – выживание. Балансируя на грани гибели, они не задумывались о других так как расценивали их как опасность, которую необходимо устранить.

– Заманить к ядру и выбросить в космос? Не абсурдно ли?

– Вся ситуация – абсурд.

– На «Брауне» нашли несколько тел и множество человеческих останков. Что можете сказать о них?

– Мы не обнаружили ничего необычного, за исключением того, что некоторый биоматериал имел излучение которого хватило бы зарядить батарейки.

– Простите?

– Из рассказов выживших, участники экспедиции добровольно направлялись к ядру словно питались энергией, не смотря на то что она убивала их.

– И направлял их к ядру Ксенос?

– Если верить рассказам и записям.

– Выжившие так же утверждали, что погибшие участники экспедиции воскресали.

– Имеется предположение что возможные сигналы как-то воздействовали на нейроны мозга и связи между ними. Вряд-ли это можно назвать воскрешением. Из рассказов выживших, это были уже не люди в привычном нам понимании. Не представляется какие ужасы происходили на корабле.

– Где сейчас ИК «Браун»?

– На верфях Луны, расположенных в кратере Тимей⁴⁴. Корабль внешне пострадал не критично: вероятно взрывом вырвало участок по левому борту, так же за семнадцать лет дрейфа в космосе местами повредило обшивку. Внутри же ситуация хуже: многое сломано, а отсутствие ядра превратило «Браун» в металлический гроб, но энергосистема медицинского отделения проработала исправна.

– Семнадцать лет! Разве выжившие не задумывались о том, что они могут погибнуть? Что может произойти сбой в капсулах анабиоза?

– Задумывались. Но был ли выбор?

– Колоссальные вложения в экспедицию, которая провалилась!

– Не совсем так. Человечество встретилось с чем-то, с чем пока не способно взаимодействовать.

– Вы так думаете?

– Вероятно так и есть, без детального изучения не решусь давать заключение.

– Что мы сообщим акционерам и общественности?

– Правду, которая не спровоцирует панику, удобную нам.

– А выжившие?

– Не беспокойтесь о них.

– Если узнаете что-либо ещё – сообщите! – сказала женщина и удалилась по коридору.

– Если. – ответил мужчина, смотря в иллюминатор на голубую в опоясывающих её облаках планету, колыбель человечества – Земля, и человечество не способно принять того что было обнаружено в двойной планетной системе Плутон-Харон.

Человечество не подготовлено к неведомому.

Возможно, звезды на небе кажутся нам ясными и чистыми лишь потому, что так далеки от нас и мы ничего не знаем об их частной жизни.

Генрих Гейне – немецкий поэт, публицист и критик позднего романтизма.

Конец.

11.2023-03.2024 гг.

От автора.

Приветствую тебя, космический путешественник! Я хочу поделиться с тобой о том, как появилась идея написания рассказа «Неведомое». Не ошибусь если предположу, что во время чтения появятся мысли: «что-то мне это напоминает?» – и это так. Я почитаю фантастику в разных жанрах и проявлениях, поэтому не претендую на оригинальность, а также на научность. В тоже время это был занимательный процесс с поиском информации, а также отсылок к философии, литературе, кинематографу, компьютерным играм и исследованиям космоса. Когда появилось место и время действия, появилась новая задача: рассказать историю от лица персонажей, которые стали для меня живыми; их мотивы, чувства и последующие действия стали проверкой на стойкость, как для них, так и для меня. Я представлял, как себя поведут персонажи, но местами задумки выходили из-под контроля, и вверял действо самим героям. Читатель вероятно обратит внимание на названия: отрицание-гнев-торг-депрессия-принятие, это модель Кюблер-Росс – описание эмоционального состояния неизлечимо больных людей или людей, потерявших своих близких. В контексте рассказа она имеет лишь красочную фактуру без смысловой нагрузки – хотя персонажи в какой-то степени следуют ей и в конце принимают произошедшее с ними. Повторюсь, в контексте рассказа – красочная фактура, и нельзя рассматривать модель действительно работающей так как недостаточно исследований. Возвращаясь к рассказу, а именно – время действия, я хотел показать будущие понятное современникам, но, с элементами технологий которые возможны в массовом применении, или же нет. Я рад что сумел дописать до финала, и что поставлена точка. Желаю тебе, космический путешественник, чтобы рассказ развлёк и не было сожалений о потраченном времени. Увидимся в новых приключениях!

Благодарности.

Спасибо тем, кто терпел мои слюнобрызжащие разговоры о рассказе, тем кто был посвящён в завязку и проявил интерес – это не лёгкая работа! Благодаря вам герои преодолели выпавшие им испытания!